Тори (Британская политическая партия)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
(перенаправлено с «Тори (партия)»)
Перейти к: навигация, поиск
Тори
англ. Tories
Royal Oak.png
Основатель:

Кавалеры (предшественники)

Дата основания:

1678 год

Дата роспуска:

1834 год

Идеология:

монархизм, консерватизм, аграризм, протекционизм

Commons-logo.svg Тори на Викискладе

То́ри (англ. Tory) были членами двух политических партий, которые существовали, последовательно, в королевстве Англия, королевстве Великобритании и, позже, Соединенном королевстве Великобритании и Ирландии с XVII по XIX вв.

Впервые тори появились в 1678 году в Англии, когда они выступили против поддержанного вигами Билля об отводе, целью которого было исключение из линии наследования предполагаемого наследника (Heir presumptive) престола Якова, герцога Йоркского, который позже станет королем Яковом II Английским и VII Шотландским. Эта партия прекратила свое существование в качестве организованной политической группы в начале 1760-х годов, хотя само понятие «тори» продолжали использовать некоторые авторы в качестве самоназвания. Двумя десятилетиями позже появится новая партия тори (возглавляемая сначала Уильямом Питтом Младшим, а затем Робертом Дженкинсоном, 2-м графом Ливерпулем.[1]

Граф Ливерпул был сменен Артуром Уэлсли, 1-м герцогом Веллингтоном, на период премьер-министерства которого пришлась эмансипация католиков, случившаяся во многом благодаря избранию католика Дэниела О’Коннела в британский парламент. Когда впоследствии виги вернулись в правительство, они провели в 1832 году избирательную реформу, в результате которой были ликвидированы Гнилые местечки, многие из которых находились под контролем тори. В результате последующих общих выборов количество депутатов-тори в парламенте сократилось до 180. В 1834 году Роберт Пиль издает Тамвортский манифест, благодаря которому началась трансформация тори в Консервативную партию. Однако Пиль потерял многих своих сторонников в результате отмены Хлебных законов, что привело к расколу в рядах партии.[1] Одна из образовавшихся фракций, ведомая Графом Дерби и Бенджамином Дизраэли, смогла пережить политические перепетии последующих десятилетий и столтетий, став современной Консервативной партией, членов которой до сих пор называют «тори».[1]

1678—1760[править | править вики-текст]

Тори[править | править вики-текст]

Основные философские и политические принципы (но не организация) первой партии тори восходят в периоду Английской гражданской войны, которая разделила Англию между роялистами (или «Кавалерами»), поддерживавшими короля Карла I, и сторонниками Долгого парламента. Конфликт между королем и парламентом привел к тому, что последний запретил первому собирать налоги до тех пор, пока он не согласится на условия парламента. Когда Долгий парламент был созван (1641 год), сторонники короля представляли в нём заметное меньшинство. Возраставшая радикализация парламентского большинства привела к тому, что умеренные сторонники реформ стали симпатизировать монарху. Таким образом партия короля состояла как из тех его сторонников, которые поддерживали королевскую автократию, так и из тех парламентариев, кто считал, что Долгий парламент зашел слишком далеко в своем стремлении присвоить себе исключительную исполнительную власть, подрывая, в частности, епископальное управление Церкви Англии, которая являлась главной опорой монарха. К концу 1640-х годов радикальная программа парламента стала более очевидной: низведение короля до номинального главы государства, лишенного власти, а также замена ликвидация епископальной Церкви Англии и замена её пресвитерианской церковью.

Эта программа (с некоторыми изменениями) осуществилась в результате, фактически, coup d'état, который привел к тому, что власть парламента была узурпирована руководством парламентской армией нового образца, подконтрольным Оливеру Кромвелю. В результате гражданской войны, армия добилась казни Карла I. В течение последующий одиннадцати лет британские королевства находились военной диктатурой. Реставрация Карла II на английском престоле привела к восстановлению власти монархии, хотя министры и сторонники короля добились значительного усиления роли парламента в управлении королевствами. Ни один из последующих британских монархов не пытался править без парламента, а после Славной революции 1688/1689 года политические разногласия будут решаться через выборы и парламентские маневры (а не через применение силы).

Карл II также восстановил епископат Церкви Англии. Его первый «Кавалерский парламент» представлял собой исключительно роялистское законодательное собрание, которое приняло ряд актов, восстанавливавших законом определенное положение Церкви Англии и определявших строгие наказания для диссентеров — римо-католиков и нонконформистов. Эти акты не отражали личных воззрений короля и демонстрировали существование роялистской идеологии, не подчиненной королевскому двору.

