Адмирал Нахимов (пароход)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Координаты: 44°36′15″ с. ш. 37°52′35″ в. д. / 44.60417° с. ш. 37.87639° в. д. / 44.60417; 37.87639 (G) (O)

«Адмирал Нахимов»
SS Berlin III (1925-1949)
Флаг Веймарская республикаFlag of Germany (3-2 aspect ratio).svg Веймарская республика
Третий рейхFlag of German Reich (1935–1945).svg Третий рейх
СССРFlag of the Soviet Union.svg СССР
Класс и тип судна Пассажирское судно класса Регистр СССР
Порт приписки Бремен, Одесса
Номер ИМО 5002986
Позывной UKDD
Оператор Северогерманский Ллойд
Черноморское морское пароходство
Изготовитель Bremer Vulkan
Спущен на воду 25 марта 1925
Введён в эксплуатацию 17 сентября 1925
Выведен из состава флота 31 августа 1986
Статус затонул
Основные характеристики
Водоизмещение 23 500 мт
Длина 174,30 м
Ширина 21,02 м
Высота 11,81 м
Осадка 9,00 м
Двигатели Паровая машина
Движитель 2 винта
Скорость хода 16 узлов
Экипаж 276 чел.
Пассажировместимость 1 500 чел.
Регистровый тоннаж 4142 м?
Commons-logo.svg Изображения на Викискладе

«Адмирал Нахимов» — советский пассажирский пароход. В течение 29 лет совершал круизные рейсы по Крымско-Кавказской линии.

31 августа 1986 года в 23 часа 20 минут потерпел крушение в 15 км от Новороссийска и 4 км от берега. Погибло 423 из 1234 человек.[1]

История парохода[править | править исходный текст]

Пароход «Адмирал Нахимов» (порт приписки Одесса, СССР) был построен в 1925 году в Германии. Предыдущее название судна — «Берлин» («Berlin», III) (порт приписки Бремен, Германия, судовладелец — компания Norddeutscher Lloyd). До 1939 года «Берлин» совершал регулярные рейсы через Атлантику, между портами Бремерхафен и Нью-Йорк.

По комфорту «Берлин» конкурировал с превосходными английскими атлантическими лайнерами, хотя его 12 тыс. л.с. и ход 16,5 узлов никак не могли претендовать на «Голубую ленту Атлантики». Судно ежегодно совершало по 12 рейсов. Компания «Norddeutscher Lloyd» придерживалась принципа: путешествие на судне, даже в третьем классе, должно быть удобным и приятным.

«Берлин», 1920-е годы

«Берлин» участвовал в спасательной операции, когда 13 ноября 1928 года неподалёку от Нью-Йорка затонул английский пассажирский пароход «Вестрис». Тогда на борт «Берлина» было поднято 23 человека.

Переоборудование и модернизация пассажирских помещений была проведена на судне в 1932 году.

Последний линейный рейс «Берлин» совершил летом 1938 года. Трансатлантические переходы стали невыгодными, и с этого времени пароход «Берлин» стал использоваться как круизное судно в рейсах на Шпицберген, или в Средиземное море.

15 июля 1939 года на судно пришёл секретный приказ командования военно-морских сил следовать в Восточную гавань Свинемюнде, для доставки в Мемель (ныне Клайпеда) подразделения «трудовой армии».

После этого, 12 сентября 1939 года «Берлин» взял курс на Данциг, чтобы там использоваться по новому назначению. Всю Вторую мировую войну, до 31 января 1945 года пароход прошел в качестве госпитального судна.

В январе 1945 года пароход «Берлин» под большой охраной подошёл к Либаве (ныне Лиепая) для эвакуации части войск из окружённой немецкой курляндской группировки. Приняв на рейде войска, судно двинулось под усиленным конвоем в путь. Однако подстерегавшие судно советские торпедные катера атаковали пароход. «Берлин» получил торпедную пробоину в носовую часть с левого борта. С дифферентом на нос судно всё же продолжило движение, постоянно передавая в эфир сигнал бедствия — SOS.

На траверзе порта Свинемюнде, в Померанской (ныне — Поморской) бухте «Берлин», подорвавшись на собственном минном поле, получил пробоину 6×8 м и затонул на глубине 18 метров, по палубу B.

Рассказывает водолаз Н. М. Тюриков, очевидец событий:

Пробоины в корпусе были большими, с рваными, искореженными краями. Перед тем, как снять шаблоны с пробоин, нам, водолазам, пришлось обрезать неровности подводной электросваркой. Швов клепаных разошедшихся нигде не было. Корпус был очень крепким, набор корпуса был крепким и хорошим… …Генеральная откачка была в декабре 1946 года, после подъема мы должны были вести его в Англию, в Ливерпуль, в его доке произвести корпусные работы, то есть заделать пробоины основательно и после снова в Германию, за счёт репарации отремонтировать его как следует, что и было сделано впоследствии.

При попытке судоподъёма в начале 1947 года снова произошёл взрыв, и судно опять погрузилось на дно, придавив водолаза Тимофея Старченко, который по счастливой случайности оказался в донном углублении. Водолаза спасли его товарищи.

Вторично судоподъём был осуществлен 17 сентября 1947 года, после чего пароход получил новое название — «Адмирал Нахимов» и позже был отведен в док Кронштадтского завода для частичного ремонта, проведения освидетельствования и составления «Технического проекта восстановительных работ». С 1949 по 1957 год п/х «Адмирал Нахимов» проходил капитально-восстановительный ремонт в ГДР.

