Дело Тухачевского

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Тухачевский в 1936 году
Признание маршала Тухачевского от 26 мая 1937 года о возглавлении военно-троцкистского заговора. На листе есть бурые пятна, которые судебно-медицинская экспертиза идентифицировала, как пятна крови. Также почерковедческая экспертиза подтвердила, что показания и самооговоры были получены путём физического воздействия и, возможно, путём воздействия психотропных средств.[1]

Де́ло Тухаче́вского, или дело «антисоветской троцкистской военной организации» — дело группы высших советских военачальников, обвиненных в организации военного заговора с целью захвата власти. Стало началом массовых репрессий в РККА.

Закрытое заседание по делу Специального судебного присутствия Верховного Суда СССР состоялось 11 июня 1937 года. Все обвиняемые были признаны виновными и расстреляны немедленно по вынесении приговора (Я. Б. Гамарник застрелился накануне ареста). В 1957 году все фигуранты дела были посмертно реабилитированы за отсутствием состава преступления.

Фигуранты[править | править вики-текст]

По делу обвинялись:

Версия обвинения[править | править вики-текст]

Формулировка обвинения[править | править вики-текст]

Согласно обвинительному заключению от 9 июня 1937 года, все обвиняемые являлись членами антисоветской троцкистской военной организации, связанной с Л. Троцким, его сыном Л. Седовым, осуждёнными в январе 1937 года Г. Пятаковым и Л. Серебряковым, уже арестованными к тому времени Н. Бухариным и А. Рыковым, а также германским Генштабом.

Целью организации был объявлен насильственный захват власти в СССР в обстановке военного поражения от Германии и Польши.

Список обвинений включал:

  • передачу в 1932—1935 годах представителям германского Генштаба секретных сведений военного характера;
  • разработку в 1935 году подробного оперативного плана поражения Красной Армии на основных направлениях наступления германской и польской армий;
  • подготовку террористических актов против членов Политбюро ЦК ВКП(б) и советского правительства;
  • подготовку плана вооружённого «захвата Кремля» и ареста руководителей ЦК ВКП(б) и советского правительства.

Некоторые исследователи (например, Елена Прудникова и Александр Колпакиди) указывают на противоречивость обвинения и считают, что настоящей причиной процесса был заговор с целью захвата власти, а выдвижение на первый план внешнего фактора в виде шпионажа в пользу Германии призвано было скомпрометировать обвиняемых в глазах их боевых товарищей из РККА[2]. В частности, сам Тухачевский не признал обвинения в шпионаже[3].

За неделю до суда, 2 июня 1937 года, было созвано расширенное заседание Военного Совета при НКО СССР. О размахе мероприятия говорит то, что помимо членов Военного Совета, в заседании участвовало 116 приглашённых. С объяснением позиции правительства по «делу Тухачевского» перед армейской общественностью выступил Сталин. Своё выступление он начал словами:

Сталин: Товарищи, в том, что военно-политический заговор существовал против Советской власти, теперь, я надеюсь, никто не сомневается. Факт, такая уйма показаний самих преступников и наблюдения со стороны товарищей, которые работают на местах, такая масса их, что несомненно здесь имеет место военно-политический заговор против Советской власти, стимулировавшийся и финансировавшийся германскими фашистами[4].

В своей речи Сталин также подчеркнул схожесть обвинений в адрес группы Тухачевского со случившимся годом ранее военным мятежом в Испании, с которым советские военные советники были знакомы на практике.

Предварительное расследование и суд[править | править вики-текст]

В 1929—1934 годах информация о наличии в РККА оппозиционных настроений во главе с Тухачевским поступала от дочери генерала Зайончковского, в 1932 году — от агента «Сюрприза» (Адольф Хайровский), в 1932—1934 годах — от агента Илинича, в 1933—1936 годах — от агента «Венера».[5] Однако эта информация из недр спецслужб стала известна правительству только после записки А. Х. Артузова в январе 1937 года.[6].

