Патриотизм

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Памятник студентам Политехнической школы в Париже, погибшим при защите родины от вторжения коалиции в 1814 году.

Патриоти́зм (греч. πατριώτης — соотечественник, πατρίς — отечество) — нравственный и политический принцип, социальное чувство, содержанием которого является любовь к Отечеству и готовность подчинить его интересам свои частные интересы. Патриотизм предполагает гордость достижениями и культурой своей Родины, желание сохранять её характер и культурные особенности и идентификация себя с другими членами народа, стремление защищать интересы Родины и своего народа. Исторический источник патриотизма — веками и тысячелетиями закреплённое существование обособленных государств, формирующее привязанность к родной земле, языку, традициям. В условиях образования наций и образования национальных государств патриотизм становится составной частью общественного сознания, отражающего общенациональные моменты в его развитии.

Патриотизм — идеология, характерной чертой которой является возвышенное отношение к символам социальной группы, к которой относится человек. Представления о патриотизме связываются с трепетным отношением к историческим событиям, памятникам, символике, культурным различиям и великим предкам. Представление о сущности патриотизма у разных людей разное. По этой причине одни люди считают себя патриотами, а другие себя таковыми не считают.[1][2]

Виды патриотизма[править | править исходный текст]

Патриотизм формируется в крупных территориальных образованиях:

  1. имперский патриотизм — поддерживал чувства лояльности к империи
  2. национальный патриотизм — ощущал любовь к своей нации.

Патриотизм в истории[править | править исходный текст]

Эй, кто поляк, в штыки! Польский патриотический плакат, призывающий к обороне родины от советского вторжения (1920), с цитатой из «Варшавянки 1831 года»

Имперский Рим, в свою очередь, видел в христианстве угрозу имперскому патриотизму. Несмотря на то, что христиане проповедовали послушание властям и возносили молитвы за благополучие империи, они отказывались принимать участия в имперских культах, которые по мнению императоров должны способствовать росту имперского патриотизма[источник не указан 439 дней].

Современное понимание патриотизма было сформировано эпоху американской и французской буржуазных революций, и тождественно понятию «национализм», при политическом (неэтническом) понимании нации; по этой причине во Франции и Америке в тот период понятие «патриот» было синонимом понятия «революционер». Символами этого революционного патриотизма являются «Декларация независимости» и «Марсельеза». С появлением модернизированного национального государства, понятие патриотизма все еще наследует идее имперского, государственного патриотизма, но сместилось в область приверженности человеческой общности (нации). Впрочем, нередко эти понятия выступают как синонимы или близкие по значению.

Отвержение патриотизма универсалистской этикой[править | править исходный текст]

Патриотизм отвергается универсалистской этикой, полагающей, что человек в одинаковой мере связан нравственными узами со всем человечеством без изъятия. Эта идея использовалась ещё философами Древней Греции (киники, стоики — в частности, киник Диоген первым описал себя как космополитa).

Патриотизм и христианская традиция[править | править исходный текст]

Раннее христианство[править | править исходный текст]

Последовательный универсализм и космополитизм[3] раннего христианства и представления о христианской общности как особом «народе Божьем» подрывала самые основы полисного патриотизма[4]. Христианство отрицало всякие различия не только между народами империи, но и между римлянами и «варварами». Апостол Павел наставлял: «Если вы воскресли со Христом, то ищите горнего (…) облекшись в нового <человека>, где нет ни эллина, ни иудея, ни обрезания, ни необрезания, варвара, скифа, раба, свободного, но все и во всем Христос» (Колоссянам, 3, 11). По словам апологетического «Послания к Диогнету», приписываемого Иустину Мученику, «живут они (христиане) в своём отечестве, но как пришельцы (…). Для них всякая чужая страна есть отечество, и всякое отечество — чужая страна. (…) Находятся на земле, но суть граждане небесные»[5] Французский историк Эрнест Ренан следующим образом формулировал позицию ранних христиан: «Церковь есть родина христианина, как синагога родина еврея; христианин и еврей живут во всякой стране, как чужие. Христианин едва признает отца или мать. Он ничем не обязан империи (…) Христианин не радуется победам империи; общественные бедствия он считает исполнением пророчеств, обрекающих мир на погибель от варваров и огня»[6].

Современные христианские авторы о патриотизме[править | править исходный текст]

По мнению патриарха Алексия II:

Патриотизм, несомненно, актуален. Это чувство, которое делает народ и каждого человека ответственным за жизнь страны. Без патриотизма нет такой ответственности. Если я не думаю о своём народе, то у меня нет дома, нет корней. Потому что дом — это не только комфорт, это ещё и ответственность за порядок в нем, это ответственность за детей, которые живут в этом доме. Человек без патриотизма, по сути, не имеет своей страны. А «человек мира» это то же самое, что бездомный человек.

Вспомним евангельскую притчу о блудном сыне. Юноша ушёл из дома, а потом вернулся, и отец его простил, принял с любовью. Обычно в этой притче обращают внимание на то, как поступил отец, принявший блудного сына. Но нельзя забывать и о том, что сын, поскитавшись по миру, вернулся в свой дом, потому что для человека невозможно жить без своих устоев и корней.

