Голод в СССР (1932—1933)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Голод в СССР 1932—1933 годах (на Украине официально[1] называемый «голодомор»[2][3][4][5]) — массовый голод в СССР на территории УССР, БССР[4][6][5], Северного Кавказа, Поволжья, Южного Урала, Западной Сибири, Казахстана, повлёкший значительные человеческие жертвы (по разным оценкам от 2 до 8 млн человек).

Истоки голода в России[править | править вики-текст]

За вторую половину XIX столетия особой жестокостью отличались голодные годы, порождённые неурожаями 1873, 1880, 1883, 1891, 1892, 1897 и 1898 гг.[7] В XX веке особенно выделялись массовый голод 1901, 1905, 1906, 1907, 1908, 1911 и 1913. Тем не менее, эти продовольственные трудности в Российской империи после 1892 года не приводили к заметному повышению смертности и документальные подтверждения массовой голодной смертности отсутствуют. Причины голода в XX веке были не в сфере обмена, а в сфере производства хлеба, и вызывались они прежде всего чрезвычайными колебаниями русских урожаев в связи с их низкой абсолютной величиной и недостаточным земельным обеспечением населения, что, в свою очередь, не давало ему возможности накопить в урожайные годы денежные или хлебные запасы. Исключительная неустойчивость русских урожаев — прежде всего результат неблагоприятных климатических условий. Наиболее плодородные районы отличаются особой неравномерностью осадков. Наряду с низкой урожайностью, одной из экономических предпосылок массового голода в России была недостаточная обеспеченность крестьян землёй. Эти явления были возможными причинами Революции 1917 года.[7][8]

Разруха, экономический хаос, кризис власти после Гражданской войны вызвал новый массовый голод в 1921—1922 годах. Этот голод стал первым в зарождающемся СССР. Региональные и локальные проблемы с продовольствием и голод среди отдельных слоёв населения, вызванные различными факторами, периодически возникали и в течение 1923—1931 годов[9][10][11]. Второй массовый голод в СССР разразился в 1932/33 гг. в период коллективизации — тогда от голода и болезней, связанных с недоеданием, погибло около 7 млн человек.[12] В периоды голодных 1921—1922 и 1932—1933 годов на почве сильнейшего истощения населения отмечались неоднократные случаи каннибализма[13][14][15][16]. И, наконец, после Великой Отечественной войны население СССР охватил последний в истории Советского Союза массовый голод 1946/47 гг.

В дальнейшем массового голода с голодными смертями в СССР и в России не отмечалось, однако, проблема голода оставалась актуальной и в начале XXI века: по данным продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН в 2000—2002 году в России от голода страдали 4 % населения (5,2 млн человек).

В то же время, как отмечает историк В. В. Кондрашин в своей книге, посвящённой голоду 1932—1933 годов[17]:

« В контексте голодных лет в истории России своеобразие голода 1932—1933 годов заключается в том, что это был первый в её истории „организованный голод“, когда субъективный, политический фактор выступил решающим и доминировал над всеми другими. … В комплексе вызвавших его причин отсутствовал природный фактор, как равноценный другим, характерный для голодов 1891−1892, 1921−1922, 1946−1947 годов. В 1932—1933 годах не наблюдалось природных катаклизмов, подобных великим засухам 1891, 1921, 1946 годов »

Профессор С. А. Нефёдов полагал, что, на более глубоком уровне, основной причиной голода была мальтузианская ловушка, в которой находились Российская империя и ранний СССР вплоть до перехода к урбанизированному индустриальному обществу, который произошел существенно позже и быстрее, чем в странах Запада[18][19]. С подобным мнением не согласен профессор Б. Н. Миронов[20][21].

На Украине[править | править вики-текст]

"Голодомор" — массовый голод, охвативший всю территорию Украинской ССР в 1932—1933 годах[1], являющийся частью общего голода в СССР 1932—1933, повлёкший значительные человеческие жертвы, пик которого пришёлся на первую половину 1933 года а так же, по мнению сторонников теории умышленного характера голода против исключительно украинцев, являющийся геноцидом украинского народа[22].

В последние годы на Украине активно пропагандируется идея (в том числе в научных кругах), что голод 1932-1933 гг. явился следствием антиукраинской политики Москвы, что это был сознательный геноцид в отношении украинцев и т.п. Но ведь точно в таком же положении оказалось население Северного Кавказа, Поволжья, Казахстана и других районов, где царил голод. Здесь не было какой-то избирательной антирусской, антиукраинской, антиказахской или какой-то иной направленности. Собственно, такими же соображениями руководствовалась и Организация Объединенных Наций, отказавшаяся в 2008 г. большинством голосов признать факт геноцида украинского народа (хотя США и Англия и голосовали за такое признание, но они оказались в меньшинстве). [23].

В Казахстане[править | править вики-текст]

Голод в Казахстане 1932−33 годов — часть общесоюзного голода 1932−33 годов, вызванного официальной политикой «уничтожение кулачества как класса», коллективизацией, увеличением центральными властями плана заготовок продовольствия, а также конфискации скота у казахов. Жертвами голода стали, по разным данным, от одного до двух миллионов человек. В течение 1931−1933 годов 48 % коренного населения погибло или покинуло Казахскую АССР.[24] (Данная ссылка ведет на статью lenta.ru, в которой не указан первоисточник) В Казахстане также принято называть этот голод «голощёкинским».

Предпосылки возникновения голода 1932—1933 годов[править | править вики-текст]

Карта главных районов голода в СССР. Чем гуще штриховка — тем сильнее размеры бедствия. A — районы потребляющей полосы, B — районы производящей полосы. C — бывшая территория донских, кубанских и терских казаков, C1 — бывшая территория уральских и оренбургских казаков. 1. Кольский полуостров, 2. Северный край, 3. Карелия, 4. Область Коми, 5. Ленинградская область, 6. Ивановская промышленная область, 7. Московская область, 8. Нижегородский край, 9. Белоруссия, 10. Республика Беларусь, 11. Центрально-Чернозёмная область, 12. Украина, 13. Средне-Волжский край, 14. Татария, 15. Башкирия, 16. Уральская область, 17. Нижневолжский край, 18. Северо-Кавказский край, 19. Грузия, 20. Азербайджан, 21. Армения.

