Jagdgeschwader 27

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
27-я истребительная эскадра люфтваффе
Jagdgeschwader 27
Эмблема эскадры
Эмблема эскадры
Годы существования 19391945
Страна  Германия
Подчинение Balkenkreuz.svg Luftwaffe
Входит в I./JG27
II./JG27
III./JG27
IV./JG27
Тип истребительная авиация
Функция завоевание господства в воздухе
противо-воздушная оборона
Прозвище Afrika
Снаряжение Bf 109
Участие в
Командиры
Известные командиры Эдуард Нойманн
Логотип Викисклада Медиафайлы на Викискладе

27-я истребительная эскадра (нем. Jagdgeschwader 27, (JG27)) — эскадра истребителей люфтваффе. Поскольку основная слава к эскадре пришла во время боевых действий в Северной Африке, в литературе встречается её неофициальное название «Африка». В составе эскадры воевал лучший немецкий лётчик Западного фронта Ганс-Йоахим Марсель.

Эскадра была сформирована в конце 1939 — начале 1940 годов. Она участвовала во французской кампании и в Битве за Англию. В ноябре 1940 года JG27 передислоцировалась в Германию, а с начала 1941 года группы II./JG27 и III./JG27 участвовали в Балканской кампании. Группа I./JG27 попала в Северную Африку вместе с посылаемым на новый театр военных действий Африканским корпусом. Летом группа III./JG27 в течение небольшого промежутка времени базировалась на Сицилии, а группа II./JG27 участвовала в операции «Барбаросса» в составе группы армий «Центр» (район Вильнюс — Смоленск). К концу 1941 года все группы были переброшены в Северную Африку, где и оставались до конца ноября 1942 года. В 1943 году подразделения JG27 были разбросаны по всем фронтам. Штаб полка дислоцировался в Вене и в Афинах, I./JG27 сражалась во Франции (Шербур), II./JG27 — на Сицилии и в Италии, III./JG27 — в Греции и на островах Додеканеса. В марте в Греции сформировали новую группу — IV./JG27, которая оставалась там до марта 1944 года. В середине 1943 года группы I. и II./JG27 были включены в систему ПВО Рейха (Австрия и южная Германия), а группы III. и IV./JG27 участвовали в боях во Франции, оказавшись позже в западной части Германии. В 1945 году эскадра сражалась в Южной Германии и Чехословакии.

В ходе Второй мировой войны лётчики JG27 одержали около 2700 побед, 250 из них — на Восточном фронте. Эскадра потеряла 400 лётчиков убитыми, 250 ранеными и 70 пленными.

История[править | править код]

К концу лета 1939 года подготовка и готовность Люфтваффе к войне были далеко не такими продвинутыми, как полагали западные союзники. Умелая немецкая пропаганда изображала воздушную руку Третьего рейха как всемогущую силу. Реальность была несколько иной. Например, 2-й воздушный флот, который контролировал все действующие лётные подразделения в северо-западном секторе Германии — обширной территории, окружённой сухопутными и морскими границами, протяжённостью около 1000 км — имел в своём составе всего лишь JG26. В начале Второй мировой войны немецкие военно-воздушные силы имели только пять истребительных эскадр.

После начала военных действий были быстро предприняты шаги по увеличению присутствия истребителей люфтваффе на северо-западе Германии. 21 сентября в штабе 2-го воздушного флота в Брауншвейге был издан приказ с пометкой «Срочно». В этом случае, ещё до того, как формирование Geschwaderstab было полностью завершено, от верховного командования люфтваффе поступили контр-инструкции, указывающие, что скелетная структура — уже официально именуемая JG27 — должна была быть переименована в Stab JG77.

Десять дней спустя было дано начало абсолютно новому командованию с получения второй волны приказов. 1 октября 1939 года в Мюнстере-Хандорфе (Munster-Handorf) были официально созданы Geschwaderstab и I.-я Группа (Gruppe) новой Jagdgeschwader 27.

Человеком, выбранным в качестве первого коммодора JG27, стал оберст-лейтенант Макс Ибель. Родившийся в 1896 году, Ибель добровольно пошёл на военную службу в Первую мировую войну, участвуя в боевых действия на Сомме в качестве офицера баварского сапёрного батальона, а затем перешёл в специальный огнемётный отряд гвардейского полка (Garde Res.Pi.Rgt.1). После войны он также стал выпускником секретного учебного заведения в Липецке в СССР, что, несомненно, помогло, когда в 1934 году ему было поручено создать первую школу лётчиков-истребителей Люфтваффе в Шлайсхайме (Schleissheim). До принятия командования JG27 оберст-лейтенант Ибель служил коммодором JG3.

Располагаясь на базе Хандорф на северо-восточной окраине Мюнстера новое соединение Ибеля состояло из единственной Группы, I./JG27, вверенной 10 октября в умелые руки гауптмана Гельмута Ригеля, который ранее являлся членом штаба военно-воздушной академия в Вердере/Хавел (Werder/Havel). Группа была сформирована 1 октября 1939 года согласно приказу 2-го Воздушного флота и уже к 15 октября была в полной боевой готовности. Командирами эскадрилий были:

  • 1./JG27 — обер-лейтенант Карл-Вольфганг Редлих (Karl-Wolfgang Redlich),
  • 2./JG27 — обер-лейтенант Хайнце (Heinze)
  • 3./JG27 — обер-лейтенант Герхард Руч (Gerhard Rutsch).

Две недели напряжённой работы по сбору личного состава и 15 октября 1939 года новая Группа была полностью укомплектована и готова к боям.

Все эскадрильи были вооружены самолётами Bf.109E-1 и Bf.109E-3. Кроме того, часть располагала связными Fieseler Fi.156 Storch, Messerschmitt Bf.108 Taifun и двумя многофункциональными самолётами Focke-Wulf Fw.58 Weihe и Junkers W.34.

В порядке подготовки к вторжению во Францию все части JG27 приняли участие в интенсивных учениях в конце осени 1939 года. Учения предполагали частые перебазирования и смену районов действий. 25 — 27 октября 1939 года I./JG27 покинула базу Мюнстер-Хандорф и перелетала в Крефельд. 18 декабря 1939 года группа перебазировалась в Плантлюнне (Plantlünne), а 22 января 1940 года — обратно в Крефельд.

Тренировки пилотов и наземного персонала и тренировочные перелёты были не единственной задачей, поставленной той осенью перед JG27. Основной задачей стала оборона Рура и северных городов Бремен и Эмден от возможных воздушных налётов союзников. По причине примитивных способов обнаружения вражеских самолётов в воздухе и отсутствия взаимодействия между службами наземного контроля и истребителями, результаты этих действий были не лучшими. Незначительная активность противника также послужила причиной невзрачных результатов.

Одним из свидетельств неподготовленности Люфтваффе к войне, было относительно большое количество отдельных Jagdgruppen (и Jagdstaffel), которые были уже созданы, но у которых ещё не было родительского Geschwaderstab, и которые все ещё действовали на полуавтономной основе. Как только война была объявлена, была предпринята попытка ввести некоторую меру единообразия в порядок организации истребительных сил, распределив эти, до сих пор «сиротские» Группы, среди существующих истребительных эскадр — ни одна из которых, к тому же, ещё не была доведена до полного, трехгруппового состава! Stab JG27 Макса Ибеля, с его единственной Группой, был очевидным кандидатом для такого вливания дополнительных сил, и две Jagdgruppen, теперь назначенные под его командование, стали, ранее размещённые в далёкой Восточной Пруссии, I./JG1 и I./JG21.

После десятидневной остановки в Любек-Бланкензее (Lübeck-Blankensee) Bf.109E из I./JG1 майора Вольденги прилетели в Вёрден, к северу от Оснабрюка к 15 сентября. Bf.109D из I./JG21 во главе с майором Мартином Миттигом прибыл в Плантлюнне (Plantlünne), недалеко от канала Дортмунд — Эмс, 9 октября. Это означало, что к середине октября три Группы эскадры оберст-лейтенанта Ибеля были выстроены на дуге, вдоль границы с нейтральной Голландией.

Хотя на этом участке западного фронта не происходило периодических стычек истребителей, которые разгорались в осенние месяцы вдоль германо-французской границы, южнее, на нём периодически приходилось сталкивался с разведывательными силами RAF. Обычно это были бомбардировщики Blenheim, экипажи которых неукоснительно соблюдали голландский нейтралитет, прибывая через Северное море или, реже, совершая обход южной оконечности нейтрального Люксембурга. Четвёрка Бленхеймов (три сбито пилотами I./JG1 и один — I./JG21) оказалась единственными победами, достигнутыми подразделениями под управлением Ибеля в течение первых восьми месяцев военных действий (период относительного бездействия, который с тех пор стал известен как «Странная война»). Быстро ухудшающиеся погодные условия — зима 1939/1940 годов была самой суровой для региона за многие годы — вскоре начала оказывать заметное влияние как на масштабы операций, так и на показатели активности. Поэтому последующие месяцы были отмечены более высокой, чем обычно, долей несчастных случаев и чередой временных перебазирований на другие площадки в пределах зоны контроля JG27. Во время многочисленных учений и смен мест базирования случались аварии. В этих происшествиях погибли 2 пилота из I./JG27 и 4 из I./JG21.

В самом разгаре зимы, между ноябрём 1939 года и январём 1940 года, командование оберст-лейтенанта Ибеля было временно расширено за счёт добавления ещё двух Групп. I.(J)/LG2, первоначально являвшаяся частью для испытаний и боевой оценки, но теперь действующая в качестве стандартной Jagdgruppe, летающей на Bf.109E, временно расположилась на нескольких аэродромах недалеко от Кёльна, в том числе в Гимнихе (Gymnich) и Буцвайлергофе (Butzweilerhof). Группу возглавлял гауптман Трюбенбах (Trübenbach). Эта часть была также частью 1-й Авиадивизии (1 Fligerdivision), начав свою карьеру над Польшей. Она была оснащена новейшим истребителем Люфтваффе — Messerschmitt Bf.109E.

Второй была Jagdgruppe 126, которая к тому времени предполагалась к использованию в качестве подразделения Zerstörer III./ZG26, все ещё ожидавшая доставки своих Bf.110 и вынужденная действовать на Bf.109D, заняла сначала Беннингхардт (Bönninghardt), а затем Липпштадт. Ни одна из Групп не добилась каких-либо побед и не понесла каких-либо известных потерь в течение своих коротких периодов прикомандирования к JG27.

В феврале 1940 года — к тому времени, когда Штаб, I./JG27 и I./JG1 были собраны в Крефельде, а I./JG21 располагалась в близлежащем Мюнхен-Гладбахе — произошло несколько изменений в командовании. Обе бывших восточно-прусские Группы потеряли своих давних командиров. Майор Миттиг из I./JG21 отправился возглавить недавно созданный Geschwaderstab JG54, и его место в свою очередь занял гауптманн Фриц Ульч, ранее командовавший 1./JG77. Майор Бернхард Вольденга из I./JG1 получил повышение на должность в штабе истребительного командования. Его, в свою очередь, заменил гауптман Йоахим Шлихтинг, бывший адъютант эскадры JG27. Последнее означало, что оберст-лейтенант Ибель нуждался в услугах нового адъютанта. Офицером, прибывшим на эту должность, был некий гауптман Адольф Галланд. Галланд, страстный лётчик-истребитель, служил в легионе «Кондор» в Испании. Там, однако, он был назначен командиром 3.(J)/88. Это ему совсем не нравилось, поскольку другие истребительные подразделения Легиона были заняты переходом на Bf.109, а 3.-й эскадрилий было приказано сохранить свои Heinkel He.51 (устаревший тип биплана, который к тому времени был полностью превзойдён противостоящими современными истребителями республиканцев) для использования в поддержку сухопутных войск франкистов.

Тщательность Галланда стало причиной его собственных проблем. Его усилия по разработке и совершенствованию совершенно нового набора тактик маловысотных атак и наземной поддержки оказались настолько успешны, что, когда он вернулся из Испании, ему не разрешили присоединиться к истребителям. Вместо этого, теперь признанный «эксперт по наземным атакам», он был отправлен в единственную штурмовую Группу Люфтваффе — II.(Schl)/LG2, оснащённую Hs.123. В качестве командира 5-й эскадрильи этого подразделения, он выполнял вылеты по непосредственной поддержки во время кампании в Польше. Но ему этого было недостаточно! Галланд, с помощью дружески настроенного доктора, заручился документами, показывающими его непригодным для дальнейших полётов в открытой кабине. Вооружившись этими медицинскими «доказательствами», путь для его возвращения в братство истребителей, был, наконец, открыт. Назначение гауптман Адольфа Галланда в качестве адъютанта эскадры JG27 вернуло его на ступеньки лестницы, приведшей его к самой вершине выбранной им карьеры, в качестве «генерала истребителей» люфтваффе.

К февралю 1940 года вторая официальная Группа была наконец добавлена в состав JG27. Но пройдёт несколько месяцев, прежде чем II./JG27 окажется под непосредственным контролем оберст-лейтенанта Ибеля. Группа была образована 3 января в Магдебург-Ост под временным руководством гауптмана Эриха фон Зелле. Чрезвычайно холодная зима, морозы и снегопады вместе с отсутствием тёплых вещей на базе сделали очень сложной работу по подбору персонала. 6 февраля 1940 года командование Группой было поручено гауптману Вернеру Андресу (Werner Andres) (бывшему командиру 1./JG3). Командирами эскадрилий стали:

  • 4./JG27 — обер-лейтенант Герман Холлвег (Hermann Hollweg);
  • 5./JG27 — обер-лейтенант Ганс-Кристиан Шэфер (Hans-Christian Schäfer);
  • 6./JG27 — обер-лейтенант Вернер Зейферт (Werner Seyfert).

В середине февраля 1940 года II./JG27 была готова к боям. Первой задачей Группы стала защита столицы Рейха, Берлина, против возможных воздушных налётов союзников. Новой базой был выбран Дёбриц (Döberitz), на западной окраине Берлина. 14 февраля самолёты 6-й эскадрильи перелетели туда из Магдебурга. Сильные снегопады и резкое снижение температуры сделало невозможным перелёт других эскадрилий и они смогли попасть в Дёбриц только 24 февраля 1940 года. Группа останется здесь — за исключением двух кратких развёртываний в Беннингхардте и Эссене — до весны, являясь частью воздушной обороны немецкой столицы. В течение этого периода II./JG27 была подчинена сначала JG3, а затем.

Резкие температурные скачки в конце февраля 1940 года привели к тому, что авиабаза оказалась покрыта сугробами тающего снега. Полоса и ангары были залиты талой водой. Пожарное управление Берлина подоспело на помощь и, используя помпы, за несколько дней вернуло Дёбриц в нормальный режим.

Под руководством Штаба JG51 Группа вернулась на западный фронт в начале мая — 4./ и 6./ эскадрильи в Везель (Wesel), 5./ эскадрилья в Беннингхардт — на этот раз всерьёз, поскольку немецкие войска начали концентрироваться для вторжения во Францию и страны Бенилюкса.

В то же время, эскадра оберст-лейтенанта Ибеля также перебазировалась на площадки, которые должны были стать плацдармом для запланированного блицкрига на западе. Штаб и I./JG27 21 марта 1940 года присоединились к I./JG21 в Мюнхен-Гладбахе, в то время как I./JG1 была расквартирована примерно в 45 км от Гимниха (Gymnich), к юго-западу от Кёльна.

Именно в Мюнхен-Гладбахе 9 апреля 1940 года генерал Вольфрам фрайхерр фон Рихтгофен представил I./JG27 в качестве стандартной Группы. После торжественного парада, который включал в себя красноречивые слова фон Рихтгофена: «Выполнение долга не подразумевает достижения собственных личных целей, но означает служение общему благу», были отдан приказ, что этот стандарт должен соблюдаться при начале каждого боевого вылета. Таким образом, была подготовлена почва для настоящего боевого крещения JG27.

С приходом весны началась новая фаза организационных мероприятий, связанная с подготовкой к наступлению во Франции. Благодаря осенним и зимним тренировкам эскадрильи JG27 были полностью боеготовы. Одна эскадрилья в каждой Группе постоянно находился в состоянии повышенной готовности, в состоянии взлететь в течение 3 минут, вторая эскадрилья в состоянии подняться в воздух в течение 30 минут, а личный состав третьей находился на отдыхе, но мог подняться в воздух уже через час после объявления тревоги.

Битва за Францию[править | править код]

Вторжение на западе весной 1940 года должно было повторить тактику блицкрига, которая уничтожила основную часть вооружённых сил Польши всего за 18 дней предыдущей осенью. Одним из наиболее важных компонентов арсенала блицкрига, использовавшегося против поляков, был Fliegerführer z.b.V. генерал-майора фон Рихтгофена — специальное воздушное командование, состоящее в основном из пикирующих бомбардировщиков Ju.87B. С тех пор «летающая артиллерия» фон Рихтгофена была усилена при помощи Kampfgeschwader из двухмоторных бомбардировщиков Do.17Z и повышена до статуса Fliegerkorps. В предстоящем наступлении она использовалась для прорыва цепи грозной пограничной обороны, защищающей границы нейтральных Бельгии и Голландии. вдоль самого северного фланга. Осознавая, что истребительное сопротивление на западе создаст гораздо большую опасность для его пилотов, чем та, с которой они столкнулись в Польше, командование фон Рихтгофена теперь также было оснащено своими собственными силами истребителей прикрытия. Эта задача была возложена на три подчинённые оберст-лейтенанту Ибелю Группы. Но сначала у них была другая, и, возможно, даже более важная роль в первые часы «Fall Gelb» («План Жёлтый»), начальной фазы атаки на Нижнее Страны и Францию.

9 мая 1940 года, все увольнительные были отменены, патрули, состоящие из офицеров, препятствовали любым контактам личного состава с внешним миром. Курьерский Bf.108 доставил командира полка оберст-лейтенанта Ибеля, находившегося в отпуске в Мюнхен-Гладбахе. Вечером в 21:55 пришёл краткий приказ из штаба 2-го воздушного флота в Мюнстере — «Разрушение, 10.5., 6.05 перелёт через границу.».

Этой ночью на всех авиабазах Люфтваффе царило оживление. Механики заканчивали последние проверки, в то время как пилоты отобранных эскадрилий были у командиров, слушая приказ фюрера, адресованный всем солдатам Западного фронта:

«Солдаты Западного фронта! Настал решающий час для будущего немецкой нации. Более 300 лет правила, продиктованные английскими и французскими правителями останавливали любую настоящую консолидацию Европы и, главным образом, были направлены на сохранение Германии слабой. Только лишь по этой причине Франция объявляла войну Германии 31 раз за последние 200 лет…. Сегодня мы начнем борьбу, которая определит облик немецкой нации на следующую тысячу лет. Теперь дело за вами…»

Взошедшее солнце отразилось на готовых ко взлёту самолётах, расположенных позади противоосколочных капониров. Механики начали прогревать двигатели, а потом помогли пилотам рассесться в кабинах. Несколько ободряющих слов, рукопожатия и фонари закрылись.

В 5:50 первые самолёты направились на взлётную полосу авиабазы Мюнхен-Гладбах. Командир JG27 оберст-лейтенант Макс Ибель управлял частью, а позади него находилось 34 самолёта из Штаба и I.-й Группы. В 06:05 истребители пересекли границу с Голландией в районе Маастрихта на высоте 5000 м. Видимость была превосходной. 20 минут спустя после пересечения границы пилоты из 3./JG27 увидели одиночный биплан. Это был Fokker C.X ВВС Голландии. Сразу же 2 Мессершмитта двинулись за ним, открыв огонь со слишком большого расстояния. Голландский самолёт быстро спикировал к земле, растворившись на фоне поверхности.

Фактически Блицкриг на западе, запущенный 10 мая 1940 года, был начат волнами транспортных Ju.52/3m — одни несли парашютистов, а другие буксировали планеры — которые начали пересекать границу Германии к северу от Аахена в 05:10.

В это же время границу Германии и Бельгии пересекли 19 Messersclimitt Bf.109 из I./JG1, которые сопровождали группу из 40 транспортников Ju.52/3m. В районе городка Хасселт (Hasselt), немецкие самолёты вступили в бой с 5 бельгийскими бипланами Gloster Gladiator, которые попробовали атаковать Юнкерсы. В скоротечном бою один Gladiator и 1 Messerschmitt были повреждены. Немецкий пилот решил возвращаться на базу, но был вынужден выпрыгнуть в районе Аахена.

Уязвимые трёхмоторные транспортные самолёты приближались к своим назначенным целям, включая предполагаемый неприступный бельгийский форт Эбен-Эмаэль, опора обороны северного фронта, их сопровождали Bf.109E. По окончании выброски, Ju.52/3m немедленно возвращались на свои базы в окрестностях Кёльна, чтобы заправится и переправить новые войска и припасы. И так продолжалось весь день.

Покрыв ранние вылеты Ju.52/3m без лишних инцидентов, три Группы JG27 перенесли внимание на свою главную роль — защиту бомбардировщиков фон Рихтгофена. Но не требовался тот же самый тип непосредственного прикрытия, который был предоставлен почти беззащитным Ju.52/3m. Вместо этого лётчикам Ибеля было дано указание завоевать и поддерживать превосходство в воздухе над обширным участком вражеской территории к западу от Ахена. Это привело бы к созданию воздушной буферной зоны, за которой Юнкерсы и Дорнье из VIII-го воздушного корпуса могли действовать с относительной безнаказанностью.

Выполнение этих приказов привело к первым столкновениям в кампании для JG27 и её подчинённым Группам. Первым пилотом, который претендовал на победу в день начала Блицкрига на западе, был командир I./JG21 гауптман Фриц Ультш, которому приписывают бельгийскую машину (по-разному называемую как Firefly, Fox или Battle!) сбитую над Сен-Трондом в 07:18. Примерно через два с половиной часа, незадолго до 10 утра, пилоты I./JG27 вступили в схватку и унтер-офицер Генрих Бехер (Heinrich Becher) и лейтенант Эрвин Экстельм (Erwin Axthelm), претендовали каждый на сбитый бельгийский Гладиатор в районе Тирлемона. Позже утром I./JG21 улучшила результат, сбив трио Гладиаторов над Тонгереном (Tongres). Победы одержали обер-лейтенант Шнайдер (Schneider), лейтенант Боб (Bob) и фельдфебель Лейкауф (Leykauf). Их жертвами стали бельгийские Gladiator’ы, которые попробовали атаковать группу бомбардировщиков Штука.

По причине бездействия противника в воздухе в районе боёв, 1./JG27 и 2./JG27 было поручено атаковать авиабазу в Тинене (Tiriemont), используя стрелковое вооружение. Атака состоялась в 12:50. Днём самолёты I./JG21 атаковали ту же самую авиабазу и уничтожили 3 самолёта на земле.

К концу дня крепость Эбен-Эмаэль была нейтрализована, жизненно важные мосты через Альберт-канал захвачены, а немецкие сухопутные силы направлялись на запад в Бельгию и Голландию.

В первый день Французской кампании самолёты из II./JG27 действовали над голландской территорией, поддерживая с воздуха высадку десанта в районе Роттердама. В 06:28 10 самолётов из 4-й эскадрильи взлетели с авиабазы Везель (Wesel). Не встретив противника они вернулись на базу через 45 минут. Следующие 6 вылетов самолётов II.-й Группы закончились точно так же. В одном из этих вылетов по неизвестным причинам у г. Кестерен (Kesteren) в воды Рейна упал Bf.109 фельдфебеля Хоппе (Hoppe). Пилот погиб.

Первый успех выпал на долю пилотов 6./JG27. 4 пилота — лейтенанты Нойманн и Венцель (Wenzel) и унтер-офицеры Уэбе (Uebe) и Герберт Кренц (Krenz) — добились по одной победе каждый. На их счету было 2 голландских лёгких бомбардировщика Fokker C.X и 2 Blenheim’а RAF (включая один самолёт из 40 крыла). 5./JG27 также была удачлива в этот день. Командир эскадрильи обер-лейтенант Ганс-Кристиан Шэфер и лейтенант Эммерих Флудер (Fluder) сбили по одному Bristol Blenheim к западу от Неймегена (Nijmegen).

Всего 10 мая 1940 года 3 группы JG27 совершили 326 боевых самолёто-вылетов в 17 вылетах. В боевых операциях использовался 101 самолёт, которые заявили 9 побед и потеряли 2 собственных.

Второй день наступления на западе принёс ещё 15 побед JG27.

11 мая I./JG1 открыла свой счёт в Блицкриге, уничтожив не менее 12 самолётов союзников. Раннее утро 11 мая было особенно прекрасно. Первыми взлетели Мессершмитты из I./JG21. Их задачей было сопровождение группы пикирующих бомбардировщиков, атаковавших укрепрайоны бельгийцев.

Между тем, двое из будущих кавалеров Рыцарского креста I./JG27, обер-лейтенант Карл-Вольфганг Редлих и Герхард Хомут, в настоящее время командиры 1./ и 3./JG27 соответственно, также одержали свои первые победы. Жертвой Редлиха стал Fairey Battle (вероятно, бельгийский), сбитый около Тонгреса в 07:40. Днём I./JG27 снова атаковали бельгийские аэродромы. В Бовешене (Beauvechain) на земле были уничтожены 7 Gladiator, а в Ле Куло (Le Culot) 3 Hurricane. Примерно в 14:50 Bf.109 из 3./JG27 перехватили 11 Blenheim из 110 sqn. RAF в районе Маастрихта. Один британский бомбардировщик был сбит лейтенантом Хорстом Браксатором (Braxator).

В 17:30 была одержана последняя для JG27 победа 11 мая 1940 года — её одержал обер-лейтенант Герхард Хомут. Blenheim Хомута, сбитый к юго-западу от Диста, почти наверняка был машиной базирующейся в Уоттишаме (Wattisham) из состава 110 sqn., который был отправлен в атаку на мосты Альберт-канала. Горящий бомбардировщик упал, но 2 члена экипажа смогли спастись, выпрыгнув с парашютом.

Cамолёты II./JG27 d этот день опять действовали над голландской территорией. Во втором вылете над Тилем (Tiel) истребитель лейтенанта Шеффлера (Scheffler) из 4./JG27 получил попадание в двигатель зенитным огнём. Немецкий истребитель отвесным пикированием снизился и после посадки пилот попал в плен. Другие самолёты продолжили патрулирование и над Маастрихтом, атаковали и сбили 2 Fairey Fox.

Присутствие французских и британских машин в этом районе было свидетельством того, насколько серьёзно союзники воспринимают угрозу, развивающуюся на северном фронте. Опасаясь повторения плана Шлиффена 1914 года, согласно которому Имперская германская армия начала своё наступление на западе с массивным правым флангом через нейтральные Нижние страны — и в результате чуть не захватила Париж — командиры 1940 года были полны решимости остановить Вермахт любой ценой. Самым уязвимым пунктом на немецкой линии наступления было узкое место, созданное двумя оставшимися мостами через канал Альберта к западу от Маастрихта. Если их уничтожить, наступление вермахта будет серьёзно затруднено. Союзным бомбардировщикам было приказано приложить все усилия. Атаки 11 мая станут незначительными по сравнению с предпринятыми на следующий день. Но к тому времени у немцев, которые в равной степени осознавали жизненную важность мостов Вроенховен (Vroenhoven) и Вельдвезельт (Veldwezelt), было достаточно 48 часов, чтобы обеспечить эти два объекта зенитной обороной.

Несмотря на сверхчеловеческую, почти самоубийственную храбрость, проявленную экипажами бомбардировщиков, мосты остались целыми. Комбинация массированных батарей 20-мм и 37-мм зенитных орудий, а также истребителей люфтваффе привела к хаосу среди нападавших. К концу дня боевых действий несколько эскадрилий были практически уничтожены.

Воскресенье, 12 мая, обещало быть днём яростных воздушных боев. Пилоты I./JG1 и I./JG27 с рассвета патрулировали над Маастрихтом. I./JG1 одержала 12 мая десять побед. Всеми ими стали двухмоторные Бристоль Blenheim, в том числе пара (сбитая всего за две минуты) лейтенантом Эрбо Граф фон Кагенеком и один командиром Группы гауптманом Йоахимом Шлихтингом.

Вскоре после 6:00 командир 2./JG1 обер-лейтенант Вальтер Адольф заметил бомбардировщики, подходящие с запада. Ими были 9 Blenheim из 139 sqn. RAF, расположенной в Пливо (Plivot). Адольф и фельдфебель Франц Блажитко (Blazytko) начали преследование противника. Через несколько минут Адольф сел на хвост первого Blenheim, выпустил короткую очередь и поразил ею самолёт в левый мотор. Сразу же показалось яркое пламя, и спустя лишь несколько секунд крыло оторвалось от фюзеляжа. В следующие 5 минут обер-лейтенант Адольф сбил ещё 2 самолёта Blenheim. В это время и другие пилоты эскадрильи присоединились к бою. Обер-лейтенант Эрхард Брауне, лейтенант Ёртель (Örtel) и фельдфебель Блажитко сбили по одному бомбардировщику. Оставшиеся 3 бомбардировщика снизились и на малой высоте попытались уйти домой. Англичанам не повезло — их атаковали истребители 3./JG27. Пилоты Люфтваффе немедленно открыли огонь. Первый Blenheim сбил лейтенант Борхерт (Borchert), следующий — командир 3./JG27 обер-лейтенант Герхард Хомут. Последнему бомбардировщику удалось уйти.

I./JG27 сбила девять самолётов. В 9:15 к Маастрихту подошла ещё одна группа британских бомбардировщиков. На этот раз 5 Battle из 12 sqn., сопровождаемые 8 Hawker Hurricane из 1 sqn. RAF. Британские самолёты были немедленно атакованы 109-ми из 2./JG27. Харрикейны пытались защитить бомбардировщики, но уже в первой атаке лейтенант Ганс-Ведиг фон Вайхер сбил один истребитель. После набора высоты немцы атаковали снова. К этому моменту фельдфебель Эрих Шрёдер (Erich Schröder) и ефрейтор Эмиль Кайзер (Emil Kaiser) сбили ещё по Харрикейну. Bf.109, пилотируемый лейтенантом Келлером (Keller), был подбит Харрикейном и, после драматического выхода из боя, совершил вынужденную посадку у Аахена. Четвёртый Харрикейн был сбит в 9:35 командиром 2./JG27 обер-лейтенантом Герхардом Фраммом. Герд Фрамм, открыл свой счёт хет-триком — два сбитых Бленхейма и Харрикейн над Маастрихтом. Фрамм завершил французскую кампанию как лучший стрелок I./JG27, и он, и обер-лейтенант Герхард Хомут (командир 3./JG27) сбили по девять самолётов союзников каждый.

Без истребительного прикрытия Battle были атакованы неподалёку от мостов через Маас патрулём Bf.109 из 2./JG27. 2 были сбиты истребителями, а оставшиеся 3 обнаружили себя в облаке плотного зенитного заградительного огня. 2 бомбардировщика были сбиты тут же, а последний был настолько повреждён, что разбился на обратном пути домой. Один сбитый Battle стал первым для фельдфебеля из 2-й эскадрильи Отто Заваллиша, и это, по всей вероятности, была машина из 12 sqn., чья смелая атака на мосты вопреки невероятным шансам была впоследствии оценена наградой первыми двумя (посмертными) для авиаторов крестами Виктории в годы Второй мировой войны.

Англичане атаковали силами 24 Blenheim из 15 и 107 sqn. RAF под эскортом 2 эскадрилий Hurricane (85 и 87 sqn.). Часть английских истребителей отделились от основных сил ещё до подхода к цели, отвлёкшись на одиночные разведчики или бомбардировщики Люфтваффе в соседних районах. Над Льежем самолёты RAF были атакованы группой Bf.109 из Stab./JG27 под руководством гауптмана Адольфа Галланда, который описал бой так:

«12 мая, в третий день кампании на западе, я одержал свою первую победу. Правду говорят, что первая победа для пилота-истребителя дает толчок на всю его оставшуюся карьеру. Многие из тех, кому по неудаче или просшествию, не удается долгое время одержать ни одной победы над противником, страдают от депрессии или психологически, а в результате не способны нормально воевать до конца жизни. Я оказался достаточно удачлив и моя первая победа оказалась взаправду очень простой.

Не было ни капли героизма когда в 10 км от Льежа мы атаковали 8 Hurricane, шедших на высоте 3600 м, на 1000 м ниже нас. Мы сделали то, чему и тренировались тысячу раз до этого. Харрикейны нас даже не заметили. Я не нервничал и не был даже возбужден. Защищай себя! — думал я про себя, сосредоточившись на одном вражеском самолёте в прицеле, подбираясь поближе незамеченным.

Я решил дать ему знать, что я тут! Но это было бы ещё более глупо, чем мои остальные странные мысли. Я выстрелил первую очередь, все же, со слишком дальней дистанции. Она попала в цель. Бедняга наконец-то понял, куда он попал. Он выполнил защитный манёвр, но снова был поражен очередью с самолёта за мной. Остальные 7 Харрикейнов даже не попытались помочь своему товарищу и просто рассеялись во все стороны. После следующей атаки мой противник стал снижаться по спирали. Часть крыла оторвалась. Каждый лишний выстрел лишь сокращал бы боекомплект. Сразу же я переключился на следующий Харрикейн. Он попытался уйти пикированием, но я был лишь в 100 м позади. Тогда англичанин ушел в облако. Но я и тут не потерял его и атаковал с близкого расстояния. Секунду он продолжал полет, а потом упал вертикально вниз с высоты 500 м.»

После полудня гауптман Галланд и лейтенант Густав Рёдель (технический офицер эскадры) сбили по одному Hurricane каждый, патрулируя в районе Тирлемона (Tirlemont). Сам Галланд считал в то время (и много лет спустя), что его противниками были Харрикейны бельгийских ВВС. Фактически, теперь почти установлено, что его первыми двумя жертвами были две машины, потерянные в районе Льежа 87 sqn. RAF. Третий установить не так просто, но, опять же, если это действительно был Харрикейн, то он был британским.

Следующая атака на мосты над каналом Альберта выполнялась силами 12 Blenheim из 107 sqn., но была предотвращена Bf.109 из II./JG27. Немцы атаковали бомбардировщики с наиболее выгодной для себя позиции, сзади, выше, со стороны солнца. В первой атаке было сбито 3 самолёта (по одной победе одержали лейтенанты Куглер (Kugler), Вильгельм Визингер (Wiesinger) и фельдфебель Рокель (Rockel)). Мессершмитты снова набрали высоту и атаковали англичан. Унтер-офицер Шахт (Schacht) несколькими очередями сбил очередной Blenheim. Британские бомбардировщики расстроили свои ряды и каждый попытался выйти из боя самостоятельно. Немцы начали преследование и сбили ещё один самолёт (унтер-офицер Карл-Гейнц Бендерт (Bendert)).

Вечером гауптман Андерс и лейтенант Коль (Kohl) из II./JG27 сбили по одному разведывательному биплану Fokker C.X над Голландией в районе Вагенингена (Wageningen). Это увеличило число побед пилотов JG27 12 мая 1940 года до 35.

Пока, I./JG27 и I./JG1 были задействованы в непосредственной близости от двух мостов, I./JG21 продолжала патрулирование воздушного пространства западнее. Это привело к сбитию ими четырёх Харрикейнов недалеко от столицы Бельгии, Брюсселя, и одиночного французского Кертисс Хока, сбитого недалеко от Намюра.

Несмотря на жестокость боёв за Бельгию и Голландию, все эти операции на северном фланге были частью гигантского плана, призванного выманить сухопутные войска союзников с подготовленных позиций обороны на северо-востоке Франции, которые они обустраивали всю зиму. Немцы намеревались, выманить их на север, на открытую территорию, поскольку они устремились бы на помощь бельгийцам и голландцам. Таким образом Блицкриг 1940 года коренным образом изменил план Шлиффена 1914 года. На этот раз основным направлением наступления вермахта была атака на юге, возглавляемая пятью танковыми дивизиями танковой группы фон Клейста, которые были собраны и тщательно скрыты в лесистых долинах цепи холмов Эйфель / Арденны. Их задачей было прорваться сквозь расширяющийся разрыв, образовавшийся между основными силами французской армии, все ещё находившейся за линией Мажино, и теми войсками на северо-востоке, включая Британские экспедиционные силы (BEF), которым было приказано направится на помощь бельгийцам. Но прежде чем танковые колонны фон Клейста могли разойтись по широким открытыми равнинами Артуа и Пикардии — идеальной страны для танкового наступления, которое доставило бы их к побережью Ла-Манша, — у них так же имелось водное препятствие, которое нужно было пересечь, в виде реки Маас.

В полдень 13 мая Штукам из VIII. Fliegerkorps было приказано перебазироваться ближе к двум основным пунктам переправы через Маас возле Седана и Шарлевиля. Их сопровождали Штаб./и I./JG27, которые в тот день прилетели в Одендорф, к западу от Бонна. I./JG21 перелетели на базу в Фогельзанг (Vogelsang), а I./JG1 и II./JG27 остались на своих прежних базах.

В порядке упрощения перебазирования 7 транспортных Ju.52/3m были выделены для наземного персонала. Условия в Одендорфе были не лучшими. Истребители делили аэродром с пилотами штурмовиков Hs.123. Так как на аэродроме не было бетонной полосы, а лишь грунтовая, над ней постоянно висели облака пыли и было очень грязно. В качестве командного пункта использовались 2 старых цирковых вагончика, которые позже стали постоянным имуществом части.

Даже несмотря на неразбериху, связанную со сменой баз, пилоты из I./JG27 сделали 13 мая несколько вылетов и заявили 5 побед.

Сильные дожди и низкая облачность отменили для пилотов I./JG27 все боевые вылеты 14 мая. В то же время, в течение 14 мая ещё больше бомбардировщиков союзников были принесены в жертву в серии атак, пытаясь остановить немецкую армию у ещё одного стратегически важного водного барьера. Но безрезультатно. К моменту наступления темноты почти 90 из их числа — примерно поровну разделённых между англичанами и французами — были сбиты вдоль реки Маас. Занятые эскортом своих Штук, пилоты Ибеля не принимали участия в «Дне истребителей», как впоследствии бойня 14 мая над Маасом стала известной в люфтваффе. Но последующий прорыв с двух плацдармов ознаменовал новую главу в истории JG27. Впервые эскадра ощутила истинное значение Блицкрига: не только сильный удар, но и быстрое продвижение.

Утром следующего дня, 15 мая, I./JG27 перелетела на аэродром Женеффе (Jeneffe), южнее Льежа в Бельгии.

16 мая VIII. Fliegerkorps было поручено продолжать оказывать поддержку танковой группе Клейста, вплоть до побережья Ла-Манша. В оставшуюся часть месяца три Группы Ибеля, дополненные с 13 мая временным прикомандированием четвёртой — I./JG51, будут постоянно перебазироваться вперёд, пытаясь не отставать от бронированных колонн. В течение этого периода некоторые части осуществили шесть смен баз, часто оставаясь на некоторых площадках всего лишь на несколько часов.

Несмотря на дополнительные трудности, связанные с этими перебазированиями, индивидуальные и групповые счёты неуклонно росли. Предполагается, что жертвой Адольфа Галланда 16 мая, заявленной им как «Спитфайр», к югу от Лилля, был Харрикейн из 85 sqn. Возможно, более опытные в распознавании самолётов, пилоты I./JG27 заявили свои успехи в районе Брюсселя в этот день как четыре Харрикейна и Лизандер: над Ла-Капель (La Capelle) они встретили 9 Hurricane из 615 sqn. RAF, эскортирующих разведывательный Lysander (L4814). Без потерь немцы сбили 2 истребителя, а затем и сам Lysander, который пошёл на счёт фельдфебеля Ботфельда (Bothfeld). В конце дня Группа одержала ещё 2 победы над вражескими истребителями. После полудня самолёт, пилотируемый унтер-офицером Отто Заваллишем (Sawallisch) был подбит зенитным огнём и совершил вынужденную посадку.

Быстрое продвижение наземных частей вынудило в очередной раз перебазировать часть JG27. 16 мая Stab и I./JG21 перевели на аэродром Нёшато (Neufchâteu) в южной части Арденн. 2 дня спустя обе части и I./JG27 в придачу перевели в Шарлевиль (Charleville).

В следующие дни интенсивность воздушных боёв значительно снизилась. Это было результатом незначительной активности союзников в этом районе и проблемами с поставками, связанными с близостью баз JG27 к линии фронта. Ситуация несколько улучшилась после прибытия Ju.52/3m с топливом из Германии.

Проблемы со снабжением не испытывались II./JG27, расположенной в это время на аэродроме Сен-Тронд (St.Trond). Основной задачей пилотов группы было сопровождение пикировщиков, действовавших с баз в северной Франции.

19 мая 4 Bf.109 из 5./JG27, эскортирующие группу Ju.87 были неожиданно атакованы истребителями Morane. Немцы увидели французов в последний момент. Командир обер-лейтенант Ганс-Кристиан Шэфер мгновенно выполнил разворот на перехват. Он не заметил, что другой Morane уже позади него. Летящий за ним лейтенант Штробель заметил опасность и сбил противника. Однако, и сам он был в трудном положении, так как 4 французских истребителя были у него сзади. Он пытался уйти от них, но вскоре его самолёт получил 80 попаданий, двигатель остановился и Штробель совершил вынужденную посадку. После посадки на опушке леса он заметил британских солдат, бегущих к нему со стороны дороги на расстоянии нескольких сотен метров. Штробель побежал в лес, где спрятался в кустарнике и простоял в нём до наступления темноты. После долгого ночного перехода он смог достичь района, контролируемого Вермахтом.

Шэфер, несмотря на помощь, тоже не смог уйти от численно превосходящего противника. Через несколько минут боя его Мессершмитт загорелся, а сам он с тяжёлыми ожогами выпрыгнул. Попав во французский плен, он вскоре был освобождён наступающими немецкими частями.

Немецкая армия быстро продвигалась и в результате база в Шарлевиле оказалась слишком удалена от линии фронта. 20 мая большая часть подразделений JG27 перелетела в Гиз (Guise) к востоку от Сен-Кантена (St.Quentin). 20 мая командир I./JG27 гауптман Гельмут Ригель (Helmut Riegel), одержал свою первую победу — французский истребитель MS.406 к северо-западу от Реймса, один из растущего числа машин Armée de l’Air, с которыми эскадра столкнётся в эти дни и последующие недели.

Но неизбежное увеличение активности повлекло за собой потери. С момента перебазирования в Шарлевиль 16 мая I./JG1 добавила ещё девять самолётов противника к своему счёту. У Амьена 20 мая Группа запишет ещё три — Potez 63 и пару MS.406. Однако воздушный бой с Моранами не обошёлся даром. 3-я эскадрилья потеряла лейтенанта Хорста Браксатора (Horst Braxator, 2 победы). Он стал первой боевой потерей эскадры со смертельным исходом с начала войны.

В последние 10 дней мая линия фронта приближалась все ближе и ближе к каналу Ла-Манш. Истребители JG27 теперь действовали, в основном, над портами северного побережья Франции, сопровождая бомбардировщики и штурмовики. Союзники всеми силами пытались остановить немцев. В бой были брошены последние резервы французских ВВС. Частыми стали встречи и с истребителями RAF, базировавшимися в восточной части Англии. 23 мая пилоты JG27 одержали 18 воздушных побед, но и сами понесли потери.

23 мая, произошло первое серьёзное столкновение эскадры со Спитфайрами RAF. I./JG27 были засчитано три британских истребителя (возможно, из 92 sqn.) над районом Дюнкерк — Кале, но только ценой четырёх их собственных машин. Лейтенант Ганс-Ведиг фон Вайхер (Hans-Wedig von Weiher) погиб в бою над Ипром, фельдфебель Пётш (Pötsch) и лейтенант Шмидт (Schmidt) были сбиты и попали в плен. Унтер-офицер Виттмер (Wittmer) был сбит к северу от Камбре и объявлен пропавшим без вести.

На следующий день, 24 мая, пилоты JG27 сбили в районе Кале и Амьена ещё 5 вражеских самолётов. Командир I./JG27 гауптман Ригель был ранен в бою в ногу и убыл в госпиталь.

База в Гизе снова перестала удовлетворять реалиям боёв и 25 мая Stab и I./JG27 перевели в Сент-Омер. В этот раз все пошло не так как надо. Когда группа немецких истребителей достигла базы в Сент-Омере, командир оберст-лейтенант Ибель, сделав свой обычный низковысотный проход над аэродромом, обнаружил, что база находится между перекрёстным огнём немецкой и английской полевой артиллерии. Немцы спешно набрали высоту и с небольшим запасом топлива пошли к запасной базе в Сен-Поль (St. Pol).

В Сен-Поле уже размещалась I./JG51, но все их самолёты в этот момент были в боевом вылете над Кале и лишь одинокий недозаправленный 109-й оставался на аэродроме. В то же время, эскадрилья транспортных Junkers подошла к аэродрому с востока. Первые 2 самолёта уже готовы были сесть, когда в небе показалось несколько Spitfire. Через несколько секунд оба транспортника горящими упали на землю. Гауптман Галланд не раздумывая прыгнул в частично заправленный Bf.109 I./JG51 и взлетел, рискуя повторить судьбу транспортников. Однако, англичане не приняли бой и ушли на запад.

К тому времени план Гельб приближался к своей кульминации. Передовые немецкие танки уже достигли побережья Ла-Манша у устья реки Сомма, Голландия капитулировала, Бельгия вскоре последует их примеру, а BEF готовился к эвакуации. Первые британские войска были вывезены с пляжей Дюнкерка 26 мая.

I./JG21 понесла первую боевую потерю в тот же день, когда фельдфебель Фридолин Хартвиг был сбит над Камбре, во время серии растянувшихся полуденных боёв с большим количеством французских истребителей из глубины страны. Однако, несмотря на эту единственную потерю, пилоты гауптмана Ультша заявили о поражении 22 самолётов противника!

Облачность и дожди, продолжавшиеся до 27 мая 1940 года приковали самолёты JG27 к земле. Самолёты остались в Сен-Поле. 28 мая пилоты эскадры выполнили 116 боевых вылетов, в основном к Дюнкерку. Гауптман Галланд сбил 2 Blenheim, а другие пилоты заявили в общем 3 победы.

Stab и I./JG27 продолжали действовать в районе Дюнкерка на протяжении всей британской эвакуации. В течение этого периода их пилоты совместно заявили ещё девять истребителей RAF, а также несколько бомбардировщиков. Среди последних была пара Веллингтонов, возможно, из 37 sqn., сбитая 2-й эскадрильей утром 1 июня.

Следующие дни вплоть до 4 июня 1940 года характеризовались различными погодными условиями, что сильно затрудняло действия JG27. Большая часть боёв происходила над Дюнкерком, где англичане пытались эвакуировать экспедиционные силы.

Но в тот момент начались организационные изменения, поскольку люфтваффе начали передислоцировать свои силы для скорого начала плана Красный («Fall Rot») — второй фазы атаки на Францию. I./JG51 была возвращена родной эскадре 1 июня после того, как она одержала около двух десятков побед, будучи подчинённой JG27. И три дня спустя оберст-лейтенант Ибель потерял свои две давние, бывшие восточно-прусские Группы, когда I./JG1 и I./JG21 были временно переподчинены для службы под руководством других Штабов.

Чтобы компенсировать эту внезапную потерю 75 % своего состава, Макс Ибель наконец смог приветствовать II.-ю Группу в составе эскадры. II./JG27 до этого времени вела свою войну на западе служа под руководством трёх разных Штабов. Первоначально прикреплённая к JG51 и отвечающая за самый северный фланг фронта Блицкрига, свои первые 14 побед (британские и голландские машины) Группа сбила над Голландией — и главным образом вокруг Роттердама — в первые 72 часа кампании. Эти успехи были достигнуты за счёт одного Bf.109, потерянного в результате зенитного огня, во время полёта с их баз в Германии, где Группа будет оставаться до 18 мая. После этого, прикреплённая сначала к JG26, а затем к JG54, она двинется в Бельгию, занимаясь, главным образом, обязанностями по сопровождению бомбардировщиков. Никаких дальнейших побед не было заявлено до последнего дня месяца, когда одинокий Лизандр был сбит возле Дюнкерка. Затем, 5 июня, II./JG27 прилетела в Гиз-Норт (Guise-North), чтобы присоединиться к своей родной эскадре.

JG27 участвовала лишь на периферии в операции «Паула» — массированных бомбардировках военных целей в районе Большого Парижа, проведённых 3 июня. Но спустя двое суток после начала «Плана Красный» все три Группы Ибеля (I./JG1, вернулась из своей короткой командировки в состав JG77) были усиленно переправлены через реку Сомму, когда немецкие армии нанесли свой удар на юго-запад, вглубь сердца Франции.

По окончании боёв над Дюнкерком Люфтваффе сместило фокус боёв к Сомме и Эне, где начиналась решающая стадия наступления на Францию. 5 июня II./JG27 силами 27 самолётов сопровождала группу Штук над Мондидье (Montdidier) и после выполнения задания вернулась на аэродром Гиз-Норт. После приземления вдруг выяснилось, что одного самолёта не хватает, а пилот его — командир 5-й эскадрильи обер-лейтенант Роос (Roos). Он был обнаружен через несколько дней в Ренне (Rennes), где он находился в роли французского военнопленного, и был освобождён войсками Вермахта. Роос вспоминал этот вылет:

«Пользуясь преимуществом по высоте, я атаковал летящий высоко Morane. После второй очереди Morane потерял равновесие и упал вниз. Я был уверен, что сбил его. Сразу же я заметил пламя у себя на правой стороне кабины, но я не понимал, где и когда меня подбили. Я сбросил фонарь и отстегнул ремни. Дальше ничего не помню до момента когда я очнулся, лежа у какой-то ограды, а французские офицер и три солдата смотрели на меня. Все это было в лесу. Я был помещен в палату, потому что у меня были ожоги на лице и теле. Мои раны были обработаны и я был направлен на допрос. Там я оказался вместе с гауптманом Мёльдерсом. Переводчику я сказал, что не расскажу никакой информации и меня оставили в покое.»

5 июня произошло ещё несколько боёв с французскими истребителями. В этих боях пилоты JG27 сбили 22 вражеских самолёта, 4 из которых пошли на счёт гауптмана Бальтазара, 3 лейтенанту Людвигу Францискету и 2 обер-лейтенанту Герхарду Хомуту.

Следующий день был также богат на бои. JG27 сбила 27 вражеских самолётов (5 на счету у Бальтазара).

В течение первых двух дней французская авиация героически оказывала поддержку своим собственным сухопутным войскам, которые уже демонстрировали признаки потери устойчивости под давлением возобновлённого наступления. 5 и 6 июня произошли ожесточённые столкновения между истребителями противоборствующих сторон. I./JG27 заявила семь MS.406 к северу от Парижа в первый вечер наступления. I./JG1 к концу боёв того дня было засчитано около десятка вражеских машин — четыре Морана, остальные двухмоторные бомбардировщики. В свою очередь, каждая Группа потеряла по одному Bf.109, а их пилоты попали во временный французский плен.

6 июня было похоже на предыдущее. I./ и II./JG27 вместе сбили семь французских машин.

7 июня штаб и I./JG27, а на следующий день и II./JG27 перебазировались на аэродромы в Кластре (Clastres) и Рупи (Roupy), неподалёку от Сен-Кантена (St. Quentin).

9 июня выдался неудачным для II./JG27. Утром, во время охоты на голубей со старым французским охотничьим ружьём, был серьёзно ранен лейтенант Куглер — патрон взорвался в стволе, разорвав его левую ладонь.

К 9 июня, когда французское отступление набирало обороты, место действия эскадры переместилось на юг, к линиям рек Эна и Марна. Именно в этот день Адольф Галланд одержал последние две из десятка побед, на которые он претендовал, летая со штабным звеном JG27, поскольку он уже получил уведомление о своём назначении командиром III./JG26. Летя вместе с гауптманом Альбрехтом фон Анкум-Франком (Albrecht von Ankum-Frank) он атаковал группу Morane. Соотношение сил 1 к 10 не напугало немецких пилотов. Позже Галланд вспоминал:

«Сохранять скорость или уходить — другого выбора не было. Следуя за последним в группе, выполнить более крутой манёвр. Тот парень имел лучшие навыки пилотирования, но у меня был более мощный двигатель. Я смог выпустить несколько очередей в сторону его самолёта. Он сразу загорелся. Я пролетел под ним в каких-нибудь сантиметрах. Одна из лопастей пропеллера и часть руля высоты были погнуты от столкновения с его правым крылом. Горящий Моран упал в окрестностях Мо»

В тот же день, 9 июня, ещё пять французских машин были добавлены к общему списку побед I./JG27.

День также стал свидетелем последней крупной схватки II./JG27 с истребителями французских ВВС. В боевом вылете после полудня пилоты II./JG27 сбили 4 Morane ценой потери трёх самолётов и двух пилотов: Лотар Хеттмер (Lothar Hettmer) погиб, а лейтенант Бош (Bosch) попал в плен. В следующем бою над Крейем (Creil) и Санлисом (Senlis), в результате внезапной атаки 7 Morane, 3 немецких пилота были сбиты, включая командира группы гауптмана Андерса. Андерс смог посадить свой самолёт на передовой, с немецкой стороны, а вот другим сбитым не повезло — унтер-офицер Ганс Зигемунд (Hans Siegemund) погиб, а фельдфебель Краних (Kranich) попал в плен. Краних вспоминал позднее об этом бое:

«Моран атаковал меня потому что я был последним в группе. После, когда я выполнил крутой поворот на 45°, француз перестал атаковать и перенес огонь на самолёт позади меня. Я развернулся и оказался позади него. Попал с первой же очереди. Мой противник сделал поворот, но я по прежнему был на хвосте. После короткого боя, в котором я истратил 400 патронов, Моран завалился на бок и рассыпался на части. Я смотрел на него до тех пор, пока он не врезался в землю. После этого я обратил внимание на то, что у меня 2 дыры в левом крыле. Спереди на меня заходили 3 Морана. Резко развернувшись я смог избежать их огня, но они начали преследование. Когда до линии фронта мне оставалось километров 10 я был оглушен ужасным попаданием в мотор. Винт остановился мгновенно. Самолёт начал терять высоту, падая в пике, и не слушался управления. На высоте 3000 м я выпрыгнул, порвав об угол переплета фонаря одежду и поранив бок. Столкновение с землей было достаточно сильное. В левой стопе у меня был осколок, левая голень разодрана, а также имелось кровотечение в паху. Четверо Паулю взяли меня в плен. Через 5 дней появились немецкие войска и освободили меня.»

Хотя немецкие пилоты сбили четыре вражеских Морана, они потеряли шесть своих Эмилей. Два погибших пилота, унтер-офицеры Ганс Зигемунд и Лотар Хеттмер, разделили несчастливое первенство в том, что они стали первыми боевыми жертвами Группы в ходе войны.

Это оказалось почти последним усилием для французов. Сопротивление в воздухе быстро угасало. Было заявлено ещё около дюжины французских машин, в основном одиночных. Однако, по большей части, пилоты Ибеля провели последние две недели кампании, совершая либо обычные патрули, либо вылеты в качестве наземной поддержки.

10 июня войска Вермахта пересекли Сену и это создало угрозу французским авиабазам у линии фронта. ВВС Франции начали эвакуацию всех оставшихся самолётов в южную часть страны. 11 июня Stab, I./ и II./JG27 перелетели в Суассон-Саконен.

В условиях ухудшающейся погоды 13 июня пилоты эскадры приняли участие в 5 боевых вылетах и сбили 13 самолётов противника. Произошла последняя вспышка активности от остатков ударных сил RAF, все ещё действующих во Франции. 13 июня I./JG27 сбила 6 Фэйри Бэттл у Сены к юго-востоку от Парижа, седьмой записала II./JG27.

14 июня немцы захватили Париж. Франция потеряла способность давать организованный отпор и воздушные бои стали редки.

15 июня обер-лейтенант Холлвег сбил бомбардировщик LeO.45, а последняя победа части во Французской кампании принадлежала обер-лейтенанту Небенфюру (Nebenführ), который 18 июня сбил одиночный Curtiss 75.

Двое суток спустя силы Ибеля были разделены на две части. В то время как его Штабу и I./JG1 было приказано патрулировать воздушное пространство к югу от Сены, I./ и II./JG27 следовали за немецкими армиями в их преследовании французов к реке Луаре.

Ни одна из сторон не предприняла каких-либо заметных действий в течение последней недели кампании. Французский маршал Петен впервые объявил о призыве к перемирию 17 июня. Оно было подписано в Компьене пять дней спустя. А в 00:35 25 июня было объявлено об общем прекращении огня.

За время Французской кампании Jagdgeschwader 27 потерял 14 пилотов (5 убито, 6 пропало без вести и 3 в плену). Истребительные части, присоединённые к JG27, заявили в целом 250 воздушных побед. В том числе:

  • Stab./JG27 — 18,
  • I./JG27 — 56,
  • II./JG27 — 25,
  • I./JG1 — 82,
  • I./JG21 — 37,
  • I./JG51 — 32

Битва за Британию[править | править код]

Учитывая, какую ключевую роль Штуки фон Рихтгофена сыграли как в польской, так и во французской кампаниях, не удивительно, что им было поручено возглавить наступление на следующего врага — Великобританию. Ещё до того, как были произведены последние выстрелы во Франции, 8-й авиационный корпус был отведён. Операции, запланированные на 20 июня, были отменены, и вместо этого корпусу приказали подготовиться к отправке на север, на побережье Нормандии.

Большая часть JG27 последовала за Штуками к Каналу спустя несколько дней. Но вскоре Bf.109 оберст-лейтенанта Ибеля выйдут из-под прямого контроля фон Рихтгофена. Каждый из двух воздушных флотов, предназначенных для боя на берегах Ла-Манша — 2-й воздушный флот над восточной половиной Ла-Манша и 3-й воздушный флот на западе — развернули все свои одномоторные истребители в отдельных командах. Таким образом, JG27 присоединилась к JG2 и JG53, составив часть Fliegerführer 3 — истребительного компонента 3-го воздушного флота, штаб которого должен был располагаться рядом с 8-м воздушным корпусом в Довиле.

Не было необходимости срочно собирать силы Люфтваффе вдоль берегов Канала. Штаб JG27 и I./JG1, только что патрулировавшие Сену, 30 июня прилетели в Плюмто, к северу от Кана. Но I./ и II./JG27, чья поддержка наземных войск на завершающих этапах кампании во Франции привела их в верховья Луары, были возвращены в Германию 28 июня.

Пребывание I.-й Группы в Бремене было недолгим. 3 июля она присоединилась к Штабу Ибеля в Плюмто (I./JG1 была переведена в Каркебут на Шербурском полуострове двумя днями ранее). Напротив, II./JG27, после двухнедельного отдыха и восстановления на Родине, потратит следующий месяц на выполнение обязанностей по обороне побережья в Голландии.

Пилоты эскадры как раз собирались начать совершенно другую войну. Они столкнутся с решительным, хорошо организованным и хорошо мотивированным противником, способным продемонстрировать единую цель, которая была отвергнута союзными войсками во Франции, чьи собственные операции были продиктованы в значительной степени — и обычно неблагоприятно — событиями разворачивающимися на земле под ними.

Была ещё одна важная разница. Вода, располагающаяся перед ними, была ни каналом, ни рекой, а открытым морем, протяжённостью до 160 км. Сказать, что истребители люфтваффе не были готовы к этому препятствию, — ничего не сказать.

5 июля произошло событие, когда I./JG1, которая с октября 1939 года была неотъемлемой частью эскадры (во всем, кроме имени), была переименована и официально передана под командование Ибеля под наименованием III./JG27. В конце концов Jagdgeschwader 27 достигла полного трехгруппового состава — даже не смотря на то, что в течение следующего месяца она оставалась разделённой между Нормандией и Нидерландами.

После нескольких беспрецедентных вылетов по сопровождению Штук над западной частью Канала в течение первой недели июля воображаемые ужасы длительных перелётов над водой на одномоторном самолёте начали отступать.

Доверие ещё больше укрепилось утром 11 июля, когда лейтенант Людвиг Францискет из 7./JG27 сбил Харрикейн к югу от Портленда. Машина из 501 sqn. стала десятой победой Францискета с начала войны и первой подтверждённой победой эскадры в битве за Британию. Ещё один Харрикейн сбил обер-лейтенант Макс Добислав.

14 июля Stab./JG27 был переведён на аэродром Шербур-Западный.

Затем последовали и другие успехи. 17 июля обер-лейтенант Ганс-Фолкерт Розенбум из 9./JG27 заявил аналогичную машину к северу от Шербура.

Двое суток спустя, 19 июля, сопровождая Штуки к западу от острова Уайт, 8./JG27 обер-лейтенанта Вальтера Адольфа, заявила не менее пяти Харрикейнов. Немецкая группа была внезапно атакована группой Hurricane. Обер-лейтенант Адольф немедленно развернулся в лоб приближающемуся противнику и уже через несколько секунд сам оказался позади одного из вражеских самолётов. После нескольких коротких очередей Hurricane вспыхнул и упал в море. Фельдфебели Франц Блажитко и Леманн (Lehmann) последовали за своим командиром и сбили каждый по одному английскому истребителю. Через несколько минут то же самое повторил лейтенант Граф фон Кагенек.

Но удача эскадры не могла длиться долго. На следующий день, 20 июля, пилоты JG27 выполнили 24 вылета, в основном эскортируя Штуки и другие бомбардировщики, но также совершая и вылеты над Каналом на поиски пропавших без вести пилотов. Несколько самолётов оставались на базах для защиты их от атак бомбардировщиков RAF. В одном из таких столкновений заместитель командира эскадры гауптманн Эдуард Нойман из Stab./JG27 сбил Bristol Blenheim из 236 sqn. у Шербура, одержав свою первую (и единственную победу штабного звена в битве).

Сразу после полудня, во время сопровождения Штук в районе |Свонедж (Swanage) Мессершмитты Bf.109 из I./JG27 были втянуты в бой с группой Спитфайров. 2 британских истребителя были сбиты командиром 3./JG27 обер-лейтенантом Герхардом Хомутом. Спитфайры также сбили 2 самолёта. Пилот первого, обер-фельдфебель Гейнц Бешаузен (Heinz Beushausen), погиб и его тело позднее нашли на французском побережье Канала. Вторым был лейтенант Ульрих Шерер (Ulrich Scherer) из 3./JG27, он сел на воду в 40 км от Шербура. Сразу же был предпринят поиск пропавших людей. Во время поискового вылета лейтенант Циркенбах (Zirkenbach) сбил Spitfire. Командир Группы гауптман Гельмут Ригель принял участие в операции, в конце дня отправившийся на поиски пропавшего пилота в составе пары. Через несколько минут немцы оказались неприятно удивлены неожиданной атакой четвёрки Spitfire 615 sqn. RAF. Самолёт Ригеля был сбит англичанином Хенриком Хьюго Петрусом (Henrik Hugo Petrus) к северо-западу от острова Олдерни и упал в море. Другой самолёт смог выйти из-под атаки. Никаких следов Гельмута Ригеля или лейтенанта Ульриха Шерера (Ulrich Scherer) не было найдено. Как и опасались, Канал затребовал свои первые жертвы.

Гельмут Ригель стал первым из пяти командиров несчастливой I./JG27, погибших в бою в ходе войны (таковы были капризы судьбы, но другие Группы не понесли таких жертв). Его преемником стал гауптманн Эдуард Нойман. Родившийся в деревне, тогда в Австро-Венгерском герцогстве Буковина, территории, разделённой между Польшей и Румынией после Первой мировой войны, неудержимый «Эду» Нойман стал одной из ведущих фигур в истории JG27, в конечном итоге дослужившись до командира эскадры.

Дальнейшие стычки, в течение оставшейся части июля, происходили к югу и западу от острова Уайт. Они привели к шести победам, но ценой потери ещё двух пилотов на Канале. Один из них участвовал в воздушном столкновении с Харрикейном из 43 sqn. в 16 км к югу от (Needles), а другой — у Портленда.

22 июля 15 Blenheim атаковали аэродром I./JG27 в Плюмто. Лейтенант Вассерзир (Wasserzier) и унтер-офицер Борнс (Borns) сбили по одному бомбардировщику, а гауптман Шлихтинг (Schlichting) проиграл бой Спитфайру сопровождения.

В этот период JG27 не только одерживала победы, но и теряла пилотов. III./JG27 потеряла обер-лейтенанта Кирштайна (Kirstein) (сбит в бою) и лейтенанта Крокера (Kroker) (погиб в столкновении с Харрикейном над островом Уайт). Над Каналом был сбит Фельдфебель Бёер (Böer) из 2-й эскадрильи.

27 июля в районе Веймута (Weymouth) обер-лейтенант Герхард Фрамм одержал свою десятую победу.

К этому времени Stab./, I./ и III./JG27 перебазировались на посадочные площадки в Шербуре и его окрестностях, на самой северной оконечности полуострова Котантен, тем самым сократив маршрут их надводного полёта к Портленду «всего» до 112 км. Это было все ещё большое расстояние, чтобы спасти искалеченную машину, но это все же возможно было сделать. К сожалению, доказал это двухмоторный истребитель Берегового командования RAF, поскольку из трёх Бленхеймов из 236 sqn., заявленных 8./JG27 около Шербура 1 августа (часть сил, атакующих аэродром Керквилля (Querqueville)), только два были фактически уничтожены. Третий дохромал обратно на свою базу на острове Торни, повреждённый, но уцелевший. Победы заявили обер-лейтенанты Вальтер Адольф и Эрнст Дюльберг (1-я победа) и обер-фельдфебель Ганс Рихтер.

5 августа II./JG27 прилетела в Крепон в Нормандии. За время, проведённое подразделением при защите голландских прибрежных провинций, её пилотам были засчитаны два Бленхейма, но она потеряла командира 5./JG27 гауптмана Альбрехта фон Анкум-Франка (Albrecht von Ankum-Frank), который был сбит во время рейда Бленхеймов на базу II./JG27 в Леувардене всего за три дня до отбытия Группы во Францию (2 августа). На посту командира эскадрильи его заменил Эрнст Дюльберг.

Все три Группы оберста Ибеля были вовлечены в ожесточённые бои 8 августа. Они были сосредоточены вокруг каботажного конвоя CW-9 из 20 судов, который отплыл из Медуэя во время прилива предыдущим вечером, прошёл через Дуврский пролив под покровом темноты и теперь направлялся на запад по каналу, защищённый сменяемыми патрулями истребителей RAF. Приказ фон Рихтгофена уничтожить этот конвой привели к трём отдельным атакам Штук в течение дня, каждая из которых сопровождалось Bf.109 из JG27. Всего эскадра совершила 31 задание, включавшие 261 вылет! Группы добивались смешанных результатов:

I./JG27 «Эду» Нойманна заявила по одному «Спитфайру» и одному «Харрикейну» во время полуденного и сразу после полуденного рейдов. Во время последнего, однако, три из его собственных истребителей были сбиты к югу от острова Уайт, два пилота погибли — лейтенанты Циркенбах и Ботфельд, а пилот третьего самолёта был сбит и спасён гидросамолётом Heinkel He.59.

II./JG27 не одерживало побед до более поздней атаки днём, когда оставшиеся суда конвоя, рассеянные в результате более раннего нападения, вновь собрались и направлялись в сторону Веймутской бухты. Но Группа заплатила высокую цену за свой единственный сбитый Харрикейн. Наводимые радарами, истребители RAF перехватили ударное соединение к югу от конвоя. Четыре Bf.109 упали в середине Канала Унтер-офицер Шульц (Schulz) пропал без вести, а остальных трёх спасли. Одним из них был командир Группы гауптман Вернер Андерс. Вторым фельдфебель Эрих Кренцке, чей самолёт атаковали 2 английских истребителя. Он получил попадания сначала в радиатор, затем были повреждены управляющие тяги, и наконец, пули попали в кабину и мотор. Кренцке покинул самолёт на высоте 5000 м, но получил ранение, ударившись о киль. Несмотря на ранения и повреждённый спасательный жилет, он смог остаться на плаву. Через 2 часа его спас спасательный катер Кригсмарине. Унтер-офицер Уэбе (Uebe) повторил его судьбу. В то же время пятый Мессершмитт был списан после аварийной посадки во Франции.

С убитыми или пропавшими без вести четырьмя пилотами по итогам дня, 8 августа станет самым дорогостоящим днём для эскадры в ходе битвы за Британию, с точки зрения смертельных потерь. Но была и другая сторона медали. Четыре других пилота, которые прыгнули с парашютом над Каналом и чьи имена ранее вполне могли быть добавлены в список погибших, были спасены благодаря все более эффективной службе ASR Люфтваффе. Среди них был командир II.-й Группы гауптман Вернер Андрес.

Только четырём судам конвоя CW-9 удалось достичь гавани Суонедж (Swanage) невредимым. Вместе с другими доказательствами, такими как уход британских эсминцев из Дувра, убедило командование люфтваффе в том, что его первая цель битвы — перекрытие британского судоходства в Канале — была достигнута. Теперь начались последние приготовления к следующему этапу, который стал предпосылкой для самого вторжения через Ла-Манш — уничтожения обороны из истребителей RAF. Это должно было быть достигнуто путём согласованной атаки на аэродромы истребительного командования на юге Англии, запланированной на 13 августа под кодовым названием «Адлертаг» («День орла»).

