Голубев, Владимир Степанович

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Владимир Степанович Голубев
Портрет
Дата рождения 28 августа 1891(1891-08-28)
Место рождения
Дата смерти 6 октября 1914(1914-10-06) (23 года)
Место смерти м. Рудник, Холмская губерния
Род деятельности монархист, председатель общества «Двуглавый орёл»
Отец Степан Тимофеевич Голубева
Награды и премии

Орден Святого Георгия IV степени 4-й ст.

Владимир Степанович Голубев (28 августа 1891 года6 октября 1914 года, Рудник) — русский монархист, председатель общества «Двуглавый орёл». Сын церковного историка С. Т. Голубева, брат архиепископа Ермогена (Голубева).

Биография[править | править код]

Родился 28 августа 1891 года. Отцом его был историк церкви С. Т. Голубев. По окончании Первой киевской гимназии, где он учился в одном классе с М. А. Булгаковым[1], Голубев в августе 1910 года поступил на юридический факультет Киевского университета. Там он вместе со студентами П. Вихровым, М. Деконским, Н. Мандровским, Н. Михайловым, Н. Петровым, Л. Кильчевским, Н. Шибаевым, Н. Чоколовым, а также студентами Киевского политехнического института Императора Александра II П. Свиргуновым и И. Сикорским вошел в число учредителей Киевского отдела Всероссийского национального студенческого союза. Также он был членом Союза русского народа.

Помимо того, Голубев вошёл в состав организованного в 1907 году Патриотического общества молодёжи «Двуглавый орёл». Во время председательства там священника Ф. Н. Синькевича он стал секретарём общества. В этот период общество стало одной из самых активных монархических организаций Киева.

Также Голубев являлся издателем газеты «Киев», организовывал монархические и националистические акции. Так, 14 мая 1912 года в ответ на антирусскую выходку поляков во Львове был организован митинг у памятника князю Владимиру, на котором Голубев выступил с речью, после которого группа правых студентов проследовала до памятника императору Александру II на Царской площади, а оттуда далее по Крещатику. Дойдя до здания городской думы, они попытались провести митинг, однако он был разогнан полицией. Во время шествия по Крещатику часть студентов с криками «долой поляков» ворвалась во двор здания, где находилась редакция польской газеты, и забросала редакцию камнями и бутылками с чернилами. После манифестанты направились к редакции либеральной газеты «Киевская мысль» и побили там стёкла, причём оттуда по ним был открыт огонь.

Деятельность общества «Двуглавый орёл» вызывала большой резонанс в прессе. Так, в мае 1912 года сотрудник газеты «Последние новости» И. М. Пугач посетил редакцию газеты «Двуглавый орёл». Беседа сотрудников «Двуглавого орла» с Пугачём перетекла в потасовку, в ходе которой он был сильно избит, что дало прессе повод писать о беззакониях, творимых «Двуглавым орлом». В июне 1912 года Голубев, возмущённый карикатурой, размещённой в газете «Южная копейка», отправился в редакцию газеты для беседы с главным редактором, что привело к тому, что «Голубев встал и вдруг, не говоря ни слова, развернулся и с такой силой ударил г. Ларского по лицу, что тот в первое время от неожиданности не мог опомниться, и только когда Голубев направился к выходу, крикнул, чтобы позвали полицию и задержали Голубева». Череда громких происшествий побудила заняться «Двуглавым орлом» самого губернатора Киева, А. Ф. Гирса. Сперва отойти от работы в обществе вынудили Ф. Н. Синькевича, который 9 июня 1912 года сложил с себя обязанности председателя, передав их Голубеву. Однако вскоре и Голубев отошёл от активной деятельности, бросил учёбу в университете и записавшись в вольноопределяющиеся.

Через год, будучи унтер-офицером из вольноопределяющихся 5-го гренадерского Киевского полка, он восстановился в университет, однако закончить учёбу не успел, так как ещё через год началась Первая мировая война и Голубев ушёл на фронт добровольцем. На войне он проявил себя как сильный лидер, командуя 1-й ротой 130-го пехотного Херсонского полка вместо заболевшего ротного командира, о чём впоследствии вспоминал командир полка В. Гаврилов. 19 августа 1914 года он был ранен в голову под Львовом и был отправлен в Киев на лечение, однако уже 8 сентября выехал на фронт. Высочайшим приказом от 19 мая 1915 года прапорщик Голубев был удостоен ордена Святого Георгия 4-й степени

«За то, что, вызвавшись 5 окт. 1914 г. охотником на разведку левого берега р. Сана, вечером с 8-ю нижними чинами переправился по наведенному мосту через р. Сан и направился вдоль левого берега м. Рудник, с целью пробраться в тыл противнику. Обнаружив около 12 часов ночи наступление противника на Рудник с северо-востока, окопался со своими нижними чинами со стороны правого фланга наступавшего противника, дал несколько залпов с криком "ура" во фланг противнику и затем продолжал обстреливать его частым огнём, заставил его стремительно отступить на свои же пулеметы, открывшие по ним непрерывный огонь, чем и приостановил атаку противника.»

6 октября 1914 года был смертельно ранен в сражении при местечке Рудник близ Кржемова Белгорайского уезда Холмской губернии, и похоронен в деревне Липины-Дольни. Впоследствии его прах был перезахоронен во Флоровском монастыре в Киеве.

Дело Бейлиса[править | править код]

Голубев играл активную роль в так называемом «деле Бейлиса» — расследовании убийства подростка Андрея Ющинского произошедшего 12 марта 1911 года. Голубев и другие черносотенцы обвиняли евреев в ритуальном убийстве Ющинского.