С 1957 года в составе пассажирского флота СССР, судовладелец — Черноморское морское пароходство. Первый капитан под советским флагом — Николай Антонович Соболев.

О первых впечатлениях рассказывает Н. А. Соболев:

Один из первых рейсов «Адмирала Нахимова» в 1957 году. Ялта.

…Прежде чем подняться на борт, я прошёл по причалу вдоль судна, внимательно рассматривая его корпус. Типичная архитектура постройки судов середины 20-х годов текущего столетия: прямой форштевень, круглая корма. Судно производило впечатление крепкого сооружения с большим запасом прочности. Тысячи заклепок усеивали обшивку корпуса. Дойдя до кормы, я обратил внимание на шкалу углублений, нанесенных в футах на ахтерштевне. Уровень воды покрывал отметку 27,5 футов (8,38 м). Это была осадка кормы. Я возвратился к форштевню, чтобы вновь проверить замеченную ранее осадку носа 24 фута (7,32 м). Дифферент три с половиной фута? Очевидно, это при порожнем положении судна. «Запасы на исходе, поскольку был дальний переход», — подумал я. Однако возникло серьёзное сомнение в возможности захода в мелководные порты Крыма и Кавказа с такой, а может, и большей осадкой… Подняться на судно можно было лишь по единственному узкому парадному трапу, укреплённому на кронштейнах на палубе «С» из открывавшейся амбразуры 3-го класса… Из вестибюля 3-го класса трапы вывели меня на полузакрытую носовую палубу «B», а затем на открытую палубу «А». Я оказался у трюма № 3 с колоннами, вооружёнными десятитонными стрелами и старыми паровыми лебёдками… На прогулочной палубе я был приятно поражён размерами, особенно шириной закрытой веранды, на которой свободно могли разойтись две движущиеся «Волги». Апартаменты капитана располагались на шлюпочной палубе. Тут же были и штурманская и рулевая рубка, радиостанция и каюта начальника радиостанции…

Судно готовилось к приёму пассажиров в первый рейс по Крымско-Кавказской линии. В день отхода собрали весь экипаж. Я напомнил о сложности судна, недостаточной изученности его экипажем и той ответственности за него и находящихся на борту пассажиров, которая ложится на команду. От упущения одного члена экипажа могут пострадать все!..

Отход из Одессы был назначен на 2 часа. Посадка пассажиров началась в 20 часов. Снаружи и внутри судно сияло огнями. Вступившие на борт пассажиры были радушно встречены обслуживающим составом. Их поражало дорогое убранство: стены вестибюлей, кают, салонов, ресторанов отделаны различными ценными породами дерева, отражавшими всё, словно в зеркале; трапы сверкали витиеватыми украшениями и бронзированными поручнями, на стенах красовались роскошные канделябры. Палубы были устланы добротным ковровым покрытием, причём каждая палуба имела свой отличительный цвет. В салонах висели дорогие картины на морскую тематику, стены музыкального салона украшали бронзовые барельефы русских флотоводцев. Пассажир, входивший в салон, чувствовал, точно он попадал во дворец или музей. Работали рестораны, бары, кинотеатр, парикмахерские, библиотека. Негромко раздавалась мелодичная музыка, временами прерывавшаяся для информации. На пароходе царила торжественная праздничная обстановка. Разместившиеся по каютам пассажиры выходили и с любопытством рассматривали судно…

Шлюпочная палуба «Адмирала Нахимова» в 1957 году. Вентиляционная труба затянута сеткой
Прогулочная палуба «Адмирала Нахимова» в 1957 году. Видна мачта

В первом же рейсе капитану Соболеву посыпались жалобы на плохую вентиляцию, духоту, отсутствие притока свежего воздуха. Пожарные заслонки постоянно падали, перекрывая вентиляцию. В каюты же 3-го класса воздух вообще не поступал. Лишь спустя некоторое время удалось обнаружить, что воздух в эти каюты просто был не подведён. Задыхающиеся пассажиры раскрывали настежь иллюминаторы, в результате чего при малейшем крене или колебании моря вода захлёстывала иллюминатор и попадала в каюту. Быстро решить проблему вентиляции нижних палуб не удалось, и экипаж ограничивался полумерами — создавали по судну сквозняки.

Первое время эксплуатации на Крымско-Кавказской линии существовало множество проблем: большая осадка судна не позволяла принимать «Адмирал Нахимов» в мелководных портах прямо к причалу, поэтому приходилось производить посадку и высадку пассажиров на рейде и с помощью катеров доставлять на берег. Существовала проблема пополнения пресной водой, отсутствие буксиров и тяжёлая маневренность судна.

Однако, спустя некоторое время, стараниями капитана Н. А. Соболева многие из перечисленных проблем были решены. В первую очередь решился вопрос с вентиляцией в каюты 3-го класса на палубе «Е». По прибытии судна после первого рейса в Одессу бригада жестянщиков с завода № 2 изготовила из оцинкованной жести новые каналы и рукава и смонтировала их в коридорах и каютах; судовые электромеханики установили вентиляторы. К концу третьего рейса оборудование вентиляции в каютах 3-го класса на палубе «Е» было завершено. По словам капитана Н. А. Соболева, в дальнейшие 2 года система вентиляции на судне модернизировалась, а через 10 лет труда судно было полностью кондиционировано и стало отвечать всем современным требованиям.