В течение четырёх дней, предшествовавших этому штурму, JG27 продолжала выполнять свои обычные обязанности по сопровождению бомбардировщиков и патрулированию. Эти задания стоили ей двух пропавших без вести пилотов (потерянным при встрече бомбардировщиков из рейда на Портленд 11 августа), но в результате было подано восемь заявок на победы, в том числе один истребитель «Кертисс». 11 августа пилоты JG27 совершили 239 боевых вылетов, сопровождая бомбардировщики в направлении Портсмута. Одну победу одержал лейтенант Келлер из 2-й эскадрильи.

На следующий день бои вновь проходили над Портсмутом. На этот раз 2 вражеских самолёта были сбиты пилотами из I./JG27.

Фиаско «Адлертаг» 13 августа, вызванное плохой погодой и катастрофическим нарушением связи, хорошо задокументировано. Основная задача JG27, в запутанных действиях дня состояла в том, чтобы сопровождать соединение из более 50 Штук к одному из аэродромов истребителей, который они не обнаружили и вернулись во Францию без побед и потерь.

Совершенно другая история произошла пять дней спустя, когда Bf.109 оберста Ибеля снова были командированы для сопровождения Штук фон Рихтгофена в полёте через Канал. Рейд 18 августа был трёхступенчатой атакой, направленной против радиолокационной станции Полинг и аэродромов в Форде на острове Торни. Прикрываемые от обороняющихся Харрикейнов и «Спитфайров» Штуки сильно пострадали. Потери среди пикирующих бомбардировщиков были бы ещё выше, если бы не истребители JG27. Они обеспечили защиту которую только смогли. III.-й Группе приписывают уничтожение трёх истребителей RAF над побережьем Суссекса возле Форда и II.-я Группа подала не менее 14 заявок (по крайней мере, половина из которых осталась неподтверждённой) в жестоких боестолкновениях, произошедших между Селси Биллом (Selsey Bill) и островом Уайт.

Вмешательство эскорта стоило им шести самолётов. JG27 потеряла 5 пилотов, включая трёх из I-й Группы. Из пяти сбитых над Каналом двое спаслись. Одному пилоту посчастливилось быть возвращённым во Францию немецкими службами ASR. Лейтенант Герхард Митсдорффер (Gerhard Mitsdörffer) из 1./JG27, выпрыгнул из горящего Мессершмитта «Белая 6», был поднят британцами недалеко от Вентнора. Он присоединился к обер-лейтенанту Юлиусу Нойману (Julius Neumann) из 6./JG27, который приземлил свою сожжённую «Жёлтую 6» на поле возле Шанклина, на острове Уайт, чтобы стать первым военнопленным из эскадры в ход битвы. Обер-лейтенант Трюмпельман (Trümpelmann) погиб в обломках своего самолёта, упавшего в море в районе острова Уайт. Обер-фельдфебель Отто Заваллиш утонул в Канале, а тело его было выброшено на французский берег в районе Этрета.

После столь катастрофического выступления в ходе так называемого «Самого тяжёлого дня» Ju.87 были освобождены от боевых действий. VIII. Fliegerkorps был переведён к частям на Па-де-Кале, якобы, чтобы компенсировать свои потери и при готовности возобновить свою тактическую вспомогательную роль в грядущем вторжении через Канал, но в действительности, выждать оставшуюся часть битвы за Британию почти в полном бездействии.

Поскольку услуг по эскортированию Штук больше не требовались (по крайней мере на то время), JG27 также был перемещена к Па-де-Кале, чтобы добавить свои части к истребительным силам на Востоке Канала — Jagdfliegerführer 2. Однако прежде чем эскадра покинула Шербур, Коммодор, оберст Макс Ибель, стал вторым членом JG27 получившим Рыцарский крест. Он был награждён им 22 августа за «выдающиеся качества при командовании».

Три дня спустя первый получатель Рыцарского Креста в эскадре, гауптман Вильгельм Бальтазар, который не увеличил свой счёт со времени череды успехов во Франции, был назначен командиром III./JG3. Его место во главе 7./JG27 занял обер-лейтенант Эрхард Брауне (Erhard Braune), ранее летавший в составе Gruppenstab.

После того, как 26 августа эскадра понесла последнюю потерю над островом Уайт, JG27 перебазировалась к Па-де-Кале двое суток спустя. Stab. и III.-я Группа сразу же расположились в Гине, одной из тех площадок, которые она использовала во время предыдущих операций против Дюнкерка. I./JG27 присоединились к ним там 31 августа, проведя предыдущие три дня в близлежащем Пайплинге (Peuplingues). Тем временем II.-я Группа прилетел в Фэнн (Fiennes), также рядом с Гином, чтобы завершить передислокацию эскадры.

День перебазирования стал свидетелем несомненно самой странной из всех потерь эскадры в битве. Приданный штабу оберста Ибеля Gotha Go 145A, управляемый молодым унтер-офицером, потерял ориентировку после взлёта с Нормандских островов и по ошибке совершил посадку на газон ипподрома Lewes в Сассексе!

Переход от самой широкой части Канала к самому узкому месту открывал новые возможности для пилотов JG27. Теперь они могли гораздо глубже проникать внутрь страны противника или оставаться гораздо дольше над пересечённым побережьем противника. Но если самолёт был серьёзно повреждён, это также означало замену спуска на парашюте в море на гарантированный плен. Однако, все ещё будучи уверенными в победе, эта последняя перспектива не считалась слишком серьёзной. Многие пилоты были сбиты и стали военнопленными во Франции, но почти все были освобождены в течение последующих нескольких недель.

Одно из первых заданий над новым районом операций эскадры — сопровождение бомбардировщиков 2 воздушного флота над Кентом 30 августа — дала хорошее представление о том, что должно было дальше происходить. В обмен на добавление трёх Спитфайров к счёту II./JG27, другие две Группы доложили об одном пилоте пропавшем (фельдфебель Леман, погиб), а двух сбитых и захваченных в плен (фельдфебель Эрнст Арнольд (Ernst Arnold) из 3./JG27 и обер-лейтенант Акстхельм (Axthelm)).

Это соотношение потерь — два пленных на один летальный исход — будет оставаться удивительно постоянным в течение последних недель битвы. В отличие от двух пилотов, взятых в плен во время службы в составе 3-го воздушного флота на западе, во время операций над юго-восточной Англией в плен попадёт не менее 22 человек.

В боях над Маргитом 31 августа пилоты JG27 взяли реванш, сбив 4 истребителя RAF.

Наступление сентября отметилось многообещающим началом. Без потерь для себя, пилотам II./JG27 было засчитано семь Спитфайров, сбитых над Кентом в первый день месяца, а пилот 2.-й эскадрильи, который сбил три машины RAF во время кампании во Франции — заявил относительно более сомнительный Кертисс Хок (ещё один!) над Лондоном.

1 сентября в 14:00 Мессершмитты Bf.109 из JG27 в очередной раз взлетели в направлении Англии. Их задачей была защита Штук, атаковавших аэродром возле Эшфорда (Ashford). У цели группа самолётов Люфтваффе была перехвачена самолётами Spitfire. Командир 5./JG27 обер-лейтенант Эрнст Дюльберг вспоминал этот бой:

«Вскоре после пересечения английской береговой черты, вторая группа, возглавляемая обер-лейтенантом Флудером была атакована в лоб. Флудер смог попасть в цель и сбил один Спитфайр с расстояния около 100 м. В это же время другой Спитфайр, летящий выше, довернул и начал стрелять по самолёту Флудера. Обер-лейтенант Даиг (Daig) оказался на хвосте британского истребителя и уничтожил его с близкой дистанции. Но самолёт Флудера был подбит. Попадания пришлись на верхнюю часть кабины, пули пробили его шлем, перебили мышцы на левом предплечье и застряли в бедре. Несмотря на эти ранения, Флудер вернулся на базу, сопровождаемый обер-лейтенантом Даигом, где смог нормально приземлиться.»

Позже в этот же день пилоты I./JG27 были направлены на сопровождение Dornier Do.17 из KG76. Целью бомбардировщиков был истребительный аэродром в Кинли (Kenley). Над Англией опять произошла встреча с противником. На этот раз без потерь был сбит один Spitfire. Победу одержал фельдфебель Вилли Котман (Kothmann).

Плохая погода 2 сентября отменила полёты JG27.

На следующий день в обед немецкие истребители сопровождали Do.17 из KG2. Их целью был аэродром в Норт Вилд (North Weald) к северу от Лондона. Около 11:30 над Лондоном разгорелся бой с группой Hurricane. Немцы сбили 7 самолётов, ценой потери одного своего. Пилот этого самолёта, фельдфебель Хартинг (Harting) из 3./JG27, сумел добраться на своём подбитом самолёте до Дюнкерка, где и сел на воду и спустя несколько часов был спасён катером.

Но по мере того, как месяц шёл, и битва приближалась к своему кульминационному периоду, списки погибших начали увеличиваться (хотя количество заявок на победы будет по-прежнему превышать потери примерно как два к одному).

Утром 6 сентября во время сопровождения мощного налёта бомбардировщиков Luftflotte 2 на секторные станции истребительного командования вокруг Лондона, эскадра заявила в общей сложности девять Спитфайров. С учётом послевоенных исследований, это оказалось классическим примером «снобизма Спитфайра», тогда распространённого среди пилотов люфтваффе, поскольку из 13 истребителей RAF, которые, как полагают, были сбиты Bf.109 в ходе этой атаки, только два были на самом деле Спитфайрами, остальные были «менее гламурными» Харрикейнами! Кто бы ни был их жертвой, пилоты Ибеля должны были платить за свои успехи. К концу дня боёв они потеряли четверых сбитыми и попавшими в плен, а ещё двое вернулись ранеными. Среди захваченных в плен был командир III./JG27 гауптман Йоахим Шлихтинг, который, также тяжело раненный, был вынужден покинуть свой пылающий истребитель возле Тилбери. Возможно, что его победителем был Витольд Урбанович (Witold Urbanowicz) из 303 sqn. Преемником Шлихтинга стал долго бывший командиром 9./JG27, гауптман Макс Добислав.

7 сентября Люфтваффе начало операцию «Лог» (Loge), которая была направлена на уничтожение транспортных сетей и сетей снабжения в районе Лондона. Основными целями были доки, склады и топливные хранилища. В первый день операции в нескольких атакующих волнах приняли участие, в общем, 350 бомбардировщиков и 648 истребителей Люфтваффе. В устье Темзы состоялся бой с участием I./JG27. Обер-лейтенантом Карлом-Вольфгангом Редлихом был сбит один Spitfire, а лейтенант Генске (Genske) покинул свой горящий самолёт и попал в плен.

Плохие погодные условия сделали невозможными продолжение операции «Лог» 8 сентября.

Продолжение налетов состоялось лишь во второй половине 9 сентября, когда бомбардировщики Люфтваффе снова показались над Лондоном. Бои над Лондоном были сложнейшим испытанием для немецких истребителей. Небольшая дальность Мессершмитта Bf.109E вынуждала ограничивать время боя над столицей Англии 7-10 минутами. Британские пилоты изменили свою тактику с учётом этого. Они выжидали на большой высоте и атаковали немецкие самолёты, когда они разворачивались в обратный путь. Пилоты Люфтваффе называли этот момент «große Angstkurve über London» — «Большой страшный поворот над Лондоном». При подобных обстоятельствах 9 сентября JG27 потеряла 4 самолёта. Один из них пилотировал адъютант I./JG27 обер-лейтенант Боде. Его Мессершмитт был подбит двумя Spitfire, получил повреждения радиатора и вынужден был совершить аварийную посадку у Мэйфилда (Mayfield). Немцы, в свою очередь, сбили 2 самолёта — обер-лейтенанты Карл-Вольфганг Редлих и Аренс (Ahrens) сбили по одному.

Даже 15 сентября, которое стало свидетелем самых тяжелых боев в ходе битвы и которое теперь ежегодно отмечается в Великобритании как «День битвы за Британию», не должно было стать исключением, эскадра потеряла 3 самолёта. Сопровождая Do.17 из KG76 в первом из двух крупных рейдов на Лондон в тот день, I.-я Группа потерял двух пилотов. Один из них вынужденно приземлился недалеко от Акфилда в Сассексе (унтер-офицер Андреас Вальбургер (Andreas Walburger) из 2./JG27 — Bf.109E-1 (Wr.Nr.6147), «Черная 5»), возможно, был сбит Спитфайром из 19 sqn., а другой упал в Канале. Единственным успехом дня стал один «Спитфайр», на который претендовала 6.-я эскадрилья на юго-востоке британской столицы.

18 сентября закончились также — 2 пилота погибли над Лондоном, включая одного из самых первых пилотов JG27 — лейтенанта Крафтшика (Krafftschick).

Только в конце месяца у JG27 произошло следующее (и последнее) из её основных противостояний в ходе Битвы за Британию. Ужасные погодные условия сделали чрезвычайно сложным проведение вылетов JG27 в последнюю неделю 1940 года. 27 и 30 сентября Группы Ибеля входили в состав массированных истребительных прикрытий формирований бомбардировщиков, нацеленных на Лондон. И в оба из этих дней они нанесли тяжелый урон истребителям RAF.

27 сентября пилоты JG27 сбили 9 самолётов, потеряв 2 пилотов. Среди семи побед I./JG27 27 сентября была пара Харрикейнов — один сбит над Севеноксом, другой к северу от Брайтона — ставшие первыми двумя победами недавно прибывшего 36-летнего ефрейтора, из 1./JG27. Самый старый действующий пилот в эскадре, австрийский доктор Петер Верффт, прослужил до конца война, став майором и командиром III.-й Группы. Эти успехи I./JG27 были достигнуты без потерь.

В то же время, квартет Харрикейнов II.-й Группы, был сбит ценой одного погибшего пилота и одного пленного, по сообщениям, не пострадавшего (но впоследствии погибшего в плену).

Три дня спустя над Лондоном они смогли сбить 10 самолётов RAF, но и сами потеряли 6 пилотов. 30 сентября II.-я и III.-я Группы одержали шесть побед, четыре у Лондона и две у Танбридж-Уэллса (Tunbridge Wells), стоившие им трех пилотов, взятых в британский плен (один из них обер-лейтенант Карл Фишер из 7./JG27 (1 победа) — он совершил вынужденную посадку в Виндзорском парке на Bf.109E-3, «Белая 9»).

I.-й Группе повезло меньше, её три победы пришлось оплатить двумя пилотами, погибшими возле Хейуордс-Хит (Haywards Heath), и ещё парой раненых в Гине-Весте (Guines-West). Среди погибших был обер-лейтенант Бертрам, адъютант I-й Группы. Командиру I./JG27 гауптману Нойманну очень повезло. В бою снаряд взорвался у стволе его левой пушки, повредив конструкцию и проделав большую дыру в обшивке крыла. Несмотря на эти повреждения Нойманн смог вернуться на базу и благополучно сесть.

Это положило конец деятельности I./JG27 над юго-восточной Англией. На следующий день, 1 октября, она была переведена обратно в Германию. Подчиняясь Stab JG1, подразделение базировалось в Штаде, примерно в 28 км к западу от Гамбурга, где её пилоты провели последующие три недели без происшествий (за исключением одного фатального столкновения), патрулируя немецкую бухту. Три месяца боев принесли группе 32 победы, но стоили потерей 14 пилотов в боях, 7 попавшими в плен и 4 ранеными. Потери в самолётах составили 31 уничтоженный Messerschmitt Bf.109E (включая 27 боевых потерь) и 16 сильно поврежденных.

21 октября I./JG27 вернулась к своим старым местам базирования в западной части Канала. Переназначенная для действий в составе Jafü 3, Группа распределила свое время, сокращенное ухудшением погодных условий, между защитой северо-западного побережья Франции — действуя с аэродрома в Динане, как раз вглубь от залива Сен-Мало, — и вылетами на свободную охоту и бомбардировку через Канал, действуя с посадочных площадок на оконечности полуострова Котантен.

Эти последние операции, к тому времени более чем рискованные, привели к двум последним потерям эскадры в 1940 году. Один Bf.109 из 3./JG27 упал в море у Портсмута 17 ноября после столкновения с истребителями RAF. У другого, из 2.-й эскадрильи, отказал двигатель и он 30 ноября упал на ферме у Дорсета. Оба пилота выжили, став военнопленными.

Три дня спустя I./JG27 гауптмана Ноймана снова вернулась в Германию. На этот раз её пунктом назначения стал Дёбериц, к западу от Берлина, где оставшиеся зимние месяцы Группа обороняла столицу Рейха.

Между тем в Па-де-Кале произошли некоторые изменения в командовании. II./JG27, которая 24 сентября перебазировалась на небольшое расстояние из Фэнна (Fiennes) в Сент-Инглеверт (St Inglevert), получила нового командира. Много часов, проведенных гауптманом Вернером Андресом в Канале 8 августа, изо всех сил пытавшегося удержаться на плаву, пока он ждал спасения, обострили его человеческие ресурсы до предела. Выздоровление составило длительный процесс, и тем временем Группу возглавляли и. о. командира. Второй из них, гауптман Вольфганг Липперт (бывший командир 3./JG53), официально был назначен командиром 30 сентября. Он же, 24 сентября, за 13 одержанных побед был награждён Рыцарским крестом (3-им в эскадре). После полного выздоровления Вернер Андрес продолжил карьеру командиром III./JG3 уже в России.

Оставшиеся на Канале Группы JG27 в октябре 1940 года продолжали сопровождать небольшие группы истребителей-бомбардировщиков из II./LG2, действовавших над Южной Англией. Одна из эскадрилий III./JG27 была переоборудована в истребительно-бомбардировочную.

Погода ухудшалась день ото дня, туман и дождь снижали интенсивность вылетов. Сколько-нибудь значимое событие произошло только 25 октября, когда гауптман Липперт сбил 2 Hurricane над Лондоном.

27 октября новый командир 8./JG27 обер-лейтенант Антон Поинтер (Anton Pointner) был сбит и попал в плен. На следующий день унтер-офицер Гоншорек (Gonschorek) повторил его участь.

Во главе II./JG27 во время уменьшающейся активности в октябре, именно гауптманн Липперт добился последней победы Группы — и, по сути, эскадры в кампании, заявив Харрикейн (16-я победа) над Кентербери утром 1 ноября. Машина, управляемая командиром 605 sqn., Sqn Ldr «Арчи» Мак-Келларом («Archie» McKellar), ведущим асом RAF, разбилась в восьми километрах к юго-востоку от собора этого города в Кенте. Пять дней спустя II./JG27 была отозвана из Франции, чтобы провести следующие два месяца, отдыхая и переоснащаясь в Детмольде, в Германии.

Октябрь также принес изменение командования эскадры. Оберст Макс Ибель, который избежал печально известной «охоты на ведьм» Геринга — уволившего некоторых из его старых командиров эскадр, заменив их более агрессивными «младотурками», такими как Адольф Галланд и Ханнес Траутлофт, — теперь ушел, чтобы принять командование истребительной школой (JFS 4) в Нюрнберг-Фюрте. Но впоследствии он вернулся на фронт Канала в середине 1941 года во главе Jafü 3. Майор Бернхард Вольденга в течение 12 дней был в качестве исполняющего обязанности Коммодора до того, как 22 октября гауптманн Вольфганг Шеллманн, до этого командир JG2, принял командование эскадрой. 10 ноября Штаб покинул Гинес, чтобы присоединиться ко II.-й Группе в Детмольде.

10 ноября III./JG27 гауптмана Макса Добислава также покинула Гинес. В течение её последнего месяца в Па-де-Кале пилотам Группы удалось добиться пяти побед. Взамен, один пилот пропал без вести над каналом, а два попали в плен, после падения в Кенте. Последние были единственными командирами эскадрилий, потерянными эскадрой на протяжении всей битвы. Оба, будучи командирами 8./JG27, обер-лейтенанты Гюнтер Дейке (Günther Deicke) и Антон Пойнтер (Anton Pointner) использовали свои парашюты в районе Мейдстона с разницей всего в 12 дней.

III.-я Группа разместилась в Германии в Фехте (Vechta). Находясь там, 14 декабря Группе было объявлено, что её предыдущий коммандер, гауптман Йоахим Шлихтинг, был награждён Рыцарским крестом за «образцовое выполнение обязанностей по сопровождению при самоотверженной жертве личными победами». Шлихтинг, старший из трех командиров Групп в JG27, часто возглавлял всю эскадру в операциях, пока 6 сентября не был сбит в 18:00 флайт-лейтенантом Норманом Райдером (Norman Ryder) из 41 sqn., у побережья Шобарнесса (Shoeburyness), Эссекс. Шлихтинг выпрыгнул с легкими травмами, став пятой из 7,5 побед Райдера, о которых было заявлено в течение 1940 года. Награждение Шлихтинга, с должной церемонией, было произведено когда он находился в британском плену. Чуть более года спустя, 31 октября 1941 года, Райдер сам был сбит зенитным огнем над Францией и в свою очередь попал в плен.

В начале ноября 1940 года JG27 закончила вылеты в рамках Битвы за Британию. Эскадра набрала в ходе этих боев 147 побед. Лучшими пилотами стали:

  • обер-лейтенант Густав Рёдель — 10 побед,
  • обер-лейтенант Граф фон Кагенек — 9 побед,
  • гауптман Макс Добислав — 7 побед,
  • гауптман Эдуард Нойманн — 6 побед.

Балканы[править | править код]

5 ноября 1940 года Stab/ и II./JG27 были переведены на базу в Детмольд (Detmold). В течение следующих трех недель в Дипхольц (Diepholz) и Фехту (Vechta) прибыли самолёты III./JG27, а в Дёбритц I./JG27.

Конец осени и зима 1940 года стали временем отдыха после тяжелых боев над Францией и Англией. Так продолжалось до первых дней февраля 1941 года, когда на базах, используемых JG27, начались решительные приготовления к новым операциям.

Одним событием, имеющим большое значение в зимние месяцы, — хотя никто не осознавал этого в то время — было прибытие в Дебериц в январе 1941 года молодого обер-фенриха (старшего офицерского кадета). На самом деле большинство расценило это как отрицательное событие, поскольку репутация новичка предшествовала ему. Хотя он заявил семь Спитфайров во время битвы за Британию, он сам был вынужден покинуть самолёт не менее шести раз. Его также считали чем-то вроде индивидуума, как в воздухе, так и на земле. «Постоянный нарушитель летной дисциплины», его ведомость поведения была заполнена незначительными военными правонарушениями.

Служа сначала в I.(J)/LG2, он вскоре был переведен в II./JG52. Там 21-летний берлинец, Ганс-Йоахим Марсель, быстро вывел из себя своего нового командира эскадрильи 4./JG52, обер-лейтенанта Йоханнеса Штейнхоффа. На шесть лет старше, а также карьерный офицер, который начал службу в Кригсмарине в 1934 году, Штейнхофф трудно было мириться с позицией Марселя и его несгибаемым поведением. Его богемное поведение жителя большого города, склонность носить волосы длиннее, чем у большинства, и его «встроенное отвращение к военным идеалам» — все это было приговором командира 4./JG52:

Марсель был очень красив. Он был талантливым летчиком-истребителем — но он был ненадежным. У него были подруги повсюду, и они настолько занимали его, что иногда он был настолько измучен, что вынужден был оставаться на земле. Безответственная манера исполнения своих обязанностей была главной причиной, по которой я уволил его.

«Увольнение» заключалось в том, чтобы перевести Марселя в I./JG27. 21 февраля 1941 года Ганс-Йоахим Марсель прибыл в Дебериц, в расположение I./JG27, в Группу «Эда» Ноймана:

Когда Марсель прибыл в JG27, он имел очень плохую военную репутацию, и вовсе не был приятным персонажем. Он пытался хвастаться и считал, что его знание многих гламурных кинозвезд имеет большое значение.

Но в Африке характер и мировоззрение Марселя вынуждены были полностью измениться. Вдали от соблазнов, его предыдущее плохое поведение стало рассматриваться скорее как эксцентричность, которая во многом способствовала оживлению скуки пустыни для его товарищей-пилотов. И первоначальные семь побед превратятся в итоговую сумму в 158 — самое большое число сбитых, действуя исключительно против западных союзников.

Но его слава была ещё только впереди. Когда к концу февраля 1941 года I./JG27 перебазировалась из Деберица в Мюнхен, обер-фенрих Ганс-Йоахим Марсель был просто рядовым пилотом 3.-й эскадрильи обер-лейтенанта Герхарда Хомута, и все ещё находился на испытательном сроке.

Stab./, II.-я и III.-я Группы оставили свои зимние места базирования в Германии примерно четырьмя неделями ранее. В начале февраля они располагались Бениасе (Baneasa), совмещенном военном и гражданском аэропорту на окраине столицы Румынии Бухареста. Эта страна уже прочно присоединилась к лагерю Оси, и когда 1 марта соседняя Болгария последовала их примеру, майор Шеллманн быстро повел две из своих Групп на территорию этого нового союзника Германии. В середине марта 1941 года в ходе подготовки к операции «Марита» — вторжению в Грецию и Югославию — Stab./, II./ и III./JG27 были переведены на базу Белица (Belica) в Болгарии.

Но надежды Гитлера на создание единого блока Оси на Балканах (чтобы прикрыть его южный фланг во время предстоящего вторжения в СССР) были разбиты государственным переворотом в Югославии. Поэтому фюрер решил решить проблемы в региона силой оружия, сначала сокрушив югославское сопротивление, а затем отправится на помощь своему итальянскому союзнику Муссолини, чье пятимесячное противостояние с Грецию явно пробуксовывало.

На болгарских базах в Белице (Belica) и Врбе (Vrba), Bf.109 JG27 идеально располагались для прикрытия германских воздушных и сухопутных сил, уже собиравшихся для нападения на Грецию, и теперь им также поручено завоевание Югославии. Как будто битвы за Британию никогда не было. Операция «Марита», начатая утром 6 апреля 1941 года, являлась блицкригом в чистом виде.

Эскадра должна была выполнять двойную роль: зачищать воздушное пространство противника, таким образом позволяя их старым соратникам, Штукам из VIII. Fliegerkorps, действовать без помех, а также оказывать непосредственную поддержку танковым дивизиям 12-й армии, когда те продвигались с горных перевалов вдоль болгарской границы на запад, в Югославию и на юг, в Грецию.

Кампания на Балканах началась на рассвете 6 апреля 1941 года. Самолёты 6./JG27 первыми оказались в воздухе. Оснащенные 250-кг бомбами, Мессершмитты с трудом взлетали. Чтобы пересечь горы на границе Болгарии и Югославии немцам пришлось набрать высоту 3000 м. Активности в воздухе не было. На одной из горных дорог один из пилотов заметил югославскую пехотную колонну. Бомбы и пушечно-пулеметный огонь вынудили югославских солдат оставить мертвых и тяжелое вооружение прямо на дороге. Другие самолёты атаковали аэродром Александрово (Alexandrowo), где уничтожили 7 самолётов.

Но оставались некоторые параллели с битвой за Британию. Как и в предыдущей кампании, Штабу эскадры была засчитана только одна победа. На этот раз её одержал сам Коммодор, который заявил Харрикейн из 80 sqn. RAF недалеко от Танагра, на юге Греции, через две недели после начала боевых действий, 20 апреля. Пилоты Шеллманна теперь также выполняли все большее число Jabo-миссий (истребительно-бомбардировочных) — действия, которые впервые были им навязаны на последних этапах их действий над Каналом.

II.-я Группа гауптмана Липперта достигла всех своих 19 успехов в течение второй недели операции Марита, когда британские силы и силы стран Содружества, срочно отправленные на помощь грекам, уже начали свое отступление на юг к эвакуационным пляжам Пирея и Пелепоннеса.

Благодаря быстрому продвижению немецких войск 10 апреля 1941 года Stab./, II./ и III./JG27 перелетели на аэродром в Битойль (Bitojl) на югославско-греческой границе. Примерно в 16:00 (по другим данным 13 апреля) новая база была атакована 6 Blenheim из 211 эскадрильи RAF. Все британские самолёты были сбиты дежурившими Bf.109 из 6./JG27 всего за четыре минуты. Командир эскадрильи гауптман Ганс-Йоахим Герлах, унтер-офицер Фриц Громотка и фельдфебель Герберт Кренц одержали по 2 победы каждый.

14 апреля командир 6./JG27 гауптман Ганс-Йоахим Герлах (Hans-Joachim Gerlach) был сбит и попал в плен к англичанам.

Утром 15 апреля западнее города Трикала (Trikkala) произошел бой с группой греческих и английских истребителей. Пилоты JG27 заявили 6 побед без потерь. Обер-лейтенант Густав Рёдель сбил по одному PZL P.24, Gladiator и Hurricane, обер-лейтенант Вильгельм Визингер (Wiesinger) и лейтенант Эрнст Бёрнген (Börngen) сбили по одному Gladiator, а обер-фельдфебель Отто Шульц — один PZL P.24.

16 апреля часть самолётов JG27 была переведена на греческий аэродром Птолемей (Ptolemais). Он уже использовался другими подразделениями Люфтваффе, поэтому инциденты происходили очень часто. В столкновении с Ju.87 и Do.17 погибли 2 пилота.

19 апреля к северу от города Ламия (Lamia) обер-лейтенант Вильгельм Визингер и унтер-офицер Хейдель (Heidel) сбили по одному Hurricane. Самолёт Визингера получил попадания в мотор, но смог перелететь линию фронта и совершить аварийную посадку на территории, контролируемый войсками Вермахта.

Последними победами Группы в этой кампании были Харрикейны. Эти четыре (три засчитаны Густаву Ределю, чтобы довести его личный счет до двадцати) самолёта были заявлены 20 апреля, в день, когда II./JG27, перебазировалась в Ларисса-Элефтерион (Larissa-Elephterion), греческий аэродром, с которого только недавно было эвакуированы подразделения RAF.

В полдень пилоты II./JG27 приняли участие в бою над Афинами. Мессершмитты находились в непосредственном прикрытии группы Штук. В коротком бою с группой Hurricane обер-лейтенант Густав Рёдель сбил 3 самолёта, а ещё один сбил обер-фельдфебель Отто Шульц. В это же время командир эскадры Шеллман сбил над Танагрой (Tanagra) ещё один Hurricane. Но на этот раз были и потери. Обер-лейтенант Вассерзир (Wasserzier) столкнулся с землей, выполняя атаку, и погиб. Над Тебином (Theben) обер-фельдфебель Рокель (Rockel) был сбит и совершил аварийную посадку на стороне союзников. Вскоре после этого на место события прибыли австралийские солдаты, доставившие его в госпиталь Тебина, а затем и в Афины. Его освободили пехотинцы Вермахта после захвата города.

Действия III./JG27 во время операции Марита были совсем другими. Мало того, что Группа не смогла добиться ни одной победы, так она ещё и понесла единственные две боевые потери эскадры. 8.-я эскадрилья участвовала в бомбардировочной атаке на греческие позиции на перевале Рупель утром, в начале наступления, когда она была перехвачена Харрикейнами из 33 sqn. Четыре из восьми Bf.109 были сбиты. Одним из двух погибших пилотов стал обер-лейтенант Арно Беккер (Arno Becker) — третий потерянный командир эскадрильи подряд, из неудачливой 8./JG27, вторым погибшим — обер-фельдфебель Фалтингс (Faltings). Обер-фельдфебель Фабер попал в плен, но был освобожден несколько дней спустя после падения Югославии. Обер-фельдфебель Фрёмминг (Frömming) был ранен.

К 26 апреля Штаб, II.-я и III.-я Группы встретились в Афинах-Элевсисе (Athens-Eleusis), последней точке их базирования при продвижения через Грецию. Здесь пилоты Шеллмана смогли провести несколько расслабляющих дней, ожидая, пока наземные силы закончат захват страны, прежде чем снова повернут на север и направятся обратно в Германию, а затем в Польшу для предстоящего нападения на Советский Союз.

Но отправка III./JG27 была отложена на пару недель, когда Bf.109 Группы было приказано направится в Гелу в начале мая, в поддержку 7./JG26. С этой площадки, на южном побережье Сицилии, они кратковременно участвовали в воздушном наступлении стран Оси на остров Мальта, в Средиземном море. Вылеты на различные задания, как сопровождение бомбардировщиков, свободная охота и Jabo-вылеты, компенсировали III./JG27 отсутствие успеха над Грецией, принеся пять побед над Харрикейнами вокруг осажденного острова. 4 из них одержал ведущий стрелок Группы командир 9./JG27 Граф фон Кагенек, увеличивший свой счет до 17 побед. Он же одержал и первую победу, сбив 6 мая Hurricane (Z3057), пилотируемый пайлот-офицером Дреджем.

15 мая ещё один Hurricane из 185 sqn. RAF, был заявлен командиром Группы гауптманом Максом Добиславом.

Последний вылет состоялся 20 мая и добавил победу на счет все тому же пилоту — в этот раз жертвой Кагенека снова стал Hurricane (N2673), пилотируемый пайлот-офицером Ривеза (Reevesa), выпрыгнувшим из самолёта.

I./JG27 гауптмана Ноймана также вела действия над Мальтой, хотя в её случае развертывание на Сицилии имело место до, а не после кампании на Балканах. 24 февраля самолёты 1./ и 2./JG27 были временно размещены на Сицилии, откуда они совершали вылеты на Мальту. Истребители Группы базировались в Комизо в первые десять дней марта, в течение которых был уничтожен только один Харрикейн RAF. 5 марта лейтенант Вилли Котман (Willi Kothmann) из 2./JG27 сбил один Харрикейн.

В середине месяца обе эскадрильи были возвращены в Мюнхен-Рием. Сосредоточившись в Мюнхене к середине марта, I./JG27 вскоре переместилась снова. 4 апреля его перевели в Грац-Талерхоф, на юге Австрии. Временно подчиненная Штабу JG54, Группа должна была действовать оттуда во время вторжения в Югославию, начатого всего 2 днями спустя.

Как и большая часть эскадры, находившейся тогда вдоль юго-восточных границ Югославии, I./JG27 на севере выполняла двойную роль на начальном этапе кампании — нейтрализации вражеских (югославских) воздушных сил и поддержка собственных наступающих сухопутных войск. Эти задания не принесли воздушных побед, но стоили Группе потери одного Bf.109 плюс ещё одного слегка поврежденного.

В 7:00 в воздух поднялись самолёты 3./JG27. Их задачей была атака аэродрома возле города Лайбах (Laibach). В серии атак немецкие пилоты результативно обстреляли ангары, строения и линейку бипланов Potez XXV. Потерянный истребитель принадлежал лейтенанту Вилли Котману из 2./JG27, который заявил единственный Харрикейн над Мальтой месяцем ранее. Сбитый зенитным огнем сразу за югославской границей, Котман изначально был объявлен пропавшим без вести, но вскоре смог вернуться пешком обратно в Грац. Другой пострадавший также стал жертвой огня с земли, полученным во время атаки 3./JG27 на скопление югославских бипланов Potez 25, стоявших на аэродроме Любляны. Пилот, некий молодой берлинец, вернулся на базу без каких-либо проблем, как рассказал его ведомый унтер-офицер Райнер Пёттген:

Я летел в 100 метров позади обер-фенриха Марселя и увидел, как его машина получила удар с левой стороны. Но он без происшествий приземлился в Граце вместе с остальными.

После этих событий первого дня, оставшаяся часть короткой кампании I.-й Группы на Балканах прошла без происшествий. 11 апреля она перебазировалась в Аграм (Загреб), столицу недавно оккупированной северной части Югославии, которая накануне объявила себя «Независимым государством Хорватия».

14 апреля Группа снова вернулась в Мюнхен и снова ненадолго. Менее чем через неделю пилоты «Эду» Ноймана начали передвигаться по всей Италии. На этот раз I./JG27 не останавливалась на Сицилии, а продолжила свой путь через Средиземное море до Эйн-эль-Газалы в Северной Африке — место, несомненно, ставшее самой выдающейся главой во всей истории эскадры.

Барбаросса[править | править код]

До того как Stab, II.-я и III.-я Группы присоединились к I./JG27 в пустыне, они сначала сыграли свою роль в операции Барбаросса — вторжению в СССР. Вернувшись из Греции (и Сицилии) несколькими неделями ранее, к середине июня 1941 года, подразделения майора Шеллмана оказались недалеко от бывшей польской границы с Литвой, ожидая начала своего третьего блицкрига. Нападение на Советский Союз должно было стать ещё одним повторением проверенной и отработанной тактики вермахта, хотя и в гораздо более эпическом масштабе, чем любая из предыдущих кампаний.

Подкрепленная временным добавлением II./JG52 и III./JG53, JG27 вновь сформировала истребительный компонент 8-го авиационного корпуса генерала фон Рихтгофена. И, опять же, их основной функцией станет в первую очередь устранение авиации противника. Но никогда прежде Люфтваффе не сталкивались с противником такой численности. Поэтому, в дополнение к своим традиционным обязанностям по сопровождению Штук, многие из пилотов JG27 проводили первые часы начавшейся операции «Барбаросса», совершая серию атак на многочисленные советские приграничные аэродромы.

К этому моменту появилось новое оружие, которое помогло им в этой задаче. Он включало в себя контейнеры для бомб, которые можно было подвешивать под фюзеляжем Bf.109. Каждый из экипированных истребителей был способен нести 96 (!) SD-2 Splitterbomben. Эти крошечные осколочные бомбы, весом всего 2 кг каждая, изначально разрабатывались как противопехотное оружие. Но они оказались очень эффективными при использовании против рядов стоящих крылом к крылу советских самолётов. Но они также представляли немалый риск для самих пилотов, сбросивших их.

Начавшиеся рано утром 22 июня 1941 года, первые авиационные удары операции «Барбаросса» оказались даже более успешными, чем планировались. Большинство этих ранних атак представляли собой истребительно-бомбардировочные налеты на передовые базы ничего не подозревающих советских ВВС, и общее количество воздушных побед в первый день, одержанных II./ и III./JG27, было скромным (по стандартам восточного фронта) — 13. Но ещё около 80 самолётов было уничтожено на земле.

Для пилотов II./JG27 операция «Барбаросса» началась в 3:00. Мессершмитты группы взлетели с аэродрома Бержники (Bierżniki) на атаку советских аэродромов в Визна (Wizna) и Замбрув (Zambrów). Вскоре все самолёты вернулись на базу.

В следующем вылете самолёты II./JG27 атаковали авиабазы в Вильно и Олице (Olica). В полдень над аэродромом Бержники появились советские ДБ-3. Их немедленно атаковала дежурная пара. Лейтенант Шахт быстро вышел в хвост одному из бомбардировщиков, но прежде чем он открыл огонь, самолёт взорвался, пораженный зенитным огнем. Шахт переключился на другой бомбардировщик, который быстро пошел вниз после короткой очереди.

Но для эскадры в целом, 22 июня запомнится потерей их коммодора. Один из пилотов штабного звена позже описал то, что произошло:

Под Гродно мы попали под огонь зенитной артиллерии. Шеллман сбил Рату, но некоторые из её отлетевших частей, должно быть, попали в машину Коммодора. Мы видели, как Шеллман использовал свой парашют.

Никаких дальнейших следов майора Вольфганга Шеллмана не было найдено. Шеллман был объявлен пропавшим без вести до тех пор, пока не был захвачен город Гродно, после чего было проведено небольшое расследование. Была установлена череда событий. Майор Шеллман приземлился на пшеничное поле и вскоре добрался до ближайшего двора. Он попытался скрыться от группы советских солдат, высланных на его поиски. Во время бегства он наткнулся на группу русских, среди которых оказались члены НКВД. Его схватили, связали руки за спиной и посадили на лошадь. Через 5 км от этого места следы терялись. Через несколько дней члены Рейхсарбайтсдинст (Reichsarbeitsdienst — RAD) обнаружили у одного из местных жителей Рыцарский крест и Золотой Испанский крест с Бриллиантами, принадлежавшие Шеллману. Широко распространено мнение, что он был схвачен и расстрелян примерно через 2 дня сотрудниками НКВД. Упомянутая выше Рата — истребитель И-16, была его 14-й по счёту победой в ходе войны, только две из которых были одержаны за время его командования JG27.

Вольфганг Шеллман стал единственным коммодором JG27, потерянным в бою. Его немедленная замена была не чуждой для эскадры. Майор Бернхард Вольденга был офицером, который сформировал изначальную I./JG131 (теперь III./JG27) ещё в марте 1937 года. Командуя JG77 в течение последних шести месяцев, он отпраздновал свое возвращение в хорошем стиле, заявив о своей первой победе — двухмоторный бомбардировщик СБ, недалеко от Вильно — 25 июня.

Новый Коммодор прибавит к своему счёту ещё три победы в течение оставшейся части четырёхмесячного пребывания JG27 на восточном фронте. Вольденга также получит Рыцарский крест (5 июля) за руководство JG77 в ходе недавних балканской и критской кампаний. Но, безусловно, львиная доля побед штабного звена (восемь из общего числа в тринадцать) на восточном фронте пришлась на опытного обер-фельдфебеля Эрвина Заваллиша.

Ещё один рыцарский крест был вручен в день начала Барбароссы. Получателем стал обер-лейтенант Густав Рёдель, командир 4./JG27, который заявил свою 20-ю победу к окончанию кампании в Греции.

На второй день операции «Барбаросса» не было столкновений с противником в воздухе. Пилоты JG27 сосредоточились на наземных целях. Обер-лейтенант Вильгельм Визингер (Wilhelm Wiesinger) был поражен огнем с земли во время истребительно-бомбардировочного удара и погиб, выполняя аварийную посадку.

24 июня пилоты III./JG27 сбили 7 бомбардировщиков СБ-2 в районе Гродно.

На следующий день, 25 июня, штаб и обе Группы были переведены в Вильно. В этот день обер-лейтенант Густав Рёдель добавил ещё один самолёт на свой счет, первый (и единственный) на восточном фронте. Эта победа стала всего лишь одним из 25 (!) советских бомбардировщиков сбитых II.-й Группой в небе вокруг Вильны 25 июня. Семь из них были зачислены на счет лейтенанта Густава Ланганке (Gustav Langanke) из 5./JG27, единственной победой которого до этого был Харрикейн, упавший на Лондон в сентябре 1940 года, в разгар битвы за Британию.

27 июня обер-лейтенант Граф фон Кагенек и фельдфебель Рипе (Riepe) сбили 5 бомбардировщиков СБ-2 на двоих. В тот же день 8./JG27 потеряла двух пилотов — лейтенанта Рорера (Rohrer) и обер-фельдфебеля Умбаха (Umbach).

29 июня около 14:00 над аэродромом Вильно неожиданно появились советские бомбардировщики. Были уничтожены 4 Bf.109 и 2 Bf.110, а также аэродромные запасы и несколько автомобилей. Лейтенант Кюльпов (Külpow) смог взлететь под огнем и сбить одного из атаковавших.

1 июля II.-й Группе было приказано передать свои самолёты III./JG27. Суровости восточного фронта уже начинали давать о себе знать, поскольку объединённые показатели наличия исправных самолётов в двух Группах были едва достаточны для эффективных действий.

В ходе своей девятидневной кампании против советских ВВС II./JG27 гауптмана Липперта заявила уничтожение 42 советских самолётов. Больше дюжины их собственных истребителей были потеряны или повреждены, но Группа потеряла только одного пилота со смертельным исходом — обер-лейтенанта Вильгельма Визингера. II.-я Группа вернулась в Дёбериц в июле. Здесь она потратила последующие два месяца на переоснащение новыми Bf.109F-2, прежде чем присоединиться к I./JG27 в Эйн-эль-Газале, в Ливии, в конце сентября.

Оставшиеся в СССР Stab и III./JG27 были переведены на северный участок фронта. Действуя с авиабазы Лепей (Lepei), немцы смогли добиться трех побед 6 июля и 8 июля и 4 побед 9 и 11 июля.

13 июля часть снова сменила базу — на этот раз ею стал аэродром Камары (Kamary) в 14 км западнее Витебска. Постоянно шли тяжелые воздушные бои. За 2 последующих дня III./JG27 набрала 36 побед. 26 июля было одержано 15 побед, а на следующий день ещё 19.

28 июля советские ВВС потеряли ещё 10 бомбардировщиков, но и немцы понесли потери. В воздушном бою 28 июля пропал без вести унтер-офицер Фридрих Гримпе (Friedrich Grimpe) из 7./JG27, ефрейтор Фюнтманн (Füntmann) погиб, а фельдфебель Альбин Дорфер совершил вынужденную посадку к северу от г. Торопец, примерно в 100 км от линии фронта. Он вернулся в часть через 11 дней пешего пути.

Большим успехом стал день 14 августа, когда было сбито 7 советских самолётов, 5 из которых оказались на счету обер-лейтенанта Графа фон Кагенека.

В последние дни августа начались проливные дожди и активность воздушных боев снизилась. Так продолжалось до 11 сентября, когда бои вновь вспыхнули с прежней силой. Пилоты III./JG27 отметились 9 победами, 4 из которых достались обер-фельдфебелю Францу Блажитко. Однако в бою самолёт лейтенанта Ганса Рихтера (Hans Richter) получил попадание в двигатель. К этому моменту он был одним из лучших пилотов группы с 22 победами на счету. Рихтер попытался выполнить аварийную посадку, но самолёт врезался в деревья и загорелся. Пилот погиб в горящих останках своего самолёта.

Другой потерей стал фельдфебель Эрнст Рипе (Ernst Riepe), сбитый 19 сентября в бою с И-16.

25 сентября (или 23 сентября) обер-фельдфебель Франц Блажитко (Franz Blazytko) из 9./JG27 (29 побед), не вернулся из вылета на свободную охоту. Он был сбит и попал в плен.

В первые дни октября Stab и III./JG27 осуществляли поддержку с воздуха в районе Вязьмы и Брянска 3-й танковой группы, в ходе начавшегося по наступлению на Москву. Немцы действовали с аэродрома Стабна. 4 октября обер-фельдфебель Эрвин Заваллиш сбил 4 вражеских самолёта в 3 вылетах. Ухудшение погоды, обильные снегопады затруднили выполнение вылетов.

По мере того, как Stab и III./JG27 продвигались все дальше на восток, перелетая с одного аэродрома на другой, вслед наступавшей на Москву «группы армий Центр», общее число побед Группы значительно увеличилось. По количеству уничтоженных самолётов противника это был, пожалуй, самый успешный период в истории JG27. Более двух десятков пилотов гауптмана Добислава порезали свои боевые зубы по дороге к советской столице, одержав первые победы в своей карьере. Другие увеличивали предыдущие успехи, добавляя их к своим растущим личным счетам.

Но одно имя более всех других прославило своей деятельностью действия III./JG27 на восточном фронте. 18-я личная победа обер-лейтенанта Эрбо Графа фон Кагенека (бомбардировщик СБ к югу от Вильны) была заявлена в первый день операции Барбароссы. 27 июля сбитый ДБ-3 стал 37-й победой командира 9./JG27, принеся ему Рыцарский Крест 3 днями спустя. А советский истребитель, сбитый 12 октября — в последний день боевых действий в России — довел его общее количество побед до 65. За это достижение он первым среди пилотов JG27 был награждён Дубовыми Листьями к Рыцарскому кресту.

Вторым асом в списках, после фон Кагенека, шел пилот его 9-й эскадрильи обер-фельдфебель Франц Блажитко, который увеличил свой счет с 4-х побед, на начало Барбароссы, до 29, прежде чем был сбит и захвачен в плен 23 сентября.

Блажитко стал десятым и последним из пилотов Группы, потерянных в бою на русском фронте. В противовес этому она заявила за четыре месяца боевых действий сбитыми не менее 224 советских самолётов, которые завели её на восток, к Вязьме, а также на север, на Ленинградское направление.

Наконец, 15 октября 1941 года настала очередь Штаба и III./JG27 быть отозванными в Дебериц для переоснащения на Bf.109F-4. Через два месяца они так же прибыли в Ливию, таким образом, впервые за более чем год воссоединив всю эскадру.

В ходе боев на Восточном фронте пилоты JG27 набрали 268 воздушных побед: Штаб — 13, II./JG27 — 38 и III./JG27 — 217 (или 223/224). Лучшими пилотами кампании стали: обер-лейтенант Граф фон Кагенек — 47 побед, обер-фельдфебель Франц Блажитко — 25 побед, обер-лейтенант Ганс Ласс — 12 побед. III.-я Группа потеряла 38 самолётов, 9 пилотов погибло, 1 попал в плен и 6 было ранено.

Но убытие Штаба и III.-й Группы в Дебериц не разорвало все связи JG27 с восточным фронтом. В конце сентября 1941 года эскадрилья испанских добровольцев прибыла в Россию после восьминедельного обучения в Вернойхене. Возглавлял её коменданте (майор) Анхель Салас Ларрасабаль, ветеран Гражданской войны в Испании с 16-ю победами. Эта эскадрилья была назначена под командование майора Вольденги и действовала как 15.(span.)/JG27. Даже после возвращения Штаба JG27 в Германию испанское подразделение сохранило свое первоначальное обозначение (хотя теперь оно было прикреплено к JG52). За свою пятимесячную боевую карьеру на московском фронте 15.(span.)/JG27 заявила о четырнадцати сбитых советских самолётах — ровно половина была засчитана команданте Ларрасабалю. Но потеряла одного пилота погибшим и троих пропавших без вести.

В марте 1942 года первая эскадрилья была заменена свежей партией испанских добровольцев. Эта вторая эскадрилья, также должна была обозначаться как 15.(span.)/JG27, но в связи с тем, что Штаб Вольденги уже давно убыл, вместо подчинения ему, эскадрилья была подчинена непосредственно 2-му воздушному флоту. Позже она и ещё три испанские добровольческие эскадрильи, будут действовать как часть JG51.

Африка[править | править код]

Присутствие вермахта в Северной Африке, как и его вмешательство в Греции, было в немалой степени связано с военной некомпетентностью союзника по оси Гитлера — Муссолини. Подобно тому, как итальянское вторжение в Грецию не просто развалилось о гранит греческого сопротивления, но и было отброшено назад в Албанию, откуда оно началось, итальянское продвижение в Египет в сентябре 1940 года не просто было остановлено британскими войсками и войсками Содружества, но и отброшено обратно в Ливию, до порта Бенгази, и далее.

Чтобы предотвратить полную гибель африканской колонии Италии, Гитлер в начале 1941 года направил в Африку силы, построенные вокруг 5-й легкой и 15-й танковых дивизий, на помощь своему южному партнеру. Планы фюрера были чисто оборонительными. Он предупредил командующего этими силами, генерал-лейтенанта Эрвина Роммеля, что «в Северной Африке до осени не должно быть никаких крупномасштабных операций». Но у Роммеля были свои идеи о том, как следует вести войну в пустыне. Понимая, что противоборствующие ему британские силы были одновременно чрезмерно растянуты и разукомплектованы, он быстро начал готовиться к «разведке боем».

19 февраля 1941 года, 13 загруженных под завязку Юнкерсов Ju.52/3m взлетели с аэродрома Дёбриц, на тот момент базы 1./JG27. На борту находились техники и специалисты по связи под командованием обер-лейтенанта Хейдеке (Heydecke). После перелета Альп вся группа приземлилась в Тревизо, Италия, для дозаправки. В это время Хейдеке спросил у своих людей: «Вы знаете, что мы летим в Африку?»

Ошеломленные солдаты поверили ему лишь тогда, когда снова приземлились, на этот раз в Комизо, Сицилия, и это вновь была лишь временная остановка перед пересечением Средиземного моря.

Путешествие закончилось 27 февраля. Перелет был длинным и скучным, но наконец люди увидели африканское побережье и строения Триполи. Вскоре все самолёты приземлились на аэродроме Кастель Бенито (Castel Benito).

За день до этого оставшийся личный состав JG27 достиг Неаполя. Они погрузились на борт корабля «Райхенфельс». Сразу после погрузки, 16 марта корабль вышел в море, сопровождаемый ещё четырьмя кораблями и эскортом из пяти итальянских военных кораблей и самолётов Ju.88 и Bf.110 из состава X авиакорпуса, прикрывавших группу с воздуха. Это было обычное немецкое формирование на начальной стадии войны.

После двухдневного плавания конвой достиг Триполи. Африканская эпопея немецких солдат началась. После разгрузки материальной части и смены униформы на тропическую пришла пора ознакомиться с тем, что могло предложить им Триполи. Среди гонок на верблюдах и таинственных кофеен война казалась чем-то очень далеким.

Но 9 апреля они покинули мирный Триполи и прибыли на небольшой аэродром Эйн-Эль-Газала 15 апреля. Приведение аэродрома в исправный вид не отняло много времени и уже 18 апреля самолёты начали перелетать на него.

Пилотам 1./JG27 было приказано лететь в Африку 15 апреля из Мюнхена. Первые истребители достигли Газалы 18 апреля, тогда как остальным пришлось задержаться ещё на 4 дня. В тот же самый день, 18 апреля, лейтенант Фридрих-Вильгельм Борхет (Friedrich-Wilhelm Borchet) разбил свой самолёт в районе Пальета (Paglieta), пытаясь приземлиться после возникновения проблем с мотором. Самолёт был разбит, а пилот ранен.

2 дня спустя Ганс-Йоахим Марсель из 3./JG27 разбил свой Мессершмитт около Кахелы, Большой Сирт (Cahela, Great Syrta). Самолёт был потерян, а пилот отправился дальше пешком. Снова все было списано на проблемы с мотором. После долгой дороги через пустыню он повстречал немецких офицеров-танкистов и попросил их подбросить. Подбросивший его офицер попросил не менее 50 побед в качестве платы за поездку.

Аэродром Газала был не более чем площадкой, очищенной от камней и кустарника. Пилоты коротали время в небольших деревянных навесах, палатках и бункерах. Командир части располагал старым цирковым вагончиком, который приехал вместе с ним из Франции. Ближайший источник воды находился в Дерне, в 120 км. Ситуацию усугубляли колебания температур, вездесущая пыль, насекомые, скорпионы и змеи. Каждая царапина должна была быть обработана, чтобы не случилось заражение. Немецкие солдаты учились новой жизни.

Но уже через несколько недель все начало меняться. Был построен новый палаточный городок и проведена дорога, по которой можно было двигаться со скоростью до 25 км/ч, чтобы не создавать пылевой бури. Из поднятых пустых топливных бочек сделали душ. Старую спасательную лодку приспособили для морских прогулок. Такие прогулки и плавание вскоре превратились в любимое времяпровождение пилотов, свободных от дежурства. Пилоты и персонал могли осмотреть окрестности и древние сооружения. В одной из ближайших пещер был даже сделан ночной бар, подающий популярный напиток «Gazalaflip», сделанный из лимонного сока, Кьянти, рюмки коньяка и газированной воды. Жизнь была хороша! Основной едой были консервы. Хлеб поначалу завозили самолётами из Германии. Зачастую неделями питались лишь сыром, консервированными сардинами и свининой. В почете была свежая рыба, пойманная дичь или ветчина, захваченная у британцев. Самым нелюбимым блюдом было, пожалуй, итальянские консервы, промаркированные на крышке «A. M.». Что значило это «A. M.» долгое время оставалось для немцев загадкой. Благодаря странному вкусу рождались разнообразные теории. Одни говорили, что это обозначает «Asino e Manzo» («Осел и бык»), другие — «Alter mann» («Старик») или даже «Angeschwemmter Matrose» («Утонувшие матросы»)! Неудивительно, что арабы, торговавшие свежими фруктами и яйцами, были местными героями.

Для врача части настали действительно трудные времена. Доктор Шуллер применял все известные ему методы борьбы с песчаными блохами, чьи укусы были болезненными и подолгу не заживали. Большой проблемой были также диарея и расстройство желудка.

К тому моменту, когда 18 апреля 1941 года первые подразделения I./JG27 коснулись расчищенного участка пустыни, который был аэродромом Эйн-эль-Газала, «разведка» Роммеля превратилась в полномасштабное наступление. Он уже возвратил всю Ливию — за исключением Тобрука — и его войска достигли египетской границы в Соллуме.

Поскольку Bf.109 гауптмана Эдуарда Ноймана были первыми однодвигательными истребителями Люфтваффе, отправленными в Африку, они были брошены в гущу боевых действий почти сразу по прибытии. А поскольку ситуация вдоль ливийско-египетской границы находилась во временном тупике, эти боевые действия были сосредоточены вокруг периметра Тобрука, чей гарнизон, хотя и был окружен, был занозой в тылу Роммеля и потенциальной угрозой для его линии снабжения. К моменту прибытия 1./JG27 в Африку основной задачей командира немецкого африканского корпуса (Deutsches Afrikakorps — DAK) был захват осажденного города Тобрук. Город находился всего лишь в 56 км от Газалы и служил базой для нескольких истребительных и бомбардировочных эскадрилий RAF. Основным соперником немецких пилотов был истребитель Хоукер Харрикейн (Hawker Hurricane), хорошо известный ещё по боям над Францией и Англией. Он уступал Bf.109E-7/trop по скорости, характеристикам пикирования и вооружению (20-мм пушки немецких самолётов противостояли 7.7-мм пулеметам англичан). Основным преимуществом Харрикейна была горизонтальная маневренность.

19 апреля I./JG27 одержала свои первые четыре победы на новом театре — все Харрикейны, все из 274 эскадрильи RAF — три сбитые в первом бою над 60 километровым отрезком побережья между Газалой от Тобруком. Немцы, используя элемент неожиданности, атаковали беспечных британских пилотов, которые занимались «избиением» итальянцев на их устаревших самолётах.

Командир 1./JG27 обер-лейтенант Карл-Вольфганг Редлих, толкнул ручку управления двигателем от себя на полную и прицелился в Харрикейн летящий справа. Сблизившись до 150 метров он открыл огонь и поразил противника первой же очередью. Самолёт противника вспыхнул, задымил и перейдя в крутое пике, разбился посреди пустыни. Редлих сразу же перевел огонь на ведущий Харрикейн. Прежде чем британский пилот смог что-либо предпринять, его пылающий истребитель уже разбился в пустыне. Оставшийся Харрикейн пытался уйти, перевернувшись в пике через левое крыло, но ведущий второй пары, лейтенант Вернер Шроер, пошел за ним. Тускло-коричневый Харрикейн было трудно заметить на фоне ландшафта, но немецкий истребитель быстро сблизился до дистанции 200 м, 150 м. Немецкий пилот пытался вписать маневрирующего противника в прицел. Наконец, с дистанции 120 м он открыл огонь. Первый залп был коротким, пристрелочным, но вторая очередь из 20-мм пушек была более аккуратной, прошив фюзеляж и правое крыло британской машины. Дымя и пылая британский пилот разделил судьбу своих товарищей. Эти 3 победы без собственных потерь открыли боевую историю JG27 над Африканским континентом.

Один из пары, сбитых Редлихом, обеспечила I./JG27 её 100-ю победу в войне. Третий сбитый стал первой победой лейтенанта Вернера Шроера, который закончил войну в качестве командира JG3 «Udet», награжденный Мечами к рыцарскому кресту.

Второй бой произошел позднее, в этот же день, и оказался менее удачным для немцев. Унтер-офицер Ганс Зиппель (Hans Sippel) сбил 1 Харрикейн, но второй, пилотируемый петти-офицером Спенсом (Spence) из 274 эскадрильи RAF, подбил самолёт лейтенанта Вернера Шроера, который вынужден был совершить аварийную посадку в Газале. Итоги дня — 4:1 в пользу немцев.

20 апреля Зиппель сбил бомбардировщик «Веллингтон», но следующий день стал для него последним. В бою 1./JG27 против Харрикейнов из 274 и 73 sqn. RAF он был сбит и погиб над Тобруком 21 апреля. Это была первая африканская жертва JG27. И снова самолёт Шроера получил несколько попаданий, но смог долететь до Газалы, где и разбился во время посадки. Пилот получил лишь несколько царапин. В это же самое время обер-фельдфебель Альберт Эспенлауб сбил 1 Харрикейн.

22 апреля немцы понесли очередные потери. Мессершмитт из 2./JG27 был сбит над Тобруком, а его пилот, Генрих Помош (Heinrich Pomosch) умер на следующий день в госпитале от ран.

23 апреля ситуация изменилась. В 10:14 1./JG27 взлетела для обеспечения прикрытия большой группы «Штук», наносящих удар по гавани Тобрука. Они повстречались с 7 Харрикейнами из 73 sqn. RAF. Обер-лейтенант Людвиг Францискет и лейтенант Моллер сбили по 2 самолёта. Ещё один немецкий пилот, фельдфебель Вернер Ланге (Werner Lange), был сбит и погиб. Между тем, другая группа немцев под командованием обер-лейтенанта Карла-Вольфганга Редлиха атаковала группу Бристоль Бленхеймов. 2 бомбардировщика были сбиты, а оставшиеся повернули обратно на свой аэродром.

В тот же день обер-фенрих Ганс-Йоахим Марсель заявил о своем первом успехе в качестве члена JG27 — ещё один Харрикейн сбитый над Тобруком. Немцы атаковали 10 Харрикейнов над Тобруком. Марсель сбил Харрикейн короткой очередью с дистанции 120 м. Горящий истребитель разбился в пустыне, но у победителя не было времени насладиться победой. Англичане развернулись и сами атаковали немецкие самолёты. Марсель уже был готов прикончить ещё один Харрикейн, когда его ведомый воскликнул: «Йохан, сзади!». В то же самое время пули, выпущенные британским истребителем поразили его самолёт. Не раздумывая он бросил самолёт в пике, оторвавшись от 4 преследовавших его Харрикейнов. Сильно поврежденный Мессершмитт разбился при посадке в Газале. Молодому летчику снова повезло — он выбрался из обломков без единой царапины. Это побудило «Эду» Неймана заметить: «мы сделаем из вас настоящего летчика-истребителя». Командир Группы никогда не произносил более пророческих слов. Но, имея за плечами всего восемь побед, Марсель все ещё был далеко позади лидирующего трио асов I./JG27.

У этих троих, обер-лейтенантов Людвига Францискета, Карла-Вольфганга Редлиха и Герхарда Хомута, все счета имели двухзначное значение. Это означало, что они приближались к «волшебной двадцатке», которая все ещё была официальным критерием для награждения Рыцарским крестом — астрономические счета восточного фронта ещё не дали о себе знать! И действительно, все трое получат престижную награду в ближайшие недели.

29 апреля Марсель показал себя великолепным пилотом с острым зрением. Во время обычного патрулирования он заметил бомбардировщик Бленхейм из 45 sqn. RAF, взлетающий с аэродрома в трех километрах. Он начал преследование и сбил бомбардировщик с дистанции 20 (!) м. Бомбардировщик упал в море. Британский пехотинец, ставший очевидцем боя, оставил такие строки в своем дневнике:

«Ревя моторами Бленхейм пролетел над нашими головами. Вдруг мы услышали звук пулеметов и подумали, что он обстреливает нас по ошибке или что он выбрал крайне неудачное место для проверки пулеметов. Пули свистели повсюду, вынудив нас попрятаться по окопам. Но тут мы увидели, что сразу за Бленхеймом летел Мессершмитт. Бленхейм пролетел над мелководьем и пытался оторваться от атакующего, уходя дальше в море, но Мессершмитт был слишком близко. Бомбардировщик упал в море, разбился и утонул, не оставив после себя даже обломков. Мессершмитт неторопливо развернулся и улетел.»

30 апреля немцы предприняли очередную попытку захватить Тобрук. В тот же день обер-лейтенант Карл-Вольфганг Редлих сбил своего старого врага — петти-офицера Спенса из 274 sqn. RAF.

На следующий день события обернулись ещё лучше. Рано утром 1 мая 3./JG27 была поднята для сопровождения «Штук», бомбивших цели в Тобруке. Бомбардировщики сделали свою работу и вся группа вернулась домой. Сразу после этого командир эскадрильи обер-лейтенант Герхард Хомут получил сообщение, что английский разведчик замечен над Фортом Акрома (Fort Acroma). Истребители изменили курс и направились на перехват. Однако, к своему удивлению, они встретили не самолёт-разведчик, а 6 истребителей. Сначала было неясно чьи это самолёты — итальянские или английские. Но когда таинственные самолёты попытались занять позицию для атаки, все стало ясно. Враг! Звено под руководством Хомута выбрало защитную тактику, тогда как Марсель и ещё 3 пилота обрушились на противника. Лишь двумя очередями Марсель сбил 2 Харрикейна. Проще простого.

Тем временем Хомут и его пилоты сковали оставшиеся британские истребители боем. Хомут сбил 1 Харрикейн, пилот которого выпрыгнул с парашютом, а минутой позже сбил второго, но на этот раз пилот, петти-офицер Годден (Godden), погиб в обломках своего самолёта. Один из Мессершмиттов, пилотируемый ефрейтором Германом Кёне (Hermann Köhne), был поврежден, а пилот получил легкие ранения во время вынужденной посадки на немецких позициях. На малой высоте 3./JG27 вернулись на аэродром Газала. Прямо над взлетно-посадочной полосой пилоты-победители сделали бочки, давая понять наземному персоналу кто добился побед в этот день. Сразу после посадки гауптман Нойманн поздравил Хомута и Марселя и добавил:

«Марсель. У вас все шансы стать отличным летчиком. Но я не хочу больше смотреть на ваши безумства, когда вы летаете один в окружении эскадрильи вражеских самолётов и возвращаетесь назад на изрешеченном самолёте.»

Так как Марсель только что одержал свою 10 и 11 победы, все эти наставления не остудили пыл молодого летчика. Он постоянно нарушал дисциплину и военные уставы. С типичным для берлинца равнодушием он относился к старшинству и военным чинам. Не соблюдал правил ношения обмундирования, носил цветной шарф и в открытую слушал джаз, запрещенный министерством пропаганды Геббельса. Ухудшало ситуацию то, что его командир, наоборот, был превосходным образчиком немецкого офицера, строгим до буквы.

По причине тяжелых потерь 73 sqn. RAF была выведена из Тобрука в Египет. К этому времени, она располагала лишь 4 пригодными к полетам Харрикейнами. Это существенно снизило интенсивность боев. Их отбытие совпало с окончанием последней неудачной попытки Роммеля захватить гарнизон. RAF снизило количество вылетов и небеса стали пустынными. Когда обе стороны сделали паузу, чтобы отдышаться и перегруппироваться, последующие две недели принесли всего три победы Группе, на которые претендовал обер-лейтенант Герхард Хомут.

5 мая обер-лейтенант Хомут сбил Мартин Мэриленд из 39 разведывательного sqn. RAF и ещё один 2 дня спустя. Обер-фельдфебель Герхард Отто (Gerhard Otto) разбил свой Мессершмитт во время вынужденной посадки после отказа двигателя.

10 мая Газалу впервые атаковали. Одиночный Харрикейн из 274 sqn. RAF пролетел над взлетно-посадочной полосой обстреляв различные цели, но не попав ни по одной из них.

Поздно ночью 12 мая боевые корабли Королевского Флота попытались уничтожить немецкое «осиное гнездо», но не добились какого-либо успеха. В то же самое время Великобритания получила значительные пополнения. Несколько кораблей конвоя «Тайгер» достигли гавани Александрии. На их борту находились 238 танков и около 50 Харрикейнов.

Операция «Бревити»[править | править код]

Рано утром 15 мая 7-я танковая дивизия и 22-я гвардейская бригада начали контр-наступательную операцию под названием «Бревити». Воздушное прикрытие операции обеспечивали 274 sqn. RAF и 1 sqn. SAAF. Также в боях участвовали 45 и 55 бомбардировочные sqn. RAF. Основными целями были назначены форты Соллум (Sollum) и Капуццо (Capuzzo) и мост Халфая (Halfaya).

Сразу после начала операции звено под командованием обер-лейтенанта Герхарда Хомута встретило несколько Харрикейнов над мостом Халфая. После долгого и сложного боя Хомут сбил 1 Харрикейн, пилот которого, сержант Дин (Dean), выпрыгнул с парашютом. Пилот был доставлен на аэродром Газала. Первым делом он спросил: «Кто меня сбил?» Узнав, что это был командир подразделения, он расслабился и прокомментировал: «Ну, это был невероятный бой. Я хотел бы встретиться с ним и с остальными пилотами, если это возможно». Тем же вечером он смог отужинать вместе с Хомутом и другими пилотами 3./JG27.

Первый день операции «Бревити» вылился для англичан в захват Соллума, Капуццо и моста Халфая. Однако, уже на следующий день Африканский корпус отбил Соллум и Капуццо, а мост Халфая так и остался за англичанами.

Утром 16 мая фельдфебель Эллес (Elles) сбил ещё один Харрикейн из 274 sqn. RAF, а днём обер-лейтенант Карл-Вольфганг Редлих прибавил к этой победе Бленхейм. С этого времени до 21 мая не происходило встреч с какими-либо самолётами RAF.

Освободившись от ограничений связанных с сопровождением «Штук» и патрулируя над, теперь уже без истребительным, Тобруком (впредь «крепость» должна была полностью полагаться исключительно на свою собственную зенитную оборону для защиты от воздушных атак), I./JG27 начала совершать вылеты дальше на восток, к египетской границе. И именно здесь вспыхнул бой 21 мая, когда восьмерка Мессершмиттов из 3./JG27 после 8:00 перехватила группу Бленхеймов, атаковавших немецкий конвой, идущий из Тобрука в Капуццо. 5 бомбардировщиков из 14 sqn. были сбиты в коротком неравном бою. Обер-лейтенант Герхард Хомут и фельдфебель Ковальски (Kowalski) сбили по 2 самолёта, а пятый пришелся на счет лейтенанта Шмидта (Schmidt). Самолёт Марселя получил попадания в двигатель и пилот вновь разбил машину при аварийной посадке на немецкой передовой, а сам не получил ни царапины! Две сбитые машины увеличили счет Герхарда Хомута до 22 и принесли ему долгожданный Рыцарский крест.

Но такие успехи против бомбардировщиков были скорее исключением, чем правилом в ближайшие месяцы. Война JG27 в пустыне оставалась преимущественно из боевых сражений истребителей.

