Финно-угорские языки

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Финно-угорские языки
Таксон ветвь
Прародина Урал
Ареал

Венгрия, Норвегия, Финляндия, Швеция, Эстония, Латвия, Соединённые Штаты Америки, Румыния, Словакия, Сербия, Россия:

Число носителей 26,2 Миллиона
Классификация
Категория Языки Евразии
Уральская семья
Состав
угорская подветвь, финно-пермская подветвь
Время разделения вторая половина 3 тысячелетия до н. э.[1]
Процент совпадений 34 %
Коды языковой группы
ГОСТ 7.75–97 фиу 742
ISO 639-2 fiu
ISO 639-5 fiu

Фи́нно-уго́рские языки́ (встречается также вариант у́гро-фи́нские) — группа родственных языков, образующих ветвь в составе уральской языковой семьи. Распространены в Венгрии, Норвегии, России, Финляндии, Швеции, Эстонии и других странах.

Статус[править | править код]

Традиционно считалось, что уральский праязык распался на две ветви — финно-угорскую и самодийскую, поскольку самодийская лексика серьёзно отличается от всех прочих уральских языков. Однако многие современные лингвисты подвергают сомнению существование финно-угорского праязыка как отдельного этапа, поскольку не обнаружено общих для всех финно-угорских языков нововведений в фонологии, морфологии и лексике. Лексическое своеобразие самодийского языка считается результатом более быстрой скорости лексической замены, чем в финно-угорских языках — возможно, из-за заимствований из неизвестных субстратных или адстратных языков[2][3].

Финно-угорский этап в настоящее время поддерживают уралисты Юха Янхунен[4] и Владимир Напольских, тогда как отвергают Тапани Салминен, Анте Айкио, Янне Саарикиви, Яакко Хаккинен, Юхо Пюстюнен и Михаил Живлов[5].

История изучения[править | править код]

Уральские народы впервые упоминаются в «Германии» древнеримского историка Публия Корнелия Тацита, где сказано о народе «фенни» (обычно этот народ идентифицируют как древних саамов) и о двух предположительно финно-угорских племенах, живших в отдалённых регионах Скандинавии.

В конце XV века европейские исследователи отметили сходство названий «Хунгария» и «Югрия» (область, находившаяся к востоку от Урала). Они предположили связь, но не нашли лингвистических доказательств. В 1671 году шведский учёный Георг Шернъельм (1598—1672) описал сходство саамского (лапландского), финского и эстонского языков, а также отметил несколько похожих слов в финском и венгерском. В это же время немецкий учёный Мартин Фогель попытался найти связь между финским, саамским (лапландским) и венгерским языками. Таким образом, эти два исследователя были первыми, кто указал на то, что позднее стали называть финно-угорской языковой семьёй.

В 1717 году шведский профессор Улоф Рудбек младший (1660—1740) предложил около 100 этимологических связей между финским и венгерским языками, из которых около 40 и в настоящее время считаются верными (Коллиндер, 1965). В этом же году немецкий учёный Иоганн Георг фон Экхарт (работа которого была опубликована в «Collectanea Etymologica» Лейбница) впервые предположил связь финно-угорских языков с самодийскими.

Все языки, составляющие финно-угорскую семью, были известны уже к 1770 году, то есть за 20 лет до появления индоевропеистики. Тем не менее, результаты исследований не сразу получили признание: в частности, среди венгерской интеллигенции была распространена теория о тюркском происхождении венгерского языка[en], что было охарактеризовано Рюленом в 1987 году как следствие «дикого и неудержимого романтизма эпохи». И всё же, несмотря на враждебное отношение, венгерский иезуит Янош Шайнович в 1770 году предположил связь между венгерским и лапландским (саамским) языками. В 1799 году венгр Самуэль Дьярмати опубликовал результаты наиболее полного на тот момент исследования финно-угорских языков.

