Ядов, Яков Петрович

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Яков Петрович Ядов
Jakov Jadov.jpg
Имя при рождении:

Яков Петрович Давыдов

Псевдонимы:

Жгут, Боцман Яков, Яків Отрута, Яків Боцман, Пчела

Дата рождения:

1873(1873)

Место рождения:

Флаг Российской империи Киев, Российская империя (предп.)

Дата смерти:

1940(1940)

Место смерти:

Флаг СССР Москва, СССР

Гражданство:

Flag of Russia.svg Российская империя
Flag of the Soviet Union.svg СССР

Род деятельности:

поэт
сценарист, драматург

Язык произведений:

русский, украинский

Commons-logo.svg Файлы на Викискладе

Я́ков Петро́вич Я́дов (настоящая фамилия Давы́дов[1], ещё псевдонимы: Жгут, Боцман Яков, Яків Отрута, Яків Боцман, Пчела; 1873сентябрь 1940, Москва) — поэт, писатель-сатирик, киносценарист, эстрадный драматург, автор слов широко известной песни «Бублички»[2].

Работал в качестве стихотворного фельетониста в советских газетах «Одесские известия», «Станок», «Моряк» (Одесса), «Трудовой Батум», «Пролетарий», «Всеукраинский пролетарий», «Харьковский пролетарий» и «Коммунист» (Харьков), «Красное Знамя» (Владивосток). В 1920-е годы жил в Одессе, потом в Ленинграде; с 1930 года — в Москве. Автор сценариев нескольких ранних советских агитфильмов.

Биография[править | править вики-текст]

Яков Давыдов родился в еврейской семье в Киеве[3][4]. Там же, в Киеве, в 1912 году начал свою литературную деятельность: печатал сатирические стихи и фельетоны в местной прессе на русском и украинском языках под собственным именем (Я. Давыдов) и различными псевдонимами (Жгут, Боцман Яков, Яків Отрута, Яків Боцман и Пчела). В 1916 году в Киеве публиковался в газете «Последние новости» на русском языке и в 1917 году в газете «Народна воля» (под псевдонимом Яків Отрута) на украинском языке[5][6]. До революции публиковался также в периодических изданиях Одессы и Николаева[7].

После Октябрьской революции Давыдов переехал в Одессу, где работал в газете «Одесские известия» и под псевдонимом Яков Боцман писал фельетоны в газете «Моряк». Там же, в Одессе, он познакомился с И. Ильфом, Е. Петровым, В. Катаевым и К. Паустовским[8]. В 1920 году написал пьесу «Там хорошо, где нас нет», которая шла в различных театрах юга России.

Параллельно с публицистическими зарисовками, Ядов (в 1920-х годах из всех псевдонимов он решил остановиться именно на этом) стал писать фельетоны для эстрадных артистов и слова для песен. В 1926 году, в самый разгар НЭПа, вместе с эстрадником-куплетистом Георгием Красавиным, который сочинял музыку, Яков Ядов написал стихи к легендарной песне «Бублики». Вот как вспоминал историю создания этого произведения Красавин: «Приехав на гастроли в Одессу, я был поражён, что, пока я ехал с вокзала к Ядову на Сумскую улицу, всю дорогу меня сопровождали возгласы “купите бублики”! Мне захотелось иметь песенку с таким припевом. О своём желании я сказал Ядову и сыграл на скрипке, с которой обычно выступал, запавшую в память мелодию. Яков Петрович разразился обычным для него бурным смехом и сказал жене Ольге Петровне своим сиплым голосом: “Ставь самовар для артиста. А я буду печь бублики…” Полчаса стучала в соседней комнате машинка. В тот же вечер я с листа исполнял “Бублики” в «Гамбринусе». На следующий день Одесса запела ”Бублики“…»[7].

Как он сам о себе пишет в письме к Вышинскому от 16 апреля 1940 года, Общество советской эстрады решило его ликвидировать как несогласного с РАППовскими установками в области эстрады:

Видя, что силы неравны, что меня могут угробить, я уехал в Москву. В моё отсутствие, за неимением Ядова, ОСЭ ликвидировало эстраду вообще, а затем самоликвидировалось.

