Тавры

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Крым во II веке н. э.      Скифы в Крыму      Боспорское царство      Языги      Роксоланы      Сираки      Меоты      Тавры

Тавры (др.-греч. Ταύροι) — народ, населявший в древности южное побережье (преимущественно горную часть[1]) Крыма, известное в то время как Таврика или Таврида (др.-греч. Ταυρίδα). Упомянуты в трудах греческих и римских историков и географов. Первые упоминания — VI век до н. э., последние — I век н. э. К этому времени смешались со скифами и обычно назывались «тавроскифы» (греч. Σκυθοταύροι, Ταύροι Σκύθες, Ταυροσκύθες).

Этногенез[править | править код]

Этническая принадлежность древних тавров неясна. Тавры (так же как и скифы) не были самоназванием, эти имена дали им греки предположительно по культу этого животного у этого народа. Точно неизвестно, на каком языке они говорили, хотя делались попытки отнести его к индоевропейским (реликтовым индоарийским) языкам (вместе с меотами) [2][3]. По археологическим находкам тавров сближают с остатками срубной культурно-исторической общности. Возможно сближение тавров и с каким-то этно-языковым тохарским реликтом.

Любопытно, что в сообщении анонимного автора VI века н. э. Псевдо-Арриана готский язык назван таврским. Рассказывая о гуннском племени эвдусиан Псевдо-Арриан указывает: «Итак, от Синдской гавани до гавани Пагры прежде жили народы, называвшиеся керкеты или ториты, а ныне живут так называемые эвдусианы, говорящие на готском или таврском языке» (Перипл Понта Евксинского. 63 (22)). То есть либо языки смешались, либо были родственными, потому готы могли изъясняться не на германском, а на индоевропейском языке, так же как и тавры на германском в свою очередь.

Тавры, на определённом этапе существования, соответствуют археологической кизил-кобинской культуре. Археологи связывают с таврами многочисленные памятники этой культуры, расположенные в горном и предгорном Крыму.

Характерные таврские захоронения представляют ящик из четырех каменных плоских плит (иногда весьма массивных), перекрытых сверху пятой. Они широко распространены в горном Крыму до настоящего времени.[4]

Тавры не были закрытым сообществом: о том, что с течением времени тавры приняли многих беженцев из Крымской степи, следует из археологических раскопок поселения Тау-Кыпчак[1]. Обе группы постепенно смешивались и бывшие кочевники активно интегрировались в хозяйственную жизнь горцев, создав целый ряд переходных предгорных сообществ.

О хозяйственной жизни тавров известно немного. Помимо стычек и локальных конфликтов с жителями приморских греческих городов тавры начали осваивать и традиции чаирного садоводства. Раскопки поселения тавров Уч-баш показали использование ими черешни, алычи и вишни[5]. Остатки груш, яблок, грецких орехов и черешни были обнаружены в поселениях и могильниках крымских скифов.

Сведения античных авторов и эпиграфики[править | править код]

Впервые о таврах упоминает Геродот, в рассказе о скифо-персидской войне. Тавры были среди тех народов, которые отказали скифам в помощи против персов. Геродот писал, что они жили в горной местности на полуострове, вдающемся в Понт, между Керкинитидой и Херсонесом Скалистым (до Керченского пролива). Эллинов и мореходов, попавших к ним в плен, они приносили в жертву своей богине Деве, упоминаемой древними греками в мифе об Ифигении. Пленников ударяли дубиной по голове и сбрасывали в море или, по другим сведениям, закапывали в землю. Захваченным в бою врагам отрубали головы и выставляли их вокруг дома на высоких шестах в качестве охранителей. «Живут тавры грабежом и войной», заканчивает Геродот. Таврский царь (или цари) присутствовал на совете племён перед вторжением персов.

В найденном в Херсонесе декрете в честь Диофанта, полководца царя Митридата, относящемся ко II веку до н. э., упомянуто, что были подчинены тавры, жившие около Херсонеса. Царь Боспора Аспург, судя по ряду надписей, в начале I века подчинил многие окрестные племена, в том числе и тавров.

