Репатриация прибалтийских немцев (1939-1941)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску

Репатриация прибалтийских немцев из Латвии и Эстонии в Германию в 1939—1941 годах затронула большинство немцев, проживавших в обеих странах: более 60 000 в Латвии и более 10 000 в Эстонии. Переселение немцев из Литвы в 1941 году затронуло около 50000 человек, включая значительное количество эмигрантов негерманского происхождения.

Погрузка имущества немецких репатриантов. Рига. 1939 г.

Предпосылки и начало репатриации[править | править код]

История расселения немцев в Прибалтике восходит к концу XII века, когда на эти территории стали проникать германские купцы, миссионеры и рыцари-крестоносцы. На протяжении семи с лишним веков многие поколения немцев жили на переходящих из рук в руки балтийских землях. При этом численно небольшое немецкое меньшинство играло доминирующую роль в общественной жизни Латвии и Эстонии: немцы были крупнейшими землевладельцами, государственными чиновниками, занимали главные позиции в торговле, ремёслах и образовании.[1]

После революции 1917 года, когда Эстония, Латвия и Литва обрели независимость, положение немецкого меньшинства стало меняться. После проведения земельной реформы в Латвии и Эстонии в 20-х годах крупное остзейское дворянство потеряло большую часть своих владений[2]. В то же время, балтийские немцы продолжали играть важную роль в промышленности, коммерции и науке. В 1935 году 72 % латвийских промышленных предприятий принадлежали немцам и евреям[3]. Сохранялись учебные заведения, где обучение шло на немецком языке, хотя после переворота 1934 года в Латвии сферу обучения на немецком стали ограничивать. Также национальные меньшинства, в том числе немцев, стали вытеснять из важнейших отраслей экономики[4].

Изменение социального положения балтийских немцев способствовало росту влияния среди них нацизма, пришедшего к власти в Германии.

Положение немцев в Литве существенно отличалось от положения в двух других балтийских странах. Немцы в Литве никогда не занимали доминирующих позиций, большинство немецкого населения занималось сельским хозяйством и ремёслами, и изменение их статуса в независимой Литве не было столь болезненным.

По переписи 1934 года в Эстонии проживало 16 346 немцев (1,5 % населения), в Латвии по переписи 1935 года — 62 144 человек (3,2 %)[5]. По переписи 1923 года в Литве (без учета Мемельской области) проживало 29 231 этнических немцев (менее 1,5 % населения). Германские источники указывали цифры между 40000 и 50000.[6]

Согласно заключённым в августе 1939 г. советско-германским соглашениям, Латвия и Эстония попадали в «сферу интересов» СССР. При этом немецкое население этих государств порождало проблемы для обеих сторон: советское руководство расценивало немецкое население как «пятую колонну» после запланированного присоединения Прибалтики к СССР, а нацистская доктрина требовала воссоединения фольксдойче в рамках единого германского рейха и не позволяла оставить их под угрозой советизации.

28 сентября 1939 г. был подписан Договор о дружбе и границе между СССР и Германией и доверительный протокол к нему, согласно которому советское правительство обязалось «не препятствовать немецким гражданам и другим лицам германского происхождения, проживающих в сферах его интересов, если они будут иметь желание переселиться в Германию или в сферы германских интересов».

Впервые вопрос о возможной репатриации прибалтийских немцев был затронут 6 октября 1939 года в речи Адольфа Гитлера перед германским рейхстагом. Тогда фюрер отметил, что акция будет проводится для того, чтобы переселить в Третий Рейх немцев, которые «разбросаны по всему миру».

Уже на следующий день 7 октября 1939 года прогерманская общественная организация «Немецкое народное объединение» опубликовало воззвание к своим соплеменникам, в котором призвало остзейское население содействовать заселению новоприобретённой германским рейхом восточной площади, имея в виду освоение земель Западной Польши, захваченной в результате военного вторжения вермахта 1 сентября 1939 года. Публично эту мысль озвучил глава объединения Адольф Интельманн. В этот же день германский посланник в Латвии Ганс фон Котце посетил латвийское внешнеполитическое ведомство и по итогам переговоров с министром иностранных дел Вильгельмом Мунтерсом достиг устной принципиальной договорённости о проведении репатриации немецкого населения из республики.

