Катастрофа Boeing 707 в Карелии

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Рейс 902 Korean Air Lines
Последствия катастрофы
Последствия катастрофы
Общие сведения
Дата 20 апреля 1978 года
Время 23:05 MSK
Характер Воздушная атака, вынужденная посадка
Причина Ракетная атака
поражение ракетой «воздух—воздух», выпущенной истребителем Су-15 ВВС СССР
Место Союз Советских Социалистических Республик озеро Корпиярви, близ посёлка Лоухи (Карельская АССР, СССР)
Координаты 66°02′53″ с. ш. 33°04′19″ в. д.HGЯO
Погибшие 2
Раненые 13
Воздушное судно
Boeing 707-300 авиакомпании Korean Air Lines, аналогичный пострадавшемуBoeing 707-300 авиакомпании Korean Air Lines, аналогичный пострадавшему
Модель Boeing 707-321B
Авиакомпания Республика Корея Korean Air Lines (KAL)
Пункт вылета Франция Орли, Париж (Франция)
Остановки в пути Соединённые Штаты Америки Анкоридж (Аляска, США)
Пункт назначения Республика Корея Кимпхо, Сеул (Республика Корея)
Рейс KE902
Бортовой номер HL7429
Дата выпуска 9 сентября 1967 года (первый полёт)
Пассажиры 97
Экипаж 12
Выживших 107
Commons-logo.svg Медиафайлы на Викискладе

Катастрофа Boeing 707 в Карелии — авиационная катастрофа, произошедшая ночью в четверг 20 апреля 1978 года на территории Карельской АССР (СССР).

Авиалайнер Boeing 707-321B южнокорейской авиакомпании Korean Air Lines (KAL) совершал пассажирский рейс KE902 (позывные KAL 902) по маршруту ПарижАнкориджСеул, когда, значительно отклонившись от курса, оказался над Кольским полуостровом, тем самым нарушив воздушную государственную границу СССР. Там он был перехвачен и, после попыток заставить его добровольно приземлиться, был обстрелян ракетой «воздух-воздух» советским истребителем-перехватчиком Су-15 и из-за полученных в результате обстрела повреждений фюзеляжа в 23:05 совершил вынужденную посадку на лёд озера Корпиярви в Лоухском районе Карельской АССР.

В результате обстрела погибли 2 пассажира: 36-летний коммерсант из Сеула Бон Тайхван (англ. Bahng Tais Hwang, среднее место в 23-м ряду справа) был убит в салоне самолёта осколком ракеты в голову и 31-летний владелец кофейни из Иокогамы Ёситако Сугано (англ. Yoshitako Sugano, место 24A у окна) был ранен осколками деталей внутренней обшивки салона и умер от потери крови в вертолёте, эвакуировавшем его в больницу города Кемь[1]. Ещё 13 пассажирам рейса была оказана медицинская помощь: в том числе двоим с осколочными ранениями, остальным в связи с последствиями баротравмы и охлаждения[1][2].

Самолёт[править | править код]

Boeing 707-321B (регистрационный номер HL7429, заводской 19363, серийный 623) был выпущен в 1967 году (первый полёт совершил 9 сентября). 21 сентября того же года был передан авиакомпании Pan American (борт N428PA, имя Clipper Star of Hope). В марте 1977 года был куплен авиакомпанией Korean Air Lines (KAL) и получил б/н HL7429. Оснащён четырьмя турбовентиляторными двигателями Pratt & Whitney JT3D-3B.

Экипаж[править | править код]

Хронология событий[править | править код]

Схема полёта рейса 902

Boeing 707-321B борт HL7429 выполнял рейс KE902 по маршруту Париж—Сеул с промежуточной посадкой в Анкоридже. Самолёт вылетел из аэропорта Орли (по другим данным — из аэропорта имени Шарля-де-Голля) в 14:40 MSK. На его борту находились 12 членов экипажа и 97 пассажиров (среди них было 5 детей, в том числе двое младенцев).

