Белявский, Виталий Александрович

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Виталий Александрович Белявский
Белявский.jpg
Белявский в мае 1971 года
Дата рождения 25 ноября 1924(1924-11-25)
Дата смерти 14 июня 1977(1977-06-14) (52 года)
Место смерти
Страна  СССР
Научная сфера ассириология
Альма-матер исторический факультет Ленинградского университета
Научный руководитель Василий Васильевич Струве
Известен как автор книги «Вавилон легендарный и Вавилон исторический»
Награды и премии
медаль «За отвагу»

Виталий Александрович Белявский (25 ноября 1924 года — 14 июня 1977 года, Ленинград) — советский ассириолог, специалист по Нововавилонскому царству. Занимался изучением проблем политической и социально-экономической истории Вавилона, а также вопросами античной истории.

В 1942 был призван в ряды Красной армии, участник Великой Отечественной войны, был удостоен ряда боевых наград. После демобилизации из Красной армии обучался на историческом факультете Ленинградского университета. Там же поступил в аспирантуру, где его руководителем стал академик Василий Струве, но обучение в аспирантуре не окончил. Сменил несколько мест работы и в конечном счёте устроился работать сторожем на завод имени Козицкого, где проработал до конца жизни, проводя научные исследования в свободное время.

В 1971 году издал единственную монографию «Вавилон легендарный и Вавилон исторический», которая была издана массовым тиражом и по состоянию на 2016 год выдержала три переиздания. Работу над второй крупной книгой, «По следам Геродота», учёный завершить не успел: в 1977 году он скончался от сердечного приступа.

Биография и научный вклад[править | править код]

Становление учёного[править | править код]

Виталий Александрович Белявский родился 25 ноября 1924 года. Рано остался без отца, репрессированного в 1937 году[1]. В 1942 году был призван в ряды Красной Армии. К осени 1943 года — командир отделения 2-й миномётной роты 234-го гвардейского Черноморского стрелкового полка (76-я гвардейская Черниговская стрелковая дивизия, 61-я армия, Белорусский фронт). Приказом от 9 ноября 1943 года награждён медалью «За отвагу»: в наградном листе указывалось, что «[Белявский] за время боёв в районе Чернигова и расширения плацдарма на правом берегу реки ДНЕПР с 17 сентября по 30 октября 1943 года находясь на наблюдательном пункте миномётной роты, успешно корректировал огнем минометной роты, в результате чего было уничтожено 2 пулеметные точки противника с их расчётами и до 20 гитлеровцев»[2].

В годы Великой Отечественной войны в руки Белявского попало немецкое издание книги Роберта Кольдевея — немецкого археолога, который подтвердил существование библейского Вавилона и определил его местоположение. В госпитале после ранения, читая Колдевея, Виталий Белявский увлёкся историей Вавилона. Демобилизовавшись в 1953 году, он занялся изучением специальной литературы о Вавилоне, изучал английский, французский, испанский и итальянский языки. В возрасте 30 лет в 1954 году Белявский поступил в Ленинградский университет параллельно на исторический факультет (по специальности Древняя Греция и Рим) и восточный факультет. После окончания учёбы в 1959 году он поступил в аспирантуру на восточный факультет на ассириологическое отделение, здесь его научным руководителем стал известный советский историк Василий Струве[3].

Защита кандидатской диссертации на тему «Образование Ново-Вавилонского царства» не состоялась. Исследователь советской науки Ф. Ф. Перченок так описал причины неудачи, постигшей молодого учёного[1]:

Заканчивал аспирантуру на востфаке, когда Л. А. Липин захотел устроить на факультете своего. Липину В. В. Струве покровительствовал <…> Белявский уехал в Петрозаводск. Бывал он несдержан, зорок, замеченных ляпсусов не щадил — не держался долго на одном месте. Восстановив на факультете, его вышибли на «негритянский» факультет деканатским сотрудником, а при расформировании факультета не трудоустроили.

Белявский перешёл работать в Музей этнографии, активно участвовал в работе Географического общества, в конечном счёте устроился ночным сторожем, сначала на Радиотехническом приборостроительном заводе имени Козицкого, а затем — на «Электросиле». В одном из писем Белявский писал: «Я имею довольно надёжную материальную базу, достаточно свободного времени и полную независимость». Работа сторожем устраивала Белявского, он полагал, что его ситуация могла бы стать темой для юмористического журнала. Не имея официального отношения к академической науке, он был в восторге от того, что как «заводской сторож представляет на конгрессе в Чикаго советскую науку»[n 1], а «после каждой визгливой рецензии спокойно и весело отвечает и публично тыкает носом в научную безграмотность»[4].