Во второй половине мая силы RAF участвовали в боях за Крит. Немцам было не с кем сражаться. Единственный бой 26 мая добавил победу в копилку обер-лейтенанта Маака (Maak), сбившего Лизандер из 6 sqn. RAF. 2./JG27 понесла потери, когда эскортируя «Штуки» лейтенант Эрих Шрёдер (Erich Schröder) выработал все топливо и совершил вынужденную посадку в море. Экипаж британского судна спас его и взял в плен. В этот же день немецкая пехота отбила мост Халфая.

Все следующая неделя прошла без боев, но немцы получили небольшое подкрепление. 6 Мессершмиттов из 7./JG26 были переведены в Газалу. Они оставались тут до конца июня и одержали за это время 10 побед.

Ночью 1 июня самолёты RAF начали регулярные бомбёжки аэродрома Газала. Каждую ночь, примерно в 01:00 появлялся одиночный бомбардировщик и сбрасывал бомбы. Второй появлялся через 2 часа. Все эти налеты были бессмысленными, потому что немцы проводили ночи в палатках, расположенных далеко от аэродрома, скрытых в песках или между дюнами и защищенными от любых атак.

2 июня произошло значимое событие. 4 Мессершмитта, патрулировавшие над Средиземным морем, обнаружили маленькое двухмачтовое судно, шедшее под британским флагом. После нескольких атак у самой воды, судно загорелось, а экипаж из 8 англичан и 6 греков перебрался на спасательную лодку. После причаливания они были захвачены в плен немцами. Это событие было отмечено в журнале как «Seeschlacht in der Bomba-Bucht» — морская битва в заливе Бомба.

3 июня самолёты 2./JG27 вступили в бои с Харрикейнами 274 sqn. RAF, эскортировавшими маленький конвой. Фельдфебель Эллес сбил один самолёт, но и унтер-офицер Эгон Райхштайн (Egon Reichstein) был подбит и выпрыгнул из своего поврежденного самолёта. Другие пилоты видели, как он плавал в спасательном жилете, но итальянские корабли, подошедшие чтобы забрать пилота, никого не нашли. К счастью, через несколько дней несколько арабов доставили сбитого летчика в Газалу — обезвоженного и ослабевшего. Арабам был выдан мешок сахара, равный по весу самому Райхштайну.

6 июня немцев постигла потеря. В бою у Барди погиб Хуго Шнайдер (Hugo Schneider).

Три дня спустя, примерно в 5:00 на перехват четверки Харрикейнов, направлявшихся к Газале было поднято по тревоге дежурное звено. Внезапно атаковав им удалось сбить 2 Харрикейна. Победы пошли на счет обер-лейтенанта Карла-Вольфганга Редлиха и унтер-офицера Гюнтера Штайнхаузена.

Операция «Battleaxe»[править | править код]

Примерно в это же время британский штаб начал приготовления к новой наступательной операции, получившей название «Батлакс». Операция планировалась на 15 июня 1941 года и имела основной целью снять окружение Тобрука. 5 истребительных эскадрилий поддерживали 4 бомбардировочные, а 1 разведывательная обеспечивала воздушную поддержку. Всего у англичан насчитывалось 100 истребителей, 100 бомбардировщиков и 10 разведчиков. Большие надежды возлагались на новый истребитель — Кертисс P-40 Томахок (Curtiss P-40 Tomahawk), вооружённый двумя пулеметами калибра 12,7 мм и четырьмя 7,7 мм. Самолёт был маневренным и быстрым на малой высоте.

Ночью 13 июня английские бомбардировщики предприняли несколько налетов на Газалу. В 5:15 5 Харрикейнов из Сиди-Баррани обеспечили прикрытие одиночного бомбардировщика «Мэриленд», атаковавшего Газалу. У одного из Харрикейнов возникли проблемы с двигателем, три других потеряли подопечный бомбардировщик в облаках и лишь один Харрикейн остался вместе с ним. В непродолжительном полете группа достигла Газалы, чтобы встретиться там с её защитниками — звено возглавлял обер-лейтенант Людвиг Францискет. Немецкие пилоты проснулись в последнюю минуту, вскочили в свои самолёты и взлетели на перехват. Приведем строки из дневника Францискета, где он рассказывает о случившемся:

«14 июня началось за несколько минут до рассвета с бомбежки и пулеметной стрельбы на юго-восточной стороне Газалы, как раз там, где находился третий штаффель.

Дежурило в тот день звено из 1./JG27. Пара взлетела на перехват вражеского Харрикейна. Над Тобруком между ними состоялся короткий бой. Между первой и второй атаками я запрыгнул в свой Bf.109 и взлетел с южной стороны аэродрома. Стоя у моей кабины, механик указал мне на двухмоторный бомбардировщик на востоке. Набирая высоту я повернул в сторону противника и оказался обстрелянным своими же зенитками. На высоте 1500 м я увидел одиночный Харрикейн, пикирующий на меня. Мой Мессершмитт плохо набирал высоту и мне не оставалось ничего другого кроме как перейти в лобовую атаку, открыв огонь из пушек. Харрикейн тоже открыл огонь, но прицелился выше чем надо и очереди прошли над моим самолётом. Мы палили до последнего и наконец отвернули, подбив друг друга. За мгновение до этого я увидел, как мои снаряды попали ему в мотор.

Капитан Драйвер рассказал мне потом, что одна из моих пуль пробила напорный бачок его самолёта. Этот бачок находится прямо перед кабиной пилота и пламя обожгло его шею. Когда мы подбили друг в друга, мой винт вдобавок рубанул ему по правому крылу, а его — проделал то же самое с моей машиной.

Я увидел, что Харрикейн перешел в пике и разбился в пустыне. Капитан Драйвер выпрыгнул с парашютом и приземлился около пылающих обломков своего самолёта. Развернувшись на север я вернулся к Газале, где заметил Мартин Мэриленд на высоте 1500 м. Мой поврежденный самолёт утягивало вправо, но я быстро догнал противника и начал стрельбу. Он слегка повернул направо, но вторая моя очередь поразила его в правый мотор и фюзеляж. Поврежденный мотор загорелся и самолёт перешел в пологое пикирование и разбился у Виа Бальбия. С парашютом выпрыгнул лишь 1 член экипажа.

Весь бой я был один. Капитан Драйвер рассказал мне, что стрелял все время пока наши мы не подбили друг друга, но в это время его Харрикейн уже загорелся и он готов был выпрыгнуть. Мы позавтракали вместе, а затем дошли до моего самолёта, который ремонтировали механики. Драйвер был очень спокойным и образованным человеком. В моей палатке мы проговорили около 2 часов. Он показал мне фото своей жены и даже прядь её белокурых волос, которые хранил при себе на удачу. Я пообещал сбросить весточку его жене над Сиди-Баррани. Она приехала туда как только оказалась в Каире. Он был очень рад.

Послание было доставлено вечером того же дня»

В этот же самый день лейтенант Хоффман (Hoffman) сбил ещё один «Мэриленд», а обер-лейтенанты Карл-Вольфганг Редлих и Хуго Шнайдер по Харрикейну. Позднее, ночью, пришла весть, что обер-лейтенант Герхард Хомут награждён Рыцарским крестом и стал первым в I./JG27 носителем такой награды, доставленной на аэродром Газала.

15 июня операция «Батлакс» началась. Первый день отметился значительной активностью в воздухе с обеих сторон. I./JG27 добилась 10 побед, заплатив за это лишь тремя истребителями и двумя пилотами — унтер-офицерами Гейнцем Греулем (Heinz Greuel) и Рудольфом Стёклером (Rudolf Stöckler). Победы достались обер-лейтенанту Редлиху (2 Харрикейна), лейтенанту Хоффману («Мэриленд» и Харрикейн) и унтер-офицеру Стёклеру, фельдфебелю Эллесу, обер-ефрейтору Гансу-Арнольду Штальшмидту, обер-лейтенанту Людвигу Францискету, лейтенанту Вилли Котману, гауптману Нойманну (все по одной победе).

16 июня Африканский корпус контратаковал британские силы и JG27 набрала ещё 3 победы без собственных потерь. Лейтенант Хоффман сбил 2 Харрикейна, а фельдфебель Эллес — ещё один.

После тяжелых потерь 17 июня английский штаб приказал вернуться на прежние позиции. Операция стоила англичанам 150 танков, в то время как немцы потеряли только 12. День оказался очень удачным для 1./JG27, принеся 8 побед без потерь. Лейтенант Шмидт сбил 4 Харрикейна, недавно представленный к званию лейтенанта Марсель — двоих, фельдфебель Ментних (Mentnich) и обер-фельдфебель Германн Фёрстер (Förster) по одному.

Через четыре недели после памятного перехвата Бленхеймов, I./JG27 впервые встретила союзный истребитель, который должен был стать его основным противником, и в итоге будет составлять почти ровно половину из 600 побед, которые Группа заявит за время своего пребывания в Северной Африке.

Когда 1.-я эскадрилья отразила атаку незнакомых вражеских истребителей сразу за египетской границей ранним утром 18 июня, они обозначили свои три успеха просто как «Брюстеры». Фактически, это были Кертисс Томохоки из перевооруженного 250 sqn. RAF. 7 Томахоков возвращались домой после атаки немецкого конвоя и были внезапно атакованы звеном Мессершмиттов 1./JG27. Первый бой между новыми британскими (на самом деле американскими) самолётами и Bf.109 был полностью в пользу немцев. За несколько минут лейтенант Ганс Реммер, обер-лейтенант Карл-Вольфганг Редлих и унтер-офицер Гюнтер Штайнхаузен сбили каждый по одному самолёту. Новый самолёт, быстрый и крепкий, не мог противостоять немецком истребителю в вертикальном манёвре. Одним из этого трио стала 21-я победа командира эскадрильи Вольфганга Редлиха, итогом которой стал второй африканский Рыцарский крест Группы. Предыдущие две победы Редлиха были одержаны 15 июня.

Пройдет ещё один месяц, прежде чем появится третий Рыцарский крест. Награждение последовало за уничтожением Харрикейна (ошибочно идентифицированного как Томагавк!) над заливом Соллум адъютантом Группы обер-лейтенантом Людвигом Францискетом 19 июля.

Битва за Тобрук[править | править код]

После фиаско операции «Баттлакс» характер боев в Африке стал более спокойным. Обе стороны наращивали силы.

За несколько дней операции англичане потеряли 32 истребителя и 3 бомбардировщика (25 истребителей и 2 бомбардировщика пошли на счет I./JG27). Люфтваффе за то же время потеряло 10 самолётов всех типов.

Пока Тобрук оставался в руках англичан, немецкие линии снабжения были слишком протяженными и Роммель знал, что единственный путь продолжения войны в Африке — взятие города. Для англичан единственным верным решением было накопление превосходящих сил и попытка очередного наступления. Этот путь предполагал защиту собственных путей снабжения и уничтожения вражеских по возможности. Основной задачей Люфтваффе становилось блокирование Тобрука от снабжения его по морю.

Основной задачей, поставленной перед I./JG27, стало патрулирование линии фронта, обеспечение сопровождения действиям «Штук» и разведка. 21 июня группа располагала 35 истребителями из которых 25 были пригодны к полетам. Редкие столкновения с противником обычно заканчивались победами.

25 июня лейтенант Вернер Шроер и командир 2./JG27 (с 17 апреля 1941 года) гауптман Эрих Герлиц (Erich Gerlitz) сбили по Харрикейну, а на следующий день обер-лейтенант Людвиг Францискет, обер-фельдфебели Ковальски и Германн Фёрстер сбили по одному самолёту того же типа.

28 июня удача отвернулась от немцев. В бою над Капуццо лейтенант Гейнц Шмидт погиб. В тот же день бомбардировка Газалы закончилась тяжелыми повреждениями двух Мессершмиттов.

30 июня над британским конвоем, идущим в Тобрук, развернулась серия жарких боев. Томахоки из 250 sqn. RAF выполнили свою задачу, не позволив немцам потопить ни одного корабля. Вдобавок, англичане сбили 2 Ju.87, 2 итальянских FIAT G.50 и 2 Bf.110 из 8./ZG26. Лишь обер-лейтенант Людвиг Францискет смог сбить один английский самолёт, чей пилот — петти-офицер Кент — погиб.

Июль оказался спокойным месяцем.

8 июля гауптман Нойман и лейтенант Вернер Шроер сбили 2 Харрикейна из 2 sqn. SAAF.

Следующий бой произошел лишь 19 июля. 12 Bf.109 атаковали группу Харрикейнов из 73 sqn. RAF и Томахоков из 2 sqn.SAAF, эскортировавших небольшой конвой, идущий к побережью. На этот раз немцы застали англичан врасплох. Немецкий командир обер-лейтенант Людвиг Францискет заметил 6 Томахоков, летящих отдельно от основной группы и быстро приказал: «Внимание всем самолётам! Атакуем Томахоков на 9 часов!» Немецкие истребители прошли сквозь группу англичан сбив 3 Томахока и, используя преимущество в скорости, скрылись над побережьем. Францискет, лейтенант Вернер Шроер и фельдфебель Вессели (Wessely) набрали по одной победе.

Август тоже был спокойным. I./JG27 записала на свой счёт ещё 18 побед, не потеряв ни единого самолёта.

Стоит обратить внимание на события 2 августа — в этот день состоялась очередная воздушная битва над конвоем, идущим в Тобрук. 2 победы одержал фельдфебель Гюнтер Штайнхаузен и ещё по одной — унтер-офицер Кепплер (Keppler) и обер-фельдфебель Альберт Эспенлауб.

18 августа обер-фельдфебель Германн Фёрстер одержал очередную победу над Томахоком 250 sqn. RAF, пилот которого МакКалоу (McCullough) погиб.

Тяжелый бой случился спустя три дня, 21 августа. Утром гауптман Герлиц и лейтенант Вилли Котман сбили по Томахоку, а лейтенант Вернер Шроер ещё один Харрикейн. Позднее, в тот же день, бомбардировщики Мартин, сопровождаемые Харрикейнами из 229 sqn. RAF, попали прямо в немецкую засаду над Гамбутом. Эта ошибка стоила англичанам 3 бомбардировщиков и 2 истребителей. Гауптман Карл-Вольфганг Редлих, обер-лейтенант Хуго Шнайдер, обер-фельдфебель Альберт Эспенлауб, обер-лейтенант Маак (Maak) и обер-фельдфебель Германн Фёрстер заработали по одному сбитому самолёту.

Другие победы в августе одержали Гюнтер Штайнхаузен, Ганс Реммер, Ганс-Йоахим Марсель, Вернер Шроер и Герхард Хомут. После того, как два недавних британских контрнаступления были отражены, противостояние на местах продолжилось. Но теперь I./JG27 начала ещё глубже исследовать воздушное пространство Египта, часто проходя через Гамбут, комплекс аэродромов ближе к границе, увеличив свой боевой радиус. К концу сравнительно беспрецедентного августа новоиспеченный лейтенант Ганс-Йоахим Марсель, который не сбивал более двух месяцев, заявил Харрикейн южноафриканских военно-воздушных сил (SAAF) у побережья Египта недалеко от Сиди-Баррани. Это была 14-я победа Марселя.

В сентябре район действий сместился на восток. Английские самолёты стали редкостью над Тобруком или Керинеей (Cerynea), позднее оккупированными немцами. Мессершмитты из I./JG27 действовали, главным образом, над линией фронта в районе Мерса-Матрух, все больше и больше привлекаясь к штурмовым атакам, охотясь за транспортными грузовиками. Англичане наращивали силы и уже через несколько дней ситуация вновь возвращалась в нормальную колею.

5 сентября фельдфебель Эмиль Кайзер (Kaiser) из 2./JG27 сбил Томахок из 2 sqn. SAAF.

Ночью 6 сентября прошел первый дождь, перешедший в шторм продолжительностью в час. В этот же день на авиабазе Газала открыли кинотеатр. Первым показанным фильмом стал «Дядя Крюгер», повествующий о войне буров. Перед фильмом, в передовице новостей пилоты I./JG27 увидели себя в роли героев войны, а интервью со Штальшмидтом (на тему «морского сражения в заливе Бомба», упомянутого ранее) заслужило громких аплодисментов.

Следующий большой бой произошел 9 сентября. Мессершмитты из 1./JG27 атаковали 7 Харрикейнов, сопровождающих конвой в Тобрук. Немцы, прикрывшись со стороны солнца, атаковали англичан, сбив двух из них в первом заходе. В ходе дальнейшего боя ещё 3 Харрикейна были сбиты. Марсель сбил двух из них, доведя счет своих побед до 16. Лейтенант Хоффман, обер-лейтенант Людвиг Францискет и Верфт (Werfft) сбили по одному самолёту.

Ещё один Харрикейн сбил Марсель 13 сентября. Британский пилот Баерс (Byers) попал в плен.

На следующий день Роммель решил испытать английские войска, атаковав в районе Сиди-Баррани. Это вызвало решительную ответную реакцию со стороны англичан, так как они решили, что началось новое немецкое наступление. В 17:30 12 Мессершмиттов из 1./JG27 атаковали большую группу «Мэрилендов» сопровождаемых Харрикейнами из 33 sqn. RAF.

После атаки обер-лейтенанта Герхарда Хомута один бомбардировщик взорвался в воздухе, а второй с тяжелыми повреждениями смог вернуться на базу. В бою с истребителями эскорта были сбиты ещё 3 Харрикейна. Победителями стали Хоффман, Хомут и вновь Марсель.

В этот же день в 18:45 истребители 1./JG27 атаковали пятерку Томахоков, атаковавших группу целей в районе Гамбута. Гауптман Карл-Вольфганг Редлих и фельдфебель Гюнтер Штайнхаузен сбили по самолёту. В качестве достойного завершения этого удачного дня лейтенант Вернер Шроер и фельдфебель Освальд (Oswald) сбили каждый по 2 Харрикейна из 451 sqn. RAF.

И тут произошло нечто необычное. Сам Ганс-Йоахим Марсель позже назвал 24 сентября 1941 года «днём, когда все внезапно встало на свои места». Именно в этот день его врожденные способности — давно подозреваемые такими, как гауптман Нойман, но никогда прежде не отображавшиеся должным образом, — слились воедино, что позволило ему сбить квартет Харрикейнов и двухмоторный бомбардировщик Мартин Мэриленд. Эти победы увеличили счет Марселя до 23. «Звезда Африки» наконец-то оказалась на восходе. И предстоящее перевооружение I./JG27 на Bf.109F преобразовало этот подъём в метеорный взлет.

Прибытие II./JG27 и перевооружение I./JG27[править | править код]

В середине сентября 1./JG27 начала менять свои Bf.109E на новую модификацию F. Этот самолёт был лучшим немецким истребителем на тот момент — намного более быстрый чем любые самолёты противника, он развивал скорость до 627 км/ч, лучше набирал высоту и имел отменную маневренность. Хотя вооружение уменьшилось, однако великолепная управляемость поставила его выше любых самолётов, которые могли противопоставить союзники, и Фридрих господствовал в небе Африки следующие 9 месяцев.

Положение англичан ухудшилось ещё и тем, что на подмогу в Африку прибыла группа II./JG27. Укомплектованная Bf.109F-4/trop и состоящая из закаленных в боях пилотов, среди которых было много асов, эта часть была мощной и смертельно опасной боевой единицей. Новоприбывшие пилоты привезли свои талисманы — 2 львов по имени Симба и Цезарь — подарок немецкого зоопарка. Шок стал первой реакцией от знакомства с Африкой. Большой и комфортный по африканским меркам аэродром Газала был просто пыльной дырой по сравнению с любым европейским аэродромом. Обер-лейтенант Францискет, встречавший прибывающих пилотов, вспоминает что некоторые махали головами и шептали: «О боже, где это мы?»

Другой проблемой стало то, что палатки, выданные новоприбывшим, были английскими и их было не так то просто установить, а по уровню комфорта они заметно проигрывали немецким.

Значительное увеличение количества самолётов означало необходимость увеличения размеров авиабазы. Работы проводились под руководством обер-фельдфебеля Адольфа Вернера (Adolf Werner) силами 200 арабских рабочих. Это была колоссальная задача для арабов, обычно занятых молитвами, болтовней и всем чем угодно, кроме настоящей работы. В конце концов, когда Вернер нашёл способ закончить работы, он получил у остальных пилотов прозвище Король арабов (Araberkönig).

24 сентября обер-лейтенант Герхард Хомут одержал свою 27-ю победу, сбив Томахок из 3 sqn. RAAF. Позднее в этот же день 18 Харрикейнов, пролетая над мостом Халфая, попали под атаку истребителей 1./JG27. Атаковав от солнца, немцы разметали английскую группу и завязали бой. Лейтенант Марсель подобрался на дистанцию 40 м к одному из Харрикейнов и прикончил его одной короткой очередью. В это же время ведомый Марселя — Карл Кугельбауэр (Kugelbauer) — оказался под огнем. Ведущий развернулся и сбил атакующего первым же залпом, спасая таким образом жизнь Кугельбауэра.

Тем временем, англичане сформировали защитный круг. Марсель летел над группой, выискивая новую жертву. В полетных порядках был небольшой изъян — брешь в цепи истребителей.

Спикировав, Марсель выстрелил несколько очередей в Харрикейн, попав в двигатель и кабину. Самолёт вспыхнул и полетел вниз. Это привело к тому, что англичане ещё теснее сомкнули ряды, медленно продвигаясь в спасительном направлении. После 10 минут игры в эти воздушные шахматы один из английских пилотов покинул строй и попробовал вернуться на базу самостоятельно. Марсель только этого и ждал — он догнал Харрикейн и сбил его. Остальные немцы ворвались в английский строй и сбили ещё 2 вражеских самолёта. Всего пилоты 1./JG27 сбили семь самолётов, четыре из которых достались Марселю, два Герхарду Хомуту и один Ковальски. Сами немцы вновь не понесли потерь.

Три дня спустя 1./JG27 добились очередного успеха. 2 Харрикейна из 33 sqn. RAF проводили разведку над Бардией (Bardia), где были атакованы и сбиты шестеркой Мессершмиттов. Победы одержали гауптман Нойман и обер-лейтенант Герхард Хомут.

Час спустя группа из 20 Томахоков поднялась в воздух для прикрытия 10 Мэрилендов, выполняющих налет на Бардию. В 25 км к югу от Бук Бук эта маленькая армада была атакована Мессершмиттами 1./JG27. В ходе быстрого боя гауптман Карл-Вольфганг Редлих сбил Томахок, а лейтенант Хоффман и Карл Кугельбауэр сбили по бомбардировщику.

Прибытие II.-й Группы гауптмана Вольфганга Липперта в Эйн-эль-Газалу ближе к концу сентября, позволило I./JG27 вернуться в Германию, по-эскадрильно, чтобы заменить свои «Эмили» на совершенно новые «Фридрихи». Весь процесс занял чуть больше месяца.

Занимая место I.-й Группы, II./JG27 вскоре вошла в её африканский ритм. Песчаные бури на неделю прервали полеты.

3 октября пилоты II./JG27 впервые вступили в бой. Унтер-офицер Хорст Ройтер (Reuter) сбил Харрикейн в бою над Бук-Буком (Buq Buq). 1./JG27 также внесли свою лепту — обер-лейтенант Густав Рёдель и Шахт сбили по Томахоку.

5 октября в 10:10 3 Bf.109F-4 взлетели из Газалы на свободную охоту. Они встретили 4 Харрикейна из 33 sqn. RAF, эскортирующие разведчик над Сиди-Омар (Sidi Omar). Командир 5./JG27 обер-лейтенант Эрнст Дюльберг и унтер-офицер Хорст Ройтер добились двух побед — их жертвы попали в плен.

Подобная задача встала перед Мессершмиттами II./JG27 6 октября. И вновь они нашли жертв над Сиди-Омар и вновь пилоты противника были захвачены врасплох. Обер-лейтенант Густав Рёдель и обер-фельдфебель Отто Шульц сбили 2 Томахока из 2 sqn. SAAF. 10 минут спустя немцы опять ворвались в группу самолётов — на этот раз Харрикейнов. Те же самые пилоты набрали ещё 3 победы, но на этот раз Шульц получил двух сбитых, а Рёдель — одного.

Так же, как и у I./JG27, во II.-й Группе также были свои эксперты, и те, кто ещё только находился на пути к успеху. Из этих первых десяти побед в Северной Африке по три были засчитаны командиру 4./JG27 обер-лейтенанту Густаву Ределю, и одному из наиболее многообещающих пилотов унтер-офицеру его эскадрильи обер-фельдфебелю Отто Шульцу. Это довело их счета до 24 и 12 побед соответственно.

Но II./JG27 также неизбежно понесла свою долю потерь. И открыл число погибших в бою лейтенант Густав-Адольф Ланганке из 5./JG27, сбитый огнем стрелков «Мэриленда» из эскадрильи SAAF, которого он атаковал возле Сиди-Омара 7 октября. Его гибель стала первой потерей II./JG27 в Африке.

Отмщение состоялось 10 октября, когда обер-фельдфебель Германн Фёрстер сбил 2 Харрикейна из 33 и 451 sqn. RAF.

Очередной бой состоялся 12 октября. Мессершмитты из 1./JG27 атаковали 24 Томахока из 2 sqn. SAAF, летящих над Бир Шаферзен (Bir Shaferzen). Пилоты союзников немедленно сформировали очень тесный защитный круг. После 10 минут ожидания лейтенант Рудольф Зиннер из 2./JG27 обнаружил брешь в круге и атаковал. Его огонь достиг цели — Томахок, пилотируемый сержантом Паркером (Parker) объятый пламенем рухнул на землю, но пилот успел спастись с парашютом. Он стал первой победой Рудольфа Зиннера. Следом пошли в атаку другие пилоты 3./JG27 и на счёт Марселя пошли 2 самолёта, а на счет обер-лейтенанта Людвига Францискета — один.

Позже в этот же день лейтенант Корнер и гауптман Герлиц сбили 2 Томахока из 112 sqn. RAF.

II./JG27 понесла очередную потерю 17 октября — обер-лейтенант Франц Шульц был сбит зенитной артиллерией над Сиди-Баррани.

Несколько следующих ночей показали возросшую активность английских бомбардировщиков, совершавших налеты на Газалу. Бомбы сбрасывались вперемежку с «секретным оружием» — металлическими шипами, которые сбрасывались в больших количествах — они прокалывали покрышки самолётов и вспомогательного транспорта. Немцы называли их Englische Igel — Английский Еж.

В воскресенье, 19 октября, немцы подняли все способные летать самолёты на перехват, но на их долю выпал лишь один бой, в котором гауптман Герлиц сбил Харрикейн.

На следующий день 10 Бленхеймов, сопровождаемые 23 Харрикейнами, были посланы на атаку Гамбута. Немецкие истребители перехватили их и на счет обер-лейтенанта Штрёсснера (Strößner) добавился один Харрикейн, а ещё одни Бленхейм сбил лейтенант Фридрих Кёрнер.

22 октября Эрнст Дюльберг сбил Томахок из 2 sqn. SAAF, пилот которого — лейтенант Стурм (Sturm) — погиб.

На следующий день, 23 октября, командир II./JG27 гауптман Липперт сбил Харрикейн над мостом Халфая, а позднее, в этот же день, обер-фельдфебель Ковальски сбил «Мэриленд», выполнявший разведывательный полет над линией фронта.

Последние дни октября использовались чтобы сменить Bf.109E в I./JG27 на модификацию F.

Первой стала 1./JG27. После пересечения Средиземного моря пилоты оставили свои самолёты в Италии или Греции и продолжили путь поездами и транспортными самолётами.

Затем настал черёд 3./JG27. Во время долгого перелета был потерян только один самолёт. Лейтенант Якоб Вайбель (Jakob Waibel) выработал все топливо и совершил вынужденную посадку, разбив самолёт. Пилот отделался лишь легкими ранениями.

В Африке все шло как обычно. 30 октября 11 Томахоков из 238 и 250 sqn. RAF патрулировали над Гамбутом и Бардией. Мессершмитты из II./JG27, укрывшись на фоне солнца, дождались подходящего момента и перешли в атаку. В яростном бою обер-фельдфебель Отто Шульц сбил 3 самолёта, а лейтенант Шахт — ещё один. Немцы вышли из боя и, используя преимущество по скорости, вернулись домой.

Первые дни ноября прошли спокойно. 10 ноября 1./JG27 вернулась в Газалу, пилотируя новенькие Мессершмитты Bf.109F-4. Первая победа эскадрильи, Томагавк, заявленный 12 ноября, стал групповой победой и, что было необычно в истребительной авиации люфтваффе, был зачислен на общий счет подразделения. А II./JG27 в этот день добавила ещё 3 сбитых на свой счет.

15 ноября пилоты 1./JG27 снова проверили новые самолёты в бою. Эскортируя самолёты, обер-фельдфебель Альберт Эспенлауб сбил Харрикейн из 33 sqn. RAF. Позже в тот же день обер-лейтенант Хуго Шнайдер и фельдфебель Хиллерт (Hillert) сбили каждый по одному Мэриленду. Новые истребители действительно оказались так хороши, как о них и рассказывали.

17 ноября, в 07:12 утра обер-фельдфебель Отто Шульц из II./JG27 сбил Бристоль Бомбей, летящий в направлении Газалы. Английский бомбардировщик летел очень низко — почти над верхушками дюн — однако, немецкий наблюдательный пост заметил его и предупредил Газалу. Всего за 3 минуты Шульц взлетел, перехватил и сбил вражеский самолёт и вернулся домой. За этот бой он получил новое прозвище «Eins-zwei-drei-Schulze» — «Раз-два-три-Шульц». Британская машина из 216 sqn. была одной из пяти, несущих силы для выброски специальной воздушной службы (SAS) во время их первого в истории рейда в тылу врага. Их цель состояла в том, чтобы уничтожить самолёты, рассредоточенные по пяти аэродромам Люфтваффе в районе Газала — Тмими, в качестве прелюдии к основному наступлению Великобритании, которое должно было начаться на следующий день. Сбитый английский бомбардировщик нёс на борту 16 солдат специальных сил, в чьи задачи входило проникновение на аэродром Газала и уничтожение максимально возможного количества самолётов. В этом случае операция SAS была «не просто неудачей, а разгромом». К счастью для немцев, операция закончилась, когда Бомбей был сбит, погребя под своими обломками и экипаж, и коммандос.

Операция «Крусейдер»[править | править код]

Но наступление началось 18 ноября, как и планировалось. Предназначенная для освобождения Тобрука и изгнания войск Роммеля из Киренаики (восточная часть Ливии), Операция «Крестоносец» достигла обеих своих целей.

Даже природа оказала свое действие. Сильные ливни в ночь с 17 на 18 ноября превратили аэродромы Газалы в грязевые болота, что крайне затруднило действия Bf.109.

В начале дня 17 ноября черные облака появились над Газалой и разразилась пылевая буря невиданной силы. Ветер сорвал несколько палаток и повредил несколько самолётов. Командиры отрядов были вынуждены переместить все палатки и мастерские, находящиеся в земле, на возвышенности. Первые капли дождя упали в 20:00 и пронизывающий холод распространился в воздухе. Примерно в 02:00 пошел настоящий ливень. Вода лилась с небес и превратила все русла ручейков в неистовые реки. Все пустоты в земле у подножия холмов и дюн мгновенно были заполнены водой. Даже палатки поднятые на возвышенности были затоплены. Самолёты тонули в грязи на половину длины стоек шасси. Телефонные линии не работали, дороги и мосты местами были серьёзно повреждены.

Ливень, приковавший немцев к земле, стал даром для англичан. Дождь с английской стороны фронта был слабым и английские самолёты могли взлетать и садиться без затруднений. Утром 18 ноября, согласно плану, союзники начали операцию «Крусейдер». Сначала они считали, что воздушного сопротивления не будет, ибо немцы были заняты приведением в порядок аэродромов. Лишь в полдень, когда сильный ветер иссушил полосы в Газале, несколько Bf.109 из 1./JG27 поднялись в воздух. Вместе с группой итальянских FIAT G.50 они атаковали 9 «Мэрилендов» из 21 sqn. SAAF, приближавшихся к Газале. Гауптман Карл-Вольфганг Редлих и обер-фельдфебель Альберт Эспенлауб сбили по одному бомбардировщику. Внутри обломков немцы нашли многочисленные листовки со следующим содержанием: «Немецкие пилоты-истребители! Вы проиграете! Сложите оружие!».

Лишь несколько самолётов II./JG27 смогли подняться в воздух на второй день английского наступления. Над Сиди-Омар унтер-офицер Хорст Ройтер сбил Томахок из 3 sqn. RAAF, легко ранив его пилота, флайт-офицера Фишера (Fischer). Несколько минут спустя над Сиди-Резех (Sidi-Rezegh) Ройтер встретился с шестеркой Бленхеймов из 45 sqn. и сбил одного. Во время одного из разведывательных вылетов, выполненных Bf.109 из JG27, обер-лейтенант Густав Рёдель обнаружил большую группу моторизованных соединений англичан, двигавшихся в обход немецких позиций прямо на Тобрук. Передовые части находились не далее 100 км от города. У Роммеля не хватало резервов, чтобы и там и тут останавливать наступление противника. Единственная надежда была на самолёты люфтваффе.

К счастью для немцев, пустынный ветер быстро высушил грязь на поле и рано утром 20 ноября все исправные самолёты были подняты в воздух чтобы остановить вражеские колонны. Примерно в 12:00 пилоты JG27 тоже вступили в бой. Они сопровождали 12 «Штук» из I./StG1. К югу от Бир-Эль-Гоби (Bir el Gobi) они были атакованы 12 Томахоками из 250 sqn. RAF и 11 Харрикейнами из RNFS (Royal Navy Fighter Squadron). Англичане сбили одну «Штуку» ценой потери 2 Томахоков. По одной победе набрали гауптман Карл-Вольфганг Редлих и обер-фельдфебель Альберт Эспенлауб. Менее чем через час 9 «Мэрилендов» из 21 sqn. SAAF бомбили Эль-Адем (El Adem) и были сами атакованы четверкой из 1./JG27. Южноафриканцы действовали без эскорта и это сделало их лёгкой добычей для лейтенанта Ганса-Арнольда Штальшмидта, который сбил трёх из них.

Благодаря вмешательству немецких и итальянских ВВС Роммель смог успешно остановить английскую колонну, идущую в Тобрук. Ситуация на остальных направлениях также мало-помалу стабилизировалась.

21 ноября обер-ефрейтор Франц Войдих (Franz Woidich) из II./JG27 сбил южноафриканский Томахок южнее Газалы. Англичане продолжали задействовать подкрепления и атаковали Гамбут. Действиям наземных частей препятствовали Веллингтоны из 109 sqn. RAF, которые были оснащены устройствами постановки помех. Летая над линией фронта, они мешали радиообмену между танками. Немцы быстро определили источник помех и направили несколько истребителей патрулировать в район действий 109 sqn. Лейтенант Ганс Реммер и обер-фельдфебель Отто Шульц перехватили и сбили по одному Веллингтону каждый. При посадке в Газале ефрейтор Курт Пасковски (Kurt Paskowski) из 5./JG27 врезался во взлетающий Мессершмитт фельдфебеля Эмиля Кайзера (Emil Kaiser). Пасковски погиб, а Кайзер получил тяжёлые ранения. В полдень персонал Тобрука сломил осаду и около Эль-Дуда соединился с бронетанковыми частями союзников.

Следующий день запомнился серией серьёзных боёв в небесах и на земле. Операция «Крусейдер» вошла в решающую стадию. Примерно в 09:45 пилоты 1./JG27 атаковали группу английских самолётов. Бленхеймы из 45 sqn., сопровождаемые Томахоками из 3 sqn. RAAF, направлялись на бомбёжку немецкой колонны снабжения на дороге между Акромой и Эль-Адемом. Немецкие истребители рассеяли вражескую группу. Сначала обер-лейтенант Хуго Шнайдер (Hugo Schneider) и гауптман Карл-Вольфганг Редлих сбили по одному Томахоку, а затем Редлих, унтер-офицер Йозеф Гримм (Grimm) и обер-фельдфебель Альберт Эспенлауб сбили по Бленхейму. Затем немцы отправились в погоню за убегающим противником. Над Бир-Хакеймом (Bir Hacheim) Редлих сбил ещё один Бленхейм, а затем Томахок. Обер-лейтенант Хуго Шнайдер также одержал вторую победу в этом вылете и сбил ещё один Томахок.

В обед над Бир-Хакеймом случилась ещё серия боев. Командир II./JG27, гауптман Липперт сначала сбил Веллингтон из 109 sqn., а затем Томахок. Другой Томахок пошёл на счёт Густава Рёделя, который также сбил Бленхейм. Ещё один Бленхейм пошёл на счёт лейтенанта Дойе (Doyé).

Примерно в 16:00 к юго-востоку от Эль-Адема произошёл серьёзный воздушный бой между 23 Томахоками 112 sqn. RAF и 3 sqn. RAAF и почти 20 Bf.109 из II./JG27. Англичане сформировали защитный круг, а затем перешли к бою на виражах. Пилоты II./JG27 допустили ошибку, когда позволили себе вступить в манёвренный бой, где преимущество в горизонтальной и вертикальной скоростях Bf.109F-4 теряло значение, а замечательные низковысотные характеристики Томахока становились более значимыми. Этот бой был первым за долгое время, в котором JG27 понесли столь большие потери. Унтер-офицеры Танир (Tanier) и Хорст Ройтер были сбиты, но остались живы и смогли вскоре вернуться в строй. Фельдфебель Хиллер (Hiller) совершил аварийную посадку на территории занятой противником и попал в плен. То же самое произошло и с обер-ефрейтором Васкоттом (Waskott), который покинул подбитый самолёт с парашютом. Лейтенант Карл Шеппа (Karl Scheppa) из Штабного звена окончил карьеру в итальянском полевом госпитале, где он погиб вместе с 24 итальянцами во время налета англичан на следующий день. Гауптман Эрнст Дюльберг был ранен и разбил свой самолёт в ходе аварийной посадки. Позднее он вспоминал, что он прекрасно видел Томахок, который был очень далеко. Дюльберг решил, что он не опасен, но внезапно его самолёт был подбит с расстояния 500 метров. Одна пуля пробила фонарь и застряла в спасательном жилете, вторая попала в ступню. Немцы тоже не остались в долгу и сбили 7 Томахоков — 2 на счету обер-лейтенанта Эммериха Флудера, по одному у Липперта, фельдфебеля Карла-Гейнца Бендерта, Войдиха, фельдфебеля Ганса Глессингера и обер-фельдфебеля Отто Шульца. На пути домой обер-фельдфебель Рокель (Rockel) сбил одиночный Бленхейм, заблудившийся в районе Газалы.

23 ноября английское наступление все же остановилось. Войска Оси возвратили себе Сиди-Резех, где были окружены различные бронетанковые части. Всего в этот день пилоты JG27 заявили 9 сбитых истребителей и один «Бостон». Утром по одному Харрикейну пошли на счет гауптмана Карла-Вольфганга Редлиха, гауптмана Липперта и обер-фельдфебеля Альберта Эспенлауба. Эспенлауб также атаковал два «Бостона» из 24 sqn. SAAF и сбил один из них над Эль-Адемом. В полдень ещё две победы одержал Редлих и по одной Нойманн (Neumann), обер-лейтенант Фердинанд Вёгль и обер-лейтенант Эммерих Флудер. Около Сиди-Резех фельдфебель Ганс Глессингер (Hans Glessinger) пропал без вести, а самолёт гауптмана Липперта, командира II./JG27, получил точную очередь от Томахока в мотор. Липперт выпрыгнул, но ударился о киль и сломал обе ноги. Несколько часов спустя он был обнаружен английским патрулем и доставлен в полевой госпиталь, а позднее — в Египет. Сначала переломы казались несложными. Однако после поступления в каирскую больницу выяснилось, что началась гангрена. Липперт отказался от двойной ампутации, которая давала единственный шанс спасти его жизнь. В конце концов он решился, хотя к этому времени было уже слишком поздно. Операция была проведена 3 декабря, но он умер от массивной эмболии спустя несколько минут после завершения операции. Он был похоронен со всеми военными почестями — на его похоронах присутствовали английские и пленные итальянские офицеры.

1./JG27 также была вовлечена в тяжелые бои 22 и 23 ноября, всего за два дня подразделение уничтожило 14 самолётов противника, причем ровно половина из них пошла на счет командира эскадрильи гауптмана Карла-Вольфганга Редлиха. Эскадрилья потерял двух своих унтер-офицеров, сбитых и захваченных в плен.

24 ноября воздушная активность значительно сократилась. JG27 одержал только одну победу — обер-фельдфебель Альберт Эспенлауб сбил «Бостон» из 24 sqn. SAAF.

25 ноября Роммель предпринял контр-атаку. Снова самолёты поднялись в воздух. Немцы сбили 5 вражеских истребителей без потерь со своей стороны. 2 самолёта сбил обер-лейтенант Густав Рёдель и по одному обер-фельдфебель Отто Шульц, Эндманн (Endmann) и обер-фельдфебель Альберт Эспенлауб.

На второй день наступления Роммеля, немецкие танки вышли на английский аэродром Сиди-Азеиз (Sidi Azeiz) и Бир-эль-Харигай (Bir-el-Harigai), дойдя до предместий Бардии. Гауптман Карл-Вольфганг Редлих над Сиди-Резех сбил Томахок.

27 ноября Роммель остановил наступление и перегруппировал свои силы ввиду приказа атаковать Тобрук. Лейтенант Ганс Реммер сбил Харрикейн юго-восточнее Газалы и ещё два самолёта англичане потеряли в районе Эль-Адема. Лейтенант Ганс-Арнольд Штальшмидт сбил Харрикейн, обер-лейтенант Хуго Шнайдер — «Мэриленд».

На следующий день, 28 ноября, в Сиди-Резех танки Роммеля разрушили сообщение между Тобруком и остальными силами англичан. В ходе связанных с этими событиями боев большие повреждения были нанесены английской 7-й бронетанковой дивизии. Лейтенант Ганс Реммер после долгого преследования сбил Бленхейм, который нес крест «Свободной Франции», в то время как обер-фельдфебель Отто Шульц неожиданно атаковал группу Харрикейнов из 94 sqn. RAF, сбив трех из них в течение одной минуты.

Первая неделя декабря 1941 года отметилась серьёзными боями на земле, но ухудшение погоды снизило активность авиации. 1 декабря по одному Харрикейну пошли на счет гауптмана Карла-Вольфганга Редлиха, Рёделя и унтер-офицера Нидерхёфера (Niederhöfer).

Через 2 дня армия Роммеля остановилась на границе с Египтом. Немецкие солдаты имели высокий боевой дух, но снабжение оставалось никудышным. Это отразилось и на самолётах JG27, которые были прикованы к земле нехваткой топлива.

В нескольких вылетах 4 декабря обер-лейтенант Густав Рёдель, обер-фельдфебель Отто Шульц и Хайдель (Heidel) сбили по Томахоку.

5 декабря наконец-то в Газалу прибыли несколько грузовиков с горючим. Утром, выполняя вылет на прикрытие «Штук», пилоты I./ и II./JG27 сбили 5 Томахоков — по одному гауптман Карл-Вольфганг Редлих, унтер-офицер Йозеф Гримм, обер-лейтенант Густав Рёдель, унтер-офицер Хорст Ройтер и Кюльп (Külp). В полдень пилоты 3./JG27 присоединились к боям, вернувшись из Рейха на новеньких Мессершмиттах Bf.109F-4/trop. В первом же патрулировании обер-лейтенант Герхард Хомут и Марсель сбили по одному Харрикейну из 274 sqn. RAF.

На следующий день Марсель сбил 2 Харрикейна. Вдобавок, один Харрикейн был сбит Хорстом Ройтером, а один Бленхейм и один Харрикейн достались обер-фельдфебелю Отто Шульцу.

На седьмой день декабря войска Роммеля выработали последние остатки запасов. Немцы прекратили атаку и начали отходить обратно к Газале. Пилотам JG27 было приказано покинуть аэродром, который служил им базой с апреля, и перебазироваться в Тмими (Tmimi). Поскольку у наземного персонала имелось в пользовании несколько грузовиков, то большая часть запасов была вывезена из Газалы. Поврежденные и неспособные летать самолёты были уничтожены, чтобы не попасть в руки англичан. На добрую память пилоты JG27 одержали ещё 6 воздушных побед (по одной у Шульца, Кюльпа, Марселя, Ганса Реммера, Эспенлауба и Гримма). Кюльп, после того, как сбил Харрикейн южнее Тобрука, сам был подбит зенитным огнем и совершил аварийную посадку.

Лейтенант Ганс-Йоахим Марсель отметил свое возвращение, заявив четыре Харрикейна за три дня. Это увеличило его общее количество побед до 29 и поставило на один уровень с командиром эскадрильи, обер-лейтенантом Герхардом Хомутом. В духе дружеского соперничества, между ним двумя началась гонка. Из двух других лучших экспертов Группы, гауптман Карл-Вольфганг Редлих по-прежнему лидировал с 36 победами. Но ещё 5 декабря, в день, когда его последняя жертва упала к югу от Бир-эль-Гоби, он получил назначение в Генеральном штабе люфтваффе. Его заменой во главе 1.-й эскадрильи стал обер-лейтенант Людвиг Францискет, счет которого на тот момент состоял из 24 побед.

Таких индивидуальные успехов в воздухе было недостаточно, чтобы ликвидировать опасность, возникающую в пустыне внизу под ними. После шаткого начала операция «Крестоносец» набирала обороты. Передовые аэродромы люфтваффе вокруг Гамбута были уже захвачены. И 7 декабря 1941 года — в тот день, когда мир узнал о нападении японцев на Перл-Харбор — долгая осада Тобрука была окончательно снята. Это представляло прямую угрозу для комплекса Газала, следующей цели на пути наступающих британских танков. I./ и II./JG27 были вынуждены покинуть свою базу в тот же день, 7 декабря. Почти восемь месяцев, которые I.-я Группа провела в Эйн-эль-Газале, будут самым длительным развертыванием в любом из мест базирования за все время, проведенное JG27 в Северной Африке.

Тмими, где обе Группы пробыли всего пять дней, был свидетелем прибытия III./JG27 из Германии всего сутками ранее, 6 декабря. И когда 10 декабря все три Группы были объединены со Штабом оберст-лейтенанта Бернхарда Вольденги, это означало, что впервые после Битвы за Британию вся эскадра снова действовала как единое целое, хотя и находилась среди общего отступления!

На восьмой день декабря англичане вновь разблокировали Тобрук. Немецко-итальянские войска отступили на заранее подготовленные укреплённые позиции в районе Газалы. Все это время JG27 пытались помочь отступающим товарищам. Вскоре после 10:00 звено Мессершмиттов Bf.109, возглавляемых Марселем, атаковало 18 Бленхеймов под прикрытием более 20 Харрикейнов из 274 sqn. RAF и 1 sqn. SAAF. Марсель сбил один истребитель.

В этот день немецкие истребители впервые встретились с новым противником. Это был американский легкий бомбардировщик Дуглас Бостон. «Бостон» был одним из лучших и наиболее многогранных самолётов своего класса. Самолёт отличался простой конструкцией и легким управлением.

Армия Роммеля продолжала отступать и 9 декабря. В 10:35 19 Томахоков из 112 sqn. и 3 sqn. RAAF поднялись на «свободную охоту» в районе Тобрук — Эль Адем. Когда английские самолёты проходили над Эль-Адемом курсом на юг, их атаковала со стороны солнца шестерка Bf.109F из I./JG27. Молниеносной атакой 3 Томахока были сбиты. Победителями стали обер-лейтенант Герхард Хомут, унтер-офицер Йозеф Гримм и обер-лейтенант Хуго Шнайдер. Обломки одного из Томахоков стали надгробием для аса английских ВВС, сержанта Рекса Уилсона (Rex Wilson), чей счет в Северной Африке достиг 8 побед.

В полдень юго-западнее Эль-Адема произошел бой между звеном Bf.109 из II./JG27 и Харрикейнами из 238 sqn. RAF. По одному самолёту сбили унтер-офицер Нидерхёфер и унтер-офицер Хорст Ройтер. Через 5 часов Нидерхёфер добавил в свою летную книжку ещё одну победу — на этот раз разведывательный Вестланд Лизандер.

10 декабря пехота Оси остановилась у так называемых укрепленных позиций Газала-Стеллунг (Gazala-Stellung). Ранним утром II./JG27 сопровождала группу «Штук», атаковавшую английскую пехоту в Бир-Хакейме, а затем и сами несколько раз атаковали с бреющего полета группу английских танков. В наборе высоты после атаки наземных целей унтер-офицер Хайдель столкнулся с самолётом своего ведущего. Его Мессершмитт срубил хвост самолёта обер-лейтенанта Густава Рёделя. Рёдель тут же потерял управление над машиной и упал с небольшой высоты. Немец оказался несказанно удачливым и избежал даже ранений. Хайдель поднялся на высоту 50 м и выпрыгнул — парашют раскрылся уже над самой землей. Приземление оказалось очень жестким — пилот вывихнул лодыжки. Оба пилота оказались на нейтральной территории и место их посадки подверглось огню английских миномётов. Раненый Хайдель едва смог встать когда подъехал немецкий танк. Танкист — молодой лейтенант — выглянул через турель. Находясь в шоке, Хайдель посмотрел на последнего и спросил: «Что случилось с моим командиром?» Несмотря на разрывы мин и свист шрапнели повсюду вокруг, танкист посмотрел на пилота с усмешкой и процедил сквозь зубы: «Что за дисциплина? Вы что, не можете доложить как полагается солдату?». Этот пример чисто прусской дисциплины вернул пилота люфтваффе в реальность. Он засмеялся и доложил по форме, залезая в танк. Серьёзно опасаясь за судьбу своего командира, Хайдель пообещал экипажу танка ящик минеральной воды при условии, что они немедленно отправятся туда, где упал Мессершмитт Рёделя. Через несколько минут выяснилось, что командир 4./JG27 жив. Оба пилота вернулись в свою эскадрилью на следующий день.

В это же время в короткой стычке над Эль-Адемом лейтенант Марсель сбил своего 31-го противника — Томахок из 4 эскадрильи SAAF. Пилот — лейтенант Энслин (Enslin) — удачно выпрыгнул с парашютом.

В 14:00 6 Bf.109 из 2./JG27 взлетели на сопровождение группы «Штук». Погода была очень плохой — моросил дождь и тяжелые облака висели над землей. Немецкие самолёты поднялись выше слоя облачности. В прорехи туч внизу фельдфебель Эллес (Elles) заметил 6 бомбардировщиков «Бостон». Его окрик услышали другие пилоты: «Ниже! Сразу под облаками!» Экипажи «Бостонов» из 24 sqn. SAAF не подозревали об опасности и продолжали полет прежним строем — двумя звеньями из трех машин. Мессершмитты приблизились сзади к замыкающему звену и открыли огонь из всех стволов. Лейтенант Вилли Котман (Kothmann) сбил правый самолёт, но тот, уже загоревшись, смог выполнить аварийную посадку. Мессершмитт Котманна был подбит огнём стрелка, а одна пуля попала ему в живот. Несмотря на сильную рану, немецкий пилот вернулся на аэродром Тмими, где благополучно приземлился. Его товарищи и медицинский персонал помог ему выбраться из самолёта и оказал первую помощь. Гауптман Эрих Герлиц подбил лидера замыкающей группы — горящий «Бостон» врезался в землю. Последний самолёт в замыкающем звене был сбит обер-фельдфебелем Германном Фёрстером (Förster). Самолёт взорвался огненным шаром. Эллес перенес прицел на левый самолёт первого звена. Короткая очередь подожгла бомбардировщик и, пробив облачность, тот устремился к земле. Лейтенант Фридрих Кёрнер открыл огонь по левому «Бостону». На этот раз южноафриканский бомбардировщик дольше держался в воздухе, но третья очередь отправила его вниз, горящим и оставляющим за собой облако темного дыма. Последний бомбардировщик, пилотируемый командиром эскадрильи майором Доннелли (Donnelly), стал целью лейтенанта Рудольфа Зиннера, который подошел поближе и открыл огонь с близкой дистанции. Первая очередь попала в фюзеляж, разрушив позицию заднего стрелка. Зиннер снизил скорость и зажал гашетку. Ничего не произошло. Ещё раз и снова ничего. Проблемы с вооружением у Мессершмитта спасли бомбардировщик, который добрался до ближайшего аэродрома, несмотря на полученные тяжелые повреждения. Этот бой вошел в историю 24 sqn. как «Бостонская заварушка». Эскадрилья потеряла 12 человек личного состава — потери стали особенно болезненными в связи с тем, что большинство из членов эскадрильи заканчивали свой восьмимесячный тур и возвращались домой. Англичане извлекли из этого поражения урок — это был последний дневной вылет «Бостонов» днем без эскорта истребителей.

11 декабря произошли активные воздушные бои. JG27 выполнила 10 вылетов, сбив 1 Бленхейм, 4 Харрикейна и 2 Кёртисса. К несчастью, в утреннем вылете над Газалой Харрикейн подбил фельдфебеля Франца Эллеса (Franz Elles) в радиатор, пилот выполнил аварийную посадку и попал в плен.

К вечеру база JG27 Тмими была встревожена известиями о том, что английские бронетанковые части прорвали фронт и быстро приближаются к аэродрому. Начались лихорадочные приготовления к эвакуации на следующий день. Новой базой JG27 должны были стать аэродромы Дерна (Derna) и Мартуба (Martuba).

Мартуба уже служила базой для III./JG27, перебазировавшейся в Африку 6 декабря 1941 года. В декабре 1941 года её командиром был гауптман Эрхард Брауне (Braune Erhard) (14 побед на окончание войны). Эскадрильями командовали: 7./JG27 — обер-лейтенант Германн Тангердинг (Hermann Tangerding — 11 побед), 8./JG27 — обер-лейтенант Ганс Ласс (Hans Lass — 14 побед), 9./JG27 — обер-лейтенант Эрбо Граф фон Кагенек (в то время входил в десятку лучших пилотов с 65 победами).

Уровень пилотов III./JG27 был подтверждён в их первом же вылете из Мартубы, 12 декабря, когда фон Кагенек сбил Кёртисс P-40 и Харрикейн.

На следующий день накал воздушных боев нарастал. Перед полуднем обер-фельдфебель Карл-Гейнц Бендерт из II./JG27 сбил Бленхейм из 55 sqn. RAF юго-восточнее Тмими над Средиземным морем.

В полдень бои шли над районом Эль-Адема. Пилоты I./JG27 сбили 5 Кёртисс P-40 (Марсель два, а Герлиц, обер-лейтенант Герхард Хомут и Эрих Кренцке по одному каждый). Однако, группа понесла болезненную потерю: обер-фельдфебель Альберт Эспенлауб (Albert Espenlaub) из 1./JG27 получил попадания в систему охлаждения и совершил аварийную посадку. Пилот одержавший 11 из 14 своих побед в течение последнего месяца, был сбит в бою под Эль-Адемом. Он сумел посадить на брюхо свою «Белая 11» и был взят в плен, но в тот же день застрелен, как говорят английские источники: «при попытке к бегству».

Ранним утром 14 декабря 2 пилота 3./JG27 — обер-лейтенант Унтербергер (Unterberger) и лейтенант Ганс-Арнольд Штальшмидт сбили по Томахоку.

В другом воздушном бою с австралийскими Томагавками около недавно покинутого Тмими, был поврежден и Мессершмитт. Его пилот, обер-фельдфебель Германн Фёрстер (Hermann Förster) из 2./JG27, выпрыгнул с парашютом. Спускаясь на парашюте, он был расстрелян австралийским Кёртиссом P-40 и погиб. В его теле нашли 7 пуль. Он был одним из наиболее опытных пилотов эскадрильи, выполнив 287 боевых вылетов и одержав 13 побед. 13-я и последняя победа Фёрстера была одним из южноафриканских «Бостонов».

15 декабря Отто Шульц из II./JG27 сбил Томахок из 250 sqn. RAF над гаванью Бомба (Bomba). Пилот — петти-офицер Рейнджер (Ranger), имевший 4 победы в Африке и 2 во Франции в 1940 году, погиб.

Примерно в 11:00 17 декабря 7 Бленхеймов, сопровождаемые многочисленными Харрикейнами, бомбили Дерну. Бомбежка не нанесла какого-либо ущерба немцам, а атакующие были перехвачены 12 поднятыми по тревоге Bf.109 из I./JG27. На пути назад к базе англичане были атакованы в 20 км юго-восточнее Дерны. В 11:10 лейтенант Рудольф Зиннер из 2./JG27 сбил Харрикейн (2-я победа). Облако масла, вытекающее из подбитого английского истребителя покрыло лобовое стекло Мессершмитта и его боковые стекла, что вынудило Зиннера немедленно возвращаться на базу. По два Харрикейна сбили Марсель и обер-лейтенант Людвиг Францискет. Ещё один истребитель этого типа оказался жертвой лейтенанта Хоффманна из I./JG27 в полдень.

18 декабря ни один из разведчиков 2.(H)/14 не смог подняться в воздух. Задачи Хеншелей Hs.126 взяли на себя истребители JG27. Во время одного из таких вылетов лейтенант Рудольф Зиннер обнаружил 3 английские моторизированные колонны, двигавшиеся через пустыню на Дерну. Ещё до возвращения на базу Зиннер передал доклад, но командир штаба Флигерфюрер Африка оберст Войгтлэндер (Voigtländer) не поверил в возможность наличия столь крупных сил противника так близко от немецких аэродромов. Кессельринг приказал Зиннеру повторить разведывательный вылет, но на этот раз вместе с лейтенантом Фридрихом Кёрнером. Уже через несколько минут после взлета пара Мессершмиттов достигла местонахождения английских сил. Истребители люфтваффе были встречены яростным зенитным огнем. Самолёт Зиннера получил попадание в систему охлаждения, но пилот смог спланировать в окрестности аэродрома Мартуба, где и приземлил самолёт на фюзеляж. Сразу же после получения подтверждения от Кёрнера, полученной ранее от Зиннера информации, Кессельринг отдал приказ на эвакуацию Дерны. Во время перебазирования в Марауа (Maraua) лейтенант Саар из III./JG27 сбил Томахок из 2 sqn. SAAF, пилотируемый лейтенантом Стоуном (Stone).

Когда на аэродром Дерна вошли первые английские солдаты, все, что они увидели — сожженные и повреждённые автомобили и несколько непригодных к полётам самолётов. На дверях казармы, где находился пост диспетчера, была надпись, сделанная мелом лейтенантом Райнером Пёттгеном: «Мы вернёмся! Счастливого Рождества!»

19 и 20 декабря JG27 действовала с Марауа. Первый день на новой базе принёс одну воздушную победу — командир 2./JG27 гауптман Эрих Герлиц сбил «Мэриленд» из 12 sqn. RAF. В тот же день обер-фельдфебель Отто Шульц по ошибке сбил итальянский истребитель. Немцам удалось замять это происшествие.

На следующее утро 12 Мессершмиттов из JG27 приняли участие в битве с 14 Бленхеймами, которых сопровождали 19 Томахоков. Обер-фельдфебель Отто Шульц сбил 2 Кёртисса, лейтенант Ганс Реммер одного, а Питш (Pietsch) — один Бленхейм. Вечером к Марауа приблизились английские войска. JG27 была вынуждена ещё раз сменить аэродром — часть самолётов перебазировалась в Магрум (Magrum), а остальные — в Гот-эт-Берсис (Got et Bersis).

Единственная победа 21 декабря принадлежала обер-лейтенанту Эрнсту Бёрнгену (Börngen) из II./JG27, который над дорогой в Агейлу (Agheila) сбил Бленхейм.

23 декабря обер-лейтенант Герхард Хомут атаковал группу из 5 самолётов Бофайтер из 272 sqn. RAF, уничтожив два из них. Через час по одному «Мэриленду» сбили лейтенант Ганс Реммер и обер-лейтенант Людвиг Францискет.

К этому времени III./JG27 также открыла свой счет в пустыне. Пожалуй неудивительно, что это был самый успешный пилот эскадры и единственный кавалер дубовых листьев, который нес ответственность за уничтожение первых двух истребителей союзников, сбитых возле Тмими 12 декабря. Это привело к тому, что общее количество побед командира 9./JG27 обер-лейтенанта Эрбо Графа фон Кагенека составило 67. Но опыт, полученный в России, не гарантировал иммунитета в Северной Африке, и 24 декабря именно самолёт фон Кагенека был тяжело поврежден Харрикейном из 94 sqn. над Агедабией. Непрекращающиеся бои и смена аэродромов сделала катастрофической ситуацию с поставками — JG27 праздновала рождество, имея лишь 6 исправных истребителей. В единственном в этот день вылете звено Мессершмиттов атаковало около 20 Харрикейнов. Несмотря на пятикратное преимущество в количестве, английские пилоты снова сформировали защитный круг. Немцы держались поблизости и летали над кругом в ожидании удобной позиции для атаки. В какой-то момент петти-офицер Томпсон (Thompson) задрал нос своего Харрикейна и выпустил длинную очередь в Мессершмитт в 300 метрах впереди. Несколько пуль почти случайно попали в фюзеляж немецкого истребителя и одна из них попала в живот пилоту. Раненый, Эрбо Граф фон Каганек смог довести свой истребитель обратно на 75 км к тогдашней базе Группы в Магруне и совершить аварийную посадку. Его тут же доставили в ближайший полевой госпиталь, откуда перенаправили в Неаполь. К несчастью, рана оказалась смертельной, и фон Кагенек умер 12 января 1942 года от инфекции. Его преемником на посту командира 9./JG27 стал лейтенант Клаус Фабер (Klaus Faber).

В полдень лейтенант Ницше (Nietsche) из III./JG27 сбил 2 Бофайтера.

Канун Рождества персонал JG27 встретил в нескольких разных местах. Наилучшие условия были на базе Сирт (Syrte), куда перед полуднем прибыли Юнкерсы Ju.52/3m, доставив долгожданную почту из дома, а также торты, шоколад, орехи, выпивку и сигареты. Летчики, базировавшиеся вокруг Арко Филаэнорум (Arco Philaenorum) — грандиозной арки, охватывающей прибрежную дорогу, построенную Муссолини для обозначения разделительной линии между двумя провинциями его ливийской империи: Киренаикой на востоке и Триполитанией на западе, были не так счастливы — они не получили ни почты, ни подарков. Когда они в мрачном расположении духа сидели перед «рождественнскими елками» сделанными из пустых топливных бочек, на которые были приделаны свечи, на базу прибыли неожиданные гости — маршалы Роммель и Кессельринг. Командующие немецкими силами в Африке доставили им еду и красное вино. Настроение улучшилось.

Но Группы были в плачевном состоянии. Утром 25 декабря майор Нойман, командир I./JG27, вызвал командира 1./JG27 обер-лейтенанта Людвига Францискета:

У нас осталось только четыре исправных 109-х, «Цискус». Пролетите вдоль прибрежной дороги на средней высоте, чтобы наземные войска могли хотя бы на Рождество увидеть несколько немецких самолётов.

Обер-лейтенант Францискет сделал так, как ему было приказано, но эффект оказался совершенно противоположный тому, который ожидался. Движение вдоль одного из основных маршрутов снабжения Роммеля в предыдущие дни слишком часто подвергалось атакам истребителей-бомбардировщиков союзников. Как только были замечены приближающиеся четыре самолёта, каждое транспортное средство остановилось, а его пассажиры нырнули в укрытия на обочине дороги. Апогей наступил, когда Bf.109 кружили над итальянским лагерем возле Эль-Агейлы. Хорошо направленный 20-мм зенитный снаряд разбил фонарь Францискета, направив осколки в его лицо и глаза. Раны потребовали специальной медицинской помощи, и 1.-я эскадрилья не увидит своего командира до марта 1942 года.

В период между Рождеством и Новым годом силы Оси в Африке медленно отступали на запад. Основной базой JG27 в это время стал аэродром Арко Филаэнорум. В последнюю неделю активность немецких истребителей резко снизилась, что было вызвано как нехваткой топлива, так и проблемами с обслуживанием пригодных для полётов самолётов. В небольших стычках пилоты JG27 заявили 6 побед.

Хотя положение линии фронта оставалось напряжённым, новый 1941 год был отмечен в JG27 очень весело. Солдаты заключили пари появятся ли в эту ночь английские бомбардировщики. И верно — вскоре после полуночи раздался рёв моторов одиночного бомбардировщика и на ВПП были сброшены бомбы. К счастью, ни одна не попала в цель и вечеринка продолжилась до утра.

Первая победа JG27 в 1942 году была одержана в полдень 1 января новым командиром II.-й Группы гауптманом Эрихом Герлицом — это был Харрикейн, сбитый северо-восточнее аэродрома Агедабия.

В ходе первой недели нового года пилоты JG27 сбили 10 английских бомбардировщиков. В первой половине января происходили частые песчаные бури, затруднявшие боевую деятельность. Английские ВВС в это время переходили на новый тип истребителя Кёртисс P-40 Киттихок. Эта новая версия популярного в африканском небе самолёта Томахок могла достигать скорости 570 км/ч на высоте 4600 м и была вооружена шестью крупнокалиберными пулемётами. (его предшественник Кёртисс Томахок IIB достигал максимальной скорости 555 км/ч на 4600 м, а вооружение его состояло из 2 12,7-мм и 4 7.7-мм пулемётов).

Первая встреча с Киттихоками произошла 9 января, когда 19 этих самолётов эскортировали 7 бомбардировщиков «Мэриленд», бомбивших немецкие позиции в Марса-эль-Брега (Marsa el Brega). Англичане были внезапно атакованы одиночным Мессершмиттом, который сбил 2 Киттихока за несколько секунд и скрылся с места боя. Удачливым пилотом был обер-лейтенант Герхард Хомут — командир 3./JG27. Часом позже 10 Харрикейнов из 229 sqn. RAF были атакованы шестёркой Bf.109 из I./JG27. 2 английских истребителя были сбиты фельдфебелем Гюнтером Штайнхаузеном и по одному обер-лейтенантом Хуго Шнайдером и унтер-офицером Йозефом Гриммом.

11 января немцы понесли от Киттихоков первые потери. В нескольких воздушных боях лейтенант Ганс-Арнольд Штальшмидт, лейтенант Фридрих Кёрнер и обер-фельдфебель Отто Шульц сбили по одному Кёртиссу, однако и сами потеряли двух пилотов: обер-лейтенант Хуго Шнайдер (Hugo Schneider) из 1./JG27, одержавший 9 побед, погиб, сбитый флайт-офицером Бэрром из 3 sqn. RAAF; лейтенант Гейнц Пицш (Heinz Pietzsch) из 7./JG27 выпрыгнул из своего горящего самолёта и попал в плен.

13 января Киттихоки снова столкнулись с Мессершмиттами и опять ничья. Лейтенант Фридрих Кёрнер уничтожил Кёртисс, но и немцы потеряли самолёт фельдфебеля Отто Шульца. Сначала Шульца объявили пропавшим без вести, но, к радости его братьев по оружию, на следующий день он вернулся на базу.

14 января остался в памяти унтер-офицера Хорста Ройтера из II./JG27:

«Мы ввязались в бой примерно с 30 Харрикейнами, которые летели ниже нас. Гауптман Герлиц пристроился на хвосте самого последнего самолёта в группе, который выполнил несколько отчаянных манёвров уклонения, прежде чем был подбит и упал. Затем Герлиц передал, что возвращается на базу из-за проблем с мотором. Я же не желал терять такой возможности и решил остаться. Харрикейны в это время сформировали защитный круг. Один из самолётов был чуть в стороне. Я зашел на него со стороны солнца, открыл огонь и ушел вверх. Вражеский пилот выпрыгнул, в то время как его самолёт разбился со страшным взрывом.. Группа противника смешалась, самолёты панически маневрировали. Имея значительное преимущество в скорости я спикировал в середину кружащих самолётов и выбрал очередной Харрикейн, который разорвало в куски от попадания. Снова я ушел в сторону солнца, чтобы упасть через несколько секунд в пикировании на врага. Ещё одна короткая очередь и я ушел в сторону солнца, тем не менее, заметив облако пыли там, где упала на землю моя третья жертва. Следующая атака не была успешной. Я находился со стороны солнца и ждал подходящего шанса. Через пять минут группа противника собралась и строем направилась домой. Я начал пикирование и оказался позади замыкающего Харрикейна. Затем я вновь пошел в набор высоты, чтобы оказаться в безопасной позиции. Враг, в которого я выстрелил, вспыхнул как факел. Я прицелился в следующего. Фрагменты хвостового оперения пролетели около моей кабины. Я снова спрятался со стороны солнца. Пилот противника выпрыгнул, а Харрикейн упал. Новая атака. Харрикейн выполнил резкий разворот. Я был прямо позади него и сделал попытку перелететь его, но мой самолёт повел себя как гладильная доска. Я закрыл голову руками в ожидании столкновения, но ничего не произошло. Каким-то чудом мы разошлись на волосок друго от друга. Теперь уже было достаточно и на малой высоте я вернулся домой.»

В этом бою унтер-офицер Хорст Ройтер получил 4 подтверждённые победы.

В середине января 1942 года положение люфтваффе в Африке стало критическим в плане поставки пополнений. Несмотря на то, что JG27 имела около 60 Bf.109, лишь 18 из них были в состоянии взлететь.

