Обречённый принц

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Обречённый принц
Жанр сказка
Язык оригинала новоегипетский
Дата написания папирус Харриса 500, XIX династия, XIII в. до н. э.
Дата первой публикации 1874 год

Обречённый принц (также Повесть о зачарованном царевиче)[1] — древнеегипетская сказка, написанная на новоегипетском языке[1], является самым полным памятником нерелигиозной древнеегипетской литературы, дошедшим до наших дней[2].

Источники и даты[править | править код]

Относится к периоду правления Сети I или Рамсеса II (XIX династия), либо несколько позже (XIII век до н. э.)[3]. По мнению немецкого египтолога Вольфганга Хелька история зародилась в период XVIII династии, когда на египетское вооружение поступили упоминаемые в истории боевые колесницы.

Написана иератикой (4,5 страницы[4]) справа-налево на обратной стороне папирусе Харриса 500 и соседствует с историей «Взятие Юпы». Найденная неповреждённой рукопись опалилась вследствие вспыхнувшего пожара в одном александрийском доме. Исчезли конечная строка на первой, второй и третьей страницах, а также начальная строка на второй, третьей и четвёртой страницах. Считается, английский коллекционер Энтони Харрис успел сделать копию истории до несчастного случая, но её нахождение неизвестно[4].

Ныне концовка истории утрачена, однако существует предположение о счастливом финале истории обречённого принца[5]. Рубинштейн Р. И. видел концовку предрешённой пророчеством: «Царевич избежал гибели от змеи и крокодила, значит, он неизбежно должен погибнуть от собаки — предсказание должно исполниться»[6].

Найдена и впервые переведена английским египтологом Чарльзом Гудвином в 1874 году («Trasactions of the Society of Biblical Archaeology», «Records of the Past»)[4]. На русский язык сказку переводили Лившиц И. Г., Кацнельсон И. С., Коростовцев М. А.[7], Чегодаев М. А.

Сюжет[править | править код]

Один не названный по имени фараон молит богов о долгожданном сыне. Когда он рождается, являются 7 Хатхор и предрекают судьбу младенца: ему суждено погибнуть от собаки, крокодила или змеи. Тогда фараон приказывает выстроить для сына каменный дом в пустыне. Однажды увидел принц собаку и попросил подарить ему такую же. Фараон сжалился и приказал подарить сыну щенка. Когда принц возмужал (совершеннолетие по египетским представлениям наступало в 20 лет)[3], то попросил отца выпустить его из заточения, поскольку ему всё равно не миновать предначертанного. Снарядили принца оружием, колесницей, дали в услужение слугу и переправили на восточный берег.

Прибыл принц в Нахарин (Митанни)[6], где местный правитель обещал руку единственной дочери тому принцу земли Хару (египетское название Сирии)[3], кто допрыгнет до окна принцессы в высокой башне в 70 локтей (ок. 35 м)[3]. Выдал себя египетский принц за сына воина земли египетской, который сбежал от грозной мачехи. Он встретился взглядом с принцессой в башне и допрыгнул до высокого окна (древний автор намекает на любовь с первого взгляда)[3]. Но отказался правитель Нахарина отдавать за простолюдина свою дочь. Тогда та поклялась[7]:

«Как вечен бог Ра-Хорахти, так, если отнимут у меня этого юношу, не буду есть, не буду пить, умру тотчас же».

Отдал в жёны победителю свою дочь правитель Нахарина, дал «поле и дом, а также скот и всякое иное добро»[7].

Когда узнала жена принца о его несчастной доле, попросила убить собаку, но отказался принц убить четвероногого друга. Тогда решила жена следить за своим мужем, чтобы воспрепятствовать несчастью. Однажды ночью подползла к принцу змея, но напилась вина, оставленного женой принца, и заснула. Заметила змею жена и зарубила её.

Отправился принц на прогулку к озеру с собакой, которая вдруг заговорила человечьим голосом (или укусила его). В страхе ринулся принц к озеру, откуда бросился на него крокодил. Промахнулся крокодил и погубил водяного духа (демона), который мучил его 3 месяца. Поблагодарил крокодил и отпустил принца[8].

«И вот, когда озарилась земля, и наступил второй день…»[6].

На этом месте история обрывается.

Анализ[править | править код]

Расстановка красных точек в «Повести о зачарованном царевиче» свидетельствует о существовании каких-то закономерностей в членении текста и предложений[1]. Сказка впервые в мировой литературе поднимает вопрос свободы воли и предопределения[3]. Адольф Эрман отмечал, что если из сказки вычеркнуть местный колорит, то она могла бы сойти за сказку любой страны и периода[6].

См. также[править | править код]

Примечания[править | править код]

  1. 1 2 3 Петровский Н. С. Проблема изучения синтагматики древнеегипетской речи // Ассириология и египтология : статья. — Л., 1964. — С. 116—127.
  2. Барбара Мерц. Красная земля, Черная земля. — Москва: Центрполиграф, 2008. — С. 78—80. — 464 с. — ISBN 978-5-9524-3621-3.
  3. 1 2 3 4 5 6 Синило Галина. История мировой литературы. Древний Ближний Восток. — Мн.: Вышэйшая школа, 2017. — 680 с. — ISBN 5040110650.
  4. 1 2 3 Maspero, Gaston. Popular Stories of Ancient Egypt / El-Shamy, Hasan M.. — Oxford University Press, 2004. — 275 с. — ISBN 019517335X.
  5. Lichtheim, Miriam. Ancient Egyptian Literature. — Berkeley: University of California Press, 1976. — Т. 2. — С. 200—203.
  6. 1 2 3 4 Древнеегипетская литература / Лившиц И. Г., Ольдерогге Д. А., Рубинштейн Р. И.. — Сказки и повести древнего Египта. — Л.: Наука, 1979. — С. 167.
  7. 1 2 3 Поэзия и проза Древнего Востока / И. С. Брагинский. — М.: Художественная литература, 1973. — С. 67. — 780 с.
  8. Повесть Петеисе III: древнеегипетская проза. / Коростовцев М. А.. — Художественная литература, 1978. — 303 с.