Династия Южная Мин

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Династия Южная Мин (кит. упр. 南明, пиньинь: Nán Míng) в истории Китая — собирательное название нескольких режимов, существовавших в отдельных районах центрального и южного Китая после смерти последнего правившего в Пекине императора династии Мин Чжу Юцзяня и захвата Пекина и северного Китая маньчжурской империей Цин в 1644 г. Южно-минские режимы возглавлялись «императорами», происходившими из минской императорской семьи Чжу, или по крайней мере теоретически были верны одному из этих императоров (то есть, например, признавали его календарную эру).

Последний южно-минский император Чжу Юлан бежал в Бирму в 1659 г. В 1662 г. он был выдан бирманским королём цинскому Китаю и казнён; в том же году было покончено и с его главным партизанским генералом, Ли Динго, Великим князем Цзиньским, что ликвидировало какое-либо серьёзное южно-минское сопротивление на большой земле. Тем не менее, режим захватившего Тайвань Чжэн Чэнгуна и его наследников (государство Дуннин), теоретически признававший власть империи Мин, просуществовал ещё два десятилетия, до 1683 г.

Падение Минской империи (1644)[править | править вики-текст]

Император Чжу Юцзянь убивает свою дочь, чтобы она не досталась повстанцам Ли Цзычэна. Слева во дворе виднеется повесившимся на дереве видимо он же. Рисунок европейского художника для «Рассказа о татарской войне» Мартино Мартини (1655 г)

После более двух веков существования, основанная Чжу Юаньчжаном в 1368 г. Империя Мин вошла к концу XVI в. в состояние застоя (царствие Ваньли), перешедшее в XVII в. в период упадка государственной власти.

В 1620-х годах чжурчжэни, жившие вдоль северо-восточной границы империи, полностью захватили минскую провинцию Ляодун, создав там империю Поздняя Цзинь, которую они вскоре переименовали в Империю Цин, а себя — в маньчжуров. На сторону Цинской империи перешло немало китайцев, включая и некоторых видных генералов, ранее сражавшихся в Ляодуне против чжурчжэней/маньчжуров (напр. Хун Чэнчоу (Hong Chengchou)).

Внутри же Китая крестьяне вступали в ряды бандформирований или повстанческих отрядов, объединившиеся под общим командованием Ли Цзычэна на севере страны и Чжан Сяньчжуна в её центральных районах. Весной 1644 г. повстанцы Ли Цзычэна без боя вступили в Пекин. Войдя в Запретный город, они обнаружили, что императорская казна пуста, а сам император Чунчжэнь (Чжу Юцзянь) повесился на задворках дворца. Вскоре последний минский генерал, обладавший гарнизоном с реальной силой — У Саньгуй, в крепости Шаньхайгуань на Великой стене — открыл ворота маньчжурам; цинские войска, с помощью У Саньгуя, изгнали Ли Цзычэна из Пекина, и Пекин стал новой столицей Цинской империи.

Нанкин[править | править вики-текст]

Вторжение маньчжур в Китай. Гравюра европейского художника с титульной страницы книги Мартино Мартини «Рассказ об опустошении Китайского Царства татарами» (Regni Sinensis a Tartaris devastati enarratio. Амстердам, 1661). Рисунок критикуется современными историками (Памела Кроссли, Давид Мунджелло) как не соответствующий содержанию книги: например, маньчжурский воин держит отрубленную голову за косу, хотя косы носили именно маньчжуры (и покорённые ими китайцы), а не китайцы, ещё воюющие на стороне Южной Мин

События 1644 года были далеко не первым эпизодом в истории Китая когда север страны был захвачен варварами, и законный император погиб или был взят в плен. Пятьсот лет назад, в 1127 г, сунская столица Кайфын была захвачена предками маньчжуров — чжурчжэнями, а молодой император, и недавно отрекшийся от престола прежний император Хуэйцзун были увезены в Маньчжурию. Тем не менее один из выживших членов императорского дома сумел воссоздать империю. С новой столицей в Ханчжоу (регион Цзяннань), империя Южная Сун просуществовала еще полторасто лет.

