Гетто в Чечельнике

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску

Гетто в Чечельнике (июль 1941 — март 1944 годов) — место принудительного переселения и содержания евреев местечка Чечельник и близлежащих населённых пунктов и евреев из Румынии в процессе преследования и уничтожения евреев во время оккупации территории Украины войсками нацистской Германии и Румынии в период Второй мировой войны.

Создание гетто[править | править код]

Чечельник (в 1795—1812 годах назывался Ольгополь), посёлок, ныне районный центр Винницкой области, до 1923 года — местечко Ольгопольского уезда Подольской губернии. По состоянию на 1939 год в местечке проживало 1327 евреев (66 % населения). 24 июля 1941 года Красная армия оставила местечко. До оккупации Чечельника вермахтом евреи-мужчины были призваны в ряды РККА, несколько десятков еврейских семей успели эвакуироваться из села. В начале августа 1941 года фашисты собрали всё еврейское население на центральной площади местечка. Бывшая жительница Чечельника Рива Каплан вспоминала:

Русские полицаи растолковали людям, что «паны немцы» собирают евреев. Мама нам сказала: «Пойдёмте и мы. И не бойтесь. Что со всеми будет, то будет и с нами». Так мы оказались на площади в большой толпе, окружённой со всех сторон солдатами-румынами. Из толпы солдаты и полицаи отобрали мужчин и сказали, что они пойдут куда-то работать. Женщины с детьми и старые люди остались стоять на месте и ждали. Приказано было всем лечь. В толпе заплакали, родные стали прощаться друг с другом, кто-то молился… В это время из-за угла выехал немецкий мотоциклист и спросил у наших стражников-палачей, что, мол, здесь происходит. Ему ответили, что людей собрали для того, чтобы отправить на работу. Он удивился: «Ещё только шесть утра. Что это за срочная работа у вас нашлась для детей и женщин? Снять караул!» И нас отпустили по домам. Потом все говорили, что тот мотоциклист был переодетым партизаном…

По мнению многих бывших узников гетто, своё чудесное спасение евреи связывали с личностью действовавшего в этих местах легендарного партизана Калашникова, якобы появившегося вдруг переодетым в немецкую форму. По другой версии, легендарным спасителем евреев был переодетый в форму высокопоставленного немецкого офицера партизан Подгаецкий. Согласно третьей версии, в местечко в это время прибыл кто-то из представителей румынского оккупационного командования и было решено организовать еврейское гетто. По договору с Германией Румыния получила земли между реками Днестр и Буг, румыны назвали эту территорию «Транснистрия» (Заднестровье). Румынские оккупационные войска приказали всем евреям носить на одежде жёлтую шестиконечную звезду и переехать в гетто, которое было организовано на территории современных улиц М. Калинина, Октябрьской и К. Маркса. В нём разместилось около 1000 евреев Чечельника, а также евреи из деревень Чечельницкого района. С 1939 года в местечке находились также 10 еврейских семей бежавших с Польши. Осенью 1941 года в гетто прибыло более тысячи евреев, депортированных из Бессарабии и Буковины. Некоторых из них сумели взять с собой драгоценности. Их в виде взятки, давали представителям румынской администрации, и тем самым нередко спасали всех обитателей гетто. Елизавете Вишнивецкой(Фишер) в 1941 году было 7 лет, но она хорошо помнит:

…румынские солдаты евреев не убивали, они их просто грабили: забирали драгоценности, ценные вещи, ткани, всё, что имелось в домах. Немецкие части СС появлялись у нас время от времени, совершая налёты на гетто: насиловали девушек и женщин, а затем их расстреливали. Тех, кто не мог работать — старых и больных расстреливали на месте. Очень хорошо помню, как напротив нашего дома в упор расстреляли парализованного старика. Его сын начал плакать, так они и сына расстреляли. Некоторым «утешением» в Чечельнике служило то, что у нас у нас в гетто находились бежавшие от немцев бессарабские евреи, которые могли контактировать с румынскими солдатами, поскольку знали язык. Так, по их совету, написали крупными буквами «тиф», и немцы боялись заходить. Это частично спасало от набегов.

Однако нашлись предатели-украинцы, которые помогали нацистам уничтожать евреев. Помню, была такая Настя, которая помогала немцам — выдавала многих евреев как коммунистов, и их тут же расстреливали. Для развлечения немцев Настя указывала им дома, где жили девушки…

В погромах еврейских домов принимали участие и местные жители. Р. Ш. Каплан вспоминала:

Из соседних деревень группами приходили местные крестьяне. С ними шёл немецкий солдат. Они показывали ему на какой-нибудь дом, а он приказывал хозяевам открыть двери. В открытую или взломанную дверь врывались погромщики и хватали всё, что им понравится. Иногда затевали между собой драки: каждый хотел унести, что получше.

.

