Дредноут (класс кораблей)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Старейший сохранившийся дредноут, BB-35 «Техас», спущенный на воду в 1912 году

Дредноут (англ. dreadnought — «бесстрашный», по имени первого корабля этого класса) — появившееся в начале XX века поколение артиллерийских военных кораблей, характерной особенностью которых было однородное артиллерийское вооружение из большого числа орудий только крупного калибра (all-big-gun). В широком смысле термин может применяться к кораблям различных классов, обладающим этой особенностью (линейным кораблям, линейным крейсерам, тяжёлым крейсерам и т. д.), однако наиболее часто это понятие ассоциируется с линейным кораблём и является синонимом линейного корабля первой четверти XX века. Последний в мире дредноут — «Вэнгард» — был построен в Великобритании в 1946 году, и служил до конца 1950-х годов.

История[править | править вики-текст]

Принцип «только большие пушки» (англ. all-big-gun) был не нов. Ещё в эпоху деревянных парусных кораблей именно так были вооружены линейные корабли, батареи которых состояли из 100 и более пушек одинакового калибра. Полностью соответствовали этому принципу и первые батарейные броненосец 1860-х годов. Даже вступивший в строй в 1864 году английский башенный броненосец «Ройял Соверен» по расположению и составу артиллерии предвосхитил архитектуру будущих дредноутов — его пять мощнейших по меркам своего времени 266-мм пушек располагались в четырёх башнях (две из них в носовой), установленных в диаметральной плоскости корабля. Однако в дальнейшем эволюция броненосцев пошла другим путём[1] — сначала в сторону сведения всей артиллерии к нескольким «орудиям-монстрам» калибра до 18″ / 460 мм, короткоствольным, с отвратительной баллистикой, рассчитанным на пробивание сплошным бронебойным снарядом брони наибольшей толщины в ближнем бою, а затем — после появления скорострельных орудий среднего (4,7″ / 120 — 7,5″ / 190 мм) калибра, стреляющих разрывными снарядами — специализации артиллерии по выполняемым ей задачам.

В результате непосредственным предшественником дредноута оказался эскадренный броненосец со смешанным вооружением: в классическом варианте такой корабль нёс четыре 12″ / 305-мм орудия в двух вращающихся башнях и батарею из 12-16 «скорострельных» патронных (стреляющих унитарным выстрелом) или имевших раздельно-гильзовое заряжание, вместо принятого на больших орудиях картузного, орудий калибра 6″/152 мм побортно в казематах и спонсонах (английская школа) или дополнительных башнях (французская школа). 6″-орудия обладали высокой скорострельностью и точностью стрельбы и могли беглым огнём разрушить небронированные или легко бронированные части вражеского корабля, оказавшись весьма опасным оружием против тогдашних броненосцев, у которых защищённая неимоверно толстой (400 мм и более) бронёй середина корпуса, цитадель, часто соседствовала с совершенно не бронированными оконечностями. 12″-орудия же были способны с больших дистанций пробивать основной броневой пояс вражеских линкоров. Поэтому наличие на боевом корабле орудий двух разных калибров представлялось разумным компромиссом между скорострельностью и бронепробиваемостью. В бою каждое орудия находилось в полной власти своего комендора, никакого понятия о централизованном управлении огнём не существовало, методики измерения расстояния были крайне приблизительны, а прицелы — грубы. В таких условиях эффективность крупнокалиберных орудий была сравнительно невысока ввиду низких точности и скорострельности, и какое-то время после своего появления артиллерия среднего калибра считалась едва ли не основной силой корабля в реальном бою.

Впоследствии к этому арсеналу были добавлены «противоминные» пушки калибром обычно от 37 до 76, а затем — и до 120 мм, служившие для защиты от носителей шестовых, метательных и самодвижущихся мин (торпед) — минных катеров, миноносок, миноносцев и эсминцевминных крейсеров»).

В последней четверти XIX века совершенствование механизмов подачи снарядов и электропривод привели к повышению скорострельности и орудий калибра 8″/203—10″/254 мм, благодаря чему калибр средней батареи стал постепенно увеличиваться, вплотную приблизившись к главному калибру, при частичном сохранении положительных качеств среднего калибра. Логическим завершением этого процесса должно было стать появление корабля, при водоизмещении и бронировании типичного броненосца вооружённого однородной артиллерией среднего (8-9″) или «промежуточного» (10″) калибра — на практике ближе всего к такому решению приблизились итальянцы с их ЭБР типа «Реджина Елена», который при водоизмещении в 12 600 тонн нёс лишь две 12-дюймовки в концевых одноорудийных башнях и 12 8″-орудий в двухорудийных башнях в пределах цитадели. Предполагалось, что уже на дальней дистанции шквал фугасных снарядов скорострельных 8-дюймовок ослабит противника настолько, что на долю крупнокалиберных орудий выпадет лишь только его «добивание» пробитием главного броневого пояса или принуждение к сдаче в самом конце боя. В то же самое время и с тем же расчётом в России проектировались корабли с числом среднекалиберных орудий более двух десятков, при всего двух 12-дюймовках.[2] Даже сам адмирал Фишер, будущий «отец» «Дредноута», в предшествовавшем ему нереализованном проекте «Антэйкэбл» склонялся к вооружению исключительно из 16 «промежуточных» 10″ орудий[3].