В отличие от империи Сун, у империи Мин была «запасная столица» — Нанкин (то есть «Южная столица»), главный центр богатейшего региона Китая, Цзяннани, откуда императорский двор был переведен в «Северную столицу» Пекин императором Юнлэ в начале XV века. Хотя со времен Юнлэ императоры никогда не жили в Нанкине, там оставались императорский дворец, и существовали уменьшенные варианты большинства государственных министерств и ведомств. Не то чтобы в данной ситуации они были особо работоспособны: когда 5 апреля 1644 г. император Чунчжэнь (Чжу Юцзянь) разослал запрос об экстренной помощи по всем командным центрам империи, нанкинский военный министр и генерал-губернатор Цзяннани Ши Кэфа (Shi Kefa) так и не смог мобилизовать войск для северной столицы к моменту её падения 3 недели спусти.[1]

Тем не менее, Ши Кэфа и другие высшие нанкинские чиновники, собравшиеся 22 мая 1644 г. для обсуждения вопроса, «Что делать?», наверняка помнили о примере Южной Сун.[2] Что случилось с сыновьями погибшего императора Чжу Юцзяня, никто не знал, но особых надежд на их спасение не было; для существования империи же необходим был действующий император, или по крайней мере регент. Следующим после сыновей Чжу Юцзяня по порядку престолонаследия был несомненно Чжу Юсун, великий князь Фу (Zhu Yousong): внук императора Ваньли, и двоюродный брат Чжу Юцзяня. За ним по порядку престолонаследия следовали ещё три великих князя, которые находились слишком далеко от Нанкина, чтобы рассматриваться как серьёзные кандидатуры в создавшихся обстоятельствах. Пятым по порядку шёл Великий князь Лу (Чжу Чанфан).[1]

Кандидатура Великого князя Фу вызывала, однако, определённые разногласия. Его отец был сыном императора Ваньли от его любимой жены по фамилии Чжэн; но несмотря на несомненное желание императора сделать его наследником престола, мандарины минского госаппарата заставили императора «играть по правилам», и сделать своим наследником своего первородного сына (от другой жены) Чжу Чанло. Многие потому опасались, что придя к власти, князь Фу начнет сводить счёты за давнию обду своего отца; к тому же Ши Кэфа знал князя Фу не с лучшей стороны, и предпочёл бы ему Лу как правителя. Тем не менее, сторонники князя Фу, предводительствуемые Ма Шиином (马士英), смогли быстро организовать доставку его с реки Хуай в Нанкин, где он был торжественно встречен собравшимися чиновниками 5 июня 1644 г. 7 июня он был, по примеру Чжу Циюя (правившего в 1449—1457, пока его брат был в плену у монголов) объявлен регентом (кит. трад. 监国, упр. 監國, пиньинь: jiānguó, буквально: «управляющим государством») и переехал в нанкинский императорский дворец. Уже 19 июня он был провозглашён императором, и было объявлено что следующий (1645) год будет первым годом эры Хунгуан.[1][3]

Мемориал Ши Кэфа, одного из самых почитаемых героев Китая, в Янчжоу

Первый год эры Хунгуан оказался однако и её последним годом. Ни в финансовом, ни в организационном, ни в военном отношении режим императора Хунгуана не представлял из себя значительной силы. Его реальный контроль не простирался за пределы нескольких провинций, прилегающих к Нанкину, и даже там сбор налогов был часто затруднен тем, что местное население было разорено бандформированиями. Режим раздирался фракционной борьбой между кликами Ши Кэфа и Ма Шиина, а войско кое-где состояло из местных разбойников, поставленных на казённое довольствие. Многие в правительстве считали, что главной опасностью для государства являются не маньчжуры а повстанцы Ли Цзычэна и прочие незаконные бандформирования, и до какой-то степени приветствовали анти-повстанческую деятельность маньчжуров на севере страны.[1][4][5]

