Сага об Одде Стреле

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Сага об Одде Стреле
Ǫrvar Odds saga
Миниатюра из «Бестиария Анны Уэльской» XV в. Королевская библиотека Дании.
Миниатюра из «Бестиария Анны Уэльской» XV в. Королевская библиотека Дании.
Жанр сага
Язык оригинала исландский
Дата написания предположительно XII в.

«Сага об Одде Стреле» (исл. Örvar-Odds saga, др.-сканд. Ǫrvar Odds saga) — одна из исландских «саг о древних временах», созданная предположительно в XIII веке.

В саге приводится рассказ о смерти её героя, во многом схожий с летописным рассказом о смерти русского князя Вещего Олега от укуса змеи на могиле его любимого коня.

Одд Стрела и норвежские Руги.

Одд Стрела, ставший впоследствии конунгом Гардарики (Руси), в детстве и юности жил в Берурьодре (Berurjóðr) рядом с Эйкундом. В саге (перевод Т. Ермолаева) Одд в ответ на вопрос жрицы, кто же его воспитал в такой глупости, что он не желает поклоняться верховному богу и вождю асов Одину, утверждает:

«Воспитывал Ингьяльд

меня в моей юности,

что Эйкундом правил

и Ядара хутором»[1]

Поселение Берурьодер (Берглуд), остров Эйкунд (Эйгерёя) и исторический район Ядар (Ярен) находятся в норвежской провинции Ругаланн, в древности населенной народом северных Ругов.

Эгерзунд и остров Эйгерея
Герб комунны Эгерсунд

Эгерсунд — это излучина между островом Эйгерёя (Eigerøy) и материком, которая называлась в древности Эйкундарсунд. Остров Эйгерёя назывался в Средневековье Эйкундом (древнескандинавское: Eikund). Название этого острова свидетельствует о находившихся на нём богатых запасах высококачественного дубового леса, использовавшегося для кораблестроения, так как слово eik — это норвежское слово «дуб». Соответственно Эйкундарсунд в дословном переводе на русский язык — это пролив между дубами[2], что не противоречит мифологическому представлению о Лукоморье, как излучине моря, рядом с которой произрастает великий дуб — ось мира. Эйкунд и Эйкундарсунд являлись одними из старейших географических названий в Норвегии. Их уже можно найти в скандинавской саге Олафа Святого, написанной исландским автором Снорри Стурлассоном в 13 веке. Примерно с 1000 года здесь часто бывал флот Олафа Святого.

Одноимённый город Эгерзунд находится на берегу вышеназванной морской проточины, которая, изгибаясь в форме натянутого лука, пролегает между этим городом и островом Эйгерёя.

Город Эгерсунд считается одним из самых древних на территории Норвегии. Благодаря запасам древесины он имел в Средневековье очень важное значение для кораблестроения. Для средневековых людей он находился в северной стране на краю света. Символом города до сих пор является дубовый лист. На гербе комунны Эгерсунд изображён дубовый лист на зелёном фоне.

Ядар (Jaðarr) на старонорвежском языке означает «окраина» или «граница между пространствами»[3]. Ядар (современный Jæren) это традиционный район норвежской провинции Ругаланн. Примечательно, что согласно саге, записанной Саксоном Грамматиком о битве при Бравалле есть такие строки: «Из области Ядер пришли ‘Од Английский, Альф Много-где-побывавший’, ‘Энар Набухший’’ и ‘Ивар по прозвищу Трувар»[4]. Кроме того, киевская княгиня Ольга именовалась в западноевропейских источниках королевой ругов (regina Rugorum), а первые отправленные на Русь епископы назывались ругийскими.

Следует отметить, что название «племени Ругов» происходит от древнегерманского слова «rugr». Оно означает «те, кто едят рожь» или «те, кто выращивают рожь»[5]. Для русских рожь была главной хлебной культурой, рожью-матушкой. Тоже самое можно сказать и о родственных этрусскам ретах, которые в отличие от римлян употребляли в пищу ржаной хлеб, а по определению Н. Я. Марра, рожь относится к этрусцизмам в русской речи[6].

