Оккупация Японии

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Оккупация Японии
連合国軍占領下の日本

Военная оккупация
Merchant flag of Japan (1870).svg
2 сентября 1945 — 28 апреля 1952


Merchant flag of Japan (1870).svg
 
Flag of US Occupied Ryukyu Islands.svg
Flag of Allied Occupied Japan.svg
Флаг оккупированной Японии
Occupied Japan.png
Оккупированная Япония. 1 - японская метрополия, оккупирована США. 2 - Тайвань, аннексирован Китаем. 3 - Южный Сахалин и Курилы, аннексированы СССР. 4 - Корея, разделена на советскую и американскую зоны оккупации. 5 - Квантунская область, аннексирована СССР. 6 - Южно-Маньчжурская железная дорога, аннексирована Китаем. 7 - Южный Тихоокеанский мандат, оккупирован США.
Столица Токио
Крупнейшие города Токио, Осака, Киото
Язык(и) японский
Денежная единица иена
Площадь 377 835
Форма правления Военная оккупация
Верховный Командующий Союзными войсками
 - 1945-1951 Дуглас Макартур
 - 1951-1952 Мэтью Риджуэй
Император Японии
 - 1945-1952 Сёва
Премьер-министр Японии
 - 2 сентября 19459 октября 1945 Принц Нарухико
 - 9 октября 1945 — 22 мая 1946 Кидзюро Сидэхара
 - 22 мая 1946 — 24 мая 1947 Сигэру Ёсида
 - 24 мая 1947 — 10 марта 1948 Тэцу Катаяма
 - 10 марта 1948 — 15 октября 1948 Хитоси Асида
 - 15 октября 1948 — 28 апреля 1952 Сигэру Ёсида

Оккупация Японии союзными войсками (яп. 連合国軍占領下の日本 Рэнго:кокугун сэнрё:ка но Нихон?) имела место в 19451952 годах после её капитуляции во Второй мировой войне. В течение этого периода Япония не обладала государственным суверенитетом, правительство и император подчинялись Верховному Командующему Союзными войсками. Важнейшей задачей оккупационных войск было проведение демилитаризации Японии. В течение этого периода был проведен Токийский процесс, принята новая Конституция страны и начато восстановление японской экономики. После вступления в силу Сан-Францисского мирного договора оккупация закончилась и Япония вновь стала суверенным государством.

Организация и контроль над оккупированной Японией[править | править исходный текст]

На случай продолжения сопротивления Японии после занятия её колоний и локальных ударных операций (включая атомную бомбардировку), что потребовало бы кровопролитных боёв и было не под силу одним США, в США был разработан общий план раздела Японии с разделением страны на зоны ведения боевых действий и оккупации, а у СССР имелся оперативный план советской оккупации, начиная с высадки на Хоккайдо двух стрелковых дивизий, которая должна была последовать за Маньчжурской и Южно-Сахалинской сухопутными, Курильской и тремя корейскими тактическими десантными операциями Советско-японской войны согласно приказу, отданному главнокомандующим советскими войсками на Дальнем Востоке маршалом Василевским, но отложенному до новых указаний Ставки[1]. В связи с Актом капитуляции Японии реализация планов не потребовалась, оккупация Японии западными войсками состоялась без кровопролития.

Оккупационная политика союзных держав в отношении Японии определялась прежде всего Потсдамской декларацией. Но основой конкретной политики в отношении Японии явился документ, подготовленный государственным департаментом США с участием военного и морского министерств и опубликованный 23 сентября 1945 года под названием «Основные принципы политики США в отношении Японии в начальный период оккупации».[2] Предусматривалось, что главнокомандующий «будет осуществлять свою власть через посредство японской правительственной машины и агентства, включая императора…» За японским народом признавалось «право свободы перемены правления Японии», при условии, что подобная перемена не будет противоречить безопасности американской армии и целям оккупационной политики. В документе также говорилось о демилитаризации Японии, ликвидации идеологии милитаризма и агрессии и обеспечении развития мировой экономики.

