Языковая политика во Франции

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Языковая политика Франции ориентирована, как правило, на поддержку только французского языка как единственного государственного и официального; языки меньшинств государством практически не поддерживаются, несмотря на то, что согласно статье 75-1 Конституции Франции региональные языки являются частью национального достояния Франции.

Единственным официальным языком Франции, согласно статье 2 конституции Пятой Республики[1], является французский. Франция, в отличие от ряда других стран Европы, не ратифицировала Европейскую хартию региональных языков — Конституционный совет счёл, что присоединение к ней нарушило бы конституционные положения о статусе французского языка.[2] В 2008 году в конституцию были внесены изменения, предусмотревшие признание региональных языков. В 2015 году Государственный Совет дал новое заключение по вопросу о хартии.[3]

Присоединяясь к МПГПП, Франция сделала декларацию о статье, закрепляющей право меньшинств пользоваться родным языком: «8. В свете статьи 2 Конституции Французской Республики, правительство Франции декларирует, что статья 27 не применяется в той мере, в которой она затрагивает Республику».[4] Её позиция уточняется в докладах о выполнении МПГПП следующим образом: «Франция — страна, в которой нет меньшинств» (1997 год[5]) и «конституционные соображения не допускают присоединения Франции к международным конвенциям, признающим меньшинства как таковые и как носителей коллективных прав» (2007 год[6]). КПЧ ООН утверждает, что Франции следует пересмотреть свою позицию по официальному признанию этнических, религиозных и лингвистических меньшинств.[7]

Как правило, такая политика навязана сверху. Она официально объявлена и строго контролируется централизованным государством (по сути многоязычным, но отказывающимся признать это).[8]

Франкофония и внешняя политика Франции[править | править вики-текст]

Такое поведение государства обусловлено, прежде всего, историческим развитием[9][10]. Центристская политика монархической, автократической Европы берёт своё начало в период становления национального государства во Франции в XVII веке, а Великая Французская Революция ведет её к логическому завершению.

Большинство государств рассматривают пропаганду своей национальной культуры как инструмент распространения политического влияния в мире. Международные отношения в области культуры служат усилению авторитета тех государств, которые в них участвуют. Устанавливается прямая связь между «глобальным» рангом нации и распространением в мире её культуры.[11]

Во Франции первое правительственное учреждение, имеющее в своем название слово «культура», — Генеральная дирекция культурных отношений — было создано в 1945 году. Так французское руководство стремилось укрепить роль страны в мировой политике. Причём приоритет отдавался распространению французского языка за границей. В начале 80-х годов предпринимается попытка культурной политики Франции.

На сегодняшний день во Франции существует большое количество структур, организаций и комиссий, призванных воздействовать на языковую сферу. Существуют структуры, которые вырабатывают и проводят в жизнь «лингвистическо-культурную» политику Франции на международной арене, определяют политику страны, связанную с Международной организацией Франкофонии и с усилением роли французского языка в мире.

Главную роль играет президент французской республики, который определяет направление внешней политики страны. Он представляет Францию на регулярных саммитах Франкофонии.

С 1999 года в рамках Министерства иностранных дел действует Генеральная дирекция международного сотрудничества и развития. Целью её является проведение французской политики в области международного сотрудничества. Она работает в таких областях, как развитие научного, культурного и технического сотрудничества, кооперация в области технических средств коммуникации и т. д. Она опирается на разветвлённую по всему миру (900 представительств) систему различных культурных учреждений (службы сотрудничества и культурного действия, культурные центры, французские институты, «Альянс Франсез», научные центры, школьные учреждения). Во всех своих программах она пропагандирует распространение французского языка. Эта дирекция координирует деятельность государственных и частных организаций, способствующих распространению и правильному использованию французского языка в образовании, коммуникации, науке и технике. В 1990 году было создано Агентство по французскому образованию за границей. Эта общественная организация способствует распространению французского языка и культуры за границей и усиливает сотрудничество между французской образовательной системой и образовательными системами других стран.[12]

На современном этапе Франция проводит политику по распространению своей культуры и языка в рамках Франкофонии. Но долгое время эта политика не нуждалась в такого рода структуре. Франция решала задачи поддержания своего статуса «великой державы» через колониальную политику, войны, экономическую экспансию, создание системы союзов и т. д. Распространение французского языка и культуры проходило во многом «автоматически», в шлейфе военно-политической экспансии.