Между тем, орудия крупного калибра и их артиллерийские установки в указанный период также были в значительной степени усовершенствованны. Так, новейшие башенные установки позволяли заряжать орудия в любом положении, а не только после разворота в диаметральную плоскость, а иногда — и при любом угле вертикальной наводки, что, при той же скорости заряжания самого орудия, позволило резко повысить общую скорострельность — с одного выстрела в 4…5 минут у установок 1880-х годов до примерно 1 выстрела в минуту в начале XX века. Кроме того, наметились качественные сдвиги в обеспечении самой стрельбы из крупнокалиберных орудий: введение оптических прицельных трубок[неизвестный термин] (использованных американцами ещё в войне 1898 года с Испанией), базисных дальномеров и методики корректировки огня по всплескам снарядов позволили добиваться уверенных попаданий на дистанциях, ранее считавшихся запредельными, а новые снаряды, начинённые мощными взрывчатыми веществами, позволили наносить противнику чувствительный урон даже на таких дистанциях, на которых бронебойные снаряды бессильно отскакивали от защищённого толстой бронёй борта. Средиземноморский флот Великобритании под руководством адмирала Фишера уже в 1899 году начал отрабатывать стрельбу на считавшимися в то время предельными дистанции в 25—30 кабельтовых (4,5—5,5 км) как вполне рутинную боевую задачу. Из этого был сделан вывод, что даже без какого либо изменения конструкции самих орудий, исключительно за счёт улучшения подготовки личного состава и внедрения новых способов стрельбы, эффективно вести огонь на такое расстояние было вполне возможно уже в настоящее время. В ближайшем же будущем ожидалось увеличение дистанции огневого контакта до 7-8 км и более.

В свою очередь, новая методика корректировки огня в сочетании с достижениями в области внутрикорабельной связи позволила управлять стрельбой корабля централизованно, с поста главного артиллериста, концентрируя огонь всех орудий на одной цели, которая накрывалась теперь не отдельными снарядами, а сразу всем бортовым залпом, что не только существенно повышало вероятность её поражения, но и делало получаемые ей поражения намного более тяжёлыми. Между тем, для ведения эффективного залпового огня с корректировкой по всплескам снарядов вся артиллерия корабля должна быть однородной, так как у разнокалиберной артиллерии всплески разных калибров, ведущих огонь по одной цели, смешивались друг с другом, так, что нельзя было выделить среди них необходимые для корректировки огня «свои». Среднекалиберные орудия превращались для линкора, рассчитанного на бой на дальних дистанциях, в дорогостоящий балласт, так как дальность стрельбы из них была ниже, чем у орудий крупного калибра, а эффективно управлять огнём корабля, сочетающего орудия большого, среднего и «промежуточного» калибров, как некоторые из последних эскадренных броненосцев, оказалось вообще практически невозможно, так как всплески от «промежуточных» снарядов для корректировщика ничем не отличались от всплесков 12-дюймовых.

Эксперименты, проведённые на кораблях «Викториэс» enru и «Венерэбл» enru, также показали необходимость для стрельбы на большие дистанции однородной артиллерии с централизованным управлением залповым огнём:

Были сделаны сотни залпов и израсходовано много угля и энергии, чтобы доказать совершенно очевидный факт — нельзя вести эффективный огонь на дальние расстояния из мощных батарей современного военного корабля по старой схеме, как кому вздумается. Только научно обоснованное централизованное управление стрельбой может отвечать современным требованиям.[3]

Уже в 1903 году итальянский кораблестроитель Куниберти, составив проект «идеального броненосца» с двенадцатью 12″ орудиями, 12″ же бронёй главного пояса и 24-узловым ходом, писал:

