Митаннийский арийский язык

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Митаннийский арийский язык
Самоназвание:

неизвестно

Страны:

территория современных Сирии, Ирака и Турции

Регионы:

Месопотамия

Общее число говорящих:

неизвестно

Статус:

мёртвый язык

Вымер:

возможно, конец II тыс. до н.э.

Классификация
Категория:

Языки Евразии

Индоевропейская семья

Индоиранские языки
Индоарийская группа (спорная классификация)
Письменность:

бесписьменный (глоссы записаны хурритской клинописью)

См. также: Проект:Лингвистика

Митаннийский арийский языкиндоевропейский субстрат, обнаруженный в текстах древнего царства Митанни. Название «митаннийский арийский» используется во избежание путаницы, так как основным и официальным языком царства был хурритский язык. Индоевропейские глоссы в языке Митанни представляют собой следующие группы понятий:

Генетические связи[править | править вики-текст]

Употребление индоевропейских имён правителей, наряду со вторыми хурритскими, а также включение индоиранских божеств в тексты в качестве гарантов клятв представителей династии Миттани, объясняется их происхождением из народа, для которого митаннийский арийский язык был родным. Наиболее вероятной родиной династии представляется район около озера Урмия в Северо-Западном Иране, в области, которую еще греческие историки и географы второй половины I тысячелетия до н. э. называли Матианой или Матиеной. Ко всему прочему отсюда считается, что сам термин Митанни обозначал собственно династию и лишь впоследствии стал синонимом царства, которое очевидно изначально называлось Ханигальбат, как это следует из ассирийских источников.

Выводы учёных относительно того факта, что митаннийский арийский был разговорным языком правящей прослойки царства Митанни[1], пыталась поколебать в 60-70-х гг. XX в. немецкая исследовательница А. Камменхубер, которая утверждала, что все индоиранские термины и имена собственные, выявленные в митаннийской традиции, якобы отражают не индоиранское, а хурритское произношение. Следовательно, ко времени употребления этих терминов в текстах сам язык являлся мёртвым, либо не употреблялся в пределах царства. Однако, теория Камменхубер позднее была опровергнута австрийским лингвистом М. Майрхофером и англичанином П. Мури[2][3][4]. Они показали, что

...это были индоарии, хотя и с диалектными отличиями от Ригведы (ближе к пракритам и с чертами архаичности – еще без стяжения дифтонгов). Но вера у них была та же. По хронологии эти индоарии совпадают с доведическими и доиндийскими ариями. А поскольку они одной веры, то это не братья, а, возможно, предки тех, которые потом оказались ведическими в Индии, или их ближайшие сородичи. По некоторым признакам (элементам ономастики) И.Ф. Гиндин допускает небольшое участие протоиранцев в этом первом движении ариев на Ближний Восток. А. Парпола отмечает, что 8 арийских имен собственных из Митанни имеют структуру «гостеприимец бога такого-то» (например, Митратитхи). Это необычная для Ригведы структура, но в мандалах I и особенно VII Ригведы содержатся гимны семьи Канва (связана с племенами Яду и Турваша), в которых есть подобные структуры. Парпола считает это ранней частью Ригведы.

Л.С. Клейн[5]

Серьёзный анализ языка провела группа советских учёных во главе с И. М. Дьяконовым. Спорным, по их мнению, остается вопрос о положении данного языка, сохраненного глоссами, внутри группы индоиранских языков. В собранном материале нет черт, характерных для иранских языков, в то же время есть черты, архаичные уже для индийских ведийских текстов, но и черты, заведомо возникшие в языках индийской ветви лишь в I тысячелетии до н. э. и отсутствующие в санскрите. Вывод из этих данных может быть различен:

  1. «митаннийский арийский» — очень древний язык индийской ветви, однако уже выработавший некоторые черты, возникшие в других индийских диалектах лишь позже;
  2. «митаннийский арийский» — это диалект будущих иранских племен, но относящийся ко времени до выработки фонетических особенностей, отделивших иранскую ветвь от индийских, — и, однако, имеющий уже и некоторые позднейшие, все-таки неиранские черты;
  3. «митаннийский арийский» принадлежит к ветви, промежуточной между иранской и индийской, а именно к дардо-кафирской.