<…>Мне кажется, что чувство любви к собственному народу столь же естественно для человека, как и чувство любви к Богу. Его можно исказить. И человечество на протяжении своей истории не раз искажало чувство, вложенное Богом. Но оно есть.

И здесь ещё одно очень важно. Чувство патриотизма ни в коем случае нельзя смешивать с чувством враждебности к другим народам. Патриотизм в этом смысле созвучен Православию. Одна из самых главных заповедей христианства: не делай другому то, что ты не хочешь, чтобы делали тебе. Или как это звучит в православном вероучении словами Серафима Саровского: спасись сам, стяжи мирен дух, и тысячи вокруг тебя спасутся. То же самое патриотизм. Не разрушай у других, а созидай у себя. Тогда и другие будут относиться к тебе с уважением. Я думаю, что сегодня у нас это основная задача патриотов: созидание собственной страны.

— Алексий II. Интервью газете «Труд»[7]

С другой стороны, по мнению православного богослова игумена Петра (Мещеринова), любовь к земной родине не является чем-то, выражающим суть христианского учения и обязательным для христианина. Однако церковь в то же время, находя своё историческое бытие на земле, не является и противником патриотизма, как здравого и естественного чувства любви. При этом однако она «не воспринимает ни одно естественное чувство как нравственную данность, ибо человек — существо падшее, и чувство, пусть даже такое, как любовь, предоставленное самому себе, не выходит из состояния падения, а в религиозном аспекте приводит к язычеству». Поэтому «патриотизм имеет достоинство с христианской точки зрения и получает церковный смысл тогда и только тогда, когда любовь к родине является деятельным осуществлением по отношению к ней заповедей Божиих»[8].

Современный христианский публицист Дмитрий Таланцев считает[значимость факта?] патриотизм антихристианской ересью. По его мнению, патриотизм ставит родину на место Бога, тогда как «христианское мировоззрение подразумевает борьбу со злом, отстаивание истины совершенно независимо от того, где, в какой стране происходит это зло и уход от истины»[9].

Современная критика патриотизма[править | править исходный текст]

В новое время, Лев Толстой считал патриотизм чувством «грубым, вредным, стыдным и дурным, а главное — безнравственным». Он полагал, что патриотизм с неизбежностью порождает войны и служит главной опорой государственному угнетению. Толстой полагал, что патриотизм глубоко чужд русскому народу, как и трудящимся представителям других народов: он за всю жизнь не слышал от представителей народа никаких искренних выражений чувства патриотизма, но наоборот, много раз слышал выражения пренебрежения и презрения к патриотизму.

Скажите людям, что война дурно, они посмеются: кто же этого не знает? Скажите, что патриотизм дурно, и на это большинство людей согласится, но с маленькой оговоркой. -Да, дурной патриотизм дурно, но есть другой патриотизм, тот, какого мы держимся. — Но в чем этот хороший патриотизм, никто не объясняет. Если хороший патриотизм состоит в том, чтобы не быть завоевательным, как говорят многие, то ведь всякий патриотизм, если он не завоевательный, то непременно удержательный, то есть что люди хотят удержать то, что прежде было завоёвано, так как нет такой страны, которая основалась бы не завоеванием, а удержать завоёванное нельзя иными средствами, как только теми же, которыми что-либо завоёвывается, то есть насилием, убийством. Если же патриотизм даже и не удержательный, то он восстановительный-патриотизм покорённых, угнетённых народов-армян, поляков, чехов, ирландцев и т. п. И этот патриотизм едва ли не самый худший, потому что самый озлобленный и требующий наибольшего насилия. Скажут: «Патриотизм связал людей в государства и поддерживает единство государств». Но ведь люди уже соединились в государства, дело это совершилось; зачем же теперь поддерживать исключительную преданность людей к своему государству, когда эта преданность производит страшные бедствия для всех государств и народов. Ведь тот самый патриотизм, который произвёл объединение людей в государства, теперь разрушает эти самые государства. Ведь если бы патриотизм был только один: патриотизм одних англичан, то можно бы было его считать объединяющим или благодетельным, но когда, как теперь, есть патриотизм: американский, английский, немецкий, французский, русский, все противоположные один другому, то патриотизм уже не соединяет, а разъединяет.

— Л. Толстой. Патриотизм или Мир?[10]

Одним из любимых выражений Толстого был афоризм Самуэля Джонсона: Патриотизм - это последнее прибежище негодяя. Владимир Ильич Ленин в Апрельских тезисах идейно заклеймил «революционных оборонцев» как соглашателей с Временным правительством[значимость факта?]. Профессор Чикагского университета Пол Гомберг сравнивает патриотизм с расизмом, в том отношении, что тот и другой предполагают моральные обязанности и связи человека прежде всего с представителями «своей» общности[11] Критики патриотизма отмечают также следующий парадокс: если патриотизм — добродетель, а во время войны солдаты обеих сторон являются патриотами, то они одинаково добродетельны; но именно за добродетель они и убивают друг друга, хотя этика запрещает убивать за добродетель.

