Древнерусская народность

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Древнерусская народность или древнерусский этнос — концепция, согласно которой на протяжении X—XIII веков в процессе этногенеза в Древнерусском государстве из восточнославянских племён сформировалась единая этническая, социальная и культурная общность. В рамках этой концепции считается, что все три[1] современных восточнославянских народа — белорусы, русские и украинцы — возникли в результате постепенного распада древнерусской народности, причём завершение этого процесса некоторыми учёными относится к Новому времени[2]. Концепция древнерусской народности, говорившей на едином древнерусском языке, имеет как своих сторонников, так и противников.

История концепции[править | править код]

«Синопсис, или Краткое описание о начале русского народа» (1674)

В Новое время, идея о единстве восточных славян в древнерусскую эпоху восходит к позднелетописным источникам и историческим сочинениям XVII века[3]. О ней говорится в Густынской летописи[4], а в Киевском синопсисе, авторство которого приписывают архимандриту Киево-Печерской лавры Иннокентию Гизелю, излагается предположение об извечном единстве Малой и Великой Руси, обосновывая генеалогические права российского царя на земли бывшей Киевской Руси. Эти положения «Синопсиса» предопределили взгляды большинства российских историков XVIII и XIX веков на всех восточных славян как на представителей «единого русского народа»[3]. В российской историографии XIX века время от времени возникали споры относительно «первородства» и преимущества на наследие Древнерусского государства, которые отдельные представители малороссов (Маркович, Максимович) или великороссов (Погодин) приписывали именно своей ветви. Эти противоречия пытался сгладить Александр Пресняков, в 1907 году утверждавший что у украинцев, русских и белорусов равные права на наследие Древней Руси[3]. Параллельно с российскими историками и Русской православной церковью, идея древнерусского единства поддерживалась и филологами, показавшими существование единого древнерусского языка, который распался впоследствии на несколько родственных языков. Наиболее влиятельные труды по этому вопросу принадлежат Александру Востокову, Измаилу Срезневскому, Алексею Соболевскому, Алексею Шахматову[3].

В противовес данной концепции Михаил Грушевский ввёл в обиход тезис об отдельности этногенезов украинцев и русских. Этот взгляд стал доминирующим в историографии украинской диаспоры и получил некоторое распространение в современной украинской[3][5] науке.

В своём современном виде, концепция возникла в советской историографии 1930-х годов. Белорусы, русские и украинцы были определены как три разных народа, образовавшиеся в XIV—XV веках. Киевская Русь рассматривалась как их «общая колыбель», Борис Греков выдвинул тезис об этническом единстве восточных славян в предшествующую разделению эпоху. Теоретическое и фактическое наполнение концепция обрела в 1940-е годы благодаря трудам украинца М.Петровского, россиян А.Удальцова и Владимира Мавродина. Именно Мавродину принадлежит авторство термина «древнерусская народность». Впервые он был употреблён в 1945 году в монографии «Образование древнерусского государства»[3].

Проблематика древнерусской народности пережила масштабную дискуссию в начале 1950-х гг.[6]. Она была обоснована Сергеем Токаревым, в её разработке также приняли участие археологи Пётр Третьяков и Борис Рыбаков[7]. Существенная роль в оформлении и дальнейшем развитии концепции признаётся за советским историком и историографом, специалистом по эпохе феодализма Львом Черепниным[8]. Тщательному анализу она была подвергнута также Петром Толочко, подтвердившим существование единой древнерусской народности[9].

Новый подход к понятию «древнерусской народности» предложил в 2002 году Алексей Толочко, призвав исследователей отказаться от попыток установления несуществующей, с его точки зрения, этнической общности восточнославянского населения в пользу изучения его как «воображённого сообщества» в духе концепции Бенедикта Андерсона[10].

