Волго-Клязьминское междуречье

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску

Волго-Клязьминское междуречье — территории, ранее занятые подолом последнего оледенения.

Понятие «Волго-Клязьминское междуречье», как географическое определение, впервые было введено в литературу A. Л. Никитиным[1][2].

Местоположение[править | править код]

В археологии географические рамки этого региона следующие: северная — река Волга, южная — река Клязьма, восточная граница находится в месте впадения Оки в Волгу; западная же граница более условна — ею является верховье реки Клязьмы, которая берёт начало на южном склоне Клинско-Дмитровской возвышенности, около деревни Кочергино, в Химкинском районе Московской области. Большинство рек в регионе берут свое начало на Волжско-Клязьминском водоразделе и текут в меридиональном направлении с севера на юг, где впадают в Клязьму — pеки Теза, Уводь, Нерль Клязьминская, Колокша, Пекша, Киржач, Шерна. Другие, являющиеся притоками Волги, текут с востока на запад (Дубна, Нерль Волжская), с запада на восток (Кубань, Ячменка) и с юга на север (Которосль, Шача, Сунжа, Елнать). Берега многих из этих рек и их притоков были заселены человеком ещё в раннем голоцене.

По современному административному делению в границы Волго-Клязьминского междуречья входит территория Ивановской, а также части Тверской, Ярославской, Костромской, Московской, Владимирской и Нижегородской областей.

История[править | править код]

Мезолит[править | править код]

Территория Волго-Клязьминского междуречья была заселена человеком на протяжении всей мезолитической эпохи. Первые группы людей — представители вполне сложившейся бутовской культуры — существуют здесь уже в конце позднего дриаса. В первой половине пребореала они осваивают крупные озерные котловины, в границах которых продолжают существовать вплоть до начала атлантического периода. Эти котловины, поросшие лесами, давали человеку все необходимое для жизни. В пребореальное время стоянки, расположенные в пределах Подозерской, Ивановской и Сахтышской озерных котловин, показывают ряд существенных отличий, которые устойчиво прослеживаются в дальнейшем. В то же время, памятники западной части рассматриваемого региона по всем признакам оказываются ближе к бутовским поселениям Тверского Поволжья и Мещеры[2]. Хронологические рамки бутовской культуры А. Н. Сорокиным определяются в интервале 9500 — 8500 лет назад[3].

Новые условия существования вынуждали людей приспосабливаться к ним. Так, отсутствие качественного кремня, позволяющего получать крупные ножевидные пластины, привело к серьезным изменениям в технологии обработки камня и производства орудий. В качестве основной заготовки начинает широко применяться отщеп. Для изготовления орудий все чаще используются некремневые породы камня, в частности кремнистый известняк, кварцит, сланец, песчаник. Наиболее многочисленным типом нуклеуса становится аморфный от отщепов, на стоянках встречается большое количество нуклевидных кусков, а также комбинированных и неоднократно переоформленных орудий. Широкое распространение получают аморфные скребки, резцы на сломе заготовки и т.д[2].

Развивалась костяная индустрия, поскольку в условиях лесного окружения человек не мог испытывать недостатка в этом сырье. На ряде торфяниковых памятников изделия из кости и рога составляют более двух третей от общего числа орудий.

К началу бореального времени население бутовской культуры в Волго-Клязьминском междуречье полностью адаптировалось к местным условиям существования. В материалах памятников уже практически не встречаются изделия из приносного кремня, что свидетельствует о полном переходе на местное сырье[2].

Около 7000 лет назад бутовская культура дает начало ранненеолитической верхневолжской культуре[2].

В начале пребореального периода в Волго-Клязьминском междуречье появляются памятники, оставленные населением иеневской культуры. Вероятно, эта культура сложилась ещё в эпоху позднего дриаса, однако её носители проникают в рассматриваемый регион лишь в первой половине пребореала. Судя по имеющимся материалам, иеневское население в Волго-Клязьминском междуречье было сравнительно малочисленным. Самые поздние памятники иеневской культуры в регионе датируются бореальным временем. Более поздние её памятники не известны[2].

Два памятника, расположенные в западной части региона, свидетельствует о существовании здесь населения рессетинской культуры. Других культурных проявлений в мезолите Волго-Клязьминского междуречья в настоящее время не известно[2].

