Императорский Казанский университет

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Императорский Казанский университет
Здание Императорского Казанского университета в XIX веке
Год основания

5 (17) ноября 1804

Год закрытия

1917

Год реорганизации

1917

Тип

Императорский университет

Ректор

Илья Фёдорович Яковкин, Иван Осипович Браун, Гавриил Ильич Солнцев, Григорий Борисович Никольский, Карл Фёдорович Фукс, Николай Иванович Лобачевский, Иван Михайлович Симонов, Осип Михайлович Ковалевский, Александр Михайлович Бутлеров, Николай Осипович Ковалевский, Николай Никитич Булич, Константин Васильевич Ворошилов, Дмитрий Иванович Дубяго, Николай Матвеевич Любимов, Николай Павлович Загоскин, Григорий Фёдорович Дормидонтов, Евграф Григорьевич Осокин, Евграф Григорьевич Осокин, Николай Александрович Кремлев и Николай Александрович Кремлев

Расположение

Казань

История университета[править | править вики-текст]

Казанский университет — один из старейших в России. Датой основания считается 5 (17) ноября 1804, когда императором Александром I была подписана Утвердительная грамота. Одновременно был подписан Устав Императорского Казанского университета, предоставившего университету широкое самоуправление — выборность профессоров, деканов, ректора и др.

Блаженной памяти Августейшая Прабабка Наша Государыня Императрица Елизавета Петровна, шествуя по стезям великого Преобразователя России, между прочими славными подвигами благоволила основать в Казани 1758 года Гимназию и даровать ей некоторые права, незадолго пред тем Московскому Университету пожалованные. Предположив, сообразно просвещения настоящих времен, в сём самом месте учредить Университет, дабы существование сего благотворного заведения соделать навсегда неприкосновенным и даровать ему возможность к достижению важного назначения образования полезных граждан на службу Отечества и распространения в нём нужных познаний.

— Из Утвердительной Грамоты Казанского университета.

По этому Уставу в университете должно было быть четыре отделения: нравственных и политических наук, физических и математических, врачебных или медицинских, словесных наук с кафедрой восточных языков, а также 28 профессоров, 12 адъюнктов, 3 лектора и 3 учителя «приятных искусств».

Гордостью Казанского университета был восточный разряд, ставший в первой половине XIX века крупнейшим центром востоковедения в Европе (в 1854 году восточный разряд Казанского университета был переведён в Петербургский университет).

С момента утверждения, университет целых десять лет не мог пользоваться своим Уставом, а когда профессора, подчинённые власти директора гимназии И. Ф. Яковкина, вступались за свои права, ссылаясь на Устав, это рассматривалось, как бунт против властей, и трое из профессоров были уволены[1]. «В Казани вошла в силу неслыханная комбинация учебных учреждений: не гимназия должна была состоять при университете, а университет при гимназии и в полной подчинённой зависимости от гимназического начальства!»[2]. В связи с чем с 1805 до 1814 гг. Казанский университет представлял собою отделение Казанской гимназии, из воспитанников которой попечитель С. Я. Румовский избрал 33 чел., получивших звание студентов и слушавших лекции у особо приглашённых профессоров. Большинство этих профессоров были иностранцы; между ними выдавались Бартельс, К. Ф. Фукс и ориенталист Френ. Как гимназией, так и университетом самовластно управлял директор И. Ф. Яковкин, пользовавшийся безграничным доверием С. Я. Румовского.

Румовский за все время своего попечительства ни разу не побывал в Казани. Устав университета по разным обстоятельствам не приводился в действие. Всеми делами университета бесконтрольно распоряжался директор Казанской гимназии и профессор истории в Казанском университете, И. Ф. Яковкин, сумевший ловко приобрести полнейшее доверие Румовского. Все жалобы со стороны университетских профессоров и даже административных властей на злоупотребления Яковкина оставались бесплодными: он всегда успевал отделываться от взводимых на него обвинений и остался неограниченным распорядителем университета вплоть до самой смерти Румовского.

В этот период (1804—1814) университет представлял собой лишь высшие классы казанской гимназии, несколько учеников которой (6) были, при открытии, произведены в студенты, директор Яковкин в профессора, а некоторые учителя в адъюнкты. За неимением подготовленных отечественных учёных, пришлось пополнять университет иностранными, как Браун, Бартельс, Литтров, Броннер и др[3].