Осенью 1644 г даже было послано посольство в Пекин, в надежде договориться с маньчжурами и откупиться от них, по примеру Южной Сун и чжурчжэньской Империи Цзинь — но маньчжуров такое предложение вовсе не интересовало, и они просто отобрали привезённые из Нанкина дары, и арестовали двух из трёх послов. Третий из них был завербован маньчжурами как тайный агент и отпущен обратно в Нанкин.[1][6]

Весной 1645 г. в Нанкине объявился и был посажен в крепость самозванец Ван Чжимин, выдававший себя за сына повесившегося императора Чжу Юцзяня.[4]

Когда маньчжуры подошли к стенам Нанкина, никто не стал защищать город

Тем временем зимой 1644/45 гг. маньчжуры произвели зачистку северных провинций от остатков повстанцев Ли Цзычэна, и в январе начали наступление на северную окраину территорий, контролируемых режимом Хунгуана. Ши Кэфа, командовавший северным фронтом, просил подкреплений, но сидящий в Нанкине Ма Шиин отказывал, подозревая что Ши просто хочет укрепить свои политические позиции. Однако на некоторое время маньчжуров удалось остановить на Жёлтой реке.[7] В конце мая 1645 г., несмотря на героическую оборону, организованную посланным в Янчжоу Ши Кэфа, этот ключевой город на северном берегу Янцзы был взят армией маньчжурского князя Додо (Dodo), за чем последовала пятидневная массовая резня уцелевших защитников города и гражданского населения — полагают, что Додо поощрял её, в качестве предупреждения жителям других городов Цзяннани. Пленённый маньчжурами Ши Кэфа отказался перейти на их сторону, и также был казнён.[8]

Ночью 1 июня маньчжуры под прикрытием тумана и при помощи отвлекающего маневра смогли форсировать Янцзы и занять Чжэньцзян. Путь на Нанкин был открыт. Минские военные моряки на Янцзы, поняв что их обошли ушли вниз по реке, и затем перебазировались в Фучжоу.[9]

39 лет спустя после падения Нанкина, цинский император Канси посетил город, и в знак нерушимости господства Цин установил в нанкинской Барабанной башне свою черепаху

После падения Янчжоу в Нанкине начался общий хаос. Клика Ма Шиина и Жуань Дачэна расправлялась со своими противниками, но скоро по Янцзы из Учана пришел флот тамошнего губернатора (бывшего повстанца) Цзо Лянъюя (Zuo Liangyu, 左良玉), решившего разделаться наконец с Ма и Жуанем. На заре 4 июня жители Нанкина узнали, что император Хунгуан покинул город, и ринулись грабить его опустевший дворец. Толпы сброда освободила самозванца Ван Чжимина, привели его во дворец и объявили императором, а ранее посадивший его в тюрьму Ма Шиин бежал из города, скрываясь от народного гнева.[4]

6 июня маньчжуры подошли к стенам Нанкина; оставшиеся в городе руководители вышли приветствовать их, преподнеся князю Додо свои визитные карточки. Маньчжуры не стали учинять резни и больших разрушений в южной столице, но снесли императорский дворец а также несколько кварталов для своей базы, и захватили немало местных женщин. Большинство пленниц было впоследствии выкуплено их семьями, но несколько сот было уведено в Пекин.[4] Сам же Нанкин («Южная столица») был переименован в Цзяннин («Речной покой»).[10]

Традиционные китайские источники расходятся, что сталось с императором Хунгуаном, бежавшим из своей столицы. Ни один из городов в округе не хотел приютить его. По одни рассказам он утопился, по другим — его утопил один из его генералов, чтобы он не достался врагам. Историки, впрочем полагают, что на самом деле он на короткое время нашёл прибежище у генерала Хуан Дэгуна в Тунлине (пров. Аньхой), но когда 15 июня за ним явились цинские войска, офицеры Хуан Дэгуну убили своего генерала, сдали императора Цинам, и перешли на сторону завоевателей.[11] 18 июня маньчжуры привезли его в Нанкин. После осмеяния местными жителями и «очной ставки» с самозванцем Ван Чжимином, бывший император был увезен в Пекин, где как он, так и Ван Чжимин были казнены в 1646 г.[12]