Если удар снаряда о броню наклонный и расстояние большое, нам следует принять калибр 12″, если мы хотим быть абсолютно уверенными в потоплении противника, сделав попадание лишь по его ватерлинии. Но заряжаются такие орудия еще очень медленно, хотя в последнее время они усовершенствовались. Кроме того, вероятность попадания в броневой пояс мала. Исходя из этого, в нашем идеальном, чрезвычайно мощном корабле мы должны увеличить число 12″ орудий настолько, чтобы быть способными достичь хотя бы одного фатального для врага попадания в броневой пояс по ватерлинии. Причем, прежде чем он будет иметь шанс сделать похожий, удачный выстрел в нас из четырёх больших орудий, которые являются сейчас обычным главным вооружением… Без излишней траты снарядов, будучи уверенным в своей превосходной защите, со своими двенадцатью пушками, такой линкор мог бы без промедления накрыть своего противника сокрушительным перекрёстным огнем.[3]

Как видно, направление мыслей итальянца отличалось от того, которым пользовались англичане в качестве основания типа будущего «Дредноута», хотя результат был весьма похож, за исключением сохранения в проекте Куниберти сравнительно небольшой батареи среднего калибра.

Боевой опыт Русско-японской войны же, в которой японцы широко применяли концентрацию на одной цели огня не только всех орудий одного корабля, но и всех кораблей одного отряда, дал окончательный и вполне однозначный ответ — дальнейшее повышение огневого могущества достигается массированием огня артиллерии главного калибра. Причём даже 12″ орудий оказались по факту недостаточно для гарантированного поражения современного тяжёлого броненосного корабля, имевшего куда более полное и гармоничное бронирование по сравнению с проектами последней четверти XIX века: в Цусимском бою ни один из новейших броненосцев типа «Бородино» не получил сквозных пробитий броневого пояса; гибель «Бородино», «Суворова» и «Александра III» была вызвана иными причинами (подводные взрывы торпед, пожары с последующим взрывом погребов, ошибки экипажа и т. п.), причём все они продемонстрировали потрясающую боевую живучесть, даже после полной потери боеспособности держась на воде в течение многих часов, в отличие от более старых «полуброненосцев» типа «Ослябя» — «Пересвет» и забронированных по «английской» системе броненосцев типа «Победа», имевших безбронные оконечности. Огонь 10″ орудий, не говоря уже о более лёгких, был признан совершенно недействительным — вплоть до того, что мешавшее стрельбе главного калибра задымление от выстрелов среднего калибра считалось перекрывающим все его преимущества в отношении скорострельности и точности:

Хотя 10″ орудия «Пересвета» и «Победы» были 45-го калибра [ошибка переводчика; надо: имели длину ствола в 45 кал.] и могли так же стрелять на большие дистанции, как и 12″ 40-го калибра на русских броненосцах, огневой эффект от них был меньше, чем эффект от 12″ орудий. Выстрелы из 10″ орудий проходили незамеченными, несмотря на страх, который они внушали, а 8″ или 6″ орудия на их фоне вообще выглядели стреляющими горохом и просто не шли в расчет. Невысокое мнение, выраженное о 6″ и 8″ орудиях, предотвратило вооружение ими броненосных крейсеров. Только 12″ и 10″ пушки имели решающую боевую ценность, а о попаданиях из орудий меньшего калибра почти ничего не сообщалось. Увеличение боевых дистанций положило конец стрельбе из удушающих своим дымом второстепенных орудий. Они не стоили полномасштабной защиты, так как были не способны внести вклад в ударную мощь корабля, а для борьбы с миноносцами были слишком большими. Один из высших японских чиновников утверждал: «Если бы я был уполномочен заказывать новые корабли типаНиссин“, то приложил бы все усилия, чтобы они были вооружены только 12-дюймовыми орудиями 50-го калибра». Хорошее мнение о стрельбе русских сложилось благодаря тяжелым орудиям. К моменту, когда 6″ пушки открыли огонь, бой уже шел не в их пользу. Полагаем, что исход боя в этот день решили тяжёлые орудия, если не самые тяжёлые.[3]

Схема расположения вооружения «Дредноута»

Первым, по сути экспериментальным, и даже отчасти паллиативным, воплощением в жизнь принципа all-big-gun стал появившийся в 1906 году английский линкор «Дредноут» (заложен в 1904 году, ещё до Цусимы), который кроме десяти 305-мм орудий (в не вполне удачно размещённых двухорудийных башнях от эскадренных броненосцев) нёс только 76-мм противоминные пушки. Имя этого корабля, по своей огневой мощи стоившего целой эскадры «додредноутов», стало нарицательным и дало название всему классу подобных кораблей. Столь же эпохальным, как и его вооружение, было также использование на столь крупном корабле паротурбинной силовой установки, что впервые в истории позволило «Дредноуту» идти полным ходом в течении многих часов подряд. О. Паркс указывает, что для кораблей с паровыми машинами пределом считались 8 часов постоянного полного хода, и при этом их машинное отделение «превращалось в болото» из-за распыляемой для охлаждения воды и было наполнено невыносимым шумом — у паротурбоходов же даже на полном ходу «все машинное отделение было настолько чистым и сухим, как будто корабль стоял на якоре, и не слышно было даже слабого жужжания»[3].