Скифы в Передней Азии[править | править код]

Одной из первых научных проблем, привлекших внимание «молодого» учёного (в 1962 году ему исполнилось 38 лет) стала эпоха господства скифов в Передней Азии (623/22 и 595/94 гг. до н. э. — в датировке Белявского). Эра их господства начинается в 623/22 гг. до н. э., когда мидийский царь Киаксар выступил против Ассирийской империи и осадил столицу Ассирии Ниневию. На помощь осаждённому городу пришли скифы, которые на протяжении нескольких десятилетий являлись союзниками Ассирийской империи. 623—622 годом В. А. Белявский начинает отмеченный Геродотом 28-летний период господства скифов над Азией. Он полагает, что отбив мидян от Ниневии, «скифы, словно ураган, прошли через Месопотамию, Сирию, Палестину и достигли границ Египта. Фараон Псамметих I с большим трудом откупился данью от их нашествия». В 614—613 гг. до н. э. мидяне повторно двинулись на Ассирию, однако на этот раз при свидании Киаксара с царём скифов главе мидян удалось уговорить скифского царя примкнуть к вавилонской коалиции и вместе атаковать Ниневию. При разделе ассирийского наследства между победителями Вавилон забрал себе собственно ассирийские владения, скифам достались связанные с Ассирией союзным договором Маннейское и Ванское царства. Подчинение их стало главной задачей скифов после взятия Ниневии. Впрочем, коалиция мидян и скифов просуществовала недолго: в 594 г. до н. э. согласие между скифами и Мидией было расторгнуто по неизвестной причине. Мидийский царь Киаксар, заманив скифских царей на пир, перебил их и таким образом обезглавил Скифское царство. Этот момент знаменовал начало стремительного упадка скифской державы[5].

В письме к Петрову Белявский так охарактеризовал реакцию на своё выступление по вопросам скифов[4]:

Если бы околевшие Васька и Липин, а также Дьяконов и Дандамаев вкупе со всем своим шоблом могли в 1962 году на 2-ой сессии по Древнему Востоку разбить меня научно или хотя бы связать два слова против моих «Скифов», то мне была бы крышка. Но именно этого они и не сумели сделать <…> Дело в том, что я не имел возможности предварительно испытать свою работу на прочность. Я мог только обратиться за рецензией к двум своим главным врагам — Дьяконову и Дандамаеву. Оба отказались дать рецензию. Почему? Либо потому, что им нечего было возразить, либо же потому, что приберегли возражения для начала открытого боя.

«Вавилон легендарный и Вавилон исторический»[править | править код]

В 1971 году опубликовал свою единственную книгу — «Вавилон легендарный и Вавилон исторический». Белявский позиционировал её как научный трактат — книга была написана с опорой на крепкую научную базу, но была ориентирована на массового читателя, поэтому изложение велось в простом, понятном неспециалистам стиле (книга была издана тиражом 60 000 экз.)[6]. В книге учёный представил политическую и социально-экономическую историю Вавилона, при этом проиллюстрировав её многочисленными фактами и рассказами о персоналиях, в частности, им была изложена история влиятельного дома Эгиби. В книге Белявский также представил своё собственное представление об экономических процессах на Востоке. В его представлении на Древнем Востоке последовательно существовали две формации — архаическая и античная[7]. Архаической формацией Белявский называет общество АСП, аргументируя свою терминологию тем, что общества подобного типа существовали не только в Азии. Основу экономики архаических обществ составляло единство земледелия (или скотоводства) и ремесла, не расчлененное единство города и деревни. В архаическом обществе друг другу противостояли два класса: родовая аристократия, составлявшая общину, которая сохраняла родоплеменную организацию, и побежденные чужаки, оказавшиеся на положении клиентов и рабов, ряды которых непрерывно пополнялись пленными и пришельцами, порвавшими по тем или иным причинам связи со своим племенем[7]. По мнению автора, архаический строй, который существовал в Шумере, погиб под бременем внутренних противоречий, а на смену ему в Южном Двуречьи пришёл античный способ производства. В античном обществе друг другу противостояли два класса-антагониста: свободные и рабы[8], деление на плебс и аристократию отмерло вместе с другими порядками архаического общества. Нововавилонское царство просуществовало чуть более одного века. Вавилонский кризис VI в. до н. э. Белявский называет первым кризисом античного общества. Он выразился в разложении и вырождении античной формы собственности, разорении мелких землевладельцев и росте крупного землавладения, ростовщичества и увеличении социального расслоения[9]. Грабительская эксплуатация Вавилона персами и вызванная небывалым расточительством инфляция лишь довершили разложение общества и ускорили его гибель[10]. В завершении книги автор даёт собственное понимание причины того интереса, который Вавилон VI в. до н. э. вызывает к себе на протяжении веков: это было общество, которое явило миру стремительный подъём и столь же стремительное падение, его кризис стал первым кризисом античного общества[11].