Фуцзянь[править | править вики-текст]

Гуандун[править | править вики-текст]

Младший брат убитого Цинами Чжу Юйцзяня, Чжу Юйюэ (朱聿鐭[13], Zhu Yuyue), смог бежать из Фуцзяня в Гуандун. 5 декабря 1646 г. он прибыл в Гуанчжоу, где его уже поджидали многие из бывших придворных его брата, и через неделю он был провозглашён в Гуанчжоу императором под девизом Шаоу. Он сформировал свой императорский двор, в основном из кантонских чиновников, армию и и флот — главным образом из местных горных разбойников и морских пиратов.[14]

Услышав эти новости, внук императора Ваньли Чжу Юлан, считавший себя законным наследником престола, вернулся из Учжоу в Чжаоцин и 24 декабря 1646 г. также был провозглашён императором, под девизом Юнли, и начал спешно организовывать оборону в стратегических пунктах по Западной реке, что течёт от Чжаоцина к Гуанчжоу.[14]

Далее события развивались быстро. Попытка договориться кончилась неудачей: приверженцы Шаоу просто казнили прибывшего к ним посланца Юнли. Между двумя южноминскими императорами началась гражданская война. Хотя силы Юнли смогли выиграть первую битву (4 января 1647 г), во втором сражении, 7 января близ г. Саньшуй (Sanshui), они были практически уничтожены войсками Шаоу. Но тут маньчжуры под командованием Чэндуна пришли в Гуандун (т. н. Первое цинское вторжение в Гуандун), и разгромили силы обоих соперничающих минских императоров. Генералы Шаоу были настолько заняты борьбой с Юнли, что цинские силы (небольшое ядро маньчжурско-китайских знамённых войск и разношёрстные китайские отряды, перешедшие из разбитых минских армий к Цинам) смогли незаметно для неприятеля дойти из Фуцзяни до самых стен Гуанчжоу, и разгромить войска Шаоу, как раз когда те устроили свой парад победы (20 января). Премьер-министр императора Шаоу совершил самоубийство, а большинство других членов госаппарата перешло на сторону Цинов.[14] Что касается самого императора Шаоу, то он пытался бежать, но был пойман и казнён (конец января 1647), как и многие другие находившиеся в Гуанчжоу члены минского императорского дома.[14][15]

Благоприятное географическое положение — к западу от Гуанчжоу, в низовьях Западной реки, в бассейн которой входит почти вся провинция Гуанси, что облегчало возможность отступления практически в любую точку этой провинции с использованием водного транспорта — спасло императора Юнли от подобной же участи. Избавленный маньчжурами от конкурента император Юнли со своим двором эвакуировался из Чжаоцина вверх по Западной реке в Учжоу, оттуда вверх по Гуйцзян в Гуйлинь. Наконец 20 марта император перебрался в Цюаньчжоу (Quanzhou), в самом северо-восточном углу провинции, на границе с Хунанью (тогда, Хугуаном). Цинские войска взяли Чжаоцин 20 февраля и Учжоу 5 марта. Небольшой цинский отряд добрался даже до Гуйлиня (15 апреля), но не смог взять города.[14][15]

