Мятеж Ань Лушаня

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Шипящий на седока верблюд. Фигурка эпохи Тан.

Восстание Ань Лушаня — гражданская война в танском Китае, свирепствовавшая в царствование трёх императоров, с 16 декабря 755 г. по 17 февраля 763 г.

Подоплёка мятежа[править | править вики-текст]

Во главе восстания стоял тюрок или согдиец на танской службе, Ань Лушань. Своим продвижением по службе он был обязан недальновидности императорского советника Ли Линьфу, который опасался козней со стороны китайских сановников, а инородцев на императорской службе считал относительно безобидными. В то же время пограничные армии с подачи Ань Лушаня и других военачальников комплектовались преимущественно кочевниками.

Об армии Ань Лушаня, сравнивая его с древним победителем народа хунну, восторженно писал в 751 году в стихотворении «В поход за Великую стену (на киданей)» великий поэт Ду Фу:

Мы вышли утром из лагеря, что у ворот Лояна,
И незаметно в сумерках взошли на Хэянский мост.
Расшитое золотом знамя закат осветил багряный,
Ржанье коней военных ветер кругом разнес.
На ровном песке повсюду раскинулись наши палатки,
Выстроились отряды и перекличка слышна.
Ночной покой охраняют воинские порядки,
И с середины неба за ними следит луна.
Несколько флейт вздохнули печальными голосами,
И храбрецы вздохнули, глядя в ночную синь.
Если спросить у воинов — кто командует вами?
Наверно они ответят — командует Хо Кюй-бинь.[1]

К танскому двору в Чанъани, где «северных варваров» не жаловали, в северных армиях относились с презрением. После поражения в Таласской битве и смерти Ли Линьфу в приграничных гарнизонах начался разброд. Ань Лушань воспользовался этим для того, чтобы убедить императора Сюаньцзуна в необходимости замены 36 высших офицеров из числа ханьцев верными ему лично степняками. Среди привлечённых им советников были даже представители властвовавшего тюркютами клана Ашина.

Поход на Чанъань[править | править вики-текст]

В декабре 755 года Ань Лушань, раздражённый происками придворного клана Янов (который представляли императорская наложница Ян-гуйфэй и советник императора Ян Гочжун), двинул свою армию из провинции Хэбэй на столицу, якобы с целью свержения ненавистных солдатам придворных. Получив заверения в личной неприкосновенности, на его сторону переметнулись многие императорские чиновники на местах. Против него Ян Гочжун выслал две армии, числом в 60 и 110 тысяч, но обе они были разбиты восставшими. Зимой 756 года их гибель оплакал Ду Фу:

Пошли герои снежною зимою
На подвиг, оказавшийся напрасным,
И стала кровь их в озере водою,
И озеро Чэньтао стало красным.
В далеком небе дымка голубая,
Уже давно утихло поле боя,
Но сорок тысяч воинов Китая
Погибли здесь, пожертвовав собою.

Бегство императора в Сычуань (Цю Ин, XVI век)

Вдохновлённый победами, Ань Лушань по занятии древней столицы Лояна прекратил прикрываться именем танского императора и объявил себя основателем новой императорской династии Янь. Сюаньцзун с приближёнными бежал из Чанъани, однако даже личная стража его бунтовала, считая виновницей всех бед прекрасную Ян-гуйфэй. Её задушили тонким шёлковым шнурком, а её двоюродный брат Ян Гочжун повесился на дороге. Император Сюаньцзун отрёкся от престола в пользу сына Суцзуна и укрылся в труднодоступном горном замке провинции Сычуань.

Сопротивление мятежникам[править | править вики-текст]

Сопротивление мятежникам возглавил наследник престола Ли Хэн, опиравшийся на армии, расквартированные у западных пределов империи. В сентябре 756 г. он привлёк на свою сторону обитателей западных стран — тибетцев, хотанцев, уйгуров, арабов и даже бирманцев. В знак союза с Уйгурским каганатом император Суцзун признал его равенство Танской империи и женился на тамошней царевне.

В январе 757 года Ань Лушань пал от руки собственного евнуха, однако смерть его тщательно скрывали. В сентябре в Китай вторглось войско иноземцев под волчьими знамёнами уйгурского кагана. Мятежники были разгромлены сторонниками императора и уйгурами у берегов реки Фыншуй, их потери исчислялись тысячами. Чанъань, некогда самый населённый город мира, к тому времени совершенно обезлюдел и был сдан имперцам и уйгурам без боя.

Мятежники сделали своей столицей Фаньян и направляли оттуда отряды на осаду верного императору киданьского гарнизона в Тайюане. Между тем тюркюты вели собственную игру, пытаясь завладеть северными рубежами трещавшей по швам империи. Уйгуры орудовали от имени императора на юге, в отрогах Наньшаня, грабили буддийские монастыри и творили насилие над мирными жителями. Откупиться от них и заставить удалиться удалось подношением 10 тысяч кусков шёлка. Ду Фу как очевидец этих событий писал:

Я слышу народа китайского стон.
Плывут мертвецы по великой реке,
А женщин и девушек, взятых в полон,
Терзают от их деревень вдалеке.