Основными занятиями мезолитического населения являлись охота (на лесных животных и птицу) и рыболовство, которые дополнялись собирательством. Этот хозяйственно-культурный тип, начавший формироваться в конце позднего дриаса, просуществовал вплоть до развитого неолита. На стоянках, датированных концом дриаса – пребореалом, отмечены следующие виды животных: лось, бобр, выхухоль, куница, заяц (без уточнения до вида), бурый медведь, водяная полёвка, барсук, выдра, хомяк (без уточнения до вида), лисица, северный олень, волк, европейская норка, горностай, косуля, белка, собака. В конце пребореала на стоянках появляются кости благородного оленя. В бореальное и атлантическое время сохраняется ведущая роль лося и бобра. Начиная с первой половины бореала, появляются немногочисленные кости кабана, причем исключительно на стоянках Дубненского торфяника. И лишь с атлантика единичные кости кабана встречаются и на торфяниковых стоянках в центральной части Волго-Клязьминского междуречья. Со второй половины бореала среди появляется также лесной кот и болотная черепаха. Таким образом, что на всех рассмотренных мезолитических памятниках представлена исключительно лесная фауна[2].

Лук являлся основным охотничьим оружием. Наряду с луком и стрелами на охоте на крупного зверя использовались дротики, метательные короткие копья (иногда с зубчатыми остриями), массивные рогатины. Для добивания раненого зверя и возможной обороны при близком контакте использовались различные кинжалы из кости и рога[2].

В конце дриаса, пребореальном и бореальном периоде представлены добывались следующие виды птиц: красношейная поганка, чомга, лебедь-кликун, серая утка, чирок-свистунок, чирок-трескунок, шилохвость, гоголь, лысуха, чернозобая гагара, серощёкая поганка, серая цапля, выпь, скопа, белохвостый орлан, гусь гуменник, белолобый и серый гусь, свиязь, кряква, широконоска, красноголовая чернеть, хохлатая чернеть, морская чернеть, морянка, средний крохаль, луток, тетерев, глухарь, серый журавль, погоныш, большой веретенник, озёрная чайка, грач, серая ворона, камышница[4]. На археологических памятниках атлантического периода появляются виды птиц, ранее не встречаемые – краснозобая гагара, чёрный коршун, пискулька, лунь (без уточнения вида), вальдшнеп, длиннохвостая неясыть, дрозд-деряба, турухтан[2].

Кости рыб встречаются в культурных слоях поселений начиная с позднего палеолита, начиная с мезолита появляется сетевое рыболовство. На памятниках позднего дриаса – пребореала встречаются остатки щуки, окуня, сига, ельца, язя, плотвы, линя, леща, карася, гольца, ерша, судака, налима. Наряду с этими видами на стоянках бореального и атлантического времени встречаются сом, жерех и голавль[5].

Средние века[править | править код]

К рубежу IX–X веках основную массу жителей Волго-Клязьминского междуречья составляли представители народности меря, принадлежавшей к поволжско-финской языковой общности. Наибольшей концентрацией мерянских поселений VII–X веках выделяется район озер Неро и Плещеево, а также Суздальское Ополье. Расселение славян в центральной части междуречья с более западных и северо-западных территорий начинается с IX столетия и приобретает массовый характер в первой половине X века[6].

Примечания[править | править код]

  1. Никитин А. Л. Палеогеографические условия поселений человека в голоцене и «древнейшая керамика» // Известия всесоюзного географического общества. — 1980. — Т. 112.
  2. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 Аверин В. А. Мезолит волго-клязьминского междуречья // Автореферат дис.. — М., 2008.
  3. Кравцов А. Е., Сорокин А. Н. Актуальные вопросы Волго-Окского мезолита. — М., 1991.
  4. Карху А. А. Орнитокомплекс памятника Ивановское 7 // Мезолитические и неолитические культуры Верхнего Поволжья (по материалам стоянки Ивановское 7). — М., 2002.
  5. Жилин М. Г. Природная среда и хозяйство мезолитического населения центра и северо-запада лесной зоны Восточной Европы. — М., 2004.
  6. Карпов А. В. Финно-угры и славяне в волго-клязьминском междуречье: эпоха христианизации. // Мир современной науки. — 2014. — № 6(28).

Литература[править | править код]