К счастью для немцев, зимние песчаные бури и трудности с поставками также снижали активность и англичан. Большая часть поставок и нового оборудования направлялись на Ближний Восток, где японцы начали Малайское наступление. К середине января 1942 года операция «Крестоносец» практически прекратилась. Правда, последнее наступление генерала Окинлека возвратило почти все захваченные — а затем и потерянные — во время наступления генерала Уэейвела на итальянскую армию через Киренаику годом ранее, но оно не захватило и не уничтожило ядро войск Роммеля. В то же время Роммель начал собирать свои силы, готовясь к контратаке. И именно он теперь устроил неожиданную контратаку.

Роммель контратакует[править | править код]

21 января 1942 года Роммель дал приказ на проведение разведки боем в направлении Агедабии (Agedabia). Его силы состояли лишь из 30 танков, но это хватило, чтобы заставить отступить англичан — появление немецких танков посеяло панику среди частей. Немецкий полководец решил воспользоваться благоприятной возможностью и послал в атаку все части, что у него были. Даже погода оказалась на его стороне — тяжёлые дожди размочили полосы британских аэродромов и английские самолёты не смогли подняться в воздух для поддержки своих сил.

Первые самолёты союзников поднялись в воздух лишь в полдень 22 января. Один Киттихок был сбит лейтенантом Гансом-Арнольдом Штальшмидтом. Вечером того же дня немцы захватили Агедабию и поставили под угрозу аэродром Антелат (Antelat).

24 января унтер-офицер Вальххофер (Walchhofer) сбил разведывательный Харрикейн из 208 sqn. RAF.

На следующий день группа Бленхеймов, сопровождаемая 14 Киттихоками из 112 sqn. RAF, была атакована пятёркой Bf.109 из II./JG27 наж линией фронта. Обер-фельдфебель Отто Шульц сбил два Киттихока, в то время как Шульце (Schulze) и Монска (Monska) — по одному.

Армия Роммеля быстро возвращала себе потерянные ранее территории и аэродром Эль-Агейла теперь стал слишком удалённым от линии фронта. В свете этого 27 января JG27 перебазировалась в Бель-Ауда (Bel Audah) и Агедабию.

29 января Роммель захватил Бенгази (четвёртый раз столица Киренаики перешла в другие руки менее чем за год!).

Плохая погода в конце января и первой неделе февраля приковала к земле авиацию воюющих сторон. Немцы использовали это время для перебазирования на другие аэродромы и, начиная с 7 февраля, действовали с Мартубы. Мартуба была комплексом из 4 расположенных рядом аэродромов, к юго-востоку от Дерны. На них базировались не только все 3 Группы JG27, но и пикирующие бомбардировщики из I./StG3, с которыми JG27 была объединена в качестве NahkampfGruppe Martuba (Группа непосредственной поддержки Мартуба). Под командованием коммодора JG27, эта специальная часть была позже переименована в Gefechtsverband Woldenga (боевое подразделение Вольденги). Кроме того, на Мартубу базировались тяжёлые истребители Bf.110, средние бомбардировщики, и итальянские авиаторы. Аэродромный комплекс был расположен на скалистом нагорье, а по окраинам его стояли командный пост и коммуникационный центр, а личный состав жил в палатках, натянутых в небольшом ущелье в нескольких сотнях метров от полётной зоны. Многочисленные пещеры в ущелье обеспечивали защиту в случае бомбёжки. Местные источники также обеспечивали пресной водой. Личный состав II./JG27 заново открыл пустынный кинотеатр «Глория-Пэлэс». Повседневную жизнь портили только пустынные блохи, скорпионы и ядовитые змеи, которыми были наполнено ущелье.

В первом вылете с новой базы лейтенант Фридрих Кёрнер из I./JG27 сбил Бленхейм — это случилось в 14:27 северно-восточнее Дерны.

Настоящее открытие «охотничьего сезона» состоялось на следующий день, 8 февраля. Сразу после 08:00 лейтенант Марсель вернулся на Мартубу, эскортируя разведывательный Hs.126. Его Мессершмитт выпустил шасси, приближаясь к полосе, когда пилот услышал голос управляющего полётами в наушниках: «Семь Кёртиссов позади тебя!»

Марсель немедленно убрал шасси и дал полный газ. Он набрал высоту и повернул так резко, что оказался в хвосте группы английских самолётов, которые на самом деле оказались не Кёртиссами, а Харрикейнами из 274 sqn. RAF. В течение минуты немецкие механики увидели как 2 английских самолёта упали на край лётного поля. Остальные истребители в страхе исчезли.

Полчаса спустя пара патрулирующих над линией фронта Мессершмиттов из II./JG27 обнаружила на 700 м ниже себя четвёрку Харрикейнов из 1 эскадрильи. Командир, обер-фельдфебель Отто Шульц, решил атаковать в одиночку в пикировании. Он прицелился в ведущего первой пары, выпустил короткую очередь и сразу же ушёл на солнце. Один из Харрикейнов потянулся было за ним, но у него была слишком низкая скороподъёмность. Тем временем Шульц снова спикировал и на этот раз результативно. Подбитый Харрикейн совершил вынужденную посадку. Немец снова ушёл вверх и решил атаковать вторую пару с высоты 2700 м. Длинная очередь, которую он выпустил с большим упреждением попала одному из Харрикейнов прямо в мотор — самолёт также совершил аварийную посадку, в то время как оставшийся едва-едва дотянул до базы с повреждённым рулём направления.

В полдень обер-лейтенант Келлер (Keller) из I./JG27 заявил 2 сбитых Киттихока из 3 sqn. RAAF. Также днём случился бой над гаванью Бомба, в котором Марсель сбил 2 Кёртисса, а обер-лейтенант Герхард Хомут и лейтенант Фридрих Кёрнер по одному. Благодаря последним четырём победам, лейтенант Марсель имел на счету уже 40 самолётов, что поставило его на первое место среди асов люфтваффе в Африке. Следом за ним шли обер-лейтенант Хомут (39 побед) и обер-фельдфебель Отто Шульц (37 побед).

На следующий день сороковую победу одержал и обер-лейтенант Герхард Хомут, командир 3./JG27, сбивший Харрикейн. Несколько ранее одиночный Томахок из 208 sqn. RAF появился над Мартубой и обстрелял аэродром, уничтожив радиоавтомобиль и убив одного человека из его экипажа. Обер-лейтенант Эрнст Дюльберг из 5./JG27, командовавший дежурной парой в тот день, мгновенно поднялся в воздух и в коротком бою сбил атакующего.

Днём состоялся бой над Эль-Адемом между самолётами 2./JG27 и 73 sqn. Лейтенант Карл фон Лирес унд Вилькау (Karl von Lieres und Wilkau) одержал свою первую победу, но немцы и сами потеряли пилота — фельдфебель Фукс (Fuchs) числился пропавшим без вести. Согласно немецким отчётам, фельдфебель Фукс пал жертвой артиллерийского огня, но вероятнее всего, его сбил флаинг-офицер Дункан (Duncan) из 73 sqn. RAF.

10 февраля силы Оси захватили Тмими. Вернув себе большую часть Киренаики, Роммель решил остановить контрнаступление. На несколько месяцев в манёвренной войне наступил перерыв, требовавшийся для восстановления сил. Новая линия фронта начиналась у Средиземного моря возле Газалы и тянулась почти прямо на юг к форту Бир-Хакейм. В тот день 5./JG27 выполнила несколько штурмовых вылетов против английских колонн снабжения, уничтожив 13 грузовиков. «По пути», западнее Гамбута лейтенант Карл Кугельбауэр (Kugelbauer) из 3./JG27 сбил Харрикейн из 73 sqn. RAF.

12 февраля 1942 года петти-офицер Монтэгю (Montagu) из 208 sqn. RAFбыл сбит во время своего разведывательного вылета обер-фельдфебелем Альфредом Шульце из 4./JG27. В тот же день обер-лейтенант Эрнст Дюльберг одержал необычную победу. Жертвой пушек его Мессершмитта стал палубный истребитель — Фейри Фулмар (Дюльберг опознал его как Харрикейн). Примерно в 13:30 пикирующие бомбардировщики из I./StG3, действовавшие в 10 км северо-западнее Тобрука, были атакованы Харрикейнами из 73 и 274 sqn. RAF. Сопровождение «Штук», состоящее из пилотов 3./JG27, немедленно встало на защиту. Марсель сбил 4 английских истребителя за 6 минут.

На следующий день 3./JG27 снова сопровождали «Штуки» к Тобруку. И в этот раз английские истребители попытались атаковать бомбардировщики. Марсель быстро подобрался сзади к одному из Харрикейнов и дал короткий залп с близкой дистанции. Куски конструкции вражеского самолёта разлетелись в стороны и повредили радиатор самолёта Марселя. Температура мотора сразу же поднялась и немец перекрыл подачу топлива. К счастью, он был рядом с линией фронта, на высоте около 3500 м, что позволило ему спланировать на ближайшие пригодное для посадки поле. Тем не менее, в 1000 м от себя он увидел одиночный Харрикейн. «Секундочку, я достану тебя прямо сейчас», подумал Марсель, входя в пике. Короткой очереди хватило, чтобы послать пылающего противника к земле. Что же насчёт планирующего Мессершмитта, то он мягко приземлился на один из аварийных аэродромов неподалёку от линии фронта. В этом же бою лейтенант Рудольф Зиннер из 2./JG27 сбил Харрикейн (3-я победа), пилотируемый петти-офицером Виксом (Weeks) из 274 sqn. RAF.

В тот же день в очередном вылете к Тобруку обер-фельдфебель Отто Шульц сбил 2 Кёртисса. Немцы продолжали нести потери — был сбит и объявлен пропавшим без вести унтер-офицер Альфред Шмидт (Alfred Schmidt) из 8./JG27.

В послеполуденные часы 15 февраля самолёты I./JG27 вылетели на сопровождение Юнкерсов Ju.88. Пролетая на высоте 4000 м над английским аэродромом Гамбут, Марсель заметил 2 взлетающих английских истребителя. Сразу, как только Юнкерсы пересекли линию фронта на обратном пути, Марсель и его ведомый, обер-фельдфебель Пётген, вернулись к Гамбуту. Оба Киттихока неспешно набирали высоту, когда были неожиданно атакованы со стороны солнца Мессершмиттом Марселя. Три минуты спустя обломки двух Кёртиссов догорали на земле, а один из их пилотов — флаинг-офицер Бриггс (Briggs) — висел под куполом парашюта.

В 17:45 небо над Мартубой заполнилось английскими истребителями, поливавшими огнём из всех пушек взлётную зону. Отто Шульц запрыгнул в ближайший Мессершмитт, около которого ещё возились механики. Капоты двигателя и радиатора у этого самолёта были открыты. Шульц забрался в кабину, наспех пристегнув парашют. Механики поспешно закрыли капоты, а двое из них завели мотор. Менее чем за 30 секунд Шульц был в воздухе. Через 10 минут все кончилось. Шульц одержал 5 побед и невредимым вернулся на аэродром. Его победу засвидетельствовал офицер африканского корпуса лейтенант Йоахим Шорн:

«15 февраля 1942 года около 17:00 в районе Бир-Темрада над нами прошли около 20 английских истребителей. Они направлялись на запад и вскоре легли на обратный курс. Оставаясь в танке, я наблюдал в бинокль за двумя горящими самолётами. Они разбились западнее от того места, с которого я наблюдал. Пока я смотрел на столб дыма, поднимающегося в небо, третий самолёт упал вниз по спирали. По-видимому, он сначала коснулся земли левым крылом, потом развалился на части, но не загорелся. Место падения долго было окутано легкой пылью. В это время показался четвёртый английский истребитель, летящий низко над землей в нашу сторону, курсом на восток. С того места, откуда я наблюдал первые три падения, было видно, что его преследует Bf.109. Расстояние между ними быстро сокращалось. Первая очередь поразила цель. В начинающихся сумерках я ясно видел трассирующие очереди и попадания. После второй очереди загоревшийся английский самолёт упал на землю.

В этом бою пятерка английских самолётов правее нас пыталась уйти на восток почти над самой землей. Немецкий истребитель прошел над нами, помахав крыльями, и мы ответили ему взмахами кепок. А затем произошло то, на что мы рассчитывали. Истребитель заметил Томми, повернул налево и начал погоню. Он подбил противника с короткой дистанции длинной очередью. Я ясно видел вспышки попаданий, пока дюны не закрыли от меня эту картину.

После стрельбы немецкий истребитель поднялся вертикально, выполнил круг, и вернулся обратно. Вскоре после этого я увидел маленькое облачко пыли за дюной. Для меня это означало то, что этот британец тоже врезался в землю.»

Среди сбитых и погибших пилотов оказался командир 94 sqn. RAF сквадрон лидер Мейсон (Mason), имевший на своём счету 17 побед, одержанных над Средиземноморьем. Отто Шульц — сбивший пять Томагавков за десять минут 15 февраля — опередил по количеству побед во II.-й Группе Густава Ределя, командира 4./JG27.

По одному Кёртиссу сбили 16 февраля лейтенант Хоффманн (Hoffman) и обер-лейтенант Келлер из I./JG27.

Плохая погода в следующие 4 дня приковала к земле ВВС обеих сторон. Следующий воздушный бой произошел только 21 февраля. Он описан лейтенантом Штальшмидтом из 3./JG27 в его письме домой:

«Пока механик помогал мне пристегнуть ремни, меня сфотографировали. Это было нарушением всех неписанных правил, действующих на всех аэродромах: нельзя фотографироваться перед вылетом. Конечно, никто бы не признался, что он суеверен, но каждый носил в кармане какой-нибудь талисман, амулет на шее или платок, повязанный под гимнастеркой. Мы взлетели из Акромы и набрали высоту 4500 м. Хомут вел группу, Марсель возглавил вторую пару, а я с ведомым — фельдфебелем Кепплером — обеспечивал прикрытие. Я пилотировал старый самолёт с обозначениями адъютанта, на котором я выполнил больше 100 боевых вылетов. Он был старым и очень медленным. Но несмотря на это я был очень привязан к нему.

Неожиданно впереди показалась эскадрилья Кёртиссов. Хомут резко повернул налево вверх так, чтобы оказаться выше противника. Я набирал высоту вместе со всеми, но не на полном газу, чтобы, как мне хотелось, осторожно понаблюдать за Кёртиссами. Поэтому, в конечном счете, я оказался в конце группы. Моя позиция в воздухе была мне понятна: я мог видеть Кёртиссы на 300 метров ниже, и они постоянно набирали высоту. Они не представляли для меня никакой угрозы, но так как мои товарищи были сейчас намного выше меня, я решил изменить курс, слегка срезав кривую, которую они описывали. Кепплер, у которого был лучший самолёт, легко догнал меня. Я мельком глянул на Кёртиссы, которые были на 300 метров как раз подо мной — я насчитал их 11 штук. Я был очень спокоен и даже напевал мотивчик, который крутился у меня в голове несколько последних дней. Я продолжал свой крутой наборы высоты, не подозревая ничего плохого. Вдруг что-то ужасно громыхнуло в моем самолёт — попадание снаряда! Со мной никогда такое не происходило — черт, кто-то был у меня на хвосте, а я даже не заметил этого! Позор мне!

Дальше события происходили с молниеносной скоростью. Было ясно, что я получил целую очередь, потому что стрелял Киттихок. Похоже было на то, что меня сбили. Мгновенно мой Месс неконтролируемо перевернулся на спину, топливо потекло в кабину, показался легкий дымок и самолёт вошел в неуправляемый штопор. Я пролетел сквозь строй Кёртиссов вращаясь в штопоре и услышал в наушниках: 'Что за идиот позволил им сбить себя?' Это говорил Хомут!

Но теперь нужно было вернуть самообладание. Я уже готов был выпрыгнуть — для меня война окончилась. Но внезапно показалось, что я восстановил управление самолётом! Он оставался в перевернутом состоянии, но отвечал на движения ручки. Я перевел его в пологое пикирование. Длинный след охладителя оставался за мной. Первой мыслью было уйти из зоны боя! Никто меня не преследовал. Температура охлаждающей жидкости возрастала, я по прежнему находился на высоте 1000 м. 100 км отделяло меня от наших позиций. Казалось, безнадежно, но я сдавался. Невзирая на опасность того, что поврежденный двигатель остановится над морем, я решил срезать обратный путь через гавань Газалы. Моя левая рука немного кровоточила.

Я успокоился, выключил двигатель и снова включил. Дал максимальные обороты, чтобы набрать высоту пока ещё работал мотор. Когда индикатор температуры показал 100°, двигатель начал стучать и задыхаться. Я смог набрать высоту около 300 м. Я выключил мотор, выпустил закрылки в положение 20° и начал медленно планировать. Прежде чем остановился пропеллер, я включил двигатель ещё раз. После всего этого его температура подскочила до 160°. Я летел над водой, постепенно теряя высоту. При такой температуре двигатель скоро остановится, даже несмотря на то, что температура масла больше не повышалась. В гавани Газала впереди показался небольшой остров. Оставалось лишь 500 м высоты. Двигатель теперь работал при температуре 200°. Он стучал и дымил все больше и больше. Что же делать? Пытаться преодолеть эту короткую дистанцию до острова и выполнить аварийную посадку? Как бы то ни было, двигателю уже не станет хуже. Я выключил его, включил и снова выключил. Поверхность воды была всего лишь в 200 м. Едкий дым начал сочиться через щели возле педалей — что-то загорелось. Я надел кислородную маску. Я уже был над землей — возможно, я доберусь до Тмими? Нет — хоть я этого и хотел, но это было абсолютно невозможно. Я заметил под собой дорогу. Затянул ремни. Куда садиться? Однако, думать было уже поздно — дым в кабине мешал осматриваться. Высота 20 метров. Через форточку я увидел несколько сгоревших грузовиков. Их было слишком много — ещё не хватало врезаться в один из этих останков во время посадки! Попытка перелететь их оказалась бесплодной — скорость была слишком мала. Несмотря на полный газ, двигатель не тянул. Я сбросил фонарь и затем услышал шум. В это же время между педалями показалось пламя. Я быстро отстегнулся и подскочил с кресла, а самолёт продолжал переворачиваться по земле. Как только самолёт замер, я выпрыгнул на песок и побежал в сторону.»

Штальшмидту повезло — он приземлился на необитаемый остров, неподалеку от уничтоженных немецких бронемашин одной из разведчастей. Оставшаяся пятерка Мессершмиттов вступила в бой с Киттихоками. Марсель сбил двоих (49-я и 50-я победы) и одного Хомут.

22 февраля лейтенант Ганс-Йоахим Марсель и обер-фельдфебель Отто Шульц были, наконец, награждены Рыцарскими крестами (за 50 и 44 победы соответственно, исходная отметка «20 убийств» за Крест давно осталась позади). Для Марселя это было первое значительное официальное признание (со времен Немецкого Креста) расцветающей боевой карьеры, по итогам которой он носил Бриллианты спустя чуть более полугода. Для Шульца это ознаменовало приближающийся конец. Повышенный в должности до обер-лейтенанта и назначенный техническим офицером II./JG27, он будет сбит и погибнет, после заявки 51-й победы — Харрикейна из 274 sqn. RAF, во время вылета на свободную охоту возле Сиди-Резег 17 июня.

23 февраля 6 Бостонов, сопровождаемые Киттихоками, атаковали немецкую бронетанковую колонну на дороге между Тмими и Мартубой. Непосредственно перед целью английскую группу перехватили Мессершмитты из I./JG27. Бомбардировщики сбросили свою нагрузку в пустыню и торопливо отвернули на восток. Даже несмотря на то, что работал лишь один пулемет, а остальное вооружение заклинило, лейтенант Рудольф Зиннер из 2./JG27 сбил 2 Кёртисса (4-я — 5-я победы). В то же время над Сиди-Баррани фельдфебель Фриц Громотка из 6./JG27 сбил Бленхейм из 14 sqn. RAF. III./JG27 также сбила 3 английских самолёта в этот день.

Дальнейшие бои продолжились 27 февраля. В 07:50 командир II./JG27 гауптман Эрих Герлиц сбил Веллингтон восточнее Гамбута и Харрикейн пятью минутами спустя. В полдень пара Кёртиссов была сбита Марселем и один обер-лейтенантом Герхардом Хомутом. 2 пилота III./JG27 — унтер-офицер Ленц (Lenz) и лейтенант Зирк (Sirc) — были сбиты и попали в плен. Лейтенант Ганс-Арнольд «Фифи» Штальшмидт, также был подбит и выполнил аварийную посадку позади линии фронта и был взят в плен, но сумел сбежать.

С первым днем весны началось то, что позднее назовут «Битва за Мартубу». Ночью британские моторизованные колонны открыли минометный огонь неподалеку от Мартубы. Первые взрывы оказались полной неожиданностью для персонала JG27 — зазвонили телефоны, летчики решили, что огонь ведется по ошибке одной из ближайших немецких батарей. Наконец, выяснилось, что примерно в 5 км от аэродрома находятся около 30 вражеских бронемашин, включая несколько танков. Несколько истребителей и пикирующих бомбардировщиков поднялись в воздух и атаковали нападавших. Вскоре по наступающим силам открыла огонь батарея 88-мм зенитных пушек, расположенная на аэродроме. Атака англичан была остановлена. В полдень подошли также немецкие бронетанковые части и пехота, приведя англичан в сметение. Английские войска были полностью уничтожены.

Март 1942 года характеризовался разнообразной погодой. Большая часть дней была дождливой или очень ветряной, с пылевыми бурями. За первые 3 недели JG27 одержала 21 победу, из которых 14 пошло на счет I./JG27 и 7 на счет II./JG27. Лучшего персонального результата добился лейтенант Фридрих Кёрнер из 2./JG27, который сбил 5 английских самолётов. 21 марта одна из его побед стала 1000-й победой эскадры.

18 марта пропал без вести в бою с самолётами RAF лейтенант Хорст Хайке (Horst Heike, 4 победы) из 8./JG27.

23 марта III./JG27 отправила небольшой отряд на Крит. Базирующаяся в Кастелли, Jagdkommando Kreta будет постепенно усиливаться в оставшиеся месяцы года, поскольку остров в восточной части Средиземного моря приобретает стратегическое значение. III.-я Группа, которой с момента, незадолго до убытия с восточного фронта, командовал гауптман Эрхард «Джек» Брауни (Макс Добислав назначен главным инструктором в JFS 1 в Вернойхене), уже начала воспринимать себя в качестве «мастера на все руки» эскадры. Это мнение было подтверждено 5 мая, когда к её составу добавилась четвёртая эскадрилья. Как указывает её обозначение, 10.(Jabo)/JG27 предназначалась специально для роли в качестве истребителей-бомбардировщиков.

Временное улучшение погоды 23 марта позволило III./JG27 выполнить несколько боевых вылетов. Фельдфебель Хиллгрубер (Hillgruber) сбил «Бостон», в то время как лейтенант Ницше и унтер-офицер Либхольд (Liebhold) — по одному Кёртиссу.

Следующие 2 дня бушевала песчаная буря. Лишь 26 марта состоялось несколько воздушных боев, в ходе которых пилоты III./JG27 сбили 3 английских истребителя. 2 победы пошли на счет фельдфебелю Вайбелю (Waibel) и одна — унтер-офицеру Груберу (Gruber).

5 последних дней марта пилоты обеих сторон использовали короткие периоды хорошей погоды для незначительной боевой активности. Пилоты JG27 добились 7 побед. Бомбардировщики RAF сбросили на Мартубу около 200 бомб, уничтожив склад боеприпасов и 2 Мессершмитта и повредив ещё 4 истребителя.

Улучшение погоды тут же сказалось на воздушной активности. Уже 2 апреля истребители JG27 сбили 2 Харрикейна и 4 Кёртисса. К несчастью, в бою с Харрикейном был сбит и погиб лейтенант Вилли Котман.

На следующий день жертвами JG27 стали 4 вражеских истребителя, но это стоило жизни одного пилота: петти-офицер Ашер (Usher) из 94 sqn. RAF сбил Мессершмитт лейтенанта Юлиуса Вильдау (Julius Wildau).

К концу апреля 1942 года JG27 сбили 33 самолёта. Собственные потери не превысили 7 самолётов и 2 пилотов. Унтер-офицер Герберт Ромейкат (Herbert Romeikat) из 2./JG27 утонул 11 апреля в Средиземном море из-за отказа двигателя во время сопровождения Юнкерсов Ju.52/3m, летящих на Крит. 14 апреля самолёт унтер-офицера Йозефа Гримма (Grimm) из 1./JG27 был подбит снарядом зенитной артиллерии, пролетая над вражеской территорией в районе Гадд-эль-Амар (Gadd el Ahmar); пилот выпрыгнул и попал в плен.

18 апреля наступила первая годовщина прибытия I./JG27 в Африку. «Эду» Нойман организовал пустынный эквивалент деревенского праздника, чтобы отпраздновать годовщину первого года его Группы проведенного в Африке. Огромное пространство Мартубы было преобразовано красочной и пестрой коллекцией самодельных киосков, аттракционов и каруселей. Гости из всех соседних немецких и итальянских подразделений были приглашены на однодневные торжества. Была поставлена большая палатка — её назвали «Пустынный парк аттракционов Нойманна» — и Нойманн поприветствовал своих подчиненных и произнёс короткую речь, сказав между прочим:

«Год назад первые Мессершмитты приземлились в Триполи. Солдаты, которые, подобно вам, выполняют свой долг в таких сложных условиях, имеют право раз в два месяца забыть обо всем, что связано со службой. Нигде, так как здесь, не видно так хорошо, как один человек зависит от остальных. Нигде дружба не значит столько, сколько здесь. Поэтому, с большим удовольствием, я объявляю сегодняшний день днем друзей».

Командир группы сделал своим людям подарок, созданный с помощью лопат, сделанных из листового металла со сбитого Харрикейна. Персонал I./JG27 одел наиболее изысканные свои костюмы. Вокруг большой палатки было много маленьких, в которых располагались боулинг, мини-казино, колесо удачи и даже тир. Командир лично показал уровень своего мастерства в одной из палаток. Вечером был устроен настоящий банкет, на который были приглашены представители других родов войск.

Плохая погода в первую неделю мая снова снизила уровень воздушной активности. Только 7 мая в полдень произошёл заслуживающий внимания бой. 2 Bf.109 из I./JG27 атаковали 12 Киттихоков из 112 sqn. RAF и 3 sqn. SAAF. Одним из немцев был лейтенант Ганс-Арнольд Штальшмидт:

«Мы там так суетились, что англичане решили, как мы могли понять из их переговоров по радио, что атакованы большими силами, а на самом деле нас там было всего двое. Когда я наконец занял удачную для стрельбы позицию на хвосте одного из Кёртиссов, ствол пушки разорвало после нажатии на курок. Я вышел из боя. С поврежденным мотором я стал искать возможность вернуться обратно к нашим позициям.»

Штальшмидт разбился у Тмими. Его самолёт был полностью уничтожен, но он смог избежать серьёзных ранений. Когда его самолёт не вернулся из вылета, его товарищей из 3-й эскадрильи охватила грусть. Однако Марсель снял напряжение сказав: «Штальшмидт теряется уже третий раз, но уверен, что он вернётся!» И он оказался прав — на следующий день невезучий пилот вернулся.

Эксперты I.-й и II-й. Групп вскоре вернулись к своим обычным делам.

10 мая около 09:00 2 Bf.109 из I./JG27 взлетели из Тмими на свободную охоту. Самолёты поддерживала одна из первых, недавно доставленных, радарных станций Фрея. Истребители были наведены на пару Харрикейнов из 40 sqn. SAAF, находившуюся неподалёку. Недавно повышенный до обер-лейтенанта Ганс-Йоахим Марсель сбил обоих противников за 2 минуты.

В поддержку наступательных планов Роммеля, люфтваффе получало значительное пополнение в первые недели мая. Всего 40 Юнкерсов Ju.87, 30 Мессершмиттов Bf.109 и 15 Мессершмиттов Bf.110 были перебазированы с Сицилии в Африку, что увеличило численность немецких ВВС до 260 самолётов.

13 мая радар Фрея засёк 12 Киттихоков, летящих в направлении Газалы. 2 Мессершмитта Bf.109 из I./JG27 были направлены на перехват и атаковали австралийские истребители со стороны солнца. Марсель сбил 2 Кёртисса. Его собственный самолёт был легко повреждён — были пробиты маслобак и лопасть воздушного винта.

3 дня спустя Марсель одержал ещё 2 победы. Около 19:00 на высоте 5000 м 12 Киттихоков из 3 sqn. SAAF встретились с патрулирующей тройкой Мессершмиттов из I./JG27. Мгновенно Марсель атаковал первую шестёрку Кёртиссов и, невзирая на тот факт, что другая шестёрка осталась у него на хвосте, сбил сержанта Тида (Teade) короткой очередью, в вираже. Затем круто ушёл вверх, развернулся и снова атаковал в пикировании. В последовавшем затем бою самолёты спустились до 300 м. Ещё один самолёт противника врезался в землю.

19 мая 3 Киттихока из 450 sqn.RAF были атакованы над Газалой Марселем и его ведомым. Один из самолётов получил точное попадание от немецкого аса и сел на вынужденную. Другой быстро развернулся и, сделав спираль, скрылся в облаках. Оба Мессершмитта переключились на оставшийся самолёт сержанта Янга (Young). Англичанин попытался уйти в облака, но очередь Марселя попала в мотор. Янг выполнил аварийную посадку и уже после этого его самолёт был подожжен стрельбой немецких истребителей.

20 мая обер-лейтенант Густав Рёдель был назначен командиром II./JG27. Он заменил гауптмана Эриха Герлица, который должен был взять на себя управление III./JG53, прибывшего в это время в Мартубу с Сицилии, чтобы усилить силы истребителей люфтваффе в Северной Африке.

22 мая часть истребительных подразделений была перебазирована на аэродромы вокруг Тмими. Ранним утром немецкие позиции были атакованы девяткой «Бостонов» из 24 sqn. SAAF, сопровождаемой 24 Киттихоками из 250 и 112 sqn. В то же время ещё 36 Киттихоков уже были готовы сопроводить эту девятку «Бостонов» обратно домой. Эта группа была атакована звеном Bf.109 из II./JG27 — обер-фельдфебель Карл-Гейнц Бендерт и унтер-офицер Штайс (Steis) сбили по одному Кёртиссу. Узнав, что вокруг так много самолётов союзников, восьмерка Bf.109 из I./JG27 и тройка из III./JG27 взлетели с Мартубы. Несколько минут спустя они перехватили Киттихоки 112 и 250 sqn. и заявили о 5 сбитых.

Два из двенадцати Томахоков и Киттихоков, заявленные II.-й Группой 23 мая были зачислены на счет нового командира Группы, в результате чего общее количество побед Рёделя достигло 41. В течение этого периода обер-лейтенант Марсель из I.-й Группы также регулярно одерживал двойные победы за день. Два бомбардировщика, которые он сбил к юго-востоку от Тобрука 23 мая, в течение 3 минут — победы под номерами 63 и 64, заявленные как Douglas DB-7 — в действительности были парой Martin Baltimore из 223 sqn. RAF, выполнявшие первый боевой вылет этого подразделения на новом типе.

Битва при Газале и Бир-Хакейме[править | править код]

Три дня спустя, 26 мая, генерал-полковник Эрвин Роммель начал наступление, в результате которого его «Африканский корпус» прошел весь путь до Эль-Аламейна. Но сначала он должен был преодолеть разрыв в линиях союзников, которые теперь протянулись от Газалы на побережье, примерно на 65 км вглубь страны, в пустыню, к крепости Бир-Хакейм.

Освобожденные от выполнения своих обязанностей в составе Gefechtsverband Woldenga, истребители JG27, усиленные III./JG53 Эриха Герлица, сыграли решающую роль в первые шесть недель хаотичных боев, которые были битвой при Газале.

Первый воздушный боя состоялся ранним утром над Газалой между четверкой Bf.109 из II./JG27 и группой Киттихоков. Фельдфебель Хорст Ройтер сбил Кёртисс, но мгновением позже у него на хвосте уже было шестеро. Ройтер попытался уйти вверх, но враг был слишком близко и открыл огонь на поражение. Самолёт Ройтера получил 17 попаданий, но несмотря на это смог скрыться в густой облачности и вернуться на базу.

На второй день наступления первую победу одержал обер-фельдфебель Эрих Кренцке из II./JG27, сбивший Киттихок из 2 sqn. SAAF. Сразу после полудня 2 истребителя-бомбардировщика Bf.109E, сопровождаемые четверкой Bf.109F из II./JG27, повстречали группу из 8 Киттихоков из 450 sqn. RAF. Самолёт фельдфебеля Хорста Ройтера (Horst Reuter, 20 побед) в этом бою был сбит. Хорст Ройтер выпрыгнул, но приземлился в центре группы английских войск и попал в плен. В полдень Мессершмитты из JG27 сразились с истребительно-бомбардировочной группой Киттихоков из 3 sqn. SAAF, которая атаковала передовые части Африканского корпуса. Лейтенант Фридрих Кёрнер из I./JG27 сбил самолёт сержанта Томаса (Thomas), а обер-фельдфебель Эрих Кренцке из II./JG27 сбил ещё один самолёт.

28 мая в 09:35 фельдфебель Гюнтер Штайнхаузен из I./JG27 сбил Харрикейн из 80 sqn. RAF над Гамбутом. Несколько минут спустя четверка Bf.109 из II./JG27 атаковала 8 Киттихоков из 112 sqn. RAF над Бир-Хакеймом. Обер-лейтенант Фердинанд Вёгль и обер-фельдфебель Шульце сбили по одному английскому самолёту. Ещё через час обер-лейтенант Отто Шульц одержал первую победу с момента возвращения из отпуска в Германии.

В 07:50 29 мая 10 австралийских Киттихоков из 450 sqn. вторглись в район Акромы. В то же время там находились несколько Ju.87 из II./StG3, сопровождаемые шестеркой Bf.109 из III./JG27. Немецкие истребители не смогли защитить «Штуки», и Киттихоки сбили два самолёта. В этом же бою был сбит и один Мессершмитт. Его пилот — лейтенант Эрик фон Фрицш (Erik von Fritsch) совершил вынужденную посадку на пляж около Бу-Хама (Bu Hama) и попал в плен. В это время на месте сражения появилась семерка Мессершмиттов из I./JG27 и роли сразу же поменялись. Менее чем за минуту победы одержали гауптман Маак, лейтенанты Фридрих Кёрнер и Ганс-Арнольд Штальшмидт. Оставшиеся Киттихоки поспешили убраться.

На следующий день, 30 мая, в 07:00 4 Мессершмитта Bf.109 из I./JG27 атаковали со стороны солнца группу из 12 Киттихоков, находящуюся на боевом патрулировании над районом Бир-Хакейма. Обер-лейтенант Марсель первой же очередью сбил сержанта Бакленда (Buckland), который смог выпрыгнуть с парашютом. Через 3 часа патрулирующее звено Мессершмиттов из I./JG27 встретилось неподалеку от Мтейфель-Хармата (Mteifel-Harmat) с девяткой английских бомбардировщиков, сопровождаемых 15 Кёртиссами. Фельдфебель Кепплер сбил один Кёртисс и повредил другой. Самолёт унтер-офицера Циммермана (Zimmermann) был поврежден в воздушном бою и выполнил аварийную посадку севернее Тмими, на дороге Виа Бальбия. Около 17:20 десятка Bf.109 из I. и II./JG27 столкнулась с 11 «Бостонами» около линии фронта. «Бостоны» сопровождали 25 истребителей Кёртисс. По одному Киттихоку сбили лейтенант Карл фон Лирес унд Вилькау, гауптман Маак и обер-лейтенант Эрнст Бёрнген.

31 мая ознаменовалось сильной активностью в воздухе, несмотря на сильные кратковременные песчаные бури. Немцы потеряли 3 Мессершмитта — фельдфебель Фриц Громотка на следующий день пришел в часть пешком, командир 6./JG27 обер-лейтенант Эммерих Флудер (Emmerich Fluder, 5 или 8 побед) был записан пропавшим без вести — 4 июня на вакантную должность был назначен обер-лейтенант Рудольф Зиннер, а обер-фельдфебель Эрих Кренцке (Erich Krenzke, 5 побед) попал в плен. Пилоты II./JG27 одержали 4 победы, 2 из которых пришлись на счет обер-лейтенанта Фердинанда Вёгля и по одной на счета фельдфебеля Хайдера (Heider) и фельдфебеля Штиглера (Stiegler). Марсель заявил трех сбитых, фельдфебель Гюнтер Штайнхаузен — двух, а лейтенант Карл фон Лирес унд Вилькау и Ментних (Mentnich) — по одному. Вскоре после 19:00 истребители-бомбардировщики Киттихок, сопровождаемые Томахоками из 4 и 5 sqn. SAAF, атаковали штаб немецкой бронетанковой дивизии. На помощь подоспели 12 Bf.109 из II./JG27, которые обеспечивали поблизости эскорт «Штукам» из I./StG3. Шульц сбил три английских самолёта.

До обеда 1 июня песчаная буря приковала к земле самолёты. Вечером пара Мессершмиттов Bf.109 из I./JG27 встретилась с группой Кёртиссов. Обер-лейтенант Марсель и фельдфебель Райнер Пёттген сбили по одному английскому истребителю. Эта победа стала первой у Пёттгена — позднее он выполнил более 100 боевых вылетов в роли ведущего у обер-лейтенанта Герхарда Хомута и Марселя.

2 июня итальянские войска с поддержкой немецких «Штук» начали атаку на Бир-Хакейм. Ужасная погода существенно мешала использованию люфтваффе. В 17:22 2 Харрибомбера из 274 sqn. RAF были неожиданно атакованы у Газалы тройкой Bf.109 из II./JG27. Обер-фельдфебель Шульце сбил один британский самолёт.

На следующий день погода улучшилась и воздушная активность возросла. Ранним утром разведчик Bf.110, сопровождаемый парой Bf.109 из II./JG27, был атакован тройкой английских истребителей. Лейтенант Йениш (Jenisch) из II./JG27 был сбит, но смог посадить самолёт на живот и, хотя его самолёт был полностью уничтожен, он смог уйти на немецкую сторону.

В 12:20 истребители 5 sqn. SAAF были атакованы одиночным Bf.109 из I./JG27. Его пилотировал Марсель, который в составе группы из 6 машин сопровождал «Штуки». Несмотря на то, что его пушку заклинило после примерно 10 выпущенных снарядов, Марсель продолжил бой и лишь двумя пулеметами сбил 6 Томахоков в течение следующих 11 минут, к западу от Бир-Хакейма. Это поставило Марселя в положение непревзойденного мастера-истребителя в Африке. Его друг лейтенант Ганс-Арнольд Штальшмидт, который прикрывал его сверху, написал в письме домой:

«Марсель стреляет как молодой бог. Во-первых, он может, как немногие другие, точно высчитать упреждение и послать огонь точно в цель в свалке. Большинство из нас в такой ситуации способно послать очередь только в небо, как правило.»

Райнер Пёттген, ведомый Марселя, вспоминал:

«Все вражеские самолёты были сбиты в ходе маневренных боев. У Марселя были экстраординарные чувства и он точно знал когда нажать на курок. Если он открывал огонь, это означало, что мы увидим попадания на вражеском самолёте. Победные отметки начинались на капоте и проходили черезь весь фюзеляж к концу кабины. Марсель не мог объяснить как он берет столь точное упреждение при стрельбе, маневрируя. Наблюдая за его самолётом, я видел, что в маневренном бою он всегда управлял оборотами двигателя, добиваясь того, что его самолёт всегда двигался по меньшему радиусу, чем противник. А затем достаточно было короткой очереди, чтобы послать противника вниз.»

Возможно, интересно будет упомянуть, что для того, чтобы сбить 6 Томахоков, Марсель потратил лишь 10 пушечных снарядов и 360 патронов к пулемету. Эти шесть Томагавков из 5 sqn. SAAF увеличили общее количество побед Марселя до 75, за что он, 6 июня, 97 человеком в вермахте, был награждён дубовыми листьями к Рыцарскому Кресту.

4 июня союзники оказались полностью истощены. В среднем части имели лишь по 7-8 пригодных к полетам самолётов, а пилоты совершали по 3-4 боевых вылета в день. Бои, как правило, продолжали происходить около Бир-Хакейм. Пилоты JG27 одержали 2 победы.

На следующий день этот показатель вырос до 8, 3 из которых оказались на счету обер-фельдфебеля Шульце.

7 июня воздушная активность вновь возросла. В полдень состоялся бой возле Акромы. Около 30 Мессершмиттов Bf.109 из JG27 и JG53 были атакованы Киттихоками 2 sqn. SAAF, пока сопровождали «Штуки». В первые секунды боя был сбит пилот III./JG27 лейтенант Вильгельм Шайтер (Scheiter), которому удалось выпрыгнуть с парашютом, и пешком он смог вернуться обратно в часть. В какой-то момент Марсель заметил пару Кёртиссов позади Мессершмиттов Хомута и Райнера Пёттгена. Быстрым манёвром он зашел в хвост Киттихокам и в минуту избавился от них.

На следующий день, примерно в 07:00, 8 Мессершмиттов Bf.109 из II./JG27 вступили в бой примерно с 30 английскими истребителями. Шульце и Карл-Гейнц Бендерт сбили по одному Кёртиссу. 20 минут спустя Бендерт сбил ещё один Киттихок. В 08:15 начался бой над Бир-Хакеймом. Bf.109, пилотируемый фельдфебелем Гансом Вальххофером (Hans Walchofer) из II./JG27, получил попадание в мотор в лобовой атаке на Киттихок. Немец мягко приземлился возле дороги, позади немецкой линии фронта. В конце посадки самолёт напоролся на мину. От взрыва самолёт загорелся, а Вальхофер погиб. Три часа спустя 39 Мессершмиттов сопровождали большую группу Штук к Бир-Хакейму. Над целью состоялось несколько стычек с английскими истребителями. Унтер-офицер Пфеффер (Pfeffer) совершил вынужденную посадку у Тмими, неподалеку от позиций, занятых итальянской дивизией «Болонья». Несколько минут спустя другой Мессершмитт из II./JG27 получил попадание в двигатель и повторил его судьбу.

9 июня бои за осажденный форт Бир-Хакейм достигли апогея. Люфтваффе провело 3 интенсивных воздушных налета на позиции противника. Атаки выполнялись «Штуками», под прикрытием Мессершмиттов. Произошедший в ходе утреннего налета жестокий бой закончился тем, что Кёртиссы из нескольких южно-африканских эскадрилий сбили самолёт унтер-офицера Эберхарда Пфеффера (Eberhard Pfeffer). По одному английскому истребителю сбили обер-лейтенант Людвиг Францискет, фельдфебель Гюнтер Штайнхаузен и Клагер (Klager).

10 июня стал последним днем обороны Бир-Хакейма. За 15 минут Марсель уничтожил 4 вражеских самолёта, в то время как на счета лейтенанта Вернера Шроера, лейтенанта Карла фон Лирес унд Вилькау, Ментниха и Громотки пошло ещё по одной победе.

В то же время оберст-лейтенант Бернхард Вольденга ничего не добавил к своим четырём победам, одержанным в России. На самом деле, плохое состояние здоровья помешало ему руководить эскадрой в операциях над пустыней. А 10 июня он был назначен на первую должность в штабе, которая возвысит его до должности командующего Jafü Balkan. Однако, он оставил одно ощутимое напоминание о проведенном времени в качестве командира эскадры — эмблему Штаба, основанную на той, которую он ранее разработал для I./JG1. Основное отличие заключалось в том, что три маленьких силуэта Bf.109 теперь были направлены вверх. Критики оригинального варианта выразили мнение, что его три истребителя с опущенными носами убегают!

Убытие Вольденги вызвало целую череду замен. Майор Эдуард Нойман сменил его на посту командира эскадры, гауптман Герхард Хомут стал командиром I./JG27, а обер-лейтенант Ганс-Йоахим Марсель соответственно занял пост командира 3-й эскадрильи.

В ночь с 10 на 11 июня последние 2000 защитников Бир-Хакейма прорвали осаду и поутру достигли британских позиций. Утром 11 июня Марсель сбил 2 истребителя — Киттихоки из 112 sqn. RAF.

Наконец, 13 июня стало ясно о прорыве в ходе боев. Пехота 90-й легкой дивизии прорвала оборону и захватила Эль-Адем. Вскоре после 07:00 12 Bf.109 из I./JG27 сопровождали Bf.110, патрулировавшие над дорогой Газала — Тобрук. Немцев атаковали Харрикейны 213 sqn. RAF. В бою лейтенанты Фридрих Кёрнер и Ганс-Арнольд Штальшмидт сбили по одному истребителю. В 19:00 12 Юнкерсов Ju.88, проходя над Эль-Адемом, были атакованы большой группой Кёртиссов. Англичане, однако, не заметили 12 Мессершмиттов из I./JG27 неподалеку, которые обеспечивали прикрытие бомбардировщиков. Лейтенант Ганс Реммер сбил один Кёртисс, а Марсель ещё 4.

14 июня английские войска начали уходить с так давно занятых позиции в районе Газалы.

Вечером 15 июня 12 Bf.109 из I./JG27, сопровождающие разведывательный Bf.110, были вовлечены в бой с 12 Кёртиссами. Обер-лейтенант Марсель сбил 4 самолёта, а лейтенант Вернер Шроер ещё 2.

16 июня танки Африканского корпуса захватили Сиди-Резех и продолжили марш в направлении Бельхамеда (Belhamed). Вскоре после 16:00 девятка Киттихоков 3 sqn. RAAF возвращалась из штурмового вылета, когда их атаковала четверка Bf.109 из I./JG27. По одному австралийскому самолёту сбили лейтенанты Фридрих Кёрнер и Ганс-Арнольд Штальшмидт. Через 15 минут восточнее Эль-Адема 5 Bf.109 из III./JG27 атаковали группу Кёртиссов и Харрикейнов. По одной победе одержали обер-лейтенант Тангердинг и фельдфебель Финк. В 19:02 Марсель сбил Харрикейн юго-западнее Эль-Адема. За следующие 10 минут ас добавил к своему счёту ещё 3 южно-африканских истребителя. Немецкие истребители добились в тот день 15 побед. Вечером самолёты I./JG27 перебазировались на аэродром Эйн-эль-Газала, который в это время находился вблизи линии фронта.

Из-за перебазирования немецкие истребительные части сделали 17 июня только 114 боевых вылетов, сбив 13 самолётов. Примерно в 10:00 «Бостоны», сопровождаемые Томахоками, сбросили бомбы на немецкие позиции в Эль-Адеме. На обратном пути их атаковали патрулирующие Bf.109 из III./JG27. Бауэр (Bauer), Юнге (Junge) и Хайнеке (Heinecke) сбили по одному истребителю. В это же время, а может чуть позже, звено из I./JG27 участвовало в воздушном бою с Киттихоками. По одной победе одержали лейтенанты Карл фон Лирес унд Вилькау и Фридрих Кёрнер. Через час четверка Bf.109 из II./JG27 атаковала группу из 9 «Бостонов», сопровождаемую тридцатью истребителями. Обер-лейтенант Отто Шульц сбил Харрикейн из 274 sqn. RAF — это была его 51-я и в то же время последняя победа. Шульц не заметил Киттихок, подкравшийся сзади и пустивший точную очередь. Отто Шульц погиб в обломках своего самолёта. Примерно в 12:25 звено Мессершмиттов I./JG27, возглавляемое Марселем, отомстил за смерть Шульца. Марсель атаковал сверху, добившись двух сбитых с первой попытки. Немецкий пилот ушел вверх и повторил заход, атаковав четверку английских истребителей, которые встали в оборонительный круг, и сбил ещё двух, которые довели счет Марселя до 99. Все его товарищи начали говорить по радио: «А теперь сотого, Йохан!». Марсель продолжил патрулирование, выискивая возможность одержать сотую, юбилейную победу. Будучи над Гамбутом, он заметил одиночный Харрикейн на высоте 100 метров. Не колеблясь немецкий пилот выполнил резкий разворот, чтобы оказаться на хвосте у англичанина и нажал гашетку. Харрикейн упал на землю на окраине аэродрома, неподалеку от поста зенитной артиллерии. Звено собралось и направилось домой. Через несколько минут немцы увидели пару Спитфайров — разведчиков. В наборе высоты Марсель незаметно подобрался к ним и сбил один. Ганс-Йоахим Марсель стал одиннадцатым пилотом-истребителем люфтваффе, преодолевшим рубеж в 100 побед и набравшим 101 победу. Став первым, кто достиг этого числа, действуя исключительно против одних только западных союзников!

Хроники JG27 дают следующее описание финальной стадии боевого вылета, в котором Марсель набрал с 95 по 101 победу:

«В 13:35 командир эскадрильи появился над аэродромом, покачав крыльями 7 раз. Люди, собравшиеся внизу, наградили его апплодисментами — он смог одержать свою 101-ю победу! Его товарищи собрались отовсюду, окружив его 'Желтую 14'. Марсель открыл кабину, его механик Мейер отстегнул ремни. Но Марсель остался сидеть, откинув голову на бронеплиту. Его спокойное лицо было невероятно бледным. Когда он наконец выпрыгнул на крыло, его товарищи хотели качать его. Но он решительным жестом отказался. Его лицо посерело и казалось невероятно истощенным. Впервые его товарищи увидели как неописуемо утомительны его, на вид простые, победы и как много напряжения они требуют. Ему дали сигарету и каждый видел как дрожат его руки. Но после нескольких глубоких затяжек глаза снова ожили. Улыбка вернулась на лицо. Лицо, которое только что выражало необычайное волнение, теперь стало лицом довольного, улыбчивого и беззаботного мальчика.»

Марсель доложил командиру эскадры. Нойман поздравил его и уведомил, что, в соответствии с полученной телеграммой, его вызывают в штаб-квартиру фюрера для получения Мечей к Рыцарскому кресту.

На следующий день, 18 июня, Марсель отправился на Ju.52/3m в Берлин, где его должны были наградить Мечами на Дубовые листья, 12-ми в вермахте. Он был в восторге от торжественного мероприятия, но ещё больше радовался радушному приветствию, которое его родной город оказал ему во время отпуска в последующие недели. Это были знаменитости и звезды, чье внимание он когда-то привлекал, которые теперь обращались к нему, чтобы быть замеченным в компании самого нового национального героя Рейха.

Тем временем в пустыне все происходило быстро. Примерно в 14:00 Киттихоки из 4 английских эскадрилий провели неожиданную атаку на немецкие аэродромы около Газалы. 12 Мессершмиттов Bf.109 из JG27 и 2 Физелер Шторьха были тяжело повреждены. Связист части ефрейтор Алоиз Муравски засвидетельствовал об этой атаке:

«Примерно в полдень 3 самолёта неожиданно приблизились к аэродрому. За ними напряженно наблюдал наземный персонал, который в ожидании обеда нашел себе укрытие в тени крыльев Мессершмиттов на границе аэродрома.

'Смотрите, они похоже кого-то сбили — они машут нам крыльями!' — закричал один. Незадолго до аэродрома оба самолёта поднялись вверх и мы увидели не кресты, а английские кокарды на крыльях. Должно быть разведчики. И точно, когда мы начали обедать, все вокруг затряслось и начали рваться бомбы. Наши пилоты посмотрели на свои самолёты.

Лейтенант фон Лирес хотел взлететь, но он едва-едва успел закрыть кабину, как несколько английских истребителей-бомбардировщиков направились прямо к противоосколочному укрытию, где стоял его самолёт. Фон Лирес выпрыгнул из кабины к ряду пустых бочек, наполненных песком и камнями. Одна из пулеметных очередей прошила несколько бочек, но пилот уцелел.

Где, черт побери, эти противосамолетные щели? Слишком поздно — я снова вижу как три истребителя-бомбардировщика летят в моем направлении. Несколько человек прячутся внутри старого английского танка, другие падают на землю. Краем глаза я замечаю маленькие облачка пыли, беспощадно приближающиеся все ближе и ближе. Они поднимаются там, где в землю бьют английские пули. Песок и пыль кружат в воздухе, забиваясь в нос и уши. После всего из башни танка показывается растрепанная голова: 'Уже все?'»

Парни встают с земли и выбивают пыль из одежды. Все в порядке. Несколько минут страха сменяются расслаблением — повсюду слышится смех. Мы ещё раз прошли через это."

Воздушная активность на следующей неделе заметно снизилась, что было вызвано перебазированием воздушных сил обеих сторон и поспешным отступлением англичан.

20 июня силы Оси сомкнули кольцо осады вокруг Тобрука. В этот день пилоты JG27 одержали 2 победы.

21 июня безостановочные атаки «Штук» и неожиданная атака немецких танков с восточного направления привела к тому, что Тобрук перешел в немецкие руки. «Крепость» Тобрука, которая выдержала восьмимесячную осаду годом ранее, была взята в течение нескольких дней. Роммель решил продолжать свое наступление на Каир. Три дня спустя танки Африканского корпуса пересекли границу Египта. Танки Роммеля не остановились, пока не наткнулись на основную линию обороны союзников, северный фланг которой опирался на небольшой полустанок на прибрежной железной дороге под названием Эль-Аламейн.

24 июня в 15:03 патрулирующая четверка из II./JG27 вступила в бой с шестью Кёртиссами. По одному самолёту сбили лейтенант Йениш и обер-фельдфебель Эмиль Клод. В это же время пара Мессершмиттов из I./J.27 патрулировала над Сиди-Баррани на высоте 5000 метров. Фельдфебели Райнер Пёттген и Мросла (Mrosla) вели патрулирование уже час и с нетерпением высматривали своих сменщиков. Наконец Пёттген увидел пару самолётов несколько ниже. Немцы были удивлены тем, что Мессершмитты изменили высоту, предписанную приказом. Но тут они увидели английские кокарды на крыльях самолётов. Спитфайры не заметили патрулирующие Мессершмитты, потому что те были точно со стороны солнца. Немцы атаковали. Самолёт, сбитый фельдфебелем Мросла выполнил аварийную посадку на линии фронта и пилот мгновенно выпрыгнул и побежал к морскому побережью. Противник Пёттгена выпрыгнул и через несколько часов попал в плен — его доставили на немецкий аэродром, где он встретился со своим победителем. Английским пилотом был 185 см высокий новозеландец. Он потряс руку Пёттгена с улыбкой, сказав: «Ну, крепко ты меня. Как вы смогли так атаковать от солнца?». Пилот союзников попросил немца оставить его пленником Африканского корпуса и не передавать итальянцам. Через несколько минут после 16:00 истребители-бомбардировщики союзников атаковали аэродром II./JG27. В ходе этой атаки погиб лейтенант Курт Йениш (Kurt Jenisch, 8 побед), а фельдфебель Зигфрид Фрике (Friecke Siegfried) и унтер-офицер Эрих Опиц (Opitz Erich) выбыли по причине ранений — последний лишился левой стопы. Тяжелейший бой случился вечером. Примерно в 20:00 23 Bf.109 из всех трех групп JG27 сопровождали 20 «Штук» из III./StG3 к английским позициям над Мерса-Матрух. У цели их атаковали почти 30 английских истребителей. В воздушном бою были сбиты 6 Ju.87. Немецкие истребители заявили, что сбито 10 истребителей союзников. Унтер-офицер Бекман (Beckmann) одержал свою первую воздушную победу:

«Мы не поели [перед вылетом] и я ощущал неприятное тянущее чувство в желудке. Моя голова ужасно болела. Когда Юнкерсы Ju.87 сбросили бомбы, мы увидили большую группу британских самолётов внизу. Они прятались на фоне земли, задумывая неожиданную атаку на бомбардировщики, которые мы сопровождали. Мы атаковали их с фланга, используя преимущество по высоте и заходя со стороны солнца. Мой ведущий, лейтенант Кёрнер, почти сразу же сбил 2 самолёта. Английские пилоты резко пошли вверх. Все сразу мы оказались в центре огромной группы истребителей. Рядом с нами кружили наши товарищи. Ещё несколько английских самолётов устремились к земле. Мой ведущий потерял контакт с остальной группой, и мы решили возвращаться домой самостоятельно. Понемногу у нас начало заканчиваться топливо. Затем мы внезапно обнаружили на встречном курсе Спитфайр — и сразу же атаковали. Используя преимущество в скорости, мы оказались у него на хвосте. В последний момент он заметил нас и сделал полупетлю вниз — очередь Кёрнера прошла мимо. Поскольку я летел сразу за ним, немного левее, то я увидел профиль Спитфайра прямо у себя в прицеле. Достаточно было лишь слегка нажать на гашетку. Наши самолёты разошлись на большой скорости, но у меня в глазах по прежнему сверкали 2 яркие вспышки на вражеском самолёте. Этого было достаточно, потому что мгновение спустя английский пилот выпрыгнул, а Спитфайр врезался в землю, ярко взорвавшись. Я спросил Кёрнера, сможет ли он подтвердить мою победу, но ответа не было, потому что мое радио не работало. Когда мы с ним сблизились, он слегка помахал крыльями в подтверждении того, что видел мою победу. Наши товарищи, которые тем временем сблизились с нами, поздравляли меня с победой по радио. Я был уверен, что победа достанется мне. И кроме того, это был Спитфайр — ощущение непередаваемого удовлетворения захлестнуло меня. Приблизившись к аэродрому я помахал крыльями наземной команде, по обычаю, и мои механики был счастливы тоже, потому что это их самолёт одержал первую победу. Они только не могли понять, как же я израсходовал 5 снарядов пушки и 10 пулеметных патронов для этого.»

В этот период III.-я Группа «Джека» Эрхарда Брауне также добилась ряда успехов. 15 июня командир 9./JG27 обер-лейтенант Ганс-Йоахим Хейнеке, недавно переведенный из JG53 с 18 победами — заявил первый четырёхмоторный тяжелый бомбардировщик эскадры, предвестник грядущих событий! Либерейтор B-24 был частью небольшой англо-американской группировки, которая искала итальянские военно-морские силы у египетского побережья.

Другой из недавно назначенных командиров эскадрилий этой Группы, командир 8./JG27 лейтенант Вернер Шроер (бывший адъютант I.-й Группы), также начал показывать свое присутствие. Имея на 23 июня счет в 11 побед, он более чем удвоил эту цифру в течение двух недель.

В период с 24 по 26 июня Штаб майора Ноймана и все три Группы перебазировались вперед со своих площадок вокруг Газалы и Тмими через Гамбут, чтобы ненадолго собраться в Сиди-Баррани. Это был первый раз, когда их колёса коснулись египетской земли. В течение следующих нескольких недель истребители JG27 будут ещё ближе подходить к фронту у Эль-Аламейна, поскольку обе стороны готовились к решающему сражению, которое ни одна из них не могла позволить себе проиграть. С начала июля до конца октября I.-я и II.-я Группы будут действовать в основном из Quotaifiya, чуть более чем в 50 км от линии фронта.

27 июня, незадолго до 10:00, 6 Bf.109 из I./JG27 атаковали группу бомбардировщиков «Балтимор» из 223 sqn. RAF. По одному самолёту занесли на счета обер-лейтенанта Людвига Францискета и фельдфебеля Гюнтера Штайнхаузена.

На следующий день активность люфтваффе стала ещё ниже из-за нехватки топлива. Заслуживает внимания бой, состоявшийся в полдень недалеко от Фука. Группа из 10 Харрикейнов, патрулировавшая над Сиди-Ханеиш (Side Haneish), была неожиданно атакована тремя Мессершмиттами из I./JG27 со стороны солнца. В первой же атаке 4 английских самолёта были сбиты. Оставшиеся шесть сформировали защитный круг, после чего их все же ещё раз атаковала пара Мессеров. Ещё один Харрикейн был сбит. 4 сбитых самолёта пошли на счёт фельдфебеля Гюнтера Штайнхаузена, а ещё по одному — фельдфебелю Кепплеру (Keppler) и унтер-офицеру Тиммерману (Timmermann).

29 июня II. и III./JG27 перебазировались на аэродром Фука. На следующий день к ним присоединилась и I./JG27.

Первое сражение при Эль-Аламейне[править | править код]

1 июля Роммель сделал первую попытку прорвать новую линию фронта, проведя атаки в Аламейне и Дер-эль-Шейне (Der el Shein). Вскоре после 20:00 случился жестокий воздушный бой с участием I./ и II./JG27, сопровождавшими «Штуки» к Аламейну. Сначала пилоты JG27 атаковали группу из 11 английских бомбардировщиков, сопровождаемых Кёртиссами, и сбили 5 истребителей (лейтенант Фридрих Кёрнер — 2, лейтенант Карл фон Лирес унд Вилькау, обер-фельдфебели Хайдель и Шульце — по одному). Затем Кёрнер сбил ещё один Кёртисс, который входил во вторую встреченную группу самолётов союзников.

На следующий день, несмотря на снижение активности боёв, истребители JG27 сбили 7 самолётов.

3 июля I./ и III./JG27 действовали с аэродрома Бир Мумин Бусак (Bir Mumin Busak).

Вскоре после взлёта по тревоге 4 июля, пятёрка Bf.109 из I./JG27 была атакована сверху примерно десяткой Харрикейнов из 1 sqn. SAAF. Один из немецких самолётов был подбит и его пилот, спасая жизнь, выпрыгнул и попал в плен. Это был лейтенант Фридрих Кёрнер из 2./JG27, который на этот момент сбил 36 самолётов в Африке. 6 сентября он был награждён Рыцарским крестом. В этот же день пилоты JG27 заявили о 7 сбитых самолётах союзников, четыре из которых сбил лейтенант Ганс-Арнольд Штальшмидт.

5 июля в полдень произошёл бой между Мессершмиттами из JG27 и Спитфайрами из 601 sqn. По одному английскому истребителю сбили лейтенант Вильгельм Шайтер (III./JG27), гауптман Людвиг Францискет (I./JG27) и обер-фельдфебель Эмиль Клод (II./JG27).

6 июля принесло JG27 6 побед в воздухе, две из которых одержал лейтенант Вернер Шроер.

На рассвете 7 июля пара Мессершмиттов Bf.109 из I./JG27, патрулировавшая рядом с аэродромом, перехватила одиночный биплан. После непродолжительного боя лейтенант Ганс-Арнольд Штальшмидт из 2./JG27 сбил его. Он был записан на его счёт как Гладиатор, возможно, это был Фейри Альбакор, возвращавшийся с ночного вылета, но представляется более вероятным, что это был итальянский CR.42! По причине постоянных налётов англичан, I./JG27 перебазировались в Турбию (Turbiya), дальше от линии фронта по отношению к текущему его положению.

Вскоре после 11:30 8 июля лейтенант Ганс-Арнольд Штальшмидт сбил три Харрикейна, доведя свой счёт до 30 (а к середине августа добавил ещё 17 побед, чтобы заработать себе Рыцарский крест). Английские пилоты, однако, быстро отомстили за своих товарищей. В полдень 31 Киттихок атаковал группу «Штук», сопровождаемую I./ и III./JG27. Они сбили 3 Мессершмитта и 2 Юнкерса. Лейтенант Хоффман был ранен, фельдфебель Мараун (Maraun) приземлился аварийно на немецкой территории. Лейтенант Карл Кугельбауэр (Karl Kugelbauer) был ранен в грудь и правую руку. Пуля, попавшая ему в грудь, перебила правый парашютный ремень. Несмотря на ранения, Кугельбауэр смог покинуть самолёт и открыть парашют. Резкий рывок при открытии парашюта привёл к тому, что его вырвало из левого ремня. Потеряв парашют, Кугельбауэр камнем упал вниз. Его похоронили у дороги на Эль-Дабу.

9 июля днём 8 Bf.109 из I./JG27 атаковали шестёрку американских Либерейторов над морем. Фельдфебель Гюнтер Штайнхаузен из 1./JG27 сбил один четырёхмоторный бомбардировщик, ставший второй победой JG27 над B-24. Одна из шести машин ВВС США, отправленных для атаки на колонну Оси, B-24D «Eager Beaver» пылающая в огне упала в море. Бомбардировщик стал 34-й победой Штайнхаузена. Его общее число составляло 40, когда он сам погиб во время воздушного боя к юго-востоку от Эль-Аламейна 6 сентября. Повышение в должности до лейтенанта и награждение Рыцарским крестом были уже посмертными.

Вечером III./JG27 перебазировалась на Квотайфию (Quotaifiya), расположенную почти на самом морском побережье. Высокий каменистый берег с многочисленными пещерами и выступами был идеальной защитой от налётов союзников. Все аэродромы, занятые JG27, находились в пределах 6 км. Несмотря на суровые и примитивные условия жизни в пустыне, немецкие пилоты стремились сделать свою жизнь комфортной настолько, насколько могли. Между эскадрильями постоянно шло соревнование на наиболее красивую палатку. Вокруг штабов были разбиты каменные сады, а у первой Группы даже росли помидоры. Кинотеатр, носящий гордое имя «Глория-Пэлэс», снова был открыт. Через несколько дней появился и «конкурирующий кинотеатр» — «Wüstenkino Kairo West» (пустынный кинотеатр «Западный Каир») — с баром, в котором были столы и табуретки и даже 2 кресла. Радио, телефон и электрическое освещение были другими символами роскоши на новых местах квартирования. Для посетителей было открыто «Кафе Шюрман». Другой местной знаменитостью стал негр Матиас, который прибыл из Йоханнесбурга и отлично говорил по-немецки. Будучи однажды раненым, он попал в плен, и как-то раз Марсель забрал его из госпиталя, чтобы он стал его денщиком. Матиаса вскоре полюбили все члены JG27, и он был не только денщиком, но и барменом, мойщиком и поваром. Когда бои в Африке подошли к концу, он остался с JG27 и отбыл во Францию. В конце войны он попал в плен французским партизанам, которые расстреляли его.

Раз в две недели на аэродромы приезжал грузовик из Дерны, в 120 км отсюда, гружёный свежими продуктами. И правда, ежедневные однообразные консервы были настоящим мучением для пилотов. Дневник JG27 упоминает, в частности, факты охоты на шакала, который обеспечил людей мясом для жарки. Овцы и козы, принадлежащие кочующим арабам повсюду вокруг, были наиболее желанным лакомством, но местные просили за них такие астрономические деньги, что интендант не мог этого позволить.

Тем временем армии Оси были наконец-то остановлены и 10 июля англичане, силами 9-й австралийской дивизии, начали местное контрнаступление на северном участке фронта. Это отразилось на воздушной активности. Утром звено Мессершмиттов из II./JG27, выполняя разведывательный полёт, столкнулось с группой из 21 Харрикейна. Располагая лишь одним исправным пулемётом, обер-лейтенант Рудольф Зиннер сбил английский самолёт (9-я победа). Незадолго до 11:00 15 Bf.109 из II./JG27, эскортировавшие «Штуки», были атакованы группой Харрикейнов. Обер-лейтенант Густав Рёдель сбил три самолёта и по одному фельдфебели Штиглер и Штайс (Steis), обер-лейтенант Фердинанд Вёгль, обер-фельдфебель Герберт Кренц и лейтенант Шёфбёк (Sсhöfböck). Вскоре после этого английские истребители-бомбардировщики неожиданно атаковали аэродром II./JG27. От их огня погибли унтер-офицер Гётц (Götz), ефрейторы Глазер (Glaser) и Кесслер (Kessler), а ещё 2 пилота были ранены.

Вскоре после полудня 6 Мессершмиттов Bf.109 из I./JG27 сопровождали Юнкерсы Ju.88 и были атакованы Харрикейнами. Лейтенант Ганс-Арнольд Штальшмидт сбил 3 вражеских самолёта, а лейтенант Карл фон Лирес унд Вилькау — 1. Час спустя патрулирующая пятёрка из III./JG27 предотвратила очередную атаку Киттихоков на немецкие аэродромы. Лейтенант Шёфбёк сбил 2 Кёртисса, а обер-фельдфебель Розенберг (Rosenberg) — один.

11 июля 30 «Штук» сопровождались 28 Мессершмиттами из JG27 и были атакованы почти 40 английскими истребителями. Пилоты союзников сбили 2 пикировщика, а затем были вынуждены завязать бой с истребителями эскорта. В этом бою пилоты JG27 одержали 8 побед. Унтер-офицер Дикс (Dix) из II./JG27 получил очередь в радиатор и приземлился на территории, контролируемой англичанами. Дикс попал в плен. Возвращаясь на аэродром, командир 5./JG27 обер-лейтенант Эрнст Бёрнген (Borngen) заметил одиночный Юнкерс Ju.88, атакованный десяткой английских истребителей. Бёрнген приказал своему ведомому сомкнуть строй и направился на подмогу. Атака пары Мессершмиттов была для англичан внезапной — они рассеялись по всему небу. Пилот бомбардировщика поспешно воспользовался ситуацией и покинул место боя. Тем временем, англичане оправились от первоначального удивления и оба немца оказались в затруднительном положении. После боя, длившегося несколько минут, самолёт Бёрнгена получил попадания в двигатель, который почти сразу остановился. Немецкий пилот выполнил отвесное пикирование и смог таким образом уйти от преследователей. После того, как он несколько минут планировал, он увидел аэродром Эль-Даба на горизонте. Аварийная посадка получилась очень жёсткой и Мессершмитт оказался почти полностью разбит. Бёрнгену же опять повезло — он отделался сотрясением мозга и несколькими поверхностными ранениями. Прежде чем пилота доставили на осмотр в госпиталь, медик и санитары группы выпили с ним несколько стопок за его чудесное «воскрешение». Когда Бёрнген и медик группы наконец заявились в госпиталь, сестра в регистратуре ужаснулась и немедленно сообщила психиатру: «Сэр, там какой-то чокнутый лейтенант и медик истребительной группы снаружи. Оба в стрельку пьяны.»

