Мусин-Пушкин, Алексей Иванович

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Алексей Иванович Мусин-Пушкин
Johann-Baptist Lampi Musin-Pushkin..jpg
Портретная миниатюра 1790-х гг.
11-й Обер-Прокурор Святейшего Правительствующего Синода
26 июля 1791 — 27 июня (8 июля1797[1]
Предшественник: Аполлос Иванович Наумов
Преемник: Василий Алексеевич Хованский
 
Гражданство: Российская империяFlag of Russia.svg Российская империя
Рождение: 16 (27) марта 1744({{padleft:1744|4|0}}-{{padleft:3|2|0}}-{{padleft:27|2|0}})
Москва
Смерть: 1 (13) февраля 1817({{padleft:1817|4|0}}-{{padleft:2|2|0}}-{{padleft:13|2|0}})
Санкт-Петербург
Род: Мусины-Пушкины
Отец: Иван Яковлевич Мусин-Пушкин(1710—1799)
Мать: Наталья Михайловна Мусина-Пушкина (урожд. Приклонская)
Супруга: Екатерина Алексеевна Волконская (1754—1829)
Дети: 5 дочерей и три сына

Граф (1798) Алексе́й Ива́нович Му́син-Пу́шкин (1744—1817) — русский государственный деятель, археограф, историк, собиратель рукописей и русских древностей.

Член Российской академии (1789), президент Академии художеств (1794—99), 11-й обер-прокурор Святейшего Синода (1791—1797), действительный тайный советник (1799). Создатель трёх дворянских усадеб — Иловна, Борисоглеб, Покровское-Валуево. Ввёл в научный оборот ряд ценнейших древнерусских рукописей, включая «Слово о полку Игореве».

Биография[править | править вики-текст]

Представитель дворянского рода Мусиных-Пушкиных, сын гвардии капитана Ивана Яковлевича Мусина-Пушкина (1710—1799).

Окончил артиллерийское училище и служил адъютантом при Г. Г. Орлове. С отставкой Орлова ушёл со службы в 1772 году и в том же году отправился в большое путешествие по Европе, посетил Германию, Францию, Голландию, Италию. По возвращении в Россию в 1775 году начинает свою собирательскую деятельность, увенчавшуюся созданием крупнейшего в России частного хранилища древностей; занимается историческими исследованиями, принесшими ему известность ученого-археолога.

В 1789 году возглавил привилегированное учебное заведение для иностранцев — Корпус чужестранных единоверцев.

В 1791 им была приобретена часть архива П. Н. Крёкшина. Кроме интереснейших документов царствования Петра I, в том числе и собственноручных его записок, в нём оказались и древнерусские манускрипты — летопись князя Кривоборского, летопись патриарха Никона, правленная им собственноручно, летопись с примечаниями В. Н. Татищева, Книга Большому Чертежу Московского государства.

Позднее А. И. Мусин-Пушкин получил непосредственно от наследников ещё одно собрание бумаг Крёкшина, среди которых исследователем был обнаружен «Летописец российский преподобного Нестора древлеписьменной на пергамине». Эта летопись вошла в историю под названием Лаврентьевской летописи.

Случайно попавшие к нему ценнейшие документы сделали собрание и имя Мусина-Пушкина известными в кругу исследователей, расположили к нему многих видных учёных.

Екатерина II, познакомившись с коллекцией Мусина-Пушкина, получившей широкую известность в Петербурге, способствовала дальнейшему её увеличению. Она подарила собирателю несколько старинных книг и рукописей. Но главное, она назначила Алексея Ивановича указом от 26 июля 1791 года обер-прокурором Синода, а следующим указом, от 11 августа 1791 года, повелела собирать в Синоде древние рукописи и старопечатные книги из всех церквей и монастырей России. Во все епархии разослали предписание, обязывавшее присылать старинные бумаги, и уже в первый год было получено до ста рукописей. Мусин-Пушкин получил неограниченные возможности для исторических занятий. Часть поступлений впоследствии оказалась в личном собрании Мусина-Пушкина.

Парадный портрет кисти Лампи
Дворец Мусина-Пушкина на Разгуляе, где сгорела в 1812 году его коллекция рукописей (надстроен).

К 1793 году у Мусина-Пушкина было уже 1725 рукописей. Позднее он стал обладателем рукописей из собрания протоиерея П. А. Алексеева, археолога, историка и палеографа А. Н. Оленина, графа Г. И. Головкина, астраханского архиепископа Никифора, рукописей из коллекции Иоиля Быковского. Несколько рукописных своих сочинений подарил собирателю поэт Гавриил Державин.

Большую коллекцию ростовских и ярославских древностей Мусин-Пушкин получил благодаря знакомству с архиепископом Арсением (Верещагиным), с 1787 года возглавлявшим Ярославскую епархию. Среди старинных документов оказалось и «Слово о полку Игореве», хранившееся в ризнице соборного храма упраздненного Спасо-Ярославского монастыря. Находка и публикация этого бесценного памятника древнерусской литературы принесли коллекционеру мировую известность.