Поселение Берурьодр, в котором Одд Стрела провел своё детство и юность, в настоящее время называется Берглуд (Berglyd)[7]. Оно тоже находится в Норвежском Ругаланне. Название Берурьодр переводится как «Поляна Медведицы». Медведь издревле являлся олицетворением России и её верховного правителя. Согласно вышеназванной саге духом Одда Стрелы являлся медведь. В ней есть следующие строки: «Поскольку тебе приснился такой свирепый медведь, что вся шерсть у него вздыбилась, и ты подумал, что он потопит корабли, я ясно вижу, что это дух Одда, нашего родича, и он, наверное, на нас сердит.»

О религиозном мировозрении Одда Стрелы.

Согласно саге Одд Стрела не приносил жертвы богам, потому что верил в свои силу и мощь, а его сила была в «в стрелах, гнутом луке и грубых дротах».Существование в средневековой Скандинавии культов, последователи которых верили в то, что они в своей совокупности могут противостоять богам, подтверждается также в легенде об удивительном случае торжества людей над богами-асами, пересказанной Саксоном Грамматиком в его Истории Бальдера.[8] Победа в этой битве богов и людей досталась войску конунга Холугаланда Хельго и его другу Хёдеру, а богам Тору и Одину вместе Бальдером пришлось бежать с поля боя. Примечательно, что именно в норвежском Холугаланде (Hálogaland) родился отец и дед Одда Стрелы. В магическую силу своего оружия верили русы. Поэтому они клялись при заключении договоров с Византией не только богами Перуном и Велесом, но и своим оружием, веря в его магические свойства. При этом в договорах заключённых во время правления Вещего Олега клятва оружием стояла на первом месте перед клятвами Перуну и Велесу или же даже была для русов-язычников единственным способом подтверждения нерушимости соглашения, что говорит об особом значении, которое русы придавали божественной силе своего оружия. Так при заключении русско-византийского договора в 907 году русы клялись оружием своим, Перуном и Велосом, скотьим богом. А в русско-византийском договоре 912 года знатные мужи, посланные Олегом в Константинополь, клялись только своим оружием.[9] В связи с этим можно предположить, что изначально русы не поклонялись Перуну и Велесу, а переняли культы этих божеств от местного населения уже после их переселения из Скандинавии.

Одд Стрела не признавал над собой власти Одина и других богов-асов. Смертный Одда Стрела утверждал о его превосходстве на богами:

«Приходилось асам

мне уступать,

где бы ни вышло

нам встретится.

Гнал я асов пару —

у них сердце в пятки,

как от волка козы,

оол

трусливые, кинулись. Плохо лишь Одина

в друзьях иметь;»

Не поклонялся асам и Кетиль Лосось, дед Одда Стрелы. Сага о Кетиле Лососе проникнута пренебрежением к Одину, сомнением в его силе:

«Храбрость у Лосося,

остёр Драгвендиль,

режет он слово Одина,

словно не было.

Изменил сейчас Бальдра отец,

нельзя верить ему.»

Он также не приносил жертвы Одину и утверждал:

«Одину жертв

я никогда не приносил,

всё же долго прожил.»[10]

В связи с этим есть основания полагать, что Скандинавия с религиозной точки зрения была неоднородна и в ней ко времени образования Руси ещё было много анклавов, население которых исповедывало древние верования, упорно сопротивляясь экспансии культа Одина, Фрейра и Тора, что подтверждается современными историческими исследованиями. Согласно этим исследованиям в Норвегии культ общеиндоевропейского верховного бога, владыки небес, Тюра (Тиу) продержался до 9-10 веков н.э.[11] Поэтому не удивительно, что в русских летописях и фольклоре нет упоминаний скандинавских божеств, но зато там нашли большое распространение слова и имена созвучные с скандинавским словом ярл (др.-сканд. Jarl, производное от *erōn — «тот, кто сражается»), котрое лингвистически связано с племенем герулов. К таким словам относятся: Ярило, яровой, ярый, яркий, Ярополк, Ярослав и.т.д.