Коллективизация[править | править вики-текст]

С 1927−1929 годов советское руководство начинает разрабатывать комплекс мероприятий по переходу к сплошной коллективизации сельского хозяйства. Весной 1928 года Наркомземом и Колхозцентром РСФСР был подготовлен проект пятилетнего плана по коллективизации крестьянских хозяйств, согласно которому к 1933 году предполагалось объединить в колхозах 1,1 млн хозяйств (около 4 %). В Резолюции пленума ЦК ВКП(б) от 10 июля 1928 года «Политика хлебозаготовок в связи с общим хозяйственным положением» указывалось что, «несмотря на достижение 95 % довоенной нормы посевных площадей товарный выход зернового производства едва превышает 50 % довоенной нормы». В процессе доработки этого плана процент коллективизации изменялся в большую сторону, и в утверждённом весной 1929 года пятилетнем плане предусматривалась уже коллективизация 4−4,5 млн крестьянских хозяйств (16−18 %).

С переходом осенью 1929 года к сплошной коллективизации партийно-государственное руководство страны приступило к выработке новой политики в деревне. Намечаемые высокие темпы коллективизации предполагали ввиду неподготовленности как основных масс крестьянства, так и материально-технической базы сельского хозяйства такие методы и средства воздействия, которые вынуждали бы крестьян вступать в колхозы. Такими средствами являлись: усиление налогового пресса на единоличников, мобилизация пролетарских элементов города и деревни, партийно-комсомольского и советского актива на проведение коллективизации, усиление административно-принудительных и репрессивных методов воздействия на крестьянство, и в первую очередь на его зажиточную часть.

3 января Политбюро ЦК ВКП(б) был представлен проект постановления ЦК ВКП(б) о темпах коллективизации и мерах помощи государства колхозному строительству, который предусматривал сокращение сроков коллективизации в важнейших зерновых районах (Средняя и Нижняя Волга, Северный Кавказ) до 1−2 лет, для остальных зерновых районов — до 2−3 лет, для важнейших районов потребляющей полосы и остальных сырьевых районов — до 3−4 лет. 4 января 1930 года этот проект постановления был отредактирован Сталиным и Яковлевым. В нём были сокращены сроки коллективизации в зерновых районах, а в отношении зажиточной части крестьянства говорилось, что партия перешла «от политики ограничения эксплуататорских тенденций кулачества к политике ликвидации кулачества как класса». 5 января 1930 года проект постановления ЦК ВКП(б) «О темпе коллективизации и мерах помощи государства колхозному строительству» был утверждён на заседании Политбюро и 6 января опубликован в «Правде».

По мнению некоторых исследователей, этим были созданы все предпосылки не только к экономическим, но и к политическим и репрессивным мерам воздействия на крестьянство.

В результате коллективизации наиболее работоспособная масса здоровых и молодых крестьян бежала в города. Кроме того, около 2 млн крестьян, попавших под раскулачивание, были выселены в отдаленные районы страны. Поэтому к началу весенней посевной 1932 года деревня подошла с серьезным недостатком тягловой силы и резко ухудшившимся качеством трудовых ресурсов. В итоге поля, засеянные хлебами в 1932 году на Украине, на Северном Кавказе и в других районах, зарастали сорняками. На прополочные работы были направлены даже части РККА. Но это не спасало, и при урожае 1931/32 года, достаточном, чтобы не допустить массового голода, потери зерна при его уборке выросли до беспрецедентных размеров. В 1931 году, по данным Народного комиссариата Рабоче-крестьянской инспекции, при уборке было потеряно более 15 млн тонн (около 20 % валового сбора зерновых), в 1932-м потери оказались ещё большими. На Украине на корню осталось до 40 % урожая, на Нижней и Средней Волге потери достигли 35,6 % от всего валового сбора зерновых. Данные зерновых балансов СССР в начале 1930-х годов, реконструированных Робертом Дэвисом и Стивеном Уиткрофтом по архивным источникам, свидетельствуют о том, что наблюдалось резкое падение сбора зерновых на протяжении двух лет подряд — в 1931-м и особенно в 1932 году, когда урожай был в лучшем случае на четверть меньше урожая 1930 года и на 19 % меньше официальной цифры.[25]

Хлебозаготовки[править | править вики-текст]

Согласно исследованиям доктора исторических наук В. Кашина, в ряде регионов РСФСР и, в частности, в Поволжье массовый голод был создан искусственно и возник «не из-за сплошной коллективизации, а в результате принудительных сталинских хлебозаготовок». Данное мнение подтверждают очевидцы событий, говоря о причинах трагедии: «Голод был потому, что хлеб сдали», «весь, до зерна, под метелку государству вывезли», «хлебозаготовками нас мучили», «продразвёрстка была, весь хлеб отняли». Сёла были ослаблены раскулачиванием и массовой коллективизацией, лишившись тысяч репрессированных хлеборобов-единоличников. В Поволжье комиссия ЦК ВКП(б) по вопросам хлебозаготовок во главе с секретарем ЦК партии П. П. Постышевым постановила изъять запасы хлеба у единоличников и хлеб, заработанный работниками колхоза. Под угрозой репрессий председатели колхозов и руководители сельских администраций были вынуждены сдать практически весь произведенный и имеющийся в запасах хлеб. Это лишило регион запасов продовольствия и привело к массовому голоду. Аналогичные меры были приняты В. М. Молотовым и Л. М. Кагановичем на Украине и Северном Кавказе, что вызвало соответствующие последствия — голод и массовую смертность среди населения[26].

