Община (традиционная)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Общи́на — традиционная форма социальной организации. Первобытная (родовая) община характеризуется коллективным трудом и потреблением, более поздняя форма — соседская (территориальная, сельская), сочетает индивидуальное и общинное землевладение.

Община в Западной Европе[править | править вики-текст]

Защитные башни в Сан-Джиминьяно (Тоскана) свидетельствует о межобщинной борьбе в Средние века.

Судя по законам Уэльса и Ирландии, а также по сведениям, относящимся к Испании и германским племенам, в основании первобытных форм общежития, господствовавших некогда в Центральной, Западной и Северной Европе, лежала кровная связь, вытекавшая из происхождения данной группы лиц от одного действительного или воображаемого предка.

Такими группами, связанными узами родства, были сначала племена, затем, в силу нарастания племени — входившие в его состав роды и кланы. Обыкновенно племя — или ветвь его — занимало определенную территорию, все пастбища, леса и земли которой служили предметом совместного, нераздельного пользования всего племени.

Ежегодно племя определяло, какие земли должны подлежать обработке; продукты обработки делились между всеми членами племени. Самая обработка производилась совместно. Если у некоторых племен можно заметить возникновение чего-то вроде земельной родовой собственности, то она имела скорее характер временного владения: землю держал известный род, пока обрабатывал её.

С размножением племени сознание кровной связи между отдельными его родами все более и более слабеет. Самостоятельные группы, подгруппы и т. д., расселяющиеся по всей территории племени, удерживают ещё совместное пользование угодьями, но обособляются в отношении пользования пашней, переходящею в исключительное пользование данного рода или клана. Заимка теряет характер временной и обращается в постоянную; земля передается по наследству в данном роде, селящемся дворами, дворищами или хуторами (Hofsystem).

Так было в долинах Пиренеев, Тироля и Швейцарии, а также в Ирландии, в эпоху великого переселения, и в Германии. Ещё в Χ и посл. веках в долинах Пиренеев система эта удерживалась в полной силе. Род жил в echotza (бревенчатой хате), стоявшей отдельно и окруженной пашней (земледельческое население в Бискайе и теперь живёт в отдельных caserias, то есть хуторах, рассеянных по всей стране).

Родовая форма общежития и землепользования в чистом её виде сохранялась недолго; под влиянием умножения родичей она подвергалась дальнейшему процессу разложения и распадения на новые подгруппы. Каждая из них получала свой надел, где вела самостоятельное хозяйство с сохранением иногда совместного пользования угодьями.

Процесс разложения создавал в одних случаях так называемые семейные общины (задруги, марковые общины), в других — общины все менее и менее родовые, все более и более территориальные. Путем создания новых дворов по соседству с старинным получала начало обыкновенная сельская община. Троякого рода причины делали неизбежным переход к соседским формам отношений.

Во-первых, с размножением рода сознание кровной связи все более и более ослабевало; в прежней общинной родовой территории расселялись и приходили в соприкосновение все более и более отдаленные родичи. Во-вторых, кровная связь утрачивала свое значение вследствие нередкого выселения членов родовой группы за пределы родовой территории и основания новых семей. Наконец, покупка и обмен земель постепенно вводили в данную территорию чужеродные элементы (в Германии, напр., были виллы с населением, состоявшим из франков и саксов).

Параллельно с этим названия членов поселений, указывающие на кровную связь (напр. genealogia и т. п.), уступают место новым, основанным на факте простого сожительства на данной территории: socii, vicini (vesius, besis и т. д.), pagenses, cives и т. д. Вместе с тем право выкупа и право выдачи разрешений на отчуждение земли переходит все более и более от рода к общине, право родовой мести заменяется судом и пенями, а родовая круговая ответственность обращается в территориальную круговую ответственность и поруку — явление, резко бросающееся в глаза в истории пиренейских общин.

Как и при родовом строе в общем нераздельном пользовании поземельной общины находятся леса, пастбища, луга и др. угодья; пашня долго не подвергается переделу; о равномерности участков долго не встречается известий. Земли, принадлежавшие П. общинам, были значительны; обработка их происходила тем же путем заимок, разработок, какой существовал и раньше. Для каждой новообразующейся группы можно было свободно завести особую пашню посредством расчистки леса. Отсюда в документах VIII, IX и последующих веков ряд терминов вроде bifang, assarum, purpressura, odemprevium и т. д., означавших собой и факт пользования общинной землей, и право общинника присвоить себе для пашни тот или иной участок, получавший (напр. в Эльзасе) название по фамилии данного лица.