Иногда в его коллекцию поступали целые библиотеки или значительные их части. Так, к нему перешли полностью библиотека профессора Московского университета А. А. Барсова, часть книжного собрания и рукописей историка и поэта И. П. Елагина. Книжные редкости завещал Алексею Ивановичу архангельский архиепископ Аполлос (Байбаков). К нему со временем перешла и библиотека архимандрита Иоиля. Библиотека историка И. Н. Болтина была куплена императрицей специально для собрания Мусина-Пушкина. Большая часть книг и рукописей историка В. Н. Татищева также влилась в собрание.

Обширный свод рукописей Мусина-Пушкина составлялся в те годы, когда из церковного обихода активно вытеснялись рукописные книги, и им на смену приходили типографские издания. На антикварном рынке оказалось множество рукописей из церковных и монастырских собраний.

Особое место в рукописном собрании Мусина-Пушкина занимали черновые бумаги выдающихся людей. Первыми стали бумаги Екатерины II, которые Мусину-Пушкину подарила сама императрица: черновики к «Запискам касательно Российской истории», а также бумаги к новому Уложению. Впоследствии к ним добавились бумаги митрополитов Димитрия Ростовского, Самуила Киевского, Гавриила Новгородского, Арсения Ростовского (Верещагина). Вместе с книгами А. А. Барсова и И. Н. Болтина к собирателю перешли и их личные архивы.

Кроме рукописей и старопечатных книг, в собрание Мусина-Пушкина входил обширный мюнцкабинет — собрание монет и медалей, как отечественных, так и «чужестранных».

Имелось у Мусина-Пушкина и живописное собрание, некоторые картины которого приписывались кисти Рафаэля, Рубенса, Леонардо да Винчи, Корреджо («Головы»). Большинство атрибуций впоследствии были отвергнуты.

В 1797 году Алексей Иванович вышел в отставку и навсегда поселился в Москве. Сюда и была привезена из Петербурга его богатейшая библиотека с обширнейшим рукописным отделом и все его коллекции. Мусин-Пушкин охотно предоставлял рукописи для работы. Памятники изучали Н. М. Карамзин, И. Н. Болтин, Н. Н. Бантыш-Каменский, чешский исследователь Йозеф Добровский. Будучи крупным знатоком российских древностей, Мусин-Пушкин опубликовал несколько ценных рукописей из своего собрания. В 1800 он подготовил и издал «Слово о полку Игореве».

В 1807 году друг коллекционера Н. Н. Бантыш-Каменский убедил Мусина-Пушкина пожертвовать свое книжное и рукописное собрание Архиву Коллегии иностранных дел. Однако Алексей Иванович не успел этого сделать. Вся его коллекция погибла в пожаре 1812 года. Сохранилось лишь около двадцати рукописей некогда громадного древлехранилища, которые в 1812 году по счастливой случайности находились или у других исследователей, или в ярославском имении коллекционера, или были подарены Александру I и великой княжне Елене Павловне. В частности, несколько памятников оказалось у Н. М. Карамзина. Летопись Кривоборского была в это время у П. П. Бекетова. Уцелел и Лаврентьевский список Несторовой летописи: он буквально накануне войны был преподнесен коллекционером Александру I (ныне — в Российской национальной библиотеке в Петербурге). В РГАДА хранится принадлежавший собирателю требник XIV в.[2]

Екатерина Алексеевна, жена

Гибель древлехранилища Мусин-Пушкин очень тяжело переживал. Страсть к собирательству побудила его снова приняться за поиски. Однако на этот раз он сумел собрать немного. Во время пожара погиб и его личный архив, в том числе записи, которые он ежедневно вел с 1772 года. Картинная галерея и серебро были заблаговременно вывезены и сохранились у дочери.

В 1866 году в Чертковскую библиотеку в Москве была пожертвована коллекция рукописей, собранных А. И. Мусиным-Пушкиным в 1813—1817 годах. Их было всего шестнадцать.

Семья[править | править вики-текст]

Алексей Иванович был женат с 1781 года на княжне Екатерине Алексеевне, дочери генерал-майора князя Алексея Никитича Волконского. Подобно своему мужу, графиня была женщиной очень образованной и много читающей, к книгам относилась бережно и любовно. Екатерина Алексеевна — это тип большой светской барыни. Она была женщиной властной. После смерти мужа не выпускала из своих рук управление делами и землями. Екатерина Алексеевна любила свет и почти до самой смерти не могла себе отказать в светских развлечениях.
От этого брака у них было восемь детей; три сына и пять дочерей.

Адреса[править | править вики-текст]

В 1781-99 гг. занимал в Петербурге дом на набережной реки Мойки, 104.

Адрес в Москве — Елоховская, 2/1. Дом восстановлен после пожара 1812 года.

Примечания[править | править вики-текст]

  1. Даты обер-прокурорства согласно: Высшие и центральные государственные учреждения России. 1801—1917. СПб.: Наука, 1998, Т. 1, стр. 135.
  2. Лифшиц А. Л. ОБ ИСТОРИИ ШЕРЕМЕТЬЕВСКОГО ТРЕБНИКА //Древняя Русь. Вопросы медиевистики. 2003. № 3 (13). С. 99-101.

Литература[править | править вики-текст]