При этом следует отметить, что план хлебозаготовок на 1932 год и объём реально собранного государством зерна были значительно меньше, чем в предыдущие и последующие годы десятилетия. Фактически суммарный объём отчуждения зерна из села по всем каналам (заготовки, закупки по рыночным ценам, колхозный рынок) уменьшился в 1932—1933 годах примерно на 20 % по сравнению с предыдущими годами. Объём экспорта зерна был сокращен с 5,2 млн тонн в 1931 году до 1,73 млн тонн в 1932-м. В 1933 году он ещё снизился — до 1,68 млн тонн. Для основных зернопроизводящих районов (Украины и Северного Кавказа) квоты по объёму заготовок зерна в течение 1932 года неоднократно снижались. В результате, например, на Украину пришлась лишь четверть всего сданного государству хлеба, тогда как в 1930 году её доля составляла 35 %. В связи с этим С.Журавлев делает вывод, что голод был вызван не ростом хлебозаготовок, а резким падением сбора зерна в результате коллективизации.[25]

Политика в области хлебозаготовок[править | править вики-текст]

Таблица 1. Изъятие зерна, в % от валового сбора
Районы 1930 год 1931 год
Северный Кавказ 34,2 38,3
Нижняя Волга 41,0 40,3
Средняя Волга 38,6 32,3
Украина 30,2 41,3
Казахстан 33,1 39,5
Западная Сибирь 26,5 29,3
Таблица 2. Средняя урожайность зерновых, в пуд. с га
Районы 1927 год 1928 год 1929 год 1930 год 1931 год
Северный Кавказ 41,1 51,7 50,1 42,7 45,1
Нижняя Волга 32,9 47,9 38,0 37,2 22,6
Средняя Волга 34,8 50,2 35,6 38,9 22,0
Украина 70,0 46,3 60,8 57,3 51,9
Казахстан 32,3 60,3 34,2 37,6 27,5
Урал 51,2 66,5 43,2 52,1 18,3
Таблица 3. Фактические заготовки зерна (без совхозов и возврата семенной ссуды), млн. пуд.
Районы 1929/30 год 1930/31 год 1931/1932 год
Северный Кавказ 103,3 128,8 161,5
Нижняя Волга 65,5 84,9 73,0
Средняя Волга 46,6 72,3 68,1
Украина 303,9 436,7 415,4
Казахстан 37,8 40,7 40, 4
Урал 42,4 74,0 44,4

Уже в 1928—1929 годах хлебозаготовки проходили с большим напряжением. С начала 30-х годов ситуация ещё более обострилась. Объективные причины, которыми была вызвана необходимость хлебозаготовок:

  • рост численности населения городов и промышленных центров (с 1928 по 1931 городское население возросло на 12,4 млн.);
  • развитие промышленности, возрастание промышленных потребностей в сельскохозяйственной продукции;
  • поставки зерна на экспорт в целях получения средств для закупки западной машиностроительной продукции.

Для удовлетворения этих нужд в то время необходимо было иметь 500 млн пудов хлеба ежегодно. Валовые же сборы зерна в 1931—1932 годах, даже по официальным данным, по сравнению с предыдущими годами были значительно ниже.

Ряд зарубежных исследователей (М. Таугер, С. Уиткрофт, Р. Дэвис и Дж. Купер), основываясь на официальных данных о валовых сборах зерна в 1931—1932 годах, отмечают, что их следует считать завышенными. Для оценки урожая в те годы стал определяться не реальный сбор зерна, а видовая (биологическая) урожайность. Такая система оценки завышала истинный урожай не менее, чем на 20 %. Тем не менее, исходя из неё, устанавливались планы хлебозаготовок, которые ежегодно возрастали. Если в 1928 году доля хлебозаготовок составляла 14,7 % валового сбора, в 1929 — 22,4 %, в 1930 — 26,5 %, то в 1931 году — 32,9 %, а в 1932 — 36,9 % (по отдельным регионам см. табл. 1).

Урожайность же зерновых сокращалась (см. табл. 2). Если в 1927 году в среднем по СССР она составляла 53,4 пуд. с гектара, то в 1931 году уже 38,4 пуд. с гектара. Тем не менее, заготовки хлеба росли из года в год (см. табл. 3).

В результате того, что план хлебозаготовок в 1932 году был составлен исходя из предварительных данных о более высоком урожае (в реальности он оказался в два-три раза ниже), а партийно-административное руководство страны требовало неукоснительного его соблюдения, на местах началось фактически полное изъятие собранного хлеба у крестьян.

Руководство репрессиями осуществляли две чрезвычайные комиссии, которые 22 октября 1932 года Политбюро послало на Украину и Северный Кавказ с целью «ускорения хлебозаготовок». Одну возглавлял Молотов, другую — Лазарь Каганович, в состав последней входил и Генрих Ягода.

Репрессии в отношении сельского населения[править | править вики-текст]

После того как 2 ноября комиссия Кагановича прибыла в Ростов-на-Дону было созвано совещание всех секретарей парторганизаций Северо-Кавказского региона на котором была принята следующая резолюция: «В связи с постыдным провалом плана заготовки зерновых, заставить местные парторганизации сломить саботаж, организованный кулацкими контрреволюционными элементами, подавить сопротивление сельских коммунистов и председателей колхозов, возглавляющих этот саботаж». Для некоторого числа округов, внесенных в черный список, были приняты следующие меры: возврат всей продукции из магазинов, полная остановка торговли, немедленное закрытие всех текущих кредитов, обложение высокими налогами, арест всех саботажников, всех «социально чуждых и контрреволюционных элементов» и суд над ними по ускоренной процедуре, которую должно было обеспечить ОГПУ. В случае, если саботаж будет продолжаться, население предполагалось подвергнуть массовой депортации.

За ноябрь 1932 года 5 000 сельских коммунистов Северного Кавказа, обвиненных в «преступном сочувствии» «подрыву» кампании хлебозаготовок, были арестованы, а вместе с ними – еще 15 000колхозников. В декабре началась массовая депортация целых станиц.[27]

Понятые во дворе крестьянина при поиске хлеба в одном из сел Гришинского района Донецкой области.

Крестьяне, сопротивлявшиеся изъятию хлеба, подвергались репрессиям. Вот как их описывает Михаил Шолохов в письме к Сталину от 4 апреля 1933 года[28]

….

Но выселение — это ещё не самое главное. Вот перечисление способов, при помощи которых добыто 593 т хлеба:

1. Массовые избиения колхозников и единоличников.

2. Сажание «в холодную». «Есть яма?» — «Нет». — «Ступай, садись в амбар!» Колхозника раздевают до белья и босого сажают в амбар или сарай. Время действия — январь, февраль, часто в амбары сажали целыми бригадами.

