Евтихий (ересиарх)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Евтихий (греч. Εὐτυχής, ок. 370 — после 454) — константинопольский архимандрит, игумен одного из константинопольских монастырей. Евтихию приписывается создание ереси, названной по его имени евтихианством. В конце VII века входит в оборот альтернативное название, отражающее смысл этой ереси — монофизитство. Согласно общепринятому мнению, евтихианство (монофизитство) исповедовало во Христе только одну божественную природу, из-за чего Иисус Христос признавался только Богом, но не человеком. Евтихий осужден на Константинопольском поместном соборе 448 года, и анафематствуются как ересиарх всеми историческими христианскими конфессиями, как халкидонской богословской традиции (Римо-католической и Греко-православной церквей), так и традиций нехалкидонских (Древневосточных православных церквей).

Евтихианство[править | править вики-текст]

Считается, что будучи сторонником александрийской христологии, Евтихий, в своей борьбе с представителями диофизитского учения несторианства, извратил православное учение святого Кирилла Александрийского. Согласно такому мнению, он, неверно истолковав святоотеческое учение о единой природе Бога воплощенного[1], уклонился в иную крайность, создав учение об одной божественной природе Христа. Евтихию, как создателю монофизитства, приписывается мысль, что человеческая природа Христа, воспринятая им от Матери, растворилась в божественной природе как капля мёда в океане и потеряла своё бытие[2].

Признание Иисуса Христа только Богом и не признание в нём человечества представляет приписываемое Евтихию учение как одну из форм докетизма. Поэтому в течение нескольких веков Евтихий анафематствовался в ряду других известных ересиархов-докетов. Такой анафематизм сохранился, в частности в «Исповедании веры»[3] католикоса ААЦ Авраама I Ахбатанеци (607—615): «Анафематствуем Манеса, и Маркиона, и Бардесана, и Евтихия, которые говорили, что Сын Божий явился в мире призрачно, по подобию и мнимо, и не истинно воспринял тело и душу от Святой Девы и Богородицы». Как докетизм: «Христос есть только одно чистое Божество, лишенное всякой примеси плоти и души», представлял монофизитство и преподобный Анастасий Синаит.

Систематизатор византийского богословия преподобный Иоанн Дамаскин в своём сборнике ста ересей[4] дает несколько иное объяснение евтихианству: «Евтихианисты, получившие имя этой ереси от Евтиха. Они говорят, что Господь наш Иисус Христос не получил плоть от святой Девы Марии, но утверждают, что Он воплотился каким-то более божественным образом, не уразумев, что человека, повинного греху праотца их Адама, именно его Бог Слово соединил с Собой от Девы Марии...».

Существуют и иные представления о евтихианстве, что является следствием отсутствия реальной, документально зафиксированной ереси Евтихия. Все, что известно о евтихианстве из истории церкви является плодом склонной к мифотворчеству необъективной конфессиональной апологии. Сохранившиеся сведения о деяниях осудившего Евтихия Константинопольского поместного собора[5] свидетельствуют только о том, что константинопольский игумен стал жертвой не прекратившегося со времен Кирилла и Нестория противоборства двух христологических партий миафизитов и диофизитов. Первые обвиняли вторых в разделении Христа на двух отдельных субъектов Бога и человека, в то время как вторые обвиняли первых в слиянии божества и человечества Христовых и исчезновении самого человечества. Сам святой Кирилл обвинялся со стороны несториан в докетизме и аполлинаризме[6][7][8][9], а потому нет ничего удивительного в том, что в этих же самых ересях был обвинен и Евтихий.