В течение всего времени эксплуатации на судне постоянно проводились учебные пожарные и шлюпочные тревоги.

Широкая реклама и безупречная репутация обеспечивали пароходу «Адмирал Нахимов» стабильный пассажиропоток каждый год. Более того, экипаж парохода в одном из рейсов выступил с инициативой проведения 3-4 часовых морских прогулок во время дневных стоянок судна в порту во время круиза. Впоследствии морские прогулки стали массовым явлением и оказались очень популярными среди местного населения. Экипаж проводил морские прогулки в каждом порту, и пароход постоянно имел полную загрузку. Имя парохода «Адмирал Нахимов» становилось известно во многих городах Советского Союза, часто упоминалось на страницах местных газет.

С лета 1960 года постоянным фрахтователем парохода на время навигации и круизных рейсов по Крымско-Кавказской линии стал Украинский республиканский совет по туризму и экскурсиям. За одну только навигацию 1960 года экипаж судна получил сотни благодарностей. Руководство Черноморского пароходства, отмечая трудовую деятельность молодёжного коллектива парохода «Адмирал Нахимов», присвоило ему почётное в те времена звание «Экипаж коммунистического труда». В 1962 году одесский режиссёр Ковальчук снял телефильм, героями которого были члены небольшой семьи, решившие провести свой отпуск на пассажирском лайнере «Адмирал Нахимов». Фильм вышел под названием «15 дней одного года» (http://watercraft.pro/korabli/istoricheski-znamenitye-lainery/rossiiskii-titanik.html). Фильм обошёл экраны страны, вызвал большой интерес к морским путешествиям и способствовал пропаганде нового вида отдыха.

В 1962 году, во время Карибского кризиса, «Адмирал Нахимов» был привлечён для перевозки солдат на Кубу. Рассказывает Н. А. Соболев:

…Палубы быстро заполнились молодыми людьми, примерно одного возраста, одетыми в одинаковые синие брюки и разных цветов рубашки с короткими рукавами. Нетрудно было представить постороннему наблюдателю, кого перевозит «Адмирал Нахимов»… Судно готовилось к съёмке с якоря. Фельдсвязь доставила два пакета. Один надлежало вскрыть на траверзе маяка Херсонес (пароход уходил из порта Севастополь) — в нём будет указана дата вскрытия второго. Для оформления прохода через Босфор контр-адмирал Харламов сообщил легенду: «Судно следует в Гвинейский залив для смены рыбаков, производящих лов рыбы у юго-западных берегов Африки, порт назначения будет сообщен по радио, — и добавил: — Слушать радио; при проходе пролива на палубах сосредоточить больше женщин; проливом следовать без лоцмана»… На траверзе маяка Херсонес вскрыли первый пакет, извещавший: направление на Кубу, вход в пролив Босфор в 12 часов, следовать без лоцмана, второй пакет вскрыть при выходе в океан… Утром следующего дня подошли на радиолокационную видимость пролива. Запас времени позволял провести тщательную проверку готовности судна ко входу в пролив… Ровно в 12 часов мы в Босфоре. Следуем малым ходом, а к месту карантинных формальностей идём с закрытым маневренным клапаном, на самом малом ходу. Ожидать пришлось недолго. Катер с карантинным врачом и таможенным чиновником подошел к нашему правому борту, и по парадному трапу спустился на него старший помощник В. А. Вогнистый с папкой судовых документов… Валентин Антонович в совершенстве владел английским языком и охотно отвечал на все вопросы, а когда дошло до порта назначения, он подробно рассказал легенду. Без смущения чиновник заполнял бланк. В графе «порт назначения» предложил записать «Конакри». По окончании формальностей чиновник просил передать капитану, что пароход «Адмирал Нахимов» идёт на Кубу и добавил: «Сегодня об этом передало ваше ТАСС».

Эта загадка позже нашла свое разрешение на страницах газеты «Правда»: «Сегодня пароход „Адмирал Нахимов“ снялся на Кубу с сельскохозяйственными рабочими».

Продолжает рассказ капитан Н. А. Соболев:

С рассветом появился первый американский самолет-разведчик. Через час начались провокационные облёты нашего судна. С небольшими интервалами появлялись американские самолёты, пролетая низко над судном, чуть не задевая мачты, временами имитируя атаку, чтобы навести страх на экипаж и пассажиров. Мы наблюдали всё это, но ничего противопоставить не могли.

В Багамском проливе встретились с новой провокацией. На пути нашего следования, в стесненной для маневрирования обстановке, лежал в дрейфе американский эсминец поперёк нашего курса, по отношению к нам левым бортом. Пеленг на его корму не менялся. Мы отвернули вправо с расчётом пройти по корме в близком расстоянии. Очевидно, на эсминце заметили наш маневр, и он сместился назад, вновь оказавшись на нашем курсе. Маневр явно провокационный. Через призму пеленгатора я внимательно наблюдал за ним с левого крыла мостика. Расстояние сокращалось. Пеленг на эсминец соответствовал нашему курсу. Дали пять коротких гудков с целью обратить его внимание, предупредили машину стоять на реверсах. Эсминец лежал без движения, никаких сигналов не держал. Старпом И. С. Крук стоял на телеграфе, рулевой — весь внимание. Мои нервы были напряжены до предела. Я не отрывал глаз от эсминца. Быстро мелькали мысли. В критический момент, думал я, положу руль право на борт, правой машине дам полный назад. Судно быстро покатится вправо. Отворот влево с работой машинами наоборот даст возможность в непосредственной близости обойти эсминец. Подобные маневры мне приходилось делать в стесненных условиях, они были удачными.