3. В Ващаевском колхозе колхозницам обливали ноги и подолы юбок керосином, зажигали, а потом тушили: «Скажешь, где яма! Опять подожгу!» В этом же колхозе допрашиваемую клали в яму, до половины зарывали и продолжали допрос.

4. В Наполовском колхозе уполномоченный РК, кандидат в члены бюро РК, Плоткин при допросе заставлял садиться на раскалённую лежанку. Посаженный кричал, что не может сидеть, горячо, тогда под него лили из кружки воду, а потом «прохладиться» выводили на мороз и запирали в амбар. Из амбара снова на плиту и снова допрашивают. Он же (Плоткин) заставлял одного единоличника стреляться. Дал в руки наган и приказал: «Стреляйся, а нет — сам застрелю!» Тот начал спускать курок (не зная того, что наган разряженный), и, когда щёлкнул боёк, упал в обмороке.

5. В Варваринском колхозе секретарь ячейки Аникеев на бригадном собрании заставил всю бригаду (мужчин и женщин, курящих и некурящих) курить махорку, а потом бросил на горячую плиту стручок красного перца (горчицы) и приказал не выходить из помещения. Этот же Аникеев и ряд работников агитколонны, командиром коей был кандидат в члены бюро РК Пашинский при допросах в штабе колонны принуждали колхозников пить в огромном количестве воду, смешанную с салом, с пшеницей и с керосином.

6. В Лебяженском колхозе ставили к стенке и стреляли мимо головы допрашиваемого из дробовиков.

7. Там же: закатывали в рядно и топтали ногами.

8. В Архиповском колхозе двух колхозниц, Фомину и Краснову, после ночного допроса вывезли за три километра в степь, раздели на снегу догола и пустили, приказ бежать к хутору рысью.

9. В Чукаринском колхозе секретарь ячейки Богомолов подобрал 8 чел. демобилизованных красноармейцев, с которыми приезжал к колхознику — подозреваемому в краже — во двор (ночью), после короткого опроса выводил на гумно или в леваду, строил свою бригаду и командовал «огонь» по связанному колхознику. Если устрашённый инсценировкой расстрела не признавался, то его, избивая, бросали в сани, вывозили в степь, били по дороге прикладами винтовок и, вывезя в степь, снова ставили и снова проделывали процедуру, предшествующую расстрелу.

9. (Нумерация нарушена Шолоховым.) В Кружилинском колхозе уполномоченный РК Ковтун на собрании 6 бригады спрашивает у колхозника: «Где хлеб зарыл?» — «Не зарывал, товарищ!» — «Не зарывал? А, ну, высовывай язык! Стой так!». Шестьдесят взрослых людей, советских граждан, по приказу уполномоченного по очереди высовывают языки и стоят так, истекая слюной, пока уполномоченный в течение часа произносит обличающую речь. Такую же штуку проделал Ковтун и в 7 и в 8 бригадах; с той только разницей, что в тех бригадах он помимо высовывания языков заставлял ещё становиться на колени.

10. В Затонском колхозе работник агитколонны избивал допрашиваемых шашкой. В этом же колхозе издевались над семьями красноармейцев, раскрывая крыши домов, разваливая печи, понуждая женщин к сожительству.

11. В Солонцовском колхозе в помещение комсода[29] внесли человеческий труп, положили его на стол и в этой же комнате допрашивали колхозников, угрожая расстрелом.

12. В Верхне-Чирском колхозе комсодчики ставили допрашиваемых босыми ногами на горячую плиту, а потом избивали и выводили, босых же, на мороз.

13. В Колундаевском колхозе разутых добоса колхозников заставляли по три часа бегать по снегу. Обмороженных привезли в Базковскую больницу.

14. Там же: допрашиваемому колхознику надевали на голову табурет, сверху прикрывали шубой, били и допрашивали.

15. В Базковском колхозе при допросе раздевали, полуголых отпускали домой, с полдороги возвращали, и так по нескольку раз.

16. Уполномоченный РО ОГПУ Яковлев с оперативной группой проводил в Верхне-Чирском колхозе собрание. Школу топили до одурения. Раздеваться не приказывали. Рядом имели «прохладную» комнату, куда выводили с собрания для «индивидуальной обработки». Проводившие собрание сменялись, их было 5 чел., но колхозники были одни и те же… Собрание длилось без перерыва более суток.

Примеры эти можно бесконечно умножить. Это — не отдельные случаи загибов, это — узаконенный в районном масштабе — «метод» проведения хлебозаготовок. Об этих фактах я либо слышал от коммунистов, либо от самих колхозников, которые испытали все эти «методы» на себе и после приходили ко мне с просьбами «прописать про это в газету».

Помните ли Вы, Иосиф Виссарионович, очерк Короленко «В успокоенной деревне»? Так вот этакое «исчезание» было проделано не над тремя заподозренными в краже у кулака крестьянами, а над десятками тысяч колхозников. Причем, как видите, с более богатым применением технических средств и с большей изощренностью.

Аналогичная история происходила и в Верхне-Донском районе, где особо-уполномоченным был тот же Овчинников, являющийся идейным вдохновителем этих жутких издевательств, происходивших в нашей стране и в 1933 году.

… Обойти молчанием то, что в течение трёх месяцев творилось в Вешенском и Верхне-Донском районах, нельзя. Только на Вас надежда. Простите за многословность письма. Решил, что лучше написать Вам, нежели на таком материале создавать последнюю книгу «Поднятой целины».

С приветом М. Шолохов

И. В. Сталин — М. А. Шолохову[30]

6 мая 1933 г.

Дорогой товарищ Шолохов!

Оба Ваши письма получены, как Вам известно. Помощь, какую требовали, оказана уже.

Для разбора дела прибудет к вам, в Вешенский район, т. Шкирятов, которому — очень прошу Вас — оказать помощь.

Это так. Но это не всё, т. Шолохов. Дело в том, что Ваши письма производят несколько однобокое впечатление. Об этом я хочу написать Вам несколько слов.