Эта ветвь, сохранившаяся ныне лишь в Северо-Восточном Афганистане, Пакистане и в Кашмире, считается специалистами первой по времени выделения из индоиранской общности и по времени переселения в ирано-индийский регион; поэтому вполне возможно, что диалекты этой ветви имели вначале более широкое распространение в Иране, пока не были вытеснены позднейшими волнами собственно ираноязычных племен, появившихся здесь не позже последних веков II тысячелетия до н. э. Именно это решение удовлетворяет всем отличительным признакам «митаннийского арийского». Необходимо заметить, что индоиранизмы в культуре, языке и именах собственных обнаруживаются только у хурритов митаннийской группы: их нет в ранних хурритских надписях, нет ни в Алалахе близ устья реки Оронт, ни в Киццувадне, ни в богазкёйском архиве (исключая дипломатические договоры с Митанни), ни в Аррапхэ[6].

Примеры употребления[править | править вики-текст]

В договоре между хеттским царём Суппилулиумой I и митаннийским царём Мативаца ок. 1380 г. до н. э. упоминаются божества Митра, Варуна, Индра и Насатья (Ашвины). В тексте Киккули об обучении лошадей упоминаются такие термины, как aika (санскр. eka, один), tera (санскр. tri, три), panza (pancha, пять), satta (sapta, семь), na (nava, девять), vartana (vartana, круг). Числительное aika (один) — особо важный указатель на то, что митаннийский арийский язык был ближе к индоарийским языкам, чем к другим языкам арийской ветви.

Ещё в одном тексте упоминаются слова babru (санскр. babhrú, коричневый), parita (palita, серый) и pinkara (pingala, красный).

Отдельные заимствования из митаннийско-арийского проникли в середине II тыс. до н. э. даже в аккадский язык: babrunnu «масть лошади» (ср. выше), magannu «дар» (др.-инд. maghá), susānu «тренер лошадей» (др.-инд. aśvá sani), mariannu «колесничий» (ср. др.-инд. márya «молодой человек»). Последняя этимология, однако, оспаривается рядом исследователей, в частности, И. М. Дьяконовым и С. А. Старостиным. Согласно их работам термин марианна — чисто хуррито-урартский (северокавказский), а не происходит от древнеиндийского марья — «муж, юноша», доказывая это не только наличием хорошей северокавказской этимологии этого слова, но и тем, что институт марианна существовал не только у митаннийцев, испытавших индоиранское влияние, но и у всех хурритов вообще, включая Алалах и Аррапхэ.

Примечания[править | править вики-текст]

  1. Чайлд Г. Арийцы. Основатели европейской цивилизации / Пер. с англ. И. А. Емец. М.: Центрполиграф, 2009. — 272 с.
  2. Mayrhofer M. Die Arier im Vorderen Orient — ein Mythos?, Wien, 1974.
  3. Moory P. Pictorial evodence for the History of Horsebreeding in Iraq before the Kassite period, - Iraq, 1970, p. 32.
  4. Кузьмина Е. Е. Откуда пришли индоарии? Материальная культура племён андроновской общности и происхождения индоиранцев. М., 1994, с. 190.
  5. Клейн Л. С. Древние миграции и происхождение индоевропейских народов. 2007. Стр. 39.
  6. Янковская Н. Б. Лекция 8. Ашшур, Митанни, Аррапхэ // История древнего мира / Под редакцией И. М. Дьяконова, В. Д. Нероновой, И. С. Свенцицкой. — Изд. 3-е, испр. и доп. — М.: Главная редакция восточной литературы издательства «Наука», 1989. — Т. 1. Ранняя древность. — 470 с. — 50 000 экз. — ISBN 5-02-016782-7.

Литература[править | править вики-текст]

  • История Древнего Востока, т. 2. М. 1988.
  • Mallory J.P. «Kuro-Araxes Culture», Encyclopedia of Indo-European Culture. Fitzroy Dearborn, 1997.
  • Thieme P. The 'Aryan Gods' of the Mitanni Treaties // Journal of the American Oriental Society 80, 301—317 (1960)