Казалось, через минуты—полторы мы врежемся в борт эсминца. Я стоял на левом крыле, крепко стиснув планширь. В момент, когда я дал команду рулевому «право на борт» и собирался давать команду «в машину», увидел быстро удаляющийся корпус эсминца. Не сразу спало напряжение, состояние долго оставалось тяжелым. Это была игра на нервах, которая могла закончиться бедою. До Гаваны — двое суток. Какие провокации еще ожидают нас?.. Карта Багамского пролива была мелкого масштаба, и это потребовало большой бдительности. Я не сходил с мостика. В назначенный срок, в два часа ночи по местному времени, подошли к порту.

По окончании Карибского кризиса «Адмирал Нахимов» вернулся к мирным круизным рейсам.

В 1965 году Академия наук СССР организовала на борту «Адмирала Нахимова» Всесоюзное совещание учёных по вопросу автоматического управления[2].

Несколько раз, в конце 1960-х, в 1970-х годах «Адмирал Нахимов» совершал рейсы с паломниками в Саудовскую Аравию, совершал рейсы с молодёжью с участниками Всемирного фестиваля молодежи и студентов.

В летние месяцы на судне проходили практику студенты высших и средних специальных морских учебных заведений. Круглогодично на судне стажировались курсанты ШМО и ПТУ, многие из них работали на штатных должностях.

В 1977 году экипаж судна во главе с бессменным капитаном отпраздновали 20-летие безаварийного плавания. А в 1978 году капитан Соболев вынужден был покинуть судно по состоянию здоровья.

В 1984 году капитаном «Адмирала Нахимова» становится 56-летний Вадим Георгиевич Марков, перешедший на пароход с линий загранплавания и возглавлявший до этого экипажи таких судов как «Леонид Брежнев», «Фёдор Достоевский», «Армения».

В 1985 году пароход посетил его первый капитан. Рассказывает Н. А. Соболев:

«Адмирал Нахимов» в порту Ялта, 1970-е годы

Мне не приходило в голову, что когда-нибудь придется ехать пассажиром на своём пароходе… Поселившись в «люксе», я попытался показать своим внукам, как надевать спасательные жилеты, но в установленном месте их не оказалось. Позвонил буфетчице капитана, обслуживающей «люкс». Наташа сразу пришла и показала жилеты. Позже, когда случилась катастрофа с пароходом «Адмирал Нахимов», жена вспомнила этот эпизод и спросила, почему, как только мы поселились, я сразу позаботился о жилетах?.. Подошло 8 июня — день поднятия флага, и я ожидал, что его будут отмечать. Мне хотелось встретиться с экипажем, поделиться своими воспоминаниями, ведь прошло 28 лет и многое уже стало историей. Утром ко мне пришли с цветами ветераны экипажа Валя Пархоменко и Зина Марчук, они помнили эту дату. С сожалением я услышал, что традиция отмечать судовой праздник давно не соблюдается. В портах я встречался со старыми знакомыми, совершал прогулки по прежним маршрутам, вспоминая о минувших днях. В середине рейса ко мне в каюту позвонил капитан В. Г. Марков. Он сказал, что по плану должна быть беседа с туристами о морском флоте и пароходе «Адмирал Нахимов», и предложил мне провести ее. Я с удовольствием согласился в надежде встретиться не только с туристами и дирекцией круиза, но, возможно, и с некоторыми членами экипажа. Пассажирский помощник капитана представил меня туристам, как первого капитана, продолжительное время проработавшего на судне и явившегося инициатором организации круизов, а сам тут же поспешил уйти. Не было ни дирекции круиза, ни кого-либо из членов экипажа. Я остался один с туристами. Как видно, никого из судовой администрации не интересовала беседа об истории судна и развитии круизов. Полтора часа продолжалась беседа, туристы задавали много вопросов, а в заключение встречи просили у меня автограф на открытках с изображением парохода «Адмирал Нахимов». В конце рейса я зашел к капитану В. Г. Маркову поблагодарить за гостеприимство и поинтересовался, нет ли у него ко мне вопросов относительно судна, его устройства и управления. Капитан сказал, что он судно знает, и вопросов нет. Пригласил ещё совершить путешествие… Это была последняя встреча с моим старым любимым пароходом. С чувством неопределённости и сожаления сошёл я на берег…

Крушение[править | править исходный текст]

Расписание круизного рейса парохода «Адмирал Нахимов» с 29 августа по 05 сентября 1986 года

Порт Дата Расстояние, мили Приход Отход
Одесса 29.08 - - 20:00
Ялта 30.08 213 16:00 22:00
Новороссийск 31.08 171 14:00 22:00
Сочи 01.09 115 09:00 18:00
Батуми 02.09 147 10:00 23:00
Сочи 03.09 147 10:00 18:00
Одесса 05.09 448 09:00 -

31 августа 1986 года пароход «Адмирал Нахимов», в соответствии со своим круизным расписанием, прибыв из порта Ялта, ошвартовался в 14:00 у пассажирского 34 причала порта Новороссийск. Согласно расписанию, судну предстояло стоять в Новороссийске до вечера.