Условия в гетто[править | править код]

Гетто в Чечельнике было открытого типа. Тем не менее за выход из гетто грозил расстрел. Его охраняли украинские полицейские. Несмотря на это, многие шли в прилегающие украинские сёла и либо выпрашивали у местных крестьян еду, либо пытались её заработать своим трудом. В гетто по приказу румынских властей был создан юденрат, во главе которого стоял Иосиф Заславский. В него входили также Биленький, Исаак Грановский, Хаим Фишер и другие. В его задачу входила обязанность регистрации евреев и распределение их на работу. По распоряжению румынской жандармерии евреев отправляли на принудительные работы на железнодорожную станцию, на сахарную фабрику, на поля. Часть узников гетто была отправлена в Николаев на строительство мостов. Внутри гетто в каждый дом было вселено по 4—5 семей, вынужденных жить в чрезвычайно стеснённых условиях без канализации и при полном отсутствии медицинской помощи. В перенаселённом гетто свирепствовали голод, тиф и другие инфекционные заболевания, из-за чего скончалось около половины его обитателей. В гетто жило несколько местных и пригнанных из Румынии врачей, однако лекарств не было, и потому в нём лечились народными средствами. Основной пищей был картофель, тайком обменянный на вещи и другие ценности у местных крестьян. Ежедневно евреев гоняли на принудительные работы. Иногда община делила маленькие пайки продуктов, средства для приобретения которых поступали от евреев, оставшихся ещё в Румынии. Евдокия Браиловская вспоминала:

…В середине 1942 года из Вапнярской тюрьмы на поселение в гетто было привезено сто пятьдесят евреев из Румынии и Трансильвании, отбывавших там судебные приговоры за различные мелкие нарушения… и преступления политического характера… Прежде всего они взялись за ликвидацию тифа… Они разбили всё гетто на отдельные участки и прикрепили к каждому своих людей, так называемых «бригадиров». Эти группы начали методический обход всех домов и борьбу с тифом: «Назло врагам, мы должны выжить!» — говорили они… И добились своего…

У многих семей были знакомые среди крестьян, которые спасали их от голода. Е. Вишнивецкая (Фишер) вспоминала:

…нам помогали такие добрые люди — семья Багрий: Христя, Ваня и их дети — Саша и Валя. Они часто приносили нам продукты, одежду. Мой брат Борис, которому в войну было 12—13 лет, делал ночные вылазки в огород: руками выковыривал картошку, запихивал под рубашку, и мы были счастливы — варили кожуру с древесными опилками, а очищенную картошку употребляли как деликатес…

Дина Майданник и Хана Фельдман вспоминали:

…зима 1941—1942 годов была очень тяжёлая, с большими снегами. Люди в гетто ходили голодные, голые, умирали десятками в день. Мы насчитали в один из дней, что вынесли 24 умерших… Живые стягивали с мёртвых тряпки и надевали на себя, чтобы спастись… мои младшие сестрёнки Хана и Дора от недоедания не могли ходить, не стояли на ногах. Папа, опухший от голода, лежал на нарах…

Большие проблемы в гетто были с отоплением домов. Евдокия Браиловская вспоминала:

Зима 1942 года была суровой. Наши дома почти не отапливались: нечем было топить. Я помню, моя мама ежедневно, накрывшись крестьянским платком, рискуя жизнью, выходила за пределы гетто и собирала солому, спасая своих детей от холода.

.

Пеккер Доня и Пеккер Наум вспоминают, что над детьми гетто проводили медицинские опыты:

…детям начали делать уколы, в руку, в ягодицу, под лопатку… Нам говорили, что это нужно для профилактики, чтобы болезни не повторялись… После такой «предохранительной» работы опять начались болезни, повысилась детская смертность.

Несмотря на тяжёлые условия жизни, дети в гетто учились. Е. Вишнивецкая (Фишер) вспоминала:

Вечерами зажигали керосиновую лампу, ставили её под стол, окна закрывали ставнями и завешивали плотной тёмной тканью, чтобы немцы не видели, есть ли кто-то в доме. Старшие дети учили младших алфавиту, арифметике, разучивали стихи. Помню учительницу — её звали Шура Спектор, которая учила нас языку идиш, за что я ей безмерно благодарна. Благодаря Шуре в конце войны меня взяли сразу в третий класс (в марте 44-го), а через полгода — в четвёртый.

Арон Геллер вспоминал:

…в гетто с нами занимался ребе по имени Пиня. Он организовал хедер (еврейскую школу) для 8—10-летних мальчиков… с ребе мы читали, считали и тем самым пополняли знания.

На территории гетто продолжали исполняться иудейские религиозные обряды. Все годы оккупации в гетто оставался и хасидский цадик — «чечельнике ребе».

Сопротивление[править | править код]

В гетто была подпольная еврейская группа, которая имела связь с подпольщиками местечка и района, а также с партизанами. Его называли «партизанское еврейское звено». Александр Вишневецкий вспоминал:

…подпольную группу возглавлял Исаак Грановский, ему помогала Евгения Борода.