Я поблагодарил Вас за письма, так как они вскрывают болячку нашей партийно-советской работы, вскрывают то, как иногда наши работники, желая обуздать врага, бьют нечаянно по друзьям и докатываются до садизма. Но это не значит, что я во всём согласен с Вами. Вы видите одну сторону, видите неплохо. Но это только одна сторона дела. Чтобы не ошибиться в политике (Ваши письма — не беллетристика, а сплошная политика), надо обозреть, надо уметь видеть и другую сторону. А другая сторона состоит в том, что уважаемые хлеборобы вашего района (и не только вашего района) проводили «итальянку» (саботаж!) и не прочь были оставить рабочих, Красную армию — без хлеба. Тот факт, что саботаж был тихий и внешне безобидный (без крови), — этот факт не меняет того, что уважаемые хлеборобы по сути дела вели «тихую» войну с советской властью. Войну на измор, дорогой тов. Шолохов…

Конечно, это обстоятельство ни в какой мере не может оправдать тех безобразий, которые были допущены, как уверяете Вы, нашими работниками. И виновные в этих безобразиях должны понести должное наказание. Но всё же ясно, как божий день, что уважаемые хлеборобы не такие уж безобидные люди, как это могло бы показаться издали.

Ну, всего хорошего и жму Вашу руку.

Ваш И. Сталин

На объединенном Пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б) 11 января 1933 года Сталин резко критиковал местные партийные и советские органы, разрешающие колхозам создавать различные хлебные фонды: для собственных нужд, фуражный, страховой. Также он заявил, что в колхозы проникли враги и используют колхозы для борьбы с Советской властью.

Когда Сталину доложили, что руководители Ореховского района Днепропетровской области разрешили колхозам оставить себе фонды на посев, засыпать страхфонд, он впал в неистовый гнев. 7 декабря 1932 года за его подписью всем партийным органам был разослан циркуляр, в котором Сталин объявил этих руководителей «обманщиками партии и жуликами, которые искусно проводят кулацкую политику под флагом своего «согласия» с генеральной линией партии». Он потребовал «немедленно арестовать и наградить их по заслугам, то есть дать им от 5 до 10 лет тюремного заключения каждому». В результате по обвинению в саботаже государственный агроном райземуправления И.Анистрат был приговорен Днепропетровским областным судом к расстрелу, секретарь райкома партия В.Головин, председатель райисполкома М.Паламарчук, председатель РКК — РКИ Ф.Ордельян, заведующий районным земельным управлением И.Луценко, председатель райколхозсоюза И.Пригода были осуждены на 10 лет лагерей. На сроки от трех до восьми лет лагерей были осуждены члены райкома директор МТС Г. Медвидь, заведующий организационным отделом райкома Е.Скичко, редактор районной газеты «Ленинським шляхом» («Ленинским путем») И.Андрющенко, заместитель председателя райисполкома Ф. Вялых, заведующий филиалом «Заготзерно» С.В. Бурковский, председатель Егорьевского сельсовета Д. Бутовицкий, секретарь Юрковской партячейки А, П. Гришко, государственный агроном района А. Мохнорыло — всего 14 человек.[31]

Обобществление скота[править | править вики-текст]

Некоторые исследователи одной из причин возникновения голода считают политику по принудительному обобществлению, вызвавшую ответную реакцию крестьянства — массовый забой скота, в том числе и рабочего, в 1928—1931 году (с осени 1931 количество скота у единоличников значительно сократилось, и убыль начала происходить за счёт колхозного и совхозного стада (нехватка кормов / плохие условия содержания и безответственность колхозов).

В 1929 лошадей/из них рабочих было 34 637,9/23 368,3 тыс. голов; в 1930 — 30 767,5/21 524,7; в 1931 — 26 247/19 543; в 1932 — 19 638/16 180; в 1933 — 16 645/14 205.

Крупный рогатый скот начали забивать на год раньше (волы/коровы/всего): 1928 — 6896,7/30 741,4/70 540; 1929 — 6086,2/30 359,6/67 111,9; 1930 — 4336,4/26 748,8/52 961,7; 1931 н. д./24 413/47 916; 1932 — н. д./21 028/40 651; 1933 — н. д./19667/38592 (преимущественными его держателями были зажиточные слои деревни).

Козы, овцы и свиньи вырезались по «лошадиному» сценарию: 1929—146 976,1/28 384,4; 1930—113 171/13 332; 1931 — 77 692/14 443; 1932 — 52 141/11 611; 1933 — 50 551/12 086.

Для компенсации «кулацкого забоя» правительство увеличило импорт лошадей/крупного рогатого скота/ мелкого скота (голов): 1929 — 4881/54 790/323 991; 1930 — 6684/137 594/750 254; 1931 — 13 174/141 681/713 434; 1932 — 26 691/147 156/1 045 004; 1933 — 14 587/86 773/853 053.

В немалой степени углублению кризиса способствовало принятое 30 июля 1931 года постановление ЦК ВКП(б) и СНК СССР «О развёртывании социалистического животноводства», которое предусматривало создание животноводческих ферм в колхозах.

Этим постановлением, в частности, предлагалось передавать для колхозных ферм скот из числа поступившего по мясозаготовкам. Предполагалось организовать покупку у колхозников молодняка для общественного животноводства коллективных хозяйств. На практике это привело к тому, что скот стал обобществляться в принудительном порядке, что привело к его массовому убою и распродаже. Обобществлённый скот из-за отсутствия корма и приспособленных помещений погибал. Обобществленный скот нечем было кормить, так как хлебные ресурсы для промышленных центров добывались в том числе и за счет фуражного зерна. Согласно зерновому балансу, составленному Дэвисом и Уиткрофтом, в 1932 году на корм скоту доставалось вдвое меньше зерна, чем в 1930-м.

По мнению некоторых авторов[32], такая политика обобществления скота и мясозаготовок привела к ещё большему сокращению поголовья животноводства в 1932 году (по сравнению с 1931 годом количество крупного рогатого скота уменьшилось на 7,2 млн голов, овец и коз — на 15,6 млн, свиней — на 2,8 млн и лошадей — на 6,6 млн голов, остальной скот был крайне истощен). Падение поголовья рабочего и продуктивного скота, стихийная миграция сельского населения предопределили резкое снижение качества основных сельскохозяйственных работ.[25] В контексте выявления причин голода наиболее существенным, по мнению этих авторов, является изъятие скота из личных хозяйств единоличников и личных «подсобных» хозяйств колхозников, что существенно сокращало «продовольственную» базу, уже столь значительно сокращённую заготовками зерна. Особенно существенное значение это имело для Казахстана, население которого занималось преимущественно животноводством.