Балкер «Подольск» (в 1986 году — «Пётр Васёв»).

В 22:00, приняв пассажиров на борт, пароход отдал концы и медленно отвалил от причальной стенки, сопровождаемый двумя буксирами. Всего на его борту в этот момент находилось 1243 (по официальной версии) человека: 346 членов экипажа и 897 (по учету выданных путевок) пассажиров, включая начальника управления КГБ по Одесской области генерал-майора А. Крикунова и его семью, прибывших к отходу судна с опозданием, что явилось причиной задержки при отшвартовки судна примерно на 10 минут.

Во время разворота судна в акватории порта, капитан парохода В. Г. Марков запросил по УКВ у поста регулирования движения судов (ПРДС) информацию об обстановке на створах и на рейде. Пост ответил, что на пути судна и на рейде движения в настоящее время нет. Единственное судно, которое подходит со стороны Босфора — это сухогруз «Пётр Васёв», следующий в порт под выгрузку канадского ячменя. «Пётр Васёв» предупреждён о выходе пассажирского парохода и обещал пропустить «Адмирала Нахимова» на выходе из бухты. Пароход прошёл ворота порта, вышел на курс 154,2 и стал следовать по направлению к буям Пенайских банок, которые находились на выходе из бухты. Постепенно набирая обороты, «Адмирал Нахимов» шёл со средней скоростью около 9 узлов.

В это же время к порту Новороссийск на скорости 11,5 узлов приближался сухогруз «Пётр Васёв» (порт приписки — Одесса, судовладелец — Черноморское морское пароходство). В 21 час 30 минут (по судовому времени) на мостик сухогруза поднялся капитан Виктор Иванович Ткаченко и принял управление судном на себя. На мостике в это время также находился третий помощник капитана П. Зубюк, который вёл визуальное наблюдение за обстановкой. Виктор Ткаченко по УКВ передал станции Новороссийск-17 (ПРДС) и Новороссийск-5 (портнадзор) информацию о судозаходе и подтвердил, что уступит дорогу выходящему из бухты пассажирскому «Адмиралу Нахимову». Позже Ткаченко подтвердил ту же информацию вахтенному второму помощнику капитана парохода А. Чудновскому. Судоводители обоих судов вели между собой переговоры на 9 канале УКВ и договорились разойтись на выходе правыми бортами.

САРП на мостике сухогруза «Пётр Васёв»

Капитан сухогруза Виктор Ткаченко включил монитор системы автоматизированной радиолокационной прокладки курса (САРП) для ввода информации и анализа обстановки ситуации сближения двух судов.

В 23 часа капитан парохода В. Марков, задав обороты и курс судна 160°, покинул мостик и направился в свою каюту (по его словам; по другой версии он ушёл в каюту к генералу Крикунову), оставив старшим на мостике вахтенного второго помощника А. Чудновского. Кроме него на мостике парохода находились матросы Е. Смирнов, Ю. Вышаренко, Р. Фахретдинов.

Александр Чудновский постоянно вёл визуальное наблюдение за приближающимся по правому борту сухогрузом. Минут через пять, обнаружив опасное сближение судов, Чудновский вышел на связь с «Петром Васёвым» и ещё раз уточнил порядок расхождения, на что получил подтверждение, что «Пётр Васёв» пропускает пароход «Адмирал Нахимов».

Капитан Ткаченко продолжал работать с САРП. Третий помощник капитана П. Зубюк, наблюдая огни парохода визуально, неоднократно намекал капитану, что машина переведена в манёвренный режим, а пеленг на «Адмирала Нахимова» практически не меняется, что говорит о возникшей угрозе столкновения. Свои доклады Зубюк одновременно записывал в бортовой журнал. И уже после столкновения капитан Ткаченко стер показания в бортжурнале, вписал новые и нажал на Зубюка, чтобы тот согласился с измененными данными, но тот отказался. Ткаченко, передоверившись показаниям САРП, который на мониторе показывал благополучное расхождение, на замечания своего помощника не обращал внимания. Лишь под действием настойчивых просьб с «Адмирала Нахимова» он поднял глаза и увидел, что его судно на полном ходу идёт прямо на пассажирский пароход. Через некоторое время Ткаченко стал отдавать команды в машинное отделение — сначала «средний вперёд», «малый вперёд», «стоп» и сразу «полный назад». Несмотря на то, что гребной винт уже работал на задний ход, сухогруз сохранял прежние параметры движения, следуя на опасное сближение с пароходом «Адмирал Нахимов».

На мостике «Адмирала Нахимова» в это же время А. Чудновский, наблюдая за приближением балкера, приказал изменить курс судна сначала на 5° влево, потом ещё на 5°, потом ещё на 10°, таким образом пытаясь уклониться от надвигающегося на него «Петра Васёва».

Чудновский отдал команду «Лево на борт!», одновременно по УКВ прокричал «Петру Васёву»: «Работать немедленно назад!». Рулевой только успел переложить руль лево на борт, как в 23:12 произошло столкновение.