Репатриация 1939 года в Латвии и Эстонии[править | править код]

Поскольку осенью 1939 года Латвия и Эстония оставались суверенными государствами, вопрос о репатриации необходимо было официально урегулировать с их правительствами.

15 октября 1939 года был подписан Протокол между Эстонией и Германией о переселении немецкой этнической группы в пределы Германского рейха. В протоколе были установлены главные процедуры репатриации немцев и ликвидации их собственности.[7]

30 октября был заключен договор между Германией и Латвией о переселении граждан Латвии немецкой национальности в Германию. Этот договор достаточно подробно описывал процедуру смены гражданства, вопросы организации переселения, а также имущественные вопросы.[8].

Основная часть немецких переселенцев из Эстонии была эвакуирована пароходами с 18 октября по 15 ноября 1939 года. По официальным данным в этот период пределы страны покинули 11760 немцев-бывших граждан Эстонии. Эта цифра не учитывает еще примерно 900 резидентов страны, имевших германское или другое гражданство. Еще несколько сотен немцев покинули Эстонию весной 1940 года, и, по официальным германским данным, общее количество репатриантов составило 12900 человек. Таким образом, в середине 1940 года около 3500 немцев осталось в Эстонии [9].

Первый пароход с немцами-гражданами Германии вышел из Риги еще до заключения договора — 14 октября 1939 года, а после его подписания, начиная с 7 ноября, началась эвакуация немцев-бывших граждан Латвии. Эвакуация проходила спешно. До 15 декабря Латвию покинули 47810 переселенцев, а до 1940, по официальным германским данным, 48641 человек. Примерно 13500 немцев остались в Латвии. [5]

До конца года на 87 кораблях было отправлено 61858 немцев из Эстонии и Латвии. Корабли следовали в Гдыню (Готенхафен), Данциг, Штеттин, Свинемюнде, Мемель.[10]

«Baltenlager» (пересыльный лагерь для балтийских немцев), Позен (Познань), 1940.

Далее переселенцев размещали преимущественно в гау Вартеланд и Данциг-Западная Пруссия, аннексированных у Польши нацистской Германией. Земли и дома, которые получали вновь прибывшие фольксдойче были незадолго до того экспроприированы у поляков, депортированных в пределы Генерал-губернаторства, а также у евреев, отправленных в лагеря и гетто. По прибытии на место назначения репатрианты подвергались проверке, и их делили на четыре категории, используя расовые и политические критерии. В результате лишь менее 10 % переселенцев получили право жить в старой части Рейха, а большинство было размещено в Вартегау. [11]

Германская пропаганда репатриации[править | править код]

Сторонники репатриации использовали националистические настроения, порожденные разочарованием от утраты германским меньшинством доминирующего положения в прибалтийском обществе и нежеланием сталкиваться с проблемами, характерными для существования этнических меньшинств в национальном государстве. Эти настроения способствовали успеху нацистской пропаганды, призывавшей объединиться на исторической родине и сулившей возвращение утраченного величия германской нации. Пропаганда использовала также опасения в связи с вероятным переходом балтийских стран под власть СССР или коммунистическим переворотом и ожидавшимися в этом случае репрессиями против немецкого населения[12].

Большая часть пронацистски настроенных органов немецкой печати Латвии призывала прибалтийско-немецкую общину готовиться к репатриации как к неизбежному историческому шагу, взяв на вооружение тональность запугивания. Однако некоторые немецкоязычные газеты восприняли новость как неожиданную и отнеслись к гитлеровскому призыву с тревогой и недоумением. В частности, сравнительно лояльная к культурно-политическим преобразованиям в гитлеровском Рейхе рижская газета «Rigasche Post», отражая настроения своих читателей, в номере от 6 октября сокрушалась: «Из компетентных кругов местных немцев сообщаю: само собой разумеется, что события последних дней нас глубоко задели, неясность положения создала опасения в нашей среде».