На совещании министров иностранных дел Советского Союза, США и Англии, которое состоялось в Москве в декабре 1945 года, было принято решение учредить Дальневосточную комиссию (ДВК) (с постоянным пребыванием в Вашингтоне) и Союзный совет (с местонахождением в Токио) для Японии, которые начали действовать с 1946 года. Дальневосточная комиссия должна была вырабатывать основы оккупационной политики союзных держав в отношении Японии, а Союзный совет консультировать главнокомандующего оккупационных войск. В дальнейшем, по мере изменения международной обстановки, в частности с обострением отношений между США и Советским Союзом, роль и значение этих международных органов резко ослабли.

Для осуществления военной оккупации самой Японии на её территорию были введены сухопутные, военно-морские и военно-воздушные силы под общим командованием генерала Макартура. Но управление Японией не носило чисто военного характера, господство союзников над Японией осуществлялось косвенно: через японские правительственные органы. На местах, во всех префектурах и городах, 8-й армией США были созданы соответствующие отделы, которые и осуществляли руководство и контроль за деятельностью японских органов власти. Эти органы существовали весь период оккупации, но численность личного состава в них по мере выполнения задач оккупации, начиная с 1949 года, постепенно сокращалась.

Оккупационная политика[править | править исходный текст]

Политика демократизации[править | править исходный текст]

  • Директива о ликвидации ограничений политических и религиозных свобод и прочих гражданских прав (4 октября 1945 года).
  • Разрешение деятельности запрещённых в годы войны профсоюзов (1946 год).
  • Разрешение деятельности оппозиционных политических партий, включая КПЯ и СПЯ.
  • Предоставление избирательного права женщинам.

В декабре 1945 года на основе директивы оккупационных властей синтоистская религия была отделена от государства, а в новогоднем обращении к народу в 1946 года император публично отрёкся от своего «божественного происхождения». (см. Нингэн-сэнгэн)

Экономическая политика[править | править исходный текст]

  • Ликвидация дзайбацу (крупные монополистические концерны).
  • Аграрная реформа 1946-1949 годов, в результате которой помещичье землевладение было практически уничтожено, а из арендаторов крестьяне стали собственниками земли. Группу разработчиков реформы возглавил американский экономист Вольф Ладежинский.
  • «Линия Д. Доджа» (1949-1950) — линия стабилизации японской экономики, разработанная американским финансистом Д. Доджом. Важной частью «линии Доджа» была осуществленная в 1949 году реформа налоговой системы Японии, проект которой был разработан группой американских экспертов во главе с Шоупом. Суть реформы состояла в увеличении налогов в целях преодоления инфляции и стабилизации экономики. Центральное место в ней занимали прямые налоги, в основу которых был положен принцип прогрессивного подоходного налога. Главным итогом финансовой реформы Доджа стало то, что был сверстан и принят к исполнению бездефицитный государственный бюджет, при котором доходы не просто покрывали расходы, но и значительно превышали их. Эта финансовая реформа также оказала благотворное влияние на состояние внешней торговли Японии: стабилизировала иену и позволила выйти государству из затянувшегося финансового кризиса.

В 1945 году оккупационными властями начат выпуск в обращение оккупационных иен, находившихся в обращении параллельно с японской иеной. В 1948 году оккупационная иена была изъята из обращения, за исключением Окинавы, где она была объявлена единственным законным платёжным средством, полностью заменив в обращении японскую иену.

Культура оккупированной Японии. Цензура[править | править исходный текст]

В первые годы оккупации американским командованием был издан ряд законов и директив, были декларированы основные права и свободы, выпущены из тюрем политические и культурные деятели, распущены профашистские объединения (в том числе Японское литературное общество и Ассоциация писателей Великой Восточной Азии), упразднена цензура в кинематографе и театральном искусстве. Вместе с тем масштаб преобразований был урезан рядом специальных указаний, запрещавших, в частности, упоминание жестокостей американских военнослужащих[3].