В 2011 году точка зрения о происхождении трёх восточнославянских народов от единой древнерусской народности, предложенная украинским историком Петром Толочко, нашла отражение в совместном коммюнике историков из России и с Украины на «круглом столе» в Киеве, посвящённом 1150-летию Древнерусского государства[11].

Признаки единой народности[править | править код]

К признакам единства, которые позволяют говорить о единой народности, относят общность литературного и разговорного языка (при сохранении местных диалектов), общность территории, определённую экономическую общность, единство духовной и материальной культуры, общую религию, одинаковые традиции, обычаи и право, военное устройство, общую борьбу против внешних врагов, а также наличие сознания единства Руси[3].

Аргументы за и против[править | править код]

В качестве аргументов против существования единой древнерусской народности приводятся[2]:

  • Расселение восточных славян в ареалах с наличием разных этнических субстратов (балтских, иранских, финно-угорских).
  • Трудности развития интеграционных процессов на столь обширной и сравнительно мало заселенной территории, как Восточноевропейская равнина.
  • Cуществование заметных различий в материальной культуре населения отдельных регионов.
  • Более глубокие языковые различия между отдельными группами восточных славян, чем это предполагалось ранее.
  • В летописании домонгольского времени термином «Русь» обозначается и в этом качестве противопоставляется другим восточнославянским землям территория Среднего Поднепровья.

В поддержку существования единой народности приводятся следующие аргументы[2]:

  • Полное исчезновение к середине XII века старых племенных названий в источниках в пользу принадлежности одной народности — «Руси».
  • Это особо примечательно на фоне процесса феодального дробления и трудностей интеграции на обширных просторах.
  • Дифференциация встречается в источниках лишь на региональном уровне — «новгородцы», «псковичи», «полочане» — и не выражает этнического самосознания.
  • Различия в материальной культуре недостаточны, если они не осмысляются их носителями как этнообразующие признаки.
  • Сравнительно-исторические сопоставления с другими странами и регионами Европы (Германия, Франция, Скандинавия, Польша) говорят о более высокой степени общего этнического самосознания на Руси.

Сторонники и противники[править | править код]

К славистам, которые в своих трудах также поддерживали концепцию древнерусской народности, относятся:

К славистам, отрицающим существование единой древнерусской народности, относятся:

Примечания[править | править код]