«Историческое значение каждого человека измеряется его заслугами Родине, а человеческое достоинство – силою его патриотизма»

— Н.Г. Чернышевский.[12]

Говоря о патриотизме, я имею в виду именно это — ощущение единства с людьми, с которыми живёшь в одной стране.

— С.С. Бодров.[13]

Идеи синтеза патриотизма и космополитизма[править | править исходный текст]

Противоположностью патриотизма обыкновенно считается космополитизм, как идеология всемирного гражданства и «родины-мира», при которой «привязанность к своему народу и отечеству как будто теряет всякий интерес с точки зрения универсальных идей».[14]. В частности, подобное противопоставления в СССР во времена Сталина привело к борьбе с «безродными космополитами»[15].

С другой стороны, наблюдаются идеи синтеза космополитизма и патриотизма, при которых интересы родины и мира, своего народа и человечества понимаются соподчинёнными, как интересы части и целого, с безусловным приоритетом общечеловеческих интересов. Так, английский писатель и христианский мыслитель Клайв Стейплз Льюис писал: «патриотизм — хорошее качество, гораздо лучшее, чем эгоизм, присущий индивидуалисту, но всеобщая братская любовь — выше патриотизма, и если они вступают в конфликт между собой, то предпочтение следует отдать братской любви»[16]. Такой подход современный немецкий философ М. Ридель находит уже у Иммануила Канта. Вопреки неокантианцам, которые заостряют внимание на универсалистском содержании этики Канта и его идее создания всемирной республики и универсального правового и политического порядка[17], М. Ридель считает, что у Канта патриотизм и космополитизм не противопоставлены друг другу, а взаимосогласованы, и Кант видит как в патриотизме, так и в космополитизме проявления любви. По М. Риделю, Кант в противовес универсалистскому космополитизму Просвещения подчёркивает, что человек в соответствии с идеей мирового гражданства причастен и к отечеству, и к миру, полагая, что человек как гражданин мира и земли, истинный «космополит», чтобы «способствовать благу всего мира, должен иметь склонность в привязанности к своей стране».[18].

В дореволюционной России эту идею отстаивал Владимир Соловьёв, полемизируя с неославянофильской теорией самодостаточных «культурно-исторических типов».[19]. В статье о космополитизме в ЭСБЕ Соловьев утверждал: «как любовь к отечеству не противоречит непременно привязанности к более тесным социальным группам, напр., к своей семье, так и преданность всечеловеческим интересам не исключает патриотизма. Вопрос лишь в окончательном или высшем мериле для оценки того или другого нравственного интереса; и, без сомнения, решительное преимущество должно здесь принадлежать благу целого человечества, как включающему в себя и истинное благо каждой части»[20]. С другой стороны, перспективы патриотизма виделись Соловьеву следующим образом: Идолопоклонство относительно своего народа, будучи связано с фактическою враждою к чужим, тем самым обречено на неизбежную гибель.(…) Повсюду сознание и жизнь приготовляются к усвоению новой, истинной идеи патриотизма, выводимой из сущности христианского начала: «в силу естественной любви и нравственных обязанностей к своему отечеству полагать его интерес и достоинство главным образом в тех высших благах, которые не разделяют, а соединяют людей и народы»[21].

Примечания[править | править исходный текст]

  1. Подборка материалов на тему патриотизма на сайте ВЦИОМа.
  2. Пример трактовки патриотизма: Вирус предательства, неподписанный материал, статья из подборки сайта ультраправой националистической организации РНЕ. Содержит мнение, будто в обязанности настоящего патриота входит поддержка антисионистских акций.
  3. http://kropka.ru/refs/70/26424/1.html
  4. Георгий Курбатов. Эволюция полисной идеологии, духовной и культурной жизни города. Проверено 12 ноября 2012. Архивировано из первоисточника 19 ноября 2012.
  5. Послание к Диогнету: Иустин Мученик
  6. Э. Ж. Ренан. Марк Аврелий и конец античного мира
  7. Алексий II. Интервью газете «Труд» / 3 ноября 2005 г.
  8. о. Пётр (Мещеринов). Жизнь в церкви. Размышления о патриотизме.
  9. Д. Таланцев. Ересь патриотизма / Клад истины: Христианский журнал
  10. Lib.ru/Классика: Толстой Лев Николаевич. Патриотизм или мир?
  11. Paul Gomberg, "Patriotism is Like Racism, " in Igor Primoratz, ed., Patriotism, Humanity Books, 2002, pp. 105—112. ISBN 1-57392-955-7.
  12. Воспитательная работа
  13. Викицитатник
  14. Космополитизм — Малый энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
  15. «космополиты». Электронная еврейская энциклопедия
  16. Клайв Стейплз Льюис. Просто христианство
  17. Политический журнал - ТЕМА НОМЕРА - Возможна ли альтернатива для Pax Americana?
  18. Универсализм прав человека и патриотизм (Кантовское политическое завещание) (Ридель М.)
  19. Борис Межуев
  20. [ Патриотизм] — статья из Малого энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона
  21. Патриотизм // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона: В 86 томах (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.

См. также[править | править исходный текст]

Ссылки[править | править исходный текст]