Изданные в первый послевоенный месяц распоряжения открыли американской администрации путь к американизации японской культуры и образа жизни. При штабе оккупационных войск было создано Управление гражданской информации и просвещения, в функции которого вошло руководство различными областями культуры, контроль за исполнением распоряжений штаба в этой области и на первое время пресечение проявлений идеологии японского милитаризма. Отдел гражданской цензуры (Минкан дзёхокёку) занимался цензурой всех форм информации — книг, фильмов, радиопередач, корреспонденции и т. д. В сентябре 1945 года был издан «Кодекс прессы» («Прэсу кодо») — директива, запрещавшая публикацию критики оккупационной администрации и любых материалов, могущих повредить американской политике[3].

Одной из мер по демократизации японского общества стали и регламентации в области религии. Согласно директиве от 15 декабря 1945 года все синтоистские учреждения (храмы, училища и т. д.) были отделены от государства, а Бюро по храмам при министерстве внутренних дел и учреждения, занимавшиеся подготовкой священников и исследованием этой религии, были распущены. Распространение идей синтоизма в учебных заведениях подпало под запрет, а синтоистские алтари были убраны из всех школ. Вместе с тем увеличивалось влияние христианства: под эгидой американских властей в Японии активизировали свою деятельность миссионеры. Католики и представители других конфессий создали в стране большую сеть школ, семинарий и университетов[4].

Оживление культурной жизни, начавшееся с окончанием Второй мировой войны, коснулось и живописи. В то время как в годы войны в соответствии с политикой «японского духа» насаждалось направление традиционной японской живописи нихонга, и опиравшиеся на европейские традиции художники были вынуждены практически прекратить деятельность, после войны появилось сразу несколько организаций работавших в жанре европейской масляной живописи — «Докурицу бидзюцу кёкай» («Ассоциация независимого искусства»), «Иссуй кай» и др.[5]

«Обратный курс» в политике США в области культуры выразился в незаконных преследованиях деятелей культуры, стремлении ускорить процесс американизации японского общества и общем усилении контроля над культурной жизнью. С июня 1949 года по февраль 1950 года прошла первая волна «чистки красных»: репрессии, направленные против работников просвещения встречали сопротивление со стороны учащихся и их родителей, бывали случаи, когда целые школьные классы, протестуя против увольнения учителя, уходили в горы, отказываясь вернуться[6]. В то же время, как реакция на американизацию культуры и политику «обратного курса» в Японии повысился интерес к культурному наследию страны классической литературе, традиционному театру, бытовой культуре (чайной церемонии, искусству икебана): Например, большой резонанс получил выход в 1952 году полного перевода на современный японский язык классического романа Мурасаки Сикибу «Гэндзи-моногатари», выполненного Дзюнъитиро Танидзаки[7].

Театр[править | править исходный текст]

В годы Второй мировой войны тех актёров, что не были мобилизованы в армию, заставляли участвовать в представлениях для солдат[8]. По распоряжению Отдела информации был создан Японский союз передвижных театров, коллективы которых разъехались по Японии и демонстрировали программы, призванные мобилизовать население[9]. В результате бомбардировок была уничтожена значительная часть театральных помещений, а немногие из уцелевших зданий были преобразованы оккупационными властями в кинотеатры и клубы для военных[5][10].

В сентябре 1945 года Управлением гражданской информацией и просвещения была издана директива «О направлении творческой деятельности в кино и театре», в которой определялось каким принципам следовало придерживаться деятелям этих искусств. Традиционный театр Японии — кабуки, но, нингё дзёрури — был объявлен антидемократическим[11]. По свидетельству американского театроведа Эрла Эрнста, назначенного сразу после войны экспертом по театру при Штабе оккупационных войск, работниками театральной секции Управления «был просмотрен весь репертуар японских театров, особенно традиционный театр дзёрури и кабуки», и после консультации с японскими учёными «секция пришла к заключению, что большинство наиболее популярных пьес традиционного театра основано на феодальной идеологии и не подходит для народа, который намерен навсегда отказаться от войны и встать на путь демократии»[8]. Допущенные к постановке пьесы были включены в особый список. Театрам было предписано ежегодно обновлять репертуар минимум на одну треть, причём английский перевод новых пьес было необходимо предоставлять в Отдел гражданской цензуры при Управлении за неделю до предполагаемой премьеры[12][11].