Немецкая пресса предупреждала о ликвидации всех немецких школ и других общеобразовательных учебных заведений в Латвии после осуществления репатриации, о том, что вся немецкая культурная жизнь замрёт после окончания переселения, так что, согласно заявлениям сотрудников остзейских газет, немцам, пожелавшим остаться, грозила перспектива скорой ассимиляции. Адольф Интельманн заявлял, что если кто-то «в нынешние дни отделится от своей народной группы… на веки вечные отрывается от германского народа». Пропаганда и угрожающая международная обстановка оказали сильнейшее воздействие на прибалтийско-немецкую общину, которая в своем большинстве подчинилась жестоким условиям репатриации.

Многочисленные агенты, приехавшие из Германии, обходят дома немцев, стараясь всячески воздействовать на нежелающих ехать. По слухам, они прибегают к таким аргументам, как, например, что после отъезда немцев в Латвию придут большевики и тогда будет плохо, остальных немцев расстреляют или же вышлют в Сибирь. Это якобы заявил и германский посланник Котце посетившей его делегации немцев. Местная немецкая церковь также приняла участие в этой кампании. Немецкий епископ д-р Пельхау обратился с воззванием к немецкому населению, в котором указывается, что «переселение совершается по воле божьей, которая выражается через „фюрера“, и ей надо следовать, если господь бог хочет, противоречий быть не может, мы должны ему безусловно повиноваться».

Письмо первого секретаря полпредства СССР в Латвии М. С. Ветрова заведующему отделом прибалтийских стран НКИД СССР А. П. Васюкову «О репатриации латвийских немцев» от 13 октября 1939 г. [13]

Урегулирование имущественных вопросов[править | править код]

Заключенные Латвией и Эстонией договоры позволяли эмигрантам вывозить с собой движимое имущество, но с существенными ограничениями. Например, дополнительный протокол к германо-латвийскому договору содержал длинный список позиций, запрещенных к вывозу: иностранную валюту, латвийские деньги в сумме более 50 латов, ценные бумаги, драгоценности, оружие, автомобили, машины и т. д., а также вещи, имеющие характер товара.[14]

16 ноября 1939 года представитель французского дипкорпуса Жан де Боссе зафиксировал в своем дневнике: «Таможня по-прежнему задерживает архивы, ценные бумаги и драгоценности. Рассказывают, что одна женщина спрятала свои бриллианты на дне банки с вареньем. К несчастью, когда она приехала в Германию, варенье отобрали».

Для реализации оставленного имущества переселенцев были созданы специальные агентства (Deutsche Treuhandverwaltung (DT) в Эстонии и Umsiedlungs-Treuhand-Aktiengeselhchaft (UTAG) в Латвии), целью которых была постепенная продажа имущества и представление интересов собственников перед государственными органами. После присоединения балтийских стран к СССР деятельность агентств была прекращена, а оставшееся имущество национализировано.

Отношение латвийских властей к репатриации немцев[править | править код]

До конца сентября 1939 года идея немецкой эмиграции воспринималась латвийскими властями с настороженностью. Министр образования Ю. Аушкапс говорил, что

«Каждого лояльного гражданина, какой бы национальности он ни был, который Латвию считает своим государством и отечеством, мы считаем таким же полноправным гражданином, как и латыша».[15]

Отношение радикально изменилось после заключения Пакта о взаимопомощи между СССР и Латвией от 5 октября 1939 г.

В день празднования годовщины собрания Народного совета 18 ноября 1939 года президент-диктатор Карлис Ульманис, подчёркивая культурно-историческую значимость репатриации общины остзейцев, отметил, что «Латвия становится более латышской».

