Боян
Боя́н (Баян) — древнерусский певец и сказитель, «песнотворец», персонаж Слова о полку Игореве.
Содержание |
Имя[править]
По одной из версий, Боян — славянское имя, от боятися: «наводящий страх», «которого боятся». По другой версии, имя тюркско-болгарского происхождения, ср. чуваш. пуян «богатый», общетюрк. бай «богатый», от глагола baj — «становиться богатым». В казахском языке баян означает «повествовать, излагать, докладывать».
Имя Боян является очень распространенным и у южнославянских народов, особенно у сербов, болгар, македонцев, черногорцев. Кроме имени Боян, на территориях с преимущественно болгарским населением с X века засвидетельствованы имена, этимологически схожие — Боимир (Х в.), Бояна (XVI в.), Бойо (XV в.) с др.[1] Также стоит упомянуть легендарного основателя Аварского каганата Баяна I и древнеболгарскаго княза Батбаяна.
По древнерусским берестяным грамотам XI—XII веков известен ряд людей по имени Боян, что доказывает реальность этого имени и в различных регионах Руси. Известна также улица Бояна (в древности — Буяна или Бояна[2]) в Великом Новгороде, существующая и поныне, названная, видимо, в честь новгородца, жившего в этом месте. Делались попытки отождествить певца из «Слова» с тем или иным из этих Боянов, но такие гипотезы, разумеется, ненадёжны.
Боян в «Слове»[править]
Согласно наиболее распространённой точке зрения, Боян — историческое лицо, придворный певец ряда русских князей XI века. Автор «Слова» называет трёх князей, которых воспевал Боян: братья-соперники Мстислав Владимирович Храбрый (ум. 1036) и Ярослав Мудрый (ум. 1054), а также внук второго из них Роман Святославич (ум. 1079), — и одного князя, которого Боян порицал: это Всеслав Полоцкий (правил в 1044—1101, в 1068 захватывал Киев). Судя по тому, что двое из положительных героев Бояна правили в Черниговском и зависимом от него Тмутараканском княжестве (а после смерти Мстислава всей Русью, включая Чернигов и Тмутаракань, владел и третий из них, Ярослав Мудрый), выдвигалась гипотеза о том, что и сам Боян был связан с этими местами. Хронология показывает, что Боян был активен как певец на протяжении не менее 40 лет.
По характеру творчества он, скорее всего, напоминал скандинавских скальдов, сочиняя в честь конкретных князей ритмизованные песни-хвалы или песни-хулы. Автор «Слова» цитирует хулительную припевку Бояна о Всеславе Полоцком: Ни хытру, ни горазду, ни птицю горазду суда Божіа не минути. Боян был и автором, и исполнителем своих песен, аккомпанируя себе на струнном инструменте вроде гусель.
Для автора «Слова» Боян — его великий предшественник, вещун, способный (как и Всеслав) к оборотничеству (он растекается мыслию — возможно, «мысию», белкой — по древу, волком по земли и орлом под облаками), его пальцы сравниваются с 10 соколами, а струны — с 10 лебедями, самого Бояна Автор несколько раз сравнивает с соловьём. Автор называет Бояна внуком Велеса, из чего некоторые исследователи делают выводы о поэтических функциях этого божества. Вместе с тем Автор «отмежёвывается» от него: в начале «Слова» он объявляет: Начати же ся тъй пѣсни по былинамь сего времени, а не по замышленію Бояню; возможно, как противопоставление Бояну можно трактовать два альтернативных варианта песни дружине Игоря. В конце произведения Боян упоминается, возможно, рядом с Ходыной (есть и альтернативные интерпретации этого места); некоторые видят в Ходыне другого певца — современника Бояна, с которым тот пел песни, по обычаю скальдов, вместе. Здесь Автор вновь цитирует Бояна: «Тяжко ти головы кромѣ плечю, зло ти тѣлу кромѣ головы» (символическое изображение «сиротства» земли без князя).
Дальнейшие видоизменения[править]
Во времена создания по образцу «Слова» Задонщины (XV век) имя Бояна уже ничего не говорило древнерусским книжникам, поэтому оно при переписке подверглось многочисленным искажениям: в разных списках Задонщины на месте этого имени стоит Гобоян, Боюн, буйный, боярин. Певец утрачивает конкретную временную приуроченность и превращается в эпический образ; в «Задонщине» называющийся по-разному Боян воспевает не только князей XI века, но и Рюрика, и Игоря Старого.
В русской литературе XIX века имя «Боян» стало нарицательным именем древнерусского певца, гусляра, причём часто неверно записывалось как «Баян» (от слова баять). В таком варианте оно стало в конце XIX в. торговой маркой фирмы, производившей аккордеоны, и в конце концов нарицательным именем музыкального инструмента баяна. В XX веке Боян становится персонажем произведений поэта Виктора Сосноры
В Трубчевске (1975), Брянске (1985) и Новгороде-Северском (1989) установлены памятники Бояну.
В молодежном жаргоне последних лет словом «баян» нередко называют несвежую, уже упоминавшуюся шутку. Происхождение этого значения обычно связывается с анекдотом «Хоронили тещу, порвали два баяна», который был повторен столько раз, что это стало вызывать раздражение. В так называемом «языке падонков» это слово подверглось повторному искажению и вернулось к исторически первоначальной форме «боян», но уже в качестве вторичного эрратива.
Примечания[править]
Литература[править]
- Баян, мифический певец // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона: В 86 томах (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
