Осетино-ингушский конфликт
Материал из Википедии — свободной энциклопедии
| Осетино-ингушский конфликт | |||||||||
|---|---|---|---|---|---|---|---|---|---|
 Пригородный район на карте Северной Осетии. Красным цветом выделен город Владикавказ. |
|||||||||
|
|||||||||
| Противники | |||||||||
 Северная Осетия |
 Ингушетия |
||||||||
| Военные потери | |||||||||
| не более 600 убито не более 900 ранено |
не более 600 убито не более 900 ранено |
||||||||
| Войны Постсоветского пространства |
|---|
| Нагорный Карабах — Южная Осетия (1) — Абхазия — Грузия — Северная Осетия — Приднестровье — Таджикистан — Чечня (1) — Чечня (2) — Южная Осетия (2) |
Осети́но-ингу́шский конфли́кт — этно-политический конфликт на территории Пригородного района Северной Осетии, приведший к вооружённым столкновениям 31 октября — 4 ноября 1992 года, многочисленным жертвам со стороны осетинского и ингушского населения. До сих пор (2009) не урегулирован.
Содержание |
[править] История
С 1922 года часть современного Пригородного района к востоку от Владикавказа была в составе Ингушской автономной области, а с 15 января 1934 года — Чечено-Ингушской АССР (ЧИАССР).
7 марта 1944 года, после депортации чеченцев и ингушей в Казахстан и Сибирь, район был передан Северо-Осетинской АССР и заселён осетинами (в том числе из внутренних районов Грузии).
24 ноября 1956 году президиум ЦК КПСС принял постановление о восстановлении национальной автономии чеченского и ингушского народов, но Пригородный район остался в составе Северной Осетии. В качестве компенсации в состав ЧИАССР были включены три района Ставропольского края — Наурский, Шелковской и Каргалинский, которые ныне принадлежат Чечне.
В 1963 году руководство Северной Осетии частично изменило границы района, исключив из него часть посёлков с ингушским населением и присоединив территории на левом берегу Терека (ныне бо́льшая часть района к западу от Владикавказа, бывший Орджоникидзевский район). Тогда же ингуши впервые поставили вопрос о возвращении территории, но получили отказ.
[править] Вооружённый конфликт
26 апреля 1991 года Верховный совет РСФСР принял закон «О реабилитации репрессированных народов» (http://www.hro.org/docs/rlex/repress/910426.php), предусматривавший, среди прочего, территориальную реабилитацию ингушей.
4 июня 1992 года Верховный совет РФ принял закон «Об образовании Ингушской республики в составе РФ» без демаркации границ (границы до сих пор не определены).
24 октября 1992 года в столице Ингушетии Назрани объединенная сессия трех райсоветов Ингушетии и депутатской группы Пригородного района Северной Осетии "выражая волю ингушского народа и в целях защиты своих родственников, проживающих в Северной Осетии" приняла противоречащее законодательству России решение "объединить добровольцев в отряды самообороны и организовать их дежурство во всех населенных пунктах Пригородного района Северной Осетии, где проживают ингуши. Дежурство отрядов осуществлять до передачи под юрисдикцию Ингушской Республики всех отторгнутых сталинским режимом земель". Это постановление возлагало руководство отрядами на отделы внутренних дел трех районов Ингушетии; для обеспечения безопасности добровольцам и ингушам, проживающим в Пригородном районе, разрешалось "использование личного огнестрельного и другого оружия...".
В ответ ВС Северной Осетии обратился с ультимативным требованием о разоружении ингушских отрядов и разблокировании всех населенных пунктов, угрожая в противном случае провести боевую операцию с использованием республиканской гвардии и отрядов народного ополчения.
26 октября 1992 года после ряда обсуждений Президиум ВС России предложил смешанной комиссии с участием осетинских и ингушских представителей подготовить проект решения спорных ингушско‑осетинских вопросов.