Известно, что Исаак Грановский по заданию представителя партизанского штаба М. Ф. Подгаецкого объединил разрозненные группы подпольщиков и активизировал их деятельность. В феврале 1943 года он организовал группу сопротивления в Чечельнике, в которую входило 22 человека. Осенью 1943 года, опасаясь ареста, И. Грановский ушёл в партизанский отряд.

По воспоминаниям Е. Вишнивецкой (Фишер):

…связь с партизанами поддерживал мой дядя Хаим Фишер, которого не взяли в армию из за плохого зрения. Он входил в состав юденрата и вместе с другими как мог, защищал от нацистов, передавал партизанам информацию об акциях, планировавшихся в комендатуре. Так, немцы отправляли молодёжь (как они говорили) на работу в Германию, и члены юденрата предупреждали о необходимости прятать взрослых детей.

Из гетто подпольщиками и партизанами стали: Фабрикант Михаил и Ефим, Галантер Фрида, Геренштейн Берта, Кишиневская Мина, Кравец Ефим, Тростянецкая Фира, Шнайдер Борис, Фабрикант Рива, Тительман Яков, Мизюк Фира, Шнайдерман Абрам, Гольдшмит Фира, Кобчик Евсей, Клинштейн Янкель, Файнштейн Рейзя и Борода Евгения. В отчёте о деятельности подпольной группы отмечалось, что «члены организации, по национальности евреи, вели борьбу в исключительно трудных условиях еврейского гетто, выход из которого карался смертью. Оккупанты расстреливали каждого подозреваемого в участии в партизанском движении». Е. А. Борода вспоминает о юном патриоте, узнике Чечельницкого гетто Моне (Моисее) Сухермане, которому было 15 лет:

Он работал в парикмахерской. Это давало ему прекрасную возможность подслушивать разговоры жандармов и полицаев, передавал подпольщикам очень важные сведения.

17 марта 1944 года части Красной армии освободили Чечельник от немецких оккупантов. К этому времени в гетто проживало менее 500 человек.

Увековечивание памяти[править | править код]

Всего с июля 1941 года по март 1944 года в Чечельницком гетто были замучены и убиты, умерло от голода и болезней по мнению бывших узников гетто, от 1200 до 1500 евреев из местечка, ближайших деревень и пригнанных из Румынии. Они похоронены в братской могиле на еврейском кладбище, которое находится в двух километрах от центра Чечельника. В музее Катастрофы и героизма европейского еврейства города Нацрат Илит (Израиль) собрана и оформлена рукописная книга воспоминаний 14 узников гетто. В настоящее время в Чечельни́ке (укр. Чечельник) — посёлке городского типа, центре Чечельницкого района Винницкой области Украины проживает одна еврейка.

Литература[править | править код]

  • Браиловская, Евдокия. Чудеса за колючей проволокой: Из воспоминаний школьницы-узницы фашистского гетто // Альманах клуба русских писателей. — Нью-Йорк — Париж — Новосибирск, 1997. — С. 234—260.
  • Вовк, С. Т., Косаківський, В. А., Таранець, С. В. Нариси з історії Чечельника. З найдавніших часів до наших днів. — Вінниця: 2000. — 214 с. (укр.)
  • Справочник о лагерях, тюрьмах и гетто на оккупированной территории Украины: 1941—1944. — К., 2000.
  • Жизнь в оккупации. Винницкая область. 1941—1944 гг.: Сборник документов / Сост. В. Ю. Васильев, Р. Ю. Подкур, С. Д. Гальчик, Д. Байрау, А. Вайнер. — М.: РОССПЭН, 2010. — 856 с.
  • Валерштейн, Дора. Годы в гетто остались на всю жизнь // Помни: Воспоминания о Холокосте бывших узников нацистского гетто и концлагерей. — Реховот, 2013. — С. 502—509.
  • Вишнивецкая, Е. Мне было всего семь… // Владимира Иткинсона: Жизнь продолжается. — Нацрат Илит: 2012. — С. 71—74.
  • Вишнивецкий, А. Были ли евреи в Чечельнике?: Моё родное местечко — Чечельник // Газета «Новости недели» (Израиль) от 18 августа 2005 года.
  • Майданник, Дина; Фельдман, Хана. О трёх девочках, выживших в ШОА // Помни: Воспоминания о Холокосте бывших узников нацистского гетто и концлагерей. — Реховот, 2013. — С. 509—919.
  • Пекер, Доня. Над нами ставили медицинские опыты // Помни: Воспоминания о Холокосте бывших узников нацистского гетто и концлагерей. — Реховот, 2013. — С. 519—523.
  • Пекер, Наум. Оккупанты и полицаи постоянно грабили нас // Помни: Воспоминания о Холокосте бывших узников нацистского гетто и концлагерей. — Реховот, 2013. — С. 523—526.

Ссылки[править | править код]