13 июля примерно в 11:00 лейтенант Вернер Шроер сбил 3 Харрикейна, защищая родной аэродром. Эскортируя «Штуки» командир 6./JG27 обер-лейтенант Рудольф Зиннер (10-я победа) и унтер-офицер Монска сбили по Кёртиссу примерно в 13:25. В вечерних боях пилоты JG27 снова одержали несколько побед. Обер-лейтенант Фердинанд Вёгль сбил 2 Спитфайра, а обер-лейтенант Бош (Bosch) и гауптман Эрнст Дюльберг по одному Харрикейну. Адъютант эскадры гауптман Эрнст Дюлберг продолжил традицию, начатую ещё во времена битвы за Британию и Балканской кампании, одержав первую и единственную победу Штаба эскадры за всю кампанию в Северной Африке.

На следующий день в утреннем вылете истребителей-бомбардировщиков из III./JG27 погиб в бою фельдфебель Карл Вайбель (Karl Waibel). Перед обедом произошло несколько столкновений с участием JG27, в которых они побеждали трижды. Лейтенант фон Тигерстрём (Tigerström) из I./JG27 разбил самолёт, попытавшись выполнить аварийную посадку неподалёку от итальянских пехотных позиций.

15 июля в 19:55 фельдфебель Штайс из II./JG27 сбил Кёртисс.

16 июля лейтенант Ганс-Арнольд Штальшмидт из I./JG27 сбил 2 Харрикейна из 127 sqn. RAF. Вечером, когда отгоняли Томахоки, атаковавшие группу «Штук», лейтенант Вернер Шроер сбил Кёртисс.

На следующий день в полдень состоялась грандиозная воздушная битва, когда 2 эскадрильи Харрикейнов атаковали 30 Юнкерсов Ju.87 из III./StG3, сопровождаемые 29 Мессершмиттами Bf.109 из JG27. Несколько английских истребителей смогли проломить оборону Мессершмиттов и два пикирующих бомбардировщика пали от их огня. Немецкие пилоты заявили 5 побед.

18 июля вечером лейтенант Ганс Реммер из I./JG27 заставил пилота Харрикейна петти-офицера Райдера (Ryder) из 274 sqn. RAF, приземлиться на аэродроме Мумин Бусак.

На следующий день, 19 июля, армия Роммеля прекратила наступление. В Африканском корпусе осталось только 28 исправных танков. Около 10:00 десятка Bf.109 из II./JG27 атаковала группу Харрикейнов. Обер-лейтенанты Густав Рёдель и Рудольф Зиннер (14-я — 15-я победы), а также обер-фельдфебель Герберт Кренц сбили по 2 английских истребителя каждый, а обер-фельдфебель Эмиль Клод ещё один.

20 июля в полдень четвёрка Bf.109 из II./JG27 атаковала 12 Харрикейнов из 33 sqn. RAF. Обер-лейтенант Рудольф Зиннер сбил один (16-я победа).

21 июля англичане получили приказ на контрнаступление, и в результате боёв произошло оттеснение немецких сил к египетской границе. Утром I./JG27 потеряла 3 самолёта. Из-за проблем в системе охлаждения самолёт обер-лейтенанта Зана (Zahn) загорелся в воздухе. Зан попытался приземлиться, но разбил самолёта и сгорел в обломках. Самолёт лейтенанта Ганса-Арнольда Штальшмидта был повреждён зенитным огнём и выполнил аварийную посадку южнее Сиди-Абд-эль-Рахман. Фельдфебель Герлицки (Gerlitzki) посадил самолёт на брюхо неподалёку от своего аэродрома, разбив самолёт. В ходе посадки он получил тяжёлые ранения и попал в госпиталь. В 18:55 случился бой между английскими истребителями и 17 машинами из II./JG27. Счёт обер-лейтенанта Рёделя возрос на 4 сбитых, обер-лейтенанта Рудольфа Зиннера — на 2 (17-18-я победы) и по одному у обер-фенриха Кинча, обер-фельдфебеля Герберта Кренца (Krenz) и фельдфебеля Вюршингера (Würschinger).

22 июля англичане продолжили контрнаступление, достигнув небольших успехов в отвоевывании территории, однако ценою больших потерь в людях и вооружении. В 09:25 лейтенант Ганс-Арнольд Штальшмидт сбил Киттихок из 112 sqn. RAF.

24 июля английское контрнаступление выдохлось. Незадолго до 09:00 шесть патрулирующих Bf.109 из III./JG27 увидели пару транспортников Бристоль Бомбей над английским аэродромом Дир-Эль-Монас (Deir el Monas). Оба были сбиты огнём лейтенанта Шёфбёка. Через 40 минут обер-лейтенант Рудольф Зиннер (19-я победа) и унтер-офицер Бернд Шнайдер сбили по Кёртиссу.

С 25 июля напряжение на Североафриканском фронте стало стихать. Обе стороны были изнурены и ждали пополнений и замен.

27 июля в полдень 12 Bf.109 из I./JG27 сопровождали «Штуки», когда увидели 10 Харрикейнов из 213 sqn. RAF. 3 самолёта сбил гауптман Герхард Хомут и по одному лейтенант Ганс-Арнольд Штальшмидт и фельдфебель Бербен (Berben).

В конце июля первые Мессершмитты Bf.109G начали поступать в Африку на замену Bf.109F, использовавшихся до сих пор. Англичане также повсеместно вводили новую технику — в основном Спитфайры и бомбардировщики «Балтимор» Mk.III. Конец июля 1942 года характеризовался низкой воздушной активностью в Африке. Только 3 августа произошло несколько значительных воздушных боев. Вечером обер-фельдфебель Эмиль Клод сбил один Спитфайр из 145 sqn. RAF, в то время как обер-лейтенант Рудольф Зиннер (22-23-я победы) и обер-фельдфебель Герберт Кренц сбили 2 и 1 Харрикейн соответственно.

7 августа патруль Bf.109 I./JG27 повстречал 14 английских истребителей над Средиземным морем. Гауптман Герхард Хомут сбил 2 самолёта, а лейтенант Ганс Реммер один Харрикейн из 274 sqn. RAF. В 16:18 шесть Bf.109 из 5./JG27, ведомые обер-фельдфебелем Эмилем Клодом, были подняты на перехват. Через несколько минут одна пара Мессеров обнаружила транспортный Бристоль Бомбей из 216 sqn. RAF на высоте около 150 м. Он выполнял ежедневный рейс из Гелиополиса, чтобы забрать раненых с фронта для перевозки обратно в больницу в Каире. Однако на одной посадочной площадке 18-летнему пилоту Бомбея сержанту Джеймсу было приказано ожидать специального пассажира. Им оказался генерал-лейтенант Готт, который всего несколько часов назад был назначен командующим 8-й армией, и теперь ему нужно было вернуться в Каир для срочной встречи. Вместо того, чтобы лететь на оговорённых 15 метрах, во избежания внимания истребителей Оси, пилот решил подняться на 150 м из-за перегрева двигателя. Это было его ошибкой. Первый проход Клода заставил неуклюжий Бомбей упасть в пустыне к юго-востоку от Александрии. Некоторые из членов экипажа и пассажиров попытались покинуть все ещё движущуюся машину. Все, кроме одного из оставшихся внутри, включая Готта, были убиты, когда унтер-офицер Бернд Шнайдер совершил проход, чтобы добить поражённую машину. Генерал-лейтенант Готт был самым высокопоставленным британским солдатом, погибшим от воздействия противника во Второй мировой войне. Его смерть привела к поспешному назначению заместителя командира 8-й армии — ранее неизвестного Бернарда Ло Монтгомери. Бомбей стал единственной заявкой эскадрильи 5./JG27 за две недели с 4 по 19 августа.

За тот же период все, что 6./JG27 удалось сбить, было парой Киттихоков.

В то же время, 4.-я эскадрилья II.-й Группы — или, если быть точнее, только одно Звено из её состава — подала за то же время заявки на уничтожение не менее 59 истребителей союзников! Это огромное расхождение в цифрах и отсутствие каких-либо свидетелей, кроме как самих членов Звена, породили серьёзные подозрения. Но вместо того, чтобы довести дело до более точного разбирательства и, возможно, чтобы избежать подвергнуть сомнению и дурной славе остальную часть Группы, было решено просто расстаться с дискредитировавшим себя звеном. Прошло два месяца, прежде чем бывший лидер звена объявил о своей следующей победе, а один из его унтер-офицеров исчез 19 августа над Средиземным морем «по неизвестным причинам» (некоторые предположили, что он сознательно решил разбиться в море, а не столкнуться с обвинениями в заявке ложных побед и, возможным трибуналом). Другие двое, однако, продолжали одерживать законные и подтверждённые победы.

Ранним утром 19 августа поднятое по тревоге звено I./JG27 перехватило одиночный Бофайтер у Сиди-Баррани. В 08:03 самолёт был сбит унтер-офицером Винклером (Winkler). Полчаса спустя Bf.109 из II./JG27 столкнулись со Спитайрами и обер-фельдфебель Карл-Гейнц Бендерт сбил два самолёта, а обер-лейтенант Фердинанд Вёгль — один.

22 августа Марсель вернулся из командировки. В тот же день, в полдень, пятёрка Bf.109 из I./JG27 сразилась с дясятью Спитфайрами из 601 sqn. RAF и обер-фельдфебель Гюнтер Штайнхаузен сбил один самолёт.

23 августа, примерно в 08:30, поднятые по тревоге звенья из I./ и II./JG27 сразились с английскими истребителями и лейтенант Ганс-Арнольд Штальшмидт сбил Киттихок.

27 августа в 08:30 6 Bf.109 из I./JG27 атаковали Киттихоки из 112 sqn. RAF. Один английский самолёт был сбит лейтенантом Гансом Реммером, а другой обер-фельдфебелем Штефаном (Stephan).

29 августа над Средиземным морем состоялось несколько боев. Сначала обер-фельдфебель Гюнтер Штайнхаузен расстрелял и поджёг английский моторный катер, а позже обер-лейтенант Унтербергер (Unterberger) сбил Харрикейн из 238 sqn. RAF, сопровождавший английский торпедный катер. Час спустя фельдфебель Торфер (Torfer) из II./JG27 сбил Киттихок, сопровождающий английский прибрежный конвой. Незадолго до полудня Bf.109 из II./JG27 перехватили Киттихоки 450 sqn. RAF, не дав им атаковать немецкую колонну снабжения. Унтер-офицер Бернд Шнайдер сбил Кёртисс. Командир I./JG27 гауптман Герхард Хомут сбил ещё 2 Киттихока.

В то же время жизнь III./JG27 в Quasaba в августе была менее шумной. Только три Киттихока были добавлены к счёту Группы, и большая часть месяца была задействована на патрулирования над прибрежными конвоями. 10.(Jabo)/JG27, которая в начале июля совершала налёты истребителями-бомбардировщиками на цели, находящиеся далеко от Александрии, теперь использовалась против стоянок машин и огневых точек, расположенных ближе к фронту. В конце августа эскадрилья была выделена из состава из III./JG27, чтобы стать частью автономной JaboGruppe Afrika.

Пик и пропасть![править | править код]

31 августа 1942 года — день, когда Роммель начал очередное наступление. Его войска атаковали по всему фронту. Боевая активность в воздухе возросла снова. Первую победу в воздухе одержал лейтенант Эмиль Кайзер из I./JG27, сбивший бомбардировщик Бостон над Бург-эль-Араб (Burg el Arab). Примерно в 10:20 40 Штук из II./StG3, сопровождаемые 21 Bf.109 и несколькими итальянскими Макки MC.202, были атакованы двумя эскадрилиями Харрикейнов. 2 Юнкерса Ju.87 были сбиты. Марсель сбил 2 Харрикейна — пилот одного из них успел выпрыгнуть. В 11:30 10 Bf.109 из II./JG27 атаковали группу из 23 Харрикейнов. Командир 6./JG27 обер-лейтенант Рудольф Зиннер сбил один истребитель (26-я победа). Следующая битва состоялась только в 18:50, когда 35 Мессершмиттов из всех трёх групп JG27 и III./JG53 сопровождали 20 Юнкерсов Ju.87, и были атакованы истребителями. Спитфайр подбил самолёта фельдфебеля Нидерхёфера — пилот приземлился аварийно на немецкой территории. Через несколько минут зенитный огонь сбил командира 7./JG27 обер-лейтенанта Германа Тангердинга (Hermann Tangerding). Пилот, на счету которого было 11 побед, погиб.

1 сентября пехота Роммеля оказалась втянута в тяжёлые бои. Защищённые окопами и очень хорошо подготовленные английские части не позволили немцам прорвать фронт.

В этот день ведомым Марселя был обер-лейтенант Йозеф Шланг (Josef Schlang). Обычно летал обер-фельдфебель Райнер Пёттген (Rainer Pöttgen), которого товарищи по отряду с некоторого времени называли «Летающий счётчик Марселя», и который теперь должен был отбыть обратно в Германию. Основной задачей Пёттгена обычно была запись и отмечание мест падения на землю вражеских самолётов, сбитых его ведущим.

Личный состав собрался вокруг Марселя. Они не пытались скрыть своё восхищение, разглядывая высшие военные награды обер-лейтенанта. Марсель смотрел по сторонам и улыбался Маттиасу, своему чернокожему денщику. Он посмотрел на часы: «Пора!» — и облокотился на самолёт, стоящий поблизости.

Через несколько минут механики спрятали лица от облаков пыли, поднятых взлетающими Мессершмиттами. Вскоре истребители исчезли за горизонтом. Мессершмитты встретились с группой пикировщиков Ju.87 Штука. Ещё через несколько минут после встречи пикировщики выполнили задачу и вся группа направилась домой, когда в наушниках раздался голос Марселя: «Индейцы слева выше!»

Как обычно, он первым заметил противника. На этот раз это были 10 Харрикейнов (немцы определили их как Кёртиссы) и 6 Спитфайров. «Эльбе 1 (позывной Марселя) Атакую!» — Мессершмитт Bf.109F «жёлтая 14» перевернулся через правое крыло и упал в пике на замыкающий Харрикейн. На крыле английского самолёта были видны вспышки попаданий, а потом весь самолёт охватило пламя. Подбитый самолёт перевернулся через крыло и, пылая, упал на землю. Ведомый Марселя, обер-лейтенант Шланг, посмотрел на часы и запомнил: время сбития — 08:26, место сбития — 18 км юго-западнее Имаида (Imayid).

Скоро Шланг снова услышал голос своего лидера в наушниках: «Смотри!». Он оглянулся и увидел, как другой Харрикейн с дымовым хвостом тянет вниз к земле. Марсель выровнял самолёт и начал набор высоты. Оба Мессершмитта вернулись обратно к Штукам. Вскоре одиночный Харрикейн появился неподалёку от бомбардировщиков. Прежде чем он успел добраться до Юнкерсов, Bf.109 Марселя была у него сзади. От короткой очереди английский истребитель взорвался. Было ровно 08:35.

Оба истребителя вновь вернулись к Штукам. Через несколько минут Марсель услышал предупреждение Шланга: «Смотри, Спитфайры!». Он оглянулся назад. 6 истребителей RAF приближались, имея преимущество по высоте. Но Мессершмитты все ещё были вне дистанции их огня. Марсель решил удивить противника и спокойно летел прежним курсом. Шланг был поблизости позади.

Глядя назад, Марсель осторожно наблюдал за поведением врагов. Первый Спитфайр открыл огонь, но дистанция по-прежнему была велика, и очередь не попала в цель, не долетев несколько десятков метров. Теперь Спитфайры были менее чем в 200 метрах, и был виден огонь, пляшущий на передних кромках их крыльев. Мгновенно Марсель сделал переворот через левое крыло, а Шланг последовал за ним. Спитфайры проревели за хвостом у Мессершмиттов, которые, завершив разворот, оказались на хвосте у врагов. Марсель зажал гашетку, отправив к земле один из Спитфайров.

В 09:05 Bf.109 вернулись на Квотайфию. Один самолёт пропал без вести — фельдфебель Карл-Гейнц Бербен (Karl-Heinz Berben) был сбит в бою над Имаидом и числился пропавшим без вести.

В этом вылете Марсель сбил 4 самолёта, использовав только 80 снарядов 20-мм пушки и 240 патронов к 7,92-мм пулемётам.

В это время приземлились самолёты II./JG27, которые участвовали в тяжёлом бою с 80 английскими истребителями. Немцы одержали 3 победы — 2 Кёртисса пошли на счёт обер-лейтенанта Рудольфа Зиннера (28-29-я победы) и один — обер-лейтенанта Густава Рёделя. Обер-фельдфебель Герберт Кренц (Herbert Krenz), одержавший в воздухе 11 побед, был сбит Спитфайром и числился пропавшим без вести.

Пока механики спешно готовили самолёты к следующему вылету, пилоты давали отчёты на командном пункте. В 10:20 Квотайфия вновь услышала рёв моторов Даймлер-Бенц, работающих на максимальной мощности. В этот раз в воздух поднялись 12 истребителей из I./JG27 и 8 из II./JG27, направленные на сопровождение Штук в район Алам-Эль-Хайфы (Alam El Haifa). Целью бомбардировщиков стала английская колонна снабжения.

Неподалёку от цели на высоте 4000 м немецкие самолёты были перехвачены двумя группами Кёртиссов общей численностью около 30 самолётов. Одна из них, состоящая из 12 самолётов, на полной скорости атаковала пикировщики. Однако, Мессершмитты из 3./JG27 под руководством Марселя встали на их пути. Не тратя время на размышления, англичане прервали атаку и сформировали защитный круг. Марсель уровнял скорость с самым медленным из кружащих соперников и присоединился к воздушной карусели. Великолепный манёвр был исполнен так быстро, что пилот Кёртисса не успел понять, что произошло, как уже летел к земле, объятый пламенем. В ту же минуту второй разделил судьбу своего товарища. Англичане потеряли самообладание, расстроили группу и рассыпались по небу. Но Марсель был уже над очередным Кёртиссом. В 10:58 обер-лейтенант послал к земле третьего противника. Англичане начали отходить на восток, но «Звезда Африки» («Der Stern von Africa» — прозвище обер-лейтенанта Марселя в люфтваффе) не унимался. Минуту спустя четвёртый Кёртисс загорелся после попадания в фюзеляж. В следующие 2 минуты пятый истребитель взорвался в воздухе, получив пушечную очередь в топливный бак.

Марсель оглядел небеса и увидел вторую группу английских самолётов, летящую выше его Мессершмитта на несколько сотен метров. Потянув ручку газа на себя, он выполнил плавный левый поворот с набором высоты и открыл огонь. Кёртисс окутался дымом и скользнул к земле. Шестая победа в одном вылете! Марсель присоединился к другому самолёту из своего отряда и набрал высоту, продолжая лететь к английским позициям. В это время очередная эскадрилия Кёртиссов показалась на востоке. Перейдя в пике, Марсель поймал в прицел ближайшего врага. От короткой очереди Кёртисс взорвался. Обер-лейтенант Шланг выстрелил в другой Кёртисс, но его расчёты были неточны, и очередь прошла мимо хвоста противника. Марсель слегка изменил курс, подкорректировал прицел и нажал на гашетку в 80 метрах от противника. Кёртисс споткнулся в воздухе, наклонился носом вниз и круто пошёл к земле. Через минуту ещё один Кёртисс был уничтожен лейтенантом Гансом Реммером (Hans Remmer) из I./JG27. Единственной потерей JG27 стал Мессершмитт, пилотируемый фельдфебелем Фритцем Гаром (Fritz Gahr) из 7./JG27.

В 11:30 немецкие истребители вернулись на аэродром. По стечению обстоятельств в этот момент там же оказался командующий люфтваффе в Африке, фельдмаршал Альберт Кессельринг (Kesselring Albert) и он первый поздравил Марселя с восемью победами в одном вылете.

В полдень JG27 совершила свой четвёртый вылет в ходе дня. По причине взрыва покрышки на взлёте его самолёта, Марсель не смог полететь на этот раз. Мессершмитты вернулись через час. Три самолёта не вернулись, выполнив аварийные посадки на своей территории. Фельдфебель Вальтер Финк (Walter Fink) из 7./JG27 сбил Спитфайр севернее Амрии (Amriya).

В 17:00 Квотайфия опять заполнилась облаками пыли от 21 взлетевшего Мессершмитта из JG27. Они сопровождали Ju.88 к целям около Имаида. Вскоре немецкая группа была атакована 15 вражескими истребителями. На этот раз англичане атаковали неожиданно и сразу сбили один Юнкерс из LG1, экипаж которого смог спастись на парашютах. Почти сразу же Мессершмитты I./JG27 контратаковали. В 17:46 обер-фельдфебель Гюнтер Штайнхаузен сбил Харрикейн, а минуту спустя Марсель занёс на свой счёт ещё один Кёртисс. Но это было только начало. За 8 минут англичане потеряли 9 самолётов, пять из которых сбил Марсель, доведя количество побед в этот день, 1 сентября 1942 года, до 17!

Вечером, когда все пилоты 3./JG27 отправились в «Глория Пэлэс» — полевой кинотеатр — на просмотр фильма «Танец с императором», тишина была нарушена криком дневального: «Обер-лейтенанта Марселя к телефону. Фельдмаршал Кессельринг!» Фельдмаршал был восхищён его достижениями и поздравлял с 17 победами. Многие, в том числе пилоты RAF, участвовавшие в войне в пустыне, ставят под сомнение обоснованность претензий Марселя на 17 истребителей союзников, заявленных им 1 сентября (это достижение было превзойдено только Эмилем Лангом на восточном фронте — 18 побед за день). Послевоенные исследования не смогли идентифицировать все 17 предполагаемых жертв Марселя. Это доказывает хотя бы то, что хотя он и утверждал, что все они, кроме одного (Спитфайр), были Киттихоками, по крайней мере половина из них была фактически Харрикейнами. Хотя, возможно, два, а может быть даже целых четыре противника Марселя на самом деле не были уничтожены, победы, которые он одержал 1 сентября во время своих трёх боевых вылетов к востоку от Эль-Аламейна, сделали это день лучшим днём в его карьере.

Всего 1 сентября 1942 года немецкие пилоты сбили 26 английских самолётов.

Утром 2 сентября Марсель сбил 3 английских истребителя, а Карл-Гейнц Бендерт один. Обер-лейтенант Вильгельм Шайтер (Wilhelm Scheiter) из III./JG27 был сбит над английской территорией. Пилот выжил, но попал в плен. В 14:25 14 Ju.87 из II./StG3, сопровождаемые 8 Bf.109 из III./JG27 и 6 из II./JG27, были атакованы 24 Харрикейнами из 127 и 274 sqn. Английские самолёты сломали оборону немцев. Штуки сбросили бомбы не доходя до цели и развернулись на базу. Три были сбиты над немецкой территорией. Унтер-офицер Крайник (Krainik) из III./JG27 сбил одного из нападавших. После 16:15 3 Мессершмитта из I./JG27 сопровождали разведчик над северной частью фронта. Они повстречались примерно с 40 английскими Киттихоками. Марсель сбил двоих. Пять заявок за день увеличили счёт обер-лейтенанта Марселя до 126, что принесло ему Бриллианты. По этому случаю не было немедленного вызова в Берлин. И ко времени объявления о награждении 4 сентября, его общее количество побед уже возросло до 132.

Через 40 минут противотанковая версия Харрикейна, сопровождаемая 2 истребительными эскадрильями, была атакована шестёркой Bf.109 из I./JG27. Гауптман Герхард Хомут и лейтенант Ганс-Арнольд Штальшмидт сбили по одному. В 18:00 11 Bf.109 из II./JG27 столкнулись с несколькими Спитфайрами и Харрикейнами над линией фронта. Обер-фельдфебель Эмиль Клод сбил один Спитфайр. Вечер закончился захватом территорий и тяжёлыми людскими и техническими потерями. Роммель получил приказ остановить наступление.

3 сентября 1942 года английские войска в Африке начали контрнаступление в районе Алам-Эль-Хайфы, заставив силы оси начать отступление. Интенсивность воздушных боёв стремительно возросла: экипажи JG27 выполнили 139 вылетов, сбив 18 самолётов союзников. 6 из них пошли на счет обер-лейтенанта Марселя (127-132-я победы), а его друг лейтенант Ганс-Арнольд Штальшмидт сбил 5. Ниже приводится выдержка о событиях того дня из его письма родителям:

«Сегодняшний бой был чрезвычайно тяжелым. И в то же время он продемонстрировал такой уровень взаимовыручки и товарищества, какого я не видел в воздушных боях до сих пор. И я, и Марсель надолго запомнят его.

В первом бою нам противостояло примерно 40 Харрикейнов и Кёртиссов. А потом ещё 20 Спитфайров, патрулировавших выше, начали пикировать на нас. Нас было лишь 8, среди бешеного кружения вражеских истребителей. Я спасал свою жизнь, но несмотря на подавляющее преимущество противника, не пытался выйти из боя. Я не мог. Другим могла пригодиться любая помощь. Я бросал самолёт из стороны в сторону серией резких виражей пока около рта у меня не образовалась пена, а сам я был на пределе истощения. Как только я уходил от одного вражеского истребителя, на хвосте уже оказывался другой. 3-4 раза я пытался уйти пикированием, но каждый раз брал ручку на себя и возвращался в бой. Один раз, когда мой Мессершмитт летел уже на пределе своих возможностей, я увидел, как ко мне приблизился Спитфайр. В последний момент Марсель догнал его и сбросил с моего хвоста. Я спикировал и снова набрал высоту. Выше я увидел Спитфайр на хвосте Bf.109 Марселя, примерно в 50 метрах. Я осторожно прицелился и нажал гашетку. Пламя вырвалось из мотора Спитфайра и он полетел вниз и разбился в пустыне. В это же мгновение я получил попадание и пикированием ушел к земле. Затем Марсель и я вышли из боя.

В плане воздушного боя мы показали образцовый результат. Каждый из нас заявил по три победы. Марсель к этому времени уже сбил 3 самолёта утром. Мы выбрались из наших Bf.109-х полностью вымотанными. Самолёт Марселя получил попадание из пушки, а у меня насчитали 11 пулеметных пробоин. Мы в полной тишине обнялись, не в силах сказать ни слова. Не было слов описать то, что мы сделали друг для друга. Без своевременного вмешательства Марселя я почти наверняка был бы сбит. То же и с ним. Для нас обоих это был незабываемый момент товарищества…»

2 дня спустя, 5 сентября 1942 года 39 Bf.109 из I. и II./JG27 выполняли сопровождение Штук, а после приступили к «свободной охоте» над линией фронта, встретив при этом несколько групп вражеских истребителей. Обер-лейтенант Марсель сбил 3 Кёртисса, несмотря на то, что его пушку заклинило. Лейтенант Ганс-Арнольд Штальшмидт и гауптман Густав Рёдель вернулись на базу, одержав 2 и 3 победы соответственно. Вскоре после того, как бой закончился, обер-лейтенант Вольфганг Бургер (Wolfgang Burger) из 5./JG27 доложил, что у него проблемы с двигателем и он прыгает с парашютом. Парашют не раскрылся и немецкий летчик погиб.

На следующий день 2 звена из I./JG27 повстречали большую группу английских самолётов юго-восточнее Эль-Аламейна. В последовавшем бою были сбиты 8 английских истребителей (лейтенант Карл фон Лирес унд Вилькау сбил четыре самолёта, обер-фельдфебель Гюнтер Штайнхаузен, унтер-офицер Бекер (Becker), фельдфебель Кепплер (Keppler) и унтер-офицер Винклер (Winkler) — по одному). В этом бою немцы сами лишились 2 пилотов: обер-ефрейтор Ханс Бентин (Hans Benthin) попал в плен, а обер-фельдфебель Гюнтер Штайнхаузен числился пропавшим без вести. Штайнхаузен в боях над пустыней одержал 40 побед и 21 августа 1942 года был награждён немецким крестом в золоте. Посмертно он был произведен в лейтенанты и награждён Рыцарским крестом 3 ноября 1942 года.

В полдень пилоты I./JG27 сразились с 20 истребителями Кёртисс. Марсель сбил 4 самолёта, а лейтенант Ганс-Арнольд Штальшмидт один — это была его 59 победа. 7 сентября 1942 года в 13:50 звено из I./JG27, возглавляемое Штальшмидтом, взлетело на «свободную охоту». Из четырёх взлетевших машин только одна вернулась в Квотайфию в 14:40. Пилот доложил, что звено было неожиданно атаковано тремя эскадрилиями Спитфайров в 30 км юго-восточнее Эль-Аламейна. Через 10 минут на аэродроме приземлился второй Мессершмитт. Вскоре последовал телефонный звонок из одной из пехотных частей, после которого стало известно, что лейтенант Карл фон Лирес унд Вилькау совершил аварийную посадку на немецкой территории. В то же время, не было никакой информации о судьбе Штальшмидта. Он был одним из наиболее выдающихся пилотов части не только из-за количества побед — 59 сбитых в 400 боевых вылетах, но и по причине своего замечательного чувства юмора и дружеского настроя. Посмертно его произвели в обер-лейтенанты и наградили Дубовыми листьями к Рыцарскому кресту.

Марсель отомстил за смерть своего друга вечером того же дня, сбив 2 английских истребителя. В том же бою гауптман Герхард Хомут одержал одну победу. Очередные 2 победы Марсель одержал 11 сентября 1942 года. В этот день звено Bf.109 из III./JG27, оборудованных подвесными баками, атаковали аэродром Фаюм (Fayum), находящийся далеко за линией фронта. Унтер-офицер Крайник (Krainik) и фельдфебель Финк (Fink) уничтожили по одному бомбардировщику Бостон на земле, в то время как унтер-офицер Груббер (Grubber) сбил учебно-тренировочный NA-64 Гарвард, заходящий на посадку. Мгновение спустя уже самих немцев атаковала пара Харрикейнов из 127 sqn. Вальтер Финк поспешно посадил свой самолёт, после того, как получил попадания в радиатор. Немецкий летчик попал в плен.

15 сентября 1942 года стал днем напряженных воздушных боев. В нескольких вылетах пилоты JG27 заявили о 19 сбитых Кёртиссах и одном Спитфайре. Марсель сбил 7 самолётов противника (все они определены как «P-46» — ошибочное обозначение, присеваемое пилотами JG27 Киттихаукам), доведя свой счет до 151 победы. На это время лишь 2 пилота люфтваффе, кроме него, оба летавшие на восточном фронте, достигли отметки в 150 побед: Гордон Голлоб 29 августа 1942 года и Герман Граф 4 сентября 1942 года. Он стал только третьим пилотом Люфтваффе, достигшим этой цифры. Хотя 150 побед Марселя не принесли ему никаких дополнительных наград (в то время не было ничего выше, чем Бриллианты), это привело к его производству в звание гауптмана на следующий день. Ганс-Йоахим Марсель, которому оставалось всего три месяца до его 23-летия, стал самым молодым гауптманом в люфтваффе. Он также являлся лучшим экспертом, действовавшим против западных союзников.

Немецкие потери в тот день ограничились двумя самолётами, столкнувшимися в воздухе: унтер-офицер Генрих Прайн (Heinrich Prein) из 5./JG27 погиб сразу же, а лейтенант Фридрих Хофман (Friedrich Hofmann) смог покинуть самолёт, но сломал обе ноги от столкновения с землей, а также получил обширные внутренние повреждения. В госпитале через пять недель он умер от ран.

20 сентября 1942 года фельдфебель Альфред Крумлауф (Alfred Krumlauf) из 4./JG27 на Bf.109F-4/trop (WNr.8635) был сбит и попал в плен в ходе утреннего вылета. Его товарищ, обер-лейтенант Эрнст Бёрнген (Börngen) был ранен пулей, пробившей фонарь кабины, но смог вернуться на базу. В полдень унтер-офицер Бернд Шнайдер из II./JG27, лейтенант Вернер Шроер и унтер-офицер Келлер (Keller, оба из III./JG27) каждый добавили на свои счета по P-40.

Унтер-офицер Бернард фон Арнсвальд (Bernhard von Arnswald) из III./JG27 был сбит 21 сентября Спитфайром из 601 sqn., пилотирумым флаинг-сержантом Даунингом (Downing) и погиб.

26 сентября гауптман Марсель одержал свою 158 и последнюю победу сбив за день 7 самолётов противника. В этот день наземный персонал на аэродроме Квотайфия пристально вглядывался в небо. Пятерке Bf.109 из I./JG27 уже самое время было появиться на горизонте. 50 минут назад эта пятерка взлетела на перехват английской группы, состоящей из 2 разведчиков — Харрикейнов и 8 сопровождающих их Спитфайров. Наконец, в 09:30 в небе появились черные точки: одна, две, ещё две и, наконец, пятая. Люди на аэродроме облегченно вздохнули. Первой над полосой прошла «желтая 14» — машина гауптмана Ганса-Йоахима Марселя! Он не собирался приземляться — шасси не были выпущены.

— Йохан качает крыльями! Раз, два, три, четые! Ура! — радостно кричали механики.

Ровно в 09:32 Марсель приземлился, заработав очередные 4 победы. Минуту спустя приземлился обер-лейтенант Йост Шланг (Jost Schlang), покачав крыльями один раз. Молодой новичок смог сбить один вражеский самолёт. Марсель дождался пока Шланг вылезет из тесной кабины Мессершмитта, и подошел к нему с распростёртыми обьятьями:

— Поздравляю. Неплохой дебют — Спитфайр, не меньше!

В тот день ещё 3 Спитфайра пали жертвами Марселя. Последний Спитфайр, который он сбил в этот день, оказался наиболее сложным противником, с которым ему доводилось встречаться. Звено немецких истребителей встретилось ориентировочно с шестью самолётами противника на встречных курсах. Мессершмитты были выше. Сквозь треск в наушниках раздался голос Марселя:

— Ich greife an! — Я начал бой!

Через несколько секунд самолёт Марселя ворвался в оборонительный круг, который в спешке попытались сформировать англичане. Первый Спитфайр загорелся и полетел к земле. Уйти вправо, добавить обороты! Ещё один английский самолёт сбит. Огонь Марселя был невероятно точен. В лобовую атаку на «Желтую 14» шел ещё один Спитфайр — английский пилот дал очередь.

Марсель налег на ручку, вводя свой самолёт в вираж — он видел красные вспышки выстрелов на передней кромке крыла Спитфайра. Несколько раз он пытался выйти в хвост противнику, но каждый раз у него ничего не получалось. Должно быть это ветеран, не сомневался Марсель, такой, который требует к себе предельного внимания. Противник, несомненно, отличался от того, с которым ему пришлось столкнуться несколькими днями ранее. Он вспомнил, что тот пилот пытался уйти на самолёте с дымящим двигателем. Марсель пристроился в нескольких метрах от крыла противника. Когда английский пилот обернулся, Марсель смог разглядеть худое застывшее лицо под летным шлемом. Англичанин застыл в страхе, неспособный выполнить хоть какой-нибудь защитный манёвр. Марсель прервал его оцепенение своей очередью.

Его нынешний противник был достойным оппонентом. Они выполнили лобовую атаку друг против друга, отвернули в одно и то же мгновение, бросили свои самолёты в одинаковое пикирование и вышли из него крутым виражом. Англичане называли такой тип бой «догфайт» — каждый из пилотов с надеждой ждал когда же его противник совершит фатальную ошибку.

Марсель почувствовал, как этот бой играет на его нервах. У него оставалось мало горючего. Если он в ближайшие несколько минут не закончит этот бой, то не сможет вернуться на базу. Судя по тому, как британец выполнил два последних прохода, он тоже нервничал и был взволнован. Марсель мельком глянул на часы на приборной доске — с начала боя прошла двенадцатая минута. Конечно, он может оторваться от противника, но в скором времени все же станет для него легкой добычей.

Полуденное солнце стояло низко в небе, прямо над западной стороной горизонта. Оно отсвечивало красным и золотым на лица обоих пилотов. Марсель направил самолёт прямо на пылающий диск и, зажмурив глаза, понимал, что английский истребитель идет прямо за ним. Яркий свет, несомненно, ослепил его на секунду, достаточную для выполнения неожиданного манёвра. И в этот момент судьба английского пилота оказалась окончательно решена. Марсель выполнил быстрый и резкий вираж и оказался у Спитфайра на хвосте. Его пули прошили капот, кабину и хвостовое оперение. Спитфайр камнем рухнул вниз.

В этот раз Марсель не качал крыльями на подлете к Квотайфии. Его лицо было пепельно-серым, когда он вылез из кабины. Дрожащими руками он зажег сигарету. Выглядел он мрачно.

— Этот англичанин был настоящим экспертом — сказал он через несколько минут, на разборе полетов. Это был его последний противник. Но судьба уже была предопределена. Оба вылета 26 сентября были выполнены на новом Bf.109G-2/trop. Первые шесть из этих машин, которые должны были заменить проверенные Фридрихи Групп, были только что доставлены, и все они переданы 3.-ей эскадрильи гауптмана Марселя. Один из этих Густавов (W.Nr. 14256), принес смерть Гансу-Йоахиму Марселю.

Утром 30 сентября авиабазу Квотайфия затянуло густым туманом, нагнанным с моря сильным ветром. Сразу после рассвета наземный персонал начал готовить самолёты 3.-й эскадрильи ко взлету. Самолёты были новыми Messerschmitt Bf.109G-2, заменившими Messerschmitt Bf 109F-4, которые использовались до сих пор немецкими пилотами в Африке.

В 10:47 Марсель взлетел в составе группы из 8 самолётов своей эскадрилии. Из задачей было прикрытие Штук, а затем свободная охота. 10 самолётов из III./JG53 и 15 из III./JG27 были ответственными за непосредственное прикрытие пикировщиков. Над линией фронта произошло боевое столкновение с несколькии Киттихоками из 112 и 250 sqn. Лейтенант Вернер Шроер сбил один вражеский самолёт. Эскадрилья, возглавляемая гауптманом Марселем, не приняла участия в бою. В то же самое время Штуки высыпали свой груз на британские позиции и направились обратно на базу. Пилоты из 3./JG27 начали свою неспешную охоту. С наземного контрольного центра немецкие истребители управлялись командиром полка майором Эдуардом Нойманном. Он навел их на группу вражеских самолётов к югу от Имаида (Imayid). Когда Мессершмитты прибыли в этот район, самолёты противника уже отошли на север и боя не состоялось. Запись об этом вылете можно найти в боевых отчетах JG27:

11:30. Отчетливый голос по радио передал: «Пожар двигателя!» На командном центре тут же воцарилось замешательство и все спрашивали друг друга: «У кого пожар? Что происходит?» -«Эльба 1. Все больше и больше дыма в кабине. Ничего не вижу.» Эльба 1? Боже мой! Это же Марсель! Взгляните на карту. Только 5 минут до линии фронта — километров 40 или около того. Самолёты 3.-й эскадрилии летели плотным строем, сосредоточив все внимание на «желтой 14». Шланг и Пёттген были лишь в нескольких метрах от Марселя. Они четко видели его побледневшее лицо за бликующим стеклом фонаря. Левой рукой он открыл форточку. Из кабины наружу потянуло белый дым… — Мы уже над нашими позициями? Я ничего не вижу. — Ещё две минуты, Йохан! — спокойно ответил Пёттген. По радио Марсель получал курс полета. — Эльба 1, немного правее!

В это же самое время предупрежденные товарищи собрались под навесом командного центра спрашивая: У тебя получится, Эльба 1? Попробуй прыгнуть! Дым валил из под капота самолёта Марселя все гуще и гуще, но пламени по прежнему не было. Самолёт терял высоту.

11:35. Белую мечеть с блестящим золотым полумесяцем на вершине башни было видно с любой точки Сиди Абд-Эль-Рахман (Sidi Abd El Rahman). Там находились немецкие позиции. Солдаты в бинокли наблюдали за группой самолётов в небе. Пламя, выбивающееся из под капота горящего Мессершмидта было уже отчетливо видно.

Командир эскадры, Нойманн, сказал пилотам группы расслабившись: «Теперь они над Эль-Аламейном. Тут уже ничего не случится. Самым худшим будет посадка на брюхо.» Минуту спустя раздался задыщающийся голос Марселя: «Я прыгаю. Не могу больше!». Через мгновение другой голос произнес: «Он перевернул самолёт вверх ногами!» — Йохан прыгнул! — крикнул Пёттген.

Шли секунды. Собравшиеся на командном посту люди все больше и больше волновались. Они вслушивались и, наконец, услышали: «Он мертв!» Все были парализованы произошедшим. Побледневший Эду Нойманн снял наушники и посмотрел в глаза собравшимся. Не говоря ни слова, он встряхнул головой и вышел. Когда сели все самолёты, каждый смог услышать, что же произошло в воздухе. После того, как Мессершмидт пересек немецкие позиции, Марсель сбросил фонарь и перевернул самолёт. Самолёт немедленно перешел в вертикальное пикирование. Марсель, опасаясь за свою жизнь, выпрыгнул. Его парашют не раскрылся. Его недвижимое тело падало почти вертикально вниз и упало на землю. На все это, не веря своим глазам, глядели его товарищи. Их самолёты кружили над местом происшествия некоторое время.

Это событие поразило Пауля Гайзингера, который был ответственен за укладку парашютов. Не открылся парашют, который он уложил. Он не хотел и думать об этом.

Доктор Винкельман и гауптман Людвиг Францискет, доктора штаба, доставили тело Марселя из пустыни. Они рассказали, что рука, вытягивающая парашют, не была поднята. Поперек левой стороны тела был порез, вызванный столкновением с неким предметом, но не столкновением с землей. Марсель, выпрыгнув из кабины, ударился о киль и тотчас же потерял сознание. В этот же момент самолёт перешел в отвесное пикирование — другими словами, худшие условия для прыжка. Марсель об этом не знал, так как густой дым затруднял обзор. Однако, он мог бы исправить ситуацию более плавными движениями ручки.

Нойманн, регистратор эскадрильи, сделал последнюю запись в летной книжки мертвого Марселя: 388 боевых вылетов, 158 сбитых. Номер последнего вылета: 482. Длительность: 49 минут. В графе «Время прибытия» он нарисовал чёрный крест.

Пилоты третьей эскадрильи молча сидели в своей палатке. Каждый был погружен в свои мысли. После полудня пришел Францискет и принес большой инжирный кекс — любимое лакомство первой эскадрилии. Он преподнес его как подарок 3.-й эскадрильи: «Это вам, мужики, ешьте кекс. Съешьте хоть что-нибудь!» — он говорил с поддельным счастьем в голосе. «Вы же не можете все время так сидеть. Если бы только Йохан видел это.»

Сразу же заиграла «Rumba a sul» — кто-то завел любимую пластинку Марселя. Все молча переглядывались. Пластинка давно уже остановилась и лишь шум иглы был слышен. Нестерпимая тишина царила и в других палатках. Тело Марселя лежало в больничной комнате. Офицеры и солдаты охраняли его.

На следующий день личный состав JG27 принял участие в проводах в последний путь Ганса-Йоахима Марселя. Африканский ординарец Марселя, Матиас, подошел к открытому гробу последним. В его руках было ожерелье из ракушек. Когда он передавал его Пёттгену, в его глазах были слезы. Вскоре после того, как ожерелье было уложено у головы Марселя, транспортный Junkers Ju.52/3m в сопровождении Мессершмиттов из 3.-й эскадрильи перевез гроб на военное кладбище в Дерне. В это же самое время специальная комиссия занималась расследованием причины произошедшего. Что вызвало пожар? Сначала рассматривались возможности саботажа со стороны англичан или, возможно, итальянцев.

Понемногу все части мозаики вставали на свои места. Самолёт врезался в землю в 11:36 возле телеграфной линии, в 7 км от белой мечети. Обломки были тщательно исследованы. После почти вертикального падения с высоты 3000 м двигатель Daimler-Benz DB 605A-1, Werknummer 77411 был полностью разрушен. Комиссия не смогла найти каких-либо следов перегрева распредвала, движущихся частей или головок цилиндров. Не было найдено также следов интенсивного износа. Основываясь на полученных данных, был сделан вывод, что огонь, появившейся и разросшийся за 6 минут не был результатом утечки охлаждающей жидкости или масла. Поскольку дым был белого или светло-серого цвета, возможно произошло возгорание топлива. В этом случае, температура могла быть столь высока, что заставила пилота покинуть кабину немедленно.

К этому времени было обнаружено повреждение редуктора, в наборе передней шестерни которого отсутствовали несколько зубьев. Из-за этого повреждения начала вытекать охлаждающая жидкость, что закончилось её возгоранием.

Самолёт был новой моделью Bf.109G-2, (WrNr.14256), изготовленный на фабрике Erl и доставленный из Бари (Bari). Это был его первый боевой вылет. Прежде чем механики провели испытания, они тщательно проверили двигатель на земле. Технических проблем не было обнаружено ни в ходе испытаний, ни до них, ни в процессе перегонки на авиабазу 3-й эскадрильи.

Доклад 270/42 заканчивался словами: «Саботаж или сторонняя ошибка не подтверждаются». В день похорон гауптмана Марселя командир JG27 издал следующий приказ:

«30 сентября 1942 года умер смертью пилота гауптман Марсель, не терпевший поражения от врага. Мы не можем поверить в то, что этого бодрого и энергичного пилота больше нет с нами. Его успехи в боях против англичан, наших беспощадных воздушных противников, невозможно повторить. Мы чувствуем радость и гордость от того, что он был один из нас. Никакие изощренный слова не смогут описать, что означает для нас эта потеря. Мы все будем равняться на него и стараться быть столь же искусным, каким был он. Его мужество будет примером для подражания для всей эскадры в целом.»

Смерть Ганса-Йоахима Марселя стала болезненным ударом не только для его части, но и для люфтваффе в целом. Для его друзей из I./JG27 его смерть стала также последней каплей в очевидно неудачном месяце. В сентябре часть потеряла кроме Марселя ещё трех асов: Ганс-Арнольд Штальшмидт (59 побед), Гюнтер Штайнхаузен (40 побед) и Фридрих Хофман (11 побед).

Двое суток спустя, то ли по инициативе особенно понимающего члена высшего командования или просто в результате оперативной целесообразности, I./JG27 была предложена полная смена обстановки. Понеся столь тяжелые потери после 11 месяцев в экстремальных условиях в Северной Африке, часть 2 октября была переведена в Бари, Италия, для переоснащения на Bf.109G-2/trop. Затем её на 2 недели направили на Сицилию.

Действуя с аэродрома Пакино (Pachino), летчики сопровождали Ju.88 в налетах на аэродромы и портовые сооружения на Мальте. За этот период пилоты I./JG27 одержали 7 побед в боях со Спитфайрами. Но два пилота были потеряны, один по неизвестным причинам, а другой врезался в море из-за очередного отказа двигателя. 23 октября 1942 года часть вернули в Африку, на аэродром Таньет-Харун.

В то же время две оставшиеся группы JG27 продолжали летать над Африкой. Их пилоты провели октябрьские дни 1942 года выполняя полеты на сопровождение бомбардировщиков Штука и разведчиков, сбив в процессе 6 английских самолётов.

К этому времени III./JG27 перебазировалась из Квасабы (Quasaba) в Турбию (Turbiya), ближе к фронту Аламейна. Но моральный дух Группы так же был в упадке. Успехи все ещё трудно было одерживать, и её пилотам надоело, что с ними обращаются как с «бедным родственником» эскадры. Это состояние усилилось ещё более, когда им передали потрепанные войной Фридрихи из состава II./JG27, на которых они продолжат летать, в то время как другие две Группы перешли на Bf.109G — хотя, учитывая высокий уровень аварийности последней модели, это, возможно, было не худшим решением!

Зная о своем предстоящем повышении в должности с назначением в Штаб XI. Воздушного корпуса, а также прекрасно осведомленный о проблемах своей Группы, «Джек» Эрхард Брауне даже предложил назначить своим преемником Ганса-Йоахима Марселя в попытке повысить в ней какой-то боевой дух. Было ли это предложение серьёзно рассмотрено, неизвестно. Но «Звезды Африки» больше не было. А когда гауптман Эрхард Брауне убыл 11 октября, его заменил бывший адъютант эскадры гауптман Эрнст Дюллберг.

4 октября 1942 года на Квотайфия налетел сильный шторм, набросившийся на палатки, в то время как проливной дождь быстро превратил взлетную полосу в болото. Лейтенант Пай Карстенсен (Pay Carstensen) из штаба II./JG27 погиб, когда его самолёт перевернулся, пытаясь взлететь из этой грязи.

Следующие три дня экипажи II./JG27 действовали из Фука (Fuka), так как Квотайфия была непригодна для эксплуатации. Незадолго до обеда 7 октября 1942 года унтер-офицер Ганс-Йоахим Рорлак (Hans-Joachim Rohrlack) из 8./JG27 сбил Киттихок из 112 sqn. и ранил его пилота, петти-офицера Вайли (Wiley). В другой стычке звено Bf.109 из III./JG27 было атаковано южнее Эль-Аламейна восьмеркой Спитфайров 92 sqn. Унтер-офицер Герман Флендт (Hermann Flendt) приземлился позади английских позиций, получив попадание в радиатор и оказался в плену.

Так как взлетные полосы всех аэродромов около Эль-Дабы по прежнему оставались непригодными для использования, все истребители люфтваффе продолжали базироваться в Фука. Значение этого факта не ускользнуло от англичан, которые не упустили возможности уничтожить противника серией воздушных ударов. 9 октября 1942 года Фука стал объектом внимания около 500 вражеских бомбардировщиков. Операция была неудачной, а JG27 в тяжелых боях сбили 18 самолётов. II./JG27 потеряла одного пилота — обер-фельдфебеля Ганса Вюршнинга (Hans Würschning), а 4 самолёта части оказались сильно повреждены на земле. Тяжелые потери понесла группа III./JG27, включая фельдфебеля Вернера Фингерхута (Werner Fingerhuth), который попал в плен, в воздушных боях было сбито ещё 3 самолёта. На земле 2 самолёта были уничтожены и ещё 2 повреждены.

Следующие 2 недели 8 армия англичан подготавливала наступление, начатое 23 октября 1942 года в Эль-Аламейне. За это время экипажи II./JG27 выполнили 59 вылетов, 272 самолёто-вылета и заявили 16 побед ценой одного поражения: технический офицер лейтенант Эрих Биндерт (Erich Bindert) был серьёзно ранен когда его самолёт сбили 22 октября 1942 года.

Пилоты III./JG27 были менее эффективны и заявили только 10 побед. Часть потеряла 4 пилотов: лейтенант Эрих Шёфбек (Erich Schöfbeck), командир 7./JG27, погиб в бою с семеркой Спитфайров 13 октября; обер-фельдфебель Генрих Розенберг (Heinrich Rosenberg) был ранен на следующий день; унтер-офицер Андреас Кюн (Andreas Kühn) пропал без вести в ходе разведывательного вылета над Александрией 15 октября, а лейтенант Вольфганг Ланг (Wolfgang Lang) был ранен 20 октября 1942 года.

Одно светлое пятно в море бедствий III./JG27 было предоставлено лейтенантом Вернером Шроером. Несмотря на то, что командир 8./JG27 не был в той же лиге, что и Марсель, он продолжал стабильно сбивать. 20 октября его 49-я победа принесла ему Рыцарский крест. Менее чем через 3 суток, утром 23 октября, пара «P-46» сбитых к востоку от Эль-Аламейна довела его счет до 51.

Но все проблемы III./JG27 должны были померкнуть перед лицом большей катастрофой, которая затронула не только JG27, но и все силы Оси в Северной Африке. Вечером 23 октября 1942 года 882 артиллерийских орудия открыли ураганный огонь на участке фронта шириной 10 км. Ночь превратилась в день. Генерал Монтгомери начал битву при Эль-Аламейне.

RAF присоединились к боям утром 24 октября. Их участие, кроме непосредственной поддержки войск над полем боя, заключалось также в уничтожении сил люфтваффе в Африке. В ходе тяжелых боев пилоты II./JG27 заявили о сбитии 3 вражеских самолётов без собственных потерь. Экипажи III./JG27 опять оказались менее удачливыми. Хотя они и сбили 4 английских самолёта, но и сами лишились 2 самолётов и 1 пилота (обер-лейтенант Вилли Альтхоф (Willi Althof) — новый командир 7./JG27).

На второй день наступления истребители люфтваффе совершили лишь 49 вылетов. Пилоты II./JG27 сбили 6 вражеских самолётов без потерь, а III./JG27 сбили 2 самолёта, но и сами потеряли 3 самолёта и 1 пилота (лейтенант Вернер Боден (Werner Boden), пилотировавший Bf.109F-4/trop (WNr.8669), погиб над Турбией). 26 октября немецкие истребители выполнили 63 боевых самолёто-вылета.

До конца месяца пилоты II./JG27 выполнили всего 151 вылет и сбили 13 самолётов противника снова потеряв 4 самолёта и одного пилота: обер-фельдфебель Фриц Люер (Fritz Lüer) из 6./JG27 погиб, сопровождая Штуки 27 октября.

За тот же период III./JG27 совершили 119 боевых вылетов и одержали 10 побед. Потери составили 5 самолётов и 2 пилота (унтер-офицер Эрих Крайник погиб, а лейтенант Гельмут Фенцль (Fenzl Helmuth) из 9./JG27 попал в плен — его Bf.109F-4/trop (WNr.13136) был поврежден в бою 26 октября и приземлился за линией фронта).

I./JG27 была отозвана назад с Сицилии, но даже эта самая опытная истребительная Группа из действующих в пустыни не мог сделать что-либо, чтобы повлиять на события на местах. 27 октября Группа вернулась вАфриканское небо. Сопровождая Штуки она встретились с девяткой Спитфайров около Мумин-Бусак. Командир, гауптман Герхард Хомут, сбил 1 английский истребитель.

На следующий день немцы были не столь удачны: ни одержав ни одной победы они потеряли 2 самолёта и одного пилота (лейтенант Альберт Майер (Albert Meyer) из 3./JG27 числился пропавшим без вести).

29 октября часть вновь не одержала ни одной победы. Гауптман Людвиг Францискет, командир 1./JG27, был сбит в ходе сопровождения Штук, но смог выпрыгнуть. В ходе приземления он сломал себе ногу.

К 3 ноября I./JG27 одержала свои последние 13 побед над Египтом, две из которых были зачислены её командиру гауптману Герхарду Хомуту, увеличив его счет до 61.

Лучшие эксперты всех трех Групп были на этом этапе на удивительном уровне. Трио P-40, сбитых над полем боя в первое утро наступления Монтгомери, стали 63-65 победами для командира II./JG27 гауптмана Густава Ределя. Западнее, один из пары B-24 заявленных III.-й Группой 4 ноября, стала 60-й обер-лейтенанта Вернера Шроера.

1 ноября 1942 года немецкие истребители выполнили 80 боевых самолёто-вылетов. Гауптман Густав Рёдель, командир II./JG27, одержал свою 73-ю победу в ходе утреннего вылета на сопровождение Штук: он сбил Спитфайр южнее Сиди-Абд-эль-Рахман. В том же бою обер-лейтенант Унтербергер (Unterberger) из I./JG27 также заявил о сбитии Спитфайра. В полдень фельдфебель Кепплер из I./JG27 сбил P-40. На следующий день прошло несколько тяжелых боев, в ходе которых 8 английская армия атаковала немецко-итальянские позиции, что сопровождалось серией воздушных схваток. Рано утром пилоты I./JG27 сбили Кёртисс P-40 без собственных потерь. Всего в этот день JG27 заявили о 9 победах без потерь со своей стороны.

3 ноября 1942 года пехота Африканского корпуса смогла предотвратить прорыв фронта английскими механизированными частями, хотя части поддержки уже начали свое отступление на запад. Немецкие колонны сразу же стали целями для английских самолётов. Истребители JG27 совершали вылеты на прикрытие отступающих войск и в ходе этого сбили 6 английских самолётов, потеряв 2 самолёта и одного пилота (унтер-офицер Эрнест Никамер (Ernst Niekammer) из 2./JG27 был ранен).

4 ноября стало днем, когда британские силы и силы Содружества прорвали фронт Оси в Эль-Аламейне. Стратегическое отступление Роммеля началось. Английские штурмовики подловили транспортную колонну III./JG27, уничтожив несколько машин и убив четырёх человек наземного персонала. Лейтенант Эберхард Шмидт (Eberhard Schmidt) из штаба III./JG27 погиб под атакой бомбардировщиков B-24 над Бенгази. Два его товарища, обер-лейтенант Вернер Шроер и унтер-офицер Альфред Штюклер (Alfred Stückler) сбили по одному Либерейтору каждый. Наземный персонал II./JG27 уничтожил 7 неисправных самолётов на аэродроме Квотайфия, чтобы они не попали в руки противника.

Успех англичан у Эль-Аламейна в первые дни ноября 1942 г, вместе с высадкой американцев в Марокко и Алжире, стал началом конца Африканского корпуса. События тех дней также определили будущее для многих пилотов JG27. Штаб, I./ и III./JG27 были переведены из Африки в Германию и на Крит к 12 ноября, передал большую часть своих оставшихся Bf.109 в состав JG77. Единственной частью, оставшейся в Африке стала II./JG27. Пилоты части отпраздновали успех 11 ноября 1942 года, когда смогли сбить 6 Кёртиссов P-40 около Соллума без собственных потерь.

К 12 ноября последние немецкие и итальянские войска были изгнаны из Египта. Для англичан началась «третья атака на Бенгази». И на этот раз это была гонка в один конец. Это наступление через Киренаику не будет остановлено. Оно продолжится через Arco Philaenorum («Мраморная арка») через Триполитанию и закончится только полной капитуляцией всех сил Оси в Тунисе в мае следующего года.

JG27 «Эду» Нойманна была избавлена от этого позора. И только II./JG27 вынуждена была остаться почти на месяц дольше, прежде чем также передала свои самолёты JG77 и, наконец, убыла. В течение этих трёх недель, до конца ноября 1942 года, базируясь в последнее время в Мердуме (Merduma), на границе провинции в Триполитании, счет части вырос ещё на 5 побед. 2 пилота погибли в боях: фельдфебель Герхард Бютер (Gerhard Büter) погиб 17 ноября, когда его самолёт столкнулся с обломками сбитого им Киттихока, а унтер-офицер Вольфганг Бирштедт (Wolfgang Bierstedt) из 5./JG27 погиб в катастрофе на взлете 26 ноября.

Последним пилотом JG27, погибшим в африканском небе, стал лейтенант Вернер Шэфер (Werner Schäfer) из 4./JG27, сбитый американскими истребителями из 59 FG 2 декабря 1942 года.

Последней, из всех побед эскадры в Африке, стал Киттихаук USAAF, пошедший на счет тирольца из 6./JG27, лейтенанта Ганса Левеса (Hans Lewes — это была его первая победа) во время последнего вылета Группы утром 6 декабря, сбитый в 08:20, в 10 км восточнее Эль-Геферы. В течение 2 следующих дней II./JG27 была переведена на Сицилию и в Неаполь. 20-месячная африканская одиссея Jagdgeschwader 27 закончилась.

Средиземноморье, Эгейское море и Балканы[править | править код]

II./JG27 над Сицилией, Тунисом и Италией. Февраль — июль 1943 года[править | править код]

Уход из Северной Африки привел к новому разветвлению путей для частей эскадры. Это также ознаменовало конец её уникального «пустынного» характера действий. Но до того, как JG27 стала ещё одним винтиком во всеохватывающей организации «Обороны Рейха», она сыграла важную роль на театрах Средиземноморья и Юго-Восточной Европы.

После периода столь необходимого отдыха и восстановления на Родине, Штаб и II.-я Группа в конце февраля 1943 года расположились в Италии и на Сицилии.

2 января 1943 года II./JG27 была переведена из Дюссельдорфа в Вена-Асперн, где получила новые самолёты и новых пилотов. После нескольких недель переучивания и обучения молодых пилотов, Группа 15 февраля начала развертывание на Сицилии и к концу месяца аэродром Трапани стал её базой. Ещё до перехода в состояние боеготовности Группа понесла первую потерю. Лейтенант Йохан Кутнер (Johann Kuttner) из 4./JG27 погиб, когда его самолёт разбился в море по причине отказа двигателя.

Штаб эскадры майора Ноймана, все ещё летавший на Bf.109F-4, разместился в Сан-Пьетро, примерно в 32 км от южного побережья Сицилии. II./JG27, оснащенная смесью Bf.109G-4 и Bf.109G-6, и имея в составе много новых пилотов, которые к этому времени пополнили её истощенные ряды, начала действовать из Трапани в северо-западном углу острова, но также, по случаю, отрядами действовала и из Сан-Пьетро. В задачи Группы входили защита острова от английских самолётов, базировавшихся на Мальте и обеспечение прикрытия с воздуха морского и воздушного транспортного сообщения между Сицилией и Тунисом.

1 марта 1943 года пара Bf.109 из 5./JG27 атаковала звено Спитфайров около Паркино. Унтер-офицер Юргенс (Jürgens) сбил один английский истребитель.

Два дня спустя, 3 марта, состоялся новый бой со Спитфайрами. Одним из пилотов, участвовавших в бою, стал командир звена 5./JG27 обер-фельдфебель Эмиль Клод, который вспоминал:

«Я был ведущим и вскоре после взлета заметил в отдалении 4 самолёта. Они казались лишь песчинками в небе, но я не сомневался — это Спитфайры с Мальты. Поскольку я был восточнее их маршрута, то быстро набрал высоту и занял позицию так, чтобы солнце было у меня за спиной. Когда я атаковал, англичане были пойманы врасплох. В скоротечном бою я сбил одного из них, а мой ведомый — двух. Четвёртый самолёт смог уйти.»

Победы заявили обер-фельдфебель Клод и фельдфебель Бернд Шнайдер (Bernd Schneider). Английские самолёты принадлежали 1435 sqn. Днем Шнайдер заявил ещё 2 сбитых, а лейтенант Гейнц Шлехтер одного. На этот раз это были Спитфайры из 145 sqn. RAF.

Мальта больше не была вооруженным форпостом союзников, как раннее. Эскадрильи истребителей и бомбардировщиков с острова теперь вернули войну к берегам Сицилии, и этот факт был хорошо проиллюстрирован 3 марта, когда 5.-я эскадрилья без потерь заявила шесть Спитфайров — три к югу от Сан-Пьетро утром и ещё одно трио у Мальты, вскоре после полудня. Четыре истребителя RAF (по два за каждый вылет) пошли на счет фельдфебеля Бернда Шнайдера. Этот квартет довел общее количество побед Шнайдера до 18. Но его многообещающая карьера вскоре прервалась. Повышенный в должности до лейтенанта и назначенный адъютантом Группы, он одержал свою 23-ю и окончательную победу (P-38 из состава ВВС США) 29 апреля, но сам был сбит несколькими мгновениями спустя. Лайтнинг из 82-й FG и «Желтая 3» Шнайдера упали в море к западу от Сицилии.

В начале дня 20 марта 1943 года пара самолётов из 5./JG27 атаковала одиночный Спитфайр, летавший над сбитым пилотом RAF из 185 sqn., который совершил аварийную посадку в море после того, как его самолёт был подбит зенитным огнем над Сицилией. После яростного боя, который длился почти четверть часа, фельдфебель Бернд Шнайдер смог сбить английский истребитель. Через час над этим же районом произошел ещё один бой, в котором пара, возглавляемая гауптманом Зоммером (Sommer) перехватила летающую лодку «Уолрус», сопровождаемую четверкой Спитфайров. Когда Уолрус приводнился, чтобы подобрать сбитого пилота, Зоммер сбил один из Спитфайров.

23 марта 1943 года унтер-офицер Йозеф Брандль (Josef Brandl) из 4./JG27 сбил над тунисским побережьем около Рас-эль-Джебель P-38 Лайтнинг.

На следующий день, 24 марта, обер-лейтенант Фридрих Кёрнер и лейтенант Хёмке (Hömke) не вернулись из вылета по сопровождению морского конвоя и были объявлены пропавшими без вести. Возвращаясь из вылета на поиск этих пилотов, Bf.109G-6/trop (W.Nr.16328), «Желтая 1», пилотируемый командиром 6./JG27 обер-лейтенантом Рудольфом Зиннером, перевернулся из-за порыва ветра. Немецкий пилот получил серьёзные ранения и был отправлен в госпиталь.

В ходе одного из вылетов на сопровождение конвоев 10 Мессершмиттов из 4./ и 5./JG27 перехватили группу из 20 бомбардировщиков «Митчелл» из 321 BG, сопровождаемых 18 P-38 из 95 FS. Один из Митчеллов пал жертвой унтер-офицера Райтера (Reiter), в то время как остальные бомбардировщики сбросили свои бомбы в море. Американские стрелки сбили самолёт, пилотируемый унтер-офицером Константином Бенцином (Konstantin Benzien), который, несмотря на ранение, смог выпрыгнуть с парашютом. Позднее его подобрали в море и передали в госпиталь люфтваффе в Тунисе. В этом же самом бою лейтенант Ганс Левес и фельдфебель Бернд Шнайдер сбили по Лайтнингу.

К этому времени усилия II./JG27 были почти полностью сосредоточены на защите конвоев снабжения, проходящих через 160-километровый отрезок средиземноморских «узостей» между Сицилией и Тунисом, где находились остатки Африканского корпуса, теперь зажатые спиной к морю и лицом к лицу с объединённой мощью 1-й и 8-й армий союзников. Но решимость Гитлера сохранить опору в Северной Африке сталкивалась с решимостью союзников, которые намеревались разорвать хрупкие линии снабжения.

5 апреля союзниками было начато воздушное наступление, операция «Флакс» (Operation Flax — операция «Лен»), целью которой был срыв воздушного сообщения между Сицилией и Тунисом. Многочисленные группы истребителей союзников начали патрулирование на протяжении всех маршрутов немецкой транспортной авиации, специально предназначенное для перекрытия потока подкреплений и материалов, отправляемых морем и воздухом с баз Оси в Сицилии и на юге Италии.

В 08:35, в 20 км севернее мыса Бон группа из 31 Юнкерса Ju.52/3m, сопровождаемая 3 Bf.110 из III./ZG26 и 2 Bf.109 из 5./JG27 была атакована примерно 20 Лайтнингами, которые быстро прорвались через немногочисленные самолёты эскорта. Через несколько минут в бой вступили ещё 26 P-38 и мгновенно было сбито 13 транспортников. 2 Bf.110 и оба Bf.109 также были сбиты. Унтер-офицер Рольф Пильц (Rolf Pilz) смог сесть на воду, но спасательная группа его не нашла и он был объявлен пропавшим без вести. Фельдфебелю Антону Воффену (Anton Woffen) повезло больше и его подобрали после того, как он с парашютом покинул самолёт.

Кроме того, операция «Лен» не была ограничена исключительно атаками конвоев в пути. В операцию также входили бомбардировки «тяжеловесами» ВВС США портов и аэродромов отправления и прибытия этих конвоев. К концу дня, в ходе проведение «Льна», было уничтожено 26 транспортных самолётов (11 на земле) и ещё 65 повреждено. В 12:30 аэродром Трапани атаковали 19 «Флаинг Фортресс» с сильным истребительным эскортом. Журнал II./JG27 содержит описания этого налета:

«5 апреля, примерно в 12:30, прозвучал сигнал воздушной тревоги. Мы получили сообщение о том, что большая группа бомбардировщиков движется на нас и вскоре увидели вражеские самолёты, идущие с юга. Все остались в лагере, в 2 км от аэродрома. Как мы могли заметить, этот налет был невиданной ранее нами силы, даже в ходе тяжелейших боев в Африке! Аэродром был буквально засыпан бомбами, земля повсюду вокруг дрожала. Вторая волна бомбардировщиков сбросила бомбы и на аэродром, и на лагерь. Обе цели быстро окутались огнем и дымом. Многие из состава части не смогли укрыться в противовоздушных щелях и теперь отчаянно пытались спрятаться среди деревьев или камней. У нас погиб один человек и ещё дюжина была ранена, большая часть палаток и материальной части было уничтожено. Мы также лишились запасов минеральной воды — действительно болезненный удар, так как вода на Сицилии не годится для питья. Тем не менее, несмотря на количество сброшенных бомб, повреждения были минимальны. Хотя было уничтожено несколько наших самолётов, но аэродром был пригоден к использованию. Лагерь эскадрилии был оперативно перенесен на 5 км, в оливковую рощу, и это дало нам, в конце концов, ощущение безопасности.»

На аэродроме 10 Юнкерсов Ju.52/3m было уничтожено и ещё более 50 получили повреждения. Обер-ефрейтор Георг Фукс (Georg Fuchs) из 6./JG27 погиб от ранения шрапнелью. 2 звена Bf.109 смогли взлететь до появления бомбардировщиков над аэродромом и накинулись на отходящие самолёты, сбив 3 B-17 и 3 Лайтнинга прикрытия. Фельдфебель Брандль сбил 2 B-17, фельдфебель Штайс (Steis) B-17 и Лайтнинг, а фельдфебель Клопп (Klopp) и лейтенант Вилли Кинч из 6./JG27 по Лайтнингу каждый. Последний позже станет обладателем Рыцарского креста. Фактически, добавив 25 побед к 17, которые он ранее одержал в пустыне, Кинч станет самым успешным пилотом Группы в ходе сицилийской кампании.

Трапани вновь оказывался под атакой 11, 12 и 13 апреля 1943 года. В ходе последнего налета Кинч сбил B-17. Бомбардировщик свалился в штопор и взорвался на высоте 1800 м. Фельдмаршал Кессельринг, чей самолёт заходил на посадку на Трапани в это время, стал свидетелем произошедшего. Приземлившись, Кессельринг лично поздравил пилота-победителя и подтвердил сбитие B-17.