Министр внутренних дел страны К. Вейтман 20 декабря 1939 года заявил, что

«… после 16 декабря в Латвии не существует группы немецкой народности… В нашей стране больше нет немцев, за исключением тех, которые проживают здесь как иностранцы. Немечество в Латвии окончилось на вечные времена. Этого желало правительство Германии, и мы со своей стороны помогли и позаботились о том, чтоб выехали все принадлежавшие к немецкой национальности. Теперь этот исторический факт свершился, и мы можем в этом смысле быть удовлетворены: исчез последний объект возможного спора в наших отношениях с Германией. Если Латвия стала более латышской, то наша обязанность заботиться о том, чтоб латышское заняло почетное место… во всех явлениях, где…коренится чуждый нам немецкий элемент; это относится ко всем сферам созидательства, традициям, обычаям, к названиям местностей, к именам и фамилиям и т. д.»[16]

Ликвидация немецких культурных институтов[править | править код]

Хотя правительства Эстонии и Латвии открыто не принуждали немцев к отъезду, было ясно, что положение оставшихся радикально изменится. Действительно, были ликвидированы институты культурной автономии, закрыты немецкие школы, перестали выходить газеты, прекратились богослужения на немецком языке [17].

1 ноября 1939 года были закрыты все немецкие школы Латвии, что стало ярким доказательством реальности потенциальной ассимиляции остающихся прибалтийских немцев. Закрытие школ аккумулировало страхи прибалтийских немцев и определило решение многих из них выехать из республики. 28 ноября 1939 года прекратил работу Институт Гердера, один из наиболее авторитетных центров общественно-политической жизни остзейской диаспоры. 13 декабря вышел последний выпуск немецкой газеты «Rigasche Rundschau».

Репатриация 1941 года из Латвии и Эстонии[править | править код]

После присоединения Эстонии и Латвии к СССР германское и советское руководство начали переговоры о репатриации оставшихся в Прибалтике немцев, окончившиеся заключением соглашения 10 января 1941 года.[18] Когда угроза советизации стала реальностью, подавляющее большинство из тех немцев, которые не решились или не смогли покинуть Прибалтику в 1939 году, сделали это в 1941. К ним присоединилось большое количество лиц других национальностей, сумевших обосновать свои связи с Рейхом. За время эвакуации, которая продолжалась до 25 марта 1941 года Эстонию и Латвию покинуло 16244 немцев. [19] На этот раз действовали достаточно жесткие ограничения на вывозимое имущество. Помимо запрета вывоза валюты, драгоценностей, оружия, печатных изданий, и т. д., вес личного багажа был ограничен 50 кг на главу семьи и 25 кг на члена семьи.

По официальным советским данным, «за период с 3 февраля по 25 марта 1941 года в Германию репатриировалось 24 167 семей, или 67 805 человек, в том числе: из Латвийской ССР — 5009 семей, или 10 472 человека (немцев — 9851, латышей — 486, русских — 84, поляков — 16, литовцев — 9, эстонцев — 7, датчан — 6, шведов — 4, французов — 4, швейцарцев — 2, финнов — 1, англичан — 1, испанцев — 1); из Литовской ССР — 16 335 семей, или 50 260 человек (немцев — 44 434, литовцев — 5091, русских — 375, поляков — 290, латышей — 36, эстонцев — 14, белорусов — 8, бессарабцев — 5, чехов — 4, татар — 1, швейцарцев — 1, англичан — 1); из Эстонской ССР — 2823 семьи, или 7073 человека (немцев — 6306, эстонцев — 614, русских — 107, шведов — 13, латышей — 10, чехов — 8, поляков — 6, финнов — 4, литовцев — 1, белорусов — 1, грузин — 1, датчан — 1, голландцев — 1).»[20]

К концу марта немецкое население в Эстонии и Латвии сократилось до минимума. Это количество еще сократилось во время июньской депортации, когда одной из категорий высылаемых были «немцы, зарегистрированные на выезд и отказывающиеся выехать в Германию.»[21] Одним из немногих, кто отказался от репатриации и в 1939, и в 1941 году, был известный немецкий общественный деятель Пауль Шиман, оставшийся в Риге, но не подвергшийся ни советским, ни нацистским репрессиям.