В дальнейшем сведения о таврах чрезвычайно разрозненны. Страбон писал, что в гавани Символон (Балаклава) недалеко от Херсонеса собирались их банды и грабили корабли.[6] Тацит упоминал о гибели в 49 году в земле тавров части римских воинов, ставших жертвами кораблекрушения, в том числе префекта когорты.[7] Аммиан Марцеллин также говорил о свирепости этого племени и о том, что римская чернь ревёт подобно таврам. Он также указывал, что три таврских племени: арихи, синхи (возможно, синды) и напеи — наиболее злобны. Относительно обычая жертвоприношений Деве, которую также называли Орсилохой, Аммиан сообщал, что жертв закалывали, а их головы прибивали на стены храма «как вечные памятники славным деяниям».[8]

На территории Херсонеса были найдены надгробия с указанием о том, что покойный был убит таврами, а на территории Боспорского царства на некоторых надгробиях было написано, что сам умерший был тавром.

Можно предполагать деление тавров на разные племена, возглавляемые вождями. Поклонение Деве было воспринято от тавров и жителями Херсонеса, но без сопутствующих жертвоприношений.

Примечания[править | править код]

  1. 1 2 Чаир — сад и сенокос в горном лесу. Традиционное крымское поликультурное растительное сообщество | Зеленый Путь
  2. Трубачёв О. Н. Indoarica в Северном Причерноморье: Реконструкция реликтов языка. Этимологический словарь. М.: «Наука», 1999.
  3. Галкина Е. С. Тайны Русского каганата. М.: «Вече», 2002, с. 91
  4. Тавроскифы. ДОРОГОЙ ТЫСЯЧЕЛЕТИЙ ОЧЕРКИ О ДРЕВНЕМ КРЫМЕ. ИЗДАТЕЛЬСТВО «КРЫМ» СИМФЕРОПОЛЬ (1969).
  5. Архивированная копия (недоступная ссылка). Дата обращения 19 марта 2017. Архивировано 2 апреля 2017 года.
  6. Страбон VI, 4, 2
  7. Тацит XII, 17
  8. Аммиан Марцеллин XXII, 8, 33

Источники[править | править код]

Литература[править | править код]

  • Храпунов И. Н. Очерки этнической истории Крыма в раннем железном веке: Тавры. Скифы. Сарматы. Симферополь: Таврия, 1995. (адаптир. вариант).
  • Бондаренко М. Е. Тавры: Этногр. характеристика древ. племен горн. Крыма, (I тыс. до н. э.). — М.: МАКС пресс, 2010. — 128 с.
  • Зубарь В. М. Херсонес Таврический и население Таврики в античную эпоху. — Киев: Шлях, 2004. — 312 с.
  • Колотухин В. А. Горный Крым в эпоху поздней бронзы – начале железного века: (Этнокультур. процессы). — Киев: Южногор. ведомости, 1996. — 160 с.
  • Кравченко Е. А. Кизил-кобинська культура у Західному Криму. — Київ: ІА НАН України, 2010. — 276 с.
  • Кравченко Э. А, Горбаненко С. А., Горобец Л. В., Кройтор Р. В., Разумов С. Н., Сергеева М. С., Яниш Е. Ю. От бронзы к железу: Хоз-во жителей Инкерман. долины: (По материалам исслед. поселений Уч-Баш и Сахарн. Головка). — Киев: ИА НАН Украины, 2016. — 318 с.
  • Крис Х. И. Кизил-кобинская культура и тавры. — М.: Наука, 1981. — 128 с. — (Свод археол. источников; Вып. Д1-7).
  • Лесков А. М. Горный Крым в I тысячелетии до нашей эры. — Киев: Наук. думка, 1965. — 200 с.
  • Сенаторов С. Н. Лепная керамика кизил-кобинской культуры: типология и хронология: Автореф. дис. ... канд. ист. наук. — СПб., 2002. — 22 с.
  • Храпунов И. Н. Этническая история Крыма в раннем железном веке // Боспорские исследования. — 2004. — Вып. VI. — 240 с.