В ночь с 30 на 31 октября 1992 года в селах Дачное, Октябрьское, Камбилеевское, Куртат произошли столкновения между осетинскими и ингушскими вооруженными формированиями. 31 октября вооруженные отряды, вошедшие на территорию Пригородного района из Ингушетии, у села Чермен разоружили пост внутренних войск МВД РФ, напали на пост ГАИ и поселковое отделение милиции. В течение нескольких дней после этого в Пригородном районе РСО, в г.Владикавказе и прилегающих поселках произошли вооруженные столкновения, в которых участвовали осетинские и ингушские вооруженные формирования (в том числе — пришедшие сюда из Ингушетии), а затем — подразделения Российской армии и внутренних войск МВД РФ.
1 ноября президент России Борис Ельцин ввёл в зону конфликта войска. В Северной Осетии и в Ингушетии была создана временная администрация. За время столкновений (по 4 ноября) с обеих сторон погибло до 600 человек, свыше 900 было ранено. Почти всё ингушское население Пригородного района было вынуждено покинуть свои дома и бежать от боевых действий, развязанных осетинскими добровольческими отрядами, и последствий этих боевых действий, в соседнюю Ингушетию.
[править] Ситуация после конфликта
За период после конфликта стороны неоднократно подписывали соглашения о преодолении его последствий. Последнее из них было подписано после избрания Мурата Зязикова президентом Ингушетии в 2002 году. Подписанные соглашения, однако, не устранили всех имеющихся проблем. Ингуши требуют возвращения беженцев в Пригородный район и исполнения федеральных законов «О реабилитации репрессированных народов» и «Об образовании Ингушской республики». Ингушская сторона убеждена, что Северная Осетия затягивает процесс возвращения переселенцев, а в Северной Осетии считают, что ингуши завышают число беженцев, и указывают на то, что в Пригородном районе до сих пор нет необходимого морально-психологического климата для совместного проживания представителей двух народов.
Часть беженцев удалось вернуть, однако в некоторых сёлах возвращению ингушей яростно сопротивляются местные жители — осетины. Ситуацию осложняет продолжающийся конфликт между Грузией и Южной Осетией, в результате которого сама Северная Осетия тоже была вынуждена размещать у себя беженцев-осетин из Южной Осетии.
[править] 2004—2005
7 октября 2004 года президент Владимир Путин подписал указ «О мерах по совершенствованию деятельности государственных органов по развитию отношений между Республикой Северная Осетия-Алания и Республикой Ингушетия», согласно которому была упразднена должность специального представителя президента России по вопросам урегулирования осетино-ингушского конфликта и его аппарат. Обязанности по решению проблем беженцев были возложены на полномочное представительство президента РФ в Южном федеральном округе.
В 2005 году проблема урегулирования осетино-ингушского конфликта приобрела особую актуальность. В соответствии с законом о местном самоуправлении, субъекты федерации должны были до 31 марта закончить и законодательно закрепить разграничение муниципальных образований. Ингушетия оказалась единственным регионом России, где не определены административные границы республики, так как Народное собрание Ингушетии отказалось обсуждать закон «О муниципальных образованиях Республики Ингушетия». По мнению депутатов, границы муниципальных образований Ингушетии должны быть обозначены с учётом ранее входивших в её состав территорий, согласно «Закону о реабилитации репрессированных народов», который предполагает возвращение этим народам отторгнутых у них ранее земель. Однако указанный закон вступает в противоречие с российским законодательством, согласно которому границы между субъектами Федерации могут быть изменены только с их взаимного согласия. Народное собрание Ингушетии полагает, что сначала нужно вернуть республике «спорные территории», а уже потом определять границы муниципалитетов.
В марте 2005 года депутаты Госдумы и сенаторы от Ингушетии обратились к президенту Путину с просьбой помочь в определении границ республики с Северной Осетией и Чечнёй. Аналогичное обращение было направлено тогдашнему полномочному представителю президента РФ в Южном федеральном округе Дмитрию Козаку, которому предлагалось, в частности, обратить внимание на «возвращение в состав республики Пригородного района».
В апреле 2005 Дмитрий Козак предложил президентам Северной Осетии и Ингушетии Александру Дзасохову и Мурату Зязикову подписать подготовленный под его руководством и при помощи Федеральной миграционной службы, Министерства юстиции и Госстроя план «Первоочередные совместные действия по урегулированию осетино-ингушского конфликта октября — ноября 1992 года». В документе подробно расписаны сроки возвращения беженцев и места для их расселения, указаны ответственные за процесс ведомства, а также определён механизм решения территориальных споров между республиками в Конституционном суде России.