В полдень 16 апреля 1943 года группа P-38 из 82 FG атаковали 2 грузовых судна и паром около острова Мареттимо, но вскоре и сами стали объектом внимания пилотов Bf.109 из II./JG27. Немцы сбили 3 Лайтнинга без собственных потерь (двух сбил Кинч и один обер-фельдфебель Штиглер (Stiegler)).

Но отдельные успехи мало что значили на фоне подавляющего и постоянно растущего превосходства союзников в воздухе. Корабли снабжения Оси продолжали топиться, и с неба продолжали падать транспортные самолёты, и усилий II./JG27 было мало, чтобы предотвратить это.

На следующий день, 17 апреля, часть потеряла 2 самолёта, которые стали жертвами внезапной атаки Спитфайров над островом Зембра, неподалеку от побережья Туниса. Унтер-офицер Герберт Лоттер (Herbert Lotter) был невредимым поднят из моря, а ефрейтор Корн (Korn) попал в госпиталь в Тунисе.

18 апреля, в воскресенье, 15 Bf.109 из II./JG27 вместе с 5 самолётами из ZG1 и ZG26 сопровождали группу из 65 транспортных Ju.52/3m из Туниса в обратный рейс на Сицилию. Пролетая в «трех огромных клиньях», транспортники шли над самыми вершинами волн, отправляясь в опасное путешествие. Они пролетели чуть более десяти километров над Средиземным морем, когда их заметили патрулирующие истребители союзников.

То, что последовало за этим, вошло в историю авиации как «резня в Вербное воскресенье». Вскоре после взлета группа была атакована 46 Кёртисами P-40 USAAF и 11 Спитфайрами RAF. Несмотря на яростное сопротивление самолётов сопровождения, пилоты союзников буквально устроили резню транспортникам. 24 Юнкерса Ju.52 упали в море, тогда как ещё 35 были тяжело повреждены и совершили аварийные посадки на побережье Туниса. Люфтваффе, кроме того, потеряли 4 Цершторера и 1 Bf.109. Лейтенант Ганс Левес из 5./JG27 покинул самолёт с парашютом и был спасен. Ещё 2 Bf.109 были повреждены и выполнили аварийные посадки в Тунисе. Только шесть транспортников благополучно добрались до Сицилии! Единственный вклад II./JG27 состоял в том, что фельдфебель Альбин Дорфер (Albin Dorfer) из 6./JG27 заявил один Спитфайр.

На следующий день группа понесла очередную потерю, когда самолёт командир 4./JG27 гауптмана Фердинанда Вёгля (Ferdinand Vögl) попал в яму на взлете с аэродрома Протвилль в Тунисе, потеряв при этом основные стойки шасси, и разбился. Благодаря быстроте действий спасательной команды, обгоревший Вёгль был извлечен из обломков и отправлен в госпиталь в Тунисе. Позднее его эвакуировали на Сицилию на Bf.110.

В среду, 21 апреля 1943 года Bf.109 перехватили P-40 USAAF и их высотное прикрытие, включая самолёты Польской истребительной группы. Немцы смогли прорваться через самолёты прикрытия и сбили 2 P-40 (по одной победе одержали унтер-офицер Райтер (Reiter) и фельдфебель Бюманн (Bühmann)).

22 апреля 1943 года в 08:47 39 Bf.109 из II./JG27 взлетели с Трапани с целью сопроводить 2 группы транспортных самолётов Ju.52/3m и Me.323. Юнкерсы следовали заранее определённым маршрутом и без происшествий приземлились в Тунисе. Однако, 14 Me.323 из KGz.b.V.323 изменили курс и направились к Бизерте. Продолжение этой истории можно найти в журнале II./JG27:

«Примерно 20 Спитфайров связали боем Bf.109, в то время как вторая группа из 60 истребителей атаковала транспортники, устроив настоящую резню. Гигантские столбы воды были видны каждый раз, когда очередной транспорт падал в море. Один из Me.323 смог выполнить аварийную посадку. Все же все 14 Me.323 были потеряны. Лейтенант Шнайдер сбил 2 истребителя Кёртис, а унтер-офицер Штангльмайер предположительно сбил Спитфайр. Фельдфебель Рудольф Ленц (Rudolf Lenz) и унтер-офицер Гейнц Голлец (Heinz Golletz, оба из 6 эскадрильи) не вернулись на базу. Лейтенант Шлехтер (Schlechter) был поднят из воды спасательным самолётом. Фельдфебель Бюманн (4 эскадрилья) был ранен, когда его самолёт перевернулся во время вынужденной посадки около мыса Бон.»

Большие изменения затронули в этот день командный состав. Командир JG27 оберст-лейтенант Эдуард Нойман был переведен в штаб командующего истребительной авиации. Его преемником стал майор Густав Рёдель, командовавший до этого II./JG27. В отличие от двух предыдущих командиров, Рёдель твердо верил в личное лидерство не только на земле, но и в воздухе. За ним будут числится все пять побед — два B-17 и три P-38 — одержанных Штабом в течение последних двух месяцев действия на Сицилии. Командиром II./JG27 стал бывший командир 8./JG27 гауптман Вернер Шроер, ас с 63 победами на счету и Рыцарским крестом, полученным 20 октября 1942 года.

Шроер прибыл на Сицилию с 63 победами на своём счету. Начиная с пары P-38, заявленных к югу от острова 29 апреля, общая численность побед Шроера вырастет до 85 к тому времени, когда Группа вернется в Германию в июле. Это сделало его вторым после Вилли Кинча пилотом, который на тот момент сам являлся командиром 6./JG27 (с 1 июня 1943 года), уничтожившими наибольшее количество самолётов противника во время последнего этапа сражения II./JG27 на Средиземном море.

29 апреля 1943 года стало днем тяжелых боев для пилотов II./JG27. Вскоре после 10:00 состоялся бой западнее острова Мареттимо, между группой Митчеллов, прикрываемых 26 Лайтнингами и 10 Bf.109. Хотя немцы сбили 2 P-38 (победы одержали лейтенант Бернд Шнайдер и унтер-офицер Гейнц Брунн (Heinz Brunn)), но и сами понесли потери. Погиб лейтенант Бернд Шнайдер (Bernhard Schneider), адъютант группы, который был одним из самых многообещающих молодых пилотов, имея на счету 23 сбитых.

Более чем через час в том же самом районе состоялся очередной бой с другой группой Лайтнингов. В этот раз гауптман Эрнст Бёрнген (Börngen) и лейтенант Вилли Кинч сбили по одному американскому истребителю. В этот раз немцы потерь не понесли. Позднее, днем, унтер-офицер Юргенс сбил Кёртисс, тогда как новый командир группы, гауптман Вернер Шроер, занес на свой счет 2 Лайтнинга.

К концу апреля положение сил Оси, окруженных в районе мыса Бон, самой северо-восточной оконечности Туниса, ухудшилось до неизбежного краха. II./JG27 отправила небольшую команду обратно в Северную Африку, в последнюю неделю месяца, но её действия по штурмовой поддержке по краю сокращающегося периметра Африканского корпуса мало что дали, и вскоре её отозвали на Сицилию.

9 мая 1943 года Сицилию атаковали стратегические бомбардировщики USAAF. Через несколько минут после 13:00 16 Bf.109 из II./JG27 сразились с большой группой Флаинг Фортресс, сопровождаемой P-38. Немцы заявили о сбитии 3 B-17 и 2 P-38. Также они сбили отставший B-24, который, видимо, получил боевые повреждения, возвращаясь из налета на Палермо. II./JG27 потеряла 2 самолёта и 2 пилотов — унтер-офицер Отто Хайн (Otto Hein) был ранен, а Йозеф Брандль (Josef Brandl), один из наиболее опытных пилотов 4.-й эскадрильи, имеющий на счету 7 сбитых самолётов, погиб.

Следующие 2 дня пилоты II./JG27 были заняты отражением налетов американских тяжелых бомбардировщиков. Пилоты смогли сбить 6 Лайтнингов (отличились лейтенант Герд Сувелак (Gerd Suwelack), фельдфебель Альфред Мюллер (Alfred Müller), лейтенант Ганс-Ульрих Корнштэдт (Hans-Ulrich Kornstädt), фельдфебель Антон Вёффен (Anton Wöffen), гауптман Вернер Шроер и лейтенант Эмиль Клод) и один B-17 (Вернер Шроер), потеряв при этом один самолёт уничтоженным и один поврежденным.

Сдача в плен последних частей Оси 13 мая 1943 года возвестила об окончании боев в Тунисе. В полдень того же дня унтер-офицер Юргенс сбил Бофайтер, а позднее лейтенант Эрих Бушек (Buschek) и лейтенант Эмиль Клод сбили по 1 Лайтнингу. 2 Мессершмитта были повреждены и унтер-офицер Йозеф Гертен (Josef Gerten) из 4./JG27 был легко ранен.

К этому времени союзные военно-воздушные силы — теперь объединённые под единым командованием Средиземноморского воздушного командования (Mediterranean Air Command) — уже обратили свое внимание на «мягкие подбрюшье» Европы. И, возможно, нигде не было этого подбрюшья мягче или уязвимее, чем Сицилия. Следующей задачей для ВВС союзников стало «ослабление» обороны Сицилии в преддверии высадки, запланированной на лето 1943 года. В течение мая на островные аэродромы истребителей была произведена серия разрушительных налетов. До конца мая 1943 года столкновения с группами бомбардировщиков различных размеров, вторгающихся из Африки, стали почти ежедневными событиями. В этот период пилоты II./JG27 одержали 29 побед, потеряв 8 самолётов и 4 пилотов — 1 пропал без вести и 3 были ранены.

После того, как вся североафриканская береговая линия оказалась в руках союзников, было очевидно, что следующий этап англо-американского наступления будет связан с вторжением в южную Европу. Но менее очевидным было то, куда именно будет направлен такой удар — на Сицилию, а затем на носок Италии или через Эгейские острова на север, в Грецию и на Балканы?

Отличная подсказка была предоставлена интенсивной воздушной бомбардировкой Пантеллерии. Этот скалистый остров, расположенный почти точно на полпути между Сицилией и Тунисом, был итальянской «Мальтой». Он мог и должен был сыграть важную роль в воздушных операциях на Средиземном море, но так и не достиг славы своего визави. Его последующая капитуляция была вызвана воздействием одной только авиации. Массированные круглосуточные бомбардировки Пантеллерии начались 5 июня.

6 июня пилоты II./JG27 сбили 2 истребителя над островом: фельдфебель Штайс одержал победу над Спитфайром, а лейтенант Ганс Левес сбил P-40. Лейтенант Ганс Ницше (Hans Nitzsche) из 6./JG27 был сбит юго-западнее острова и пропал без вести.

На следующий день гауптман Вернер Шроер сбил над Пантелерией P-40. В этом же бою немцы потеряли два самолёта вместе с пилотами: лейтенант Ганс-Ульрих Корнштэдт (HansUlrich Kornstadt) и фельдфебель Альбин Дорфер (Albin Dorfer) попали в плен.

9 июня 1943 года новый командир 6./JG27 лейтенант Вилли Кинч одержал свои 29-ю и 30-ю победы, сбив 2 Лайтнинга над островом.

Пиком воздушной операции союзников в районе Пантелерии стало 10 июня 1943 года, когда стало известно, что «воздушный штурм стал настолько интенсивным, что самолёты, прибывающие над целью, должны были вставать в очередь, прежде чем начинать бомбить». Самолёты USAAF и RAF совершили 1351 самолёто-вылет над островом. II./JG27 понесла особо тяжелые потери в боях с численно превосходящим врагом: было потеряно 12 самолётов и 9 пилотов. Группа заплатила высокую цену — фактически, самую тяжелую из всех в ходе её сицилийской кампании. Среди погибших были лейтенант Ганс Левес (Hans Lewes), который одержал последнюю победу эскадры в пустыне шестью месяцами ранее и с тех пор прибавил к ним ещё две — он стал единственной жертвой 5./JG27 и унтер-офицер Гельмут Хефтер (Helmut Hefter). Лейтенант Эрих Бушек (Erich Buschek), унтер-офицеры Майнхард Мондри (Meinhard Mondry), Фриц Штумпф (Fritz Stumpf), Карл Карлсбок (Karl Karlsbock), Фридрих Чиоссек (Friedrich Cziossek), фельдфебель Эрвин Зиннвелл (Erwin Sinnwell) и лейтенант Вильгельм Кютгенс (Wilhelm Kütgens) были объявлены пропавшими без вести. 6.-я эскадрилья Вилли Кинча понесла шесть потерь. 4.-я эскадрилья сообщила о пропаже трех пилотов. Среди побед Группы числились 2 P-40 и Бостон (Вернер Шроер), а также 3 Спитфайра (2 сбил Вилли Кинч и 1 Генрих Штайс).

Самолёт союзников, приблизившийся к Пантеллерии 11 июня, сообщил об обнаружении сигнала о капитуляции. Высадка союзников на остров состоялась в тот же день. Командир итальянского гарнизона сдался вместе с 11 000 солдат без единого выстрела.

Одержав столь простую победу, союзники вновь переключили все свое внимание на сицилийские аэродромы. Утром пилоты II./JG27 перехватили почти 200 B-17 и B-25 и их истребительный эскорт. Немцы смогли сбить 3 вражеских самолёта (гауптман Вернер Шроер сбил B-17, Кинч сбил B-25 и P-38), заплатив за это двумя потерянными самолётами и 2 пилотами. Унтер-офицер Гейнц Дирк (Heinz Dierck) пропал без вести после боя с Лайтнингами эскорта, а унтер-офицер Герхард Прциклинк (Gerhard Prziklink) погиб, пытаясь выполнить аварийную посадку. В следующем бою, состоявшемся через полтора часа, Кинч и Юргенс сбили по Спитфайру.

Теперь ничто не мешало морскому вторжению на Сицилию. Но, как и в Северной Африке, II./JG27 избежала заключительных этапов последующего наступления союзников. Другие Jagdgruppen — эвакуированные из Африки после тунисского разгрома — начали прибывать на Сицилию. А 20 июня гауптману Вернеру Шроеру и его пилотам было приказано перелететь в Лечче на «каблуке» Италии.

Возвращение в континентальную Европу принесло лишь малое облегчение истощенной Группе. Американские тяжелые бомбардировщики уже вгрызались в «мягкое подбрюшье». Первыми в списке приоритетных целей стали аэродромы Оси, в том числе Лечче. Во время одного такого рейда, 2 июля, II./JG27 добилась редкого успеха, заявив шесть из соединения 22 несопровождаемых B-24. Пилоты II./JG27 поднялись на перехват в 10:30 и через 45 минут заметили группу из 22 Либерейторов без истребительного эскорта. Немцы провели серию атак как по учебнику и за 15 минут сбили 6 бомбардировщиков не понеся потерь. В полдень того же дня унтер-офицер Карл Кампе (Karl Kampe) из 5./JG27 вписал своё имя в историю части, когда сбил B-24 над морем.

Восемь дней, 10 июля 1943 года, спустя англо-американские войска высадились на Сицилии. В первый день вторжения самолёты II./JG27, оснащённые подвесными баками, атаковали британские пляжи высадки вокруг Сиракуз. Днём пилоты части перехватили звено Спитфайров над Сиракузами. Сбитых на свой счёт получили Кинч, гауптман Эрнст Бёрнген и Карл-Гейнц Капп (Karl-Heinz Kapp).

На следующий день, 11 июля, Группа вернулась к действиям над Италией, заявив два B-24 к югу от Кротоне. Они стали жертвами гауптмана Вернера Шроера и фельдфебеля Мюллера.

12 июля небольшой отряд вернулся на Сицилию, чтобы действовать совместно с JG53 и Кинч сбил Спитфайр. Всего отряд заявил три Спитфайра за своё короткое пребывание, но ему пришлось оставить три небоеспособных Bf.109, когда получил приказ вернуться в Италию три дня спустя.

Поскольку Лечче был признан небоеспособным в результате недавней бомбардировки, Группа 14 июля перебазировалась в Сан-Вито-деи-Норманни, к северу от Бриндизи.

Именно здесь, 16 июля, II./JG27 поучаствовала в последней крупной битве своей средиземноморской кампании. Примерно в 13:00 Bf.109 из II./JG27 атаковали большую группу B-24, шедших без сопровождения около Палаццо Сан Гервазио (Palazzo San Gervasio) для атаки аэродрома в Бари. Командир Группы, гауптман Вернер Шроер, одержал 2 победы, тогда как Эрнст Бёрнген, Вилли Кинч и фельдфебели Штайс (Steis) и Вёффен (Woffen), сбили по одному. Сами немцы потеряли 2 самолёта. Унтер-офицер Херманн (Hermann) смог выпрыгнуть из своего Bf.109G-6/trop (W.Nr.18654), получившего серию попаданий, но его парашют не раскрылся. Командир 5./JG27 гауптман Эрнст Бёрнген оказался серьёзно ранен, когда оборонительный огонь B-24 разнёс кабину его самолёта. Он смог вернуться на базу, но разбился при попытке посадки и несколько следующих недель провёл в госпитале.

В течение дня в бою против Спитфайров над Катанией фельдфебель Мюллер сбил 1 вражеский самолёт. В этом же бою унтер-офицер Дагоберт Штангльмайер (Dagobert Stangelmeier) был сбит и позднее отмечен пропавшим без вести.

Пилоты Группы продолжали сражаться над Сицилией до 28 июля, когда II./JG27 было приказано передать свои последние 17 исправных Густавов другим подразделениям — прежде всего JG53 — и по железной дороге вернуться на Родину, для кратковременного отдыха и перевооружения.

За 5 месяцев боёв над Сицилией экипажи II./JG27 одержали 128 побед в воздухе. Ведущими лётчиками стали командир 6./JG27 лейтенант Вилли Кинч и командир Группы гауптман Вернер Шроер, набравшие 25 и 22 победы соответственно. Успех дался дорогой ценой — 34 лётчика погибли или пропали без вести, 2 попали в плен и 18 были ранены. Из 78 Bf.109G, списанных за этот период, 52 были списаны в результате действий противника, а оставшиеся из-за различных аварий и технических проблем.

Штаб эскадры майора Густава Ределя, который базировался рядом со II.-й Группа в Лечче, во второй половине июня, также покинул Италию в июле. Однако он направлялся не на север, в Германию, а на восток, в Каламаки, в Греции, где Рёдель, недавно награждённый Дубовыми Листьями, должен был взять на себя прямой контроль над двумя другими своими Группами — африканскими ветеранами III./JG27, в то время перевооружавшимися, и недавно созданной IV./JG27.

III./JG27 и IV./JG27 над Балканами[править | править код]

Когда III.-я Группа покинула Ливию в ноябре 1942 года, и прибыла в Кастелли на острове Крит, то осталась здесь почти на четыре месяца, якобы «отдыхая», но в то же время охраняя подходы к Греции и Эгейскому морю.

Условия обитания на новой базе оставляли желать лучшего. Часть была расквартирована в деревянных казармах на краю аэродрома, которые кишили насекомыми. Персонал использовал 2 относительно тихие недели чтобы перевести дыхание и натренировать новичков, которых прислали из Рейха пополнить ряды. Дежурные экипажи регулярно поднимались в воздух на перехват вражеских разведчиков, забиравшихся в этот район. Фельдфебель Гейнц-Альберт Друнк (Heinz-Albert Drunk) из 9./JG27 пропал без вести в ходе одного из таких вылетов 28 ноября 1942 года.

18 января 1943 года 8./JG27 была переброшена на Родос, где она находилась следующие 6 недель. Пилоты части занимались перехватом английских бомбардировщиков и торпедоносцев, атаковавших немецкое и итальянское транспортное судоходство, занимавшееся снабжением гарнизонов дюжины маленьких островов, разбросанных по всему Эгейскому морю. Единственным пилотом, добившимся хоть какого-либо успеха в этих вылетах, хотя и не без доли случайности, стал командир эскадрильи, обер-лейтенант Вернер Шроер. И именно он одержал первые две победы Группы в новом году, сбив два «Бофорта», заявленные над островом Скарпанто 11 февраля 1943 года, которые стали его 62-й и 63-й победами.

В этот день Шроер надел свою парадно-выходную форму, чтобы отправиться на Крит, где он намеревался жениться. Немец взлетел и растаял на горизонте. 25 минут спустя он сообщил о сбитии двух бомбардировщиков Бофорт, которых встретил по дороге. Победа, однако, досталась ему дорогой ценой: прекрасный фарфоровый набор, его свадебный подарок, разбился на кусочки в багажном отсеке. Однако теперь представляется более вероятным, что его целями была пара Мародёров, которые, согласно докладам, пропали без вести 15 февраля. Неправильная идентификация может быть объяснена тем, что Мародёр являлся относительно новым и незнакомым типом, а путаница в датах тем фактом, что Шроер тогда летел обратно на Крит, а затем домой в отпуск, чтобы жениться — возможно, у него был другие вещи на уме!

В марте, когда обстановка в восточном Средиземноморье оставалась спокойной, 11 марта 1943 года 9./JG27 получила приказ перебазироваться в Бари, Италия, откуда она действовала совместно с 7./JG27 в конце месяца. В начале апреля оба подразделения получили новенькие Мессершмитты Bf.109G-4 и Bf.109G-6. III./JG27 наконец-то собиралась попрощаться со своим верными «Фридрихами».

Как только переоснащение было завершено, обе эскадрильи были отправлены в Сан-Пьетро, на Сицилию, для участия в операциях против Мальты.

9./JG27 понесла первую потерю на новом месте 6 апреля 1943 года, когда унтер-офицер Эрих Драйер (Erich Dreyer) был сбит Спитфайром над Мальтой и впоследствии утонул, не сумев выбраться из самолёта, совершив аварийную посадку на воду.

2 Спитфайра, сбитые над Мальтой 12 апреля командиром 7./JG27 обер-лейтенантом Гюнтером Ханнаком (Günter Hannak), стали первыми победами на новом театре. Ханнак, кавалер Рыцарского креста и ас с 47 победами, недавно перешёл из JG77. Эти Спитфайры стали единственными победами Ханнака с его новой эскадрильей. Менее чем через месяц, 5 мая, из-за проблем с двигателем он не вернётся из разведывательного вылета над Мальтой. Ханнак совершил аварийную посадку на острове и попал в плен.

В дни последних боёв в Тунисе в начале мая 1943 года 7.-я и 9.-я эскадрильи потеряли 6 самолётов в ходе вылетов на прикрытие немецкого воздушного моста между Тунисом и Сицилией, хотя потерь среди личного состава не было. С другой стороны, гауптман Франк-Вернер Ротт (Frank-Werner Rott) и унтер-офицер Франц Бюзен (Franz Büsen) добавили на счёт группы 2 победы, сбив по Спитфайру каждый.

В конце мая обе эскадрильи отправились обратно на восток, чтобы воссоединиться с 8./JG27 на новой базе Группы на материковой части Греции в Танагра, к северо-западу от Афин. В то время как гауптманн Вернер Шроер был назначен командиром II./JG27, 8.-ю эскадрилью теперь возглавил обер-лейтенант Дитрих Беслер (Dietrich Boesler).

В это время 8./JG27 продолжала вести бои на Крите. 13 мая 1943 года лейтенант Виз (Wies) и фельдфебель Штюклер (Stuckler) сбили по Бофайтеру.

Затем большие изменения произошли в процессе разработки планов создания совершенно новой Группы. План реорганизации истребительных сил люфтваффе предполагал организации дополнительной IV.-й Группы в составе каждой эскадры. Использование того же довоенного метода Mutter-Tochterverband (мать-дочка), который применялся при создании на базе I./JG1 новой Группы I./JG21, являвшейся теперь III./JG27 (потомка той оригинальной I./JG1), в основном способствовало созданию IV./JG27.

8.-я эскадрилья Беслера была переведена на базу новой Группы в Каламаки, где была переименована в 12./JG27. 10.-я и 11.-я эскадрильи были созданы с нуля, но также содержали значительное количество персонала III.-й Группы. После окончания боёв в Тунисе III./JG27 была направлена на авиабазу Танагра в Греции, где большая часть наземного персонала была переведена в состав IV./JG27. Командование IV./JG27 было поручено гауптману Рудольфу «Руди» Заннеру, который в прошлом году был командиром 6./JG27. Следующие недели IV.-я Группа была занята действиями с Каламаки и понесла несколько потерь при боевой подготовке в процессе формирования. Спустя несколько недель после основания новой части, 4 её пилота погибли и 5 самолётов были списаны в серии небоевых аварий. Первой жертвой стал унтер-офицер Герхард Сдун (Gerhard Sdun) из 12./JG27, самолёт которого разбился неподалеку от Мальме. Сдун был ветераном, присоединившимся к III./JG27 в 1941 году, и имел 4 победы на своём счету.

В это время оставшаяся часть III./JG27 удалилась в Лечче, чтобы пополнить свой состав после создания в Группе нового подразделения. Новая 8.-я эскадрилья была создана в первую неделю июня. Командиром новой эскадрильи стал обер-лейтенант Вольф-Удо Эттель из состава 4./JG3, кавалер Рыцарского креста с 1 июня 1943 года, на счету которого было 120 побед одержанных на Восточном фронте. Командование 7./JG27 было поручено лейтенанту Эмилю Клоду, который на этот момент имел 17 сбитых на счету.

К концу июня III.-я Группа возвратилась в Аргос в Греции, кроме звена из 7-й эскадрильи лейтенанта Эмиля Клода, которое отправилось в Малеме, на острове Крит. Однако вряд ли оно возобновило патрулирование эгейских подходов, когда 10 июля вторжение союзников на Сицилию привело к тому, что эскадрилья была срочно отозвана в Бриндизи, в Италию, 14 июля.

На своих Bf.109, оснащенными подвесными баками, пилоты 15 июля совершили свои первые вылеты по наземной поддержке над восточной Сицилией. Здесь Вольф-Удо Эттель заявил о своей 121-й победе (Спитфайр), а 7./JG27 лишилась одного самолёта.

Утром следующего дня пилоты Группы выполняли штурмовые вылеты против позиций противника в районе Катании и озера Лентини. 2 Мессершмитта были сбиты зенитным огнем союзников и лейтенант Юрген Фогель (Jürgen Vogel) погиб в бою. Эттель сбил Спитфайр, действующий в этом районе. В полдень группа самолётов III./JG27 атаковала группу Либерейторов, сопровождаемую Спитфайрами над юго-восточной частью острова. Вольф-Удо Эттель сбил 2 бомбардировщика, а унтер-офицер Оскар Вольф (Oskar Wolf) ещё 1. Спитфайры сопровождения сбили 2 Мессершмитта, убив их пилотов, унтер-офицера Герхарда Хахе (Gerhard Hache) и унтер-офицера Хорста Шербера (Horst Scherber).

Всего III./JG27 потеряла шесть своих «Густавов» за эти два дня. И худшее наступило сутки спустя.

17 июля пять из десяти истребителей Группы были сбиты зенитным огнем во время атаки на британские войска к югу от Катании. Погибли четыре пилота, включая лейтенанта Роберта Виза (Robert Wies) из штаба Группы и нового командира 8./JG27 обер-лейтенанта Вольфа-Удо Эттеля, чей Bf.109G-6 получил прямое попадание. Обер-лейтенант Вольф-Удо Эттель будет посмертно награждён Дубовыми листьями 31 августа.

2 недели спустя часть была выведена из боев. После обычной практики передачи немногих оставшихся исправных машин другим Jagdgruppen в этом районе (вероятно, I./JG53 и IV./JG3), подразделение было направлено на аэродром Вин-Гоцендорф (Wien-Gotzendorf) для пополнения. Она оставалась там до середины сентября 1943 года. Это оставило ранее неиспользованную IV.-ю Группу в качестве единственной охраны восточного Средиземноморья и Эгейского моря, что и застал майор Густав Рёдель, когда привел штаб эскадры в Каламаки.

IV./JG27 к этому времени уже открыла счет. 9 июля 1943 года пилоты новой Группы атаковали группу из 23-х летевших без сопровождения Либерейторов, возвращавшихся из налета на аэродром Мальме — базу 12.-й эскадрильи (убив одного оружейника). Обер-лейтенант Эрнст-Георг Альтнортхофф (Ernst-Georg Altnorthoff) и фельдфебель Ганс Фаренбергер (Hans Fahrenberger) одержали по одной победе. Победа Альтнортхоффа была не только первой победой части, но и также первым вражеским самолётом, сбитым в его первом боевом вылете. Вылет окончился первой в карьере летчика аварийной посадкой, когда двигатель его самолёта был поврежден точным огнем второго B-24, которого он попытался атаковать.

Но гораздо больший, и гораздо более известный, налет другого соединения B-24, летевших без сопровождения, обеспечил IV.-ю Группу очередными успехами.

Ранним утром в воскресенье 1 августа, Либерейтеров вылетели со своих баз в пустыне, окрестностях Бенгази, в 3200 км полет туда и обратно на нефтеперерабатывающие заводы Плоешти в Румынии. Они отслеживались радарами Люфтваффе в течение большей части пути, и хотя IV./JG27 не участвовала в воздушных боях рядом с целью бомбардировщиков, десять из её «Густавов» во главе с командиром 11./JG27 обер-лейтенантом Альфредом Бурком (Alfred Burk), поздним вечером получили приказ перебазироваться на наиболее западный аэродром на Пелопоннесе — Араксос, чтобы перехватить бомбардировщики на их обратном пути от цели. С земли операция контролировалась офицером разведки обер-лейтенантом Вернером Шталем. Он использовал пару компасов и простейший арифмометр для вычисления маршрута перехвата. Согласно расчётам, истребители могли провести в точке встречи тридцатиминутный бой. Прогнозы Шталя строились на том, что бомбардировщики будут возвращаться тем же маршрутом, что и на подходе к цели.

Группу из 10 Мессершмиттов с 300-литровыми подвесными баками возглавил обер-лейтенант Бурк — командир 11./JG27. Расчёты оказались верными и в 17:25 немцы обнаружили 15 Либерейторов, летящих в длинном растянутом строю. Окрашенные в пустынный камуфляж, бомбардировщики были хорошо видны на фоне моря. B-24 летели очень низко и было похоже на то, что их экипажи не ждут встречи с вражескими истребителями.

Бурк решил воздержаться от атаки до тех пор, пока истребители не сожгут все топливо в подвесных баках, что даст им дополнительное время действия. Первым американцем-членом экипажа, заметившем Мессершмитты, стал Оуэн Колдайрон (Coldiron Owen), стрелок B-24D-CO, 41-11815 «Daisy Mae»: «Истребители, три часа, прямо со стороны солнца!»

Бомбардировщики немедленно сомкнули строй. Бурк не мог больше ждать: он приказал сбросить подвесные баки и каждому пилоту выбрать себе цель. Капитан Льюис Н. Эллис (Lewis N. Ellis), пилот «Daisy Mae», вспоминал о том бое:

«Это не было случайной встречей. Это была отлично и до мелочей спланированная операция. Мы знали, что немцы не сосунки. Тут или ты убьешь или сам окажешься убитым или мы могли только надеяться на то, что останемся в живых до того, как у нас закончится топливо.»

Стрелки открыли огонь с 900 м. Bf.109G-2 (WNr.14255), «Белая 12» взорвался в воздухе. Его пилот, унтер-офицер Макс Граф (Max Graf), выпрыгнул из самолёта, но больше о нём нет никакой информации.

Первым был сбит B-24D-95-CO, 42-40780, «Available Jones», пилотируемый капитаном Фредом Джонсом (Fred Jones). Весь экипаж смог спастись с парашютами и позднее был подобран итальянским военным кораблём и попал в плен. Спустя несколько минут другой Либерейтор, B-24D-45-CO, 42-40322, «The Cornhusker», был сбит, унеся с собой жизни всех членов экипажа, возглавляемого капитаном Недом МакКарти (Ned McCarthy). Либерейтор B-24D-15-CO, 41-24024, «Bewitching Witch», под командованием капитана Реджинальда Карпентера (Reginald L. Carpenter) добрался до Кипра, несмотря на пожар двух двигателей. Бомбардировщик успешно выполнил аварийную посадку в море. И, хотя 2 стрелка погибли в бою, остальные члены экипажа были спасены англичанами.

Всего пилоты Группы заявили пять тяжеловозов, прежде чем нехватка топлива заставила прервать атаку. Победы одержали унтер-офицер Рудольф Филипп (Rudolf Philipp), обер-лейтенанты Эрнст-Георг Альтнортхоф и Альфред Бурк, фельдфебель Эрнст Хакль (Ernst Hackl) и лейтенант Ганс Флор (Hans Flor).


В последующие недели мало что происходило, пока безоговорочная капитуляция Италии 8 сентября 1943 года неожиданно не привела к новой расстановке сил на Средиземном море. Итальянский коллапс повлиял на JG27 разными способами. На личном уровне это стоило IV.-й Группе её первого командира. Козлом отпущения за «необоснованную перестрелку» с соседним подразделением итальянской армии до официальной капитуляции, стал гауптман Рудольф Зиннер, который был «повышен в должности» до командования IV./JG54 на восточном фронте, в середине сентября. Его место занял исполняющий обязанности командира обер-лейтенант Дитрих Бёслер.

После падения Италии 8 сентября 1943 года некоторые итальянские гарнизоны на греческих островах, в основном Корфу, Кефаллиния и Скарпанто, перешли на сторону соперника и присоединились к союзникам. Была запущена операция «Майкрауб», направленная на усиление этих гарнизонов английскими частями. RAF направила несколько бомбардировочных и истребительных частей для обеспечения пополнения и воздушной защиты над захваченными островами.

Хотя немецкие войска быстро заняли 12 островов Додеканеса на входе в Эгейское море, они сначала были разбросаны, слабы и не смогли помешать англичанам высадиться на трёх основных островах. В течение двух дней прилетели Спитфайры и начали использовать взлётно-посадочные полосы на острове Кос.

Эту угрозу Греции и Балканам (которые всегда были предпочтительным маршрутом вторжения Черчилля в Южной Европе) нельзя было игнорировать. III./JG27 была переброшена обратно из Вены в Аргос, на Пелепоннесе, и быстро отправила отряды дальше на юг и восток — на Крит и Родос. В задачи лётчиков входило обеспечение ПВО в районе между Родосом и Критом, а также над Грецией, Албанией и Болгарией.

С IV.-й Группой, также рассеянной по Южному Эгейскому морю, основные действия подразделений в предстоящие недели будут направлены на поддержку немецкого завоевания тех островов в Додеканесе, которые удерживали англичане.

Пилоты IV./JG27 снова понюхали пороху 17 сентября 1943 года, когда столкнулись с истребителями RAF над островом Кос. Немцы не смогли одержать ни одной победы, но сами потеряли унтер-офицера Курта Нерна (Kurt Nern) из 11./JG27.

IV./JG27 заявила свои первые три Спитфайра у Коса 18 сентября, до прибытия III.-й Группы — но ценой двух своих пилотов, пропавших без вести: обер-фельдфебель Вильгельм Моргенштерн (Wilhelm Morgenstern) из 10./JG27 пропал без вести, а унтер-офицер Густав Деттмар (Gustav Dettmar) фактически попал в плен.

Следующий бой против Спитфайров состоялся над Косом 19 сентября. Немецкие истребители сбили 2 английских самолёта ценой жизни одного пилота: унтер-офицер Вальтер Торге (Walter Torge) пропал без вести в бою.

III./JG27 уничтожила семь Спитфайров без потерь в том же районе в течение первых двух дней своего действия и будет продолжать неуклонно снижать количество самолётов союзников — более 100 — в течение этого последнего периода средиземноморской службы.

27 сентября 1943 года, в первый день боёв, обер-фельдфебель Фриц Громотка сбил над островом Кос 2 Спитфайра, а унтер-офицер Ханнес Лёффлер (Hannes Löffler) и обер-фельдфебель Йоханнес Шайт (Johannes Scheit) по одному.

На следующий день, 28 сентября, майор Эрнст Дюльберг сбил ещё один Спитфайр в том же районе (он стал 2000-й победой части), а следом ещё 2 победы одержали Йоханнес Шайт и Фриц Громотка. Немцы потеряли 1 самолёт: унтер-офицер Якоб Хервег (Jakob Herweg) из 9./JG27 выпрыгнул из самолёта и был подобран в море итальянским рыболовным судном.

30 сентября 1943 года Эрнст Дюльберг уничтожил летающую лодку Уолрус — она стала его 20-й победой.

1 октября 1943 произошёл очередной бой над островом Кос. В этот день фельдфебель Генрих Бартельс из 11./JG27 одержал свои 50 и 51 победы, когда сбил в скоротечном бою 2 бомбардировщика «Бостон». Бартельс был переведён в IV./JG27 в августе 1943 года, а до этого служил в JG5 на северном фланге Восточного фронта. Большинство из 49 побед Бартельса к тому дню были одержаны в составе 8./JG5 на Крайнем Севере, где он был награждён Рыцарским крестом. Однако внезапная смена климата с арктического на субтропический мало повлияла на его способность к стрельбе, что он быстро продемонстрировал. Во время службы в IV./JG27 он стал одним из наиболее значительных пилотов части.

2 октября 1943 года немцы начали наступательную операцию, целью которой было возвращение острова Кос. Перед тем как части Вермахта ступили на остров произошло экстраординарное событие, которое могло изменить исход всей операции — капитуляция смешанного англо-итальянского гарнизона. О событиях тех дней вспоминает унтер-офицер Тео Хекманн из 7./JG27:

«Мы взлетели из Аргоса в 08:20 с целью обеспечить прикрытие с воздуха высадке наших частей. Взлетая, мы увидили одиночный поплавковый Ar.196 на северо-востоке, приближающийся к одному из кораблей. Мы знали, что итальянцы захватили несколько Арадо после переворота Бадольо, поэтому если это один из них, то он точно что-то задумал. Я решил поближе взглянуть на этот Арадо. Подойдя вплотную я пронесся у него перед носом поперек его курса. Я повторил этот манёвр снова и тогда экипаж дал сигнальную ракету. Сигнал был не тем, какой я ожидал, поэтому теперь Арадо привлек мое внимание целиком. Я снова приблизился к самолёту и он снова дал неверный сигнал. Теперь я уже был точно уверен, что самолёт пилотирует итальянский экипаж. Заняв позицию сзади, я послал несколько точных очередей, которые попали самолёту в правый горизонтальный стабилизатор и руль направления. Самолёту пришлось совершить аварийную посадку на воду. Я облетел его и вернулся на базу в Танагру. Как только я приземлился, к моему великому удивлению, я тут же был арестован обер-лейтенантом Хаммелем. Оказалось, что итальянский Арадо, который я обстрелял, нес на борту генерал-лейтенанта Мюллера, главнокомандующего наземной операцией. Я чуть было не убил главнокомандующего собственных наземных сил! К счастью, при аварийной посадке он не пострадал. В ходе долгого телефонного разговора я смог объяснить генералу, что я четко следовал инструкциям, предписывающим, что любой самолёт в пределах 6 км от конвоя, который не может быть однозначно определён как дружественный, должен быть перехвачен. Инцидент был улажен и в тот же самый день я вылетел в Гадурру, чтобы принять участие в боях над островом Кос.»

В начале дня 5 октября 1943 года Мессершмитты из IV./JG27 атаковали группу B-24 над Аттикой, сбив 3 самолёта и 1 отделив один от формирования (немцы называли это Herausschuß или сокращённо HSS — самолёт, отделившийся от построения в результате нанесённых ему повреждений. Этот термин распространялся только на четырёхмоторные бомбардировщики). Фельдфебель Генрих Бартельс добавил на свой счёт 2 победы.

В тот же день, 5 октября, 15 Bf.109 из III./JG27 перехватили группу из 18 B-24 около Коринфа и так же сбили 4 из них ценой потери 3 самолётов и одного летчика (унтер-офицер Альфред Клусс (Alfred Kluß)).

8 октября фельдфебель Генрих Бартельс сбил 3 Лайтнинга.

Самым успешным днем III.-й Группы стало 8 октября, когда она сбила восемь вражеских машин различного типа, в том числе весьма подозрительный «Манчестер (!)» — скорее всего, B-25 — над южной Грецией. В этот день аэродромы люфтваффе в Греции подверглись бомбардировке 105 американских «тяжеловозов». Защищая собственные аэродромы, пилоты III./JG27 одержали 8 побед, потеряв лейтенанта Вернера Гуцмана (Werner Gutzmann), который был объявлен пропавшим без вести. В ходе оборонительных операций против бомбардировщиков союзников, которые продолжались до конца октября 1943 года, экипажи III./JG27 одержали ещё 6 побед, потеряв 8 самолётов и 4 пилотов (2 погибли в бою и 2 ранены).

Майор Густав Рёдель также заявил Бофайтер и пару «тяжеловозов» с момента прибытия Штаба эскадры в Грецию. Это, вместе с ещё двумя победами, довело их общее число до 83. Другим единственным пилотом Штаба, которому была записана победа над восточным Средиземноморьем, был адъютант Рёделя, обер-лейтенант Йост Шланг, который сбил B-17 к западу от Коринфа 10 октября.

Но только IV.-я Группа добьется самых впечатляющих успехов и понесет при этом самые тяжелые потери, поскольку долгая связь JG27 со средиземноморским театром медленно, но верно приближалась к своему завершению. Многие из этих окончательных успехов — фактически их половина — будут результатом действий только двух пилотов, оба из которых были новичками на этом театре.

После гибели и. о. командира IV./JG27 обер-лейтенанта Дитриха Бёслера в бою против B-17 возле Коринфа 10 октября, его официальной заменой 18 октября 1943 года стал гауптман Йоахим Киршнер, бывший командир 5./JG3. Во время службы в 5./JG3 он одержал 175 побед и получил Дубовые листья к Рыцарскому кресту 2 августа 1943 года.

23 октября 1943 года, во время первого боевого вылета в составе части, новый командир подтвердил свою исключительную меткость, сбив 2 Спитфайра и один Лайтнинг. В том же самом бою фельдфебель Генрих Бартельс сбил Спитфайр.

Два дня спустя он же добавил 4 P-38 на свой счет, а всего пилоты части сбили 7 вражеских самолётов, не потеряв ни одного своего.

Но, как всегда, именно движение армий на земле, а не отдельные успехи в воздухе, диктовало ход событий. И к концу октября 1943 года союзные войска прочно обосновались в Италии и постепенно продвигались на север. Это создало совершенно новую угрозу для балканских стран, которые теперь были отделены от авиабаз союзников в Италии только 190 км ширины Адриатического моря.

Последовавший всплеск активности привел к последнему из многих перераспределений JG27 в рамках средиземноморского театра. После ухода III.-й Группы для обороны Греции и Крита, IV./JG27 было приказано 28 октября перебазироваться на север к Подгорице, в Югославии.

Три дня спустя, 31 октября, столкновение над Адриатическим побережьем недалеко от албанской границы закончилось ещё тремя P-38 сбитыми 11./JG27 — фельдфебель Генрих Бартельс снова одержал победы, сбив 2 P-38, а обер-ефрейтор Гюнтер Кюн (Gunther Kühn) сбил один самолёт. Но командир 11./JG27, обер-лейтенант Альфред Бурк (Alfred Burk) погиб в бою, когда его Bf.109G-6 (W.Nr. 140056) разбился в море. 11./JG27 была особенно неудачной, потеряв ещё двух командиров до конца года.

Несколько раз, в первые 4 дня ноября 1943 года, пилоты IV./JG27 сталкивались с истребителями союзников. Из 6 побед, одержанных за этот период пилотами части, 3 принадлежат Бартельсу, 2 гауптману Киршнеру и 1 лейтенанту Вольфгангу Лангу (Wolfgang Lang).

2 очень успешных боя провели пилоты IV./JG27 15 ноября 1943 года, когда сбили 14 Лайтнингов и 1 Митчелл без собственных потерь. Киршнер и Бартельс оба привезли из этих боев по 4 победы, первый одержал 185-ю, а второй 70-ю личные победы. 15 ноября оказался самым успешным днем за всю двухлетнюю историю IV./JG27.

17 ноября 1943 года немецкие пилоты совершили вылет на защиту аэродрома Каламаки, который находился под атакой большой группы Митчеллов и P-38 эскорта. Пилоты люфтваффе сбили 4 B-25 и 4 P-38. Большая часть побед вновь пошла на «убойный дуэт»: Киршнер сбил 2 самолёта, а Бартельс — 3.

Постоянно усиливающаяся воздушная активность союзников на Балканах — нападения на каботажные морские перевозки вдоль Адриатического моря, поддержка партизанских сил коммунистов в Югославии, базирующиеся в Италии «тяжеловозы», летящие высоко над головой к целям, расположенным в тылу, — все это означало, что IV./JG27 вскоре будет растянута до предела, как в оперативном, так и в географическом отношении. Перебравшись в Скопье в начале декабря, Группа также расположит свои эскадрильи и звенья на ещё полудюжине площадок базирования — от Мостара, в Югославии, на севере до Деволи, в Албании, на юге.

Успешный ноябрь 1943 года сменился одним из наиболее неудачных месяцев для пилотов IV./JG27. Полоса неудач началась 6 декабря 1943 года, когда лейтенант Гюнтер Потрафке (Günther Potrafke) был тяжело ранен, пытаясь приземлиться на своем поврежденном в бою самолёте.

2 дня спустя фельдфебель Эрнст Хакль сбил Бофайтер, но в этот же день лейтенант Рихард Кункиль (Richard Kunkiel) погиб в аварии, когда у его самолёта отказал двигатель.

10 декабря 1943 года 11./JG27 потеряла своего нового командира, Вольфганга Хольса (Wolfgang Hohls) в бою с Лайтнингами. Не стало утешением то, что в этом бою унтер-офицер Рудольф Филипп (Rudolf Philipp) сбил Лайтнинг.

3 дня спустя унтер-офицер Михаэль Штрассер (Michael Strasser) был ранен, когда его самолёт попал под незначительный огонь стрелкового оружия во время разведывательного вылета над территорией, контролируемой партизанами.

Увеличивающаяся численность союзников также неизбежно приводила к растущему списку жертв Группы. 16 декабря произошел бой с крупной группой вражеских истребителей. Унтер-офицер Динезен (Dienesen) и фельдфебель Эрнст Хакль (Ernst Hackl) смогли сбить по P-40, но через минуту погибли в бою против численно превосходящего противника. В полдень того же дня лейтенант Лумердинг (Lumerding) сбил Спитфайр, но в этом же бою погиб адъютант штаба лейтенант Вольфганг Ланг.

Хуже было на следующий день. 17 декабря 1943 года окончилось полной катастрофой. В двух отдельных сражениях со Спитфайрами, пять пилотов были потеряны, не имея возможности претендовать ни на одну победу. В полете над албанским побережьем 10./JG27 потеряла 2 пилотов (лейтенант Лумердинг (Lumerding) и фенрих Тиль (Thiel)), а через несколько минут над Алессио погиб член 11./JG27 унтер-офицер Андре (Andre). В следующем вылете звено, возглавляемое гауптманом Киршнером было неожиданно атаковано Спитфайрами около Метковиц (Metkovic). Мгновенно ведущая пара была сбита огнем Спитфайров. Киршнер смог выпрыгнуть из горящего самолёта, а его ведомый, командир 11./JG27 лейтенант Хайсснерр (Heissnerr) — погиб. Киршнер приземлился на территории, контролируемой партизанам. Но хотя воздушные поиски были предприняты почти сразу, никаких следов Киршнера найти не удалось. Позже сообщалось, что 20-й по результативности истребитель Люфтваффе был пойман и казнен партизанами 29-й Коммунистической Бригады.

Понеся столь серьёзные потери, часть была выведена из боев. IV./JG27 вернулась к боевым вылетам лишь в конце года, после прибытия нового командира, гауптмана Отто Майера (Otto Meyer). Опытный, но сравнительно низкорезультативный гауптман Отто Мейер, в течение предыдущих пяти месяцев был командиром 4./JG27. Группа, унаследованная Мейером, находилась в плачевном состоянии. В последний день года собралось ровно дюжина исправных «Густавов».

Первой жертвой в 1944 году стал бомбардировщик B-25, сбитый 8 января фаненюнкером-унтер-офицером Манфредом Хинцшом (Manfred Hientzsch).

Через 4 дня пилоты части впервые столкнулись с Тандерболтами USAAF. Немцы сбили 3 P-47, но потеряли очередного командира 11./JG27 обер-лейтенанта Вернера Куффнера (Werner Kuffner). В то же самое время над Сплитом лейтенант Бекер (Becker) сбил Спитфайр.

14 января 200 тяжелых бомбардировщиков, сопровождаемые P-38 и P-47, атаковали город Мостар. Хотя истребители IV./JG27 не смогли прорваться через эскорт и достать бомбардировщики, они сбили 5 P-38 не понеся ни одной потери. Один из Лайтнингов пал от руки нового командира Группы Отто Мейера — это была его 11-я победа.

5 последних побед IV./JG27 над Балканами были одержаны 24 января 1944 года, когда часть перехватила B-24 над Скопьем.

В начале февраля IV./JG27 двинулась на восток в Ниш, ближе к границе Югославии с Болгарией. Здесь она оставалась в относительной бездеятельности в течение большей части последующих шести недель.

В середине марта IV./JG27 была переведена на аэродром Грац для усиления ПВО Рейха.

За 10 месяцев боев над Балканами авиаторы IV./JG27 заявили 88 воздушных побед, из которых 24 принадлежали фельдфебелю Генриху Бартельсу. Потери части составили не менее 27 летчиков, погибших в боях или пропавших без вести, и 7 серьёзно раненых пилотов. 51 Bf.109G был списан и 43 самолёта получили тяжелые повреждения. Наблюдался высокий уровень небоевых потерь, к которым относятся 11 смертельных случаев и 6 раненых летчиков, а также 27 потерянных самолётов. Это показывает на то, что часть была введена в бои преждевременно, не закончив обычного цикла подготовки.

Убытие IV./JG27 оставило только III.-ю Группу майора Эрнста Дюллберга патрулировать и оборонять южную Грецию и Эгейское море. Но прогресс войны на других фронтах означал, что и её дни в восточном Средиземноморье теперь также сочтены.

Во время семи отдельных вылетов над восточными Эгейскими островами, в первой половине ноября, пилотам III./JG27 было записано не менее 15 истребителей. После эвакуации Спитфайров с Коса, двухмоторный «Боафайтер» оказался единственным британским «истребителем» с достаточной дальностью полета для достижения Додеканеса с баз RAF на Кипре или в Египте. Однако, как только он прибыл, громоздкий «Бо» оказался в невыгодном положении, если ему не везло, и его перехватывали «Густавы» из III./JG27.

22 ноября 1943 года все острова, доставшиеся англичанам за 2 месяца до происходящих событий, перешли обратно под немецкий контроль. В последующие 3 недели победный счет III./JG27 вырос на 18 самолётов, из которых не менее 15 составили дальние истребители Бофайтер. Собственные потери составили 6 самолётов и 1 погибшего летчика.

В течение декабря, когда Додеканесы были отбиты, противниками Группы были в основном американские «тяжеловозы» над Грецией. Четверо были расстреляны во время рейда на Каламаки (занимаемого 9.-й эскадрильей) 6 декабря, и ещё пять во время нападения на Элевсис (Eleusis) две недели спустя. В каждом случае 7.-я эскадрилья теряла по одному пилоту убитым.

В ходе дневного налета на аэродром Каламаки, бомбардировщики USAAF уничтожили 8 Bf.109G, принадлежащих III./JG27. Несколько самолётов все же успели взлететь и сбили 4 атакующих самолёта (Фриц Громотка одержал 2 победы, а Петер Верффт и Эрнст Дюльберг — по одной). В ходе боя унтер-офицер Вильгельм Хенсель погиб в бою, а ещё 2 Bf.109G были повреждены оборонительным огнем бомбардировщиков.

Другой крупный бой состоялся 20 декабря 1943 года между 26 Bf.109G и крупной группой четырёхмоторных бомбардировщиков и их эскорта из P-38. Фельдфебель Руди Диц (Rudi Dietz) из 7./JG27 погиб, когда стрелок B-17 сбил его самолёт. Остальные пилоты сбили не менее 5 бомбардировщиков и 2 Лайтнинга (Эрнст Дюльберг сбил 2 B-17, Петер Верффт — 1 B-17 и 1 P-38, лейтенант Эмиль Клод и Лёффлер сбили по 1 B-17, а ефрейтор Генрих Потман (Heinrich Pothmann) — P-38).

Последней победой III./JG27 в 1943 году стал «Балтимор», сбитый над Критом унтер-офицером Рудольфом Мойцисом (Rudolf Moycis).

Лейтенант Хорст Кизина (Horst Kizina) из 8./JG27 открыл счет победам 1944 года, когда сбил «Балтимор» 3 января.

Следующие 3 недели были относительно спокойными. 24 января пилоты части поднимались на перехват американских бомбардировщиков, выполняющих рейд на железнодорожный узел около болгарской столицы — Софии. Унтер-офицеры Вет (Weth) и Мурас (Muras) сбили по одному B-17. В тот же день унтер-офицер Франц Бюзен из 7./JG27 сбил ещё один разведывательный «Балтимор» над Эгейским морем.

Февраль 1944 года выдался богатым на поединки над Критом и Эгейским морем. Пилоты части не понесли потерь, а сами сбили не менее 7 Бофайтеров над Самосом 9 февраля.

Затем ещё 2 были сбиты 13 февраля ефрейтором Аппелем (Appel).

Всего, в феврале 1944 года, пилоты III./JG27 заявили о 19 сбитых, а сами потеряли в боях лишь одного пилота. Унтер-офицер Вернер Пфлюгер (Werner Pflüger) из 7./JG27 погиб 25 февраля, когда разбился в море неподалеку от Коса, спустя минуту после того, как сбил Мародер.

6 марта 1944 года пилоты 7./JG27 сбили 6 Мародеров к северо-западу от Крита, без потерь.

Через несколько дней III./JG27 начала перебазирование на аэродром Вена-Зайринг (Wien-Seyring), где должна была влиться в ПВО Рейха.

Однако это был ещё не конец, так как Дюлбергу было приказано оставить его 7.-ю эскадрилью на прежнем ТВД. Под командованием лейтенанта Ганса-Гуннара Кулемана (Hans-Gunnar Culemann) и усиленная более чем вдвое от своей официальной численности, эта эскадрилья останется в Греции и на Крите ещё на два месяца. Таким образом, только она был ответственна за последние более чем 25 побед JG27 в Средиземноморье.

Эскадрилья, после смены 1 мая 1944 года обозначения на 13./JG27, продолжила бои над Грецией до начала июня 1944 года. Но была особая ирония в том, что самые последние победы были одержаны над машинами их бывшего партнера по Оси — над соединением трехмоторных транспортных самолётов, которые 7./JG27 (13./JG27) перехватила над проливом Отранто днем 14 мая 1944 года. Ими были итальянские SM.84, действующие на стороне союзников. Шесть из их числа были отправлены в море к северо-востоку от Бриндизи за десять минут. И ответный огонь стрелков тех же самых бывших партнеров привел к потере унтер-офицера Герхарда Зиглинга (Gerhard Siegling), последнего из более чем 150 пилотов JG27, которые были убиты или пропали без вести на средиземноморском театре с тех пор, как состоялось прибытие I.-й Группы в Эйн-эль-Газала чуть более трех лет назад.

В ходе более чем 6 месяцев воздушных операций над Грецией пилоты III./JG27 одержали 102 победы ценой потери 27 самолётов (из которых только 14 были потеряны от действий противника) и 13 погибших или пропавших без вести пилотов.

Оборона Рейха: 1943 — I-я половина 1944 года[править | править код]

I./JG27 над Западной Европой[править | править код]

В декабре 1942 года, члены I./JG27 собрались на аэродроме Крефельд, откуда группу перевели в Эврё, северо-восточнее Парижа, 2 января 1943 года. В это же время командование группой перешло в руки гауптмана Генриха Зетца — аса, переведённого из JG77 после того, как его 135 побед уже принесли ему Дубовые Листья. Группа получила новые Мессершмитты Bf.109G-4, а также пополнение из молодых пилотов-новобранцев, только что прибывших из учебной школы. Таким образом, с новым самолётом, большой долей новых пилотов и новым командиром, Группа имела мало отношения к I./JG27 периода её расцвета в пустыни. И фронт Канала теперь также сильно отличался от фронта Битвы за Британию тремя годами ранее. Все это, конечно, было не достойно репутации завоёванной Группой.

Как раз в это время I./JG27 с визитом посетил командир 3-го воздушного флота генерал-фельдмаршал Шперле. Несмотря на прибытие столь высокопоставленного гостя пилоты продолжали свои обычные тренировочные полёты. Один из них начал заходить на посадку. Неопытный пилот столкнулся с проблемой. Шасси коснулось полосы и самолёт отскочил обратно в воздух лишь для того, чтобы через несколько секунд снова упасть на колёса: немцы называли такую посадку «Wochenendlandung» — понедельник, вторник, среда и т. д. — по одному дню на каждое касание. Самолёт продолжал прыгать по земле не в силах остановиться. Шперле смотрел на это с интересом и спросил командора: «Пожалуйста, расскажите мне, что пытается сделать этот молодой человек?»

Гауптман Зетц, который, очевидно, не стал скрывать своих глубоких знаний летного дела от высокопоставленного чина ответил: «Он просто прыгает, герр Генерал-фельдмаршал!»

«Фантастика! Это просто невероятно, что делает этот юноша» — воскликнул очарованный маршал.

31 января 1943 года штаб Группы, вместе с 1. и 3./JG27 были переведены в Берне, около Ла-Манша. В тренировочных вылетах пилоты испытывали проблемы с двигателям DB 605, который, как известно, имел тенденцию к заклиниванию или возгоранию в воздухе. В результате подобных аварий часть потеряла 3 самолёта и 2 пилотов в феврале 1943 года.

20 февраля 1943 года 2./JG27 перебазировались на аэродром около Бомон и вся группа достигла боевой готовности.

Первый боевой контакт с противником состоялся 8 марта 1943 года около Байё, когда 9 Bf.109 атаковали соединение из 40 B-17 и Бостонов, сопровождаемое 50 Спитфайрами. Истребители союзников сбили 1 Мессершмитт, Bf.109G-4 (W.Nr.16158), «Желтую 2» из 3./JG27, убив пилота унтер-офицера Сигизмунда Дица (Sigismund Dietz). Командир 2./JG27, лейтенант Карл фон Лирес унд Вилькау, смог прорваться через истребительное прикрытие и выполнил 6 лобовых атак на один B-17, который наконец упал, объятый пламенем, в Ла-Манш.

На следующий день Карл фон Лирес унд Вилькау добавил на свой счет 1 Москито.

13 марта 1943 года группа из 80 Флаинг Фортресс под сопровождением 100 Спитфайров выполнили налет на сортировочную станцию в Amiens-Longeau. В 14:47 Bf.109G-4 из штаба группы вместе с 1./ и 3./JG27 поднялись по тревоге с аэродрома Берне, чтобы встретить атакующих. На взлете погиб лейтенант Карл-Гейнц Тигерстрём (Karl-Heinz Tigerström), когда его самолёт врезался в стену ангара. Инцидент был вызван ошибкой наземного персонала, который забыл снять колодки с рулей высоты. Остальные самолёты оказались втянуты в тяжелый бой против численно превосходящих Спитфайров. Лейтенант Эрдман (Erdmann) из 1./JG27, зажатый несколькими вражескими самолётами, был сбит, несмотря на отчаянные попытки вырваться. Несмотря на то, что он получил серьёзные ранения, немец смог выпрыгнуть и выжить. Обер-фельдфебель Райнер Пётген (Rainer Pöttgen), попытался помочь Эрдману, но тут же был атакован другим Спитфайром. Англичанин промахнулся и перелетел собственную цель. Пётген начал преследование противника и быстро вписал его в перекрестие прицела. После нескольких очередей Спитфайр качнулся и полетел вниз, оставляя за собой полосу чёрного дыма из двигателя. Две минуты спустя гауптман Зетц сбил другой Спитфайр, а затем, через 3 минуты, ещё один. Зетц погиб минуту спустя после того, как сбил свой третий Спитфайр, когда его самолёт вошел в штопор и не вышел из него до удара о землю. Тело командира было позже обнаружено в обломках его Густава в нескольких милях к востоку от Ле-Трепора, как полагают, став жертвой столкновения в воздухе с одним из врагов. Обладатель Рыцарского креста с Дубовыми листьями и ас со 138 победами на счету, Зетц погиб во время своего 274 боевого вылета. Командование I./JG27 перешло к гауптману Эриху Хохагену, ветерану II./JG51, награжденному 5 октября 1941 года Рыцарским крестом за 31 победу. Ярким свидетельством изменяющегося состояния I./JG27 является то, что гауптман Зетц был всего лишь четвёртым командиром со времени образования Группы в 1939 году. За оставшиеся два года её существования их будет не менее 17!

На самом деле, Зетц был лишь одним из 14 погибших, и почти столько же раненых в I./JG27, за время её четырёхмесячной военной службы в обороне северо-западной Европы. В течение этого времени она действовала в основном под контролем JG2, но также кратко прикомандировывалась к JG26, когда это диктовали обстоятельства. Кроме того, 2.-я эскадрилья провела несколько недель в Леувардене, в Нидерландах, вместе с II./JG1.

В конце марта 1943 года часть получила 15 новых Мессершмиттов Bf.109G-6.

Очередной бой пилоты приняли 17 апреля 1943 года у Гавра. В бою против большой группы Спитфайров обер-лейтенант Шланг и лейтенант Карл фон Лирес унд Вилькау сбили по одному самолёту. Часть снова понесла потери: Шланг был ранен, хотя и смог покинуть самолёт над Сен-Валери. Обер-фельдфебель Вальтер Хильгрубер (Walter Hilgruber), один из наименее опытных пилотов 1./JG27, числился пропавшим без вести после боя над Дьеппом.

21 апреля 1943 года пилоты I./JG27 перехватили группу из 12 бомбардировщиков Вентура с эскортом из 24 Спитфайров на пути к железнодорожной станции Абвиль. Гауптман Эрих Хохаген и лейтенант Ганс Реммер сбили по бомбардировщику.

В начале мая 1943 года присутствие союзников в небе над Ла-Маншем усилилось.

Первым серьёзным противостоянием между экипажами I./JG27 и пилотами союзников стало 13 мая 1943 года, когда состоялся воздушный рейд 169 Флаинг Фортресс на завод Поте в Альберте и аэродром в Сент-Омере. Обер-лейтенант Ганс Реммер и лейтенант Карл фон Лирес унд Вилькау сбили по одному B-17, тогда как собственные потери составили 1 Bf.109G-4 и 1 Bf.109G-6, поврежденные в аварии на посадке.

15 мая 1943 года 12 Бостонов днем сбросили 47 осколочных бомб на аэродром в Пуа-Норд. В 17:20 обер-фельдфебель Пётген сбил один из Спитфайров, прикрывавших бомбардировщики.

Пилоты 3./JG27 достигли выдающегося успеха через 3 дня, 18 мая, когда перехватили большую группу штурмовиков Хокер Тайфун над Ла-Маншем, направляющих в Cayeux, и сбили 7 самолётов без собственных потерь (3 Sqn. RAF признал потерю пяти своих машин, в том числе одной из них от зенитного огня). 21 мая 1943 года стал ещё одним днем славы для I./JG27. Девятка Мессершмиттов Bf.109G из «голландской» 2./JG27 атаковала группу из 60 Флаинг Фортресс над Северным морем, участвовавших в рейде на Эмден, и сбила 5 из них ценою 4 сильно поврежденных самолётов и 1 раненого пилота. Унтер-офицер Гельмут Бекман (Helmut Beckmann) вспоминал об этом вылете:

«Мы взлетели на перехват 60 Боингов B-17, идущих со стороны моря по направлению к Эмдену. Первую атаку мы провели ещё далеко над морем, в лоб, и достигли некоторого успеха — несколько бомбардировщиков отстали от группы, таща позади себя тонкий дымный след. К горлу у меня подступил комок, когда стрелки все разом открыли огонь и трассеры полетели прямо к нам. Мне очень трудно удавалось сохранять спокойствие и при этом точно прицеливаться. Когда мы, закончив заход, пошли вверх, то увидели, что море под нами буквально закипело от взрывов, когда часть бомбардировщиков аварийно сбросила бомбы. Это зрелище ободрило меня и я сделал ещё 6 лобовых заходов, слегка со стороны, в ходе которых отмечал много успешных попаданий. В последнем заходе правый внутренний мотор атакуемого бомбардировщика загорелся. Самолёт покинул группу и разрушился в воздухе примерно на высоте 6000 м. Спустя несколько секунд выпрыгнули 4 члена экипажа.»

1 июня 1943 года примерно в 12:30, истребители I./JG27 перехватили большую группу английских Спитфайров и американских P-47 над Кале. Гауптман Штайнман (Steinmann) и унтер-офицер Визе (Wiese) сбили по одному Спитфайру, хотя часть потеряла 4 самолёта и 3 пилота были ранены. Среди раненых оказался и командир Группы Эрих Хохаген, который смог выпрыгнуть из своего горящего самолёта. По иронии судьбы в пылу битвы он был сбит одним из своих людей. Несколько дней спустя штаб Группы, 1./ и 2./JG27 были внезапно переведены в Южную Францию и развернуты в Мариньяне около Марселя, где они провели несколько недель без происшествий. В Пуа осталась только 3./JG27.

11 июня 1943 года эскадрилья была втянута в сокрушительный бой с численно превосходящим врагом над Амьеном. Командир 3./JG27, обер-лейтенант Карл фон Лирес унд Вилькау погиб в бою со Спитфайрами. На его счету было 32 сбитых, включая 1 B-17 и 1 Москито. Посмертно он был награждён Немецким крестом в Золоте. Командиром части был назначен лейтенант Карл Вюнш (Karl Wünsch).

На следующий день ефрейтор Гельмут Зегендорф (Helmut Segendorf) погиб в бою с 30 Спитфайрами.

К концу июля 1943 года пилоты 3./JG27 участвовали примерно в дюжине сражений, в ходе который они сбили 2 самолёта (лейтенант Георг Вроблевски (Georg Wroblewski) — B-17 и обер-фельдфебель Райнер Пётген — Спитфайр). При этом часть потеряла не менее 10 самолётов и 4 пилотов погибшими в бою. Ещё 4 пилота были ранены.

В конце июля 1943 года вся Группа была отозвана на Родину, чтобы стать частью системы ПВО Рейха. 29 июля 1943 года I./JG27 прибыла на авиабазу Мюнстер-Хансдорф. В это время часть была вооружена 40 Bf.109G-4 и G-6, оснащенными подкрыльевыми контейнерами с пушками MG 151/20.

Первый бой, проведенный в качестве части ПВО Рейха, состоялся 12 августа 1943 года, когда 243 B-17 бомбили цели в районе Рура. Самолёты группы поднялись по тревоге в 08:45. Одним из пилотов, принимавших участие в том бою, был унтер-офицер Гельмут Бекманн:

«За считанные минут эскадрилья была в воздухе и начала набор высоты плотной группой в южном направлении. Вскоре мы встретились с 12 самолётами из III./JG3. Истребительная группа таких размеров в то время ещё производила незабываемое впечатление. Мы летели курсом на Дортмунд, когда начали стрелять зенитки. Небо покрылось черными облачками взрывов, сделав поиск бомбардировщиков действительно непростым занятием. Когда я наконец разглядел их, то передал по радио из местонахождение другому пилоту. Командор встал в широкий левый разворот, но мне показалось, что он все ещё не обнаружил бомбардировщики.

Я хотел дать ему инициативу начать атаку, но мое звено направлялось прямо к бомбардировщикам. В последний момент я открыл огонь из всех стволов. На Боинге я наблюдал многочисленные разрывы в районе кабины — он слегка изменил курс, выходя из группы вниз. Я смог скользнуть под него, а затем перешел в пике. Когда выровнял самолёт, то отметил, что крепость находится прямо за мной в бесконтрольном штопоре. Я несомненно зацепил пилота первой очередью. Вновь набрав высоту, я начал следующую атаку. Прежде чем Фортресс рассыпалась облаком, продолжая пикировать, я заметил, что в небе раскрылось три гриба парашютов.

Затем я выполнил ещё 3 захода на другой четырёхмоторный бомбардировщик, но на этот раз не смог выйти в удачную огневую позицию. Я видел многочисленные дымящие и горящие бомбардировщики. В последнем заходе, западнее Кёльна, мой самолёт резко зарылся влево. Левую пушку, должно быть, заело и так как, к тому же, на приборной панели зажглась красная лампочка остатка топлива, то я решил садиться в Кёльне-Бутцвайлерхофе. После посадки я обнаружил, что на моем самолёте были простреляны мачта антенны и стабилизатор.»

Экипажи I./JG27 заявили 5 B-17 сбитыми и 1 HSS, ценой потери 2 самолётов.

После этого I./JG27, в том же месяце, расположилась в Фельс-ам-Ваграме, Австрия. Этот учебный аэродром к западу от Вены станет основной базой подразделения в течение последующих десяти месяцев. Её роль заключалась в защите Юго-Восточной Европы от тяжелых бомбардировщиков США, которые вскоре должны были стать Пятнадцатой воздушной армией, летающей через Альпы или над Дунайской равниной из Средиземного моря и Италии.