Первые фигуранты дела — В. Путна и В. Примаков — были арестованы в связи с другим делом. В судебном процессе по делу Антисоветского объединённого троцкистско-зиновьевского центра (21—23 августа 1936 года) они были названы в качестве участников армейской «военно-троцкистской организации»[комм. 1]. Тем не менее до мая 1937 года арестованные Путна и Примаков не называли никаких новых имён. Также и К. Б. Радек (ранее согласившийся выступить с разоблачениями и показаниями против кого угодно) на судебном заседании от 24 января 1937 года отрицал связь Тухачевского с оппозицией[7].

Исходя из этого, нарком обороны СССР К. Е. Ворошилов на заседании Пленума ЦК ВКП(б) от 23 февраля 1937 года уверял присутствующих в том, что:

…В армии к настоящему моменту вскрыто пока не так много врагов. Говорю — к счастью, надеясь, что в Красной Армии врагов вообще немного. Так оно и должно быть, ибо в армию партия посылает лучшие свои кадры; страна выделяет самых здоровых и крепких людей.

В конце января поступила записка А. Х. Артузова[8] о донесениях «Сюрприза» в 1932 году[9]. 11 марта 1937 года арестован командующий Уральским ВО комкор И. И. Гарькавый, который сразу начал давать признательные показания. Очень кстати, 12 апреля во вскрытой чекистами японской дипломатической почте военный атташе Японии в Польше якобы отчитывается об установлении «связи» с Тухачевским[10].

15 апреля состоялось первое перемещение — Фельдман переведён на должность помощника командующего Московским ВО. 22 апреля Политбюро отменяет поездку Тухачевского за границу. С 22 по 27 апреля некие показания на группу Тухачевского дают арестованные руководители НКВД М. И. Гай, Г. Е. Прокофьев, З. И. Волович, Р. А. Петерсон (правда, в суде их показания не использовались). Основные события, связанные с арестом и следствием по делу обвиняемых: перемещения на новые места службы, аресты, признательные показания и самоубийство Гамарника, происходят 231 мая. А 2 июня Сталин выступает на расширенном заседании Военного Совета.

7 июня 1937 года вышел Приказ НКО СССР № 072 «Обращение к армии по поводу раскрытия НКВД предательской контрреволюционной военно-фашистской организации в РККА»[11].

Критики «дела Тухачевского» указывают на скоротечность суда и исполнения приговора — следствие заняло меньше месяца, судебное заседание прошло через 2 дня после утверждения обвинительного заключения, заняло всего один день, а через несколько часов после вынесения приговора он приводится в исполнение. При этом судебное заседание было закрытым, подсудимые лишены права и на защиту, и на обжалование приговора. Подозрительно в приговоре от 11 июня 1937 года и то, что он целиком основан только на признательных показаниях подсудимых.

Все эти недостатки судебного процесса вызывали у многих наблюдателей и последующих исследователей сомнения в обоснованности приговора, заставляли подозревать в незаконных методах получения показаний или их искусной фабрикации.

Исследователь Ю. Н. Жуков отмечает искусственную раздутость дела, привязку к нему большого количества лиц, которые не могли иметь ничего общего с предполагаемым «заговором». По мнению историка, такая раздутость происходила из карьерных амбиций Ежова и его окружения, чью методику ведения следствия он называет «формально-биографической».

Славу позволяло стяжать… превращение давнего, известного практически единицам, намерения дворцового переворота в только что раскрытый, обширный и широко разветвлённый военный заговор. Для этого требовалось объединить дела всех уже находившихся на Лубянке военнослужащих в звании от полковника и выше, изменив ранее предъявленные им обвинения. Забыть о том, что В. М. Примаков и В. К. Путна ещё в августе 1935 г. признали себя участниками «боевой группы троцкистско-зиновьевской организации»; М. И. Гай, Г. Е. Прокофьев и З. И. Волович дали в апреле 1937 г. показания о связях Ягоды с М. Н. Тухаческим, А. И. Корком, Б. М. Шапошниковым и другими; А. С. Енукидзе и Р. А. Петерсон взяли на себя и организацию, и руководство подготовкой переворота. И найти нечто объединяющее не только уже арестованных, но и тех потенциальных жертв, которым только предстояло «признаться». Таким же общим для них являлась служба в РККА прежде всего с 1918-го по 1924 г., когда председателем Реввоенсовета Республики и наркомом по военным и морским делам являлся Л. Д. Троцкий… Даже то, что и Евдокимов, и Пятаков уже были приговорены к высшей мере наказания на августовском и январском «московских» процессах, в глазах Ежова служило лишним подтверждением давних «связей» их с Тухачевским, а того — с Троцким. Такую цепочку можно было выстраивать любой длины…[12]