Реставрация танского режима[править | править вики-текст]

Овладев с уйгурской помощью Чанъанем, император Суцзун в 758 году вернул на царство престарелого отца Сюаньцзуна. Вместе с реставрацией танского режима в китайскую политику вернулись прежние придворные интриги. Жертвами старческого гнева Сюаньцзуна становились как подлинные изменники, так и мнимые, включая трёх сыновей. «Всех убивал, один лишь жить хотел», — отмечает современник.[1]

Между тем мятежники во главе с сыном Ань Лушаня оставили Лоян и ретировались за Хуанхэ. Главным событием 759 года стала осада вождей мятежа в городе Йечен (провинция Хэнань). Небывало сильный тайфун нанёс урон обеим армиям. Победителем из кампании 759 года вышел бывший предводитель восточной танской армии, Ши Сымин, казнивший сына Ань Лушаня и сам принявший императорский титул.

Как только Ши Сымин перешёл в наступление, император испугался, что мятеж обретает второе дыхание. Он вновь послал за помощью к уйгурскому кагану, выдав за него дочь и называя его своим двоюродным братом. Л. Н. Гумилёв сообщает, что

Китайцы произвели в Сычуани тотальную мобилизацию. Ду Фу описывает душераздирающие сцены отправки на фронт юношей, почти детей, и патриотизм женщин, добровольно идущих на войну в качестве обслуги.[1]

Восстание семейства Ши[править | править вики-текст]

Ши Сымину удалось взять Кайфэн и продолжать сопротивление императорской армии до апреля 761 года. В этом месяце он повторил судьбу Ань Лушаня: пал от руки заговорщиков, возведших на престол его сына. Центр боевых действий к этому времени переместился в западную провинцию Ганьсу, где помимо мятежников разбойничали тибетцы.

Чувствуя недостаточность собственных сил, сын Ши Сымина пытался щедрыми дарами переманить на свою сторону уйгуров. Как показал весь ход восстания, именно опора на уйгуров играла решающую роль в сохранении Танской династии у власти. Император Дайцзун, унаследовавший престол после смерти Сюаньцзуна, ценой новых уступок возобновил осенью 762 года военный союз с уйгурами.

Совместными усилиями император и уйгуры уничтожили последние очаги сопротивления мятежников. 20 ноября был взят Лоян, за ним последовал и Фаньян. Император объявил о том, что прощает как повстанцев, так и тех, кто с ними сотрудничал. Это позволило подвести черту под семью годами мятежа. Последний вождь мятежников, сын Ши Сымина, был найден повешенным в лесу.

Заключение[править | править вики-текст]

Не успело закончиться восстание Ань Лушаня, как вспыхнуло новое. Военачальники не думали складывать оружие, тем более что китайско-тибетская война была в самом разгаре. Тибетцы взяли и разорили столичный Чанъань, они же наступали в южной провинции Сычуань. Вся последующая история династии вплоть до воцарения Сунского дома в 960 году представляет собой непрерывную цепь мятежей и междоусобиц. О состоянии Китая после гражданской войны проникновенно написал Бо Цзюйи:

В девятый месяц во всем Сюйчжоу, с недавнею войной,
Стенаний ветер, убийства воздух на реках и горах.
И только вижу, в одном Люгоу, у храма под горой,
Над самым входом, совсем как прежде, белеют облака.

Фигура Ань Лушаня была не только почитаема, но и обожествлена в пограничных гарнизонах, охранявших северные рубежи Поднебесной. Поднятый им мятеж стал переломным моментом в истории не только династии Тан, но и всего средневекового Китая. Он вскрыл слабость танского режима и силу пограничных наместников — цзедуши. С начала мятежа и до падения династии Юань во второй половине XIV века китайскую историю писали преимущественно кочевники.

Историческое значение[править | править вики-текст]

Согласно официальным подсчётам налогоплательщиков, за время восстания население Китая сократилось на 36 миллионов[2], что составляло две трети от общего числа налогоплательщиков и шестую часть населения всего мира, едва превышавшего тогда 200 млн человек[3]. В таком случае до Второй мировой войны это был крупнейший вооружённый конфликт по числу жертв за всю историю человечества. Стивен Пинкер в книге «Лучшее в нас» приводит эти цифры в качестве самой кровопролитной (в процентном отношении от населения Земли) войны в истории, хоть и отмечает их сомнительность.

Впрочем, такие историки, как Чарльз Патрик Фицджеральд, ставят столь огромное число потерь под сомнение[4]. Более вероятно, что основная масса населения переселилась из неспокойного, открытого степнякам северного Китая, где стояли древние столицы Лоян и Чанъань, в более спокойные земли на юге, и в первую очередь в дельту Янцзы. Последующие национальные династии предпочитали править Поднебесной уже оттуда. Кроме того, при оценке официальной статистики следует иметь в виду, что за время восстания территория, с которой собирались налоги в императорскую казну, значительно сократилась.

Примечания[править | править вики-текст]

Литература[править | править вики-текст]

  • E. G. Pulleyblank, The Background of the Rebellion of An Lu-Shan, London: Oxford University Press (1955)
  • E. G. Pulleyblank, «The An Lu-Shan Rebellion and the Origins of Chronic Militarism in Late T’ang China», in Perry & Smith, Essays on T’ang Society, Leiden: E. J. Brill (1976)
  • Denis Twitchett (ed.), The Cambridge History of China, Volume 3, Sui and T’ang China, Cambridge: Cambridge University Press (1979)