Но всё же основания полагать, что у Одда Стрелы, как и у русов, была своя самобытная религия и поклонение оружию -это лишь её элемент. Так согласно Слову о Полке Игореве русскому войску покровительствовало солярное полубожество. Оно названо в этом памятнике русской литературы Даждьбожьем внуком. В оригинале этого произведение оно всегда указывается в единственном числе. О его смертности прямо указывается в тексте Слова о Полку Игореве: „Тогда при Олзе Гориславличи сеяшется и растяшеть усобицами, погибашеть жизнь Даждьбожа внука, в княжих крамолах веци человекомь скратишась.“ Также подтверждаются в тексте и военные функции этого солнечного полубожества: «Уже бо, братие, не веселая година въстала, уже пустыни силу прикрыла. Въстала обида в силах Даждьбожа внука, вступила девою на землю Трояню, въсплескала лебедиными крылы на синем море у Дону.“[12] Особенностью этого полубожества заключалось в том, что его сущность и судьба были тесно связаны с русами, оно давало им жизненные силы, но могло в результате их опрометчивых действий погибнуть. Русы как бы были сами частью этого божества, по крайней мере они считали себя силами Даждьбожьего внука. Поэтому, сопоставляя текст Повести временных лет и Слова о полку Игореве можно прийдти к выводу, что русы, как сила Даждьбожьего внука клялись при заключении первых двух договоров с Византией не только богами Перуном и Велесом, но и прежде всего своим оружием, веря в его магические свойства, связанные с этим солярным полубожеством. О солярной божественности оружия русов свидетельствует и то обстоятельство, что в первых русско-византийских договорах Русь представлена в виде союза «светлых и великих князей, находящихся под рукой Олега», который также называется в договоре 912 года светлым князем. Вероятно, именно солярный культ, очень древний и поэтому являющийся общим для славян и скандинавов, а также многих других народов на территории Евразии, стал платформой не только для объединения различных племён в единое Русское государство, но и развёртывания торговой системы русов, распространившейся от Норвегии до Кавказа и Северного Ирана, где ещё сохранялись верования в солнечные божества, ставшие основой, например, для создания эпоса о персидскои герое Рустаме и его светящемся коне Рахше (перс. رخش ‎ — «свет», «сияние») или образа осетинского героя Урызмага и его коня Арфана (санскр. अर्वन् IAST: arvan — «конь», в Ведах — эпитеты солнца: «быстрый, стремительный, бегущий», некоторые ученые находили соответствие слова арван со славянским Ярилой). Примечательно, что Урызмаг, как Одд Стрела или Вещий Олег, достиг глубокой старости и не погиб в сражениях, поэтому нарты перестали его уважать и пыталась отравить.