Над северным магнитным полюсом — по одной версии из-за неисправности гироскопического полукомпаса, по второй из-за ошибки пилотов (как потом официально объясняла сама авиакомпания KAL, экипаж при расчётах использовал неверные значения магнитного склонения) — лайнер начал совершать разворот направо[3]. Описав огромную плавную дугу, он фактически полетел назад на юг — через Шпицберген в направлении финско-советской границы.

В 20:54 советской радиолокационной станцией П-70, расположенной на полуострове Рыбачий в Мурманской области, был обнаружен неопознанный самолёт, двигавшийся в 300 километрах от границы с севера над морем на высоте 9000 метров курсом на СевероморскМурманск. Самолётный радиолокационный ответчик на запрос сигнала госопознавания «Я — свой» не отвечал[1].

В 21:19 самолёт вторгся в воздушное пространство СССР в районе Кольского полуострова. Поскольку нарушитель не отвечал на запросы диспетчерских служб, на визуальное опознавание и перехват с аэродрома Африканда был поднят истребитель Су-15 431-го истребительного авиационного полка ПВО (в/ч 26391), пилотируемый лётчиком 1-го класса капитаном Александром Босовым. Приблизившись к рейсу 902, Босов доложил, что самолёт-нарушитель с иероглифами на фюзеляже — «Боинг-707».

Из показаний капитана Александра Босова на допросе у следователя КГБ СССР:

«Выполняя приказ, я в течение 12-13 минут неоднократно сближался с «Боингом» и давал установленные международными правилами сигналы на посадку: покачивал крыльями, «кивал» вниз фюзеляжем своего истребителя.
Экипаж «Боинга» на мои сигналы не отвечал.
»

В ответ на это «Боинг» стал разворачиваться вправо и уходить в сторону Финляндии, от границы с которой он находился на удалении около 80 километров (6 минут полёта). В сложившейся ситуации командующий 10-й отдельной армией ПВО генерал-лейтенант Владимир Дмитриев утвердил решение командира 21-го корпуса ПВО генерал-майора Владимира Царькова на уничтожение самолёта-нарушителя.

Босов получил от Царькова приказ занять позицию для атаки сзади и уничтожить самолёт-нарушитель государственной границы. Согласно западным данным[4] и воспоминаниям бывшего командира 57-го истребительного авиаполка подполковника Виталия Дымова[3], он (Дымов) несколько минут пытался переубедить начальство, говоря, что самолёт является пассажирским, а не разведчиком.

В 21:42 Су-15 выпустил одну ракету Р-8[5][6], которая взорвалась возле двигателя № 2 (левый крайний), повредив его и оторвав часть левого крыла длиной 3-4 метра (по некоторым данным, было выпущено две ракеты, одна из которых пролетела мимо лайнера[4]). Кроме того, в результате повреждения фюзеляжа осколками ракеты, произошла разгерметизация пассажирского салона, самолёт начал резкое снижение и был потерян Босовым из виду на высоте 700—800 метров.

Зафиксированный наземными радарами оторвавшийся кусок крыла был принят за контейнер или крылатую ракету. На его перехват был поднят второй Су-15 265-го истребительного авиаполка ПВО (пилот — старший лейтенант Сергей Слободчиков), выпустивший по фрагменту крыла одну ракету. На смену исчерпавшему топливо Су-15 были подняты истребители Су-15 1-й эскадрильи 265-го истребительного авиаполка ПВО пилотируемые лётчиками Анатолием Керефовым, Александром Генбергом, Юрием Новожиловым и др. Всего было выполнено около 20 вылетов.

Капитан Анатолий Керефов на высоте 500 метров обнаружил самолёт-нарушитель, наблюдал совершение его посадки на лёд озера и передал координаты места посадки.