  1. Некоторые специалисты считают, что русины не являются этнографической группой украинцев и выделяют их в четвёртый восточнославянский этнос
  2. 1 2 3 Флоря Б. Н. О некоторых особенностях развития этнического самосознания восточных славян в эпоху Средневековья — Раннего Нового времени // Россия-Украина: история взаимоотношений / Отв. ред. А. И. Миллер, В. Ф. Репринцев, М., 1997. С. 9-27
  3. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Юсова Н. Н. Давньоруської народності концепція // Енциклопедія історії України. У 5 т. / Редкол В. А. Смолій та ін. — Інститут історії України НАН України. — Київ: Наукова думка, 2003. — Т. 2. Г-Д. — С. 275-276. — 528 с. — 5000 экз. — ISBN 966-00-0405-2.
  4. Темушев С. Н. Рецензия на книгу Н. Н. Юсовой «Давньоруська народність»: зародження і становлення концепції в радянській історичній науці (1930-ті — перша половина 1940-х рр.). 2-е вид., перероб. і доп. Київ, 2006
  5. Толочко П. П. Древнерусская народность: воображаемая или реальная. — СПб.: Алетейя, 2005
  6. Юсова Н. Н., Юсов С. Н. Первые дискуссии в академической среде по проблеме древнерусской народности (начало 1950-х гг.) // Вестник Удмуртского университета. История и филология. : научный журнал. — Ижевск, 2010. — Вып. 3. — С. 92-98. — ISSN 1810–5505.
  7. Котышев Д. М. Русская земля в первой половине XII века: из наблюдений над текстом Ипатьевской летописи за 1110-1150 годы : научный журнал. — Ижевск: Вестник Удмуртского университета. История, 2007. — Вып. 6. — С. 26-41. — ISSN 1810–5505.
  8. Юсова Н. Внедрение концепции древнерусской народности в научный обиход: вклад Л. Черепнина // Історіографічні дослідження в Україні / Голова редколегії В. А. Смолій. — Київ: НАН України, 2007. — Т. 17. — (39-68).
  9. Краткое изложение содержания книги от издателя
  10. Алексей Толочко. Воображённая народность//Ruthenica. — 2002. — № 1. — С. 112—117.
  11. Историки России и Украины договорились о переименовании Киевской Руси, Российская газета, 02.11.2011
  12. Горский А. А. Русские земли в XIII—XIV веках: пути политического развития. — СПб.: Наука, 2016
  13. Дворниченко А. Ю. Российская история с древнейших времен до падения самодержавия — М. : Весь мир, 2010
  14. 3агарульскі Э. М. Заходняя Русь IX—XIII стст. — Мн., 1998. — С. 218.
  15. Новосельцев А. П. Образование Древнерусского государства и первый его правитель. / Вопросы истории. 1991, № 2—3.
  16. Пашуто В. Т. Возрождение Великороссии и судьбы восточных славян // Древнерусское наследие и исторические судьбы восточного славянства / В. Т. Пашуто, Б. Н. Флоря, А. Л. Хорошкевич ; Отделение истории АН СССР. — М.: Наука, 1982.
  17. Седов В. В. Древнерусская народность: Историко-археологическое исследование. — М., 1999.
  18. Тихомиров М. Н. Значение Древней Руси в развитии русского, украинского и белорусского народов // ВИ. 1954. № 6. С. 19-23.
  19. Петриков, П. Т. Очерки новейшей историографии Беларуси: (1990-е - начало 2000-х годов). Белорусская наука, 2007. С. 91
  20. Флоря Б. Н. Древнерусские традиции и борьба восточнославянских народов за воссоединение // Древнерусское наследие и исторические судьбы восточного славянства / В. Т. Пашуто, Б. Н. Флоря, А. Л. Хорошкевич ; Отделение истории АН СССР. — М.: Наука, 1982.
  21. Фроянов И. Я. Князь как общинный чиновник // Родина. 2002
  22. Хорошкевич А. Л. Исторические судьбы белорусских и украинских земель в XIV —начале XVI в. // Древнерусское наследие и исторические судьбы восточного славянства / В. Т. Пашуто, Б. Н. Флоря, А. Л. Хорошкевич ; Отделение истории АН СССР. — М.: Наука, 1982.
  23. Древняя Русь глазами современников и потомков (IX—XII вв.), курс лекций
  24. Serhii Plokhy. The Origins of the Slavic Nations: Premodern Identities in Russia, Ukraine, and Belarus. — Cambridge: Cambridge Universiy Press, 2006. — 379 pp.
  25. Omeljan Pritsak and John S. Reshetar, Jr. The Ukraine and the Dialectics of Nation-Building // Slavic Review. — Vol. 22 — No. 2 (June 1963). — PP. 230—236.
  26. Штыхаў Г. В. Крывічы. — Мн.: 1992. — 101—104.
    Штыхаў Г. В. Да праблемы старажытнарускай народнасці // Гісторыя Беларусі: У 6 т. — Т. 1: Старажытная Беларусь. — Мн., 2000. — С. 326—328.

Литература[править | править код]

  • Мавродин В. В. Образование древнерусского государства. — Л., 1945.
  • Третьяков П. Н. У истоков древнерусской народности. М.: Наука, 1970.
  • Лебединский М. Ю. К вопросу об истории древнерусской народности. — М., 1997.
  • Седов В. В. Древнерусская народность: Историко-археологическое исследование. — М., 1999.
  • Толочко П. П. Древнерусская народность: воображаемая или реальная. — СПб.: Алетейя, 2005.