Ряд событий 1660-х и 1670-х годов дискредитировали правительства Карла II. Как результат, многие политики (включая тех, кто выступал на стороне парламента в Английской гражданской войне) стали выступать за ещё большее усиление роли парламента в управлении, а также за большую терпимость в отношении нонконформистов. Именно эти политики будут стоять у истоков создания британской партии вигов. Так как прямые атаки на короля были политически невозможны и могли привести к казни за государственную измену, оппоненты королевского двора представляли свои анти-роялистские выступления в качестве раскрытия exposés of подрывных и пагубных папистских заговоров.

1678—1688[править | править вики-текст]

Яков, герцог Йоркский, изображенный в римском одеянии.

В качестве политического термина, слово Tory (тори) вошло в английскую политику во время кризиса 1678—1681 гг, связанного с Биллем об отводе. Партия вигов (слово изначально являлось оскорбительным: оно происходит от английского 'whiggamore', «погонщик скота»,[2]) представляла тех, кто поддерживал исключение Яков, герцог Йоркский из линии претендентов на трон Шотландии, Англии и Ирландии (петиционеры). Партия тори (также оскорбительное слово, происходящее от среднеирландского «tóraidhe» (в современном ирландском «tóraí») — «человек, объявленный вне закона», грабитель, восходящего к ирландскому «tóir» — 'преследование', так как объявленные вне закона являлись «преследуемыми людьми».[3][4]) объединяла тех, кто выступил против Билля об отводе (Абгорреры). В более широком смысле, тори представляли более консервативных роялистов, поддерживавших Карла II, рассматривавших сильную монархию в качестве противовеса власти парламента, а также видевших в выступавших против королевского двора вигах квази-республиканскую тенденцию (сходную с той, что наблюдалась в Долгом парламента) к лишению монархии её основных прерогатив и превращению монарха в марионетку парламента. То, что Билль об отводе являлся главным камнем преткновения между двумя партиями, не зависело от оценки личности герцога Йоркского (хотя именно его обращение в Католицизм являлось ключевым фактором, сделавшим Билль возможных), но, скорее, от вопроса о власти парламента избирать короля по собственному соизволению вопреки установленным законам о престолонаследии. То, что Парламент (с согласия короля) обладал такой властью не являлось предметом споров: спорным было утверждение о том, что король был обязан своей короной воле парламента и, таким образом, являлся, по сути, парламентским назначенцем.

По этому вопросу тори добились успеха в краткосрочной перспективе. Парламент, принявший Билль об отводе к рассмотрению, был распущен, что позволило Карлу II самостоятельно решать административные вопросы, а герцогу Йоркскому без проблем занять престол после смерти его предшественника. Бунт герцога Монмута, претендента на престол от радикальных вигов, было с легкостью подавлено, а сам Монмут был казнен. В долгосрочной же перспективе, тористские принципы оказались сильно подорваны.

Помимо поддержки сильной монархии, тори также выступали за особый статус Церкви Англии, определенный рядом парламентских актов сразу после реставрации Карла II: она была Церковью, управляемой епископами, использующей Книгу общей молитвы в качестве единственного богослужебника и пользующейся определенными правами и прерогативами, которых были лишены представители иных христианских церквей (католики) и групп (нонконформисты).

Яков II, однако, во время своего правления выступал за за более терпимое религиозное устроение, при котором его единоверцы могли бы процветать: это была позиция недопустимая для ортодоксальных последователей Церкви Англии. Попытки Якова использовать находящуюся под государственным контролем церковь для продвижения политических инициатив, которые подрывали её уникальный статус в государстве, вынудили некоторых тори оказать поддержку Славной революции 1688/89 года. В результате страна получила короля, обязанного своим титулом парламенту, подчинявшегося положениям Билля о правах, принятого парламентов: воплотились в жизнь все те принципы, которые тори изначально ненавидели («abhorre»; см. Абгорреры). Единственным утешение для тори было то, что избранные монархи находились достаточно близко к основной линии наследования: Вильгельм III был племянником Якова II, а его супруга, Мария II приходилась королю Якову II старшей дочерью. Акт о веротерпимости также даровал ряд прав нонконморфмистам, которых они до того были лишены. Исключение же ряда епископов, которые отказались присягнуть новым монархам, позволило правительству назначить на освободившиеся кафедры убежденных вигов. В обоих случаях тори и их идеология потерпели поражение, однако монархия и государственная церковь были сохранены.