В 23:05 MSK пострадавший рейс KE902 совершил вынужденную посадку на лёд Корпиярви возле посёлка Лоухи в точке координат 66°03′05″ с. ш. 33°03′36″ в. д.HGЯO[7]. Вскоре он был обнаружен поисковой группой радиотехнического батальона 18-го радиотехнического полка. Первым на его борт поднялся прапорщик Дубодел[8] (по другим сведениям первым на борт самолёта, через аварийный люк, поднялся прапорщик 18-го радиотехнического батальона Николай Карбан[1]).

Утром 21 апреля пассажиры и экипаж рейса 902 были эвакуированы вертолётами на военный аэродром «Подужемье», откуда автобусами были доставлены в город Кемь. Пассажиры были размещены в Кеми в гарнизонном Доме офицеров, раненые и две семьи с младенцами были направлены в районную и железнодорожную больницы, экипаж был размещён на турбазе «Кемь». Из числа пассажиров рейса 902 от осколков ракеты погиб 1 человек, ещё 1 умер от ранений по дороге в больницу Кеми. Кроме этого, 13 пассажирам была оказана медицинская помощь в медицинских учреждениях Кеми: двоим с осколочными ранениями, а остальным в связи с последствиями баротравмы и охлаждения.

Двоих погибших доставили в морг Кеми.

Из сообщения ТАСС 21 апреля вечером в телепрограмме «Время»:

«В ночь с 20 на 21 апреля с. г. самолёт неизвестной принадлежности со стороны Баренцева моря нарушил воздушное пространство СССР в районе северо-восточнее Мурманска и, продолжая полёт в южном направлении, глубоко вошёл на территорию СССР.
…Поднятые навстречу самолёту-нарушителю истребители ПВО страны в ночных условиях эволюциями самолёта и бортовыми огнями неоднократно подавали ему команды следовать за ними для посадки на близлежащем аэродроме, однако самолёт эти команды не воспринял и совершил посадку на озере в районе города Кемь Карельской АССР лишь через два часа после вхождения в воздушное пространство Советского Союза.
После посадки было установлено, что самолёт-нарушитель «Боинг-707» принадлежит южно-корейской авиационной компании.
Советскими компетентными органами проводится расследование нарушения воздушного пространства Советского Союза.
»

22 апреля пассажиры на автобусах были отправлены на военный аэродром Подужемье, а далее двумя самолётами Ту-134 в Мурманск, а уже оттуда были доставлены в Хельсинки на Boeing 727 авиакомпании Pan American (США).

Командир и штурман рейса 902 находились на турбазе «Кемь» до 29 апреля в связи с проводимым Следственным управлением КГБ СССР расследованием инцидента по факту нарушения воздушного пространства СССР. Следствием отрабатывались основные версии инцидента: отказ приборов, непрофессионализм экипажа, возможные умышленные действия, связанные с выполнением задания разведывательных служб.

Последствия инцидента[править | править код]

Silk-film.png Внешние видеофайлы
Возвращение из СССР
Silk-film.png Прибытие в Хельсинки
Silk-film.png Прибытие в Токио

21 апреля на место происшествия прибыла правительственная комиссия из Москвы (председатель правительственной комиссии — маршал авиации Иван Пстыго). В расследовании инцидента участвовал прибывший в Североморск заместитель главкома маршал авиации Евгений Савицкий и прибывший в Кемь первый заместитель начальника 2-го главного управления КГБ СССР генерал-лейтенант Фёдор Щербак.

Согласно одному источнику, ответственный за приказ об уничтожении лайнера был определён не сразу, так как запись переговоров на магнитной ленте КП 21-го корпуса ПВО оказалась стёрта; по другим данным, ответственность за решение об уничтожении самолёта-нарушителя была взята на себя командующим 10-й отдельной армией ПВО генерал-лейтенантом Владимиром Дмитриевым.

По результатам комплексного расследования, действия командира 21-го корпуса ПВО генерал-майора Царькова, его КП и штаба были признаны правительственной комиссией обоснованными, правильными и решительными в соответствии с обстоятельствами и здравым смыслом.