История[править | править вики-текст]

Впервые имя Евтихия упоминается на Эфесском соборе 431 года, где как сторонник святого Кирилла Александрийского он выступал в качестве оппонента Нестория. После смерти св. Далматия (ок. 440) Евтихий стал главным лицом среди константинопольского монашества. Кроме того, он был духовником евнуха Хрисафия (всесильного временщика в конце правления императора Феодосия II) и пользовался влиянием при дворе. Под влиянием Евтихия император начал наступление на последователей Нестория. Указом от 16 февраля 448 года Феодосий II осуждал ересь Нестория наряду с антихристианскими памфлетами Порфирия; все сочинения, «не совсем согласные с православною верою, изложенною святыми соборами святых отцов в Никее и Эфесе и блаженной памяти Кириллом», подлежали сожжению. Все приверженцы Нестория подлежали отлучению и низложению. В качестве примера, император лично низложил Иринея, бывшего сановника и друга Нестория, ставшего епископом Тирским (под предлогом неканоничности его поставления как состоявшего в двух браках)[10]. Попытка Евтихия изобличить в несторианстве Евсевия епископа Дорилейского, обернулась против него самого, став поводом для соборного разбирательства, где уже сам Евтихий был обвинен Евсевием в ереси, а в итоге осужден.

Осуждение Евтихия на Константинопольском поместном соборе[править | править вики-текст]

Вероисповеданию Евтихия, как проповедующему ересь, был посвящен созванный патриархом Константинопольским Флавианом Константинопольский поместный собор. Считается, что именно на этом соборе Евтихий изобличил себя как монофизит и осужден как ересиарх.

Поводом для дела против Евтихия стала жалоба Евсевия Дорилейского, в которой значилось, что константинопольский игумен хулит православных учителей и самого Евсевия, обвиняя в принадлежности к несторианству. Следующим шагом Евсевия стало уже обвинение самого Евтихия, который, якобы, «распространяет свои заблуждения и многих совратил»[5]. Налицо взаимные обвинения представителей двух конкурирующих богословских школ — Антиохийской и Александрийской, когда свои христологические представления считали православными, а мнение оппонентов почитали еретическим. При этом ни та, ни другая сторона не ограничивалась аргументированной критикой чужого учения, но непременно делались свои выводы об этом учении, приписывающие оппонентам то, чего они на самом деле не исповедовали.

На предложение судей ответить Евтихию, согласен ли тот с официально признанным в церкви вероисповеданием т.н. «Антиохийской унии», Евсевий, не давая ответить обвиняемому, возразил против этого предложения. Объяснение возражению было дано то, что такого исповедания будет недостаточным для изобличения вины Евтихия. Евсевий открыто выказал свой испуг и признал, что если Евтихий согласится с объединительным исповеданием Иоанна Антиохийского и Кирилла Александрийского, то собор сочтет его — Евсевия клеветником. Объединительное между антиохийцами и александрийцами, а стало быть и компромиссное исповедание «Антиохийской унии» предписывало признавать соединение во Христе двух природ, что признавалось правильным обеими сторонами, но сознательно не касалось вызывающего конфликты вопроса количества природ уже в соединении. Поэтому Евсевий пошел дальше, чем того требовала уния между диофизитами и миафизитами. От Евтихия потребовали традиционного для антиохийской христологии исповедания двух природ после соединения, присовокупив к этому и исповедание единосущия людям по плоти, что для представителя Александрийской богословской школы было не приемлемым. Понимая, куда его ведут несторианствующие обвинители, Евтихий отвечал: "Я согласен на все, что говорите... прежде я этого не говорил, ныне же признаю это, поелику ваша святость утверждает так"[5].

На этом вопрос не был исчерпан. Флавиану и Евсевию было недостаточно осудить или оправдать самого Евтихия. Диофизитской партии было важно осудить само александрийское миафизитское богословие. Евтихию было предложено анафематствать всякое учение, противное тут изложенному, что означало анафематствование учения святого Кирилла Александрийского, на что он пойти не мог. Объясняя причины невозможности такой анафемы, Евтихий ответствовал: «Я читал у блаженного Кирилла и Афанасия и других отцов, что до соединения — из двух естеств, а что после соединения и воплощения уже не два естества, а одно»[11][12]. На это Евтихию был дан безапелляционный ответ: «Кто не говорит из двух естеств и два естества, тот не верует правильно», с соответствующим приговором: «Евтихий, бывший пресвитер и архимандрит, оказался изобличенным в нечестии Валентина и Аполлинария и в приверженности к их учению»[5]. Таким образом, во всем том, в чем в свое время обвинялся святой Кирилл[6][7][8][9], был обвинен и сторонник его богословия.