Такое отношение к театру вызывало у общественности недовольство, и в газетах стали появляться заметки, авторы которых выражали сомнения, что традиционный театр сможет выжить в таких условиях[13]. Тем не менее, на сцену стали возвращаться артисты, находившиеся в эвакуации, работавшие в бригадах Японского союза передвижных театров и репрессированные во время войны[5]. Развитию театра в первое время мешали высокие налоги и отсутствие материальной базы[5]. Наиболее трудное положение сохранял театр но. В августе, незадолго до конца войны, была создана ассоциация актёров и музыкантов но «Ногаку кёкай»[14], которую, объединившую около тысячи человек, возглавил Кита Минору. Целью организации стало спасение но от деградации и уничтожения[15]. Ассоциация занималась снабжением трупп реквизитом и вела переговоры с оккупационными властями о намечавшихся постановках; создавались частные и общественные школы для обучения актёров и музыкантов — «Ногакудзюку» и «Ногаку ёсэйкай», издавался журнал «Но» (с 1946 по 1953 год)[16].

Первым послевоенным представлением стал показанный в театре «Дзэнсиндза» в сентябре 1945 года спектакль «Сукэроку» Дзихэя Цуути, один из самых популярных классического репертуара кабуки[5]. В декабре усилиями трёх трупп театра сингэки «Бунгакудза», «Хайюдза» и «Токё гэйдзюцу гэкидзё» был поставлен «Вишнёвый сад» А. П. Чехова, что ознаменовало возвращение на японскую сцену и русской драматургии[17]. В 1946 году вернулся к театральной деятельности репрессированный Томоёси Мураяма; в организованную им труппу сингэки «Синкё гэкидан» вошли 40 актёров, придерживающихся наиболее левых взглядов. Подвергался критическому переосмыслению классический репертуар кабуки; в октябре 1946 года под руководством Мураямы в театре «Дзэсиндза» была поставлена антифашистская пьеса американской писательницы-драматурга Лилиан Хелман «Стража на Рейне»[18].

Литература[править | править исходный текст]

По окончании войны возобновили выпуск такие литературные, театральные и общественно-политические журналы, как «Бунгэй сюндзю» («Литературная летопись»), «Тэаторо» («Театр»), «Тюо корон» («Центральное обозрение»), появились новые издания — «Синсэй» («Новая жизнь»), «Синтё бунгэй» («Литература нового направления»), «Тэмбо» («Панорама»). Увеличение числа печатных изданий открыло новые возможности перед японскими авторами. В 1946 году Кафу Нагаи были опубликованы несколько произведений («Танцовщица», «Непрошенные заметки», «Взлёт и падение» и др.), которые в целом отражали довоенный жизненный опыт писателя. В том же году опубликовали свои работы два крупнейших писателя неогуманистического направления: Хакутё Масамунэ («Тяга к новому», «Меняющийся мир», «Страдания жертвы войны») и Наоя Сига («Серая луна»)[19].

Началось возрождение подавленного в 30-х годах демократического литературного движения, во главе его стали литературный критик Курэхито Курахара (род. 1902), а также писатели Сунао Токунага и Юрико Миямото. В декабре 1945 года было создано Общество новой японской литературы (Син нихон бунгаку кай), которое ставило своей целью борьбу за демократическое развитие японской литературы[20]. Общество повсеместно организовывало литературные кружки для молодёжи и вело работу по привлечению в свои ряды демократически настроенных литераторов[21].

Писательница Юрико Миямото

Юрико Миямото, переживавшая в этой период новый расцвет творчества, опубликовала несколько произведений: «Футисо» (1946), «Равнина Бансю» (1946—1947), «Два дома» (1947), «Вехи» (1947—1949), первые два из которых показывают жизнь в стране после капитуляции, а последние являются заключительными частями её автобиографической трилогии. Сунао Токунага опубликовал поесть «Спи с миром, жена!» (1946—1948), в который раскрыл свои переживания предвоенных и военных лет, и роман «Тихие горы» (1950), в которой изобразил борьбу рабочего класса в новых условиях[20].