Книга получила резко отрицательную оценку со стороны советских востоковедов. В неопубликованной рецензии ведущие востоковеды СССР, в оппозиции которым стоял Белявский (Игорь Дьяконов, Мухаммад Дандамаев), указали на большое количество ошибок[6]. В печати Дьяконов упомянул Белявского лишь единожды, назвав «удивительным явлением» издание массовым тиражом книги «Вавилон легендарный и Вавилон исторический», в которой «автор не стесняется придумывать содержание некоторых документов и сочинять ссылки на несуществующие источники»[12].

С разгромной рецензией также выступил чешский ассириолог Йозеф Клима[de], при этом его возражения во многом совпали с возражениями, выдвинутыми советскими востоковедами. Так, Белявский описывает документ VAS IV 27 как уникальный и особенно интересный для русскоязычного читателя, поскольку тот, с его точки зрения, описывает покупку умерших рабов и тем самым отсылает к действиям Чичикова в «Мёртвых душах». На самом деле, указывает Клима, этот документ сохранился лишь фрагментарно и до сих пор полностью не понятен. Общепринятая его трактовка говорит о том, что он описывает ответственность [должника] в случае смерти или побега данной в залог рабыни. Другим примером ошибочной интерпретации правового состояния являются документы Cyr 311 и 312. Составитель трактует их как забавный эпизод — брачный договор вавилонянина, у которого уже была невеста, однако из-за пьянства женившегося на любовнице мужчины из города Сиппар. За всю историю клинописного права — то есть начиная ещё от шумеров — неизвестно ни одного случая заключения брачного договора в пьяном виде. Напротив, подобные акты всегда заключались в присутствии свидетелей и писца, выступавшего в роли официального лица. В другом месте автор утверждает, что в Вавилоне, в отличие от других стран империи Ахеменидов, не признавались чеканные монеты (стр. 143). В то же время известно, что чеканные монеты не были в обращении почти во всём царстве Ахеменидов за исключением, разве что, Финикии и греческих городов Малой Азии. Также утверждение составителя о том, что персы не ограничивали себя в растратах и научились растрачивать [наличные] деньги не соответствует историческим реалиям: известно, что даже ближайшие к трону чиновники Дария I получали зарплату не деньгами, а натуральными выплатами. Неверно и утверждение об инфляции в Вавилоне (тезис об уменьшении товарной и увеличении денежной массы в обороте, стр. 295) — среди востоковедов общепринято мнение, что в этот период в Вавилоне царил недостаток денег (нечеканного серебра) и это тормозило товарооборот, в то время как Белявский утверждает, что деньги были доступны в количестве большем, чем требовалось. Клима также обвинил автора в плагиате, который среди прочего выразился и в прямом копировании многочисленных рисунков и схем из чужих работ. В конце Клима выражает сожаление, что работа не соответствует заявленному в предисловии постулату научности. Вавилон Белявского — скорее воздушная легенда, чем находящееся на твёрдой почве исторических источников работа[13].

В своём ответе, который предназначался для публикации в журнале «Народы Азии и Африки», но так никогда и не был опубликован, Виталий Александрович указал на поверхностный, в его представлении, характер критики[6]. Отвечая на замечания по поводу документа VAS IV 27, Белявский отметил, что текст указанного фрагмента сохранился хорошо и читается без особого труда. Заявление рецензентов, что при Ахеменидах ощущался большой недостаток денег (нечеканного серебра), что тормозило развитие товарных отношений и что даже ближайшие к царю Дарию I лица получали жалованье не деньгами, а натуральными продуктами, Белявский назвал смехотворным, поясняя это тем, что в случае дефляции цены не росли бы, а падали, и ощущался бы недостаток монеты, а не её избыток. При этом он настаивал, что монета Дария имела повмесестное хождение в Вавилоне.[6].

Он также с сожалением отметил, что мимо внимания рецензентов прошли основные концепции, которые он изложил в книге[4].