17 апреля Голубев и другие члены СРН провели панихиду на могиле Ющинского и установили крест; на этот же день они назначили еврейский погром, но после обсуждения вопроса с полицмейстером перенесли его на осень — судя по всему, ввиду предстоящего приезда в Киев царя Николая Второго[2]. В тот же день Владимир Голубев обратился к киевскому губернатору с требованием немедленно выселить из Киева до 3000 евреев по указаниям «патриотических» организаций, а получив отказ, явился к первому викарию митрополита киевского епископу Павлу с текстом «челобитной» на высочайшее имя, в которой СРН «всеподданнейше ходатайствовал о выселении из Киева всех евреев, ибо они занимаются исключительно безнравственно-преступными деяниями, не останавливаясь даже перед пролитием крови христианской для своих религиозных надобностей, что и доказывается совершением ими ритуального убийства Андрея Ющинского». Епископ вычеркнул последнюю фразу, заявив, что ритуальный характер убийства не доказан, и в мягкой форме посоветовал оставить идею с петицией[3]

По протекции приезжавшего из Петербурга в Киев вице-директора 1-го уголовного департамента министерства юстиции Александра Лядова Голубев познакомился с прокурором Георгием Чаплинским и с этого момента он оказывал давление на полицейских и следственных чиновников, заставляя их расследовать именно ритуальную версию убийства[4]. Именно Голубев назвал подозреваемым по делу Менделя Бейлиса и настаивал на его виновности. По выражению прокурора Брандорфа, «первым изобрёл виновность Бейлиса» Голубев[4]. Он обследовал местность и выяснил, что усадьба Бернеров, где было найдено тело, примыкает к еврейскому заводу, приказчиком на котором является Бейлис. Голубев сначала устно заявил Чаплинскому, а потом, на двух допросах 5 и 6 мая, формально показал следователю Фененко под протокол, что вблизи пещеры расположена «усадьба некоего жида Зайцева», в которой проживает «его управляющий, какой-то еврейчик Мендель… Лично моё мнение, что убийство, скорей всего, совершено или здесь, или в еврейской больнице. Доказательств, конечно, этому я представить не могу»[5]. По итогам был составлен рапорт Чаплинского министру юстиции Щегловитову: «в бытность в Киеве вице-директора департамента министерства юстиции Лядова к нему явился упомянутый в предыдущем донесении студент Голубев и заявил, что имеет в своём распоряжении существенный материал… Голубев имеет твёрдую уверенность, что Ющинский был убит евреями с ритуальной целью, высказал мнение, что это преступление, скорее всего, было совершено в усадьбе Зайцева, где проживает еврей Мендель…» Рапорт, в свою очередь, был 18 мая доложен царю[6].

20 апреля 1912 года Голубев выступил с речью на собрании, посвящённом памяти мученика младенца Гавриила Белостокского и всех «от жидов умученных», в котором раскритиковал полицию за бездеятельность в раскрытии убийства Ющинского. Кроме того он публиковал в газете «Двуглавый орёл» статьи, посвящённые убийству и ходу дела, содержащие обвинения властей в потворстве евреям: «Жиды, конечно, делали все от них зависящее, чтобы затереть это вопиющее дело. В наличности имеется и подкуп полицейских властей, „загадочная“ смерть многих свидетелей и не менее загадочный пожар завода жида Зайцева, где произошло ритуальное убийство… В данном деле Ющинского ритуальность убийства установлена данными предварительного расследования, как то: судебно-медицинским вскрытием трупа замученного мальчика, … экспертизой всемирно известного психиатра проф. И. А. Сикорского». Впоследствии Голубев выступал официальным свидетелем на процессе, а 28 апреля 1912 года обращался к министру внутренних дел А. А. Макарову с ходатайством о «рассмотрении и прекращении административного полицейского произвола, направленного в угоду жидам».

По итогам процесса Бейлис был оправдан судом присяжных.

Публикации[править | править код]

  • Отрок-мученик. (Замученный жидами ученик Киево-Софийского училища Андрей Ющинский). Киев, 1911.
  • Трехсотлетие великого воспоминания (300-летие избрания на царство Михаила Федоровича Романова). М., 1913.

Примечания[править | править код]

  1. Чудакова М. О. Жизнеописание Михаила Булгакова. — 2-е изд., доп. — М.: Книга, 1988. — С. 25. Архивная копия от 24 сентября 2015 на Wayback Machine
  2. Из письма подполковника Самохвалова начальнику Киевского охранного отделения подполковнику Кулябко: «Глубокоуважаемый Николай Николаевич, докладываю, что у нас все благополучно, Голубев поутих. Решили они отложить своё выступление до отъезда государя из Киева. (…) Но бить жидов, как уже сказано, отложили до осени». Упоминание об обсуждении идеи погрома между Голубевым и полицмейстером содержится в служебной переписке председателя Киевской окружной судебной палаты Чаплинского; как явствует из показаний следователя по особо важным делам киевского окружного суда Фененко следственной комиссии Временного правительства, в мае лидер организации «Двуглавый орёл» Голубев обсуждал ту же идею с вице-директором 1-го департамента Министерства юстиции Лядовым, который также указал на несвоевременность мероприятия ввиду приезда Государя — см. Тагер, 1934, с. 66
  3. Тагер, 1934, с. 65.
  4. 1 2 Тагер, 1934, с. 90.
  5. Тагер, 1934, с. 91.
  6. Тагер, 1934, с. 94.

Литература[править | править код]

Ссылки[править | править код]