Публицисты, которые в данном вопросе занимают сторону Сталина (например Е. А. Прудникова), указывают, что спешку можно объяснить лишь исключительно тем, что заговор военных действительно существовал и представлял реальную опасность для правительства (характерно, что как на аналог ссылаются на расправу с участниками заговора против Гитлера в 1944 году)[13].


Версия защиты[править | править вики-текст]

Предыстория[править | править вики-текст]

Обвиняемые принадлежали к группе высших советских военачальников, отрицательно оценивавших деятельность К. Е. Ворошилова на посту наркома обороны. Они считали, что в условиях подготовки СССР к большой войне некомпетентность Ворошилова отрицательно сказывается на процессе технической и структурной модернизации Красной армии[комм. 2].

Аналогичное дело разрабатывалось ОГПУ ещё в 1930 году: утверждалось, что группа крупных военачальников во главе с Тухачевским готовит захват власти и убийство Сталина (показания были получены у арестованных преподавателей Военной академии Какурина и Троицкого). Но Сталин не дал ему хода. В середине октября того же года была проведена очная ставка Тухачевского с Какуриным и Троицким; Тухачевский был признан невиновным[14].

Немецкая версия[править | править вики-текст]

По воспоминаниям Шелленберга, в начале 1937 года через белогвардейского генерала Скоблина в руки шефа «полиции безопасности» III Рейха Гейдриха попал ряд документов, раскрывающих существование в среде высших офицеров РККА оппозиции Сталину. Гейдрих решил прощупать возможные связи между генералитетами вермахта и РККА, несмотря на опасения руководителя разведывательного бюро при германском МИДе Курта Янке о возможности двойной игры со стороны Скоблина (было известно, что жена Скоблина певица Надежда Плевицкая поддерживает связи с ГПУ). Тем не менее, Гитлер решил не раскручивать связи вермахта и РККА в Германии, а передать документы в СССР, добавив несколько бумаг, которые должны были убедить Сталина, что между руководством вермахта и РККА существует сговор. Для большей достоверности были разыграны ночные налёты на архив вермахта и управление военной разведки. Доказательства существования контактов между вермахтом и РККА действительно были обнаружены, хотя и не имели серьёзного объёма. Таким образом бумаги Скоблина и документы, похищенные из архива вермахта, должны были убедить Сталина, что в РККА существует фашистский заговор, целью которого является переворот и уничтожение самого Сталина, вкупе с установлением прогерманского режима в Москве. Посредником для переговоров выступил президент Чехословакии Бенеш, собственноручно написавший письмо Сталину. В Москве отреагировали быстро, предложив работать напрямую через посольство в Берлине. К удивлению немцев Сталин предложил заплатить за документы. Гейдрих запросил 3 млн золотом. В начале мая 1937 года спецпосланник из Москвы, заплатив потребованные Гейдрихом миллионы, вывез документы в СССР[15]. По данным советского разведчика Л. Треппера, эти документы были сфальсифицированы[16].

Германский стальной магнат Фриц Тиссен связывал деятельность двух военачальников, Тухачевского и Фрича: «Фрич всегда поддерживал идею союза с Россией, хотя и не с коммунистической Россией. Были предпринят попытки установить связь между Фричем и русским генералиссимусом Тухачевским. Оба стремились свергнуть диктатуру в своих странах»[17]. Английский историк второй мировой войны Джон Эриксон (John Erickson) отмечает, что нет фактов подтверждающих предательскую связь Тухачевского с немцами, но признает, что есть документы из Министерства иностранных дел Германии подтверждающих неофициальное общение Тухачевского с германским генералитетом[18]. По своему служебному положению Тухачевский принимал участие в военном сотрудничестве между СССР и Германией в период с 1922 г. по 1933 г. и в 1932 г. посетил большие манёвры в Германии.