Демократический подъём испытывала и поэзия: при Обществе новой японской литературы была создана секция поэтов. Результатом её работы стал выпуск журнала «Новые японские поэты» («Син нихон сидзин»). К обществу примкнули такие поэты, как Дзюн Окамото, Мицухара Канэко, Киёси Акияма, один из крупнейших поэтов периода пролетарского литературного движения Сигэдзи Цубои выпустил в 1946 сборник стихов «Плоды»[22].

По окончании войны сложилось ещё одно писательское объединение — «Послевоенная группа» («Сэнго ха»), участники которой своими задачами ставили формирование «современного свободного человека» и углублённое изображение личности[23]. С января 1946 года «Сэнго ха» стала выпускать журнал «Новая литература» («Киндай бунгаку»), вокруг которого постепенно сложилась группа завоёвывавших внимание читателя писателей — Хироси Нома, Риндзо Сиина, Харуо Умэдзаки, Синъитиро Накамура и др.[21]

Участникам «Послевоенной группы» было свойственно резко отрицательное отношение к войне, значительную роль в их творчестве играла критическая литература. Среди проблем, поднимавшихся «Сэнго ха» — вопрос взаимоотношения искусства и политики, а также вопрос о «современной личности»: представители группы, объяснявшие отсутствие организованного сопротивления распространению фашизма интеллигенцией отсутствием у японцев качеств «раскрепощённой современной личности», делали вывод, что главной задачей литературы является выработка и последующее распространение правильного понимания отношений личности и общества, прежде пренебрегавшего интересами индивидуума[24].

Рост интереса к культурному наследию в области литературы выразился в увеличении числа изданий, посвящённых таким жанрам поэзии, как танка и хайку: «Танка дзасси» («Журнал танка», 1948), «Танка хайку кэнкю» («Изучение танка и хайку», 1948), «Танка сэйтё» («Звук танка», 1950) и др. Эта тенденция привела и к созданию Дзюндзи Киноситой нового жанра пьес минвагэки на темы народных сказаний. Пьесы Киноситы ставились коллективами различных направлений и жанров и вызвали такой интерес, что даже было создано Общество по изучению народных сказаний. В конце 1940-х годов приобретают популярность литературные произведения, в которых воспевается специфика национальных обычаев и традиций: Дзюнъитиро Танидзаки публикует роман «Мелкий снег» (1947), а Ясунари Кавабата — «Тысячу журавлей» (1949—1951)[25].

Ещё один японский писатель, Тацудзо, Исикава, в романе-эпопее «Тростник под ветром» (1949), описывая время с конца Второй мировой войны до запрещения всеобщей забастовки штабом в феврале 1947 года, говорил о недопустимости повторения той трагедии, что пережил японский народ в годы войны. В 1952 году свой антивоенный роман «Огни на равнине» на основе личных воспоминаний создал Сёхэй Оока; по сюжету произведения рядовой Тамура становится свидетелем того, как его озверевшие товарищи доходят до каннибализма[26].

Кинематограф[править | править исходный текст]

Значительное внимание Управление гражданской информации и просвещения уделяло восстановлению японского кинопроизводства. В октябре 1945 года была издана директива, определявшая принципы, которыми следовало руководствоваться участникам съёмочного процесса: отказ от идеи японского милитаризма, стимулирование либерального движения и создание условий, при которых исключается новая угроза миру со стороны Японии. Для осуществления этого распоряжения в декабре 1945 года была создана Федерация кинопродюсеров (Эйга сэйсакуся рэнгокай). Ещё раньше, в ноябре, был определён список из 277 старых фильмов, которые было запрещено демонстрировать из-за их направленных на пропаганду националистских и милитаристских идей[27].