1688—1714[править | править вики-текст]

Несмотря на провал в области основных принципов, тори оставались значительной политической силой во время правления двух последующих монархов, особенно королевы Анны. В этот период тори вели жесткую борьбу за власть с вигами, а их политическая сила измерялась во время частых парламентских выборов.

Баланс сил[править | править вики-текст]

Вильгельм III видел, что тори были куда более расположены к королевской власти, нежели виги, поэтому в правительство он назначала представителей обеих партий. Ранние советы министров при Вильгельме были преимущественно тористскими, однако, постепенно, в них стали доминировать представителя «хунты вигов» (Whig Junto). Данная политическая группа выступала против «сельских вигов», ведомых Робертом Харли, которые постепенно слились с тористской оппозицией в конце 1690-х годов.

Хотя преемница Вильгельма и Марии, королева Анна испытывала заметные симпатии к партии тори и отстранила «хунту вигов» от власти, после неудачного эксперимента с полностью тористским правительством она продолжила политику «баланса сил» между двумя партиями. В этом ей оказывали поддержку умеренные министры-тори — Герцог Мальборо и Лорд Годольфин.

Оппозиция[править | править вики-текст]

Из-за сложностей, вызванных Войной за испанское наследство (1701—1714 гг.), многие из тори оказались в оппозиции к 1708 году. Это привело к тому, что Мальборо и Годольфину пришлось руководить администрацией, в которой доминировала «хунта вигов». Королева Анна испытывала возрастающее неудовольствие такой зависимостью от вигов, особенно ввиду того, что её личные отношения с Герцогиней Мальборо были испорчены. Эта ситуация также вызывала дискомфорт у многих из вигов, ведомых Герцогом Сомерсетом и Герцогом Шрусбери и не имеющих отношениях к «вигской хунте», которые начали плести интриги вместе с тори (под руководством Робертом Харли). В начале 1710 года преследования представителя партии тори и ортодоксальных кругов Церкви Англии, д-ра Генри Сашеверелла (Henry Sacheverell) со стороны вигского правительства за его проповеди, произнесенные годом ранее, привели к так называемым «Сашевереллским бунтам» (Sacheverell riots), что дискредитировало правительство в глазах народа. Весной 1710 года, Анна сместила Годольфина и министров от «хунты вигов», заменив их представителями партии тори.

Последнее правительство тори[править | править вики-текст]

Руководителями нового правительства тори были Харли, канцлер казначейства (Chancellor of the Exchequer), и Виконт Болинброк (Bolingbroke), государственный секретарь. Их поддерживало значительное парламентское большинство, победившее на выборах в 1710 году. Это правительство тори добилось подписания Утрехтского мирного договора в 1713 году, благодаря которому Великобритания вышла из Войны за испанское наследство (во многом к неудовольствию британских союзников, особенно непосредственного преемника Анны на британском престоле, Георга, курфюрста Ганновера). Мирный договор вступил в силу несмотря на серьезную оппозицию вигского большинства в Палате лордов, которая была побеждена королевой, которая назначила в палату новых пэров — сторонников партии тори.

В 1714 году, после долгой неразберихи и дебатов между министрами, Анна сместила Харли, а возглавлявший партию тори Болингброк стал, фактически, её главным министром. Казалось, что власть тори достигла своего зенита. Однако на тот момента Анна уже сильно болела и, в результате, умерла несколько дней спустя. Болингброк не смог сформулировать внятного плана по вопросу о преемнике. Курфурст Георг занял трон.

1714—1760: опала и всевластие вигов[править | править вики-текст]