Коренные изменения в статусе Казанского университета произошли после смерти первого попечителя С. Я. Румовского и назначения новым попечителем Казанского учебного округа М. А. Салтыкова. Приезд в Казань нового попечителя, проникнутого самыми благими намерениями, не замедлил привести к благотворным результатам. Первым делом нового попечителя по прибытии в Казань в феврале 1813 г. было донесение министру народного просвещения графу А. К. Разумовскому о плачевном состоянии университета. Внимание Салтыкова в особенности сосредоточивается на хозяйственной стороне: университетские постройки находятся в жалком состоянии, большие денежные суммы, отпускаемые ежегодно на их ремонт, употреблены неизвестно куда, нет никакого контроля относительно расходования денежных сумм. Причиною всех зол Салтыков считает Яковкина, с которым на первых же порах у него происходят столкновения. Михаил Александрович сближается с профессорами-немцами, которые действительно в то время представляли лучшую часть университетского состава. Его старания устранить от распорядительства Яковкина не сразу увенчиваются успехом. Уже в начале 1814 года Яковкин успевает получить из министерства значительную денежную награду, согласно представлению ещё покойного попечителя. Но это было его последнее торжество.

Салтыков усердно хлопочет о проведении устава, и 5 (17) июля 1814 последовало торжественное «полное открытие» классического университета в составе четырёх отделений: нравственных и политических наук, физических и математических наук, врачебных наук и словесных наук. Управление университетом переходит в руки Совета профессоров. Это открытие университета на основании данного ему ещё в 1804 г. устава и можно считать самым важным событием за все время попечительства графа Салтыкова. Это очень хорошо понимала среда профессоров того времени, и день 5-го июля был ознаменован восторженными речами, где выражалась уверенность, что с этого времени начнется процветание наук в Казанском университете, и его питомцы дадут полезных деятелей для всех сторон жизни (речь Перевощикова).

«С его приездом для нас, по-видимому, взойдет лучшее солнце, светлое сияние которого я хочу приветствовать», - написал Литров, приветствуя новое назначение. ​ Благие последствия не замедлили, конечно, обнаружиться в улучшении административной и хозяйственной части. Что же касается «процветания наук», то едва ли самые высокие стремления нового попечителя и университетского совета, точно также как и какие бы то ни было уставы могли помочь делу. Жизнь не давала материала для осуществления этого устава. Лучшими профессорами по-прежнему оставались немцы, но и их не хватало, многие кафедры пустовали, и попытки создать русских профессоров из оканчивающих университет только в редких случаях оказывались успешными. Преподавание преимущественно велось на латинском языке, а так как знания студентов ни в этом языке, ни в немецком не были достаточными, то преподавание часто не достигало цели. Однако, нашлось несколько студентов, особенно по математическим наукам, которые явились достойными преемниками своих профессоров в преподавании, такие как Лобачевский и Симонов, положившие начало казанской математической школе. Обрусевший немецкий профессор К. Фукс также выдвинулся из ряда других профессоров университета, сначала как натуралист, потом, как профессор «терапии и медики»[4].

Салтыков в этом отношении ничем, конечно, помочь не мог: состояние современного русского общества, а также исключительное отдалённое положение Казанского университета были тому причиной. Однако, дошедшие до нас его отдельные меры проникнуты стремлением хоть отчасти улучшить положение дел. В 1816 г. состоялось постановление о том, чтобы профессора по желанию замещали пустующие кафедры не по своей специальности с половинным окладом жалованья. Едва ли эти лекции могли принести большую пользу, но все же лучше было что-нибудь, чем ничего. При Салтыкове появляются молодые профессора из русских, окончивших университет (Г. И. Солнцев)[5] Количество студентов (с 1914) быстро возрастало и возросло почти в четыре раза (в 1819 — 161 чел.).

В первые десятилетия своего существования Казанский университет (совместно с первой казанской гимназией) являлся ведущим центром изучения восточных языков.

Ежели России назначено, как провидел великий Пётр, перенести Запад в Азию и ознакомить Европу с Востоком, то нет сомнения, что Казань — главный караван-сарай на пути идей европейских в Азию и характера азиатского в Европу. Это выразумел Казанский университет. Ежели бы он ограничил своё призвание распространением одной европейской науки, значение его осталось бы второстепенным; он долго не мог бы догнать не только германские университеты, но наши, например Московский и Дерптский; а теперь он стоит рядом с ними, заняв самобытное место, принадлежащее ему по месту рождения.