[13] О наличии определённых слоёв населения, оказывавших поддержку русам во время их завоевательных походов, есть свидетельства в арабской литературе, повествующей о захвате в 943 или 944 году русами в союзе с аланами и лизгинами, считавшими себя сотворёнными солнечным богом Рагь и поклонявшимися каждый год умирающей и воскресающей богине весны Яр, города Бердаа - бывшей столицы Кавказской Албании. Смешанное по национальности и вероисповеданию население этого города раскололось. Сочувствующие русам нашлись среди знати, основная часть городских низов, исповедующих ислам, подчиняться отказалась. А в скандинавской саге об Ингваре Путешественнике сообщается о короле города Гелиополя (Heliópólis-город солнца), по имени Юльв или Йольв (старонорвежский: Jólfr- iór-лошадь + ulf-волк[14]), которому Ингвар Путешественник помог сохранить власть в королевстве во время его похода в Закавказье[15]. Примечательно, что старик по имени Йольв помог Одду Стреле стать конунгом Гардарики, подарив ему магические каменные стрелы, а пришедший из норвежской Хрингарики Хрольв (старонорвежский: Hrólf-славный волк) Пешеход, согласно одноимённой саге, приручил волшебного коня Дульцифала, который не давался в руки хозяину, если тому было суждено поражение в бою, и освободил Гарадарику от иноземных захватчиков.[16] Сочетание таких понятий как король солнечного города, конь и волк неизбежно наводит на ассоциацию с Ярилой, лучезарным всадником на коне, покровительствующим волкам. И если странствующие еврейские купцы радхониты построили свою торговую систему на основе синагог и сплотившихся вокруг них общин, то торговая система русов, которая упоминается в книге Путей и Стран, написанной арабским географом Ибн Хордадебхом не позднее 885/886 года, была организована на основе культовых центров солнцепоклонников и идеология этих культовых центров сохранилась в мифологии о Лукоморье, Яриле и Георгии Вешнем. Функции Даждьбожьего внука перешли после христианизации Руси к Георгию Победоносцу, покровителю армии и земледельцев. По мнению Т. Зуевой, образ святого Георгия, известного в легендах и сказках под именем Егория Храброго, в народной традиции слился с языческим Дажьбогом.[17] В некоторых средневековых источниках Лукоморье связано с именем Георгия Победоносца. Так в Записках о Московских Делах Сигизмунда фон Герберштейна указывается, что с лукоморцами каждый год случается некое дивное и невероятное происшествие, очень похожее на небылицу, а именно, что они умирают 27 ноября, которое у русских посвящено Святому Георгию, и приходят к жизни снова, как морозы следующей весной, обыкновенно 23 апреля.[18] Лукоморьем также называли древнее «Северное царство», где люди впадают в зимнюю спячку, чтобы проснуться к возвращению весеннего Солнца.