В соответствии с законами того времени, правительство королевы было заменено регентским советом (Council of Regency) до тех пор, пока новый король не прибудет из Ганновера. Болингброк предложил свои услуги королю, но последний ответил холодным отказом. Георг I назначил новое правительство, состоявшее полностью из вигов, а в новом парламенте, избранном с января по май 1715 года, имелось значительное вигское большинство. В декабре 1714 года Лорд Карнарвон писал, что «едва ли хотя бы один тори остался в каком-либо месте».[5] Историк Эвелин Круикшанкс (Eveline Cruickshanks) писала: «То, что произошло в 1715 году было не переходом к полностью вигскому правительству, но представляло собой настоящую социальную революцию».[6] Впервые джентельмены-тори не имели возможности держать своих сыновей на общественных постах в армии, флоте, государственной службе и Церкви. Офицеры-тори в армии были лишены своих офицерских патентов (commissions), юристы-тори не могли стать судьями или королевскими адвокатами. Тори, составлявшие большинство среди нижних слоев духовенства Государственной церкви, не могли более становится епископами. Торговцам-тори отказывали в государственных контрактах и назначениях на высшие посты в больших компаниях.[7] Эта опала продлилась сорок пять лет.[8] Джордж Литтлтон писал в «Письмах к тори» (Letter to the Tories; 1747 год):

Нас держат в стороне от публичных должностей, связанных с властью и доходами; мы живем подобно иностранцам и паломникам в земле нашего рождения… ни достоинство, ни собственность, ни красноречие, ни ученость, ни мудрость, ни честность не несут пользы человеку нашего несчастного рода (denomination), будь он клирик или мирянин, юрист или солдат, пэр или член Палаты общин, в получении заслуженного продвижения в его профессии или благосклонности Короны; в то время как, в дополнение к нашей непереносимой муке, неприкрытая ненависть к нам и всему тому, что мы любим и почитаем священным, ежедневно способствует продвижению болванов в области закона и в Церкви, трусов в нашем флоте и армии, республиканцев в доме Короля и идиотов — повсюду![9]

Правительство вигов, обладающее королевской поддержкой и контролирующее все уровни власти, было в состоянии сохранять большинство в парламенте по результатам редких выборов в течение последующих нескольких десятилетий (при первых двух Георгах за 46 лет выборы проходили 7 раз, хотя за период между Славной революцией и смертью королевы Анны, составляющий 26 лет, они проходили 11 раз). В течение всего этого периода тори пользовались широкой поддержкой провинциальной Англии, однако относительно недемократичная природе избирательного права и непропорциональное распределение парламентских мест в соотношении с избирательными округами, привело к тому, что эта народная поддержка тори никогда не перерастала в парламентское большинство. Тори выиграли бы все всеобщие выборы между 1715 и 1747 гг., если бы полученных количество мест соотносилось с количеством полученных голосов.[9] Таким образом тори не представляли собой серьезной силы в реальной политике, будучи в меньшинстве в Парламенте и полностью исключенными из правительства. Подобное исключение из политической жизни вкупе с жестокой партийной политикой, проводимой вигами, сыграло важную роль в укреплении партийной идентичности среди тори, которые не шли с вигами на компромиссы.

Джеймс Стюарт был Претендентом во время восстания якобитов в 1715 году. Оказанная ему некоторыми тори поддержка привела к дискредитации партии со стороны вигов.

Подобная политика изоляции привела к тому, что тори отвернулись от Ганноверской династии: некоторые даже присоединились к якобитскому движению.[10] Болингброк позже писал: «Если бы были приняты более мягкие меры, то совершенно точно то, что тори никогда бы повсеместно не обратились к якобитству. Жестокость вигов толкнула из в объятия Претендента».[11] Французский посол отмечал в октябре 1714 году, что число якобитов в партии тори возрастало, а в начале 1715 он писал, что казалось, что тори «готовились к гражданской войне, которую они рассматривали в качестве своей последней надежды».[10] Бывший главный министр от партии тори, Лорд Оксфорд, был обвинен в измене и отправлен в Тауэр, а Болингброк и Герцог Ормонд бежали во Францию, где присоединились к якобитам. Ряд восстаний против коронации Георга I и нового вигского режима (во время которых толпа озвучила свою поддержку якобитов и местных кандидатов в члены парламента от партии тори) привел к принятию правительством вигов Акта о нарушении общественного порядка, который приостанавливал действие Habeas corpus и увеличивал численность армии (включая привлечение 6 000 голландских солдат).[10]