Дзасохов, однако, отказался его подписать, заявив, что документ не имеет финансовой базы и может спровоцировать в республике новый виток напряжённости. При этом он также признал, что активизация процесса по возвращению ингушских беженцев после бесланской трагедии может быть неправильно понята жителями республики, так и не получившими извинений от ингушских семей, чьи представители оказались в группе террористов, захвативших школу в Беслане.
Существует мнение, что именно отказ Александра Дзасохова подписать этот документ стал причиной его последующей отставки, которая произошла 31 мая 2005 года.
На бывшего президента Ингушетии Мурата Зязикова, со своей стороны, оказывало давление ингушское общественное движение «Ахки-Юрт», требующее вернуть Пригородный район.
Существуют различные мнения в отношении количества ингушских беженцев, остающихся пока за пределами Северной Осетии. Максимальное число, которое называется, — 20 тысяч [1]. Как заявлял в интервью газете «Коммерсант» от 8 апреля 2005 Александр Дзасохов, Федеральная миграционная служба на тот момент располагала зарегистрированными заявлениями от 10 816 беженцев. В то же время, по его словам, число ингушей, проживавших в Северной Осетии по состоянию на начало 2005 года, уже превосходило общее число ингушей, живших здесь к моменту конфликта 1992 года.
9 августа 2005 года парламент Северной Осетии оспорил в Конституционном суде РФ пункты закона «О реабилитации репрессированных народов», касающиеся территориальных вопросов, но этот запрос пока не принят к рассмотрению Конституционным судом.
[править] 2006
8 февраля на совещании у полпреда президента РФ в Южном федеральном округе Дмитрия Козака был принят план мероприятий по ликвидации последствий осетино-ингушского конфликта. Оказалось, однако, что этот план возвращения ингушских беженцев устраивал лишь осетинскую сторону. Народное собрание Ингушетии отвергло его, поскольку, по мнению депутатов, предложенный вариант урегулирования грубо нарушает конституционные права ингушей — вместо возвращения в свои дома, ингушским беженцам предлагают обустраиваться на новых землях, причём это переселение может затянуться на годы.
В связи с этим депутаты ингушского парламента направили Владимиру Путину обращение, в котором указывают на проосетинскую позицию, занятую полпредом.
Как заявляет осетинская сторона, Северная Осетия согласна на возвращение беженцев, но из чуть более 7 тыс. лиц, которые, по данным Федеральной миграционной службы, имеют такой статус (по ингушским данным, их почти вдвое больше), у 4 тыс. отсутствуют документы на жильё на территории Северной Осетии, а ещё 1200 человек не определились, хотят ли они возвращаться. Около 1100 беженцев проживали в зоне, которая в недавнее время была объявлена «водоохранной» и закрытой для проживания кого бы то ни было, а также в населённых пунктах, уже «открытых» для возвращения беженцев. По словам осетинской стороны, тем беженцам, кто проживал в водоохранной зоне, предложено переехать в другие населённые пункты, но этому препятствуют «деструктивные силы».
Ещё одна серьёзная проблема состоит в том, что в части покинутых ингушами домов живут беженцы из Грузии, Чечни и Средней Азии, и североосетинские власти опасаются, что их выселение создаст ещё один источник напряжённости. В качестве альтернативы сейчас ведётся строительство специального посёлка Новый для расселения семей беженцев.
В августе 2006 года руководитель Национального антитеррористического комитета Николай Патрушев на совещании глав субъектов ЮФО, которые одновременно являются руководителями антитеррористических комиссий в своих регионах, заявил, что «успешные контртеррористические операции в Чечне послужили толчком для переноса террористической деятельности в сопредельные с Чечнёй регионы». Участились теракты в Ингушетии и Северной Осетии, население которых усиленно вооружается. Возросло количество преступлений, связанных с незаконным оборотом оружия. Вновь обострились отношения между Ингушетией и Северной Осетией. Летом 2006 года в населённых пунктах на административной границе между республиками была совершена целая серия убийств и взрывов.