Стеснений деятельности членов общины со стороны самой общины или марки почти не существовало. Сколько кому надобность укажет (tantum exartent, quantum potent in eorum compendio et ad eorum opus qui ibi manunt) — таков был основной принцип. Только мало-помалу (впервые — в VIII в. в Германии) попадаются сначала неопределенные постановления полицейского характера, пытающиеся регулировать пользование, а затем, уже гораздо позже, вырабатывающиеся в целую систему и находящие выражение в coutumes, weisth ü mer и т. п.

Размножение населения, уменьшение количества свободной общинной земли и т. п. причины заставляли регулировать пользование — и здесь-то, на этой почве, в зависимости от ряда местных условий, не всегда поддающихся точному исследованию, создавались различные формы общинного пользования и пашней, и другими угодьями. В одних случаях право свободной заимки было ограничено, и общины устанавливали порядок уравнительного пользования пашней путем периодических переделов; в других — ранние заимки обратились в собственность отдельных семей, но с обязанностью подчиняться общинному выпасу по снятии жатвы, а более поздние подвергнуты периодическому переделу; в третьих — пашня (особенно в гористых местностях) превратилась в семейную собственность, пастбища и сенокосы или подвергаемы были переделам, или оставались в безразличном, свободном пользовании, определенном общинными полицейскими постановлениями (количество выпускаемого скота, размеры рубки и т. п.).

Во всяком случае, все члены общины пользовались в весьма широких размерах общинными угодьями — пастбищами, лугами, лесом и т. п., составлявшими неизбежный атрибут общины и обеспечивавшими земледельческое население. Совершавшийся в Западной Европе параллельно разложению племенного и родового строя и в значительной мере в связи с ним процесс феодализации оказал весьма слабое влияние на формы и существование поземельной общины: ни способы обработки общинных земель, ни порядки пользования общинными угодьями не изменились от действия феодального режима. Власть сеньора и его право верховной собственности покрыли сверху общину, не разрушая внутренних её порядков. Доля, принадлежавшая сеньору в общинных угодьях, далеко не была значительна; всю остальную землю он предоставлял общинникам.

Сельские общины составли с XI—XII в. господствующий тип землевладения в Западной Европе. Во Франции это mazades, в Бельгии — masuirs, во Фландрии — amborgers и т. д. Члены таких mazades, держащие как пашню, так и угодья совместно, в качестве общинников (parsonniers), пользовались своими общинными угодьями сообща и разделяли лишь пашню подворно.

В громадном большинстве случаев пахотные участки оставались в наследственном владении; но Средние века выработали и другой тип сельской общины, где передел земли с попытками уравнительности наделов выступает ясно наружу. В датских общинах этот порядок наследования пашни существовал с давних времен, был узаконен обычаем и внесен в кодексы Ютландии и др. областей, определявшие порядок раздела общинной пашни на участки (Loos) и уравнительный передел их между общинниками посредством жребия (reebning System). В Германии во многих местностях установилась та же система пользования пашней. Во многих селах Эльзаса определенная часть Allmend’a предназначалась для земледелия; ее делили на 3 поля, а каждое поле — на столько участков, сколько насчитывалось общинников, и затем по жребию распределялись между ними все нарезанные участки, причем оставлялась часть участков на долю сеньора. Во многих случаях и здесь, как в Испании и Англии, наделы, раздаваемые путем переделов. периодических, являлись дополнением к наследственной пашне, находившейся в руках общинников по раннему разделу. В английской общине Malmesbur’y все общинники делились на сотни или группы, соответственно которым и земля разделялась на такое же количество кусков (каждый с особым названием), а кусок — на участки, раздававшиеся по жребию. В Италии той же системы переделов, обыкновенно один раз в 20 лет, держались partecipanze di Cento е Pieve и др.

С XV и особенно с XVI в. формы поземельной общины, выработанные в Средние века, постепенно подверглись изменениям и разложению; общинные порядки землевладения начинают ослабевать и исчезать. Характеристична в этом отношении история раздела земель в долине Baretous. Раздела и отмены прежних кутюмов, основанных на семейно-общинном начале, потребовали члены общины, разбогатевшие с помощью торговли. Стремление выделиться из общины, превратить пользование в собственность было заметно и в других местах, со стороны более зажиточной части общинников. Гораздо большее значение имели причины, которые можно назвать внешними. Не везде и не во всех странах действовали они с одинаковой силой и одновременно, но везде приводили к разложению и уничтожению поземельной общины, то путем экспроприации, то посредством раздела общинных земель между общинниками. С одной стороны, разрушительно стали действовать на общину права сеньоров; с другой стороны, падению ее способствовало изменение в экономических воззрениях на природу богатства и на роль земледелия, начавшееся еще в XVI в. и достигшее апогея в экономической литературе XVIII века. Наконец, к этим двум агентам разложения присоединилось после ряда колебаний и государство, с XVIII века решительно выступившее против общины и в пользу раздела общинных земель.