Герцен, «Письмо из провинции» (1836)

4 (16) августа 1818 М. А. Салтыков уходит в отставку, согласно своему прошению, с должности попечителя с оставлением только в ведомстве Коллегии иностранных дел.

В 1819 году последовала ревизия Казанского университета М. Л. Магницким, слухи о которой, точно также, как и назначение перед тем министром народного просвещения князя А. Н. Голицына, и заставили Михаила Александровича поторопиться отставкой.

Спокойное течение дел в университете было прервано ревизией, которая не была вызвана ни какими-либо злоупотреблениями, ни расстройством университета, а явилась лишь выражением того нового течения, которое стало господствовать в министерстве народного просвещения при кн. А. Н. Голицыне. Самые результаты ревизии были заранее предрешены. Ревизором явился М. Л. Магницкий, который нашёл, что университет подлежит совершенному закрытию, но император Александр I не согласился на эту меру и поручил самому Магницкому исправить замеченные им недостатки. Приняв в 1819 г. должность попечителя Казанского учебного округа, Магницкий немедленно удалил неугодных ему профессоров, а профессора прав и ректора Г. И. Солнцева предал университетскому суду, за преподавание естественного права «на разрушительных началах». Дело это тянулось два года и закончилось постановлением университетского суда, который, по докладу професоров В. И. Тимьянского и Городчанинова, обвинил Солнцева, главным образом в том, что он начала естественного права выводит «из здравого разума человеческого, а не из св. Евангелия», и решил «удалить его навсегда от профессорского звания», с воспрещением когда бы то ни было поступать на службу в учебные заведения. Одновременно с судом над Солнцевым произведена была полная реорганизация университета, на основании начал, высказанных в инструкции Магницкого директору и ректору Казанского университета. Преподавание было проникнуто обличительным характером. Инструкцией определялись дух и направление, которому профессора обязаны были следовать в преподавании наук философских, политических, медицинских, естественных, физики, астрономии, словесности, истории, древних и восточных языков. Для преподавания естественного права был составлен нарочно учебник христианского естественного права; вместо римского права велено преподавать византийское, по Кормчей книге. Директор университета обязан был наблюдать, чтобы студенты постоянно видели вокруг себя примеры покорности и строжайшего чинопочитания; ему вменено было в обязанность по возможности чаще присутствовать на лекциях, время от времени просматривать тетради студентов и наблюдать, чтобы дух вольнодумства ни открыто, ни скрытно не ослаблял учения церкви в преподавании наук философских и исторических. Университетский совет обратился в слепое орудие попечителя. В профессорской семье и среди кандидатов на кафедры царили происки и интриги. Число студентов уменьшилось значительно; родители не хотели помещать своих детей в университет, все слушатели которого, вынуждаемые проходить школу военной выправки, постоянно и повсюду состояли под надзором университетского начальства и полиции.

Вскоре, однако, несостоятельность направления, данного деятельности Казанского университета Магницким, была признана официально: ревизия университета, произведённая в 1826 г. генералом П. Ф. Желтухиным, обнаружила полную дезорганизацию этого учреждения, ставшего школой лицемерия и ханжества. Магницкого сменил в 1827 г. М. Н. Мусин-Пушкин, который, при многих своеобразных воззрениях на студенческую субординацию, искренно любил университет и поставил себе задачей поднять его репутацию. Ревностного помощника нашёл он себе в лице знаменитого геометра Н. И. Лобачевского, который бессменно состоял ректором университета с 1827 до 1846 гг. Пустовавшие кафедры были замещены, библиотека приведена в образцовый порядок лично Лобачевским, возведены постройки для астрономической обсерватории, библиотеки, физического кабинета и химических лабораторий, устроен анатомический театр, выстроены клиники, и все эти учебно-воспомогательные учреждения обставлены лучшим, для того времени, образом. В ректорство Лобачевского из Казанского университета вышли такие выдающиеся учёные, как Н. Н. Зинин, А. М. Бутлеров, О. М. Ковалевский, В. П. Васильев.

В 1825 году построен главный корпус университета, а в 1830-е завершается строительство университетского комплекса: здания библиотеки, химической лаборатории, анатомического театра, астрономической обсерватории, клиники (в организации последней современники отмечали ведущую роль профессора Ф. О. Йеллачича) и других.