Генерал Шарль де Голль, на время правления которого пришлось возникновение Франкофонии как международного движения, относился с большой осторожностью к институциональному оформлению этой организации. Де Голль настаивал на том, чтобы Франкофония оставалась чисто культурным мероприятием и не принимала политической окраски. Его скептицизм мог быть вызван тем, что в конце 50-х годов полностью провалилась его идея о создании на месте французской колониальной империи Французского Содружества.[13]

В 1940 году губернатор Чада и Французской Экваториальной Африки Феликс Эбуэ, выходец из Французской Гвианы, предложил предоставить автономию французским африканским колониям. Старая система должна была быть заменена некой «ассоциацией» Франции и Черной Африки, которая уважала бы национальные обычаи и институты и управлялась бы Францией не напрямую, а через систему придаточных органов.[14]

В 1944 году этот план поддержал сам лидер «свободной Франции» генерал де Голль в своей знаменитой речи, произнесенной в Браззавиле (столице африканской колонии Конго).[15] После окончания Второй мировой войны эти идеи были воплощены в жизнь. По новой французской конституции 1946 года[16] создавался Французский союз, в состав которого вошли Франция и её колонии. Тем самым французское гражданство предоставлялось всем жителям зависимых территорий. По словам де Голля, Франция была призвана «шаг за шагом поднимать людей к вершинам достоинства и братства, где однажды они смогли бы объединиться».[17]

4 октября 1958 года после возвращения к власти Шарля де Голля была принята новая Конституция Франции.[18] Один из её разделов посвящался отношениям Франции с колониями. Признавая принцип «свободного самоопределения народов», документ предлагал населению «заморских территорий» образовать вместе с Францией единое сообщество, основанное на «равенстве и солидарности народов, входящих в его состав». Члены сообщества должны были пользоваться автономией во внутренних делах; внешняя политика, оборона, экономическая и финансовая политика, использование стратегического сырья находились в их общей компетенции.[19] После принятия Конституции в метрополии был проведен референдум о «заморских территориях». Населению колоний предлагалось ответить, одобряет ли оно проект Конституции и хочет ли остаться вместе с Францией в составе Сообщества. Население Гвинеи отвергло проект конституции, и с 1 октября 1958 года эта страна стала независимой. Остальные французские колониальные владения одобрили проект конституции и получили статус государств-членов Сообщества, пользующихся внутренней автономией. Тем не менее, меньше чем через два года почти все они предпочли выйти из Сообщества, обретя полную независимость.[20]

Таким образом, африканцы не поддержали проект де Голля, стремясь к полной независимости от бывшей метрополии, и де Голль, будучи реалистом, принял этот факт. Поэтому предложения африканских лидеров о создании межгосударственного франкофонного сообщества всерьёз и не воспринимались. Одновременно он отдавал себе отчет в том, что, начав серьёзную работу по организации Франкофонии (требующую больших финансовых и материальных расходов и, очевидно, обречённую на неудачу), Франция попадала под огонь критики как «гегемонистская» и «неоколониальная» держава.

Тем не менее, де Голль активно поддерживал деятельность неправительственных международных организаций, способствующих распространению на планете французского языка и стремящихся сделать его инструментом для диалога культур (например, таких, как ассоциация франкоговорящих университетов или парламентариев). Однако де Голль негативно относился к созданию межправительственной международной организации на этой основе. Но именно активация деятельности неправительственных организаций в 60-е годы в итоге стала одним из главных факторов создания первого межгосударственного органа Франкофонии — Агентства по культурному и техническому сотрудничеству в 1970 году.