К началу XIX века финно-угорские языки были изучены лучше, чем индоевропейские, однако развитие сравнительной лингвистики индоевропейских языков привлекло такое внимание, что изучение финно-угорских языков отошло на второй план. Венгрия была единственным в то время европейским регионом (входившим в состав Австрийской империи Габсбургов), который мог бы иметь повышенный интерес к изучению финно-угорской семьи (так как Финляндия и Эстония были тогда частью Российской империи) из-за сепаратистских настроений в обществе. Однако политическая обстановка не способствовала развитию сравнительной лингвистики. Некоторый прогресс произошёл с выходом работы немецкого лингвиста Йозефа Буденца, который на протяжении 20 лет был ведущим специалистом Венгрии по финно-угорским языкам. В конце XIX века вклад в изучение внёс венгерский лингвист Игнац Халас, опубликовавший в 1890-х годах значительный сравнительный материал по финно-угорским и самодийским языкам. Его работа стала основой для широкого признания родства между этими языками.

Особенности[править | править код]

Во многих финно-угорских языках притяжательные прилагательные и местоимения, такие как «мой» или «твой», употребляются редко. Обладание выражается склонением. В тех языках, которые развивались в сторону флективных, для выражения обладания используется личное местоимение в родительном падеже. Например, «моя собака» на эстонском языке звучит как mu koer, на разговорном финском — mun koira, на северносаамском — mu beana (дословно — «собака меня») или beatnagan («собака-моя»), на языке коми — менам пон («моя собака») или менам понмӧй.

В других языках для этого используются суффиксы, иногда вместе с местоимением в родительном падеже: «моя собака» на финском языке звучит minun koirani (дословно — «меня собака-моя»), от слова koira «собака». Также в марийском языке мыйын пием, от слова пий «собака». В венгерском языке местоимения в именительном падеже могут добавляться к слову с притяжательным суффиксом. Например, «собака» — kutya, «моя собака» — az én kutyám («(это) я собака-моя», az — определённый артикль) или просто a kutyám («(это) собака-моя»). Тем не менее, в венгерском существуют и самостоятельные притяжательные местоимения: enyém («мой»), tiéd («твой»), и т. д. Они также могут склоняться, например, enyém (им. п.), enyémet (вин. п.), enyémnek (дат. п.), и т. д. Эти местоимения употребляются в роли именного сказуемого: неправильно было бы сказать enyém kutya, но на вопрос Kié ez a kutya? («Чья это собака?») можно ответить Ez a kutya az enyém («Эта собака — моя») или просто Az enyém («Моя»).

Классификация[править | править код]

В составе финно-угорской ветви языков выделяются следующие группы и языки:

Финно-угорская языковая ветвь на гипотетической эволюционной схеме языков мира

До сих пор окончательно не выяснено происхождение ныне исчезнувшего биармского языка, на котором разговаривала народность биармов, ранее проживавших в устье Северной Двины и на восточном побережье Белого моря, и который, несомненно, относился к финским языкам. Одни лингвисты, основываясь на сведениях из норвежских саг о том, что «язык биармов похож на язык лесных финнов», считают его языком прибалто-финской группы; другие же, основываясь на схожести названий «Биармия» и «Пермь», считают биармский язык языком пермской группы, либо вообще отождествляют летописных биармов с ныне существующими коми-пермяками. В последнее время в науке начинает утверждаться мнение об особой севернофинской группе финно-угорских народов, к которой принадлежали финны Заволочья, в том числе и биармы[6].

См. также[править | править код]

Примечания[править | править код]

  1. Blažek, Václav. Uralic Migrations: The Linguistic Evidence Архивная копия от 13 мая 2019 на Wayback Machine
  2. Ante Aikio. Proto-Uralic Архивная копия от 10 декабря 2021 на Wayback Machine // The Oxford Guide to the Uralic Languages. Oxford University Press, 2022. P. 4.
  3. Живлов М. Лексические инновации и классификация уральских языков Архивная копия от 28 июля 2022 на Wayback Machine
  4. Janhunen J. Proto-Uralic — what, where, and when Архивная копия от 28 июля 2022 на Wayback Machine // The quasquicentennial of the Finno-Ugrian society. 2009. Volume 258. P. 65.
  5. Bakró-Nagy M., Laakso J., Skribnik E. (ed.). The Oxford Guide to the Uralic Languages. Oxford University Press, 2022. P. 31-32.
  6. Едовин А. Г. Заволочье в средневековой русской истории X—XIII вв. Диссертация на соискание степени кандидата исторических наук.— Архангельск, 2001.— Л.99.

Литература[править | править код]

Ссылки[править | править код]