Каждый «Дредноут» стоил примерно вдвое больше, чем эскадренный броненосец предшествовавшего ему типа, но при этом имел над ним принципиальное превосходство по тактическим качествам — скорости, защите, эффективности стрельбы и способности к концентрации огня артиллерии[3].

В России эти новые корабли назвали «линкорами», так как единственно эффективным строем эскадры при ведении залпового огня был строй линии. Старые эскадренные броненосцы также были включены в этот класс, однако после появления «Дредноута» в любом случае могли считаться не более, чем второсортными кораблями. Стоит отметить, что в большинстве других языков такой разницы не делали; например, в английском броненосцы додредноутного типа, и дредноуты именовались одинаково — battleship. Корабли со вспомогательной батареей «промежуточного» калибра, такие, как британский HMS Lord Nelson или французский «Дантон», иногда называли «полудредноутами» (Semi-Dreadnought).

Некоторое время ещё потребовалось на выработку оптимального расположения вооружения корабля нового типа — были опробованы и отброшены, в частности, ромбовидное («Дредноут», Великобритания, 1906); смешанное из двух концевых башен и двух траверзных, расположенных в середине корабля по диагонали — en echelon («Нептун», Великобритания, 1908); из двух концевых башен и четырёх расположенных по углам четырёхугольной цитадели («Гельголанд», Германия, 1908); в диаметральной плоскости корабля на одной линии, при котором продольный огонь могли вести только по одной башне на нос и корму («Севастополь», Россия, 1909) — но в конечном итоге остановились на линейно-возвышенном, которое гарантировало и ведение мощного продольного огня, и хорошую защиту расположенных посередине корпуса корабля, а не вблизи бортов, башен (заложенный ещё до получения сведений о «Дредноуте» и, соответственно, полностью независимый от него по концепции «Мичиган», США, 1906 — имевший такой же бортовой залп, как и у «Дредноута» при меньшем на два общем числе орудий).

Между тем, уже через пять лет и «Дредноут», и его многочисленные последователи оказались устаревшими — им на смену пришли «сверхдредноуты» с их 13,5″ (343 мм) артиллерией главного калибра, впоследствии увеличенной до 15″ (381 мм) и даже 16″ (406 мм). Первыми сверхдредноутами принято считать британские линкоры типа «Орион», также имевшие усиленное бронирование борта. За пять лет между «Дредноутом» и «Орионом» водоизмещение увеличилось на 25%, а вес бортового залпа удвоился.

В полной мере учтя недостатки броненосных крейсеров «додредноутного» периода, которые были слишком слабы для того, чтобы на равных быть включёнными в линейную эскадру, но при этом слишком дороги для непосредственно крейсерства, Фишер параллельно с линейным кораблём нового поколения выработал и тип соответствующего ему «эскадренного», линейного крейсера: во времена проекта «Антэйкэбл» он назывался «Анэпроучибл», впоследствии же эти работы вылились в спорный тип «Инвинсибл», головной корабль которого нашёл свой конец в Ютландском сражении.

См. также[править | править вики-текст]

Примечания[править | править вики-текст]

  1. Балакин С. В., Кофман В.Л. Дредноуты. — М.: Техника-Молодёжи, 2004. — ISBN 5-93848-008-6.
  2. Р. М. Мельников: Броненосцы типа «Бородино»
  3. 1 2 3 4 5 6 Оскар Паркс: Линкоры британской империи. Часть VI. Огневая мощь и скорость.

Литература[править | править вики-текст]

  • Тарас А. Е. Энциклопедия броненосцев и линкоров. — М.: Харвест, АСТ, 2002. — ISBN 985-13-1009-3.
  • All the world's battleships. 1906 to the present. — London: Conway Maritime Press, 1996. — ISBN 0-85177-691-4.
  • Conway’s All the World’s Fighting Ships, 1906—1921. — Annapolis, Maryland, U.S.A.: Naval Institute Press, 1985. — ISBN 0-87021-907-3.
  • Friedman N. U.S. Battleships: An Illustrated Design History. — Annapolis, Maryland, U.S.A.: Naval Institute Press, 1985. — ISBN 0-087021-715-1.
  • Silverstone P.H. The New Navy. 1883—1922. — New York, USA: Routledge, 2006. — ISBN 978-0-415-97871-2.
  • Gardiner R., Gray R. Conway's All the World's Fighting Ships: 1906–1921. — New York, USA: Naval Institute Press, 1984. — ISBN 0-87021-907-3.