Эвакуация минского двора в Цюаньчжоу, расположенном на стыке речных систем Гуанси и Хугуана, имело определённый стратегический смысл. К этому времени большинство войск, ещё сохранивших верность минской династии, находились именнов в южном и западном Хугуане. Среди них были остатки бывших минских гарнизонов в этой провинции, переживших крестьянскую войну Чжан Сяньчжуна путем ухода в горы, и перехода на полу-партизанский режим существования. Были там и части армий хугуанского губернатора Цзо Лянъюя, которые летом 1645 г. Цинам близ Цзюцзяна, но сейчас возвратились в Хугуан и вернулись на минскую сторону. Была также армия из Юньнани, которая была два года назад послана к Нанкину н апомощь императору Хунгуану (Чжу Юсуну), но только добралась до провинция Хугуан к моменту падения Нанкина. Наконец, все четыре генерала, командовавшими остатками армий Чжан Сяньчжуна (чей кровавый режим был недавно уничтожен Цинами в Сычуани) одновременно вели переговоры и с цинским режимом, и с минскими императорами (сначала с Лунъу, теперь с Юнли). Однако все эти силы были плохо организованы, разобщены, и едва ли могли эффективно взаимодействовать друг с другом; к тому же в Хугуане, опустошённом повстанческими армиями Чжан Сяньчжуна и мятежниками Цзо Лянъюя, не было достаточных ресурсов, чтобы поддерживать их в боеспособном состоянии.[14]

Неожиданно для минского двора на их сторону перешли генералы Цзинь Шэнхуань и Ван Дэжэнь. В прошлом Цзинь был минским генералом, а Ван был одним из командиров в повстанческой армии Ли Цзычэна. Оба в свое время сдались со своими войсками Цинам, и играли важную роль в усмирении провинции Цзянси; но сейчас у них возникли проблемы с их новыми хозяевами. Цзинь и Ван, командовавшие цинскими войсками в этой провинции, 20-21 февраля 1648 года подняли восстание в её столице Наньчане, к которому присоединились многие анти-цински настроенные жители провинции.[16] В результате этого восстания весной 1648 г. верные императору Юнли силы смогли освободить Гуандун от цинских оккупантов, и императорский двор вернулся в Чжаоцин. [17]

В этом же году иезуит Коффлер окрестил Главную вдовствующую императрицу Ван, которая стала известна как Елена Ван; вдовствующую императрицу Ма, ставшую Марией; императрицу Анну Ван; и наследника престола Чжу Цусюаня, родившегося около 1646 г, и ставшего в крещении Константином (Dangding, Дандин)[17] — надо полагать, не без мысли о св. Елене и Константине.[18] Крещение членов императорского дома произвело сенсацию в Европе; интересно однако, что китайские источники о нём не сообщают. [19] Многочисленные придворные также приняли крещение.[17]

Юго-запад[править | править вики-текст]

К началу 1650 г, однако, военное положение вновь ухудшилось для минской стороны, и в феврале 1650 г. двор Юнли, вместе с Боймом, отступил вверх по реке в Учжоу. В начале ноября (видимо, ещё в Учжоу), Главная вдовствующая императрица Елена Ван и главный евнух Ахиллес Пан написали письма к Папе римскому и генералу ордена иезуитов со слезной просьбой о помощи против цинских завоевателей. Бойм взялся доставить послания по назначению, и замолвить слово за беглого императора перед святейшим престолом. Вместе с Боймом Ахиллес отправил в Рим двух молодых придворных-христиан, но один из них, Иосиф Го (кит. упр. 郭若习, пиньинь: Guō Ruòxí, палл.: Го Жоси) вскоре заболел и вернулся домой. Другой же, Андрей Чжэн (кит. упр. 郑安德勒, пиньинь: Zhèng Āndélè, палл.: Чжэн Андэлэ), добрался с Боймом до Рима, и в 1659 г. вернулся с ним в Китай.[20][21]

В ноябре того же года, после падения Гуанчжоу, императорский двор продолжил путь на запад, эвакуировавшись в Наньнин, столицу провинции Гуанси. Тем временем Коффлер выбрался из взятого цинскими войсками Гуанчжоу и попытался проникнуть в Гуанси к императору, но был по дороге убит маньчжурами.[17]

