Акростих

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Акростих
Логотип Викисклада Медиафайлы на Викискладе
Ixtus.gif
Acrostic (PSF).jpg

Акрости́х (др.-греч. ἀκρο-στῐχίς, ἀκρο-στῐχίδος, ἀκρο-στιχίδα от ἄκρος — край + στίχος — ряд, линия, стихотворная строка; славянское: краегране́сіе краестро́чіе[1]):

  • 1) осмысленный текст (слово, словосочетание или предложение), сложенный из начальных букв каждой строки стихотворения;
  • 2) литературная форма, стихотворение, в котором некоторые (как правило, первые) буквы каждой строки составляют осмысленный текст (слово, словосочетание или предложение).

История акростиха[править | править код]

От античности и до средних веков выбор этой формы чаще связан с сакральными мотивами (читается имя Христа, Девы Марии) или с обращением поэта (к своему покровителю, собрату по перу) или с подписью, встроенным в первый столбец букв авторским именем (считают, что именно так использовал акростих его изобретатель, древнегреческий поэт и драматург Эпихарм. На Русь акростих пришёл из Византии и начал применяться с XI века. У истоков русского акростиха также стоят акростишные подписи жившего в XVII веке иеромонаха Германа, занимавшегося переложением псалмов, например, его переложение 140-го псалма показывает по первым буквам фразу «Герман монах моляся писах»).

Типология акростиха[править | править код]

В функциональном отношении этим 3 случаям соответствуют 3 типа акростиха:

  • акростих-ключ — читаемый по первым буквам текст в концентрированном виде выражает смысл произведения и, по авторскому замыслу, должен быть замечен всяким читателем; частный случай такого решения — стихотворение-загадка с разгадкой в первых буквах:

Довольно именем известна я своим;
Равно клянётся плут и непорочный им,
Утехой в бедствиях всего бываю боле,
Жизнь сладостней при мне и в самой лучшей доле.
Блаженству чистых душ могу служить одна,
А меж злодеями — не быть я создана.
Юрий Нелединский-Мелецкий, Загадка акростишная

Jucunditas maerentium («Радость скорбящих»)
Eternitas viventium («Бессмертие живущих»)
Sanitas languentium («Исцеление ослабленных»)
Ubertas egentium («Изобилие нуждающихся»)
Satietas esurentium («Насыщение голодающих»)[2]
  • акростих-посвящение — читаемый по первым буквам текст называет его адресата; часто этот адресат указан в тексте и другим способом (в названии, в эпиграфе, прямо в стихотворении), иногда других указаний нет и тогда посвящение заметно только очень внимательному или подготовленному читателю:

Бывало, я с утра молчу
О том, что сон мне пел.
Румяной розе и лучу
И мне — один удел.
С покатых гор ползут снега,
А я белей, чем снег,
Но сладко снятся берега
Разливных мутных рек.
Еловой рощи свежий шум
Покойнее рассветных дум.
Анна Ахматова, Песенка

Радость, как плотвица быстрая,
Юрко светит и в воде.
Руки могут церковь выстроить
И кукушке и звезде.
Кайся нивам и черемухам, —
У живущих нет грехов.
Из удачи зыбы промаха
Воют только на коров.
Не зови себя разбойником,
Если ж чист, так падай в грязь.
Верь — телёнку из подойника
Улыбается карась.
Сергей Есенин, Акростих, 1919
  • акростих-шифр — читаемый по первым буквам текст не имеет прямого отношения к содержанию стихотворения и вводит в произведение новую побочную информацию. Часто такой тип акростиха использовали как средство обойти цензурные или иные запреты. В различных мемуарах встречаются упоминания об акростихе Феликса Чуева с зашифрованным девизом «Сталин в сердце», об опубликованных в советской провинциальной периодике акростихах Николая Глазкова «Дорогому Леониду Ильичу» (само стихотворение носило невинный лирический характер, что делало иронию в адрес Л. И. Брежнева одновременно безобидной и едкой) и Евгения Шешолина «Христос воскрес». Особенно известна история воронежского поэта Павла Мелехина, продававшего свои стихи более удачливым советским авторам и однажды, вместо собственной авторской подписи, зашифровавшего в первых буквах акростиха своё отношение к поэту Михаилу Касаткину, купившему и опубликовавшему это стихотворение («И» в начале последней строки поставлено вместо «Ы»)[3]:

Месяц в городе ночью не виден,
Как над сквером — отдельный плафон.
Ах, зачем так безмолвен Никитин,
Словно морем огней напоён.
Автоматы у входа в аллею
Тоже будто бы странники тут,
Как слепцы — ни о чём не жалеют,
И даяния медного ждут.
Нам-то кажется полночь пустою,
Грубоватым — неоновый свет.
Он хоть движется, зренье — в застое:
Вот чего опасайся, поэт!
Ну а чтоб глубоко, не парадно
Оценить, как мы нынче живём,
Встать на место Никитина надо —
И не в сквере, а в веке былом…
  • В средневековой кабалистической молитве Ана бе-коах, составленной из 7 строк, во второй строке начальные буквы всех 6 слов представляют собой акростих «разорви (прокляни) Сатану!» (‏קרע שטנ‏‎), во фразе, в которой Бог назван «Устрашающим».

Ещё один тип акростиха — алфавитный акростих (абецедарий), при котором каждые первые буквы стихов или строф образуют алфавитную последовательность. Примером такого акростиха является ветхозаветный Плач Иеремии, первые 4 песни которого состоят каждая из 22 строф, причём каждая строфа начинается с новой буквы, в последовательном порядке еврейского алфавита, так же 7 еврейских псалмов Псалтири: 24, 33, 36, 110, 111, 118, 144 составлены в виде акростиха[4].

Формальными разновидностями акростиха можно считать более редкие телестих и месостих (мезостих), в которых дополнительный текст читают не по первым, а соответственно по последним и по средним буквам стихотворной строки, а также акротелестих. В XX веке был опробован ряд усложнений формы, начиная с двойных и тройных акростихов (первые, третьи и пятые буквы в каждом стихе), встречающихся в поэтической переписке Михаила Лозинского и Константина Липскерова. Крупнейшим современным мастером русского акростиха является Валентин Загорянский, в чьих стихотворениях (автор называет их акрограммами) дополнительный текст может читаться сразу во многих направлениях (по первым, последним и средним буквам, обеим диагоналям и тому подобном).

Изредка аналогичная акростиху форма встречается и в прозе, так, известен относящийся к самому началу XX века фельетон Александра Амфитеатрова, в котором антиправительственный лозунг читался по первым буквам слов. В одном из романов Эллери Куина первые буквы названий глав образуют заглавие книги и имя автора «The Greek Coffin Mystery by Ellery Queen». Последний абзац англоязычного рассказа Владимира Набокова «Сёстры Вейн» (англ. The Vane Sisters, 1951) также организован таким образом — первые буквы всех слов выстраиваются во фразу, представляющую собой ключ к рассказанной в основном тексте истории. В осмысленную фразу складываются и начальные буквы каждого абзаца в речи Кирилла Серебренникова на судебном заседании 22 июня 2020 года.[5] В многих подобных случаях, однако, правомернее рассматривать такое проявление акронимии не как самостоятельную форму, а как литературный приём, поскольку речь часто идёт об организации лишь определённого фрагмента текста, а не произведения целиком.

См. также[править | править код]

Примечания[править | править код]

Литература[править | править код]

Ссылки[править | править код]