Оправдание Евтихия на Втором Эфесском соборе[править | править вики-текст]

Осужденный в своем патриархате, Евтихий не признал за собой ереси. О неправом суде и ложном обвинении в докетизме и аполлинаризме он сообщил предстоятелям Римской, Александрийской, Иерусалимской и Фессалоникийской кафедр.

Реакция папы Римского Льва была резкой. Он встал на сторону Евтихия, отчитав патриарха Константинопольского Флавиана и выказав свое резкое недовольство его действиями. Естественно, на сторону Евтихия встал и патриарх Александрийский Диоскор. Для александрийцев сам факт проведения собора против Евтихия воспринимался не иначе, как провокация несторианствующих против миафизитской христологии святого Кирилла. Поэтому, чтоб предотвратить реванш диофизитов и защитить освященное Эфесским Вселенским собором учение Кирилла Александрийского, патриарх Диоскор задался целью не только оправдать ложно обвиненного в Константинополе Евтихия, но и нанести окончательное поражение антиохийцам через созыв нового Вселенского собора.

Разрешение на созыв собора было получено от императора Феодосия II. Не взирая на то, что папа Римский уже высказался в защиту Евтихия, решение о созыве Вселенского собора в обход Римской кафедры и без ее благословения, настроило Льва против Диоскора. Во многом именно это подвигло папу Льва принять сторону Флавиана и признать решения Константинопольского собора, осудившего Евтихия. Продолжая и дальше игнорировать мнение папы, Диоскор вступил в открытую конфронтацию с папой Львом. В свою очередь Лев попытался убедить императора в неактуальности нового собора, «ибо справедливость осуждения Евтихия не подлежит сомнению»[9]. В своем, одном из многих посланий к патриарху Константинопольскому Флавиану, папа изложил свое видение соединения двух природ во Христе. Этот, однозначно поддерживающий Антиохийскую диофизитскую христологию богословский документ, вошёл в историю как «томос папы Льва», вызвав резкое отторжение среди восточных богословов, сторонников Эфесского Вселенского собора.

Второй Эфесский Вселенский собор был открыт 1 августа 449 года. На этом соборе Евтихий изложил свое, основанное на Никейской и Эфесской вере исповедание и анафематствовал Манеса, Валентина, Аполлинария и Нестория. Поскольку в этом исповедании собором не было обнаружено никакой докетической или аполлинаристской ереси, константинопольский игумен был оправдан. Соответственно собор осудил и низложил всех зачинщиков дела против Евтихия во главе с Константинопольским патриархом Флавианом. Томос папы Льва хоть был откровенно диофизитским, дабы не провоцировать папу был не осужден, но просто проигнорирован. Но уже это впоследствии дало повод сторонникам папы подвергнуть сомнению православность собора и отвергнуть его. После смерти императора Феодосия, собор Диоскора в Эфесе был назван папой «Разбойничьим» по причине якобы совершенных на нём «насилий»[9].

Осуждение Евтихия диофизитами на Халкидонском соборе[править | править вики-текст]

Следствием активной борьбы папы Льва против Второго Эфесского собора и лично патриарха Александрийского Диоскора стал созыв еще одного собора со статусом Вселенского. Изначально диофизитский Халкидонский собор 451 года давал возможность не только повторно осудить Евтихия, но и оправдать осужденных в Эфессе диофизитов. Осуждение Евтихия было необходимым условием для окончательного поражения миафизитской александрийской христологии. Собор был созван новым императором Маркианом при поддержке его жены Пульхерии, которая даже не скрывала своей связи с такими апологетами несторианства как Ива Эдесский и Феодорит Кирский. Эти двое, получив оправдание после формального отречения от Нестория, стали главными проводниками криптонесторианства в Халкидоне. Виднейший русский церковный историк Карташев едва ли не прямо представляет Халкидон как победу несторианства и отвержение освященного Эфесским собором богословия Кирилла Александрийского: «Запутанное густой сетью дефективных предпосылок богословие Кирилла не могло остаться безупречным образцом на будущее… Ведь не один Несторий видел в Халкидоне свой реванш. Все монофизиты со своей точки зрения и в противоположном смысле твердили то же. Считали Халкидон хитроумной ловушкой. Несторий будто бы был анафематствован для отвода глаз, чтобы провести самое несторианство. И это была правда в смысле восстановления равновесия, нарушенного Ефесом… И сколько нужно было иметь в недрах богословского сознания истинного догматического здоровья, чтобы после двухсотлетних отрав монофизитством снова в 680 г. (на Втором Константинопольском соборе) доставить торжество Халкидону, даже Антиохии, скажем еще более - самому Несторию!»[13].