После начала войны между Германией и СССР и нацистской оккупации Прибалтики многие репатрианты из Латвии и Эстонии подали прошения германским властям о возвращении на прежнее место жительства, однако разрешения были получены лишь в немногих случаях в виде исключения.

Репатриация 1941 года из Литвы[править | править код]

Литва была включена в область интересов СССР позже, чем Латвия и Эстония, согласно секретному дополнительному протоколу к Договору о дружбе и границе между СССР и Германией.

Переселение литовских немцев в Восточную Пруссию. 1941 г.

В отличие от двух других балтийских стран, в Литве у немцев не было существенных противоречий с литовским большинством, и идея репатриации среди немцев Литвы была менее популярна, чем в Латвии и Эстонии. До присоединения Литвы к СССР массовой репатриации литовских немцев не проводилось.

Германо-советское Соглашение о переселении германских граждан и лиц немецкой национальности из Литовской ССР было заключено 10 января 1941 года.[22]

Отправка переселенцев происходила поездами, автотранспортом и обозами с 3 февраля по март 1940 года. Всего было переселено около 50000 человек. Вместе с немцами Литву покинуло большое количество эмигрантов негерманского происхождения.[23] Переселенцы из Литвы, размещались, главным образом, в окрестностях Цеханува, присоединенного к гау Восточная Пруссия.

Соглашение от 10 января 1941 года предусматривало также встречное переселение литовского, русского и белорусского населения из Мемельской и Сувалкской областей, и процесс репатриации в Литве носил взаимный характер. Репатриировались семьи лиц литовской, русской и белорусской национальности из бывшей Мемельской и Сувалкской областей на территорию Литовской ССР. В числе литовских репатриантов была принята 6261 семья или 21 343 человека.

После начала войны Германии и СССР, когда Литва была оккупирована Германией, большой части литовских немцев (в отличие от немцев из других стран) было разрешено вернуться в Литву. По данным германских источников, к концу 1943 года в Литву вернулось более 30000 человек.[24]

Примечания[править | править код]

  1. Plavnieks, 2008, p. 27.
  2. Крупников, 1989, p. 227.
  3. Зубкова Е. Ю. Прибалтика и Кремль. 1940—1953. — М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН); Фонд Первого Президента России Б. Н. Ельцина 2008. — С. 35.
  4. Schectman, 1946, p. 73.
  5. 1 2 Schectman, 1946, p. 69.
  6. Schectman, 1946, p. 131.
  7. Protokoll über die Umsiedlung der deutschen Volksgruppe Estlands in das Deutsche Reich vom 15. Oktober 1939 http://www.forost.ungarisches-institut.de/pdf/19391015-1.pdf
  8. Vertrag über die Umsiedlung lettischer Bürger deutscher Volkszugehörigkeit in das Deutsche Reich http://www.forost.ungarisches-institut.de/pdf/19391030-1.pdf
  9. Schectman, 1946, p. 90—91.
  10. Lumans, 1993, p. 161.
  11. Plavnieks, 2008, p. 46.
  12. Lumans, 1993, p. 160.
  13. Письмо первого секретаря полпредства СССР в Латвии М.С. Ветрова заведующему отделом прибалтийских стран НКИД СССР А.П. Васюкову «О репатриации латвийских немцев» // Полпреды сообщают. Сборник документов об отношениях СССР с Латвией, Литвой и Эстонией. — М.: Международные отношения, 1990. — С. 115—117. — 544 с.
  14. Germany and Latvia — Treaty regarding the Repatriation to Germany of Latvian Citizens ethnically of German Nationality, and Additional Protocol. Signed at Riga, October 30th, …
  15. Урбанович Я., Юргенс И., Пайдерс Ю. Черновики будущего: Латвия 1934—1941. — Рига: Балтийский форум, 2011. — С. 221. — 546 с. — ISBN 978-9984-9884-8-1.
  16. Ковалев С.Н. «Советские гарнизоны на побережье Балтийского моря являются таким фактором, который обеспечивает мир в этой части Европы» // Военно-исторический журнал. — 2007. — № 6. — С. 9—13.
  17. Schectman, 1946, p. 105.
  18. Соглашение между Правительством Союза Советских Социалистических Республик и Правительством Германии о переселении германских граждан и лиц немецкой национальности с территории Латвийской и Эстонской Советских Социалистических Республик в Германию. [10 января 1941 г.] // Документы внешней политики. 1940 —- 22 июня 1941. — М.: Междунар. отношения, 1998. — Т. XXIII: в 2-х кн. —- кн.2(1). — С. 317 —- 325. — 448 с.
  19. Schectman, 1946, p. 106.
  20. Органы государственной безопасности СССР в Великой Отечественной войне. — М.: Русь, 2000. — Т. 2. Начало. Кн. 1 (22 июня -- 31 августа 1941 года). — С. 27. — 718 с. — ISBN 5-8090-0006-1.
  21. А. Э. Гурьянов. МАСШТАБЫ ДЕПОРТАЦИИ НАСЕЛЕНИЯ В ГЛУБЬ СССР В МАЕ-ИЮНЕ 1941 г.
  22. Соглашение между Правительством Союза Советских Социалистических Республик и Правительством Германии о переселении германских граждан и лиц немецкой национальности из Литовской Советской Социалистической Республики в Германию, а также о переселении литовских граждан и лиц литовской, русской и белорусской национальностей из Германии (бывшей Мемельской и Сувалкской областей) в Литовскую Советскую Социалистическую Республику. [10 января 1941 г.] // Документы внешней политики. 1940 —- 22 июня 1941. — М.: Междунар. отношения, 1998. — Т. XXIII: в 2-х кн. —- кн.2(1). — С. 306 —- 317. — 448 с.
  23. Schectman, 1946, p. 135—136.
  24. Schectman, 1946, p. 141.

