Эта статья входит в число добротных статей

Телесюжет о распятом мальчике

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску

Телесюжет о «распятом мальчике» — новостной телесюжет «Беженка из Славянска вспоминает, как при ней казнили маленького сына и жену ополченца», показанный 12 и 13 июля 2014 года[1] на российском «Первом канале»[2]. В репортаже содержались не подтвердившиеся впоследствии «свидетельства»[3] о якобы имевших место издевательствах украинских силовиков над поддерживавшими ДНР жителями города Славянска, в том числе о распятии трёхлетнего мальчика на глазах у его матери[4].

Скандальный[5] сюжет получил значительный общественный резонанс. Одни увидели в нём свидетельство крайнего непрофессионализма и использования российских государственных СМИ в информационной войне с целью разжигания ненависти и вражды, другие — доказательство того, что «дезинформация» и «ложь» «стали нормой» для российских государственных СМИ, третьи[6] упоминают этот телесюжет в ряду наиболее ярких проявлений так называемой «политики постправды», которая в последнее время становится преобладающей в самых различных общественных системах, где Россия не является исключением.

Сюжет[править | править код]

Площадь Октябрьской Революции перед Славянским горсоветом

Вечером 12 июля 2014 года на «Первом канале» был продемонстрирован сюжет «Беженка из Славянска вспоминает, как при ней казнили маленького сына и жену ополченца». В нём женщина, представившаяся уроженкой Закарпатья Галиной Пышняк, рассказала о событиях, якобы произошедших сразу после того, как украинские военные восстановили контроль над Славянском, вытеснив сторонников ДНР[7][8]:

Центр города. Площадь Ленина. Наш Горисполком — это единственная площадь, куда можно согнать всех людей. На площади собрали женщин, потому что мужиков больше нет. Женщины, девочки, старики. И это называется показательная казнь. Взяли ребёнка трёх лет, мальчика маленького, в трусиках, в футболке, как Иисуса, на доску объявлений прибили. Один прибивал, двое держали. И это всё на маминых глазах. Маму держали. И мама смотрела, как ребёнок истекает кровью. Крики. Визги. И ещё взяли надрезы сделали, чтоб ребёнок мучился. Там невозможно было. Люди сознание теряли. А потом, после того как полтора часа ребёнок мучился и умер, взяли маму, привязали до танка без сознания и по площади три круга провели. А круг площади — километр[9][10].

Повторно этот же сюжет показали на «Первом канале» на следующий день, 13 июля 2014 года, в еженедельной информационной программе Ирады Зейналовой[1].

Как выяснили журналисты «Новой газеты» и интернет-ресурса Slon.ru, незадолго до этого аналогичные сообщения уже появлялись в социальных сетях:

Расследование[править | править код]

Личность женщины, давшей интервью, была выявлена почти сразу — ею действительно оказалась жительница Славянска Галина Пышняк, приехавшая в город из Закарпатья за несколько лет до описываемых событий. Её муж, как утверждается, был сотрудником местной милиции, который присоединился к отряду Стрелкова[4][13].

Посетивший прифронтовой Славянск корреспондент «Новой газеты» Евгений Фельдман опросил несколько десятков местных жителей, и ни один из них не подтвердил информацию из нашумевшего сюжета. Аналогичный результат имело расследование, проведённое журналистами «Дождя»[13].

Никаких результатов не дали поиски документальных материалов, которые могли бы подтвердить эту историю, в Интернете (хотя фото- и видеоматериалы о действиях украинских военных в Славянске доступны в больших количествах)[9].

Также журналисты Би-би-си и «Новой газеты» обнаружили, что некоторые утверждения сюжета заведомо не соответствуют действительности. Например, в Славянске отсутствует площадь Ленина, на которую якобы согнали местных жителей[4][10].

Руководитель южно-российского бюро «Первого канала» Юлия Чумакова, записавшая скандальное видео, в категорической форме отказалась общаться с журналистами «Новой газеты», которые попытались выяснить подробности создания сюжета, и перенаправила их в дирекцию общественных связей телекомпании[14].

Вновь вопрос об этом сюжете всплыл 18 декабря 2014 года, во время очередного общения Владимира Путина с прессой. Ксения Собчак привела его в качестве примера к вопросу о разжигании ненависти на российском телевидении. Однако вопрос остался без ответа. Через три дня, 21 декабря, Ирада Зейналова в эфире передачи «Время» заявила, что «у журналистов не было и нет доказательств этой трагедии, но это реальный рассказ реально существующей женщины, бежавшей из ада в Славянске»[14][15][16].

Оценки[править | править код]

Показ по центральному российскому государственному каналу сюжета о «распятом мальчике» использовался западными исследователями как свидетельство того, что дезинформация и ложь[17] стали нормой для современных российских СМИ[18][19][20][21][22]. Журналист Аркадий Островский усматривает аналогию между этим приёмом и теми, что использовались для разжигания ненависти во время еврейских погромов в Российской империи[23][24].