Пушка, отлитая сторонниками Юнли ок. 1650 г

Летом 1651 г. Главная вдовствующая императрица Елена Ван умерла в Наньнине,[22] и в октябре императору Юнли с матерью, женой, двумя наложницами, детьми и двором пришлось бежать от наступающих Цинов на север, в Гуйчжоу.[23]

После бегства из Наньнина, главной военной силой, остававшейся (хотя бы номинально) на стороне минского императора стали остатки бандитско-повстанческих сил того самого Чжан Сяньчжуна, который в предшествующем десятилетие терроризировал минские власти в центральном Китае. Сам Чжан Сяньчжун был убит в стычке с цинами в 1647 г., вскоре уничтожившими его кровавый режим (т. н. «Великое Западное Государство» в Сычуани).

Когда войска У Саньгуя, продолжавшего работать на свих цинских хозяев, вошли в Сычуань в 1651 г для зачистки территории, уцелевшие подручные Чжана, Ли Динго, Лю Вэньсю и Сунь Кэван отвели свои отряды на юг, в Юньнань и Гуйчжоу. Сунь Кэван и раньше предлагал Чжу Юлану свою поддержку, при условия что его пожалуют в великие князья Минской империи, но тогда Чжу Юлан отвергнул это предложение, мотивируя это тем, что Сунь Кэван не императорской крови. Но в 1651 г. минскому императору, спасавшемуся от цинского наступления, не оставалось ничего делать как принять поддержку Сунь Кэвана. В результате император, однако, попал из огня да в полымя: с марта 1652 г, бывший бандит, сделавшийся великим князем, держал императора под контролем своих подручных в Аньлуне (Anlong), в глухом уголке юго-западного Гуйчжоу, недалеко от границы с Гуанси и Юньнанем, а сам же утвердился в столице провинции, городе Гуйян как фактический глава государства.

Император пытался связаться с другим бывшим Чжан-Сяньчжуновским генералом, Ли Динго, чтобы тот освободил его от опеки Суня; прознав об этих планах императора, весной 1654 г Сунь Кэван послал комиссию в Аньлун, проведшую расследование анти-Суньской деятельности при дворе императора, и казнившую 18 членов императорской свиты.[23][24]

Шан Кэси, цинский генерал-губернатор Гуандуна

Ли Динго тем временем достаточно успешно воевал за минского императора против Цинов. В декабре 1654 г. его 40-тысячная армия даже смогла осадить Гуанчжоу, в надежде взять крепость измором. Ли надеялся что на помощь ему приплывет флот Чжэн Чэнгуна. Но вместо этого на помощь осажденному в крепости цинскому генерал-губернатору Шан Кэси (尚可喜) прибыло маньчжурское подкрепление, и в марте 1655 г Ли пришлось отступить в Гуанси.[25]

Только в 1656 г. Ли Динго наконец избавил императора от контроля Сунь Кэвана, за что и был пожалован в Великие Князья Цзиньские, то есть официально стал вторым после императора человеком в «империи».[23][26] В 1656 г двор Юнли, под охраной Ли Динго, прибыл в столицу Юньнани, Куньмин, и смог на на некоторое время достаточно стабильно обосноваться там.[27] Князь Му Тяньбао, наследник рода Му, владетельствующего в Юньнани ещё со времен одного из основателей минской империи, Му Ина (Mu Ying), стал одним из главных лиц в правительстве Юнли.[22] Известно даже, что в том же году императорский двор набрал около 20 мальчиков для работы евнухами в императорских покоях.[22]

Стабильному существованию режима Юнли в Куньмине пришел конец в январе 1659 года, когда, сметя сопротивдение сил Ли Динго, в Куньмин вошли войска знаменитого У Саньгуя, того самого китайского генерала, который за 15 лет до того открыл маньчжурам дорогу в Китай. В апреле 1659 г на бирманской границе Чжу Юлан расстался с Ли Динго, который остался на китайской земле во главе большей части уцелевших минских сил, в надежде отвоевать у Цинов достаточно большой кусочек Китая, куда мог бы вернуться император. Сам же император Юнли, вместе с Му Тяньбао и несколькими тысяч человек свиты и охраны вошёл в Бирму, и перевалив через заселённые полунезависимыми племенами горы, достиг первого бирманского города, Бамо, на реке Иравади.[22]