Людовик XIV пообещал предоставить вооружения, но отказал в войсках, так как Франция была измотана войной, хотя Болингброк утверждал, что одной десятой от войск Вильгельма Оранского, приведенных им в 1688 году, было бы достаточно.[11] Однако и это обещание не было реализовано так как Людовик умер в сентябре 1715 года. Как следствие тори собирались отказаться от запланированного английского восстания в Уэст-Кантри, однако шотландцы вынудили их приступить к реализации плана восстания, в одностороннем порядке подняв знамя Претендента. Один из агентов Ормонда выдал планы английского восстания правительству, которое поспешило арестовать многих действующих и бывших членов Палаты общин, а также пэров.[12] Последовавшее за этим якобитское восстание 1715–1716 годов закончилось поражением восставших. Король Швеции Карл XII желал оказать тори военную поддержку, чтобы посадить Претендента на престол. Лорд Оксфорд, который еще в 1716 году предложил последнему свои услуги, руководил "шведским заговором" (the Swedish Plot) из Тауэра. В январе 1717 года правительство раскрыло данный заговор и, несмотря на оппозицию тори, смогло провести в Палате общин ряд оборонных мер, направленных против вторжения. Смерть Карла в 1718 году положило конец шведской поддержке, а спланированное Ормондом испанское вторжение провалилось.[13]

Во время раскола среди вигов, случившегося в 1717 году, тори отказались поддержать одну из сторон, заняв такую же позицию в отношении Лорда Сандерленда в 1720 году. В 1722 году Сандерленд советовал королю допустить лидеров тори к участию в работе правительства с тем, чтобы разделить их и покончить с их надеждами на возмездие, которые покоились на ожидании поддержки из-за границы. На заседании кабинета министров он также посетовал королю провести выборы в Парламент, которые бы были свободными от правительственных взяток, что не нашло поддержки у сэра Роберта Уолпола, который предвидел вероятность избрания Парламента со значительным большинство от тори. Король также отверг это предложение: "Король Георг внимательно посмотрел на графа Сандерленда при упоминании Парламента, контролируемого тори, ибо ничто не было для него столь отвратительным и устрашающим как Тори".[14] Общественное возмущение, связанное к крахом Компании Южных морей, убедило тори в отсутствии необходимости выискивать средства для участия в всеобщих выборах, так как, по их предположению, якобитское восстание имело высокие шансы на успех, учитывая состояние общественного мнения.[14]

Сандерленд присоединился к тори в деле организации так называемого "заговора Аттербери", целью которого возвращение династии Стюартов на британский престол. Участники заговора планировали восстание в каждом графстве при поддержке ирландских и испанских войск. Однако смерть Сандерленда в апреле 1722 года привела к раскрытию заговора правительством.[15] Когда Палата общин голосовала по биллю о наканазиях и взысканиях в отношении самого Аттербери, практически 90% членов Парламента от тори проголосовали против его принятия.[16] Хотя премьер-министр, виг Уолпол, принял решения не преследовать тори, которые, как ему было известно, участвовали в заговоре, сами тори были деморализованы и в большинстве своем временно не принимали участия в работе Парламента.[17] Георг II занял престол в 1727 году. Прошедшие в этом же году всеобщие выборы привели к тому, что количество тори в Парламенте снизилось до 128, что стало самым низким на тот момент показателем для партии.[18]

Тори разделились по вопросу о том, вступать ли им в союз с теми из вигов, кто оказался в оппозиции. Тех, кто склонялся к союзу и был сторонником Ганноверской династии, возглавлял сэр Уильям Уиндхэм; противниками этого союза были представители якобитской фракции, ведомые Уильям Шиппен.[18] Большинство тори выступало против совместного с оппозиционными вигами голосования до 1730 года, изменив эту позицию лишь после того, как Претендент прислал лидерам тори письмо, в котором приказывал им "объединиться в действиях против правительства даже с теми, кто находится в оппозиции по совершенно иным причинам".[19][20] В последующее десятилетие тори активно сотрудничали с оппозиционными вигами.[21] Публичное признание в симпатиях к якобитам являлось изменой, что вынудило тори выступать против вигского режима Ганноверов, используя риторику самих вигов эпохи Билля об отводе; они обличали коррупцию в правительстве, высокие налоги, доходы от которых шли на иностранные аферы, выступали против роста армии, "тирании" и "тиранической власти".[22][23] В своей речи перед Палатой общин о военном бюджете, Уолпол заявил: "Ни один благоразумный человек не признает открыто себя якобитом, ибо, поступая таким образом, он те только наносит вред своему личному состоянию, но и делает себя менее способным должным образом служить тому делу, которому он себя посвятил... Ваш подлинный якобит, сэр, скрывает свои истинные мнения, он вступает в поддержку революционных принципов; он притворяется настоящим другом свободы".[24] Он также утверждал, что большая армия необходима для защиты от возможного якобитского вторжения.