Но в Москве я не спасся. Рапповцы устроили мой «творческий вечер», на котором разгромили меня в пух и прах, причислив к лику классовых врагов. При этом один из ораторов с циничной откровенностью заявил:

— Ядова надо ликвидировать, так как из-за таких, как он, нас (то есть рапповцев) на эстраде не исполняют.

Этот «творческий вечер» стоил мне кровоизлияния в мозг, к счастью, лёгкого. Вызванный врач настаивал на немедленном помещении меня в больницу. Но как не члена профсоюза (мне было отказано в приёме) меня ни одна больница не брала. Рапповский секретариат тогдашнего Всероскомдрама отказался мне в этом помочь. Гибель казалась неизбежной. Тогда жена обратилась с письмом к тов. Сталину с просьбой помочь её мужу выздороветь. И немедленно из секретариата тов. Сталина последовало распоряжение о предоставлении мне всех видов лечения. Меня положили в больницу, и я был спасён. (…) Затем вдруг Литфонд известил меня, что меня исключают из Литфонда, так как моя литературная продукция не имеет художественной ценности. Но аккуратно взимать 2 % с авторского гонорара, получаемого за «нехудожественную» продукцию, Литфонд продолжает до сих пор[9].

Через некоторое время после этого обращения о помощи Якова Ядова не стало. Он умер в том же 1940 году (в некоторых материалах ошибочно указан 1942 год)[10].

Новое Донское кладбище в Москве обнесёно кирпичной оградой, внутренняя сторона которой используется как колумбарий. В первой же секции, если от ворот кладбища свернуть налево, покоится прах Якова Петровича Давыдова-Ядова. Захоронение нуждается в реставрации: на старом фото уже невозможно разобрать черты "печального клоуна", как называл Давыдова-Ядова Константин Паустовский.

17 мая 1957 года вдова Я. П. Ядова Ольга Петровна писала из Москвы в Ленинград Донату Мечику (отцу Сергея Довлатова), который был учеником Якова Петровича:

… я очень одинока. Литфонд иногда обо мне вспоминает. Единственная меня не забывает, это Елена Иосифовна Утёсова. Одно желание — это хочется, чтобы имя, вернее, творчество Ядова было увековечено. Вот и всё… Вы знаете, какие большие деньги зарабатывал Яша, а в день его смерти осталась с 10-ю рублями, а накануне ещё у нас были гости…[11]

Из воспоминаний[править | править вики-текст]

Зиновий Паперный берет интервью у Леонида Утёсова[12]:

— Ваша любимая песня?

— Песня протеста.

— Против чего?

— Не против чего, а про что. Про тесто. Короче говоря, «Бублики».

И он поёт:

Ночь надвигается,
Фонарь качается,
Мильтон ругается
В ночную мглу. (…)

— А кто автор?

— Яков Ядов.

— Что он ещё написал?

— Много… Вот, например, частушки:

От среды и до субботы
В нашей бане нет работы,
От субботы до среды —
В нашей бане нет воды.

Признаюсь, имя Якова Петровича Ядова я услышал тогда впервые. Позднее, уже после смерти Леонида Осиповича, я разбирал вместе с Антониной Сергеевной Ревельс-Утёсовой его архив, и вдруг мне попался листок «Частушек» Я. П. Ядова. Там кроме упомянутой частушки о бане были ещё и такие:

На эстраде двое пели:
«Нас побить, побить хотели»[13],
До того они завыли,
Что действительно побили.

Торговала Изабелла,
Продавала маркизет.
Барыша она имела
За сто метров десять лет.

Крысоловку постарались
Дать в большой универмаг.
Поутру в ней оказались
Два кассира и завмаг.

Константин Паустовский вспоминал, что Ядов был по натуре человеком уступчивым и уязвимым, жил очень бедно:

В 1930-ые работы у него было очень мало, да и слава его как автора «Бубликов» не способствовала яркой советской эстрадной карьере. Жить ему было бы трудно, если бы не любовь к нему из-за его песенок всей портовой и окраинной Одессы. Ядов охотно писал для них песенки буквально за гроши. (…) …На эстраде оркестр… играл попурри из разных опереток, потом заиграл знаменитую песенку Ядова:

Купите бублики
Для всей республики!
Гоните рублики
Вы поскорей!

Ядов усмехнулся, разглядывая скатерть, залитую вином. Я подошёл к оркестру и сказал дирижёру, что в зале сидит автор этой песенки одесский поэт Ядов.