Литература[править | править код]

  • Feldmanis I. Vācbaltiešu izceļošana no Latvijas (1939—1941). Rīga: LU Akadēmiskais apgāds, 2012
  • Heckner H. Die Umsiedlungsvertrage des Deutschen Reiches wahrend des Zweiten Weltkriegs. Hamburg 1971
  • Mitteilungen aus baltischem Leben. Ausg. 4-14, November 2014
  • Hehn J. v. Die Umsiedlung der baltischen Deutschen — das letzte Kapitel baltisch-deutscher Geschichte. 2. Auflage. — Marburg, 1984
  • Diktierte Option: Die Umsiedlung der Deutsch-Balten aus Estland und Lettland 1939—1941. / Loeber, D. A. (Hrsg.) — Neumünster, 1972
  • Bernsdorff H. Gesundheitsdienst Fürsorge wärend der deutschbaltischen Umsiedlung. // Baltische Hefte. 1970. Bd. 16.
  • Рига: Энциклопедия = Enciklopēdija «Rīga» / Гл. ред. П. П. Еран. — 1-е изд.. — Рига: Главная редакция энциклопедий, 1989. — С. 603. — 880 с. — 60 000 экз. — ISBN 5-89960-002-0.
  • Schectman J. B. European Population Transfers, 1939-1945. — Oxford University Press, 1946. — 532 p.
  • Plavnieks R. O. "Wall of blood": The Baltic German case study in National Socialist wartime population policy, 1939--1945. — University of North Carolina at Chapel Hill, 2008. — 90 p.
  • Koehl R. L. RKFDV: German Resettlement and Population Policy 1939–1945. A History of the Reichskommission for the Strengthening of Germandom. — Harvard University Press, 1957. — 280 p.
  • Крупников П.Я. Полвека истории Латвии глазами немцев (конец XIX в. - 1945 г.). — Рига: Авотс, 1989. — 315 p.
  • Lumans, Valdis O. Himmler's Auxiliaries: The Volksdeutsche Mittelstelle and the German National Minorities of Europe, 1933-1945. — University of North Carolina Press, 1993. — 335 p.

Ссылки[править | править код]

Латвия, 1939—1940:

Эстония, 1939—1940:

СССР, 1941:

Материалы общего характера: