Урания (альманах)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Урания
Urania - Cover.jpg Обложка альманаха «Урания»
Специализация

литературный альманах

Язык

русский

Адрес редакции

Москва

Главный редактор

М. П. Погодин

Страна

Flag of Russia.svg Российская империя

Издатель

М. П. Погодин
Типография С. Селивановского

История издания

1826

Объём

303 стр.

«Ура́ния» («Урания, карманная книжка на 1826 год для любительниц и любителей Русской словесности») — литературный альманах, изданный Михаилом Петровичем Погодиным в Москве в 1826 году.

История[править | править код]

В середине 1820-хх годов, когда пример «Полярной звезды» доказал коммерческую привлекательность такого типа изданий, новые альманахи в России стали появляться один за другим. В 1825 году с намерением «зашибить на ней тысяч пять»[1] за подготовку альманаха «Урания» взялся молодой московский историк М. П. Погодин.

По характеру «Урания» приближалась к так называемым «кружковым» альманахам, основными авторами которых были участники близких составителю литературных объединений. Зачастую литераторы, входившие в подобные «кружки», разделяли сходные взгляды на литературу и эстетику, что накладывало определённый отпечаток на их произведения. Очень существенный вклад в «Уранию» внесли московские друзья и знакомые Погодина из основанного Семёном Раичем «Общества друзей» («Кружка Раича») и отпочковавшегося от него «Общества любомудрия». Многие из членов этих «обществ» уже поучаствовали в пропагандировавшей шеллингианское «любомудрие» «Мнемозине», а через год дружно станут авторами изданного Раичем и Дмитрием Ознобишиным альманаха «Северная лира». Так, «Уранию» поддержали Д. В. Веневитинов, В. Ф. Одоевский, А. И. Полежаев, Ф. И. Тютчев (в альманахе опубликованы «Песнь скандинавских воинов», «К Нисе» и первое «подлинно тютчевское»[2] стихотворение «Проблеск»), Д. П. Ознобишин, М. А. Дмитриев, А. Г. Ротчев, университетские наставники С. Е. Раич и А. Ф. Мерзляков и другие.

Михаил Петрович сумел привлечь для участия в альманахе Е. А. Баратынского и П. А. Вяземского. От сыновей В. В. Капниста Погодину удалось получить стихи скончавшегося двумя годами раньше знаменитого поэта.

Поэтичным этюдом Д. В. Веневитинова «Утро, полдень, вечер и ночь» альманах продолжал знакомить русского читателя с основами шеллингианства. Важное место в сборнике занимали и исторические материалы. Были опубликованы письмо М. В. Ломоносова И. И. Шувалову[3], переписка Г. А. Потемкина с митрополитом Платоном, статья П. М. Строева «Отечественная старина».

Знакомство с Вяземским даёт «альманашнику» возможность выпросить стихи у А. С. Пушкина. В середине октября Вяземский по-приятельски пишет Александру Сергеевичу: «Здесь есть Погодин, университетский и повидимому хороших правил: он издает альманах в Москве на будущий год и просит у тебя Христа-ради. Дай ему что-нибудь из Онегина или что-нибудь из мелочей»[4]. Отказывать другу Пушкин не стал. «Ты приказывал, моя радость, прислать тебе стихов для какого-то альманаха (чёрт его побери), вот тебе несколько эпиграмм, у меня их пропасть, избираю невиннейших»[5]. Таким образом в «Урании» оказалось пять стихотворений поэта: «Мадригал», «Движение», «Совет», «Соловей и кукушка» и «Дружба».

Сам Погодин опубликовал в альманахе повести «Как аукнется, так и откликнется» и «Нищий». Откровенно изображённые в «Нищем» крепостнические порядки очень скоро заставили альманашника поволноваться за свою судьбу: во второй половине декабря Погодин делился с Тютчевым опасениями, что может быть привлечён к делу декабристов, если в повести обнаружат «согласие с образом мыслей заговорщиков». Степан Шевырёв, друг Михаила Погодина, предоставил несколько переводов из Шиллера и Гёте, а также оригинальное стихотворение «Я есмь», обратившее на себя внимание Баратынского и Пушкина.