В 1737 году Фредерик, принц Уэльский обратился к Парламенту за увеличением денежного содержания. В рядах тори произошел раскол, в результате которого 45 из них воздержались от голосования: прошение было отклонено с перевесом в 30 голосов. Болингброк, все еще пытающийся размежевать тори и якобитов, осудил произошедшее как "абсурдное поведение тори, которое никакой опыт не может излечить".[21] В 1738 году Фредерик попытался примириться с тори, но потерпел неудачу: Уиндхэм настаивал на том, чтобы он выступил на стороне тори в их борьбе против увеличения армии..[21] С началом войны против Испании в 1739 году, среди тори вновь стали циркулировать планы по организации якобитского восстания.[25] Смерть Уиндхэма в 1740 году привела к распаду коалиции между тори и оппозиционными вигами. Предложение последних в Парламенте сместить Уолпола потерпело поражение 290 голосами против 106: при этом многие тори воздержались.[26] В результате всеобщих выборов 1741 года 136 тори были избраны в Парламент.[27]

Период неопределенности[править | править вики-текст]

1783—1834[править | править вики-текст]

Уильям Питт Младший[править | править вики-текст]

Рождение Консервативной партии[править | править вики-текст]

Тори стали ассоциироваться с подавлением народного недовольства после 1815 года. Однако позднее эта партия претерпела фундаментальную трансформацию под влиянием Роберта Пиля, который был скорее индустриалистом нежели замлевладельцем. В своем "Тамворстком манифесте" 1834 года очертил новую "консервативную" философию исправления социального зла, сохраняя существующее благо. В дальнейшем правительство Пиля именовалось "консервативным", а не "тористским", хотя последний оставался в употреблении.

Когда в 1846 году консервативная партия раскололась в результате дебатов о свободной торговле, протекционистское крыло партии отвергло термин "консервативный". Они предпочитали называться "протекционистами" и, даже, стремились возродить старое название "тори" в качестве официального самоназвания. Однако к 1859 году Пилиты (сторонники Пиля в Консервативной партии) объединились с вигами и радикалами, сформировав Либеральную партию. Оставшиеся тори, возглавляемые Графом Дерби (бывшим вигом) и Бенджамином Дизраэли, 1-й граф Биконсфилдом, приняли для своей партии термин "консервативной".

Примечания[править | править вики-текст]

  1. 1 2 3 Cooke, Alistair A Brief History of the Conservatives (PDF). Conservative Research Department (August 2008). Проверено 27 апреля 2010.
  2. It was originally a Scottish insult for the Covenanter faction in Scotland who opposed the Engagers (a faction who supported Charles I during the Second English Civil War and supported the Whiggamore Raid that took place in September 1648 (Samuel R. Gardiner. History of the great civil war 1642—1649 p. 228).
  3. Webster (1998), "Tory", «New World Dictionary & Thesaurus» (2.0 for PC ed.) .
  4. "Tory", «Answers», <http://www.answers.com/main/ntquery?s=Tory&gwp=16> .
  5. Romney Sedgwick (ed.), The History of Parliament: The House of Commons 1715—1754. I: Introductory Survey, Appendices, Constituencies, Members A-D (London: Her Majesty’s Stationary Office, 1970), p. 62.
  6. Eveline Cruickshanks, Political Untouchables; The Tories and the '45 (Duckworth, 1979), p. 4.
  7. Cruickshanks, p. 4.
  8. Cruickshanks, p. 3.
  9. 1 2 Cruickshanks, p. 5.
  10. 1 2 3 Cruickshanks, p. 6.
  11. 1 2 Sedgwick, p. 62.
  12. Cruickshanks, p. 7.
  13. Sedgwick, p. 63.
  14. 1 2 Sedgwick, p. 64.
  15. Sedgwick, pp. 64-65.
  16. Sedgwick, p. 66.
  17. Cruickshanks, p. 10.
  18. 1 2 Sedgwick, p. 67.
  19. Cruickshanks, p. 12.
  20. J. C. D. Clark, From Restoration to Reform: The British Isles 1660-1832 (London: Vintage, 2014), p. 212.
  21. 1 2 3 Sedgwick, p. 68.
  22. Clark, p. 224.
  23. Cruickshanks, p. 30.
  24. Sedgwick, p. 69.
  25. Sedgwick, pp. 69-74.
  26. Sedgwick, p. 70.
  27. Sedgwick, pp. 70-71.

См. также[править | править вики-текст]