О том, что власть стремилась исправить такое нетерпимое положение, свидетельствует постановление ЦК ВКП(б) от 26 марта 1932 года «О принудительном обобществлении скота», осудившее эту порочную практику на местах[33].

В то же время декретом «О мясозаготовках» (23 сентября 1932 года) с начала следующего месяца началось вручение колхозам, колхозным дворам и единоличным хозяйствам «имеющих силу налога» обязательств по поставкам (сдаче) мяса государству.

Последствия голода[править | править вики-текст]

Около 40 миллионов человек пострадали от голода и лишений. В сельской местности вокруг Харькова, смертность в январе и июне 1933 года увеличилась в десять раз по сравнению со средней смертностью: 100 000 похоронено в июне 1933 года в районе Харькова против 9 000 в июне 1932 года.[27]

С теми, кто работал в колхозе, расплачивались зерном, семечками, но приходили люди в кожаном пальто и все забирали до последнего зернышка, ничего не оставляли нам.

Старшая сестра работала в Харькове, где старалась собирать продовольствие для нас. Отец ездил к ней и возвращался с сухариками, картошкой, буряком. Мама не ела, всё, что привозил отец, оставляла детям и умерла весной 1933 года от голода, а отец умер в конце 1933 года. Все еле передвигались, ходили опухшие от голода. В голод поели всех кошек и собак. Ловили диких птиц, и это было большое счастье, тогда варили вкусный обед.

Люди пытались ходить по убранным полям собирать колоски, но людей за это били кнутами, арестовывали и закрывали в сельсовете.

Весной появилась зеленая травка, которую мы ели: лебеду, крапиву, но у некоторых не было сил ее собрать, не слушались руки. Кто пережил весну, потом было жить легче.

В селе очень многие умерли, по селу ездили повозки, собирали умерших и даже тех, кто еще еле дышал, и вывозили за околицу и там хоронили в общей яме.[34]

Письмо из станицы Ново-Деревянковская, Северо-Кавказский край в город Шахты красноармейцу Юрченко. Пишут родители.

"...Людей много мрет у нас с голоду, суток по 5 лежат, хоронить некому, люди голодные, ямы не выкапывают, очень мерзлая земля, хоронят в сараях и в садах. Люди страшные, лица ужасные, глаза маленькие, а перед смертью опухоль спадает, становится желтой, заберется к кому-либо в дом и ложится умирать. Молодые девчата ходят просят кусочек кабака или огурца. Не знаем, что будет с нами, голодная смерть ждет..."[35]

Спецсводка СПО ПП ОГПУ по НВК (Нижне-Волжскому краю) о продовольственных затруднениях в крае по данным на 20 марта 1933 года.

"28 марта 1933 года.

Продовольственные затруднения продолжают захватывать новые районы и колхозы: на 10 марта... было учтено 110 колхозов в 33 районах, испытывающих продзатруднения семей - 822.

...В большинстве употребляются в пищу различные суррогаты (примесь в муку и хлебные отходы мякины, лебеды, тыквенной и картофельной кожуры, просяной шелухи, толченых корней растений "чакан", употребление в пищу одних суррогатов без примеси муки, питание исключительно капустой, тыквой, другими овощами), а также употребляется мясо павших животных и, в отдельных случаях, людоедство.

ПП ОГПУ по НВК Рудь

Нас. СПО ПП Якубовский" [35]

В надежде добыть пропитание колхозники устремились в города. Но 22 января 1933 года было издано подписанное Сталиным и Молотовым распоряжение, которое предписывало местным властям и в, частности, ОГПУ запретить «всеми возможными средствами массовое передвижение крестьянства Украины и Северного Кавказа в города. После ареста «контрреволюционных элементов» других беглецов надлежит вернуть на прежнее жительство». В этом распоряжении ситуация объяснялась следующим образом: «Центральный комитет и Правительство имеют доказательства, что массовый исход крестьян организован врагами советской власти, контрреволюционерами и польскими агентами с целью антиколхозной пропаганды, в частности, и против советской власти вообще». Во всех областях, пораженных голодом, продажа железнодорожных билетов была немедленно прекращена; были поставлены специальные кордоны ОГПУ, чтобы помешать крестьянам покинуть свои места. В начале марта 1933 года в донесении ОГПУ уточнялось, что только за один месяц были задержаны 219 460 человек в ходе операций, предназначенных ограничить массовое бегство крестьян в города. 186 588 человек были возвращены на места проживания, многие арестованы и осуждены.[27]

За неделю была создана служба по поимке брошенных детей. По мере того, как крестьяне прибывали в город, не имея возможности выжить в деревне, здесь собирались дети, которых приводили сюда и оставляли родители, сами вынужденные возвратиться умирать у себя дома. Родители надеялись, что в городе кто-то займется их отпрысками. <...> Городские власти мобилизовали дворников в белых фартуках, которые патрулировали город и приводили в милицейские участки брошенных детей. <...> В полночь их увозили на грузовиках к товарному вокзалу на Северском Донце. Там собрали также и других детей, найденных на вокзалах, в поездах, в кочующих крестьянских семьях, сюда же привозили и пожилых крестьян, блуждающих днем по городу. Здесь находился медицинский персонал, который проводил «сортировку». Тех, кто еще не опух от голода и мог выжить, отправляли в бараки на Голодной Горе или в амбары, где на соломе умирали еще 8 000 душ, в основном дети. Слабых отправляли в товарных поездах за город и оставляли в пятидесяти-шестидесяти километрах от города, чтобы они умирали вдали от людей. <...> По прибытии в эти места из вагонов выгружали всех покойников в заранее выкопанные большие рвы..[36]

В результате голода в Казахстане около 200 тысяч казахов бежало за рубеж - в Китай, Монголию, Афганистан, Иран.[37]

Оценки масштаба голода[править | править вики-текст]

Масштабы случившегося могут быть оценены лишь приблизительно.

Голодом была охвачена территория около 1,5 млн км² с населением в 65,9 млн человек.