26 ноября 1825 года рукопись получила цензурное разрешение, выданное профессором Алексеем Мерзляковым. В конце года Погодин выехал в Петербург, и завершить выпуск книги взялся С. Шевырёв, принявший самое деятельное участие в судьбе альманаха. К рождеству «Урания» увидела свет.

Летом 1826 года Погодин взялся за подготовку новой книжки «Урании» и обратился с просьбами о материалах к Вяземскому, Дельвигу, Булгарину, И. И. Дмитриеву. Однако к осени издательские планы московских любомудров несколько раз претерпевали изменения. Так, ими вынашивались идеи выпуска историографического альманаха «Гермес», альманаха переводов немецких писателей «Европейские цветы». В конце концов, под влиянием Пушкина, Погодин принял окончательное решение заменить «Уранию» регулярным журналом «Московский вестник». Год спустя он сделал ещё одну попытку возродить успешный альманах, выпустив его наряду с «Московским вестником», но и на этот раз столкнулся с резким сопротивлением Пушкина, считавшего первоочередной задачей поддержание крепкого литературного журнала:

Вы хотите издать Уранию!!! <…> Вы, издатель европейского журнала в азиатской Москве, Вы, честный литератор между лавочниками литературы, Вы!.. Нет, вы не захотите марать себе рук альманашной грязью. <…> Ради бога не покидайте Вестника; на будущий год обещаю Вам безусловно деятельно участвовать в его издании; для того разрываю непременно все связи с альманашниками обеих столиц. <…> Еще слово: издание «Урании», ей-богу, может, хотя и несправедливо, повредить вам в общем мнении порядочных людей.

А. С. Пушкин — М. П. Погодину. 31 августа 1827 года.

Издатель «Урании» окончательно отказался от своего детища. Выпуск альманаха на 1826 год так и остался единственным.

Критика альманаха[править | править код]

«Урания» на 1826 год.
Стихотворение А. С. Пушкина «Движение».

Погодинский сборник был встречен критикой с уважением. Так, Антон Дельвиг, издатель знаменитых «Северных цветов», писал Погодину: «Позвольте поблагодарить вас за приятное товарищество — на поприще альманахов. „Урания“ меня обрадовала одна в этот год, прочие соперники наши лучше бы сделали, если бы не родились»[6].

В своей известной неформальной «классификации» В. Г. Белинский отвёл «Урании» место среди альманахов-мещан:

Одни из альманахов были аристократами, как, например, «Северные цветы», «Альбом северных муз», «Денница»; другие — мещанами, как, например, «Невский альманах», «Урания», «Радуга», «Северная лира», «Альциона», «Царское село» и проч.; третьи — простым черным народом, как, например, «Зимцерла», «Цефей», «Букет», «Комета» и т.п… Аристократические альманахи украшались стихами Пушкина, Жуковского и щеголяли стихами гг. Баратынского, Языкова, Дельвига, Козлова, Подолинского, Туманского, Ознобишина, Ф. Глинки, Хомякова и других модных тогда поэтов… Альманахи-мещане преимущественно наполнялись изделиями сочинителей средней руки и только для обеспечения успеха щеголяли несколькими пьесками, вымоленными у Пушкина и других знаменитостей. Альманахи-мужики наполнялись стряпнёю сочинителей пятнадцатого класса…

За «теплоту чувств», «мастерство рассказа» и «верное изображение русских простонародных нравов» удостоился похвалы Белинского погодинский «Нищий»[7].

Некоторый крен альманаха в метафизику любомудров отметил Баратынский, отославший один экземпляр Пушкину: «Посылаю тебе Уранию, милый Пушкин; не велико сокровище; но блажен, кто и малым доволен. Нам очень нужна философия. Однакож позволь тебе указать на пиэсу под заглавием: Я есмь. Сочинитель мальчик лет осмнадцати <С. Шевырёв> и кажется подает надежду. Слог не всегда точен, но есть поэзия, особенно сначала. На конце метафизика, слишком темная для стихов. Надо тебе сказать, что московская молодежь помешана на трансцендентальной философии <…>»[8].

В 1998 году в серии «Литературные памятники» было осуществлено полное комментированное переиздание «Урании».

Примечания[править | править код]

Литература[править | править код]

Ссылки[править | править код]

См. также[править | править код]