Вуз становится крупным центром образования и науки. В нём формируется ряд научных направлений и школ: математическая, химическая, медицинская, геологическая, геоботаническая и другие.

В 1834 году начинает издаваться научный журнал — Учёные записки Казанского университета.

В 1835 году введён устав Николая I, учреждающий три факультета: философский (словесное и физико-математическое отделения), юридический и врачебный.

В 1837 году при университете была создана первая в России кафедра китайского языка[6].

В 1844 году профессором Казанского университета Карлом Клаусом был открыт и назван в честь России рутений — единственный химический элемент, открытый в царской России.

Под влиянием университетского устава 1835 г. быстро стало возрастать и число студентов, которое с 191 в 1836 г. поднялось до 368 в 1847 г. Под влиянием событий 1848 г., число это понизилось до 309 в 1850 г. Вновь стало возрастать число студентов после Крымской кампании, уже в 1856 г. в Казанском университете было 680 студентов. Во всю эту эпоху устройство Казанского учебного округа приспособлено было к потребностям населения наших восточных окраин, а Казанский университет рассматривался как звено между ними и великорусским населением. В 1836 г. выработаны были особые правила для принятия и обучения медицинским наукам в Казанском университете 20 воспитанников из магометан Оренбургской губернии, которые предварительно должны были кончить курс в Казанской гимназии; в 1849 г. было подтверждено, что эти лица могут обучаться только на медицинском факультете; в 1863 г. разрешено было поступать в Казанский университет магометанам, прошедшим полный курс не только в Казанской, но и в других гимназиях. К поступлению в Казанский университет предназначались и башкирские малолетки, обучавшиеся при оренбургском батальоне военных кантонистов.

Преподавание восточных языков, которое по уставу 1835 г. велось в известных пределах на философском факультете всех университетов, значительно усилено было в Казанском университете, где в 1837 г. учреждена кафедра китайского языка, в 1839 г. определён был лектор персидского языка и открыта кафедра армянского языка, в 1842 г. — санскритского языка.

В 1850-е в связи с созданием Восточного факультета Санкт-Петербургского университета все востоковедческие учебные материалы и коллекции из Казанского университета были полностью переведены в столицу.

Уже по прекращении преподавания восточных языков в Казанском университете, в нём введено (1861) преподавание арабского и турецко-татарского языков. Учреждено было в Казанском университете и до 50 казённых стипендий для подготовления учителей и врачей для сибирских губерний.

В 1863 году введён устав Александра II, учреждающий четыре факультета:

  • историко-филологический,
  • физико-математический,
  • юридический,
  • медицинский.

В 1875—1883 гг. в университете формируется Казанская лингвистическая школа.

Студентов было к 1 янв. 1884 г. 892, 1 янв. 1891 г. — 714, к 1 янв. 1892 г. — 737, к 1 янв. 1893 г. — 803; из последних 17 на историко-филологическом факультете, 88 — на физико-математическом (36 по разряду математических и 52 по разряду естественных наук), 247 — на юридическом и 451 — на медицинском. Кроме университетской библиотеки (см. III, 806), в которой к 1 янв. 1893 г. насчитывалось 56643 названия, в 142159 том., существуют ещё библиотеки студенческая, при юридическом факультете и при музеях: отечествоведения, древностей и искусств, нумизматическом.

Профессорский персонал Казанского университета к началу 1893—94 учебного года состоял из 109 человек: 44 ординарных профессора (в том числе 7 заслуженных), 22 экстраординарных, 39 приват-доцентов.

При Казанском университете действовали многие учебно-воспомогательные учреждения: астрономи­ческая обсерватория (с библиотекой); лаборатории, одна по органической, другая по неорганической химии; медико-хирургическая лаборатория; фармакологический кабинет с лабора­торией; фармацевтическая лаборатория с фармакогностическим кабинетом; аналитическая лаборатория; технологический кабинет с лабораторией; агрономический кабинет; минералогический, зоологический и зоотомический кабинеты, и при каждом лаборатория; два физиологических кабинета, один медицинского, другой физико-математического факультета; два музея анатомии, один физиологической, другой патологической; кабинеты: геологический, физический, практической механики, физической географии, магнитной и метеорологической обсерватории, судебно-медицинский, общей патологии, гистологический, географический, хирургической патологии и терапии, психиатрический, ларингоскопический, врачебной диагностики, оперативной хирургии, гигиенический, ботанический, и при нём музей; наконец, клиники. При университете имелись также ботанический сад и типография.