Короче говоря, минимум 80 % книги остались вне поля зрения рецензентов. И главное: рецензенты совершенно не коснулись всей политической истории и главных проблем социально-экономической, как то: существование двух формаций в истории Востока и древности вообще, отмены понятия и критерия рабовладельческой формации, характеристики отношений собственности и классовой структуры Нового Вавилона, форм земельной собственности и аренды, причин и течения кризиса нововавилонского общества. Они просто сделали вид, будто ничего этого в книге нет. А это всё вещи оригинальные, о которых нигде, кроме моей книги, не прочитаешь.

Последние годы жизни[править | править код]

В начале 70-х годов Белявский переключился на изучение античной истории. В письме к молодому коллеге В. Петрову он сообщал[4]:

Я лично совсем не заинтересован сейчас в такой детальной разработке Шумера, какую сделал в Новом Вавилоне. Мой план иной — работы широкого теоретического плана за пределами досягаемости васькистов[n 2]: «Рождение цивилизации», «Античный мир» и «Средние века». Сейчас это уже не утопия, а вполне реальная возможность. Но исходя из общих интересов разгрома васькизма без остатка, пойду и на «Шумер».

Белявский завершил написание трёхтомника «По следам Геродота», при работе над которым сохранил ранее выработанный стиль изложения (научная основа в дополнение к свободному, публицистическому стилю повествования). В рецензии на рукопись книги историк-антиковед Юрий Андреев и филолог Аристид Доватур отмечали чрезвычайную эрудированность автора, широту поставленных проблем, но вместе с тем и то, что книга страдает от излишней детализации, вольного обращения с историческими фактами, включения эпизодов, не имеющих прямого отношения к линии повествования, использования простонародной лексики и не в последнюю очередь от желания автора проследить во всём противостояние официальной науки и учёных-самородков: рецензенты отмечали, что агрессивность автора по отношению к представителям официальной науки безусловно оставит неприятный осадок у читателя[14]. Книга была рекомендована к печати после переработки, но её публикация так и не состоялась: Виталий Александрович Белявский умер 14 июня 1977 года от инфаркта. Похоронен на Богословском кладбище Санкт-Петербурга.

Библиография[править | править код]

  • Белявский В. А. [Рец. на кн.: Всемирная история М., Т. 2] // Советское востоковедение. — 1958. — № 2.
  • Струве В. В., Белявский В. А., Ломоури Н. [Рец. на кн.: К. В. Тревер. Очерки по истории и культуре Кавказской Албании IV в. до н. э. –VII в. н. э.] // Вестник древней истории. — 1960. — № 3. — С. 174.
  • Белявский В. А. Перевод анналов Ашшурбанапала // «Хрестоматия по истории Древнего Востока». М., 1963.
  • Белявский В. А. Война Вавилонии за независимость (627—605 гг. до н. э.) и гегемония скифов в Передней Азии. // «Исследования по истории стран Востока». Л.: ЛГУ, 1964.
  • Белявский В. А. Симптомы кризиса рабовладельческого строя в Новом Вавилоне (VI в. до н. э.) // Вестник Ленинградского университета. История, язык, литература. — 1965. — Вып. 2, № 8.
  • Белявский В. А. Этнос в древнем мире. // Доклады отделений и комиссий Географического общества СССР. Вып. 3. Л., 1967. С. 24-27.
  • Белявский В. А. Землевладение дома Эгиби. // Доклады отделений и комиссий Географического общества СССР. Вып. 5. Л., 1968.
  • Белявский В. А. Семья Кузнецовых. // Доклады отделений и комиссий Географического общества СССР. Отделение этнографии. Вып. 6. Л., 1968.
  • Белявский В. А. Потомки Эа-илута-бани // Вестник древней истории. — 1968. — № 1. — С. 96—119.
  • Белявский В. А. [Рец. на кн.: Ю. М. Кобищанов. Аксум. М., Наука. 1966] // Народы Азии и Африки. — 1969. — № 4. — С. 201—205.
  • Белявский В. А. Шаттин-ну, сын Балатсу, потомок Бэл-яу. // «Страны Ближнего и Среднего Востока. История. Экономика». М., 1969.
  • Белявский В. А. Семья Син-или. // Доклады отделений и комиссий Географического общества СССР. Вып. 15. Л., 1970.
  • Белявский В. А. Вавилон легендарный и Вавилон исторический. — М. : Мысль, 1971. — 319 с. — 60 000 экз.
    • Белявский В. А. Тайны Вавилона. — 2-е. — М. : Вече, 2001. — 320 с. — (Тайны древних цивилизаций). — ISBN 5-7838-0823-7.
    • Белявский В. А. Вавилон легендарный и Вавилон исторический. — 3-е. — М. : Ломоносовъ, 2011. — 319 с. — (История. География. Этнография). — 1000 экз. — ISBN 978-5-916781-06-9.
    • Белявский В. А. Вавилон легендарный и Вавилон исторический. — 4-е. — М. : Ломоносовъ, 2016. — 272 с. — (История. География. Этнография). — ISBN 978-5-91678-106-9.
  • Белявский В. А. Challenge and Response или способ производства? // Природа. — 1971. — № 12. — С. 26—33.
  • Beljawski V. A. Der politische Kampf in Babylon in den Jahren 562—556 v. Chr. // In memoriam E. Unger. — 1971.
  • Белявский В. А. Канал Паллукат // Народы Азии и Африки. — 1971. — № 4. — С. 149—159.
  • Белявский В. А. Трагедия селения Ах-иддина // Древний Восток и античный мир. Сборник статей, посвящённый профессору В. И. Авдиеву. // М.: МГУ, 1972. - С. 63—74.
  • Beljawski V. A. Die Sklavenelite des Hauses Egibi (Szenen aus dem Geschäftsleben in Babylon des 6. Jahrhunderts v. u. Z.) : [нем.] // Jahrbuch für Wirtschaftsgeschichte[de]. — 1973. — Vol. 14, no. 1. — P. 133–158. — DOI:10.1524/jbwg.1973.14.1.133.
  • Белявский В. А. По поводу извечного антагонизма между земледельческим и кочевым населением Восточной Европой // Славяно-русская этнография : сборник научных трудов. — Л., 1973. — С. 101-108.