Журналист Дэвид Сэттер в своей книге «Чем меньше вы знаете, тем лучше вы спите: путь России к террору и диктатуре при Ельцине и Путине» высказал мнение, что телесюжет имел целью разжигание националистической истерии[25]. C этим мнением согласна и публицист Линда Кинстлер, отмечавшая в журнале «The Atlantic», что телесюжет успел распространиться по российскому интернету, усилив антиукраинские настроения и настроив население на поддержку боевых действий[26].

Филолог Оксана Иссерс отмечает, что в социальных сетях этот телесюжет считают образцом журналистского «фейка» — заведомо недостоверной, абсурдной информации[3][27]. Редактор журнала «Fortune» Энн ВандерМей в своей статье для «The Wilson Quarterly[en]» рассматривала «распятого мальчика» как часть более широкой информационно-пропагандистской кампании российского руководства, основные направления которой иногда называют «4 D» — англ. dismiss, distract, distort, dismay (отрицание, отвлечение внимания, искажение фактов, запугивание)[28][29]. В развёрнутой статье в журнале «The Economist» «фейковые зверства» из сюжета «Первого канала» приводились в качестве одного из свидетельств того, что в России, как и во многих других странах, политика постправды становится преобладающим направлением политической культуры[6].

Писатель Вадим Левенталь, однако, полагает, что «фейки», подобные телесюжету о распятом мальчике, являются всего лишь результатом журналистского непрофессионализма, а не свидетельством «тотального вранья на государственном телевидении»[30].

См. также[править | править код]

Примечания[править | править код]

  1. 1 2 Ирина Петровская. ТВ, леденящее душу. Всё показанное по телевизору — правда, а правда — всё показанное по телевизору. Новая газета (17 июля 2014).
  2. «Спасибо, мой Первый. Я стараюсь успеть за тобой!». Простую историю Юлии Чумаковой, автора сюжета о распятом мальчике, исследовала Александра Соколова. Colta.ru (6 августа 2015).
  3. 1 2 Иссерс, 2015, с. 29.
  4. 1 2 3 Ольга Мусафирова Мальчика не было, но он живёт. // Новая газета, № 74 от 15 июля 2015
  5. Khaldarova, Pantti, 2016, с. 894.
  6. 1 2 The Economist, 2016.
  7. Ostrovsky, Arkady. Putin's Ukraine Unreality Show, Wall Street Journal (28 июля 2014). Проверено 22 марта 2017.
  8. State-Run News Station Accused of Making Up Child Crucifixion (англ.), The Moscow Times (14 July 2014). Проверено 26 марта 2017.
  9. 1 2 3 4 Алексей Пономарев. Журналисты не нашли подтверждение сюжету «Первого канала» о распятом в Славянске ребёнке. Slon (14 июля 2014). Проверено 26 марта 2017.
  10. 1 2 3 Блогеры не верят в историю о казни ребенка в Славянске. Русская служба Би-би-си (14 июля 2014). Проверено 26 марта 2017.
  11. Raabe, Sapper, 2015, с. [119].
  12. Mind Games: Alexander Dugin and Russia’s War of Ideas, World Affairs Journal (март 2015). Проверено 26 марта 2017.
  13. 1 2 Историю о «распятом мальчике» для Первого канала придумала жена боевика ДНР. Факти. ICTV (14 июля 2014). Проверено 26 марта 2017.
  14. 1 2 Виктория Макаренко. Ржавые гвозди // Новая газета. — 2015. — № 74 (15 июля). (Проверено 26 марта 2017)
  15. Ирада Зейналова переходит с Первого канала на НТВ. Русская служба Би-би-си (2 ноября 2016). Проверено 26 марта 2017.
  16. Журналисты Первого отвечают на обвинения во лжи в связи с сюжетом про убийство ребёнка в Славянске Первый канал, 21.12.2014
  17. Geert Groot Koerkamp. De schadelijke informatiemachine van Poetin (nl-NL). Trouw[en] (28 января 2015). Проверено 23 марта 2017.
  18. Skillen, 2016, с. [124].
  19. Van Herpen, 2015, с. 4,14.
  20. Snyder, 2017, с. 96.
  21. Nalbandov, 2016, с. 94.
  22. Monshipouri, 2016, с. 143.
  23. Ostrovsky, 2015, с. [381]—[382].
  24. Danilova, 2014.
  25. Satter, 2016, с. [190].
  26. Kinstler, 2017.
  27. Holm, Kerstin. Russische Berichterstattung: Europa, hungere! (de-DE), Frankfurter Allgemeine Zeitung (13 февраля 2017). Проверено 23 марта 2017.
  28. VanderMey, 2016.
  29. Frye, 2015, с. 1—3.
  30. Пропаганда и непрофессионализм. Писатель Вадим Левенталь — о современном отечественном телевидении и его проблемах // «Известия», 25.09.2014

Литература[править | править код]

Книги
Статьи

Ссылки[править | править код]