Из сообщения ТАСС от 30 апреля 1978 года:

…В ходе расследования было установлено, что инцидент с южнокорейским самолётом произошёл в результате невыполнения экипажем международных правил полётов и неподчинения требованиям советских истребителей ПВО следовать за ними для посадки на аэродром.
Командир экипажа и штурман … подтвердили, что понимали команды советских самолётов, однако этим командам не подчинились. Признавая свою вину перед советским законом, командир корабля и штурман письменно обратились в Президиум Верховного Совета СССР с просьбой о помиловании.
…Президиум Верховного Совета СССР принял решение не привлекать Ким Чанг Кыо и Ли Чын Сина к уголовной ответственности и ограничиться выдворением их за пределы СССР.

После возвращения из СССР в интервью газете «The New York Times» пилоты заявили, что они не каялись, помилования не просили и по-прежнему утверждали, что причиной отклонения от курса была неисправная навигация[3].

СССР предъявил Республике Корее счёт на $ 100 000 для покрытия стоимости содержания пассажиров.

Авиакомпания Korean Air Lines отказалась от авиалайнера, чтобы не оплачивать операцию по его эвакуации и воспользоваться страховкой. Самолёт был разобран и доставлен в аэропорт Мячково в Подмосковье, где с ним работали специалисты Государственного комитета Совета Министров СССР по авиационной технике.

Официальных претензий по инциденту к СССР со стороны Международной организации гражданской авиации (ИКАО) и правительства Республики Кореи не предъявлялось (при этом до 1990 года дипломатических отношений между СССР и Республикой Кореей не существовало)[1].

См. также[править | править код]

Примечания[править | править код]

  1. 1 2 3 4 5 Шлейкин Ю. В. Корейский «Боинг» в Карелии. История рейса Париж…—Лоухи. — Петрозаводск: Острова, 2018. — 64 с. — ISBN 978-5-98686-094-7.
  2. Aboard Flight 902: We Survived! — Time, May. 08, 1978
  3. 1 2 3 Ирина Тумакова. «Цель захватил, пускаю ракету» (рус.) // Новая газета. — 2018. — № 78. — С. 11—14.
  4. 1 2 Aviation Safety Network.
  5. Царьков В. Охота за Боингом Архивная копия от 19 июня 2008 на Wayback Machine.
  6. Почтарёв А. Рейс «KAL» # 902 по расписанию не прибыл.
  7. Сорокин К., Берзин А. Увидеть Париж — и не умереть Архивная копия от 6 сентября 2009 на Wayback Machine.
  8. Голод А. Как садили «Боинг-707»

Литература[править | править код]

  • Елков И., Абрамов Ю. Париж-Лоухи. История первого и единственного в практике мировой авиации рейса // Часовой Севера : армейская газета. — Мурманск, 1990—1991. — Декабрь-январь.
  • Докучаев А. О. О «Боингах», «Цесне» и других // Красная звезда : газета. — 1991. — 13-16 март.
  • Куликаев С., Коптев Е. Тайны «Боинга-707» // Ленинская правда : газета. — Петрозаводск, 1991. — 16 май.
  • Елков И., Абрамов Ю. Вместо посадки в Сеуле — падение в Заполярье // Известия : газета. — 1991. — 6 и 8 июль.
  • Дудин В. В небе чужой самолёт // Вестник ПВО : журнал. — 1993. — Вып. № 4—5.
  • Дудин В., Косенко И. Запланированная трагедия // Военно-исторический журнал. — 1993. — Вып. № 11.
  • Почтарёв А. Инцидент над Корпиярви // Красная звезда : газета. — 2003. — 11 июнь.
  • Шлейкин Ю. Наш корейско-карельский «Боинг» // ТВР-Панорама : газета. — Петрозаводск, 2008. — 16 апрель.
  • Шлейкин Ю. В. Корейский «Боинг» в Карелии. История рейса Париж…—Лоухи. — Петрозаводск: Острова, 2018. — 64 с. — ISBN 978-5-98686-094-7.

Ссылки[править | править код]