Схема столкновения

Услышав три гудка и предположив, что подавать их может только «Пётр Васёв», капитан Марков посмотрел в иллюминатор, но судна справа не увидел. Однако, предчувствуя неладное, решил подняться на мостик и выяснить обстановку. Удар сухогруза застал его по пути наверх. Оказавшись на мостике, капитан Марков отдал команду «Лево на борт!», с целью выбросить судно на мелководье, однако рулевой у штурвала доложил, что судно руля не слушается. В этот момент пароход обесточился. Капитан В.Марков, не имея возможности передать общесудовой сигнал тревоги и сигнал «SOS» по радио, приказал голосом объявлять по судну «шлюпочную тревогу».

«Пётр Васёв», успев погасить скорость лишь до 5 узлов, вошёл под углом 110° в середину правого борта парохода. В подводной части балкер вошёл своей выступающей частью, бульбом, в корпус «Адмирала Нахимова» на несколько метров в районе переборки между машинным и котельным отделением. «Адмирал Нахимов» продолжал по инерции двигаться вперёд, разворачивая сухогруз и тем самым увеличивая размер пробоины в правом борту, которая, по оценке экспертов, после расцепления судов составила около 80 м².

Пароход стал валиться на правый борт. Основное освещение через некоторое время погасло и людей охватила паника. Через короткий промежуток времени запустился аварийный дизель-генератовр (АДГ) на шлюпочной палубе — заработало аварийное освещение, которое работало всего 2 минуты. Эти несколько минут многим пассажирам спасли жизнь.

«Адмирал Нахимов» тонул толчками. Крен на правый борт уже был около 45°, люди держались за леера и всё, за что можно было ухватиться. Многие перелезали на левый борт и по нему сползали в воду. Многие люди оказались заблокированными в своих каютах. С тонущего парохода матросам, под командованием боцмана В. Г. Лободы, удалось сбросить большинство надувных спасательных плотов, которые стали единственными средствами спасения для утопающих. Через 7 минут после столкновения, имея крен на правый борт около 60°, «Адмирал Нахимов» полностью ушёл под воду. На месте крушения на поверхности воды одновременно барахталось около 1000 человек, перепачканные краской и мазутом, плавало множество предметов и обломков.

Смертный приговор сам себе вынес 2-й помощник капитана "Адмирала Нахимова" Александр Чудновский, который управлял судном в момент столкновения: понимая, что судно обречено, он спустился в свою каюту и закрылся на ключ. Чтобы извлечь его тело, водолазам впоследствии пришлось взламывать дверь.

В это время из порта навстречу «Петру Васёву» шёл лоцманский катер ЛК-90 с лоцманом М. Карповым для проводки сухогруза к причалу. Увидев накренившийся на правый борт пароход, капитан катера О. Лях немедленно прокричал в эфир: «„Нахимов“ лёг на борт!». В 23 часа 35 минут ЛК-90 подошёл к месту катастрофы и приступил к спасению людей, одновременно передав по радио, что понадобятся буксиры и спасательные катера.

О столкновении судов было немедленно доложено капитану порта Новороссийск Г. Л. Попову, который тут же, по телефону отдал указание всем плавсредствам следовать в район аварии для спасения людей. Первыми на место катастрофы снялись буксиры портофлота, рейдовые катера, малые пассажирские катера типа «Радуга», пассажирские суда на подводных крыльях «Комета». Одновременно команда сниматься и следовать в район катастрофы поступила на пограничные катера.

ЛК-90 уже работал на месте крушения, приняв на борт со значительным перегрузом около 118 человек. Часть пассажиров позже были пересажены на другие суда, подоспевшие к тому времени в район аварии. Рейдовый катер РК-34, приняв на борт пострадавших людей (в том числе и капитана парохода Маркова), стал выходить из опасной зоны, но намотал на винт полипропиленовый конец, размотавшийся с затонувшего «Адмирала Нахимова» и всплывший к поверхности.

Пограничный катер типа «Гриф» под командованием мичмана А. Гусева на полном ходу подошёл к месту катастрофы и приступил к подъёму пострадавших на борт.

Всего в спасательной операции приняло участие 64 плавединицы.

Команда спасать людей была также отдана и команде сухогруза «Пётр Васёв». Капитан Ткаченко приказал следовать малым ходом в район аварии. Ветер к тому времени разогнал волну до высоты в 2 м. Пострадавших людей ветром и течением стало относить прямо на сухогруз и через некоторое время по обоим бортам плавало несколько десятков человек. Ткаченко приказал спустить на воду вёсельную шлюпку и мотобот, а также опустить парадный трап для приёма пострадавших на борт. Однако парадный трап заклинило и его спустить не удалось.

В 24 часа 31 августа капитан Ткаченко доложил капитану порта, что «Адмирал Нахимов» затонул. Всего за эту ночь экипажем сухогруза было поднято 36 человек и 1 труп.

Сигнал тревоги прозвучал также и в Новороссийском высшем инженерно-морском училище (НВИМУ). Курсанты, узнав о трагедии, немедленно вышли в море на ялах, едва выгребая против ветра. Но к моменту их прихода на место крушения спасать уже было некого. Пострадавших людей доставляли на 34 причал, к морвокзалу, где уже находились бригады медиков, милиция. Каждый прибывший проходил регистрацию. Однако у многих спасённых людей в море остались родственники, друзья. Стеклянная стена морвокзала превратилась в «стену плача» — несчастные люди толпились возле неё, устремив свои взгляды в сторону мыса Дооб, где затонул пароход. Позже когда из района катастрофы доставили всех людей, их разместили по городским гостиницам, в корпусах НВИМУ. По данным на вечер, 1 сентября, всего было спасено 836 человек.