Оркестранты встали, подошли к нашему столику. Дирижёр взмахнул рукой, и развязный мотив песенки загремел под дымными сводами ресторана. Ядов поднялся. Посетители ресторана тоже встали и начали аплодировать ему"[14].

Песенное творчество[править | править вики-текст]

По всей видимости, именно Якову Ядову принадлежит авторство многих «народных» песен времён НЭП: «Мурка», «Цыплёнок жареный»[источник не указан 881 день], «Фонарики». Владимир Бахтин в своей статье пишет:

… Кстати, первоначальный вариант «Мурки» — это жестокий романс, отнюдь не блатная песня. Не назвал «Мурку» «Муркой» и Константин Паустовский. В уже цитированной «Повести о жизни» он пишет: «Даже всеведущие жители города (Одессы. — Вл. Б.) не могли припомнить, к примеру, кто написал песенку „Здравствуй, моя Любка, здравствуй, дорогая!“». Трудно поверить в то, что Паустовский ошибся. Просто не хотел произносить это одиозное имя. Может быть, потому и об авторстве Ядова умолчал? Отметим и такой факт. Все писавшие об Ядове уверенно говорят о нём как о создателе многих популярнейших песен 1920-х годов, однако, кроме «Бубликов», никто не назвал ни одной. Естественно предположить, что в уме они держали «Мурку» и «Гоп со смыком» или хотя бы одну из них, но выговорить не решались. Время же рождения этих песен соответствует расцвету таланта Ядова.

Яков Ядов является автором популярных песен в исполнении Вадима Козина с его же музыкой «Любушка» («Краше нет на свете нашей Любы…») 1939 года и «Смейся, смейся громче всех…» 1940 года; в исполнении Утесова («Лимончики»); многих куплетов и юморесок для артистов эстрады, сценариев клоунад. Его скетчи, фельетоны, песни на его стихи исполнялись буквально во всех театральных кабаре. Особенно много было написано текстов для исполнения эстрадным артистом и скрипачом Григорием Красавиным, учеником «короля эксцентрики» 1910-х годов Михаила Савоярова.

Ядову безосновательно приписывалось авторство песни "Ужасно шумно в доме Шнеерсона".

Сценарии к фильмам[править | править вики-текст]

  • 1919 — «Запуганный буржуй»
  • 1919 — «Азиатская гостья» (фильм не сохранился)
  • 1923 — «Магнитная аномалия» (Производство: ВУФКУ (Одесса); режиссёр Пётр Чардынин, фильм не сохранился)

Примечания[править | править вики-текст]

  1. Колумбарий Нового Донского кладбища: Яков Петрович Давыдов-Ядов
  2. http://www.judaica.kiev.ua/Eg_10/Eg17.htm (Институт иудаики, Киев): В письме 1940 года А. Я. Вышинскому Я. П. Давыдов-Ядов указывает, что ему 55 лет, то есть он мог быть 1875 года рождения.
  3. Дмитро ГОРБАЧОВ: ВСЕСВІТНЬОВІДОМИЙ АНОНІМ
  4. Игорь Акесльрод «Сказание о бубличках»
  5. Стихи Яківа Отруты
  6. Bagels — это одесские бублички
  7. 1 2 Еврейская Украина: 10 фактов о евреях Киева.
  8. Игорь Аксельрод «Сёстры Берри. Сказание о бубличках»
  9. «Бублики» для прокурора (Институт иудаики, Киев). Письмо Ядова-Давыдова Вышинскому. Москва. 16.04.1940
  10. История песни. Автор Александр Генис
  11. Владимир Бахтин. Забытый и незабытый Яков Ядов. Журнал «Нева», 2001, № 2.
  12. Последнее интервью Леонида Утесова // «Театральная жизнь», № 14, 1987 г., с. 32-33
  13. «Нас побить, побить хотели» — модная в начале 1930-х патриотическая песня на слова Демьяна Бедного и музыку Александра Давиденко, посвящёна победе Особой Дальневосточной армии над китайскими милитаристами летом и осенью 1929 г. См. Демьян Бедный — Нас побить, побить хотели! и см. Демьян Бедный
  14. «ЗАБЫТЫЙ И НЕЗАБЫТЫЙ ЯКОВ ЯДОВ»

Ссылки[править | править вики-текст]