Община в Византии[править | править вики-текст]

Крестьянская община, признанная в VIII в. византийским законодательством, может быть изучаема по своей организации и устройству в новеллах Никифора Фоки, Иоанна Цимисхия и Василия Болгаробойцы (Χ—ΧΙ вв.). В них упоминаются именно те области, куда направлена была славянская колонизация в VII и VIII вв. Императоры Македонской династии чтобы предупредить распадение общины и обеспечить неотчуждаемость земельных участков в сельском сословии, установили был закон предпочтения (προτίμησης), в силу которого членам крестьянской общины давались значительные преимущества по отношению к покупке земельных участков, чтобы доставить им средства и возможность не уступать посторонним покупщикам общинных земель.

Община во внеевропейских странах[править | править вики-текст]

В Индии древнейшей формой землевладения являлась родовая община, члены которой жили в нераздельности, обрабатывая землю сообща и удовлетворяя свои потребности из общих доходов. Существовавшая первоначально кровная связь между членами общины постепенно ослабевала; у отдельных ветвей первоначального рода появлялось стремление к отпадению; большая община распадалось постепенно на многочисленные малые. В них опять происходило распадение, и наконец появилась система определяемых наследственным правом неравных наделов. Одновременно появилась система наделов с переделами земель, причем последние сначала касались одинаково усадеб, пахотных земель и сенокосов. Позже началось выделение в личную собственность усадебных земель; затем та же участь постигает пахотные и сенокосные земли, и общинная земля постепенно перешла в нераздельную семейную собственность. Эта общая схема перехода от родовой общины к личному землевладению в разных местностях Индии осуществлялась с различною быстротою. Британское колониальное законодательство ввело незнакомую прежде Индии отчуждаемость общинных земель.

В Алжире община первоначально была господствующим видом землевладения как у берберов, так и у арабов. После присоединения Алжира к Франции началось изменение поземельных отношений. В 1873 г. французы установили в Алжире частную собственность.

Община в России[править | править вики-текст]

Одной из лучших работ видного отечественного медиевиста XIX века Т. Н. Грановского отмечают статью «О родовом быте у древних германцев» (1855); связанная с актуальными вопросами современности она была направлена против славянофилов, которые изображали русскую общину как нечто свойственное лишь русскому народу и его духу. Грановский приходит к выводу, что «эта система... истекает из общих законов, которым подчинено в своем развитии всякое гражданское общество», что путь развития общины был одинаков у кельтов, славян и германцев. По мнению Чернышевского, данная работа Грановского «составила эпоху в прениях о родовом и общинном быте»[1].

Другой отечественный историк-правовед, К.Д. Кавелин, напротив, был сторонником особенности русской общины. В ней он видел совершенно самобытную форму землевладения, представляющую собой альтернативу частной собственности на землю. Частная собственность на землю, по мнению Кавелина, принесет только вред России. Обеспечение землевладения за сельскими массами, по Кавелину, по своей сути является мерой социальной экономии и общественного благоустройства.  Ограждение низших слоев общества от монополии частной собственности посредством общинного владения  для России есть, по сути, государственный институт[2]. Он полагал, что общинное владение не мешает, а, наоборот, способствует  созданию самых благоприятных условий для сельского хозяйства в России[3]. Кавелин выступал за отмену уравнительного землепользования и земельных переделов внутри общины, отстаивал необходимость свободного развития крестьянского хозяйства на основе пожизненной аренды земли.

Примечания[править | править вики-текст]

  1. Косминский Е. А. Изучение истории западного средневековья
  2. Кавелин К. Д. Взгляд на русскую сельскую общину.//Наш умственный строй. М., 1989. С. 119.
  3. Кавелин К.Д. Общинное владение. //Собр. Соч. СПб., 1897-1900.Т. 2. С. 243.

Литература[править | править вики-текст]

  • Данилова Л. В. Сельская община в средневековой Руси. — М.: Наука, 1994. — 320 с. — 1000 экз. — ISBN 5-02-012075-8. (в пер.)
  • Кавелин К. Д. Взгляд на русскую сельскую общину. // Наш умственный строй. — М., 1989.
  • Кавелин К. Д. Общинное владение. // Собр. Соч. Т. 2. — СПб., 1897–1900. — С. 217–286.

Ссылки[править | править вики-текст]