Из Москвы была направлена правительственная комиссия во главе с первым зампредом Совета министров СССР Гейдаром Алиевым. Украинскую группу возглавлял секретарь ЦК Компартии Украины Яков Погребняк. Для расследования причин катастрофы из Москвы прибыла группа из 50 человек. В том числе несколько следователей прокуратуры и заместителей председателя КГБ, замминистра внутренних дел, министры морского флота, транспорта и торговли, ответственные работники ЦК и других ведомств.

С 1 сентября 1986 года на месте катастрофы работали водолазы. Они проникали внутрь корпуса парохода через отверстия, вырезанные в борту. Судно легло на грунт почти полностью на правый борт. Продольные коридоры превратились в узкие лазы, поперечные — в шахты. Повсюду была разбросана мебель, в коридорах образовались целые завалы из ковровых покрытий, мебели и трупов. Большинство дверей кают заклинило и водолазам пришлось извлекать из кают тела людей, предварительно взломав двери.

Всего, по официальной версии, в результате катастрофы погибло 423 пассажира и членов экипажа. Однако найти и поднять на поверхность удалось не всех погибших. 64 человека навсегда остались под водой.

10 сентября, работая в помещениях затонувшего судна, погиб военный водолаз. 19 сентября попал в завал и не смог самостоятельно выбраться второй водолаз. После этого поисковые работы на затонувшем пароходе «Адмирал Нахимов» решением Правительственной комиссии было решено прекратить.

Статистические данные[править | править исходный текст]

Данные о пассажирах и членах экипажа круизного рейса парохода «Адмирал Нахимов» с 29 августа по 05 сентября 1986 г.

Пассажиры Экипаж Всего
Всего людей на борту 897 346 1243
Всего погибло 359 64 423
Погибло мужчин 138 34 172
Погибло женщин 221 30 251
в том числе погибшие дети до 16 лет 22 1 (сын чл. экипажа) 23
Погибших из:
Белорусская ССР 1 2 3
Латвийская ССР 24 0 24
Литовская ССР 25 0 25
Молдавская ССР 17 3 20
РСФСР 66 6 72
Узбекская ССР 10 0 10
Украинская ССР 216 51 267
Грузинская ССР 0 1 1
Киргизская ССР 0 1 1

Дальнейшие события[править | править исходный текст]

В марте 1987 года в Одессе в доме культуры железнодорожников после почти полугодового следствия состоялся суд над капитанами В. Марковым и В. Ткаченко. Обоих признали виновными по ст. 85 УК РСФСР, капитану Маркову («Адмирал Нахимов») дали четыре года, а капитан Ткаченко («Пётр Васёв») получил десять лет[источник не указан 112 дней] (по другим данным, приговорили к 15 годам лишения свободы каждого[источник не указан 112 дней]). В ноябре 1992 года указами президентов Украины и России оба капитана, один из которых отбывал срок наказания в России, другой на Украине, — были помилованы и выпущены на свободу.

Капитан Виктор Ткаченко, сменив фамилию на фамилию жены — Тальор, переехал на постоянное место жительства в Израиль. В сентябре 2003 года яхта под командованием Виктора Тальора потерпела крушение вблизи Ньюфаундленда. Позже останки яхты и погибших людей, в том числе капитана, нашли у канадского берега. Похоронен В. Ткаченко в Тель-Авиве.

Капитан Вадим Марков остался жить в Одессе. Сразу после освобождения работал в Черноморском пароходстве капитаном-наставником на пассажирских судах. После продолжительной болезни В. Г. Марков скончался 31 мая 2007 г. в Одессе.

Пароход «Адмирал Нахимов» до сих пор лежит на глубине 47 м в Цемесской бухте. Экологической и навигационной опасности судно не представляет. Проектов судоподъёма в настоящее время не существует.

Район, ограниченный окружностью радиусом 500 метров, центром которой является место затонувшего пароход «Адмирал Нахимов», официально является местом захоронения жертв катастрофы. Постановка на якорь, погружения водолазов и подводных аппаратов, а также любые действия, нарушающие покой места захоронения, в указанном районе запрещены.

Теплоход «Пётр Васёв»[3] (ИМО 7932599) после ремонта в 1986 году в Ильичёвске был переименован. Названия судна после 1986 года[4][5]:

  • «Подольск» — 1986—1995 г.
  • «Langeron» — 1995—2000 г.
  • «An an» — 2000—2003 г.
  • «Myroessa» — 2003—2006 г.
  • «Orbit» — 2006—2010 г.
  • «Jiajiaxin 1» 2010—2012 (списан, разделан на металлолом в Бангладеш)

В 1987 году, к первой годовщине трагедии, на мысе Дооб был сооружён памятный знак в память погибшего парохода и его пассажиров.

Ежегодно 31 августа на место катастрофы приходит катер с родственниками погибших. Они опускают на воду венок и бросают цветы. Организатором поездок в Новороссийск родственников с 1997 года является благотворительный фонд «Нахимовец» в лице директора Г. В. Андриевской (до 1 декабря 2005 г.) После смерти Г. В. Андриевской фонд возглавляет её дочь — Наталия Рождественская. Под её руководством фонд «Нахимовец» также устраивает ежегодные пресс-конференции, выставки, посвящённые памяти судна, его экипажа и пассажиров, содействует в организации съёмок документальных фильмов о катастрофе[6][7].