Наиболее силен был голод в районах, которые в дореволюционное время были наиболее богатыми по количеству производимого хлеба и где был наиболее высок процент коллективизации крестьянского хозяйства.

Голодом в большей степени было поражено население деревни, чем городов, что объяснялось мероприятиями советской власти по изъятию хлеба в деревне. Но и в городах было значительное число голодных: уволенных с предприятий рабочих, вычищенных служащих, получивших особые паспорта, не дающие права на продовольственные пайки.[38]

Общие оценки числа жертв голода 1932—1933, сделанные различными авторами, значительно различаются и доходят до 8 млн человек, хотя последняя оценка — до 7 млн человек[39][40] Тема голода 1932—1933 года в советском информационном пространстве возникла впервые лишь к концу перестройки. К настоящему времени на постсоветском информационном пространстве сформировалось чёткое представление о голоде 1932—1933 годов как об одной из величайших гуманитарных катастроф советского периода.

Таблица 4. Индекс сверхсмертности в 1933 г.
Районы Индекс сверхсмертности
Украина 3,2
Нижняя Волга 2,74
Северный Кавказ 2,61
Сибирь 1,1
Таблица 5. Оценки числа жертв голода 1932—1933 года для СССР[2]
Автор Число жертв, млн человек
Ф. Лоример, 1946 4,8
Б. Урланис, 1974 2,7
С. Уиткрофт, 1981 3-4
Б. Андерсон и Б. Сильвер, 1985 2—3
Р. Конквест, 1986 8
С. Максудов, 2007 2—2,5
В. Цаплин, 1989 3,8
Е. Андреев и соавт., 1993 7,3
Н. Ивницкий, 1995 7,5
Государственная Дума РФ, 2008[39] 7

Относительно масштабов голода, «вызванного насильственной коллективизацией», существует официальная оценка, подготовленная Государственной Думой РФ в изданном 2 апреля 2008 года официальном заявлении «Памяти жертв голода 30-х годов на территории СССР». Согласно заключению комиссии при ГД РФ на территории Поволжья, Центрально-Черноземной области, Северного Кавказа, Урала, Крыма, части Западной Сибири, Казахстана, Украины и Белоруссии «от голода и болезней, связанных с недоеданием» в 1932—1933 годах погибло около 7 млн человек, причиной чему были «репрессивные меры для обеспечения хлебозаготовок», которые «значительно усугубили тяжелые последствия неурожая 1932 года»[12]. Объективно урожай в 1932 году был достаточным для предотвращения массового голода.[25]

В электронной версии Энциклопедии Британника приводится диапазон от 4 до 5 млн этнических украинцев, погибших в СССР в 1932—1933 годах, из общего числа жертв в 6—8 млн.[41] Энциклопедия Брокгауз (2006) приводит данные потерь: от 4 до 7 млн человек[40](перевод с немецкого):

« Сталин проводил насильственную Коллективизацию сельского хозяйства в СССР (с 1929 года) с использованем государственного террора, что привело, особенно в УССР, к высоким потерям населения. После плохих урожаев 1931 и 1932 были произведены, часто с применением войск, изъятия запасов зерна, принадлежащего крестьянам. При этом от голода погибли от 4-х до 7-и миллионов человек. »

Память о жертвах[править | править вики-текст]

29 апреля 2010 года Парламентская Ассамблея Совета Европы приняла резолюцию о чествовании памяти погибших вследствие голода 1932—1933 годов в СССР. В документе отмечается, что массовый голод был создан «жестокими и преднамеренными действиями и политикой советского режима».[42]

В Киеве с 2009 года действует Национальный музей «Мемориал памяти жертв голодоморов в Украине». В Зале памяти этого Мемориала представлена Национальная книга памяти жертв Голодомора в 19 томах, составленным по областям Украины, и в которых зафиксировано 880 тыс. имен людей, смерть которых от голода на сегодня документально подтверждена.[43]

См. также[править | править вики-текст]

Примечания[править | править вики-текст]