Альтернативная версия

Зимой 1936-1937 годов двойной агент НКВД белый генерал Скоблин сообщил Гейдриху, что Тухачевский готовит заговор с целью свержения Сталина. Никаких доказательств этому не было и Гейдрих, переговорив с Гиммлером и Гестапо-Мюллером, принялся их фабриковать. Для этого Мюллер предоставил Гейдриху несколько уголовников из концлагеря, опытных в подделке документов, и в специально организованной небольшой лаборатории были сфабрикованы два досье с записками и подписями маршала Тухачевского. Сами подписи были подлинными, изменялись лишь даты документов на 1935 и 1936 годы. Одно досье было отправлено прямо в Москву, а второе для большего правдоподобия передано президенту Чехословакии Э. Бенешу через чешского военного атташе в Париже. Далее Бенеш переправил это досье Сталину "в качестве жеста доброй воли" (как он писал в своих мемуарах в Париже в 1954 г.). Для большей убедительности одно из досье содержало поддельный рукописный приказ Гитлера с распоряжением потоянно наблюдать за немецкими генералами, которые могли вступать в контакты с Тухачевским.[19]

Следствие и суд[править | править вики-текст]

В. Примаков и В. Путна были арестованы в августе 1936 года, остальные обвиняемые — в мае 1937 года. Я. Б. Гамарник застрелился накануне ареста.

Следствие длилось менее месяца. Протоколы допросов отсылались для редактирования лично Сталину[20][21][22].

11 июня дело было рассмотрено в порядке, установленном постановлением ЦИК и СНК СССР от 1 декабря 1934 года, то есть в закрытом судебном заседании без присутствия защитников и без права обжалования приговора. В протоколе суда не приводятся какие-либо факты, подтверждающие предъявленные обвинения в шпионаже, заговоре и подготовке террористических актов[источник не указан 1125 дней].

Приговор был вынесен Специальным судебным присутствием Верховного Суда СССР в составе: армвоенюрист В. В. Ульрих, маршалы В. К. Блюхер, С. М. Будённый, командармы Я. И. Алкснис, Б. М. Шапошников, И. П. Белов, П. Е. Дыбенко и Н. Д. Каширин, комдив Е. В. Горячев. Пятеро из них (кроме Ульриха, Будённого, Шапошникова, Горячева) впоследствии сами стали жертвами репрессий и были расстреляны в течение 1938 года.

Все обвиняемые были приговорены к расстрелу с конфискацией имущества и лишением воинских званий. Приговор был приведён в исполнение сразу по завершении суда в ночь на 12 июня 1937 года в здании Военной коллегии Верховного Суда СССР[23]. Руководил расстрелом комендант НКВД В. М. Блохин[источник не указан 834 дня].

Свидетельства современников[править | править вики-текст]

На Киевской окружной партийной конференции [1937] мы, делегаты, заметили, что И. Э. Якир, всегда весёлый и жизнерадостный, выглядел за столом президиума сосредоточенным и угрюмым.

… через несколько дней нам стало известно, что Якир был арестован как участник «заговорщицкой группы Тухачевского». Для меня это был ужасный удар. Якира я знал лично и уважал его. Правда, в глубине души ещё теплилась надежда, что это — ошибка, что разберутся и освободят. Но об этом говорили между собой только очень близкие люди.
(Ген. армии, Герой Советского Союза А. В. Горбатов «Так было»)

Последствия[править | править вики-текст]

Дело Тухачевского стало началом широкомасштабных репрессий в РККА. В ходе этих репрессий погибли, в том числе, и все члены «специального присутствия», кроме Ульриха, Будённого и Шапошникова. Также не был репрессирован Горячев, который умер в декабре 1938 года, однако существует и версия о самоубийстве ввиду опасения репрессий[24][25].

Дело вызвало широкую международную реакцию. Так, немецкий журнал «Верфронт» в 1937 писал[26]:

После суда …Сталин распорядился расстрелять восемь лучших командиров [РККА]. Так закончился краткий период реорганизации командования Красной Армии <…>. Военная квалификация была принесена в жертву политике и безопасности большевистской системы.

