Нео-нуар

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Нео-нуар (neo-noir) — обозначение нуаровой волны, которая прокатилась по американским киноэкранам в первой половине 1970-х годов на фоне уотергейтских разоблачений и неудач американцев во Вьетнаме. Иногда термин распространяют и на цветные фильмы с элементами нуара, которые снимались в более поздний период.

Содержание

[править] Нуар семидесятых

Травма войны во Вьетнаме, череда нераскрытых убийств политических деятелей, сенсационные журналистские разоблачения власть предержащих и рецессия в экономике — эти обстоятельства придали многим фильмам Нового Голливуда налёт неизбывного пессимизма[1]. На этом фоне в Голливуде вновь оказалась востребованной эстетика нуара, которая вышла из моды в оптимистический период экономического бума середины 1950-х годов.

Три года рецессии в США (1973-75 гг.) ознаменовались обоймой фильмов, которые переосмысливали наследие эпохи нуара и полемизировали с ним[2]. Они поднимают более острые темы (тотальная коррупция, семейное насилие, бесправие, инцест) и приходят к более мрачным выводам, чем фильмы 1940-х. Их герои оказываются заложниками собственной принципиальности и старомодного кодекса чести, который не востребован хаотично устроенным обществом сегодняшнего дня[1]:

  • В «Китайском квартале» Р. Поланского (1974) действие происходит в координатах классического нуара (мегаполис 1930-х годов), однако выводы, к которым приходит частный детектив после традиционной для жанра встречи с загадочной незнакомкой, настолько радикальны, что их нельзя себе представить в кинематографе времён кодекса Хейса, требовавшего, чтобы порок под конец фильма был наказан и на все вопросы даны чёткие и внушающие уверенность ответы[1].
  • В «Долгом прощании» Р. Олтмана (1973) сыщик Филипп Марлоу из «крутых детективов» Р. Чандлера дезориентирован в хиппующей Америке 1970-х, где он напоминает реликт давно канувшей в прошлое эпохи. Он не только не в силах контролировать ход детективной интриги, но даже домашние животные (кот, собаки) отказывают ему в почтении. Его попытки навести порядок в городе стремительно скатываются в абсурд и едва не заканчиваются для него кастрацией[3].
  • В «Разговоре» Ф. Ф. Копполы (1974) и «Ночных ходах» А. Пенна (1975) главный герой в исполнении Джина Хэкмена дотошно собирает ключи к разгадке преступления, однако демонстрирует совершенную неспособность их расшифровать — до тех пор, пока не становится слишком поздно спасать кого бы то ни было, а его собственная жизнь оказывается в опасности[4].
    В фильмах «Разговор» (1974) и «Ночные ходы» (1975) Джин Хэкмен сыграл детективов, запутавшихся как в нитях расследования, так и в личной жизни

Эти четыре стилеобразующих фильма, по заключению Британского киноинститута, «развеяли романтический флёр вокруг фигуры частного детектива — странствующего рыцаря в плаще современного покроя, наглядно показав его беспомощность перед лицом господствующего кругом зла, от которого он и сам едва в силах удержаться. Лишённые загадок и сюрпризов, эти неутешительные фильмы только подтверждают, что дело и в самом деле обстоит так плохо, как это нам представлялось»[5].

Нуаровая традиция Нового Голливуда представлена также такими лентами, как «В упор», «Клют», «Злые улицы», «Таксист»[6]. Атмосфера всеобщей подозрительности с оттенком паранойи царит в многочисленных политических триллерах того времени («Три дня Кондора» С. Поллака, «трилогия паранойи» А. Пакулы).

[править] Пост-нуар

В рейгановскую эпоху задача ревизии жанра и развенчания его мифов теряет актуальность; Голливуд возвращается к игре по жанровым законам. Характерна судьба двух выпущенных в 1981 году фильмов: «Путь Каттера», снятый в лучших традициях «Долгого прощания» и «Китайского квартала», прошёл практически незамеченным, в то время как «Жар тела», повторяющий сюжет «Двойной страховки» (1944), ждал шумный успех. Благодаря этому в моду входят ремейки классических нуаров («Почтальон звонит дважды», «Наперекор всему», «Ночь и город»)[4]. Нуаровые ситуации переносятся в совершенно фантастические координаты («Бегущий по лезвию», «Тёмный город»)[4]. В фильмах братьев Коэнов «Просто кровь» и «Перекрёсток Миллера» нуар сгущается до полного абсурда и переходит в чёрный юмор.

В 1990-е годы традицию нео-нуара продолжают фильмы «Секреты Лос-Анджелеса», «Обычные подозреваемые», «Мементо» и другие[4]. В постнуаре силён элемент субъективизма, многие события оказываются порождены расстроенным сознанием главного героя. Вслед за «Таксистом» М. Скорсезе (1976) источник зла перемещается извне в сердце главного героя, который не только испытывает соблазн перейти на сторону зла (воспринять преступные методы борьбы с преступностью), но и не находит для себя другого выхода, кроме как уступить этому соблазну (например, в фильме Д. Финчера «Семь», 1995).

[править] Примеры

Следующие фильмы с теми или иными оговорками причисляют к современным формам «нуара» («пост-нуар», «нео-нуар»):

[править] Примечания

  1. ↑ 1 2 3 David A. Cook. Lost Illusions: American Cinema in the Shadow of Watergate and Vietnam, 1970-1979. 2nd ed. University of California Press, 2002. Pages 189-190.
  2. ↑ Barry Langford. Film Genre: Hollywood And Beyond. Edinburgh University Press, 2005. 2nd ed. Pages 220-230.
  3. ↑ William Luhr. Film Noir. John Wiley & Sons, 2012. Pages 156-7.
  4. ↑ 1 2 3 4 Andrew Spicer. Historical Dictionary of Film Noir. ISBN 9780810859609. Pages XXXI, XLVI.
  5. ↑ The BFI Companion to Crime. British Film Institute, 1997. ISBN 9780304332151. P. 82.
  6. ↑ Martin, Richard. Mean Streets and Raging Bulls: The Legacy of Film Noir in Contemporary American Cinema. Scarecrow Press, 1997. ISBN 0810833379.
Источник — «http://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Нео-нуар&oldid=54929500»