Кроме того, всей своей деятельностью внутри страны и на международной арене де Голль объективно способствовал реализации этого проекта. Только благодаря его политике были созданы условия, необходимые для воплощения в жизнь программы Франкофонии. Франция обрела политическую стабильность, усилила свой политический вес и независимость мировой политики, укрепила моральный авторитет на международной сцене, сумев завершить деколонизацию африканских стран и урегулировав алжирский кризис.[21]

В конце своего правления де Голль несколько смягчил свою позицию по отношению к межгосударственной надстройке над Франкофонией. Министр культуры Франции А.Мальро принимал активное участие в подготовительных встречах перед созданием Агентства в 1970 году. Но оно призвано было заниматься лишь «культурными» вопросами, одобренными де Голлем.

После ухода де Голля с политической арены и на фоне постоянного снижения авторитета Франции на мировой арене фактически началось настоящее использование Франкофонии для нужд внешней политики страны. Одновременно этому способствовала логика развития любой организации «от простого к сложному» и «привыкание» к Франкофонии со стороны внешнего мира.

В 80-е годы президент-социалист уже мог пренебречь обвинениями в «неоколониализме». В 90-е годы после крушения биполярной системы, в которой Франция имела возможность балансировать между полюсами для демонстрации «независимости» своей внешней политики, началась активизация франкофонного проекта.

Итак, на сегодняшний день во Франции существует большое количество структур, организаций и комиссий, призванных воздействовать на языковую сферу. Существуют структуры, которые вырабатывают и проводят в жизнь «лингвистическо-культурную» политику Франции на международной арене, определяют политику страны, связанную с Международной организацией Франкофонии и с усилением роли французского языка в мире. Такое поведение государства обусловлено, прежде всего, историческим развитием.

Отношение французов к французскому языку[править | править вики-текст]

Во Франции население внимательно относится к языку ежедневного общения. Французы не особенно интересуются эффектами, которые имеет официальная языковая политика Парижа, но их действительно беспокоит проблема того, что «язык может становиться несколько примитивнее, если, например, упростить его орфографию».[22]

Давид Гордон, известный лингвист, отмечает, что французы видят свой язык исполняющим важную роль в мире: французский рассматривается как универсальный, чистый и понятный. «Типичной является забота французов о чистоте своего языка, о том, чтобы он не был искажён или испорчен. Столь же обычно для них и широко распространённое убеждение о том, что экспансия французского имеет просветительскую миссию и в то же время способствует укреплению политических позиций Франции на международной арене. Эта просветительская миссия связана с подсознательной верой французов в то, что Франция является носителем универсальной идеи, идеи о том, что природа человека везде и во все времена неизменна, а законы этой природы наиболее полно отражены и соблюдены во Франции».[23]

31 декабря 1975 года, президент Франции Валери Жискар д’Эсте́н подписал закон о защите французского языка от вторжения английского и любого другого языка, а значит и чужой культуры.[24] Закон также касался гарантий языкового статуса в определённых коммерческих и некоторых других сферах в самой Франции. В течение дебатов, которые привели к принятию законопроекта, партии разных политических толков поддержали этот закон. Один из политиков, выступавших за Французскую Коммунистическую партию с посланием Сенату в октябре 1975 года, сказал то, что могло прозвучать практически от любой партии: «Язык — мощный определяющий фактор национального самосознания, посредник национального наследия, истинный проводник этого наследия, в котором школа не может являться основным средством передачи этого наследия. Мы не согласны с теми, кто смиряется с вырождением языка, с тем, что грамматика, лексика и стилистика становятся поверхностными, бедными и ненасыщенными, и, что меньше и меньше людей изучают национальную литературу, которая является наследием и национальным сознанием».[25]

Языковая политика в регионах и заморских владениях Франции[править | править вики-текст]

Корсика — законом о статусе Корсики закреплено изучение корсиканского языка в школах[26]. В 2013 году Ассамблея Корсики также приняла решение о признании корсиканского языка вторым официальным; правда, это решение рядом источников расценивается как символическое.[27]