Комментарии[править | править код]

  1. В переписке с Петровым Белявский упоминает о том, что получил приглашение на 9-й МКАЭН[en] (Чикаго, 1973 год), однако нет документальных свидетельств, подтверждающих факт участия учёного в этой конференции.
  2. «Васькистами» Белявский называет учеников своего учителя В. В. Струве, а также всех тех, кто, на его взгляд, разделяют взгляды Струве и его научный подход.

Примечания[править | править код]

  1. 1 2 Вознесенский И. [Ф. Ф. Перченок]. Только востоковеды // Память. Исторический сборник.. — М., 1978. — Вып. 3. — С. 462-464.
  2. Наградные документы на медаль «За отвагу» в электронном банке документов «Подвиг народа» (архивные материалы ЦАМО, ф. 33, оп. 686044). Проверено 16 сентября 2016.
  3. Бродский Б. И. Жизнь в веках : Занимательное искусствознание. — 2-е. — М. : Советский художник, 1990. — С. 67. — 252 с. — 50 000 экз. — ISBN 5-269-00034-2.
  4. 1 2 3 4 Письма Белявского В. Петрову за период 1971—1973 гг. Переписка доступна по адресу proza.ru/2013/09/11/847
  5. Белявский В. А. Война Вавилонии за независимость (627—605 гг. до и. а.) и гегемония скифов в Передней Азии. — «Исследования по истории стран Востока». ЛГУ, 1964
  6. 1 2 3 4 Ф. Белелюбский — В. Петрову. // «Петровник» — дневник Петрова Валерия Александровича, а также избранные места из его переписки с А. Г. Кифишиным, В. А. Белявским, Б. И. Перловым и другими учёными. / Интернет-публикация, содержащая разносторонние сведения о И. М. Дьяконове, А. Г. Кифишине, В. А. Белявском, Б. И. Перлове и других советских востоковедах того времени. — 2007, dnevnik-petrova.livejournal.com
  7. 1 2 Белявский, 2011, с. 7-8.
  8. Белявский, 2011, с. 181.
  9. Белявский, 2011, с. 203.
  10. Белявский, 2011, с. 242.
  11. Белявский, 2011, с. 244.
  12. Дьяконов И. М. Рабы, илоты и крепостные в ранней древности // Вестник древней истории. — 1973. — № 4. — С. 3.
  13. Josef Klima. [Review: W.A. Beljawski. Vavilon legendarnyj i Vavilon istoriceskij] : [нем.] // Bibliotheca orientalis. — 1973. — Vol. XXX, no. 3/4. — P. 247-249. — ISSN 0006-1913.
  14. Андреев Ю. В., Доватур А. И. Отзыв о работе В. А. Белявского о Греко-персидских войнах // Фидития. Памяти Юрия Викторовича Андреева. — СПб. : Дмитрий Буланин, 2013. — С. 14-19. — 111 с. — 300 экз. — ISBN 978-5-86007-747-8.

Ссылки[править | править код]