I./JG27 и II./JG27 в системе обороны Рейха[править | править код]

Перебазирование I./JG27 в Фельс-ам-Ваграм в августе 1943 года совпало с возвращением II.-й Группы гауптмана Вернера Шроера, из Италии. Она также стала частью воздушной обороны Рейха, но не базируясь в Австрии. Вместо этого она была расположена в районе Рейнской области — в основном в Висбаден-Эрбенхайме, но также с временным базированием, таким как Эльде и Твенте в Голландии, Сен-Дизье во Франции, а также на других площадках, как на севере, так и на юге Германии — основным противником II./JG27 в предстоящие месяцы должны были стать «Могучие Восьмые ВВС». Как и I./JG27 в Австрии, её жертвами будут исключительно американцы и, по большей части, тяжелые бомбардировщики. Но, учитывая состав Восьмых ВВС, в большинстве своем то будут B-17 — почти 90. Ещё одним различие между I.-й и II.-й Группами было то, что последние стали чаще встречаться с истребителями и, таким образом, одержали более 120 побед благодаря постепенному процессу, а не серией впечатляющих одиночных боев. Сам командир Группы, недавно (2 августа) был награждён Дубовыми Листьями за 84 победы и получил звание майора.

6 сентября 1943 года II./JG27 присоединилась к воздушной битве над Рейхом. В этот день 338 B-17 атаковали цели вокруг Штутгарта. 20 Bf.109G из II./JG27 перехватили крупную группу бомбардировщиков в 10:45 и заявили 6 самолётов сбитыми и 2 — HSS. Гауптман Вернер Шроер, командир группы, оказался наиболее результативным стрелком, сбив 1 B-17 и оба HSS. Адъютант штаба, обер-лейтенант Данквард Фрайхерр фон Мальтцан (Dankward Freiherr von Maltzahn) погиб в бою. В этот период I./ и II./JG27 получили новое вооружение для борьбы с плотными построениями Летающих Крепостей: W.Gr.21 — 210-мм неуправляемые ракеты класса воздух-воздух. Оружие отличалось крайней ненадежностью и неточностью в боевом применении. Это не говоря уже о том, что ракетные направляющие монтировались под крылом и существенно снижали скорость и маневренностью самолётов.

Ещё один крупный бой против «тяжеловесов» произошел 1 октября 1943 года. В этот день 31 Bf.109G из I./JG27 перехватили группу Либерейторов над Веной, заявив о 5 сбитых и 1 HSS. Унтер-офицер Людвиг Граф (Ludwig Graf) из I./JG27 погиб, пытаясь приземлиться на своем повреждённом самолёте.

14 октября 1943 года стратегические бомбардировщики 8 воздушной армии выполнили налёт на завод по производству шарикоподшипников в Швайнфурте. В 14:00 самолёты II./JG27 установили первый контакт с противником. В ходе двадцатиминутного боя 4 Летающих Крепости и 4 немецких истребителя были сбиты. Одним из пилотов, перехвативших бомбардировщики США, был фельдфебель Ханс-Эберхард Блюме (Hans-Eberhard Blume) из 4./JG27:

«Мы вышли в лобовую на группу примерно из 140 B-17. Мы прошли через 2 бомбовые группы, прежде чем стрелки открыли по нам огонь со всей мочи. Я слышал неприятный звук пуль, попадающих в мой самолёт. Второй заход я не запомнил, так как почувствовал запах — в самолёте что-то горело — и отметил, что из правого радиатора обильно течет охлаждающая жидкость.. Времени оставалось немного. Я передал командиру звена о своем решении и смог удачно уйти от истребителей сопровождения. Я был дезориентирован, а тут ещё начал перегреваться двигатель. Видимости вперед не было — тонкая пленка масла залила лобовое стекло. Мне показалось, что я заметил впереди нечто, похожее на подходящее для аварийной посадки поле, поэтому я спланировал на него. Зловоние горящего масла было невыносимым. В момент касания я услышал 3 громких удара и фонтан воды поднялся перед моим самолётом. Открыв фонарь, я огляделся, оценивая ситуацию. Позади были 3 небольших деревца, сломанные консолями моего самолёта. Сам самолёт нашел покой в небольшом ручье, упершись одним крылом в запруду. Я перешел на другую сторону ручья, используя крыло как мостик. Правое крыло и хвостовая часть были полностью сломаны. Техники позже сказали мне, что насчитали 62 пулевых пробоины в самолёте, после того, как достали его из ручья»

Через полчаса у Швайнфурта группа бомбардировщиков была атакована самолётами I./JG27, которые сбили 5 самолётов и ещё 4 заявили HSS. 2 Крепости пошли на счёт командира части — гауптмана Людвига Францискета. 2 немецких летчика были ранены и 4 самолёта списаны в результате действий противника.

По пути в Англию бомбардировщики вновь были атакованы дозаправленными и перезаряженными самолётами II./JG27, которые сбили 5 из них. Ефрейтор Карл Кюне (Karl Kühne) выпрыгнул из самолёта, после того, как был подбит оборонительным огнем бомбардировщиков.

Ещё одним противником I./JG27 стали бомбардировщики 15 воздушных сил, базировавшиеся в Африке и совершившие 4 последовательных налета на Винер Нойштадт 2 ноября 1943 года. Пилоты перехватили большую группу Либерейторов, за которой шла небольшая группа B-17. Они вернулись на базу, заявив 7 побед и 9 HSS. В бою часть лишилась 4 самолётов, 4 пилота были ранены.

В ноябре пилоты II./JG27 также участвовали в боях: в трех сражениях они сбили 8 вражеских бомбардировщиков и 4 заявили HSS. Часть лишилась 4 пилотов (2 погибли и 2 были ранены) и 4 самолётов.

Один из командиров эскадрилий Шроера, командир 6./JG27 обер-лейтенант Вилли Кинч, прибавил десятку к своему личному счёту. 22 ноября он был награждён Рыцарским крестом за 43 победы. Это было первое такое награждение для эскадры почти за год. Предыдущий был вручён лейтенанту Карлу-Гейнцу Бендерту из 5./JG27 — за 42 победы — 30 декабря 1942 года, когда II./JG27 «отдыхала» в Германии после своего ухода из Северной Африки.

1 декабря 1943 года Золинген стал целью примерно для 300 тяжёлых бомбардировщиков, сопровождаемых 416 истребителями. В 12:00 15 Bf.109G из II./JG27 перехватили группу из 50 B-17, прикрываемых 30 P-47. В то время как самолёты 4./JG27, возглавляемые гауптманом Майером, связали боем истребители США, остальные 2 эскадрильи занялись бомбардировщиками. Лишь горсть самолётов смогла добраться до Летающих Крепостей, сбив 1 и одну заявив HSS. Унтер-офицер Карл Шмитц (Karl Schmitz) был подбит огнём стрелков и, тяжело раненый, выпрыгнул из самолёта. В это время гауптман Майер и фельдфебель Блуме сбили по одному Тандерболту, хотя истребители США также сбили 2 немцев: унтер-офицер Геннрих Каптейна (Heinrich Kapteina) из 4./JG27, несмотря на серьёзное ранение, смог приземлить свой самолёта около Спа, но умер от потери крови до того, как подоспела помощь. Командир 5./JG27 обер-лейтенант Герберт Шрамм (Herbert Schramm), был сбит P-47 на малой высоте и погиб, выпрыгнув из самолёта — его парашют не раскрылся. Шрамм являлся обладателем Рыцарского Креста полученным в JG53. Итоговый счёт Шрамма — 42, включая трио B-17, заявленных во время службы в JG27 — будет оценён посмертными Дубовыми листьями в начале 1945 года.

Пилоты II./JG27 до конца декабря приняли участие в отражении ещё 3 налётов, заявив 7 вражеских бомбардировщиков сбитыми и 4 — HSS. За этот период 5 пилотов погибли в бою и один был серьёзно ранен.

II./JG27 начали новый год боем над Килем, чьи доки бомбили союзники 5 января 1944 года. Обер-фельдфебель Герберт Бонак (Herbert Bonack) из 5./JG27 заявил 1 HSS, а обер-лейтенант Вилли Кинч одержал свою 51 победу, сбив P-47. В этом бою Группа не потеряла ни одного самолёта.

2 дня спустя пилоты группы перехватили B-17, сопровождаемые большой группой P-38 и P-47. Фельдфебель Ханс-Эберхард Блюме вспоминает о тех событиях:

«На высоте 8000 м над Саабрюкеном мы встретили группу B-17 на встречном курсе на 500 м ниже нас. Мы были в опасной близости к Тандерболтам и Лайтнингам сопровождения, летящих над нами в нашем направлении. Их мы проигнорировали, так как должны были атаковать бомбардировщики. Мы выполнили стандартную лобовую атаку, ворвавшись в лидирующую группу и ведя огонь из всех стволов. Пролетая сквозь неё, мы видели, как темные силуэты бомбардировщиков начали мерцать, отмечая этим точные попадания. Трассеры стрелков протянулись за нами, а мы, тем временем, повернули обратно, готовясь к следующей атаке. Правильно построиться для второй атаки очень сложно, и нам было известно, что поодиночке у нас нет шансов против истребителей сопровождения. Разглядывая небо в поисках Bf.109 из моей эскадрильи, я услышал громкий удар и боковым зрением заметил Лайтнинг, исчезающий позади моего самолёта. Кабина заполнилась дымом и самолёт тут же перестал слушаться управления. Ну вот — пора убираться! Сначала все шло хорошо: фонарь открылся как надо и я выбрался из неуправляемого самолёта. Но на какой высоте я был? Я знал лишь, что облака были на 3000 м, поэтому не стал сразу дергать вытяжной трос. Мало радости болтаться под куполом без возможности дышать в разряженной атмосфере. Я был в свободном падении и не раскрывал парашют пока до облаков не осталось несколько сотен метров. Когда я, наконец, открыл парашют, то толчок был настолько силен, что с меня слетели ботинки, и я видел, как они, кувыркаясь, улетели вниз и исчезли в облаках. Меня же больше заботил мой парашют: по какой-то причине в момент открытия купола перекрутились стропы. Все же я приземлился на чистое, покрытое снегом поле. Ноги замерзли не на шутку, поэтому я с радостью укутал их парашютом сразу после приземления.»

Немцы сбили 1 B-17 (обер-лейтенант Вилли Кинч) и 2 P-38 (майор Шроер) в ходе двадцатиминутного боя, который стоил потери 2 самолётов.

Бои в начале 1944 года строились вокруг атак американских бомбардировщиков на центры немецкой авиапромышленности, которые начались 11 января 1944 налётом на группу целей в Центральной Германии. Истребители II./JG27 поднялись по тревоге в 12:00 и заявили о сбитии 6 B-24, 1 P-47 и 2 HSS, не потеряв ни единого самолёта. Спустя полтора часа пилоты II./JG27 атаковали ту же группу на отходе домой. На этот раз Шроер заявил B-17 HSS. Это было наибольшее количество сбитых II./JG27 за один день, в течение этого периода борьбы.

29 января 1944 года в 10:15 19 Bf.109G взлетели с аэродрома Эрбенхайм и направились курсом на Кобленц. Через полчаса они установили контакт с B-17 и сопровождающими их Лайтнингами, движущимися на юго-восток. В бою немцы заявили 3 HSS и сбили 1 Лайтнинг, хотя это далось дорогой ценой: 4 Мессершмитта были потеряны от действия противника и ещё 2 разбились во время маневрирования на малой высоте. Одним из погибших был унтер-офицер Шимак (Schimak) из 6./JG27, погибший у Лотербурга. Однако, более болезненной стала потеря кавалера Рыцарского креста, командира 6./JG27, погибшего за штурвалом своего Bf.109G-6 (W.Nr.440073), «Жёлтая 3», разбившегося в условиях недостаточной видимости в бою с Лайтнингами к югу от Кобленца. Обер-лейтенант Вилли Кинч имел на счету 53 победы, из которые не менее 37 были набраны в тяжелейших боях над Сицилией и в ПВО Рейха. 20 сбитых были тяжёлыми бомбардировщиками. В знак его отличной службы посмертно он был награждён Дубовыми листьями к Рыцарскому кресту.

11 февраля 1944 года пилоты II./JG27 столкнулись с крупной группой Лайтнингов в ходе вылета на перехват бомбардировщиков, бомбящих цели в Западной Германии. 2 Лайтнинга были сбиты в бою, но и немцы понесли тяжёлые потери: 3 истребителя люфтваффе были сбиты, 1 пилот погиб и 2 были ранены. В этот же день погиб обер-ефрейтор Фриц Тодт (Fritz Todt), сын рейхсминистра и член 6./JG27, врезавшись в условиях плохой видимости в дымовую трубу фабрики «Фортуна» в низковысотном полёте над Кёльном.

После короткого затишья, вызванного плохой погодой, война в воздухе над Рейхом продолжилась с новой силой, поскольку США запустили операцию «Аргумент» (Также известную как «Большая неделя»), направленную на уничтожение немецкой авиаиндустрии.

22 февраля 1944 года 10 Bf.109G из II./JG27 были связаны боем 50 Тандерболтами у Ремагена. События того дня вспоминает командир 6./JG27 лейтенант Эберхарда Шаде (Eberhard Schade):

«10 самолётов нашей эскадрильи были атакованы 50 американскими истребителями. Я сражался против 3 Тандерболтов одновременно, и как только вышел на удачную огневую позицию, мой самолёт развернуло и он вошел в штопор. Я не мог восстановить контроль над машиной, потеряв 2000 метров высоты, и уже решил выпрыгивать, но не смог сбросить фонарь. Решил, что уже мертвец, когда вдруг, каким-то чудесным образом, вышел из штопора на высоте 700 метров. Выйдя из пике, я полетел прямо на высоте 100 метров. В штопоре сорвало капоты двигателей. Ужасно было смотреть смерти в глаза!»

В бою фанен-юнкер Альфред Мюллер (Alfred Mi.iller) сбил Тандерболт. Немцы потеряли 2 самолёта, а унтер-офицер Йоахим Кунце (Joachim Kunze) из 6./JG27 был легко ранен в ходе выполнения аварийной посадки.

Самолёты I./JG27, действовавшие над Австрией, приняли участие в боях против бомбардировщиков 15-х ВВС. Американские самолёты были атакованы немецкими истребителями на обратном пути на базы в Италии. Унтер-офицер Гельмут Бекманн (Helmut Beckmann) из 2./JG27 вспоминает события того боя:

«Компактной группой наша вторая эскадрилья пошла в атаку на последнюю группу Либерейторов в построении. После короткой атаки я резко взмыл ввери и снова был на одном уровне с бомбардировщиками, в то время как остальная часть эскадрильи пристроилась за мной. Решил атаковать бомбардировочную группу один и сблизился с правой стороной коробочки. Позволил B-24, летящему справа, пройти через конус моего огня.

Я видел удачные попадания по передней части фюзеляжа и по правому крылу. Бросив ручку от себя, я нырнул под группу самолётов противника. Как только я отпустил ручку и выровнял самолёт, кабина начала наполняться дымом — охладитель двигателя разлился повсюду в кабине. Подо мной была тонкая облачность и я не мог понять где нахожусь.

Видимо, меня подбили во время пикирования, и теперь оставалось лишь несколько минут полета, пока температура масла не поднимется до критического значения и тогда уже все… Я открыл форточку, чтобы дым высосало, и спланировал в облачность. Теперь я спустился ниже отметки 3000 м и мог видеть землю. Когда мотор все-таки заклинило, я быстро решил прыгать. В прыжке я потерял ботинки на меху и, после быстрого спуска, мягко приземлился на покрытый снегом горный луг. Султан дыма поднимался из-за ближайшей горной гряды, ясно указывая то место, где упал мой самолёт. Впереди был паренёк, примерно лет 14, который осторожно приближался ко мне. Он ответил на мой окрик с превосходным австрийским акцентом. Страх того, что я мог приземлиться в районе, контролируемом партизанами, быстро улетучился. Парень показал мне путь до деревни Когльхоф и убежал за парой ботинок для меня (…)

На следующий день, направляясь обратно в свою часть, я повстречался с группой из 8 летчиков B-24, которых сопровождали до поезда. В нашем общении почти не возникло проблем. В ходе разговора мне показалось, что они могут быть с того Либерейтора, который я подбил.»

Пилоты I./JG27 заявили о 2 сбитых и 4 HSS Либерейторах, ценой 6 самолётов, 2 погибших и 1 раненого пилота.

На следующий день пилоты I./JG27 сбили 12 из 102 Либерейторов, атаковавших прокатный стан в Штейере, Австрия. Также они сбили P-38 эскорта, но сами потеряли 4 Bf.109 от воздействия противника и ещё 2 разбились, пытаясь совершить аварийные посадки. В бою погиб 1 пилот, а ещё один получил серьёзные ранения.

24 февраля 1944 года истребители I./JG27 перехватили неэскортируемую группу B-17 юго-западнее Линца и сбили 7 бомбардировщиков. Стрелки бомбардировщиков ответным огнём подбили 4 атаковавших Мессершмиттов, ранив 3 немецких пилотов.

На следующий день состоялась серия боёв над Австрией и Баварией против бомбардировщиков 15 ВВС, подошедших с юга. Пилоты II./JG27 сбили 6 «тяжеловесов» и повредили ещё 2 над Восточной Баварией, потеряв 2 самолёта. В бою 2 немецких лётчика были ранены. Пилоты I./JG27 в этот день оказались даже более удачливы. 25 февраля 1944 года стало их рекордным днём против B-17 из пятнадцатых ВВС, когда они сбили 12 B-17 и повредили 1, над Альпами к северу от Клагенфурта и сбили 1 Лайтнинг. Цена за эти успехи — 6 потерянных самолётов, 5 повреждённых, 1 погибший пилот и 2 раненых.

В последние недели кампании против Пятнадцатых ВВС на юго-востоке, к I./JG27 присоединились Штаб эскадры и IV.-я Группа с Балкан, а также III.-я Группа возвратившаяся из южной Греции и Эгейского моря.

Штаб оберст-лейтенанта Густава Ределя прилетел в Фельс-ам-Ваграм в конце февраля 1944 года. Командир, все ещё возглавляющий его в боевых вылетах, одержит 11 из 25 зачисленных Штабу за время его пребывания в районе Вены (13 мая он переместился из Фелса в Вин-Сейринг, недалеко от столицы Австрии).

Когда операция «Аргумент» подошла к концу, американцы переключили своё внимание на дневные бомбардировки Берлина.

В первом подобном налёте 3 марта 1944 года Bf.109G из II./JG27 встретились с группой из 30 P-38 над Брауншвейгом. Не имея собственных потерь, немцы сбили 2 Лайтнинга. По одной победе одержали лейтенант фон Будденброк (von Buddenbrock) и майор Шроер, для которого эта победа стала 99-й. Этой победой был P-38, сбитый над Магдебургом. Через десять дней он будет быть назначен командиром III./JG54. Майор Вернер Шроер закончил войну командиром JG3 «Удет», награждённый Мечами и с окончательным счётом в 114 побед.

На следующий день, 4 марта, бомбардировщики из Англии были атакованы 22 Bf.109G из II./JG27. Одна из крепостей была сбита и одна заявлена HSS. Немцы потеряли 4 самолёта и 2 пилота погибшими и 1 ранеными.

8 марта 1944 года 623 тяжёлых бомбардировщика, сопровождаемые 891 истребителем (в том числе 174 Мустангами), атаковали шарикоподшипниковый завод поблизости от Берлина, в предместьях Эркнера. Примерно в 13:30 17 Bf.109G из II./JG27 внезапно атаковали группу B-17, летящих на высоте 7000 м над Магдебургом с сильным истребительным прикрытием. Немцы заявили о сбитии 3 B-17, в то время как истребители эскорта сбили 2 Bf.109, пилоты которых погибли. Другая группа из II./JG27 была поднята по тревоге в 15:05 на перехват бомбардировщиков, отходящих после бомбёжки Берлина. Обер-лейтенанат Карл-Гейнц Бендерт из 5./JG27 смог пройти через эскорт истребителей и сбить 1 B-17. Это победа стала у него 50-й.

16 марта 1944 года пилоты II./JG27 попытались перехватить группу из 740 четырёхмоторных бомбардировщиков, сопровождаемых 868 истребителями, чьей целью был авиапромышленный комплекс в Южной Германии. Хотя 14 Мессершмиттов смогли найти цель над Штутгартом, они смогли сбить лишь 1 самолёт, по причине ошеломляющего численного превосходства американских истребителей. Немцы потеряли 2 самолёта и 2 пилота были ранены в бою.

2 дня спустя, 18 марта 1944 года, 8-я воздушная армия использовала улучшение погоды для возобновления ударов по авиационным заводам и аэродромам вокруг Мюнхена и Фридрихштадта. 19 Bf.109G из II./JG27 участвовали в бою с группой B-17 и их эскортом из Лайтнингов над Ульмом. Одним из участников этого боя был фельдфебель Ганс-Эберхард Блюме из 4./JG27:

«Наше звено возглавлял лейтенант Кнапп (Knapp), а я руководил второй парой — моим ведомым был унтер-офицер Вилькен (Wilken). В районе Ульма/Аугсбурга мы заметили крупную группу B-17. Очевидно, вражеские бомбардировщики уже легли на обратный курс, поскольку они ещё не сформировали плотное построение. Они, кроме того, летели на необычно малой для них высоте. Поэтому, благодаря преимуществу по высоте, мы быстро заняли удобную для атаки позицию.

Проходя сквозь строй бомбардировщиков, мы палили изо всех стволов, но огромная скорость сближения сделала невозможным наблюдать результат нашего огня. Опустив носы, мы вниз ушли от оборонительного огня Боингов. Наш шварм разделился на две пары и после атаки мы потеряли визуальный контакт друг с другом. До этого момента мы и не подозревали, что небеса кишат вражескими самолётами, хотя Лайтнинги, похоже, до сих пор не заметили нашего присутствия. Мы развернулись и попытались занять позицию для атаки сзади с набором высоты.

Вдруг, я заметил, что на хвост Вилькену пристраивается Лайтнинг. Я предупредил его и сразу же повернул на противника, зажав в то же самое время гашетку. Лайтнинг влетел прямо в мою очередь и, перевернувшись вокруг себя по продольной оси, задымил чёрным дымом. У меня не было времени преследовать его, так как в этот момент я сам получил попадания — они, все таки, увидели нас! Предательский шлейф белого охладителя напомнил мне, что я не смогу продержаться в воздухе долго. Я сосредоточился на выходе за пределы действия пушек Лайтнинга. Выполнив плавный сплит-с, я вывел свою 'белую 4' так близко к земле, как только смог. В маневренном бою против Лайтнингов с их превосходной маневренностью и лучшим обзором из кабины у меня не было шансов. Я прикрыл дроссель, пытаясь вынудить моего нежеланного компаньона перелететь меня. Уловка сработала и вскоре Лайтнинг взмыл вверх рядом. К несчастью, сзади уже был другой и его пилот попал в меня ещё одной очередью. Я находился на малой высоте, поэтому (выбора у меня не было) решил приземлиться аварийно, увидев впереди открытую площадку. Хотя моя скорость была выше нормальной посадочной, я все равно уронил машину на пашню и прыгал по неровной почве, казалось, целую вечность. Как только самолёт остановился, я быстро выпрыгнул из кабины и нашел укрытие, в то время как 3 Лайтнинга выстроились в колонну, чтобы расстрелять его. Спрятавшись в неглубокой борозде, я беспомощно наблюдал за окончательным уничтожением моего самолёта.»

Немцы сбили 1 Флаинг Фортресс и 3 Лайтнинга, но понесли особо тяжёлые потери в ходе боя: 16 из 19 Мессершмиттов были уничтожены или повреждены в аварийных посадках, 4 пилота погибли. Лейтенант Эберхард Шаде (Eberhard Schade) был членом 6./JG27, которая понесла самые большие потери в бою:

«Мой 16-й боевой вылет. Напряженный бой против американских истребителей начиная с высоты 7000 метров до самой земли. Юго-восточнее Ульма я сбил вражеский самолёт. Не было времени смотреть на то, разбился ли он или выполнил аварийную посадку, так как я сам был атакован вражескими истребителями. Я смог оторваться на малой высоте у самой земли, чиркнув по земле несколько раз. Я видел лично смерть двух моих друзей. Моя эскадрилья потеряла 2 из 5 самолётов. Лейтенант Хуберт (Hubert) и фельдфебель Цорнер (Zorner) погибли смертью храбрых. Я был единственным, кто смог целым вернуться на базу. Мой командир звена выполнил аварийную посадку у Ульма.»

Несмотря на тяжёлые потери, эскадрилья в 14:20 подняла в воздух последние 2 пригодные для полётов самолёта на перехват группы Либерейторов над Фрайбургом. Фельдфебель Кампе (Kampe) из 5./JG27 сбил 1 B-24.

На следующий день, 19 марта, пилоты Штаба, I./, III./ и IV./JG27 успешно атаковали бомбардировщики 15-х ВВС над Австрией. 87 Мессершмиттов Bf.109 неожиданно атаковали неэскортируемую группу Либерейторов на их обратном пути в Италию. Обер-фенрих Адольф Шрайер (Adolf Schreyer) из 1./JG27 принимал участие в том бою:

«Я только что прибыл в Фельс-ам-Ваграм, когда прозвучал сигнал на взлет. Мы запрыгнули в кабины и вскоре были на маршруте. Гауптман Ганс Реммер выполнял большую работу, руководя эскадрильей. Мы перехватили 24 четырёхмоторных B-24 Либерейтор без истребительного эскорта. (…) Я преследовал один B-24 до тех пор, пока он не упал на землю. Затем я приземлился в Аграме и увидел на лицах наземного персонала странное выражение, благодаря чему понял, что что-то не так с моим самолётом. Когда я доложил начальнику аэродрома, он поздравил меня и пожелал счастливого дня рождения. На мой вопрос, что все это значит, он ответил: 'Почему бы тебе не взглянуть поближе на свой самолёт!?'. Мы насчитали 72 дыры от пуль в кабине и на фюзеляже. Топливный бак заклинило и он остался висеть — он был весь в дырах — ещё 32 отверстия насчитали в нём. Вдобавок ко всему, в правом крыле была дыра размером с мяч.»

Пилоты заявили 27 сбитых в тот день (Stab./JG27 — 2; I./JG27 — 7; III./JG27 — 13; IV./JG27 — 5). Реальные потери 15-х ВВС по документам составили 18 B-24. С немецкой стороны погибли 5 лётчиков и 3 были ранены.

2 апреля 1944 года пилоты JG27 перехватили бомбардировщики, действующие по фабрике Штайр-Даймлер-Пух в Штейере, Австрия. Обер-фенрих Шрайер и в этот раз оказался в пекле боя:

«Гауптман Реммер немедленно начал набор высоты. Между высотами 5000 и 6000 метров я по прежнему шел, полностью открыв дроссель, так что остальные самолёты были слегка позади. У одного из пилотов нашей четверки были проблемы с двигателем и он отстал. Теперь нас было только трое: гауптман Реммер, фельдфебель Козе и я.

На высоте 8400 — 8500 метров, проходя южнее Брука, мы заметили многочисленные черные точки, приближающиеся с юга. Не в силах обнаружить другие эскадрильи, мы повернули на противника. Мы были на высоте 9000 метров южнее Граца, когда увидели 'толстых' на фоне облаков. В то же самое время показалось множество Лайтнингов выше, которые начали разворот в нашу сторону, летя в строю четверок.

Наша группа из трех самолётов была примерно в 1000 метрах впереди основной группы бомбардировщиков, которая оказалась несколько ниже нас, благодаря нашему энергичному набору высоты. Голос гауптмана Реммера в наушниках произнес: 'Атакуем!'. Мы пролетели прямо через B-24, находясь вне дистанции огня Лайтнингов. Мы атаковали сзади, слегка справа, сверху. Нырнув сквозь защитный огонь бомбардировщиков, мы разменяли скорость на высоту, чтобы быстрее развернуться и сблизиться с бомбардировщиками снова. Гауптман Реммер сказал по радио: 'Держимся вместе, Лайтнинги не пойдут под огонь бомбардировщиков!' Четыре бомбардировщика после нашей атаки начали терять высоту. Мы пошли резко вверх, на солнце. С этой позиции можно было видеть Лайтнинги над нами. Они использовали эту возможность и атаковали нас, быстро сбив всех троих. Мой самолёт и машина Козе загорелись и мы оба выпрыгнули с высоты 8500 метров. Когда я на 4000 метрах раскрыл парашют, Лайтнинг дал по мне очередь. 11 из 25 секций парашюта были разорваны в клочья, четыре с одной стороны и 7 с другой. Я, поэтому, очень быстро упал на землю и, по пути, прошел сквозь строй американцев, которые выпрыгнули из самолёта, что я сбил ранее.

Самолёт Реммера сохранял управляемость и командир вышел из боя пикированием. 'Я попытаюсь сесть аварийно!' — такие последние его слова я услышал. Никто не знает, что произошло потом. Наиболее вероятно, гауптман Реммер повернул к чистому полю, которое находилось на краю соснового бора. Он не мог знать, что то, что выглядело как засыпанный снегом луг, на самом деле было полем, покрытым неровными скалами и валунами. Когда Реммер это понял, он попробовал перелететь, но был уже слишком низко. Его нашли рядом с высокой сосной. Парашют вышел из ранца, но купол не успел наполниться. Самолёт лежал в 150 метрах от этой точки. Когда я узнал о смерти босса, это было равносильно тому, что мир вокруг меня обрушился. В моих глазах он был идеальным офицером. Его храбрость в битве, управление эскадрильей в бою были образцовыми. Он также имел необычную осведомленность о ситуации и замечательные качества лидера в бою. Хотя ему было только 24, он был как отец для всех пилотов эскадрильи. Все мы уважали и любили его.»

Гауптман Ганс Реммер (Hans Remmer) стал командиром 1./JG27 в октябре 1942 года. Последнее время он был и. о. командира Группы. Он одержал 27 побед и в сентябре 1943 года был награждён Немецким Крестом в Золоте. 9 июня 1944 года он посмертно был награждён Рыцарским крестом. Шрайер и Ганс-Руди Козе (Hans-Rudi Kose), оба с серьёзными ранениями, были доставлены в госпиталь.

Пилоты I./JG27 заявили 8 сбитых B-24 и 2 HSS в этом бою. Экипажи III./JG27 сбили ещё 8 B-24 и 1 HSS, а счёт IV./JG27 вырос на 4 B-24 сбитыми и 3 HSS. В дополнении к гибели командира 1./JG27 и двум раненым пилотам из этой же части, немцы потеряли 1 пилота из 8./JG27, который был объявлен пропавшим без вести.

12 апреля 1944 года 466 тяжёлых бомбардировщиков, сопровождаемые большими силами истребителей, появились над Австрией в трёх волнах. В этот день пилоты JG27 доложили о 13 сбитых бомбардировщиках и 6 HSS в дополнение к 2 истребителям эскорта. Часть потеряла 2 пилота погибшими и 2 ранеными.

На следующий день пилоты заявили о сбитии 10 тяжёлых бомбардировщиков. 2 немецких лётчика были ранены в бою.

23 апреля 1944 года 15-е ВВС выполнили очередной налёт на авиапредприятия вокруг Вены. Большая группа B-24 была перехвачена 35 Bf.109 из Stab и I./JG27 около Рааба. Одним из немецких пилотов, принимавших участие в бою, стал фельдфебель Гельмут Бекманн:

«Нам удалось заполучить преимущество по высоте и мы плотным строем атаковали группу Либерейторов, состоящую, примерно, из 25 самолётов. Я летел в левом пеленге по отношению к командиру части. В 14:02 я атаковал одиночный B-24, летящий в 100 метрах от основной группы. Наблюдал попадания в районе правого двигателя, который начал дымить тонкой струйкой белого дыма. Большие куски правого вертикального оперения и горизонтального стабилизатора отлетели от самолёта. В этот момент я был так близко к противнику, что пришлось делать резкий вираж влево. Либерейтор, который я подбил, продолжил двигаться прежним курсом не теряя высоты. Вдруг, он клюнул носом вниз и сорвался почти в вертикальную спираль. Я увидел как раскрылись 3 парашюта. Вскоре после этого наблюдал вспышку взрыва на земле в секторе GO 3, который мог быть вызван исключительно падением этого самолёта.»

В тот день пилоты JG27 заявили 6 бомбардировщиков сбитыми и 3 HSS вдобавок к 6 сбитым истребителям USAAF, против потерь 4 лётчиков убитыми и 2 ранеными. 24 апреля 1944 года состоялся очередной налёт в котором, на этот раз, участвовали 754 бомбардировщика 8-х ВВС, сопровождаемые 867 истребителями. Понеся тяжёлые потери в предыдущие несколько дней II./JG27 имела лишь 8 пригодных к полётам самолётов. Все они были подняты в 11:57. Один из самолётов, пилотируемый фельдфебелем Гансом-Эберхардом Блуме из 4./JG27 вернулся на базу через 15 минут из-за проблемы с двигателем. Лётчики II./JG27 перехватили крупную группу B-17 у Штутгарта в интервале между 12:45 и 13:15. Они не одержали ни одной победы, но сами потеряли в бою 4 самолёта и 3 пилотов.

В 12:30 23 Bf.109 из I./JG27 взлетели из Фельс-ам-Ваграм. Вскоре они встретились с 16 самолётами IV./JG27. Над Мюнхеном немцы встретили большую группу B-17, сопровождаемую P-51. В бою пилоты I./JG27 заявили 6 HSS, а их коллеги из IV./JG27 сбили 2 B-17 и 6 Мустангов. Фельдфебель Генрих Бартельс вновь оказался одним из наиболее результативных пилотов, одержав 3 победы над P-51. Немцы потеряли 5 человек погибшими и 2 серьёзно ранеными.

После непродолжительного размещения на базах в Венгрии и Югославии в середине апреля III.-я Группа возвратилась в Вин-Гётцендорф в начале мая. С этой площадки к юго-востоку от Вены подразделение действовало не только против Пятнадцатых ВВС, но и против Восьмых ВВС, летающих с севера. Это привело к тому, что Группа сыграла ведущую роль в последних трёх главных успехах против «тяжеловесов» США, которые когда-либо были достигнуты эскадрой.

Следующие 2 недели были относительно бессобытийными, до 10 мая 1944 года, когда 15-е ВВС предприняли массированный налёт на Винер-Нойштадт. Лейтенант Гельмут Бекманн нарисовал яркую картину событий того дня:

«10 мая 1944 года я взлетел в составе одного из звеньев 3-й эскадрильи на перехват бомбардировочной группы, обнаруженной в 10:45 западнее озера Балатон. В первой лобовой атаке я не смог выйти в удачную огневую позицию. Уйдя резко вверх, я сгруппировался с другим Bf.109 ('Желтая 6'), для атаки той же самой бомбардировочной коробки слева. Мои снаряды попали в левый внутренний двигатель и фюзеляж B-17, который был лидером левого переднего звена. Я ушел в сторону, продолжая наблюдать за бомбардировщиками. B-17, в который я попал, вышел из группы и тянул за собой хвост яркого пламени. Сначала бомбардировщик оказался между другими в своей же собственной коробке и той, что шла за ним. Когда я смог занять выгодную позицию, то атаковал его снова, на этот раз справа. Я 'прошелся' очередью по всей длине фюзеляжа. В результате моей атаки у бомбардировщика вывалились шасси. С плавным разворотом он начала снижаться. Я заметил 6 выпрыгнувших членов экипажа. Я решил следовать за бомбардировщиком до земли, потому что на этот момент у меня не было патронов, а пушку заклинило. Фортресс разбился в 11:16 южнее Нойнкирхена. Унтер-офицер Бартельсмайер и фельдфебель Эрих Герстне свидетельствуют о бое.»

Обер-фельдфебель Макс Винклер из 2./JG27 принял участие в том же бою:

«В полдень группа B-17 приблизилась к Вене. Мы были в районе Вены на 7000 метрах, когда заметили лидирующее крыло бомбовозов. Над Баденом, неподалеку от Вены, когда противник был от нас за 1500 метрами, крыло выполнило разворот и легло на курс к Винер-Нойштадту. Мы сразу же атаковали сзади и сбоку, проведя атаку плотной группой в составе эскадрильи и с высотным преимуществом. Когда мы отошли в сторону, несколько B-17 горели или дымили. B-17, который атаковал я — взорвался в 40-50 метрах от левого крыла моего самолёта.

Во втором заходе я атаковал другой B-17, который летел первым в построении. Стрелки в ходе всей атаки вели по мне огонь. Тут же мой самолёт получил попадание в левое крыло и двигатель от оборонительного огня другого бомбардировщика из той же коробки. Самолёт бросило вниз и сильно закрутило влево и я не мог вернуть его в горизонтальный полет. Обшивки левого крыла были разорваны и края её загнулись вверх, а предкрылок повис на середине крыла. Увидев такую степень повреждений можно было подумать о прямом попадании зенитного снаряда.

Я сбросил фонарь и перевернул самолёт. На 4000 м я выпрыгнул без происшествий или ранений. После трех-четырех кувырков в воздухе я потянул за вытяжной трос. Почувствовал резкий толчок и вскоре болтался под парашютом. Спускаясь, я видел несколько взрывов от сбитых самолётов. В воздухе вокруг меня было много шрапнели и осколков. К счастью, в меня не попали, а тот осколок, что попал в купол парашюта, не вызвал серьёзных повреждений. Я благополучно приземлился в саду где-то между Винер-Нойштадтом и аэродромом Бад-Вёзлау.»

В этом бою были сбиты 5 Флаинг Фортресс. Фельдфебель Густав Штурм (Gustav Sturm), обер-фельдфебель Макс Винклер, лейтенант Фридрих Вильгельм Шульте (Friedrich Wilhelm Schulte), лейтенант Фриц Вегнер (Fritz Wegner) и лейтенант Гельмут Бекманн каждый сбили по B-17, а лейтенант Эккехардт Циолковски (Ekkehardt Ziolkowski) одержал 1 HSS. Несколько минут спустя немцы атаковали группу Либерейторов. Унтер-офицер Карл Рёр (Karl Röhr) и лейтенант Эккехардт Циолковски сбили по B-24. Потери немецкой стороны составили 3 самолёта сбитыми и 2 пилота погибшими в бою.

Тем временем пилоты IV./JG27 столкнулись с другой группой B-24, сопровождаемой P-38. В бою немцы сбили 2 бомбардировщика (и один заявили HSS) и 2 P-38, потеряв при этом 3 Bf.109 и 2 пилотов.

2 дня спустя, 12 мая 1944 года, 8-е ВВС открыли новую главу в воздушной войне над Германией. В этот день американские бомбардировщики впервые атаковали немецкие нефтеперерабатывающие предприятия и топливные заводы. Примерно в 12:30 самолёты Stab, I./ и III./JG27 перехватили американские бомбардировщики восточнее Эшборна. В результате, пилоты I./JG27 заявили 6 (3) B-17 и 1 HSS. Они также сбили 3 P-51 Мустанг, которые пали жертвой обер-фельдфебеля Адальберта фон Липсцей (Adalbert von Lipcsey). III./JG27 добавили 6 B-17 и 7 HSS к счёту Группы. В тот же день Штаб заявил шесть B-17 и II.-я — пять, всего, тридцать один тяжелый бомбардировщик!

Бой дался немцам дорогой ценой: 14 Bf.109 не вернулись на базы. В I./JG27 было 6 раненых, включая командира, майора Людвига Францискета, который смог выпрыгнуть над Бад-Орб, будучи подбитым стрелками B-17. Потери III./JG27 составили 3 убитых и 1 раненого летчиков.

В то же самое время II./JG27 атаковала бомбардировщики над Франкфуртом и её пилоты заявили о сбитии 3 B-17 и ещё 3 заявили HSS. В бою были потеряны 4 Bf.109, включая самолёт, потерянный в результате дружественного огня немецкой зенитной артиллерии. Унтер-офицер Герберт Зальм (Herbert Salm) был объявлен погибшим, а лейтенант Гейнц Шлехтер (Heinz Schlechter) из 5./JG27 пережил второй день рождения, столкнувшись с Фортрессом, попав тому в правые двигатели. Хотя он был серьёзно ранен, но смог сбросить фонарь и выпрыгнуть из самолёта.

Неделю спустя, 19 мая, 888 «тяжеловесов» 8-х ВВС легли курсом на Брауншвейг и Берлин. Пилоты II./JG27 получили задачу обеспечить прикрытие Fw.190 из I./ и II./JG1. Задача была чрезвычайно сложной перед лицом численно превосходящих Мустангов. Группа потеряла 6 самолётов. 2 пилота погибли и 1 ранен. Пилоты других групп JG27 имели большую удачу, перехватив американские бомбардировщики над Магдебургом и заявив о 17 победах. Командир I./JG27, гауптман Эрнст Бёрнген сбил B-24 и через минуту врезался в ещё один. Назло ранениям, он смог благополучно выпрыгнуть с парашютом. Его быстро доставили в госпиталь в Хельмштедте, но хирурги не смогли спасти его правую руку. После потери второго командира Группы в течение недели, командование перешло в руки майора Карла-Вольфганга Редлиха. Майор Карл-Вольфганг Редлих уже носил Рыцарский Крест, полученный им в Африке в качестве командира 1./JG27, когда его отозвали со штабной должности, чтобы принять Группу после ранения гауптмана Эрнста Бёрнгена. В этом бою были заявлены погибшими ещё 2 пилота. III./JG27 потеряла 4 самолёта, 1 пилота погибшим и 2 ранеными — среди последних был командир 9./JG27 лейтенант д-р Петер Верффт, имевший на тот момент 22 победы. IV./JG27 также потеряла 1 пилота погибшим.

24 мая 1944 года стратегические бомбардировщики США нанесли удары по Германии, подойдя западного и южного направлений. Все 4 Группы JG27 приняли участие в боях в этот день. Пилоты II./JG27 вновь пытались связать боем эскорт, предоставив возможность атаковать своим товарищам из JG1. Фельдфебель Филипп из 6./JG27 сбил один P-51, в то время как было потеряно 2 самолёта. Один немецкий пилот был убит, а второй ранен. В 10:10 пилоты I./ и III./JG27 атаковали большую группу B-24, шедших без эскорта. Пилоты III./JG27 возглавили атаку и заявили о 10 сбитых самолётах и 5 HSS. Успех пришел ценой 6 потерянных самолётов и 4 погибших пилотов. Затем бомбардировочная группа была атакована пилотами I./JG27, которые сбили 7 B-24, 1 P-51 и заявили 2 HSS (по другим данным I./JG27 сбила всего 12 бомбардировщиков), ценой 2 сбитых Bf.109 и одного погибшего пилота. Кроме того, Штаб заявил ещё три бомбардировщика. В это же время пилоты IV./JG27 сражались со смешанной группой B-17 и B-24 у Загреба. Они заявили о 3 сбитых и 3 HSS, но заплатили за это потерей 3 самолётов и смертью 1 летчика. Ещё один из пилотов был ранен. В общей сложности, за день, эскадра уничтожила тридцать шесть бомбардировщиков!

В воскресенье, 28 мая 1944 года 8-е ВВС подняли в воздух 1341 бомбардировщик под сопровождением 1224 истребителей имевшие целью немецкие нефтепромыслы. Пилоты II./JG27 снова не смогли одержать ни одной победы в отчаянном бою против несметных орд истребителей. Свои потери были ужасными: группа потеряла 6 самолётов и трех пилотов погибшими. Среди погибших был командир 5./JG27 гауптман Эберхард Бок (Eberhard Bock).

В отличие от своих коллег, пилотам III./JG27 выдался повод для празднеств. Они сбили 8 B-17 и заявили ещё 5 HSS, ценою потери 4 самолётов, 1 погибшего и 1 раненого пилотов. Счет IV./JG27 вырос на 1 P-51 и 1 B-17, заявленный как HSS. Часть потеряла 1 самолёт, чей пилот, фельдфебель Вернер Доринг (Werner Doring) погиб в бою. Пилоты I./JG27 были менее удачливы: они сбили 1 B-17 и ещё 1 HSS, но потеряли 3 самолёта и 2 пилотов: командир 1./JG27 гауптман Йозеф Йансен (Josef) Jansen был смертельно ранен в бою над Халле, а унтер-офицер Гейнц Бюзинг (Heinz Büsing) из 2./JG27 погиб, когда его самолёт разбился у Бернбурга. Всего, за день, эскадра уничтожила 16 B-17 — третий её результат в данный период. Хотя некоторые из вышеперечисленных побед были официально зачислены как Herausschüsse — HSS, эскадра никогда более не одержит такого успеха. В самом деле, в течение последних 11 месяцев войны число побед за один день редко достигало двойных чисел.

На следующий день 8-е ВВС продолжили разрушать Рейх. На этот раз они пришли в количестве 993 бомбардировщиков под сопровождением 1265 истребителей. В то же время, 563 бомбардировщика подошли с юга к Винер-Нойштадту. Stab./, I./, III./ и IV./JG27 подняли свои Bf.109. Обер-фенрих Макс Винклер был одним из воевавших в тот день и вот его рассказ:

«Мы выполнили левый разворот и заняли позицию в 300 метрах позади и на 100—150 метрах выше второго или третьего звена бомбардировочной группы. Я был ведомым у майора Редлиха в штабном звене, которое вело всю группу. У нас была удачная для атаки позиция и мы атаковали бомбардировщики с дистанции 200—250 метров, воспользовавшись преимуществом в скорости. Майор Редлих был на расстоянии 20-25 метров от меня. Я увидел, как он открыл огонь и заметил трассеры, полетевшие между и над нашими самолётами. В ходе атаки группой нередка ситуация когда самолёт позади лидера открывает огонь раньше. Поэтому, я сосредоточился на атаке одного из бомбардировщиков, прицелившись в район заднего стрелка и задней части фюзеляжа. Я нажал гашетку и наблюдал попадания. Отвалил влево и нырнул под бомбардировщик, чтобы пройти ниже их строя. Продолжая наблюдать за атакованным мною бомбардировщиком, я увидел как выпрыгнули 5 членов экипажа. Ещё один самолёт попал под огонь наших самолётов. В этот момент я сам стал объектом внимания P-51 Мустанг, который занял огневую позицию позади меня. Я пошел на вертикаль и через полтора витка вышел противнику в хвост. Теперь уже Мустанг выполнил манёвр уклонения и резко опустил нос. После двух витков он снова был у меня сзади. Я снова пошел в петлю и снова сел на хвост ему. Мы выполняли один и тот же набор манёвров 8 — 10 раз. Когда мы спустились до земли, Мустанг оторвался и ушел в сторону Альп. У меня зажглось предупреждение об аварийном остатке топлива, и я решил больше не преследовать врага. Если бы я решился на преследование, он, скорее всего, не ушел бы. Его преимущество в маневренном бою складывалось, большей частью, из лучших характеристик пикирования. Стычка произошла у монастыря Мельк и развивалась в юго-восточном направлении. Американский пилот, сражавшийся на вражеской территории, на таком удалении от собственной базы, заслуживает особого уважения. Я сам приземлился практически 'на парах' в Фельс-ам-Ваграм.»

В бою пилоты I./JG27 сбили 4 B-24 без собственных потерь. Минутами позже их товарищи из III./JG27 присоединились к бою, заявив ещё 2 B-24 и 3 HSS и также не понеся потерь в бою. Последними перехватили противника пилоты IV./JG27. Их пилоты не смогли пройти сквозь истребительный эскорт и провели 15 минутный бой против P-51. Пилоты сбили 3 Мустанга, а унтер-офицер Юстин Шмальфусс (Justin Schmalfuß) погиб в бою.

Так как у некоторых пилотов Stab./ и I./JG27 оставались боеприпасы, то они отправились на перехват другого крыла Либерейторов над Санкт-Пёльтен. Командир I./JG27 майор Карл-Вольфганг Редлих сбил 1 Либерейтор (его единственный тяжелый бомбардировщик из общего числа в 43 победы), но вскоре сам попал под плотный огонь другого бомбардировщика и его Bf.109 разбился около Сент-Пёльтена, унеся с собою жизнь пилота — Группа потеряла своего третьего за три недели командира. Майор Редлих, который был также известен как «Папа» (Papa) среди своих летчиков, имел на своём счету 43 сбитых. Из них 37 — служа в JG27. Майор Редлих станет последней жертвой конфронтации I./JG27 с Пятнадцатыми ВВС над юго-восточным углом гитлеровской «Festung Europa», восемь дней спустя войска союзников высадились на берегу в Нормандии.

Всего за 10 месяцев боев в ПВО Рейха, с 12 августа 1943 по 31 мая 1944 года пилоты I./JG27 одержали 158 побед (сбитых и HSS) над четырёхмоторными бомбардировщиками и сбили 13 истребителей сопровождения. Потери части составили в целом 90 самолётов, в том числе 61 от действий противника и 29 по иным причинам. Вдобавок, 57 самолётов были сильно повреждены. 28 человек погибли, включая 19 в боевых условиях. 30 летчиков в боях были ранены.

С 6 сентября 1943 по 31 мая 1944 года пилоты II./JG27 одержали 121 воздушную победу (включая HSS) и потеряли 135 самолётов (повреждения которых превысили 60 %). 62 летчика погибли в бою и 34 были ранены. Столь невероятно высокие потери означали то, что опытные пилоты, начавшие свою боевую карьеру до 1943 года, погибли в боях. Сильные потери II./JG27, привели к её выводу из центральной Германии в первую неделю июня 1944 года. Ей было приказано перебазироваться в Фелс-ам-Ваграм (освобожденный I.-й Группой всего несколько часов назад) для отдыха и переоснащения на новые машины.

Пилоты III./JG27, летавшие в ПВО только 2,5 месяца (с 19 марта по 31 мая 1944 года), достигли впечатляющих результатов, одержав 87 побед и HSS над четырёхмоторными бомбардировщиками и сбив 6 истребителей сопровождения. Командир Эрнст Дюллберг внес всего лишь четыре победы в это число. Самым успешным пилотом этого периода был ветеран — лейтенант д-р Петер Верффт, к тому времени командир 9./JG27, чей счет увеличился с 12 до 22 побед, прежде чем он был ранен 19 мая. Часть потеряла 26 Bf.109 в результате действий противника. Человеческие потери составили 14 погибших и 6 раненых летчиков.

За тот же самый период, то есть с 19 марта по 31 мая 1944 года пилоты IV./JG27 одержали 25 побед или HSS над вражескими бомбардировщиками а также сбили 26 вражеских истребителей. Прибывшая в марте в Австрию, IV./JG27 гауптмана Отто Майера провела большую часть своего времени базируясь в Steinamanger и Vat в Венгрии. В отличие от I.-й и III.-й Групп, почти половину из её 51 победы составляли истребители, включая трио Спитфайров, сбитых над Хорватией 23 апреля. Эти три машины RAF, а также ещё девять американских истребителей гарантировали, что фельдфебель Генрих Бартельс сохранил за собой звание самого лучшего стрелка Группы с 85 победами. В течение этого периода шесть побед командира Отто Мейера включали пять «тяжеловесов». Но следует также упомянуть о двух P-51, на которые претендует лейтенант Эрнст-Вильгельм Рейнерт, командир 12./JG27. Недавно прибывший из JG77 с общим количеством 166 побед, Рейнерт уже был награждён Дубовыми листьями. Рейнерт был номинирован на награждение Мечами, но эта номинация не только была отклонена, но и привела к его переводу в JG27. Потери Группы также были тяжелыми: в боях погибли 18 летчиков, 4 были серьёзно ранены, потеряны 25 самолётов. Столь высокий процент боевых потерь объясняется тем, что в задачи части, как правило, входил перехват истребителей эскорта, предоставляя другим эскадрильям возможность беспрепятственной атаки бомбардировочных групп. Бесспорным мастером сражений с истребителями сопровождения был фельдфебель Генрих Бартельс, набравший за этот период 12 побед.

Бои над Нормандией[править | править код]

6 июня 1944 года в Нормандии началась операция «Оверлорд». В первый её день гигантская армада военных кораблей союзников, прикрываемая зонтиком из тысяч самолётов, доставила 156 тыс. солдат и бесчисленное количество амуниции и военного имущества на побережье Франции.

После 4 лет непрерывных боев, уставшие от войны пехотинцы Вермахта не смогли оказать эффективное сопротивление вторжению Союзников. Хотя немцы произвели перегруппировку частей с других фронтов, они оказались неспособны добиться инициативы в противостоянии столь ошеломительно большим силам противника. Вторжение в Нормандию 6 июня 1944 года привело к тому, что основная масса эскадры поспешно перебрасывалась из Австрии и с юго-востока на север Франции. Неудивительно, что основу составляли все более молодые и менее опытные пилоты и их ещё менее опытные сменщики, чьи имена будут доминировать в увеличивающихся списках жертв, Штаба оберст-лейтенанта Ределя вместе с I.-й, III.-й и IV.-й Группами, столкнувшимися с огромной массой англо-американской авиации, поддерживающей силы вторжения. Несмотря на то, что во время обороны Нормандии и последующего отступления через Бельгию эскадра понесла более 130 боевых потерь (две трети из которых пришлись на убитых или пропавших без вести) они были компенсированы равноценными успехами ведущих пилотов. Однако численные сравнения теряют значимость, когда в уравнение добавляются резервы обеих сторон. Союзники могли быстро компенсировать свои боевые потери. Люфтваффе, с другой стороны, хотя, возможно, все ещё способны были заменить большинство своих рядовых потерь, не могли себе позволить постоянную утечку опытных истребителей-лидеров.

В Нормандии ситуация вскоре стала настолько критической, что рейхсмаршал Геринг был вынужден ввести шкалу, основанную на количестве задействованных самолётов, ограничивающую вылет, совершаемый командирами истребителей. Командир эскадрильи мог подняться в воздух только тогда, когда возглавлял группу по меньшей мере из шести машин, командир Группы — пятнадцать и командир эскадры — 45! Именно это правило, по всей вероятности, стоило Густаву Ределю его сотой победы. Коммодор и его Штаб прибыли в Шампфлери (Champfleury), примерно в 95 км к востоку к юго-востоку от Парижа поздно вечером в день «Д». В последующем месяце была сбита дюжина истребителей США. Оберст-лейтенанту Ределю приписывают четыре из них, последний из которых — Р-38, сбитый 5 июля. Это была 98-я и последняя победа Густава Рёделя, потому что в эту дату вступил в силу ограничительный приказ Геринга — и редко после этого эскадре удавалось поднять в воздух 45 истребителей одновременно.

Среди частей Люфтваффе, использовавшихся над зоной вторжения, были Stab./, I./, III./, и IV./ группы JG27. Части были переведены на аэродромы южнее Реймса вскоре после начала боев. Перебазирование во Францию закончилось катастрофой для I.-й Группы, неопытные пилоты которой сбились с маршрута и разбили при аварийной посадке 15 самолётов. К счастью, никто из летчиков не получил серьёзных ранений в этом инциденте. В подобных обстоятельствах III./JG27 потеряла 3 самолёта, а 1 пилот получил ранения. Ещё одной катастрофой, связанной с перебазированием, стала происшествие с Мессершмиттом Bf.109G-6 (W.Nr.163258), «Желтая 6» из IV./JG27, который разбился в условиях недостаточной видимости, унеся жизнь пилота — унтер-офицера Вальтера Мютцингера (Walter Mützinger). Три Группы Рёделя присоединились к нему во Франции в день Д+1. IV./JG27 заняла площади в Шампфлери рядом со Штабом, в то время как I./ и III./JG27 базировались поблизости в Vertus и Connantre соответственно. После нескольких месяцев борьбы с американскими «тяжеловесами» на юге, пилоты Групп неожиданно обнаружили совершенно иную войну, в основном на низкой высоте против подавляющего числа истребителей и истребителей-бомбардировщиков союзников. Некоторые адаптировались легче, чем другие.

Пилоты IV./JG27 стали первыми, принявшими участие в боях над Нормандией, когда сбили P-38 и Тайфун над Каном 7 июня 1944 года. Штабной унтер-офицер Хризант Бюргер (Chrysanth Bürger) погиб в бою.

На следующий день лейтенант Пауль Бекер (Paul Becker) сбил ещё один Тайфун в том же самом районе, и снова часть понесла потери: фельфебель Герхард Зоннтаг (Gerhard Sonntag) из 12./JG27 погиб в бою.

9 июня III./JG27 присоединилась к боям над Каном. В первом боевом вылете самолёт фельдфебеля Франца Бюзена (Franz Büsen) был сбит зенитным огнем — пилот погиб.

Впервые все три группы действовали совместно 10 июня 1944 года. В их задачи входило отвлечение на себя истребительных и истребительно-бомбардировочных частей союзников в районе Кан — Байё, пока Фокке-Вульфы Fw.190 из других подразделений Люфтваффе атаковали наземные части. В ходе этого вылета унтер-офицер Севрин (Sewrin) из 3./JG27 открыл счет победам I./JG27 на новом ТВД. Пилоты III./JG27 также одержали первые победы над Нормандией в этот день: майор Эрнст Дюлберг и обер-фельдфебель Фриц Громотка сбили по P-47. Часть потеряла 2 самолёта в бою, хотя их пилоты без единого ранения вернулись в часть. В полдень пилоты IV./JG27 приняли участие в жестоком сражении против большой группы Тандерболтов над Лизьё. Немцы сбили 4 американских истребителя, хотя и сами потеряли 6 самолётов и 4 пилотов (двое были записаны как пропавшие без вести, а другие двое были раненымы). Одним из раненых пилотов был лейтенант Герхард Шиндлер (Gerhard Schindler) из 10./JG27:

«10 июня я выполнял вылет в роли командира звена на штурмовку вражеских позиций вокруг устья реки Орн. На обратном пути мы оказались втянуты в воздушный бой, перешедший затем в полный хаос. В какой-то момент что-то попало в мой самолёт, и я почувствовал, что ранен в левое бедро. Мгновение спустя я почувствовал, что в кабине что-то горит. Я сбросил фонарь, расстегнул привязные ремни и выпрыгнул с высоты 2000 метров. Все это заняло лишь несколько секунд. Из-за своего ранения я жестко приземлился на вершину фруктового дерева. Я так и остался висеть там, не в силах выйти самостоятельно из этого затруднительного положения. Вдруг впереди показалось полдюжины французов, идущих ко мне и вооруженных до зубов деревянными дубинками и вилами. Один из них, владелец фруктового сада, отогнал остальную разгневанную толпу и помог мне слезь с дерева. Район Лизьё, где я приземлился, был полон организованных групп борцов сопротивления. Фермер отвел меня к себе домой, обработал мои раны и налил мне кое-что выпить. Он хотел доставить меня к доктору, хотя я опасался, что тот может передать меня сопротивлению. Вечером фермер положил меня на подводу, запряженную быками, накрыл соломой и доставил к доктору в деревню. Доктор извлек осколок шрапнели из бедра, обработал и перевязал рану и погрузил меня в свой видавший виды Ситроен, чтобы отвезти до ближайшего немецкого поста.»

2 дня спустя, 12 июня, аэродромы люфтваффе в Западной Франции были атакованы примерно 1400 тяжелыми бомбардировщиками под сопровождением примерно 1000 истребителей. В ходе утреннего вылета пилоты I./JG27 сбили 2 Тандерболта и добавили к этому ещё 2 сбитых в полдень — Тандерболт и Спитфайр. Победы стоили части потери 7 самолётов и 2 пилотов. Одним из павших был командир 1./JG27, лейтенант Хорст Гримм (Horst Grimm). Унтер-офицер Герман Севрин (Hermann Sewrin) из 3./JG27 был ранен в бою. Пилоты III./JG27 сбили 1 B-17 и 1 заявили HSS, а также 3 P-47. Двое пилотов части погибли в бою и 4 самолёта были потеряны. Лидерами дня стала IV./JG27 IV./JG27 гауптмана Отто Мейера, заявившая 9 P-47 к западу от Эврё — три на счет самого командира — ценой 6 самолётов. Один из пилотов части погиб, а 5 получили ранения.

Два дня спустя, 14 июня 1944 года, аэродромы люфтваффе вновь подверглись удару. Все 3 Группы JG27 были подняты в небо на перехват атакующего противника. Пилоты I./JG27 сбили 4 истребителя USAAF ценой лишь одного самолёта. 3 истребителя и 1 B-17 (и ещё 1 HSS) пали жертвами III./JG27, хотя часть также потеряла 3 самолёта и 2 летчиков (ефрейтор Вальтер Аппель (Walter Appel) погиб в бою, а фельдфебель Гарри Шоппер (Harry Schopper) был ранен). Пилоты IV./JG27 вновь стали лучшими стрелками, сбив 2 B-17 и 8 P-47, ценой потери лишь 1 самолёта. Фельдфебель Генрих Бартельс вновь продемонстрировал свое невероятное умение, вернувшись с победой над 4 Тандерболтами (первые его победы над Нормандией).

На следующий день JG27 сражалась в небе Нормандии с переменным успехом. Пилоты III./JG27 сбили 2 американских истребителя в стычке, которая стоила им потери 3 самолётов, 1 погибшего и 1 раненого пилотов. Вечером I./JG27 оказалась в гуще боев. Далее приведена выдержка из записей командира части, гауптмана Рудольфа Зиннера:

«15.6.1944 — с 18.30 до 20.55, вылеты на 'свободную охоту', бой с Тайфунами и Спитфайрами ниже уровня облачности; подбил Тайфун, но не видел, как он разбился. Сбит Спитфайр (наблюдал попадания вокруг кабины, пожар) — вероятно сбит Штурмом. Некоторые наименее опытные пилоты пытались сформировать защитный круг или улететь. Их немедленно перехватили Спитфайры. В конце остались только Штурм и я. На пути на базу встретились с Винклером.»

В бою были сбиты 3 истребителя — победы достались фельдфебелю Густаву Штурму (Gustav Sturm), унтер-офицеру Энгельберту Черни (Engelbert Czerny) и обер-фенрику Максу Винклер (Max Winkler). Немцы потеряли 6 самолётов и 3 пилотов: фанен-юнкер Гюнтер Хасс (Günter Haß) погиб, унтер-офицер Гейнц Кляйн (Heinz Klein) пропал без вести, а унтер-офицер Йозеф Михлер (Josef Miehler) был ранен.

Первые дни боев четко показали уровень истощения. Даже несмотря на то, что пилоты JG27 достигли некоторых успехов в воздухе, их потери были слишком велики, чтобы их можно было легко восполнить. Потери были таковы, что уничтоженными оказались 10 % летного персонала эскадры, в то время как для союзников потеря даже 50 летчиков была лишь малой частичкой тех сил USAAF и RAF, что были брошены в бой над Францией. Как показали следующие недели, поражение Люфтваффе было почти несомненно в таких обстоятельствах.

16 июня 1944 г. I./JG27 одержала 3 победы, но 2 пилота были потеряны в бою (один пропал без вести и один ранен). Фельдфебель Геннрих Бартельс из IV./JG27 добавил на свой счет ещё 2 Тандерболта.

На следующий день было то же самое: хотя на счет эскадры были добавлены очередные победы, все больше и больше имен пилотов исчезало из списков части. Лейтенант Гельмут Бекман вспоминает типичный бой того времени:

«4 июля я возглавлял третью эскадрилью на левом фланге построения группы на всем маршруте в предписанную для патрулирования зону, где наше построение рассыпалось под сильным зенитным огнем и облачностью. Я повернул на восток после того, как безуспешно пытался найти визуально другие эскадрильи. В то же время, по различным причинам, и моя эскадрилья сократилась до 9 самолётов. Мы натолкнулись на 4 Тандерболта в окрестностях Берне и я немедленно атаковал их. Я обстрелял самый левый самолёт и видел как яркий огненный шар вырвался из его правого крыла. Секундой позже Тандерболт резко завалился вправо и опустил нос. Я выбрал упреждение и враг снова пролетел через мою очередь, получив множественные попадания позади кабины. Тандерболт резко пошел вверх, упал на левое крыло и упал на землю с высоты 800 метров. Во время манёвра, атакуюя другой Тандерболт, я заметил вспышку взрыва в лесу западнее Берне.»

Сбитый Тандерболт стал 11-й победой лейтенанта Бекмана. В том же вылете немцы потеряли 2 самолёта: обер-фенрик Роберт Клоке (Robert Klocke) пропал без вести, а ефрейтор Хорст Хильмер (Horst Hilmer) из 14./JG27 был ранен.

Экипажи I./JG27 доложили о 35 сбитых в течение восьминедельного периода неослабевающих боев над Нормандией и Западной Францией. Среди наиболее успешных экспертов были лейтенант Вюнш (Wünsch) — 6 побед, и лейтенант Винклер — 5 побед. За это пришлось заплатить потерей 56 самолётов, 50 из которых были уничтожены в боях. 22 летчика погибли или пропали без вести, 12 было ранено.

За это же время III./JG27 добавили 54 самолёта на свой счет, потеряв 77 собственных самолётов и 26 погибших или пропавших без вести летчиков. 1 пилот попал в плен и 11 были ранены.

Пилоты IV./JG27 сбили 60 самолётов, но потеряли 98 Bf.109. 25 летчиков погибли или пропали без вести, один попал в плен и 15 были ранены. С 11 победами на счету фельдфебель Генрих Бартельс стал ведущим асом Группы. С другой стороны IV./JG27 стала единственной Группой, которая потеряла своего командира у плацдарма вторжения, когда 12 июля гауптман Отто Мейер — его окончательный результат в 21 победу — пропал без вести в районе Кана. Через две недели после потери Мейера, Группа, возглавляемая теперь гауптманом Ганнсом-Гейнцем Дудеком, сократилась до девяти исправных Густавов. Оставшиеся в живых сражались, но смогли одержать ещё только три победы, прежде чем их вывели в Германию в середине августа.

III./JG27 майора Эрнста Дюлберга заняла второе место по количеству самолётов союзников, уничтоженных над Нормандией, заявив всего на семь меньше, чем у IV.-й Группы — 58. Но она заплатила ещё более высокую цену — и не только персоналом. 24 июня истребители-бомбардировщики союзников нанесли удар по Коннантру, уничтожив дюжину Bf.109G-6 Группы и нанеся повреждения другим. Хотя подразделению удалось сбить шесть американских истребителей три дня спустя и ещё десять в последующие две недели, за тот же период пострадали 20 человек. К середине июля оставшимся пилотам было приказано вернуться в Германию, где они проведут последующие четыре недели, пытаясь подготовить совершенно новый набор молодых и недостаточно обученных кадетов и унтер-офицеров для предстоящих сражений.

III./JG27 вернулась во Францию 15 августа, как раз когда I.-я Группа убывала с фронта вторжения. С момента прибытия в Вертус (Vertus), I./JG27 занимала ряд баз вдоль южного и западного флангов плацдарма союзников — даже проводя часть недели в Ванне (Vannes), на атлантическом побережье. Она стала единственной из трех Групп, чьи потери в кампании в Нормандии превысили её заявки, поэтому её убытие в середине августа в Хойю (Hoya), к юго-западу от Бремена, было неминуемо, для срочно необходимого отдыха и переоборудования.

III.-я Группа ознаменовала свое возвращение во Францию — на сильно замаскированную передовую посадочную полосу к северу от Парижа, сбив 17 истребителей союзников за первые четыре дня. Шесть из них были Тайфунами, на которые были поданы заявки 17 августа (отчеты 183 Sqn. RAF подтверждают четыре машины, потерянные в регионе Фалез в этот день). Один из Тайфунов, а также P-51 сутки спустя, довели общее количество побед командора Эрнста Дюллберга до 37 и принесли ему Рыцарский крест.

Но новым и неопытным молодым пилотам Группы был нанесен сильный удар. Десять уже стали жертвами, и дальнейшие потери будут понесены до того, как III./JG27 отойдет в Сен-Трон, в Бельгии, 28 августа, а затем в Кельн-Ван спустя восемь дней.

Таким образом, в августе 1944 года потрепанные части JG27 были стянуты обратно в Рейх для пополнения и заслуженного отдыха. Так как III./JG27 была развернута в Кёльн-Ван, рядом с западной немецкой границей, её пилоты были привлечены к битве над Неймегеном и Арнемом как только началась операция «Маркет Гарден». Пилоты части столкнулись с Мустангами ВВС США над Венло 19 сентября 1944 года. Хотя лейтенант Шлидерман (Schliedermann) сбил 1 P-51, немцы потеряли 2 своих самолёта в этом бою и одного пилота.

2 дня спустя группа атаковала американских «тяжеловесов» и их истребительный эскорт над Кёльном/Бонном. 2 P-38 эскорта были сбиты в бою, стоившему немцам потери 3 летчиков и уничтожением 5 Bf.109. Среди погибших был командир 10./JG27 лейтенант Ханс Шлидерман (Hans Schliedermann).

В последний день сентября майор Эрнст Дюллберг был назначен командиром JG76, недавно созданного подразделения для обороны страны. Гауптман доктор Петер Верффт принял командование над III./JG27.

III./JG27 продолжит действовать на западном фронте в первой половине октября, но одержит только три победы потерей ещё семи своих унтер-офицеров. 5 октября 1944 года часть понесла тяжелые потери в бою над Везелем. Не одержав ни одной победы в бою, группа потеряла 5 самолётов. 5 летчиков также были потеряны — 1 убит, 2 пропали без вести, 1 попал в плен и 1 был ранен. Успех обер-фенрика Хорста Томсена фон Крона (Horst Thomsen von Krohn), сбившего 2 Тандерболта через 2 дня, несколько улучшил боевой дух, но уже 12 октября часть снова потеряла 5 самолётов и 3 летчиков (все были записаны погибшими).

После этого фактического разгрома группа получила персональный приказ от Геринга перебазироваться в Гроссенхайн-Вильденхайн, к северо-западу от Дрездена, для пополнения и отдыха, где оно должно было обменять оставшиеся Bf.109G-6 и Bf.109G-14 (последний впервые был принят на вооружение только двумя месяцами ранее) на совершенно новые Bf.109K-4. 6 недель боев взяли суровую дань с III./JG27: за 6 побед они заплатили 23 самолётами, 13 погибшими или пропавшими пилотами и 2 ранеными летчиками.