При этом образ Святого Георгия выступает в мифологии, связанной с Лукоморьем, не в качестве воина, убивающего змея, а в сущности землепашца, открывающего весенние полевые работы. Этот образ вобрал в себя функции Ярилы, который по мнению ряда учёных являлся некой переходной стадией от человека к постоянно умирающему и воскрешающемуся богу. Само имя святого Георгия восходит к др. -греч. Γεώργιος («Георгиос») — «земледелец» и дословно его имя звучит Земледелец-Победоносец.

Почитание образа Святого Георгия, убивающего змея, возникло на основе культа фракийского всадника. Сами Фракийцы, возможно, называли этого всадника *ierus или *iarus. Его сохранившиеся рельефы и статуэтки относились либо к погребальному культу либо к ритуалам дачи обета. Этот всадник, вооружённый копьём, обычно изображается скачущим слева направо к дереву, обвитому змеем, и его образ был связан с идеей жизни после смерти и целительства.

Элементы культа фракийского всадника присутствуют в легенде о смерти Вещего Олега от укуса змеи, выползшей из черепа его любимого коня. Русское произношение имени Олег возникло, вероятно, от скандинавского имени Хельге (на протошведском — *Hailaga: «святой или светлый», «обладающий, как и фракийский всадник, даром исцеления»). Повесть временных лет сообщает, что смерти Олега предшествовало небесное знамение— появление «звезды великой на западе копейным образом». Фракийский всадник изображался обычно с копьём. Конь и змея практически всегда присутствовали на изображениях фракийского всадника и он в отличие от Георгия Победоносца не обязательно стремился убить змею. С этой точки зрения легенду о смерти Вещего Олега можно рассматривать как один из вариантов развития событий в культе фракийского всадника, когда он избегает или убивает своего коня, чтобы конь его не сбросил, как это сделал конь Пегас с греческим мифическим героем Беллерофонтом, и сам умирает от укуса змеи. Ещё более явственно вырисовываются элементы фракийского всадника, связанного с идеей жизни после смерти, если сопоставить легенду о смерти Вещего Олега с скандинавскими сагами о герое Хельге, который после своей смерти в отличие от других воинов не остается в Вальхалле, а воскресает. О воскресении Хельге повествуют Вторая Песнь о Хельге убийце Хундинга[19] и Песнь о Хельге, сыне Хьёрварда[20]. Эти элементы также присутствуют в скандинавской саге об Одде Стреле из Норвежского Ругаланна. Он умер от укуса змеи, вылезшей из черепа его коня Факси, которого он убил, чтобы тот, согласно пророчеству вёльвы, не стал причиной его смерти. Несмотря на то, что обычно Одд пользовался луком, он, согласно саге, прикоснулся к черепу умершего коня своим копьем. Кроме того, утверждение Вёльвы о том, что Одд Стрела должен был принять смерть от коня по имени Факси (древнескандинавское Faxi: грива), «серой масти, только грива другая, из черепа которого, должен был вылезти блестящий змей, исполненный яда», находится в некоторой смысловой связи с описанием коня скандинавского бога дневного света Дагра. У Дагра был белый конь по имени Скинфакси (древнескандинавское Skinfaxi: сияющая грива).[21] Сияние гривы этого коня освещало в дневное время небо и землю. Возможно, что образ Одда Стрелы также связан со смертным скандинавским божеством Одом (от исл. Óðr — неистовство, безудержная ярость[22]), являвшимся мужем богини плодородия Фрейи и отождествлённым некоторыми учёными с скандинавским солярным полубожеством Свипдагом (старонорвежский Svipdagr: внезапный день)[23]. Согласно скандинавской мифологии Од много странствует и ожидающая его Фрейя проливает слезы, которые обращаются красным золотом. Происходящая из рода Ванов, богиня Фрейя ищет Ода «среди чужестранных народов», называясь другими именами.[24] Одд Стрела также является странствующим героем. Его поэтому ещё называли «много где побывавшим», а согласно пророчеству Вёльвы он должен был прожить три сотни зим, путешествовать из страны в страну и его путь должен пройти по всему миру. Одд Стрела даже согласился принять христианство лишь с условием, что ему будет позволено "бродить из страны в страну и жить то с язычниками, то с христианами". Поэтому не исключено, что сага о странствующем Одде Стреле, убившем своего коня, и миф об Оде, странствующем смертном муже богини плодородия Фрейи, являются частями древней и широко распространённой на евразийском континенте легенды, ставшей основой для возникновения образа фракийского всадника, а в последствии и Георгия Победоносца.

Публикации[править | править код]

  • Ǫrvar-Odds saga. Лейден, E.J.Brill, 1888, 218 c.
  • Örvar-Odds saga//Fornaldar Sögur Nordurlanða, Рейкьявик, Íslendingasagnaútgáfan, 1954, т. 2, стр. 199—363.
  • Сокровище Нифлунгов: Предания народов Средневековой Европы / Пер. Е. Балобановой, О. Петерсон. — М.: Аргус, 1996. — С. 146—193. — (Предания седых веков). — ISBN 5-85549-131-5.

Литература[править | править код]

  • Jónas Kristjánsson. Eddas and Sagas. Рейкьявик, Hið íslenska bókmenntafélag, 1997, стр. 356—358.

Примечания[править | править код]