Для того, чтобы провозгласить учение о двух природах во Христе после соединения православным учением, идеологам Халкидонского собора необходимо было дискредитировать учение святого Кирилла о единой природе Бога Слова воплощенного. Однако богословский авторитет великого александрийца и святость его антинесторианского Эфесского Вселенского собора не позволяли сделать это прямо. Поэтому Кирилл был представлен диофизитом, во всем согласным с Флавианом Константинопольским[14], а его миафизитская христология оказывалась «ересью Евтихия». Но сделать это было невозможно без подавления партии александрийцев. На первом же заседании, даже не опускаясь до доказательств ереси Евтихия, Евсевий Дорилейский объявил Диоскора «единоверным Евтихию». И хотя в итоге патриарх Александрийский не был осужден как еретик, ему, как защитнику Евтихия, было предложено раскаяться за проведение «разбойничьего» Второго Эфесского собора. От Диоскора потребовали исповедовать свою веру и анафематствовать Евтихия за ересь. Диоскор отказался исповедовать навязываемое ему диофизитство, но открыто исповедовал христологию Кирилла: «из двух принимаю, две не принимаю... после соединения двух природ нет». При этом он подчеркнул, что как и Кирилл принимает сохранение свойств соединенных природ Господа: «ни слияния, не говорим, ни превращения, ни разделения»[14]. По поводу Евтихия Диоскор ответил, что готов осудить его, если ему докажут, что тот действительно исповедовал докетизм[14]. Поскольку таких доказательств предоставлено не было, для Диоскора, а стало быть и для всей александрийской, миафизитской партии Евтихий остался оправданным.

Осуждение Евтихия миафизитами через Энотикон Зенона[править | править вики-текст]

Халкидонский собор не принес мира в империю, но напротив, усугубил раскол между диофизитами-антиохийцами и миафизитами-александрийцами. По всему Востоку поднялась волна народного негодования, приведшая к осуждению этого собора по местам и свержению епископов-халкидонитов. Чтобы успокоить население и саму церковь, несколько императоров к ряду издавали противоречащие друг другу документы, то отменяющие результаты Халкидонского собора, то их восстанавливающие. Наиболее значимым и известным среди этих документов стал так называемый Энотикон — вероисповедальное послание императора Зенона (482) , призванное примирить враждующие христологические партии через возврат веры церкви к временам трех Вселенских соборов. Таким образом, решение проблемы виделось в отказе как от Второго Эфесского, так и Халкидонского соборов, равно претендующих на статус Четвёртого Вселенского.

Соответственно, главными еретиками объявлялись с одной стороны Несторий, с другой стороны Евтихий. Как некогда, после Третьего Вселенского собора, при заключении «Антиохийской унии», ради достижения хоть какого-то мира между победившими александрийцами и проигравшими антиохийцами, последним было предложено анафематствовать осужденного миафизитами Нестория, с приписыванием ему никогда в реальности не исповеданых им ересей, так и теперь, для достижения консенсуса миафизитам предлагалось анафематствовать осужденного диофизитами Евтихия, с признанием за ним ересей, которых Евтихий на самом деле не исповедовал. Это был встречный компромисс, и александрийцы ради общецерковного отказа от Халкидонского собора подписывались под энотиконом, чем приносили Евтихия в жертву, официально признавая его еретиком-докетом, со всеми вытекающими из такого признания анафемами. Благодаря энотикону с его признанием Нестория и Евтихия еретиками, с диофизитов формально снимались подозрения в «несторианском» раздвоении Христа, а с миафизитов снимались подозрения в «евтихианском» смешении природ во Христе и отрицания его человечества. Таким образом, благодаря энотикону церковь Восточной Римской империи была объединена. В самом конце V века, ради единства с церковью Византии, к энотикону присоединились и находящиеся вне империи церкви Армении, Грузии и Кавказской Албании. Так имя константинопольского игумена Евтихия попало в списки анафематствованных ересиархов и в этих церквях.