  1. 1 2 Закон України Про Голодомор 1932—1933 років в Україні от 28 ноября 2006 года
  2. 1 2 Харькова Татьяна. Вспоминая о голодоморе // Еженедельник «Демоскоп Weekly», 17.02−02.03.2003. — № 101−102.
  3. Голод или голодомор? − передача радиостанции «Эхо Москвы» 20.09.2008.
  4. 1 2 Был ли голодомор в Беларуси? // © Сайт «Хартsя’97» (charter97.org) 13.05.2008. (белор.)
  5. 1 2 В Беларуси был свой Голодомор // © Сайт «МЕНСК.BY» (mensk.by) 2006-12-05.
  6. Давыдоўскі Уладзімір. Галадамор у Беларусі (1932−1934 гг.) // Сайт «Правы Альянс» (aljans.org) 28.07.2010.
  7. 1 2 Голод // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона: В 86 томах (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  8. Голод, как социально-экономическое явление / Якушкин Н., Литошенко Д. // Новый энциклопедический словарь: В 48 томах (вышло 29 томов). — СПб., Пг.: 1911—1916.; [1]
  9. Срок регистрации домена закончился
  10. http://www.history.org.ua/Zbirnyk/10/12.pdf
  11. http://www.history.org.ua/Journal/2006/6/4.pdf
  12. 1 2 Постановление ГД РФ от 2 апреля 2008 г. N 262-5 ГД "О заявлении Государственной Думы Российской Федерации «Памяти жертв голода 30-х годов на территории СССР»
  13. Из спецсводки оперативного отдела главного управления рабоче-крестьянской милиции при ОГПУ СССР «О людоедстве и убийствах с целью людоедства». 31 марта 1933 г.
  14. Донесение прокурора Средне-Волжского края В. М. Бурмистрова первому секретарю крайкома ВКП(б) В. П. Шубрикову о случаях каннибализма в Приволжском и Чапаевском районах. 3 мая 1933 г.
  15. Голод особенно свирепствовал в деревнях…
  16. О фактах людоедства на почве голода
  17. Кондрашин В. В. Голод 1932—1933 годов. Трагедия российской деревни. : научное издание — М.: «Росспэн», 2008. — 520 с. — ISBN 978-5-8243-0987-4. — Гл. 6. «Голод 1932—1933 годов в контексте мировых голодных бедствий и голодных лет в истории России — СССР», С. 331.
  18. Мнение историка Нефедова С. А.
  19. Ответ Нефедова С. А. Миронову Б. Н.
  20. Мнение историка Миронова Б. Н.
  21. Ответ Миронова Б. Н. Нефедову С. А.
  22. Кульчицкий С. В. «Голод 1932 р. в затінку голодомору-33» (укр.)
  23. Земсков В. Н. О масштабах политических репрессий в СССР // Мир и Политика. июнь 2009 г. № 6 (33).
  24. В Казахстане найдены новые захоронения жертв голода 30-х годов // © Сайт «Лента. Ру» (lenta.ru) 30.05.2012.
  25. 1 2 3 4 1932-1933 годов: причины реальные и мнимые
  26. Кондрашин В. В., д.и.н., проф. Голод 1932—1933 годов в деревнях Поволжья // «Вопросы истории», 1991. — № 6. — С. 176−181.
  27. 1 2 3 Чёрная книга коммунизма
  28. Шолохов М. А. Письмо к Сталину от 4.04.1933 // Впервые: «Правда», 1963. — 10 марта (в извлечениях, в речи Н. С. Хрущева на встрече с деятелями литературы и искусства 8 марта 1963 г.); полностью — «Родина», 1992. — № 11/12. — С. 51−57, повторно — «Вопросы истории», 1994. — № 3. — С. 7−18.
  29. Комитет содействия строительству Дома науки и культуры
  30. Сталин И. В. Письмо М. А. Шолохову от 6 мая 1933. // РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 11. Д. 827. Л. 1—22. Подлинник; Вопросы истории, 1994. — № 3. — С. 14−16, 22.
  31. [И. Науменкою.Как судили райком]
  32. Кузнецов П. Голод на Украине 1932—1933-х годов как итог колхозного строительства и раскрестьянивания украинской деревни // Сайт общественно-политического журнала «Историк» (Historicus.ru)  (Проверено 15 января 2013)
  33. В постановлении ЦК ВКП(б) «О принудительном обобществлении скота» от 26 марта 1932 года было отмечено, что «только враги колхозов могут допускать принудительное обобществление коров и мелкого скота у отдельных колхозников». Говорилось, что это «не имеет ничего общего с политикой партии», что «задача партии состоит в том, чтобы у каждого колхозника были своя корова, мелкий скот, птица». Предлагалось: «1) пресечь всякие попытки принудительного обобществления коров и мелкого скота у колхозников, а виновных в нарушении директивы ЦК исключать из партии; 2) организовать помощь и содействие колхозникам, не имеющим коровы или мелкого рогатого скота в покупке и выращивании молодняка для личных потребностей» (газ. «Правда», 26 марта 1932).
  34. Записано со слов Закржевской Марии Дмитриевны, жительницы Севастополя, 1921 года рождения
  35. 1 2 Социалистические преобразования сельского хозяйства
  36. Чёрная книга коммунизма (A. Graziosi, Lettres de Kharkov. La famine en Ukraine et dans le Caucase du Nord a travers les rapports des diplomates italiens, 1932–1934, «Cahiers du Monde russe et sovietique», XXX (1–2), Janvier–juin 1989, p. 5–106.)
  37. Демографические последствия голода в Казахстане начала 30-х годов (оценка потерь казахского этноса)
  38. Русский экономический бюллетень. № 9.
  39. 1 2 Заявление ГД РФ «Памяти жертв голода 30-х годов на территории СССР»
  40. 1 2 Ст. «Украина», разд. «История» // Brockhaus Enzyklopädie. 21. Aufl. in 30 Bde. Leipzig-Manheim, 2006. — Bd. 28, S.243. ISBN 3-7653-4128-2
  41. Статья про историю Украины представлена редактором рукописей (manuscript editor) канадской «Энциклопедии Украины» Андреем Макух (Andriy Makuch) Канадского института украинских исследований при университетах Альберты и Торонто (Canadian Institute of Ukrainian Studies at the University of Alberta and the University of Toronto). В ней так же приводится информация об установлении «невыполнимо высоких реквизиционных квот по продовольствию для Украины», «Москва отказывалась предоставлять помощь даже весной когда был пик смертности», «СССР экспортировал более миллиона тонн продовольствия во время голода» и «традиционная этническая украинская деревня была практически уничтожена, а на её место были завезены переселенцы из России» The famine of 1932—33
  42. Сталинский режим признали виновником голодной смерти миллионов
  43. Национальный музей «Мемориал памяти жертв голодоморов на Украине»

Литература[править | править вики-текст]

  • Цаплин В. В. Статистика жертв сталинизма в 30-е годы // Вопросы истории, 1989, № 4. С.177—178.
  • Ивницкий Н. А. Репрессивная политика советской власти в деревне (1928—1933 гг.) // Собрание, 2004.— �1�.
  • Ивницкий Н. А. Голод 1932—1933 годов // М., 1995
  • Lorimer F. The population of Soviet Union: History and Prospects // Geneva, League of Nations, 1946;
  • Урланис Б. Ц. Проблемы динамики населения СССР // М., 1974, с. 310;
  • Wheatcroft S.C. Famine and Factors Affecting Mortality in the USSR: The Demographic Crises of 1914—1922 and 1930—1933 // Reported in Vevey Switzerland. July 1981. Symposium The Famine History // Birmingham University;
  • Anderson B. A. and Silver B.D. Demographic Analysis and Population Catastrophes in the USSR. // Slavic Review. 1985, 44, № 3, p. 517—536;
  • Конквест Р. Жатва скорби // Новый мир, 1989, № 10, с. 179—200;
  • Максудов С. Потери населения СССР. Benson // Vermont: Chalidze Publications, 1989;
  • Максудов С. Воссоздание памяти. Был ли голод 1932—1933 годов на Украине геноцидом//Московские новости, 2007, № 18 [2]
  • Андреев Е. М., Дарский Л. Е., Харькова Т. Л. Население Советского Союза. 1922—1991 // М., 1993;
  • Андреев Е. М., Дарский Л. Е., Харькова Т. Л. Демографическая история России: 1927—1959. //М., 1998, с. 81.

Ссылки[править | править вики-текст]