В 1946 году режиссёром Акирой Куросавой был выпущен фильм «Не сожалею о своей юности», в котором рассказывалось о руководителе антивоенного движения, Тадаси Имаи — лента «Враги народа», обличавшая руководителей Японии военных лет, а Кэйсукэ Киносита — картина «Утро в доме Осонэ» об испытаниях в годы войны либерально настроенной семьи. В 1947 году вышел фильм «Война и мир» Камэя Фумио, носивший выраженный антимилитаристский характер[28]. Суровая реальность послевоенной Японии нашла отражение в таких фильмах 1948 года, как «Дети улья» Хироси Симидзу и «Пьяный ангел» Акиры Куросавы; в 1949 году Ясудзиро Одзу снял картину «Поздняя весна» о мирной жизни японских буржуа[29].

Постер фильма «Расёмон» Акиры Куросавы

Преобразования открыли путь на японский экран ранее цензурировавшихся любовных сцен и сцен с поцелуями. Руководство штаба не стало поддерживать это табу и не стало препятствовать потоку американских фильмов, наводнивших послевоенную Японию. Благодаря этому в стране появились «фильмы с поцелуями» («сэппун эйга») и «фильмы с обнажённым телом» («хадака эйга»): благодаря возможности включать в картины любовные сцены японские кинематографисты получили возможность привлечь зрителей и хорошо заработать (например, фильмы 1946 года «Ученица и учитель» и «Ночной поцелуй»)[30].

В кинематографе наиболее сильно из всех видов искусства проявилась политика «обратного курса». В 1948 году было уволено 270 сотрудников кинокомпании «Тохо», выпускавшей фильмы с осуждением бюрократии и героизацией коммунистов революционеров. После забастовки, объявленной в «Тохо» и продолжавшейся 195 дней были уволены ещё 100 человек — профсоюзных активистов и коммунистов[6]. Оставшиеся без работы создали собственные объединения, организовали сбор средств и наладили внестудийный выпуск продукции, таким образом положив начало независимому японскому кинематографу. Крупные же кинокомпании всё больше уделяли внимание выпуску антикоммунистических и милитаристских фильмов[31]. Впоследствии период с 1948 по 1953 год оказался запечатлён в фильме «Японская трагедия» (1958) Кэйсукэ Киноситы, в которой рассказывается история бедной женщины, не интересующейся политикой и не понимающей значения послевоенных событий[32].

Народная поддержка сделала возможным выпуск новых фильмов[31]; существуя за счёт помощи зрителей, независимому кино удалось создать свою прокатную сеть[33]. В 1951 году вышла картина «А всё-таки мы живём», рассказывающая о жизни японских рабочих, режиссёра Тадаси Имаи[31], работавшего в документально-реалистическом стиле[33]. В послевоенную эпоху Имаи стал всё больше внимания уделять гуманистическим вопросам, предпочитая их развлекательной стороне кино, и исследовал причины несчастий в жизни добрых людей. Так, в его фильме 1952 года «Школа эха» рассказана история молодого учителя, который вместе со своими учениками, продолжает занятия в своей деревушке, несмотря на бедность[34].

В 1952 году выходит фильм «Дети атомной бомбы» в стиле документального кино по сценарию Канэто Синдо, потерявшем в день бомбардировки Хиросимы свою семью[33]. В послевоенное время продолжал активно работать классик японского кинематографа Кэндзи Мидзогути: его фильм «Женщина Сайкаку»[en] о дочери придворного[35] получил награду на Венецианском кинофестивале 1952 года. В том же году премию «Оскар» как лучший фильм на иностранном языке получила лента «Расёмон» (1951) Акиры Куросавы, затрагивающая тему сексуальных отношений и психологии[36][29].

Примечания[править | править исходный текст]