  1. Сага об Одде Стреле (перевод Т. Ермолаева). Дата обращения: 7 февраля 2022. Архивировано 7 февраля 2022 года.
  2. Eigersund kommune. Дата обращения: 6 февраля 2022. Архивировано 8 марта 2022 года.
  3. Jæren, from Wikipedia, the free encyclopedia. Дата обращения: 7 февраля 2022. Архивировано 23 марта 2022 года.
  4. Саксон Грамматик, фрагмент перевода «Деяний данов», битва при Бравалле. Дата обращения: 8 февраля 2022. Архивировано 3 ноября 2018 года.
  5. Andersson, Thomas. Reallexikon der germanischen Altertumskunde . (2003). Дата обращения: 4 июня 2022. Архивировано 18 июня 2022 года.
  6. академик Николай Севастьянович Державин. Происхождение русского народа. Великорусского, украинского, белорусского (Москва 1944). Дата обращения: 4 июня 2022. Архивировано 18 мая 2021 года.
  7. Berglyd, wikipedia.org. Дата обращения: 7 февраля 2022. Архивировано 26 октября 2015 года.
  8. Саксон Грамматик, История Бальдера, Фрагмент перевода «Деяний данов»..
  9. Повесть временных лет, перевод Д. С. Лихачева. Дата обращения: 15 июля 2022. Архивировано 7 июля 2022 года.
  10. Сага о Кетиле Лососе. Дата обращения: 15 июля 2022. Архивировано 15 июля 2022 года.
  11. Tyr, Wikipedia. Дата обращения: 15 июля 2022. Архивировано 15 июня 2022 года.
  12. СЛОВО О ПЪЛКУ ИГОРЕВЕ, ИГОРЯ СЫНА СВЯТЪСЛАВЛЯ, ВНУКА ОЛЬГОВА Древнерусский оригинал "Слова" (по изданию 1800 г.) воспроизводится в исправленном виде; все необходимые поправки внесены в текст. Орфография максимально приближена к современной. Дата обращения: 15 июля 2022. Архивировано 5 июля 2022 года.
  13. Сюжет об убиении стариков в осетинском фольклоре. Дата обращения: 15 июля 2022. Архивировано 9 июля 2022 года.
  14. Толкователь скандинавских имён. Дата обращения: 19 июля 2022. Архивировано 24 сентября 2021 года.
  15. Древняя Русь в зарубежных источниках. Дата обращения: 19 июля 2022. Архивировано 13 июля 2021 года.
  16. Сага о Хрольве Пешеходе. Дата обращения: 22 июля 2022. Архивировано 22 июля 2022 года.
  17. Зуева Т. В. Древнеславянская версия сказки «Чудесные дети» Архивная копия от 19 июня 2018 на Wayback Machine // Русская речь, 3/2000 — С. 95 (недоступная ссылка). Дата обращения: 15 июля 2022. Архивировано 19 июня 2018 года.
  18. von Herberstein, Sigismund (1549). "De Tartaris". Notes on Muscovite Affairs. "...quas populi Grustintzi & Serponovutzi mercantur, Hi a castro Serponovu Lucomoryae ultra Obi fluvium in montibus sitae nomen habent. Lucomoryae autem hominibus mirabile quiddam ac incredibile, & fabulae persimile aiunt accidere, quos in singulos annos, nempe XXVII die Novembris, quae apud Ruthenos Sancto Georgio sacra est, mori aiunt: ac vere in sequenti, maxime ad XXIIII Aprilis, ranarum instar, denuo reviviscere. ... Cossin fluvius ex montibus Lucomoryae delabitur. in huius ostiis Cossin castrum est, quod olim Knes Vuentza, nunc vero illius filii possident. Eo a Cossin magni fluvii fontibus, est iter duorum mensium. Porro ex eiusdem fluvii fontibus alter fluvius Cassima oritur, emensaque Lucomorya in magnum fluvium Tachnin influit: ultra quem prodigiosae formae homines habitare dicuntur, quorum alii ferarum more, toto corpore pilis horrent: alii caninis capitibus, alii prorsus sine collo pectus pro capite habent, longasque sine pedibus manus.".
  19. Вторая Песнь о Хельге убийце Хундинга. Дата обращения: 26 июня 2022. Архивировано 3 октября 2019 года.
  20. Песнь о Хельге, сыне Хьёрварда. Дата обращения: 26 июня 2022. Архивировано 25 июня 2022 года.
  21. Скинфакси и Хримфакси. Дата обращения: 26 июня 2022. Архивировано 15 мая 2022 года.
  22. Од (мифология), Wikipedia. Дата обращения: 17 июля 2022. Архивировано 15 декабря 2021 года.
  23. Svipdagr. Дата обращения: 26 июня 2022. Архивировано 26 января 2022 года.
  24. Фрейя и Од.

Ссылки[править | править код]