II./JG27 в роли высотной истребительной части[править | править код]

В то время как три Группы Рёделя были переведены во Францию в начале июня 1944 года, где страдали от кровопролитной кампании в Нормандии и её последствий, II./JG27 гауптмана Фрица Келлера приняла на себя обязанности защитника юго-восточных границ рейха. С прибытием в Фельс-ам-Ваграм 7 июня, данная новая роль Группы стала очевидной благодаря поставке около 60 Bf.109G-6/AS — модификации, разработанной для действий на больших высотах, чем могла действовать стандартная модель Bf.109G. Часть также сменила своё обозначение на Höhenjagdgruppe (высотную истребительную группу) и занялась высотным прикрытием Fw.190 при перехватах бомбардировщиков союзников. Höhenjagdgruppe расположилась на аэродромах вокруг Вены и стала частью 8-й истребительной дивизии.

Часть начала боевые действия в новой роли 2 июля 1944 года над Будапештом, когда немцы пытались перехватить группу Либерейторов, сопровождаемую сильным истребительным эскортом. Предзнаменования не были хорошими, потому что неопытные пилоты II./JG27 снова продемонстрировали свое несоответствие уровню американских пилотов: они сбили только 1 B-24 и потеряли не менее 7 самолётов. 2 пилота Группы погибли в бою, а ещё 5 были ранены.

В течение следующих трех недель небеса над Юго-Восточной Европой увидели ещё много боёв. За этот период пилоты II./JG27 сбили 8 вражеских истребителей и 1 B-17 (плюс 1 HSS). 12 самолётов Bf.109 были уничтожены; 8 пилотов части погибли в бою, 2 были ранены.

25 июля 1944 года бомбардировщики 15-х ВВС бомбили заводы Германа Геринга — танковый завод в Линце. Самолёты II./JG27 поднялись по тревоге в 10:00 и вскоре прикрыли самолёты JG300 и JG302 при атаке группы бомбардировщиков. 50 минут спустя II./JG27 столкнулась с Мустангами эскорта в безжалостном бою, который длился почти 20 минут. Хотя немцы смогли уничтожить 6 Мустангов, цена, которую они за это заплатили, была непомерно высока: 5 немецких пилотов погибли, а часть потеряла 6 Bf.109.

До конца июля Группа сделала ещё 3 таких вылета и доложила о 2 сбитых вражеских истребителях, потеряв 3 пилота погибшими и 7 уничтоженных самолётов.

5 августа 1944 года несмотря на плохие погодные условия, американцы нанесли массированный удар по индустриальным целям и аэродромам в Северной и Центральной Германии. Самолёты II./JG27 поджидали крупную группу P-47 и P-51 у Магдебурга. Фанен-юнкер Мюллер (Müller) сбил один Мустанг, но потери части были ужасающими: ровно 8 Bf.109 было потеряно (5 непосредственно в бою с противником и ещё 3 разбились в ходе вынужденных посадок или из-за нехватки топлива). Один из пилотов части погиб в бою, а ещё 2 получили серьёзные ранения.

Два дня спустя, 7 августа 1944 года, группа атаковала бомбардировщики 15-х ВВС на их обратном пути в Италию после бомбежки завода по производству синтетического топлива в Блеххаммере и Оддертале в Верхней Силезии. Командир 5./JG27 лейтенант Антон Вёффен, рассказал эту историю:

«Наши самолёты, числом около дюжины, вновь были брошены против крупной группы бомбардировщиков, уходящих в Италию. По радио мы получили вектор по направлению на озеро Балатон. Внезапно появились вражеские истребители. Мы оказались втянутыми в безжалостное воздушное сражение, в котором один из американских самолётов сел мне на хвост. У меня не оставалось выбора, кроме как выполнить серию резких виражей и манёвров уклонения, а затем спикировать, стряхнув таким образом противника. В процессе я потерял визуальный контакт со своими самолётами, а когда я попытался обнаружить их, оказалось, что они сражаются отдельными группами на 1000 метров выше меня. Я начал набор высоты, надеясь вступить в бой незамеченным. План сработал, и я вскоре оказался позади одного из вражеских самолётов. Я прильнул к прицелу, но прежде чем смог нажать на гашетку, мой самолёт был подбит. Пуля оцарапала висок и сорвала с головы очки. В то же время я почувствовал волну жара, исходящую от ступней к рукам и лицу. Самолёт был подбит сзади сверху и пули проникли через перегородку между кабиной и мотором. Огонь бушевал в моторном отсеке проникая в кабину. Я почувствовал боль в руках и лице и попробовал откинуться в кресле назад настолько, насколько это было возможно. Левой рукой я пытался нащупать ручку аварийного сброса фонаря. Наконец, нашел её и потянул, но фонарь остался на месте. 'Ну, все!' подумал я. В отчаянии я дергал за ручку сброса двумя руками и, наконец, мне это удалось. Отстегнул ремни и с силой потянул, хотя в это время мои пальцы окончательно онемели. Мгновения спустя меня высосало из кабины, по счастью, не ударив о хвостовое оперение.»

Сильно обгоревший, лейтенант Вёффен приземлился южнее Братиславы. Его быстро подобрали словацкие пехотинцы и следующие 4 недели он провел в госпитале. В ходе воздушного боя над Братиславой Мюллер сбил 1 B-17, а гауптман Фриц Келлер — P-38. Немцы лишились 2 самолётов и 2 летчиков: В дополнении к тяжелораненому Вёффену, обер-ефрейтор Герберт Бертольд (Herbert Bertholdt) из 4./JG27 погиб в своем самолёте «Белая 17» — Bf.109G-6/AS (W.Nr.412640).

II./JG27 понесла более значимые потери в бою с Мустангами 16 августа 1944 года. Американцы сбили 6 Bf.109, убив 2 пилотов и ранив ещё 2, а сами при этом не потеряли ни одного самолёта. Среди погибших был фанен-юнкер Альфред Мюллер (Alfred Muller) из 7./JG27, который одержал 8 из своих 16 побед в течение нескольких предыдущих недель.

В августе 1944 года пилоты II./JG27 вступали в бой с противником 13 раз, сбив 5 четырёхмоторных бомбардировщиков, а также 1 заявив HSS. Также они одержали 6 побед над вражескими истребителями. Однако, потери группы были ужасающими: 9 пилотов числились пропавшими без вести или погибшими, 7 были ранены, 23 самолёта потеряны в ходе действий противника и ещё 16 списаны по небоевым причинам.

В результате постоянного давления от американских воздушных налетов и потери румынских нефтяных полей в августе 1944 года, немецкие силы начали испытывать серьёзный топливный кризис, который значительно способствовал наступлению победы союзников. Люфтваффе чрезвычайно страдало от нехватки горючего: тренировки были сокращены до минимума, особенно их продвинутая фаза, в которой полеты выполнялись на таких «пожирателях топлива» как Bf.109G или Fw.190A. Выпускники летных школ, присоединявшиеся к действующим частям с осени 1944 года имели не более 3-5 часов налёта на Bf.109 или Fw.190. В большинстве своем они умели только взлетать и садиться и совершенно не имели шансов в маневренном бою с опытными пилотами USAAF и RAF. Вдобавок ко всему, враг имел подавляющее численное преимущество и летал на отличных самолётах.

К этому времени в Нормандии произошел прорыв. Союзные войска переправились через Сену, и, когда плацдарм вторжения был вскрыт, тяжелые бомбардировщики Восьмых ВВС вновь сосредоточили свое внимание на целях в рейхе. Это, в свою очередь, привело к переводу II./JG27 из Австрии в Финстервальде, примерно в 95 км к юго-востоку от Берлина, 3 сентября 1944 года.

11 сентября 1944 года состоялся первый вылет с новой базы, в день, когда Восьмая воздушная армия совершила очередной крупный налет на заводы по производству синтетического топлива в Германии. Результат подтвердил, что часть находится в состоянии глубочайшего застоя: 1 победа (P-51, унтер-офицер Циллингер (Zillinger)) ценой потери 6 самолётов и 6 пилотов убитыми. Среди погибших был командир 5./JG27 лейтенант Йозеф Торфер (Josef Torfer), один из наиболее опытных пилотов части, присоединившийся к ней ещё летом 1942 года и имевший на счету 8 побед, включая 4 тяжелых американских бомбардировщика.

На следующий день пилоты II./JG27 проявили себя немногим лучше: 1 сбитый против потери 4 самолётов и 2 пилотов погибшими.

С началом операции «Маркет Гарден» II./JG27 была переведена в Гютерсло и совершила первый боевой вылет над Арнхемом 18 сентября 1944 года.

Пилоты группы были атакованы группой Тандерболтов 23 сентября 1944 года у Ниймегена. На этот раз немцы доложили о 5 победах ценой потери 6 самолётов и 3 пилотов (1 погиб в бою и 2 были ранены).

На следующий день пилоты II./JG27 сбили 2 Мустанга без собственных потерь.

Операции над Голландией закончились, когда 7 октября 1944 года был дан приказ возвращаться в Финстервальде. II./JG27 понесла чрезвычайно серьёзные потери в ходе трех месяцев боев над Рейхом и Голландией: 44 пилота погибли и 17 были ранены. Потеряны 163 самолёта, включая 92 боевые потери и 71 небоевую из-за различных технических проблем. Счет части за то же время вырос на 46 самолётов, что значило, что уничтожение 1 самолёта союзников обеспечивалось ценой потери 2 истребителей люфтваффе.

Реорганизация эскадры[править | править код]

Именно в этот период (официальная дата — 15 августа) — когда все четыре Группы перебрасывались, отдыхали или переоснащались — JG27 была реорганизована на основе принципа «четыре эскадрильи на Группу», введенного во всех истребительных частях.

  • I./JG27:
  • 1.-я эскадрилья — прежняя
  • 2.-я эскадрилья — прежняя
  • 3.-я эскадрилья — прежняя
  • 4.-я эскадрилья — бывшая 14./JG27 (создана в мае — июне 1944 года)
  • II./JG27:
  • 5.-я эскадрилья — прежняя
  • 6.-я эскадрилья — прежняя
  • 7.-я эскадрилья — бывшая 4./JG27
  • 8.-я эскадрилья — новая
  • III./JG27:
  • 9.-я эскадрилья — прежняя
  • 10.-я эскадрилья — бывшая 13./JG27 (создана в мае — июне 1944 года)
  • 11.-я эскадрилья — бывшая 8./JG27
  • 12.-я эскадрилья — бывшая 7./JG27
  • IV./JG27:
  • 13-я эскадрилья — бывшая 10./JG27
  • 14.-я эскадрилья — бывшая 12./JG27 (создана в мае — июне 1944 года)
  • 15.-я эскадрилья — бывшая 11./JG27
  • 16.-я эскадрилья — бывшая 15./JG27 (создана в мае — июне 1944 года)

С каждой эскадрильей, имеющим официальное штатное расписание из 15 самолётов плюс резервы, это означало, что каждая Группа к этому времени насчитывала более 60 истребителей Мессершмитта каждая, причем III./JG27 полностью переоснащалась Bf.109K-4, II./JG27 продолжала эксплуатировать свои специализированные высотные поздние модели «Густавов», и только I./ и IV./JG27, летали на Bf.109G-14 (но позже также перешли преимущественно на Bf.109K-4).

Пиковая численность эскадры в начале осени 1944 года — около 250 машин — самая высокая за всю историю — была, однако, скорее данью упорству и гибкости немецких авиастроителей, нежели свидетельству возрождения фортуны JG27. Благодаря совместным бомбардировкам Восьмых и Пятнадцатых ВВС против нефтяной промышленности, ситуация с топливом в истребительных частях уже была критической и начинала граничить с катастрофой. И большинство пилотов теперь были либо молодыми, ещё более недоученными, чем когда-либо прежде, либо летчиками-ветеранами из расформированных бомбардировочных и разведывательных подразделений с небольшим или полностью отсутствующим опытом ведения боевых истребительных действий.

Получив пополнение персоналом и новыми самолётами, все 4 Группы JG27 переподчинили 1 истребительной дивизии (1.Jagddivision) и 2 ноября 1944 года Группы начали развертывание в Рейхсфертайдигунг (Reichsverteidigung) — обороне Рейха.

Призрачный характер значительно возросшей силы JG27 был быстро выявлен в первый же день, когда эскадра совершила вылет против B-17 из 1 и 3 BD USAAF, атаковавших завод по производству синтетического топлива в районе Мерзебурга/Лойны. Действуя впервые полной эскадрой по защите Рейха, все четыре Группы противодействовали более 600 В-17, атаковавших Мерзебург/Леуну, но полностью не смогли проникнуть сквозь прикрывающее бомбардировщики, истребители сопровождения. Над целью немецкие пилоты провели жестокий бой с американскими истребителями эскорта. 2 ноября 1944 года стал самым худшим днём в истории JG27: 50 Bf.109 были потеряны в бою с противником и ещё 5 серьёзно повреждены; 27 пилотов части погибли в бою (11 из I.-й Группы и 10 из IV.-й) и 12 были тяжело ранены. Потери были особенно болезненными для I./JG27: 2 сбитых Мустанга стоили потери 26 Мессершмиттов и 11 погибших лётчиков. Среди пяти погибших в III./JG27 был командир 10./JG27 гауптман Эрнст-Аскан Гоберт (Ernst-Ascan Gobert), бывший пилот бомбардировщика, который получил Рыцарский Крест, когда служил в KG53. Вся эскадра JG27 смогла сбить лишь 8 Мустангов. После этой кровавой резни часть была выведена из боёв на 3 недели и использовала эту возможность, чтобы полностью перевооружиться на Bf.109G-10 и Bf.109K-4 — новейшие модели Мессершмиттов.

Потери 2 ноября — самые высокие за всю историю, понесённые JG27 за один день — ознаменовали начало конца для эскадры. В общей сложности почти 100 пилотов было потеряно чуть менее чем за шесть месяцев. В эту цифру были включены два командира Группы, и три командира эскадрилий.

В течение этого периода число побед JG27 насчитывалось всего 43. Они не были в равной степени распределены между Группами и варьировались от двух P-51 в III./JG51 до 21 победы в IV./JG27.

После получения статуса боеготовности I.-я и II.-я группы JG27 выполнили 21 ноября 1944 года первые крупные вылеты. Немцы вновь встретились с американскими эскортными истребителями, но на этот раз успехи сторон были одинаковы: немцы заявили о сбитии 3 Тандерболтов и 3 Мустангов, потеряв 7 самолётов, 3 пилотов погибшими и 3 ранеными. Особенно болезненной стала потеря командира 2./JG27 и опытного лётчика-истребителя лейтенанта Карла Вюнша (Karl Wünsch).

5 дней спустя, 26 ноября 1944 года, все 4 Группы JG27 приняли участие в крупном перехвате. Количественное превосходство и превосходство в опыте американских пилотов привели к очередному тяжёлому поражению, нанесённому их противникам. Вскоре после 11:00 в районе Тевтобургского леса пилоты JG27 осуществили контакт с группой B-17, сопровождаемых P-51 и P-47. Самолёты I./JG27 перехватили вражеские истребители, в то время как остальные группы набросились на бомбардировщики. Хотя обер-фенрих Адольф Шрайер из 3./JG27 одержал свою первую победу (над P-51), она затмилась потерей 8 Bf.109G-14 и смертью 2 пилотов. В попытке достать бомбардировщики, пилоты II./JG.7 сами были внезапно атакованы несколькими дюжинами Мустангов, которые быстро сбили 6 Мессершмиттов и повредили ещё 4. 2 немецких пилота погибли и 4 были ранены. Фельдфебель Мюллер (Müller) из 7./JG27 сбил 1 Мустанг. III./JG27 потеряла 11 самолётов и 4 пилота погибшими, одержав 1 победу: обер-фельдфебель Фриц Громотка сбил P-51 — эта победа стала 29-й в карьере этого опытного летчика.

Единственной группой, добившейся успеха в бою, стала IV./JG27, пилоты которой смогли достать бомбардировщики. Они заявили о 2 сбитых B-17 (обер-ефрейтор Хорст Рипперт (Horst Rippert) и унтер-офицер Роберт Патан (Robert Patan)) и 5 истребителях сопровождения. Группа потеряла 8 самолётов, 3 пилотов погибшими и 1 раненым. Всего за день JG27 сбила 10 самолётов противника ценой 38 потерянных Bf.109, 12 поврежденных самолётов, 15 погибших и 6 раненых пилотов. Пилоты JG27 продолжили бои на следующий день, 27 ноября. I./JG27 сразилась с небольшой группой истребителей USAAF над Аахеном. Сражаясь на равных условиях, немцы сбили 1 P-51 (победу одержал унтер-офицер Гейнц Рихтер (Heinz Richter)) и 1 P-47 (сбит командиром I./JG27, гауптманом Дитхельмом фон Эйхель-Штрейбером — это была его 96 победа) не потеряв ни одного самолёта.

Меньшая удача выпала на долю пилотов III./JG27, воевавших с большой группой истребителей USAAF над Липперландом. Потери в бою понесли только немцы — результатом стала гибель 3 немецких летчиков и потеря 3 Bf.109. Многоопытный командир 11./JG27, обер-лейтенант Карл Коль (Karl Kohl), погиб в своем Bf.109K-4 (W.Nr.330192). IV./JG27 добавила на свой счет 3 американских истребителя, но потеряла 11 самолётов, 2 летчиков погибшими и 2 ранеными — такова цена этого успеха.

В целом, потери JG27 в ходе лишь 4 наступательных боев в ноябре 1944 года имели катастрофические масштабы: часть потеряла 104 самолёта, 50 летчиков убитыми и 17 раненых, добившись лишь 30 побед.

Обескровленная в ноябрьских боях, JG27 совершила лишь небольшое количество боевых вылетов в первые 2 недели декабря 1944 года. Эти вылеты на «свободную охоту» против ударных самолётов Союзников, выполнявшиеся группами по 4-12 самолётов, показали, скорее, бесславные результаты.

5 декабря 1944 года самолёты I./JG27 атаковали Спитфайры, сопровождавшие группу бомбардировщиков RAF у Дорстена/Гладбека. В бою фельдфебель Геррман Вильке (Herrmann Wilke) сбил 1 английский истребитель, но немцы потеряли 2 Bf.109 и одного летчика. II./JG27, чьи летчики также приняли участие в бою, потеряли 5 самолётов, 3 летчиков убитыми и 1 раненым. В сравнении с такими потерями победа над одним истребителем, одержанная фельдфебелем Генрихом Прохаской (Heinrich Prohaska), стала не более чем символической победой. Унтер-офицер Розингер (Roesinger) из IV./JG27 одержал победу над Спитфайром, но 3 его коллеги погибли в бою и 1 получил ранения. Часть потеряла 3 самолёта от огня противника.

Следующие 10 дней были чрезвычайно наполнены событиями для персонала I./JG27, хотя пилоты Группы смогли одержать только 1 победу за это время (лейтенант Бекман сбил Мустанг). Ценой тяжелых боев стала потеря 11 самолётов группы и смерть 2 летчиков. Среди погибших был командир Группы, Йоханнес Ноймаер (Johannes Neumayer), чей самолёт стал жертвой P-47 над Эте 11 декабря 1944 года.

За тот же период пилоты II./JG27 сбили 3 Спитфайра, потеряв 4 Bf.109, 1 летчика убитым и 1 раненым. Погибшим числился командир группы майор Вальтер Шпис (Walter Spies).

Пилоты III./JG27 выполнили за этот период несколько вылетов, сбив 1 Мустанг и потеряв 1 свой самолёт.

Экипажи IV./JG27 выглядели неплохо на фоне этой печальной статистики: за тот же десятидневный период они одержали 6 побед и заявили о 3 HSS. В то же время, Группа не понесла потерь в людях, хотя 4 самолёта были потеряны в боях. Обер-фельдфебель Генрих Бартельс продолжил победную серию, когда вернулся на базу с победой над Мустангом 8 декабря 1944 года — его 97-я победа.

Действительно удачный бой произошел 12 декабря 1944 года, когда несмотря на плохую погоду и облачность, группа из 140 Ланкастеров RAF проникла в воздушное пространство Германии для атаки сталелитейного завода в Виттене. Мессершмитты из IV./JG27 взлетели в 12:30, быстро собрались в боевой порядок ниже слоя облачности и получили направление на перехват вражеских сил бомбардировщиков. После часового полета командир Группы гауптман Ганнс-Гейнц Дудек (Hanns-Heinz Dudeck), дал команду подняться выше слоя облачности. Минутой позже, когда немцы выбрались наверх, они увидели большую разомкнутую группу четырёхмоторных бомбардировщиков RAF. Над ними патрулировали истребители сопровождения, пилоты которых ещё не обнаружили угрозы. Немцы немедленно атаковали захваченного врасплох врага и, прежде чем истребители сопровождения смогли вмешаться, уничтожили 5 бомбардировщиков и ещё 3 заявили HSS. Сами при этом не потеряли ни одного самолёта. Дополнительной удачей стало то, что английские бомбардировщики, ошеломленные свирепой атакой, сбросили свои бомбы и легли на обратный курс. С одним из немецких пилотов, фенрихом Освальдом Пейасом (Oswald Pejas), в ходе боя произошел интересный случай: огонь его пушек и пулеметов буквально разорвал один из Ланкастеров на части. Мессершмитт влетел прямо в облако дымящихся обломков, но пилот смог сохранить контроль над самолётом и вернуться в Гютерсло, где наземный персонал незамедлительно начал работы по восстановлению самолёта. Когда Пейас на следующий день пришел за своим самолётом, начальник группы механиков предъявил ему большой мешок, наполненный останками Ланкастера, которые были собраны из различных частей фюзеляжа Мессершмитта. Среди покореженного и разорванного металла, были фрагменты кокарды RAF. По возвращении на базу в Ахмер, Пейас доложил командиру о сбитии Ланкастера. Хотя у него и не было свидетелей, он заявил, что имеет мешок, полный останков жертвы. Дудек рассмеялся и пообещал, что лично подтвердит сбитый самолёт.

16 декабря 1944 года немцы начали операцию «Wacht am Rhine» (Вахта на Рейне — наступление в Арденнах). Приуроченное к прогнозируемому периоду плохой погоды, который, как надеялись, нивелирует поддержку большей части британской авиационной силы союзников, первые несколько дней «Битвы за дугу» показали то, что JG27 столкнулась «только» с авиацией англо-американских тактических сил, действующих из континентальной Европы.

Даже тогда ей едва удавалось удержаться. JG27, теперь часть II истребительного корпуса, имела задачу обеспечить прикрытие передовых наступающих частей. Первый бой состоялся 17 декабря 1944 года когда Bf.109G из II./JG27 сразились с большой группой Тандерболтов у Аахена. Немцы сбили 3 P-47 (унтер-офицер Штенгляйн (Stenglein) сбил двух и гауптман Фриц Келлер — одного), но сами потеряли 8 самолётов. 3 пилота погибли и ещё 3, включая командира группы гауптмана Фрица Келлера, получили ранения. Среди погибших был командир 8./JG27 гауптман Херберт Рефельд (Herbert Rehfeld). Другой, на этот раз успешный, бой против P-47, случился в полдень. Командир 7./JG27 лейтенант Штайн (Stein), одержал 1 победу; потерь среди своих самолётов не было.

Тем временем экипажи I./JG27 перехватили Тандерболты и Тайфуны RAF над Мальмеди. Один P-47 был сбит, но не ранее чем 5 самолётов люфтваффе врезались в землю. 4 немецких летчика не вернулись на базу (1 попал в плен, а другие погибли в бою).

Пилоты III./JG27 совершили в этот день 2 вылета, в ходе которых сбили 6 P-47 и 1 P-38. Потери части составили 1 пилота, погибшего в бою, и 6 самолётов, сбитых вражеским огнем.

На следующий день активность усилилась — улучшилась погода. Улучшение погоды 23 декабря и, как следствие, тотальная авиационная поддержка вооруженных сухопутных войск США немедленно дали о себе знать. I./ и II./JG27 потеряли по 1 самолёту в ходе серии вылетов в поддержку наземных частей. В то же время пилоты III./JG27 взлетали на перехват вражеских бомбардировщиков над Кёльном. Неусыпный истребительный эскорт задержал Bf.109, и хотя 2 истребителя США были сбиты, немцы потеряли 8 самолётов и 5 пилотов были засчитаны погибшими или пропавшими без вести. 2 других пилота были ранены. Пилоты IV./JG27 испытали большую удачу, так как потеряли лишь 1 пилота — обер-фенриха Йоахима Коморовски (Joachim Komorowski) из 13./JG27, сбитого и погибшего у Кёльна. Обер-фельдфебель Генрих Бартельс вновь показал исключительную доблесть в воздухе, одержав победу над Мустангом USAAF — это была его 98-я победа.

К этому времени Бартельс стал не только ведущим асом части, но также человеком с примерным боевым духом. Его отношения с молодыми пилотами поднимала моральный дух среди персонала. Пилоты части полагали, что полеты вместе с Бартельсом — лучшее страховка их жизни, какую только можно представить. Вот почему событие 23 декабря 1944 года оказало такое большое влияние на всю часть. В этот день обер-фельдфебель Генрих Бартельс не вернулся из боевого вылета. Унтер-офицер Гейнц Розингер из 15./JG27 вспоминал последние моменты из жизни Бартельса:

«В тот день я был командиром пары в звене, возглавляемом Хайном. Если я правильно помню, обер-фенрих Бранд был его качмариком. Мы взлетели по тревоге в 11:00. Двигатель моего самолёта не хотел заводиться, поэтому я забрался в другую машину, припаркованную рядом со взлетной полосой. Как я позднее разобрался, этот самолёт не имел форсажной системы. Я последовал за другими самолётами, которые были уже собрались в боевой строй, и занял место в своем звене. Вскоре мы резво набирали высоту курсом на район Кёльн — Бонн. На высоте 7500 метров над Бонном мы чуть не влетели в подвесные баки, сброшенные Тандерболтами. 'Красноносые' внезапно атаковали нас сверху. В суете набора высоты я оказался позади своего звена и теперь привлек внимание четверки Тандерболтов. Краем глаза я увидел Хайна, который резко развернулся в мою сторону и разнес одного из P-47. В следующие секунды я был занят уклонением от остальных [противников] и потерял из виду его. В бешеном бою мой 'шишак' загорелся и я выпрыгнул над Маккенхаймом.»

Сбив P-47 (свою 99-ю победу) Бартельс и сам был сбит и погиб на своем Bf.109-м в Виллипе у Бад-Годесберга. На момент гибели Бартельс был номинирован на Дубовые Листья. Останки Бартельса, пролежали в обломках его «Желтого 13», необнаруженными почти четверть века.

Навыки Бартельса были высоко оценены его коллегами-пилотами из 15./JG27. Один человек заметил: «Полет ведомым Бартельса был почти таким же хорошим делом, как и страхование жизни!» И если кто-то с его опытом может быть сбит, какова вероятность того, что многие подростковые замены которые теперь становились все большей частью JG27, смогут выжить? Некоторые из них уже давали повод для беспокойства, о чём свидетельствует отчет оберста Густава Рёделя о действиях его эскадры во время вылета 23 декабря. В нём Рёдель оценил, что приблизительно 20 процентов его пилотов прекратили свои атаки (на соединения B-17) без уважительных причин, сбросили свои подвесные топливные баки и преждевременно вернулись на базу. В заключение он угрожал военному суду любому, кто сделает это в будущем!

Именно 23 декабря пилот 7./JG27 унтер-офицер Герман Кессингер (Hermann Kässinger) добился своего первого успеха — B-17 HSS к югу от Трира. Darling Dot 94-го BG (она же Big Gas Bird) станет последним из почти 550 «тяжеловесов», зачисленных JG27 во время войны.

На следующей неделе бои в небе над Арденнами продолжались. Пилоты JG27 одержали 31 победу потеряв 76 самолётов, 25 пилотов погибшими или пропавшими без вести и 18 ранеными. Лейтенант Гельмут Бекман, командир 4./JG27, был в гуще событий 27 декабря 1944 года:

«27 декабря 1944 года I.-я группа под командованием обер-лейтенанта Шаде имела задачу обеспечить истребительное прикрытие наступающих наземных частей.

Я возглавил 4-ю эскадрилью, выполнявшую задачу высотного прикрытия оставшейся группы. (…)

Мы были над Бастонью, когда я увидел пару Лайтнингов, пикирующих на звено, возглавляемое нашим командиром. Я сбросил подвесные баки и быстро погнался за ними. Первый Лайтнинг промчался прямо перед моим носом. Я зажал гашетку и ясно заметил вспышки на фюзеляже, а затем от него отлетели куски металла. На этом я закончил, ибо у меня заканчивалось топливо. Остальным пилотам своего звена приказал присоединиться к другой эскадрильи, а сам, вместе с качмариком, лег курсом на Аахен. В этот момент я отметил, что подбитый мною P-38, вращаясь в плоском штопоре, врезался в землю. Секундой спустя показался ещё один самолёт, камнем упавший на землю справа от меня — это оказался 109-й. Выше происходил какой-то бой. Осмотревшись, я увидел пару Мустангов, изготовившихся для атаки со стороны солнца. Предупредив ведомого, я выполнил резкий вираж. В это мгновение Мустанги пронеслись прямо позади меня, и когда я снова был в горизонтальном полете, то увидел, что мой ведомый, не последовавший за мной в вираж, уже болтается под куполом парашюта. Итак, я оказался один против двух пилотов, которые быстро доказали, что являются настоящими экспертами. Маневренный бой оказался невозможным: как только я заходил в хвост одному из Мустангов, другой всегда оказывался на хвосте у меня. Я спикировал с одной мыслью: уходить на полной мощности на солнце и побыстрее! Я несколько увеличил дистанцию между нами, но оказалось, что это только им на руку. Они ещё могли вести бой, а у меня начало заканчиваться топливо! Нельзя было больше использовать форсаж, поэтому я развернулся и пошел в лобовую. Американцы немедленно разошлись в разные стороны и когда я прицеливался в одного из них, второй всегда был тут как тут позади меня. Я бросил и повторил лобовую атаку. Во втором заходе я почти попал в один Мустанг, но выбрал неверный угол для стрельбы с таким упреждением. Второй немедленно оказался у меня на хвосте и, когда я попробовал уйти в сторону, двигатель выключился и я услышал барабанную дробь пуль по фюзеляжу. Попытался уйти штопором, но выяснил, что руль высоты меня не слушае, а самолёт стоит на хвосте.

Все, что я теперь мог сделать — побыстрее выпрыгнуть. Сбросил фонарь, сорвал кислородную маску и освободил ремни. Хотя пытался выбраться из кабины, используя стандартный приём 'ручку от себя', который я попробовал трижды, но ничего не произошло. Наконец, я сильно привстал над креслом и был вытянут спутной струей. И тут же почувствовал боль в левой руке. Я ударился о киль и теперь опасался, что парашют не раскроется. Прежде чем потянуть за вытяжной шнур, я обмотал его плотно вокруг рук, на случай если стропы вдруг отделятся от парашюта. Мои подозрения, что что-то может пойти не так, оправдались. Когда был сброшен фонарь, пряжка изогнулась и ударила меня под левый глаз. Левая лямка оказалась разорвана и я болтался только на правой. На мгновение я потерял сознание, но страх выпасть из поврежденных строп быстро вернул меня в чувства. Минуты спустя я услышал жужжание приближающихся Мустангов и испугался, что они застрелят меня. Этого не случилось и вскоре я мягко приземлился на позиции СС. Пехотинцы встретили меня заряженным оружием и командой 'Руки вверх!', но позднее стали очень гостеприимными.»

У оберста Рёделя было мало времени, чтобы выполнить свою угрозу, даже если это было бы необходимым. 29 декабря он был назначен в штаб 2-й Jagd-Division, с 1 февраля став её командиром и занимал эту должность до конца войны. Таким образом, майору Людвигу Францискету — тому «Цискусу», чья долгая служба в эскадре восходит к началу войны, когда он был лейтенантом в составе I./JG1, — было поручено командовать JG27 в последние недели.

«Боденплатте»[править | править код]

Все четыре Группы участвовали в операции «Боденплатте» — новогодней атаке люфтваффе на аэродромы союзников в Бельгии, Голландии и Франции. По сравнению с другими участвующими подразделениями, удар эскадры по намеченной цели Брюссель-Мельсбрук, несомненно, был успешным, и её потери были ниже средних.

В задачу немецких истребителей входила неожиданная атака аэродромов союзников в Голландии и Бельгии и уничтожение вражеских самолётов на земле. Группы JG27 были проинструктированы на своих базах в 07:00. Взлетая на восходе солнца 1 января 1945 года со своих баз к северу и западу от Оснабрюка, свыше 70 Bf.109 из JG27, сопровождаемые 15 Fw.190 из IV./JG54, возглавляемые одиночным Ju.88, собрались в воздухе и направились к Утрехту, курсом, который привел бы их в Мельсбрук с севера. Немецкая зенитная артиллерия не была предупреждена о проходе столь большой группы своих самолётов и открыла огонь. К счастью, он был неточен. Лишь 1 из истребителей, Bf.109K-4 (W.Nr.332314) «Желтая 4», врезался в дерево, выполняя манёвр уклонения на малой высоте. Пилот, унтер-офицер Гейнц Фрикман (Heinz Frieckmann) из 11./JG27 погиб на месте.

Эта неожиданный путь атаки застал защитников «Мельсбрука» врасплох. Две из трех базирующихся на аэродроме эскадрилий Митчеллов взлетели с бомбардировочной миссией до прибытия JG27, но, некоторые члены наземного персонала видели, как они пролетали над атакующими немецкими истребителями!

Немецкая группа достигла цели в 09:00. Внизу находилась пестрая коллекция различных вражеских самолётов: английские Веллингтоны, Спитфайры и Москито, одиночные Стирлинги и американские B-17, B-25 и P-47. Зенитные пушки, расположенные на аэродроме, открыли огонь, но он не был ни интенсивным, ни аккуратным. Удар люфтваффе был выполнен решительно и тактически продуманно — факт, подтвержденный союзниками, видевшими атаку:

Они взялись за самолёты, припаркованные у края полосы: думаю, что 69 эскадрилия лишилась не менее 14 Веллингтонов — все были припаркованы в ряд. Мы потеряли 2 Спитфайра. Также я видел некоторое количество уничтоженных Митчеллов и Флаинг Фортрессов.

Каждому пилоту было приказано выполнить четыре отдельных захода. Большинству это удалось, игнорируя «запоздалые и довольно неэффективные зенитки». Источники различаются по точному количеству урона, нанесенного во время 40-минутной штурмовки, но похоже, что 34 (PR) крыло сильно пострадало, потеряв одиннадцать Веллингтонов, пять Москито и три Спитфайра, а также другие повреждённые машины. Кроме того, четыре Митчелла, ещё два Спитфайра, девять самолётов связи, одиночный Стирлинг и несколько самолётов США, посетивших аэродром, также были полностью разрушены, причём ещё большее количество, повреждены. В воздухе атакующие встретили и сбили два Спитфайра и Остер.

Когда пилоты JG27 были близки к тому, чтобы отпраздновать полный успех операции, они были подкараулены у Брюсселя крупной группой Спитфайров, которые, используя преимущество по высоте, сбили несколько немецких самолётов с одного захода. I./JG27 понесла тяжелейшие потери — было сбито 6 самолётов (6 пилотов погибли). Седьмой жертвой стал лейтенант Генрих Визе, командир 2./JG27, который попал в плен.

Тем временем, направляющиеся домой пилоты IV./JG27 вошли в область действия вражеских зениток над Венреем (Venray). Bf.109G-10, пилотируемый Гансом-Гейнцем Дудеком, командиром Группы, получил прямое попадание в двигатель. Немец быстро выпрыгнул, но открыл парашют преждевременно и раскрывающийся купол был повреждён вертикальным стабилизатором. Дудек оказался в свободном падении, которое закончилось хорошо — крона дерева смягчила его падение. Ошеломлённый и лишь слегка раненый пилот вскоре попал к союзникам.

Хотя рейд на Мельсброк был высокоэффективен, но плата JG27 была высокой. Часть потеряла 19 машин (включая 10 из состава I./JG27), 11 пилотов погибшими и 1 раненым. 2 человека попали в плен.

Конец[править | править код]

Хотя эскадра вышла из Боденплатте с относительно небольшими потерями, она не смогла избежать последствий общего краха, когда гитлеровский «тысячелетний рейх» оказался перед исчезновением. К концу января 1945 года новое наступление Красной Армии освободило Польшу и грозило захватить Германию с востока. Будучи одной из немногих истребительных эскадр, оставшихся на западном фронте (большинство из них были переброшены на восток в тщетной попытке отразить советское наступление), деятельность JG27 была ограничена новой директивой ОКЛ, строго ограничивающей боевые действия на западе. Это позволило выполнять вылеты «только в тех ситуациях, которые обещают реальный шанс на успех». Кроме того, многие из наземного персонала эскадры в это время переводились в пехоту. Несмотря на эти ограничения, JG27 будет продолжать сражаться, понеся ещё 150 и более жертв (более двух третей из которых были убиты или пропали без вести) и одержав окончательные 92 победы в последние недели войны.

Недостаток топлива и запчастей для двигателей стала причиной ограниченного количества боевых вылетов JG27 в январе 1945 года. По причине наступления советских войск на реке Висла, которое началось 12 января 1945 года, эскадра была вынуждена передать большую часть своего персонала в наскоро сформированные авиадесантные, пехотные части и даже части СС.

Во время одного из боевых вылетов в этом месяце унтер-офицер Ганс Кавак (Hans Kawack) из 4./JG27 14 января 1945 года сбил Мустанг. Унтер-офицер Оскар Бартельсмайер из 3./JG27 был сбит и погиб в том же самом бою.

В первый месяц 1945 года пилоты I./JG27 потеряли 3 человек погибшими в бою и 1 раненым. Единственная победа была одержана ценою 7 потерянных самолётов. Пилоты II./JG27 не одержали за январь 1945 года ни одной победы, хотя потеряли 4 самолёта и 2 пилотов. 1 пилот был ранен. Среди жертв января оказался гауптман Герхард Хойер (Gerhard Hoyer), который был командиром группы с 21 января 1945 года. Он погиб в ходе своего первого тренировочного вылета в составе своей новой части.

III./JG27 действовала немногим лучше других групп: её пилоты заявили 2 сбитых Тайфуна 29 января 1945 года (отличились обер-фенрих Хорст Либ (Horst Lieb) и лейтенант Эмиль Клод). Победа стоила 4 самолётов и 2 пилотов.

IV./JG27 была наименее активной группой и не заявила о сбитых в январе. Один из её пилотов, унтер-офицер Гюнтер Шпэте (Günther Späthe) погиб в бою с P-51 у Ленгериха 23 января 1945 года.

28 января лейтенант Фриц Громотка, один из ветеранов унтер-офицеров эскадры, который вскоре будет назначен последним командиром 9./JG27 (1 февраля), был награждён Рыцарским крестом. А через четыре дня обер-лейтнант Эрнст-Вильгельм Рейнерт, который принял командование IV.-й Группой после того, как Ганс-Гейнц Дудек не смог вернуться из Боденплатте, наконец-то получил свои Мечи — около шести месяцев и двух побед спустя, после того как был переведён из JG77.

Ситуация значительно не улучшилась в первые 3 недели февраля 1945 года. Сочетание нехватки топлива и плохой погоды практически полностью приковало самолёты к земле.

Последний Рыцарский крест эскадры был вручён 22 февраля 1945 года, 40-летнему командиру III./JG27, гауптману доктору Петеру Верффту. Один из старейших лётчиков-истребителей Люфтваффе, доктор Верффт одержал свою первую побед над Севеноуксом (Sevenoaks) во время битвы за Британию. С тех пор он был ранен шесть раз, а его общее количество побед составило 26, и в них вошли 12 «тяжеловесов».

22 февраля погода улучшилась, что позволило союзникам запустить операцию «Clarion» («Клэрион» — «Горн») — уничтожение немецкой транспортной инфраструктуры. Вражеские самолёты атаковали транспортные узлы, железнодорожные станции и пути, каналы и речные порты. В первый день операции самолёты союзников выполнили 9000 боевых вылетов. Обер-лейтенант Эмиль Клод из III./JG27 сбил Мародёр, хотя его часть также потеряла 1 самолёт. Его пилот, лейтенант Ойген Бау (Eugen Bau) из 9./JG27 был сбит и погиб P-47 над Мюнстером. Пилоты IV./JG27 сражались в жестоком бою над Мюнстерландом, в котором одержали 5 побед. Потери составили 5 самолётов, 3 погибших и 3 раненых пилота. Командир 15./JG27 гауптман Гюнтер Грапп (Günther Grapp) был в числе погибших.

2 дня спустя 25 февраля 1945 пилоты II./JG27 провели серию боёв со Спитфайрами RAF в районе Оснабрюк/Рейн и смогли сбить 3 из них. Однако, 2 немецких лётчика погибли и 4 были ранены в бою, в котором часть потеряла 6 самолётов.

В тот же день группа Bf.109, принадлежащих III./ и IV./JG27 сразились с 15 Лайтнингами из 370 FG. Немцы заявили о 5 сбитых P-38 и одном «Остер» (последний, скорее всего, был американский L-4 Grasshopper) в районе Кельна ценой одного раненого пилота. Такие «Остеры» довольно регулярно появлялись среди заключительных побед на счету эскадры. Американцы отчитались о 5 Bf.109 уничтоженных и 6 повреждённых. Обе стороны были слишком оптимистичны в оценках — реальные потери составили 3 немецких самолёта и 2 американских.

В 08:45 1 марта 1945 года 28 Bf.109K-4 принадлежащих I./JG27 взлетели с аэродрома Райне на перехват группы P-47, обнаруженных у Нойса. Примерно через 30 минут, когда они перехватили Тандерболты, они и сами оказались под атакой большой группы Спитфайров. Ефрейтор Гейнц Гёдеке (Heinz Goedecke) из 3./JG27 одержал свою первую победу, сбив 1 Спитфайр. Эта одиночная победа была омрачена чрезвычайно тяжёлыми потерями для части: 5 немецких самолётов было сбито, 3 пилота погибли и 1 был ранен. Смерть командира Группы гауптмана Эберхарда Шаде (Eberhard Schade) стала особенно болезненной.

Тем временем фельдфебель Рудольф Небген из 7./JG27 одержал победу в бою против другого звена Спитфайров. Англичане взяли реванш и в скоротечном бою сбили 5 самолётов II./JG27. 4 немецких лётчика погибли, а один был серьёзно ранен.

Рано утром 2 марта 1945 г. экипажи II./JG27 снова были в бою, на этот раз против эскадрильи Тайфунов. Лейтенант Вёффен (Wöffen) и унтер-офицер Штенгляйн сбили по одному самолёту. Единственной потерей стал обер-лейтенант Вольфганг Херкнер (Wolfgang Herkner), сбитый над Ахмером. Одним из сбитых английских самолётов на самом деле, видимо, был Темпест Mk.V, EJ691 из 80 sqn. RAF, пилотируемый норвежцем капитаном Олавом Уллестадом (Olav Ullestad). Пилот союзников смог выпрыгнуть и попал в плен.

В то же время III./JG27 вновь сразились с группой Спитфайров и смогли сбить трёх из них. 3 пилота Группы погибли в своих самолётах. 2 Спитфайра, уничтоженных в бою, принадлежали 130 sqn. RAF (RM750 и RM914), в то время как третий — 41 sqn. (RN123).

В тот же самый день 2 Bf.109 из IV./JG27 столкнулись на взлёте, унеся жизнь одного из пилотов, лейтенанта Хорста Нитшке (Horst Nitschke) из 14./JG27. Позднее самолёты IV.-й Группы случайно встретились с группой Тайфунов над Ахмером. В бою лейтенант Штехбарт (Stechbarth) из 13./JG27 сбил одного из них. Часть потеряла 2 самолёта, одного пилота погибшим и одного раненым.

В первые дни марта 1945 года силы союзников достигли Рейна. Именно там пилоты JG27 сконцентрировали теперь свои усилия. 11 марта 1945 года они провели удачную охоту на самолёты Остер, действовавшие над линией фронта в качестве самолётов-целеуказателей в интересах артиллеристов. Пилоты I./JG27 сбили 4 таких самолёта не потеряв ни одного своего. II./JG27 вскоре добавили ещё 2 Остера на свой счёт, но на этот раз немцы и сами потеряли 2 самолёта. Один из лётчиков погиб, а второй попал в плен (Вёффен).

В самом деле, пять из последних одиннадцати побед I./JG27 были записаны таким образом, и на «Остеры» (то есть на артиллерийские корректировщики) пришлась четверть последних 24 побед III.-й Группы. Но пилоты JG27 также по-прежнему претендовали и на лучшие истребители в арсенале союзников, включая P-51, Спитфайры и Темпесты.

Однако, несмотря на все их усилия, к середине марта 1945 года превосходство противника над северо-западной Германией было настолько подавляющим, что всем четырём Группам было приказано отступить со своих баз в районе Оснабрюка и уйти на восток ближе к центру быстро сокращающегося Рейха. Неделю спустя, 18 марта 1945 года, части JG27 начали перебазирование на более восточные аэродромы из Ахмера/Райне. III./JG27 перебазировалась в Гютерсло в тот же день.

На следующий день самолёты I./JG27 были неожиданно атакованы Спитфайрами в ходе взлёта для перебазирования из Райне в Падерборн. Английские истребители сбили 4 самолёта, убив одного пилота и ранив ещё 3. Оставшиеся истребители оставались на старом месте базирования до 21 марта 1945 года.

Также, 21 марта, Мессершмитты из II./JG27 приземлились на своей новой базе, в Бад-Липшпринге.

Но судьба настигла IV.-ю Группу гауптмана Рейнерта, прежде чем она смогла эвакуироваться с Ахмера. В том, что должно было стать последним боем Группы, пилоты Рейнерта столкнулись с большой группой P-51 около Оснабрюка, 19 марта. Им удалось сбить только один из Мустангов, потеряв самим пятерых убитых и шестерых раненых.

Двумя днями позже Восьмая воздушная армия совершила налёт на известные им базы JG27. Базы в Рейне, Хопстене и Хесепе были покинуты всего несколькими часами ранее. Но 180 B-24, которые были нацелены на Ахмер, и их истребители прикрытия уничтожили все, кроме одного из 38 оставшихся там истребителей IV./JG27.

Хотя в ходе рейда было потеряно очень мало людей, оказалось неосуществимым переоснастить Группу среди хаоса, который был в Германии в последние шесть недель войны. Поэтому в конце марта IV./JG27 официально была расформирована, а пилотов прикрепили к другим группам.

Со 2 ноября 1944 года до момента расформирования группа IV./JG27 одержала 59 воздушных побед ценой 50 погибших и 22 раненых лётчиков. Один попал в плен. Невозможно установить точное количество самолётов группы, потерянных в боях, так как имеющиеся документы неполные, но можно назвать приблизительную цифру в 100 машин (не считая 37, уничтоженных на земле 21 марта 1945 года)

Тем временем другие Группы сражались. К концу марта 1945 года пилоты I./JG27 выполнили совсем немного неудачных вылетов на «свободную охоту». 24 марта 1945 года в ходе боя с P-51 над Штёрмеде, часть потеряла 6 самолётов и 4 пилотов погибшими. 30 марта 1945 года столкнувшись лицом к лицу с быстро продвигающимися бронетанковыми частями армии США I./JG27 перебазировалась в Хельмштедт.

24 марта III./JG27 также заявила один Мустанг — его сбил фанен-юнкер фельдфебель Вальтер Арнольд (Walter Arnold), но ещё более тяжёлой ценой: восемь пилотов убиты и один ранен — наивысшие потери, понесённые III./JG27 в течение одного дня за всю историю части.

За тот же самый период II./JG27 сталкивалась с истребителями союзников в трёх крупных боях. В первом, вокруг Бохольта, к северу от Рура, 25 марта 1945 г., лейтенант Баумгартен (Baumgarten) сбил 2 P-47 у Бохольта, а фанен-юнкер Мюллер сбил Темпест. 4 немецких пилота погибли или пропали без вести. Второй бой состоялся 28 марта 1945 года. В этот раз 2 Тайфуна пали от огня немецких лётчиков, которые сами потеряли в бою 3 самолёта. 2 пилота II./JG27 были записаны пропавшими без вести и один — раненым.

30 марта 1945 года пилоты сражались с группой Мустангов, чьи пилоты сбили 5 Bf.109 не имея собственных потерь. 1 немецкий пилот попал в плен, 1 был ранен, а остальные 3 погибли. Среди них были 2 командира отрядов: командир 5./JG27 лейтенант Эрвин Баумгартен и командир 6./JG27 лейтенант Арно Паффрат (Arno Paffrath).

В начале апреля 1945 года II./JG27 была усилена пилотами расформированной IV.-й группы. 2 апреля 3 Остера пали жертвой пилотов части. Вскоре после сбития одного из Остеров лейтенант Альфред Тиль (Alfred Thiel) на своём Bf.109G-14/AS был сбит американской зенитной артиллерией. Немецкий пилот был захвачен в плен.

Двумя днями позднее гауптман Эрнст-Георг Альтнортхофф добавил на свой счёт транспортный C-47.

Несколько боёв возле Гёттингена произошло 7 апреля 1945 года. В одном из них унтер-офицер Дикман из 5./JG27 сбил P-38, в то время как другие пилоты II./JG27 сбили 3 B-26 и 2 P-47. Все без собственных потерь.

На следующий день персонал части был вынужден покинуть базу в связи с приближением бронетанковых частей армии США.

9 апреля 1945 года фельдфебель Коал (Koal) и фельдфебель Штенгляйн взлетели из Хельмштедта и каждый сбил по C-47.

Аэродром Хельмштедт был эвакуирован 2 дня спустя и Группа была переведена в Зальцведель. В тот же день часть потеряла 3 лётчиков не одержав ни одной победы. Вечером II./JG27 перевели ещё дальше на восток, на этот раз на аэродром Перлеберг.

Лётчики II./JG27 снова сражались против Тандерболтов 16 апреля 1945 года и сбили 4 из них без собственных потерь.

3 дня спустя советские войска начали наступление с позиций на реке Одер у Штеттина (Щецин). Остаткам эскадры предстояло окончательное разделение путей. Штаб и II./JG27 удалились дальше на восток в Ратенов, недалеко от Берлина, прежде чем отправиться на север к Балтике. Там II.-й Группе предстояло столкнуться с Советскими ВВС, впервые с дней начала Барбароссы.

21 апреля 1945 года Группа начала совершать вылеты на штурмовку советских позиций вокруг Ютеборга и Зоссена. 2 пилота погибли, когда их самолёты были сбиты над Хагеновом.

Группа продолжала атаки наземных позиций на следующий день. Самолёт лейтенанта Ганса-Рудольфа Козе был подбит советским зенитным огнём — пилот попал в плен. Последний раз его видели на русском грузовике в сопровождении пехотинцев Красной армии. Больше о нём никто не слышал. В то же время ефрейтор Лауб (Laub) сбил советский Як-9 над Тегелем.

Аналогичный бой был проведён 23 апреля, хотя теперь линия фронта сдвинулись к окраинам Берлина. Два столкновения с советскими ВВС вылились в победы для немецких пилотов: фенрих Ганс-Ульрих Фладе (Hans-Ulrich Flade) сбил Ил-2, а унтер-офицер Эберхард Титц (Eberhard Tietz) — 2 Як-9. День был удачным для фельдфебеля Фрица Коала: в бою его самолёт получил прямое попадание снаряда в двигатель, однако, немец смог уйти от противников и благополучно приземлиться в Нойруппине.

На следующий день, 24 апреля 1945 года, Красная армия начала решающее наступление на Берлин. В ходе боёв в воздухе над столицей Рейха, фельдфебель Сайниш (Saynisch) из 5./JG27 сбил истребитель Ла-5.

Несколько следующих дней немецкие лётчики летали напряжённо, атакуя советские самолёты, действовавшие над Берлином. Они одержали 5 побед, потеряв лишь одного пилота, который был сбит и погиб над Хагенов.

Вечером 28 апреля 1945 года звено Bf.109G из II./JG27, сопровождало одиночный Физелер Шторьх, везущий нового главнокомандующего люфтваффе, генерал-фельдмаршала Роберта Риттера фон Грейма на его пути назад в Рехлин после встречи с Гитлером.

30 апреля Группа II./JG27 провела свой последний в войне бой. Фельдфебель (Horst Rippert) из 7./JG27 одержал победу над двумя Спитфайрами — его 27 и 28 победы. Идентифицированные как Спитфайры, они почти наверняка были двумя Темпестами из 3 Sqn. (старые противники JG27), которые не смогли вернуться на базу после атаки на аэродром Шверин в тот день. Вскоре после того, как нападавшие убыли, Stab./ и II.-я Группа перелетели — в Лек (Leck), в Шлезвиг-Гольштейне, чтобы дождаться прибытия англичан и окончательной капитуляции.

Группа стала частью истории 5 мая 1945 когда англичане захватили аэродром Леек.

В конце марта 1945 года III./JG27 перебазировалась в Гослар. 2 и 4 апреля пилоты сбили 4 Остера над линией фронта, но уже 8 апреля 1945 года вновь перебазировались, на этот раз в Хальберштадт. Под натиском наступающих американских сил III./JG27 была переведена через 3 дня в Гроссенхайн, к югу от Берлина.

Смешанный состав наземного и лётного персонала были развёрнуты в Праге между 15 и 20 апреля 1945 года. USAAF тогда имело полное воздушное превосходство над протекторатом Богемии и Моравии. Не удивительно, что 21 апреля 1945 года персонал III./JG27 был эвакуирован в Бад-Айблинг, в Баварии. В этот же самый день фельдфебель Вальтер Юнкерсфельд (Walter Jünkersfeld) сбил Спитфайр, последнюю победу части во Второй мировой войне.

В конце войны Группа потеряла ещё 3 пилотов. Последней потерей стал лейтенант Бодо Ринг (Bodo Ring), погибший в бою 26 апреля 1945 года. III./JG27 совершила последний боевой вылет 28 апреля 1945 года и была формально распущена в Заальбахе четыре дня спустя, 2 мая 1945 года.

Между 2 января 1945 года и концом войны пилоты III./JG27 сбили 24 самолёта противника, потеряли 23 пилота погибшими или пропавшими без вести и 3 ранеными.

В начале апреля 1945 года обер-лейтенант Эмиль Клод принял командование I./JG27, расположенной в Хельмштедте. 4 апреля часть сражалась в районе Ганновера/Касселя, потеряв 4 самолёта. 3 пилота погибли в бою, а 1 попал в плен.

На следующий день было потеряно ещё 6 лётчиков (5 погибли и 1 попал в плен).

Группа была вынуждена перебазироваться в Штендаль 10 апреля 1945 года. Позднее в тот же день унтер-офицер Нойман из 2./JG27 сбил 2 бомбардировщика Бостон над Лангензальце.

Два дня спустя Остер был сбит унтер-офицером Штрассером (Strasser).

Вскоре части I./JG27 перебазировались в Прагу, а затем, 21 апреля 1945 года, в Бад-Айблинг, в связи с постоянной угрозой от истребителей USAAF, соединившись здесь с остатками II./JG27.

2 Спитфайра сбили унтер-офицеры Курт Хакль (Kurt Hackl) и Вальтер Нойман 19 апреля 1945 года, когда состоялся последний бой I./JG27 в этой войне.

Обер-фенрих Юрген Штедеберг (Jurgen Stedeberg) из 1./JG27 стал последней жертвой, не вернувшись из вылета 28 апреля 1945 года и был объявлен пропавшим без вести.

Было очевидно, что до конца войны осталось всего несколько дней. Два командира Групп, гауптманы Эмиль Клод (I-.я) и доктор Петер Верффт (III-.я), оба ветераны пустыни, решили действовать по собственной инициативе. 2 мая они привели свои Группы в Зальцбург, в Австрии, в пункт сбора люфтваффе в южной части рейха, который теперь разделён на две части соединением американских и советских войск вдоль реки Эльбы. В Зальцбурге, однако, они просто оставили свои истребители, среди общей растерянности, и, не имея никаких высших полномочий, дали указание объединённому персоналу двух Групп, лётчикам и наземному персоналу — всего около 1000 человек — сформировать колонну и направиться в Заальбах по дороге.

Командир I.-й Группы гауптман Эмиль Клод писал о последних дня в своих мемуарах:

«Наше нахождение в Бад Айблинге было невыносимым. Мой хороший друг, Петер Верффт (также известный по прозвищу Вессель) и я говорили всю ночь о сложившейся ситуации и о том, как мы оба хотели выйти из неё. Петер Верффт командовал III группой, я — I группой. Около 1000 человек было в наших двух частях и мы были разделены с остальной эскадрой, которая осталась в Северной Германии и закончила боевую карьеру в Шлезвиг-Гольштейне. Вессель, уроженец Вены, офицер запаса и крупный промышленник, немедленно согласился с моим предложением двинуть в Заальбах у Целль-ам-Зее. Я хорошо знал этот район: там мы стояли на переоснащении и пополнении некоторое время после нашего небольшого африканского приключения. У меня почему-то была идея, что это место будет идеальным для людей I и III групп, чтобы дождаться конца войны без дальнейшего кровопролития.

Наши планы, конечно же, были секретными — иначе нас или повесили бы, или расстреляли за дезертирство. Это было столь же опасно, как и просто послать ребят по своим домам. Вот почему мы сначала убедились, что каждый солдат имеет необходимые бумаги — отпускной билет или приказ о переводе прежде чем отправили их по домам в Австрию или Баварию.

Мы перебазировалась в Зальцбург с остатками людей и оборудования. Там я распрощался с моим последним Bf.109, самолётом, который носил меня между небом и землей все эти годы. Другие пилоты остались в неплотном кольце на аэродроме, бросая унылые взгляды. Выражение их лиц показывало необъяснимую печаль: все они знали что их летная карьера подходит к концу, что эскадру вскоре расформируют и что все, что их ждет — это плен (…)

Мы были молоды, и тем не менее, сильны духом. Мы полагали, что ситуация каким-то образом разрешится. С такими мыслями я подошел к 'шишаку' в последний раз. Я обошел вокруг него и затем крепко ухватился за пропеллер. Я был один, наедине со своими мыслями. Воспоминания последних нескольких лет пронеслись в моей голове. Я забрался на крыло и заглянул в кабину. Затем снял ключ зажигания на память о своей карьере боевого летчика. Уходя, я пытался припомнить как много самолётов с обозначением 'Белая 2' было в моей жизни. (…)

3 мая 1945 года мы получили новость о смерти фюрера. Таким образом, мы официально получили освобождение от нашей боевой клятвы, но дух Гитлера все ещё висел в воздухе. Так, была информация, что Геринг, который попал в чёрный список Гитлера в эти последние дни, был теперь где-то неподалеку от Бишофшофена с горсткой 'преданных соратников' и набирал добровольцев для основания 'альпийской крепости'. Но нас в Заальбахе уже не волновало ничего, кроме окончания войны, и мы дали каждому возможность самому определить где он и с кем. Каждый мог забрать с собой столько еды, сколько мог унести. Мы, то есть Петер и я, собрали оставшихся людей I и III групп на последнюю перекличку на городскую площадь Заальбаха. Как мне сейчас вспоминается, я сказал примерно следующее:

'Ребята I и III групп истребительной эскадры 27! До этого момента мы были вашими командирами, а вы храбро делали свою работу. Теперь уже все кончено. Мы разрешаем вам уйти небольшими группами в горы и переждать пока неразбериха не закончится. Мы желаем вам скорого и быстрого возвращения к нормальной жизни. Примите наши лучшие пожелания на будущее.'»

Таким образом, история Jagdgeschwader 27, закончилась капитуляцией перед американцами в небольшом курортном городке на высоте более 1000 метров в австрийских Альпах.

Состав эскадры[править | править код]

Geschwaderkommodoren (командиры эскадры)[править | править код]

командующий период примечания
оберст-лейтенант Макс Ибель 1 октября 1939 — 10 октября 1940 года назначен комендантом JFS 4 в Фюрте
и. о. майор Бернхард Волденга 11 — 22 октября 1940 года назначен командиром JG77
майор Вольфганг Шельман 22 октября 1940 — 22 июня 1941 года погиб
майор Бернхард Волденга 22 июня 1941 — 10 июня 1942 года назначен командиром Fliegerführer Balkan
оберст-лейтенант Эдуард Нойман 10 июня 1942 — 22 апреля 1943 года назначен в штаб General der Jagdflieger
оберст-лейтенант Густав Рёдель 22 апреля 1943 — 29 декабря 1944 года назначен в штаб 2. Jagd-Division, позже стал её командиром
майор Людвиг Францискет 30 декабря 1944 — 8 мая 1945 года

Gruppenkommandeure I./JG27 (командиры группы I./JG27)[править | править код]

командующий период примечания
гауптман Гельмут Ригель 1 октября 1939 — 20 июля 1940 года погиб
майор Эдуард Нойман июль 1940 — 10 июня 1942 года назначен командиром эскадры
гауптман Герхард Хомут 10 июня — ноябрь 1942 года
гауптман Генрих Зетц 12 ноября 1942 — 13 марта 1943 года погиб
и. о. гауптман Ганс-Йоахим Хайнеке 17 марта — 7 апреля 1943 года
гауптман Эрих Хохаген 7 апреля — 1 июня 1943 года ранен
и. о. гауптман Ганс Реммер 1 июня — 15 июля 1943 года
гауптман Людвиг Францискет 15 июля 1943 — 12 мая 1944 года ранен
и. о. гауптман Ганс Реммер март — 2 апреля 1944 года погиб
и. о. гауптман Вальтер Блюме 3 апреля — апрель 1944 года
гауптман Эрнст Бёрнген 13 — 19 мая 1944 года ранен
майор Карл-Вольфганг Редлих 19 — 29 мая 1944 года погиб
гауптман Вальтер Блюме 29 мая — 11 июня 1944 года
гауптман Рудольф Зиннер 12 июня — 30 июля 1944 года
и. о. гауптман Зигфрид Лукенбах 30 июля — 15 августа 1944 года
гауптман Дитхельм фон Эйхель-Штрейбер 25 августа — 30 ноября 1944 года
гауптман Йоханнес Ноймайер 1 — 11 декабря 1944 года погиб
и. о. гауптман Шюллер 11 — 22 декабря 1944 года
гауптман Эберхард Шаде 22 декабря — 1 марта 1945 года погиб
и.о гауптман Буххольц 1 марта — 3 апреля 1945 года
гауптман Эмиль Клод 3 апреля — 8 мая 1945 года

Gruppenkommandeure II./JG27 (командиры группы II./JG27)[править | править код]

командующий период примечания
гауптман Эрих фон Зелле 3 января — 6 февраля 1940 года назначен командиром II./JG3
гауптман Вальтер Андрес 6 — 30 сентября 1940 года серьёзно ранен в бою 8 августа
и. о. гауптман Эрнст Дюльберг 8 августа — 4 сентября 1940 года
и. о. гауптман Вольфганг Липперт 4 — 30 сентября 1940 года
гауптман Вольфганг Липперт 1 октября 1940 — 23 ноября 1941 года погиб
и. о. обер-лейтенант Густав Рёдель 23 ноября — 25 декабря 1941 года
гауптман Эрих Герлитц 25 декабря 1941 — 20 мая 1942 года назначен командиром III./JG53
гауптман Густав Рёдель 20 мая 1942 — 20 апреля 1943 года назначен командиром эскадры
гауптман Вернер Шроер 20 апреля 1943 — 13 марта 1944 года назначен командиром III./JG54
гауптман Фриц Келлер 14 марта — 17 декабря 1944 года ранен
гауптман Герберт Куча декабрь 1944 — 20 января 1945 года ранен
и. о. обер-лейтенант Антон Вёффен 3 — 20 января 1945 года
гауптман Герхард Хойер 21 — 21 января 1945 года погиб
гауптман Фриц Келлер январь 1945 — 8 мая 1945 года

Gruppenkommandeure III./JG27 (командиры группы III./JG27)[править | править код]

командующий период примечания
гауптман Йоахим Шлихтинг 9 июля — 6 сентября 1940 года попал в плен
гауптман Макс Добислав 7 сентября 1940 — 30 сентября 1941 года назначен главным инструктором в JFS 1
гауптман Эрхард Брауне 1 октября 1941 — 11 октября 1942 года назначен в штаб XI. Fliegerkorps
гауптман Эрнст Дюльберг 11 октября 1942 — 30 сентября 1944 года назначен командиром JG76
и. о. обер-лейтенант Франц Штиглер 1 — 7 октября 1944 года
гауптман Петер Верфт октябрь 1944 — 7 мая 1945 года
и. о. обер-лейтенант Эмиль Клод февраль — 3 апреля 1945 года

Gruppenkommandeure IV./JG27 (командиры группы IV./JG27)[править | править код]

командующий период примечания
гауптман Рудольф Зиннер июнь — 13 сентября 1943 года назначен командиром IV./JG54
и. о. обер-лейтенант Дитрих Бёльзер сентябрь — 10 октября 1943 года погиб
и. о. обер-лейтенант Альфред Бурк октябрь — 18 октября 1943 года
гауптман Иоахим Киршнер 19 октября — 17 декабря 1943 года погиб
гауптман Отто Мейер декабрь 1943 — 12 июля 1944 года пропал без вести (погиб)
гауптман Ганс-Гейнц Дудек июль 1944 — 1 января 1945 года попал в плен
гауптман Эрнст-Вильгельм Рейнерт 2 января — 23 марта 1945 года

Кавалеры Рыцарского креста награждённые в JG 27[править | править код]

дата звание имя часть кол-во примечания
14 июня 1940 года гауптман Вильгельм Бальтазар 1./JG1 РК 23
22 августа 1940 года оберст Макс Ибель JG27 РК 0 за командование эскадрой
24 сентября 1940 года гауптман Вольфганг Липперт II./JG27 РК 12
14 декабря 1940 года гауптман Йоахим Шлихтинг III./JG27 РК 3 награждён в плену
14 июня 1941 года обер-лейтенант Герхард Хомут 3./JG27 РК 22
22 июня 1941 года обер-лейтенант Густав Рёдель 4./JG27 РК 20
5 июля 1941 года майор Бернхард Волденга JG27 РК 1
9 июля 1941 года обер-лейтенант Карл-Вольфганг Редлих 1./JG27 РК 21
20 июля 1941 года обер-лейтенант Людвиг Францискет I./JG27 РК 22
30 июля 1941 года обер-лейтенант Эрбо граф фон Кагенек 9./JG27 РК 37
26 октября 1941 года обер-лейтенант Эрбо граф фон Кагенек 9./JG27 ДРК 65
22 февраля 1942 года лейтенант Ханс-Йоахим Марсель 3./JG27 РК 50
22 февраля 1942 года обер-фельдфебель Отто Шульц 4./JG27 РК 44
6 июня 1942 года обер-лейтенант Ханс-Йоахим Марсель 3./JG27 ДРК 75
18 июня 1942 года обер-лейтенант Ханс-Йоахим Марсель 3./JG27 МРК 101
20 августа 1942 года лейтенант Ганс-Арнольд Штальшмидт 2./JG27 РК 47
2 сентября 1942 года гауптман Ханс-Йоахим Марсель 3./JG27 БРК 126
6 сентября 1942 года лейтенант Фридрих Кёрнер 2./JG27 РК 44
20 октября 1942 года лейтенант Вернер Шроер 8./JG27 РК 49
3 ноября 1942 года фельдфебель Гюнтер Штейнхаузен 1./JG27 РК 40 посмертно
30 декабря 1942 года лейтенант Карл-Гейнц Бендерт 5./JG27 РК 42
20 июня 1943 года майор Густав Рёдель JG27 ДРК 78
2 августа 1943 года гауптман Вернер Шроер II./JG27 ДРК 84
31 августа 1943 года обер-лейтенант Вольф-Удо Эттель 8./JG27 ДРК 124 посмертно
22 ноября 1943 года лейтенант Вилли Кинтч 6./JG27 РК 43
3 января 1944 года обер-лейтенант Ганс-Арнольд Штальшмидт 2./JG27 ДРК 59 посмертно
30 июня 1944 года гауптман Ганс Реммер I./JG27 РК 26 посмертно
20 июля 1944 года обер-лейтенант Вилли Кинтч 6./JG27 ДРК 52 посмертно
3 августа 1944 года майор Эрнст Бёрнген I./JG27 РК 38
20 августа 1944 года майор Эрнст Дюльберг III./JG27 РК 37
28 января 1945 года лейтенант Фриц Громотка 9./JG27 РК 29
1 февраля 1945 года обер-лейтенант Эрнст-Вильгельм Рейнерт IV./JG27 МРК 174
1 февраля 1945 года гауптман Герберт Шрамм 5./JG27 ДРК 42 посмертно
22 февраля 1945 года гауптман Петер Верфт III./JG27 РК 26

Легенда:

  • дата — дата награждения
  • звание — звание награждаемого
  • имя — имя награждаемого
  • часть — подразделение, где служил
  • кол-во — количество побед на момент награждения
  • РК — рыцарский крест
  • ДРК — рыцарский крест с дубовыми листьями
  • МРК — рыцарский крест с дубовыми листьями и мечами
  • БРК — рыцарский крест с дубовыми листьями, мечами и бриллиантами

Победы и потери[править | править код]

За годы Второй мировой войны пилоты эскадры одержали 3142 официальные победы, потеряв убитыми и ранеными 725 человек:

Часть Победы Потери
Stab JG27 82 12
I./JG27 989 180
II./JG27 962 234
III./JG27 851 173
IV./JG27 258 126
Всего 3142 725

Ссылки[править | править код]