  1. ЦАМО РФ, ф. 66, оп. 178499, д. 1, л. 265—266
  2. Каирская декларация, Крымское соглашение, Потсдамская декларация, решение Московского совещания и другие документы, связанные с капитуляцией Японии. Сборник документов 1943—1946. М., 1947. с. 43-49.
  3. 1 2 Попов и др., 1978, с. 99—100
  4. Попов и др., 1978, с. 101
  5. 1 2 3 4 5 Попов и др., 1978, с. 104
  6. 1 2 Попов и др., 1978, с. 111
  7. Попов и др., 1978, с. 112—113
  8. 1 2 Гришелёва, 1977, с. 95
  9. Попов и др., 1978, с. 98
  10. Leiter, 2006, p. xli
  11. 1 2 Молодяков и др., 2007, с. 291
  12. Гришелёва, 1977, с. 95—96
  13. Гришелёва, 1977, с. 96
  14. Leiter et al., 2009, p. 176
  15. Гришелёва, 1977, с. 42—43
  16. Гришелёва, 1977, с. 43
  17. Попов и др., 1978, с. 105
  18. Попов и др., 1978, с. 110
  19. Попов и др., 1978, с. 102—103
  20. 1 2 Попов и др., 1978, с. 106
  21. 1 2 Попов и др., 1978, с. 107
  22. Попов и др., 1978, с. 109
  23. Молодяков и др., 2007, с. 292
  24. Попов и др., 1978, с. 108
  25. Попов и др., 1978, с. 113
  26. Попов и др., 1978, с. 115
  27. Попов и др., 1978, с. 101—102
  28. Сато, 1988, с. 72
  29. 1 2 Сато, 1988, с. 207
  30. Попов и др., 1978, с. 103
  31. 1 2 3 Попов и др., 1978, с. 114—115
  32. Сато, 1988, с. 80
  33. 1 2 3 Молодяков и др., 2007, с. 294—295
  34. Сато, 1988, с. 74—75
  35. Сато, 1988, с. 221
  36. Молодяков и др., 2007, с. 293—294

Литература[править | править исходный текст]

Работы по истории Японии
  • Ерёмин В. Н. История правовой системы Японии / Отв. ред. А. А. Кириченко. — М.: РОССПЭН, 2010. — 293 с. — 800 экз. — ISBN 978-5-8243-1391-8
  • Кузнецов Ю. Д., Навлицкая Г. Б., Сырицын И. М. История Японии: Учеб. для студ. вузов, обучающихся по спец. «История». — М.: Высшая школа, 1988. — 432 с. — 30 000 экз. — ISBN 5-06-001204-2
  • Молодяков В. Э., Молодякова Э. В., Маркарьян С. Б. История Японии. XX век / Отв. ред. В. М. Алпатов. — М.: Крафт+, 2007. — 528 с. — (История стран Востока. XX век). — 1000 экз. — ISBN 978-5-89282-295-4
  • Попов К. М. Япония. Очерки развития национальной культуры и географической мысли / Отв. ред. Н. И. Конрад. — М.: Мысль, 1964. — 640 с. — (Географическая серия). — 2800 экз.
  • Сила-Новицкая Т. Г. Культ императора в Японии: мифы, история, доктрины, политика / Отв. ред. Т. П. Григорьева. — М.: Наука, 1990. — 206 с. — 5000 экз. — ISBN 5-02-016839-4
  • Хаттори Т. Япония в войне 1941—1945 гг.. — СПб.: Полигон, 2000. — 880 с. — (Военно-историческая библиотека). — 5000 экз. — ISBN 5-89173-085-5
  • Коллектив авторов. История Японии (1945—1975) / Отв. ред. В. А. Попов. — М.: Наука, 1978. — 541 с. — 16 700 экз.
  • Коллектив авторов. История Японии. Т. II. 1868—1998 / Отв. ред. А. Е. Жуков. — М.: Институт востоковедения РАН, 1998. — 703 с. — 1000 экз. — ISBN 5-89282-073-4
Работы по истории культуры Японии
  • Гришелёва Л. Д. Театр современной Японии. — М.: Искусство, 1977. — 237 с. — 25 000 экз.
  • Сато Т. Кино Японии. — М.: Радуга, 1988. — 224 с. — 25 000 экз. — ISBN 5-05-002303-3
  • Leiter S. L. Historical dictionary of Japanese traditional theatre / Jon Woronoff (Series editor). — Scarecrow Press, 2006. — 632 p. — (Historical dictionaries of literature and the arts). — ISBN 0-8108-5527-5
  • Коллектив авторов. Rising from the flames: the rebirth of theater in occupied Japan, 1945-1952 / Edited by Samuel L. Leiter. — Lexington Books, 2009. — 462 p. — ISBN 978-0-7391-2818-3