Китайцы смогли захватить у местных жителей около сотни лодок, на которых император со своим двором и часть его войск стали сплавляться к тогдашней столице бирманского королевства, Аве. Отстальные же войска (около 800 человек, под командованием генерала по фамилии Пань), пошли к столице сухим путем, но по дороге были все перебиты бирманцами.[22]

Сикайн, современный вид

Примерно в это же время Михал Бойм и Андрей Чжэн, вернувшиеся в юго-восточную Азию с папским ответом на письма императрицы и евнуха. Папа обещал молиться за императорскую семью, но не обещал какой-то конкретной помощи — а португальцы в Макао, так же как и голландцы, тоже посещавшие Китай, давно уже признали цинскую династию как новое законное правительство всей страны. Попытки Бойма проникнуть вглубь Китая и отыскать императора-партизана не увенчались успехом, и 22 июня 1659 г он умер где-то в джунглях у китайско-вьетнамской границы, и был похоронен Чжэном.

Бирманский король Бенгтал (Пиндале) (Pindale) был, видимо, вовсе не в восторге от неожиданных гостей, прибывших в его столицу, но не стал пытаться истребить или изгнать их. Император и его двор были интернировал в посёлке Сикайн, через реку от Авы. Китайцы провели там более двух лет. В августе 1662 г. недавно сменивший Пиндале новый бирманский король, Пьи Менг (Pye Min), видимо решил избавиться от проблем, связанных с присутствием беглого императора на его территории. Его многотысячное войско с боевыми слонами окружило минский лагерь и в неравном бою перебило практически всех китайцев (несколько тысяч человек, согласно мемуарам Ян Дэцзэ), оставив в живых лишь императорскую семью (Чжу Юлан, его мать, жена, две наложницы, наследник Константин, и принцесса), юного евнуха Ян Дэцзэ, и несколько почти случайно выживших офицеров и придворных.[22]

В самом конце 1661 г, не дождавшиеся ответа из Бирмы на свои запросы о выдаче беглого императора У Саньгуй и маньчжурский князь Айсинга вошли из Юньнани в Бирму, и, преодолев сопротивление ещё действующих в приграничных районах сил Ли Динго, к 20 января 1662 г подошли на 30 км к Аве. Через несколько дней бирманский конвой передал царственных пленников цинским войскам, которые после трехмесячного пути доставили их в Куньмин.[22][23]

14 апреля 1662 г. цинские регенты[28] в Пекине получили сообщение из Куньмина от У Саньгуя и маньчжурского генерала Айсинги[29] о поимке беглого минского императора. Не существует документального подтверждения об отдаче цинским двором приказа о казни Чжу Юлана; однако историки полагают, что ни У Саньгуй, ни Айсинга не осмелились бы казнить его по собственной инициативе. С другой стороны, У Саньгуй и Айсинга и сами вряд ли бы хотели долго держать пленного императора в Куньмине (учитывая то, что за несколько недель его содержания там был раскрыт по крайней мере один заговор в рядах цинского гарнизона, направленный на его освобождение), или отправлять его через всю страну в Пекин (ввиду далеко не полного цинского контроль над дорогами).[30] Как бы то ни было, источники сходятся на том, что во второй половине мая или в июне 1662 г. император, наследник Константин (которому тогда было около 16 лет), и, возможно, ещё один юноша из числа императорских родственников, были удавлены, или же их заставили удавиться.[30]

Ли Динго, отряд которого так и не смог вызволить императора из рук бирманцев и Цинов, погиб на юге Юньнани, близ лаосской границы, через несколько месяцев после казни императора (вероятно, в августе 1662 г).[27][31]

На этом закончилось организованное минское сопротивление маньчжурам на китайской большой земле.