В 2006 году, в двадцатую годовщину гибели судна, служителем Свято-Успенского храма Новороссийска отцом Алексеем было совершено заупокойное богослужение, на борту затонувшего судна закреплён освящённый деревянный крест. Отец Алексей стал первым и единственным в мире священником, совершившим поминальную службу под водой[8][9]

Модель парохода «Адмирал Нахимов»

В 2007 году новосибирским архитектором С. Моржаковым была изготовлена точная копия парохода «Адмирал Нахимов» в масштабе 1:150. Модель судна была безвозмездно передана в собственность благотворительного фонда «Нахимовец» в августе 2007 года. В 2007 году экспонат выставлялся на выставках «Русский „Титаник“ — трагедия XX столетия» в городах Одессе и Новороссийске, где проходили мероприятия, посвящённые 21-й годовщине кораблекрушения. В марте 2008 года экспонат выставлялся в рамках выставки «Боль сквозь годы», проходившей в Одессе.

Факты о судне[править | править исходный текст]

Документальные фильмы[править | править исходный текст]

  • "Черный круиз. История советского "Титаника"// Ассоциация "Экран Века", 1993
  • «Тайна гибели „Адмирала Нахимова“», реж. Ф. Лебедев // 2008 г., в производстве
  • «Курсом поиска», авт. Е. Рожанский // телекомпания «Новая Россия», 1997
  • «Русский Титаник. Семь минут между жизнью и смертью», авт. О. Барковская // телекомпания «Рен-ТВ», 2001
  • «Гибель „Адмирала Нахимова“», авт. А. Габнис // телекомпания «НТВ», 2001
  • «Лайнер „Нахимов“ — спасите наши души», авт. А. Габнис. Расширенная версия фильма «Гибель „Адмирала Нахимова“». // телекомпания «Первый канал», 2006
  • «Русский Титаник, дожить до рассвета», авт. И. Чернова // телекомпания «Россия», 2006
  • «Сны „Адмирала Нахимова“» // АННПО «Подводные экспедиции», 2005
  • «Роковой день. Последний рейс.» НТВ
  • Russia Today. Russian Titanic: Soviet fleet's greatest disaster (англ.). Russia Today (7 November 2010). Проверено 4 мая 2011.
  • «Тайна крушения. Проклятый „Адмирал…“», телекомпания «Рен-ТВ», 2011

Примечания[править | править исходный текст]

  1. Заключение экспертной подкомиссии
  2. Наше Наследие
  3. Пётр Васев с 1944 по 1949 год — начальник Новороссийского морского торгового порта.
  4. Equasis
  5. Катастрофа-1986. Пароход «Адмирал Нахимов»
  6. Сергей Климов. Мы помним вас, нахимовцы!. Одесский вестник (№184-185, 23 августа 2007 года). Проверено 9 июня 2011.
  7. Ольга Лесен. В Одессе показали спасательный круг с «Нахимова» и фотографии священника-дайвера. СЕГОДНЯ.ua (20 августа 2008). Проверено 9 июня 2011. Архивировано из первоисточника 23 августа 2011.
  8. Священник-дайвер отслужил заупокойную службу под водой, на затонувшем теплоходе «Адмирал Нахимов» / Православие. Ru
  9. Снежана Павлова. Священник-дайвер провел поминальную службу под водой. Отец Алексей почтил память погибших на «Адмирале Нахимове». «Комсомольская правда» в Украине (5 мая 2007). Проверено 29 апреля 2011. Архивировано из первоисточника 23 августа 2011.
  10. Почему «Нахимов» пошел на дно? Российская Газета
  11. http://www.rmpnovo.ru/spardeck/InOutNote.asp?InOut_ID=39675&Ship_id=5865
  12. Открыта мемориальная доска Татьяне Фёдоровой

Литература[править | править исходный текст]

  • Чапкис Д. Т. Гибель «Адмирала Нахимова». — Ростов-на-Дону: Проф-Пресс, 1995. — 608 с. — (Чёрная картотека). — 20 000 экз. — ISBN 5-88475-022-6
  • Черкашин Н. А. Последний рейс «Нахимова». — М.: Советская Россия, 1988. — 126, [2] с. — (Писатель и время). — 50 000 экз. — ISBN 5-268-00791-2, ББК 66.3(2)61 Ч-48
  • Соболев Н. А. Море ошибок не прощает. Воспоминания капитана. — Одесса: Маяк, 1991. — 206, [2] с. — ISBN 5-7760-0420-9, РУБ 627.2.08, УДК 629.12 С54
  • Коптюх Н. Немецкий «Берлин» — советский «Адмирал Нахимов». — Ставрополь, 2005.
  • Кулишкина И. В. Пароход «Адмирал Нахимов» от А до Я. — Одесса: Оптимум, 2011. — 105 с. — ISBN 978-966-344-446-8.
  • Морозов Б. Б. Горькая правда катастрофы. — Одесса: Оптимум, 2011. — 236 с. — ISBN 978-966-344-456-7.

Ссылки[править | править исходный текст]