В 1862 г. при университете учреждён повивальный институт, в котором в 1893 г. было 57 слушательниц. При Казанском университете состоят общества: врачей, археологии, этнографии и истории, невропатологов и психиатров, естествоиспытателей, физико-математическое и юридическое; пять из них выпускают специальные периодические издания.

Благодаря университету зародилась в Казани местная периодическая печать: сначала (с 1811 г.) университет издавал «Казанские Известия», затем «Казанский Вестник» (см.), который в 1834 г., по почину Лобачевского, заменён был «Учёными Записками Казанского университета», за которыми последовали «Известия».

В начале XX века Казанский университет обогатился целым рядом новых клиник, выстроенных на Арском поле, новой астрономической обсерваторией, получившей (1903) наименование Энгельгардтовской в честь астронома В. П. Энгельгардта, который содействовал её учреждению. Преподавательский персонал возрос более, чем до 200 человек, при этом одних членов совета университета (1912) насчитывалось 75 человек (ординарных профессоров — 53 и экстраординарных — 22). Количество студентов, колебавшееся до 1905 г. между 900—1000, увеличилось более чем до до 2000 чел. С наукой и обществом университет соприкасался через публикацию научно-литературных трудов,

чему главным образом содействовала университетская типография, долгая обслуживавшая своей работой весь восток России. Для науки и жизни много сделали существовавшие при университете учёные общества (общество археологии, истории и этнографии, общество естествоиспытателей, общество естествоиспытателей, общество невропатологов и психиатров, юридическое общество, общество врачей, педагогическое общество [7].

Ректоры[править | править вики-текст]

См. также[править | править вики-текст]

Примечания[править | править вики-текст]

  1. Соловьевъ И. М. Русскiе университеты въ ихъ уставахъ и воспоминанiяхъ современниковъ.. — С.-Петербургъ: Книгоиздательство типо-литографiи "Энергiя", 1913.
  2. Кизеветтер. Исторические очерки, стр. 160
  3. Энциклопедический словарь братьев А. и И. Гранат, 1914, с. 126.
  4. Энциклопедический словарь братьев А. и И. Гранат, 1914, с. 127.
  5. Салтыков, Михаил Александрович // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  6. Триста лет китайского языка в России
  7. Энциклопедический словарь братьев А. и И. Гранат, 1914, с. 130.
  8. Казанский Университет в биографиях ректоров
  9. «профессор-директор» Казанского императорского университета
  10. Первый избранный ректор
  11. Избран, первый ректор из выпускников университета

Литература[править | править вики-текст]

  • Казанский университет // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  • Соловьевъ И. М. Русскiе университеты въ ихъ уставахъ и воспоминанiяхъ современниковъ.. — С.-Петербургъ: Книгоиздательство типо-литографiи "Энергiя", 1913.
  • Сухомлинов М. И. Русские университеты, учрежденные в начале царствования имп. Александра I. — Спб., 1865.
  • Эймонтова Р. Г. Русские университеты на грани двух эпох. — М., 1985.
  • Российские университеты в XVII—XX веках. — Воронеж, 1998 — Вып.3, 1998 — Вып.5, 2000. Вып.5.
  • Андреев А. Ю. Российские университеты XVIII — первой половины XIX века в контексте университетской истории Европы
  • Н. Фирсов Казанский университет // Энциклопедический словарь „Т-ва Бр. А. и И. Гранат и К” : энциклопедия. — 1914. — Т. 23. — С. 126—131.
  • История Императорскаго Казанскаго университета за первые сто лет его существования, 1804—1904 / [соч.] Н. П. Загоскина, заслуженнаго ординарнаго проф. — Казань: Типо-литогр. Имп. казанскаго ун-та, 1902—1904.
    • Т. 1: Введение и ч. 1: (1804—1814). — 1902. — XLV, 567, [24] с.
    • Т. 2: ч. 2: (1814—1819). — 1902 (обл. 1903). — 698, XVIII, VII с.
    • Т. 3: Окончание ч. 2 и ч. 3: (1814—1819 и 1819—1827). — 1903 (обл.1904). — 594, XVI, VI с.
    • Т. 4: Окончание ч. 3: (1819—1827). — 1904 (обл. 1906). — 692, XVIII, VIII с.

Ссылки[править | править вики-текст]