«Дело Тухачевского» послужило поводом правительству предоставить широкие полномочия НКВД на разоблачение «заговоров» по всей стране[27].

Реабилитация[править | править вики-текст]

Определением от 31 января 1957 года (Определение номер 4н-0280/57 Военной Коллегии Верховного Суда СССР) все подсудимые были оправданы и реабилитированы за отсутствием состава преступления. В основе нового решения лежали данные о том, что признательные показания подсудимых, на которых был основан обвинительный приговор, получены с использованием пыток, избиений и других «преступных методов проведения следствия»[28][29]. В Определении, в частности, говорится: «Военная коллегия Верховного Суда СССР, изучив материалы дела и дополнительной проверки, считает бесспорно установленным, что уголовное дело в отношении Тухачевского, Корка, Якира и других по обвинению их в антисоветской деятельности было сфальсифицировано»[29].


Для расследования обстоятельств дела ЦК КПСС создал комиссию под руководством члена Президиума ЦК КПСС, председателя Комиссии партийного контроля Н. М. Шверника. В состав комиссии также входили А. Н. Шелепин и В. Е. Семичастный, оба занимавшие пост Председателя КГБ СССР в годы работы комиссии. В 1964 комиссия изложила результаты своей работы в справке, направленной на имя Первого секретаря ЦК КПСС Н. С. Хрущёва[28]. В заключении комиссии отмечается, что обвиняемые были арестованы «в нарушение Конституции СССР, вопреки требованиям уголовных и уголовно-процессуальных законов, без санкции прокурора или постановления суда, по прямому произволу Сталина и Ежова. В деле нет объективных доказательств, подтверждающих совершение кем-либо из обвиняемых государственных преступлений. Обвинения в этих преступлениях являются ложными и базируются лишь на противоречивых „признательных“ показаниях арестованных, навязанных им работниками НКВД преступными методами проведения следствия по делу»[28].

См. также[править | править вики-текст]

Примечания[править | править вики-текст]