Эльзас — в школах наряду с французским как язык обучения используется и немецкий[28] Немецкий язык обозначен в законодательстве Эльзаса как региональный.[29]

Национальная ассамблея Французской Полинезии в 2005 году приняла резолюцию, разрешавшую использовать в ассамблее местные языки наряду с французским. Государственный совет в 2006 году отменил эту резолюцию; жалоба на решение ГС не была принята к рассмотрению по существу Европейским судом по правам человека.[30]

В Новой Каледонии французский и канакские языки признаны языками образования и культуры[31]

Примечания[править | править вики-текст]

  1. Конституция Франции (2008) (англ.)
  2. Решение Конституционного совета № 99-412 DC (фр.)
  3. Nouvel obstacle à la ratification de la Charte des langues régionales Le Monde
  4. http://www2.ohchr.org/english/bodies/ratification/4_1.htm
  5. Third Periodic Report, 1996 — Para. 394, p. 74 (англ.)
  6. Fourth Periodic Report, 2007 — Para. 367, p. 67 (англ.)
  7. Observations finales du Comité des droits de l’homme — Para. 11, p. 3 (фр.)
  8. Harold F. Schiffman. Linguistic culture and language policy. London. 1996. p. 99
  9. Английский язык (история)
  10. Нормандский язык
  11. Lombard A. Рolitique culturelle internationale. La modele francaise face a la mondialisation. 2003. p. 44
  12. И. В. Чернов. Международная организация Франкофонии: лингвистическое измерение языковой политики. СПб.:2006, стр. 84
  13. Там же. стр. 86
  14. Le Scouarnec F.-P. La Francophonie. Edition du Boreal, 1997. p.38
  15. И. В. Чернов. Международная организация Франкофонии: лингвистическое измерение языковой политики. СПб.:2006, стр. 81
  16. France — Constitution 1948// http://www.vescc.com/constitution/france-constitution-eng.html
  17. Военные мемуары. Речь генерала де Голля по случаю открытия конференции в Браззавиле 30 января 1944//http://militera.lib.ru/memo/french/gaulle2/13.html
  18. Constitution of 4 October 1958//http://www.assemblee-nationale.fr/english/8ab.asp
  19. Смирнов В. П. Франция в 20-м веке. М., 2001. стр. 242
  20. Там же. стр. 253
  21. «De Gaulle et la francophonie» par Jean-Marc Leger, conseiller en relations internationales//http://www2.bilinat.gouv.qc.ca/rfd/gaulle/gaulle16
  22. Renee Balibar. L’Institution du francais. Essai sur le colinguisme des Carolingiens a la Republique. Paris, PUF, 1985. p. 243
  23. Gordon D. The French Language and National Identity 1930—1975. vol. 22 of Contributions to the Sociology of Language. Mouton, the Hague, Paris, New-York. р. 453
  24. Там же. р. 458
  25. Harold F. Schiffman. Linguistic culture and language policy. London. 1996. р. 113
  26. The Corsican language in education in France. 2nd Edition Regional dossiers series / Mercator-Education ISSN 1570–1239 — р. 8 (англ.) Loi nº 2002-92 du 22 janvier 2002 relative à la Corse Article 7 (фр.)
  27. Votes in favor of co-official status for Corsican languageNPLD (англ.) Le corse va-t-il devenir langue "co-officielle" avec le français sur l'île de Beauté ? La langue officielle corse en question (фр.)
  28. D. Huck, A. Bothorel-Witz, A. Geiger-Jaillet Report on the linguistic situation in ALSACE (France) Language Bridges Papers (2005)
  29. France and the European Charter for Regional or Minority Languages (ECRML) (англ.)
  30. Decision Birk-Levy v. France (39426/06) representatives forbidden to use Tahitian in national assembly of Tahiti : inadmissible (англ.)
  31. Соглашение в Нумеа пкт. 1.3.3 (англ.)

Ссылки[править | править вики-текст]