Однако отказ восточных церквей от Халкидонского собора привел к демаршу Римской церкви. Непризнание Халкидона прямо подрывало богословский авторитет папы Льва, чей томос стал основой соборного вероопределения. Папство на это согласиться не могло, поэтому уния восточных патриархатов на основе энотикона привела длительному конфликту между Римом и Константинополем в т. н. «Акакианской схизме». В 519 году, ради устранения раскола между Константинополем и Римом, новый император Юстин I отверг энотикон Зенона и провозгласил Халкидонский собор святым и Вселенским. Соответственно, раскол вернулся на Восток. Но не взирая на то, что партия диофизитов вернулась к Халкидону, миафизиты не стали симметрично в ответ объявлять Вселенским Второй Эфесский собор и реабилитировать Евтихия. Поэтому он и поныне считается в Древневосточных православных церквях анафематствованным еретиком, учившим докетизму, а количество Вселенских соборов здесь ограничивается тремя.

Примечания[править | править вики-текст]

  1. Кирилл Александрийский. О том что Христос один.
  2. Вардапет (доктор богословия) Езник Петросян. Христология Армянской Церкви (арм.) / Армен Тер-Степанян. — Св.Эчмиадзин: Издательство Первопрестольного Эчмиадзина, 1995. — С. 60, 66, 79, 92. — 104 с. с.
  3. Сборник важнейших исторических документов ААЦ. Գիրք Թղթոց (Книга Посланий).
  4. Иоанн Дамаскин О ста ересях вкратце // Прп. Иоанн Дамаскин Источник знания Пер. с греч. и коммент. Д.Е. Афиногенова, А.А. Бронзова, А.И. Сагарды, Н.И. Сагарды. — М.: Индрик, 2002. — 416 с. — (Святоотеческое наследие. Т. 5) Стр. 123—155
  5. 1 2 3 4 Ф. И. Успенский. История Византийской империи. — Глава VII. Император Феодосии II. Августы Пульхерия и Афинаида-Евдош. Августин о граде Божием. Ефесский собор. Монофизиты.
  6. 1 2 Кирилл Александрийский. Двенадцать глав против тех, которые дерзают защищать мнения Нестория как правые.
  7. 1 2 Кирилл Александрийский. Послание Евлогию.
  8. 1 2 Ива Эдесский. Послание к Марию.
  9. 1 2 3 4 Поснов М. Э. «История Христианской Церкви» (411)
  10. Деяния Вселенских Соборов. Казань, 1908. Т. II. С. 193–194.
  11. Кирилл Александрийский. Послание к Акакию Мелитенскому.
  12. Кирилл Александрийский. Защищение двенадцати глав против восточных епископов.
  13. А.В. Карташев. Вселенские соборы.
  14. 1 2 3 Стилианос Папандополос, Почетный профессор Богословского факультета Афинского университета. Фундамент Христологии.

Литература[править | править вики-текст]

Научно-богословская литература[править | править вики-текст]

  1. Jean Meyendorff. Le Christ dans la Theologie Byzantine. Paris, 1968. (На английском: John Meyendorff. Christ in the Eastern Christian Thought. New York, 1969. Русский перевод: Прот. Иоанн Мейендорф. «Иисус Христос в восточном православном богословии». М., 2000)
  2. Еп. Григорий (В. М. Лурье). История византийской философии. Формативный период. СПб., Axioma, 2006. XX + 553 с. ISBN 5-901410-13-0 Оглавление, Раздел 1, гл. 1, Раздел 1, гл. 2, Раздел 2, гл. 1, Раздел 2, гл. 2, Раздел 4, гл. 1, Раздел 4, гл. 2
  3. В. В. Болотов. Лекции по истории древней Церкви. — Петроград: Третья Государственная Типография, 1918. — Т. 4. — 600 с.
  4. А. В. Карташёв. Вселенские Соборы. Париж, 1963