Тайвань[править | править вики-текст]

См также[править | править вики-текст]

Примечания[править | править вики-текст]

  1. 1 2 3 4 5 Struve 1988, С. 641-642, 651
  2. Ср. сунские аллюзии в риторике южноминских патриотов, настаивавших на освобождении севера, и противопоставляющих себя Ма Шиину и его клике, которых они обвиняля в готовность отдать пол-страны маньчжурам (Wakeman 1985, С. 369)
  3. Wakeman 1985, С. 345-346
  4. 1 2 3 4 Struve 1993, С. 55-66
  5. Wakeman 1985, С. 404
  6. Wakeman 1985, С. 405-410
  7. Wakeman 1985, С. 411
  8. Struve 1993, С. 28-48
  9. Wakeman 1985, С. 570
  10. Struve 1988, С. 661
  11. Wakeman 1985, С. 572
  12. Wakeman 1985, С. 580-581
  13. На самом деле последний иероглиф в имени Чжу Юйюэ есть не 鐭, а похожий на него редкий иероглиф 𨮁, который отсутствует в большинстве современных шрифтов. Он пишется как комбинация [金粵] (см U+028B81 in Unihan database, и словари, напр. CCTV Pinyin Converter, дают ему произношение «yù»
  14. 1 2 3 4 5 6 Struve 1988, С. 678-679, 681
  15. 1 2 Hummel 1970.
  16. Struve 1988, С. 684
  17. 1 2 3 4 «Andreas Wolfgang Koffler» in the Dictionary of the Ming Biography, pp. 722—723
  18. Что видимо и имел в виду Кирхер (1667), несколько упрощая семейное положение минского импреатора, и упоминая «китайского императора Константина и его мать Елену, недавно обращенных в христианскую веру австрийским отцом Коффлером». («… Р. Michaël Boimus Polonus, qui à Rege & Imperatore Sinarum Constantino, ejusque Matre Helena, ad Christianam fidem operâ P. Andrea Xaverii Koffler Austriaci recens conversâ , ad Innocentium X Romam missus, admiranda, & posterorum memoria dignissima contulit…») (Первая страница обращения к читателям, «Proœmium ad Lectorem»)
  19. Struve 1993, С. 235-236
  20. «Michał Piotr Boym» in the Dictionary of the Ming Biography, pp. 20-21
  21. Текст писем (в латинском переводе Бойма) и папских ответов есть у Кирхера (1667), стр. 100—103; английский перевод у Struve 1993, С. 235-238
  22. 1 2 3 4 5 6 7 Struve 1993, С. 239-260
  23. 1 2 3 4 Struve 1988, С. 705
  24. Wakeman 1985, С. 990
  25. Lynn Struve, «A sketch of Southern Ming events affecting the Canton Delta area»; цитируется по Wakeman 1985, С. 995
  26. Struve 1993, С. 293
  27. 1 2 Giersch, Charles Patterson (2006), «Asian borderlands: the transformation of Qing China's Yunnan frontier», Harvard University Press, с. 38, ISBN 0674021711, <http://books.google.com/books?id=-cWJq9JjoYMC&pg=PA38> 
  28. Молодой цинский император Шуньчжи недавно умер от оспы, и в Пекине от имени малолетнего императора Канси заправляли четверо регентов
  29. Aisingga или Aisinga; кит. упр. 爱星阿, пиньинь: àixīng'ā
  30. 1 2 Struve 1986
  31. Struve 1988, С. 710

Ссылки[править | править вики-текст]

  • Struve, Lynn A. (translator and editor) (1993), «Voices from the Ming-Qing Cataclysm: China in Tigers' Jaws», Yale University Press, ISBN 0300075537 
  • Struve, Lynn A., "«The bitter end: Notes on the demise of the Yongli Emperor (Горький конец. О гибели императора Юнли)»", Ming Studies Т. 21: 62-76, 1986