Комментарии
  1. (19 — 24 авг.) Первый открытый процесс в Москве — т. н. «процесс 16-ти» (в их числе видные большевики и соратники Ленина: Г. Е. Зиновьев и Л. Б. Каменев). Обвинённые в создании «террористического троцкистско-зиновьевского центра», все 16 подсудимых признаются в том, что поддерживали связь с Троцким, были соучастниками убийства С. М. Кирова, готовили заговор против Сталина и других руководителей. Они дают показания против Н. Бухарина, А. Рыкова и М. Томского. Все приговорены к смертной казни и расстреляны 25 августа. После смерти Сталина все обвиняемые посмертно реабилитированы в связи с отсутствием состава преступления.
  2. Маршал Жуков рассказывал писателю Симонову: "Нужно сказать, что Ворошилов, тогдашний нарком, в этой роли был человеком малокомпетентным. Он так до конца и остался дилетантом в военных вопросах и никогда не знал их глубоко и серьёзно… А практически значительная часть работы в наркомате лежала в то время на Тухачевском, действительно являвшимся военным специалистом. У них бывали стычки с Ворошиловым и вообще существовали неприязненные отношения. Ворошилов очень не любил Тухачевского… Во время разработки устава помню такой эпизод… Тухачевский, как председатель комиссии по уставу, докладывал Ворошилову как наркому. Я присутствовал при этом. И Ворошилов по какому-то из пунктов… стал высказывать недовольство и предлагать что-то не шедшее к делу. Тухачевский, выслушав его, сказал своим обычным спокойным голосом: — Товарищ нарком, комиссия не может принять ваших поправок.
    — Почему? — спросил Ворошилов.
    — Потому что ваши поправки являются некомпетентными, товарищ нарком». (Симонов К. М. Глазами человека моего поколения.— М.: Изд-во АПН, 1989, с. 383)
Использованная литература и источники
  1. Документальный фильм «Сталин против Красной Армии» (21:00).
  2. Прудникова Е., Колпакиди А. Двойной заговор. Тайны сталинских репрессий. — М.: ЗАО «ОЛМА Медиа Групп», 2006. — С. 486—492. — 640 с. — (Загадки истории). — ISBN 5-373-00352-2.
  3. Там же. С. 498—499.
  4. Выступление И. В. Сталина на расширенном заседании Военного Совета при наркоме обороны 2 июня 1937 года (не правленная стенограмма)
  5. Прудникова Е., Колпакиди А. Указ. соч. — С. 398—404, 407
  6. Там же. С. 405.
  7. Прудникова Е., Колпакиди А. Указ. соч. — С. 451—452.
  8. С 1931 по 1935 — начальник внешней разведки ОГПУ. Расстрелян в 1937 как немецкий шпион
  9. Прудникова Е., Колпакиди А. Указ. соч. — С. 405.
  10. Там же. С. 408.
  11. Приказ НКО СССР № 072 «Обращение к армии по поводу раскрытия НКВД предательской контрреволюционной военно-фашистской организации в РККА»
  12. Жуков Ю. Н. Иной Сталин. М., Вагриус, 2008. С. 398—399.
  13. Прудникова Е., Колпакиди А. Указ. соч. — С. 523.
  14. Хлевнюк О. В. Политбюро. Механизмы политической власти в 30-е годы. Глава 1. Политбюро в 1930-м году. Завершение сталинизации
  15. Шелленберг, В. Мемуары. — Мн.: Родиола плюс, 1998. — ISBN 985-448-006-2.
  16. Большая игра. Нью-Йорк: Liberty Publishing House, 1989
  17. Faschismus und Kapitalismus in Deutschland (Gottingen, 1973), 95, n. 20., Fritz Thyssen, I Paid Hitler (New York, 1941), 163
  18. John Erickson The Soviet High Command 1918—1941: A Military-Political History 1918—1941, St Martin’s Press (Macmillan), London, 1962
  19. П.Ф. де Вильмаре Неприкасаемый. — Москва: РОССПЭН, 2014.
  20. Donald Rayfield «Stalin and his hangmen: the tyrant and those who killed for him» 2005 Random House, стр. 324
  21. С. Т. Минаков. «За отворотом маршальской шинели» Орёл, 1999 249—358 ISBN 5-87025-034-X
  22. Борис Соколов «Истреблённые маршалы», Смоленск, Русич, 2000, стр. 82-202
  23. Лев КОЛОДНЫЙ Где стреляли в затылок, там должен быть музей Смерти
  24. ВОЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА -[ Исследования ]- Черушев Н. С. 1937 год: Элита Красной Армии на голгофе
  25. О смерти комкора (версия родственников)
  26. «Новое лицо Красной Армии», «Верфронт», 1937. ЦГСА ф.33987 оп. 3, д. 1080, л. 7
  27. Прудникова Е. Берия. Последний рыцарь Сталина. — СПб.: Издательский дом «Нева», 2005. — С. 107—109.
  28. 1 2 3 Справка Комиссии президиума ЦК КПСС «О проверке обвинений, предъявленных в 1937 году судебными и партийными органами тт. Тухачевскому, Якиру, Уборевичу и другим военным деятелям, в измене Родине, терроре и военном заговоре» Опубликовано: Военные архивы России. 1993. Вып. 1. С. 4-113; Военно-исторический архив. 1998. Вып. 2. С. 3-81
  29. 1 2 «Известия ЦК КПСС», 1989, номер 4

Литература[править | править вики-текст]

Логотип Викитеки
В Викитеке есть тексты по теме
Дело Тухачевского
  • Викторов Б. А. Без грифа «Секретно»: Записки военного прокурора. — М.: Юридическая литература, 1990. — 336 с. — (Возвращение к правде). — 200 000 экз. — ISBN 5-7260-0215-6.
  • Прудникова Е., Колпакиди А. «Двойной заговор. Тайны сталинских репрессий». — М.: ЗАО «ОЛМА Медиа Групп», 2006.
  • Минаков С. Т. «Советская военная элита в политической борьбе 20-30-х годов»

Ссылки[править | править вики-текст]