Правительство Польши в изгнании

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Правительство Республики Польша в изгнании
  • пол. Rząd Rzeczpospolitej Polskiej na uchodźstwie
Изображение логотипа
Состав правительства в 1944 году
Состав правительства в 1944 году
Общая информация
Страна
Дата создания 30 сентября 1939
Предшественник Правительство Польской республики
Дата упразднения 22 декабря 1990
Заменено на Правительство Польши
Руководство
Подчинено Президент Польши в изгнании
Премьер-министр в изгнании Эдвард Щепаник (последний)
Устройство
Штаб-квартира Париж (1939)
Анже (1939-1940)
Лондон (1940-1990)
Логотип Викисклада Медиафайлы на Викискладе

Прави́тельство По́льши в изгна́нии (пол. Rząd RP na uchodźstwie) — правительство Республики Польша, действовавшее после бегства из Польши в ночь с 17 на 18 сентября 1939 года, её верховного руководства во время немецкой оккупации. Во время войны и в первые послевоенные годы правительство Польши в изгнании руководило Польским подпольным государством, формированиями польских вооружённых сил на Западе и польским подпольем в самой Польше (Армия Крайова, Свобода и Независимость). Местопребыванием правительства были последовательно Париж, Анже и Лондон. Хотя и немногими признанное и не имеющее реальной власти после Второй мировой войны, оно продолжало существовать до последних дней коммунистического правления в Польше. Правительство завершило свою деятельность после избрания Леха Валенсы и принятия им присяги в качестве президента Польши и передачи ему президентских регалий от президента Рышарда Качоровского.

Генерал Владислав Сикорский — премьер-министр Польского правительства в изгнании

Французский этап (сентябрь 1939 — июнь 1940 года)

[править | править код]

В результате вторжения немцев 1 сентября 1939 года в Польшу власти Республики были вынуждены бежать за пределы страны во избежание плена и вынужденной капитуляции. В ночь с 16 на 17 сентября Президент и Верховный Главнокомандующий перешли польско-румынскую границу в Кутах[1], намереваясь в соответствии с V-й Гаагской конвенцией[2] и союзным договором между Польшей и Румынией от 1921 года переправиться во Францию (фр. droite de passage). После того, как 18 сентября 1939 г. действующее правительство Польши перебралось в Румынию, неожиданно оказалось, что румыны и французы не желают выпускать во Францию польских лидеров. Находясь под давлением Третьего рейха, Франции и СССР, власти Румынии под угрозой интернирования потребовали от руководства Польши отказаться от государственного суверенитета. Получив от Президента, Премьера и Верховного Главнокомандующего отказ, Румыния поместила их в подготовленные ещё в первой половине сентября 1939 года центры интернирования[источник не указан 110 дней].

В создавшейся ситуации было необходимо создать руководство Польши из числа перебравшихся во Францию польских политиков. 25 сентября президент Польши Игнаций Мосцицкий в соответствии с 13-й статьей апрельской конституции назначил своим преемником Болеслава Венява-Длугошовского, посла Польши в Италии, но его кандидатура была отвергнута Францией.

Протесты оппозиции и вето французских властей, являвшееся по сути вмешательством в суверенитет союзника, вынудили Веняву-Длугошовского отказаться от назначенного поста, и должность президента была предложена находившемуся в это время в Париже Владиславу Рачкевичу, который незамедлительно принял присягу в посольстве Польши. После оживлённых дискуссий Рачкевич назначил премьер-министром генерала Владислава Сикорского, который создал коалиционный кабинет. В его состав вошли представители Национальной партии (пол. Stronnictwo Narodowe (SN)), Партии труда (пол. Stronnictwo Pracy (SP)), Народной партии (пол. Stronnictwo Ludowe (SL)), Польской социалистической партии (пол. Polska Partia Socjalistyczna (PPS)) и санационные политики:

  • Владислав Сикорский — премьер-министр, министр военных дел, министр внутренних дел, глава Польских Вооружённых Сил;
  • Август Залесский — министр иностранных дел;
  • Станислав Стронский — министр информации;
  • Адам Коц — министр финансов.

Вскоре этот первоначальный состав пополнился следующими лицами:

В октябре в Париж приехал генерал Казимеж Соснковский и президент Рачкевич назначил его своим преемником на случай, если он сам не сможет выполнять свои обязанности до конца войны. Генерал Соснковский вошёл в правительство как министр без портфеля. 9 декабря, после отказа Ладоса от участия в правительстве, ведомство внутренних дел принял Станислав Кот, близкий друг генерала Сикорского. 2 октября 1939 года президент издал декрет о роспуске сейма и сената. 7 ноября Сикорский вступил в должность Верховного Главнокомандующего и Генерального Инспектора Вооружённых Сил.

В ноябре резиденцию правительства перевели в город Анже. 13 ноября сформирован Комитет Министров по делам Отечества, который намеревался контролировать движение сопротивления на родине.

9 декабря 1939 года создан Национальный Совет Республики Польша — совещательный орган правительства и президента с функциями парламента. В его состав входило 12—24 члена, представляющих партии, поддерживающие правительство. Во главе Совета стал Игнаций Падеревский, а вице-председателями стали: Тадеуш Белецкий (Национальная партия), Станислав Миколайчик (Крестьянская партия) и Херман Лиеберман (Польская социалистическая партия). 18 декабря правительство опубликовало декларацию («Анжерская декларация»), которая формулировала главные цели эмиграционного правительства. Декларация квалифицировала гитлеровскую Германию как главного врага Польши, провозгласила, что будет вести борьбу за освобождение Польши на стороне антигитлеровской коалиции и объявила о создании польской армии на Западе, декларация также содержала положения по вопросу границ послевоенной Польши, о руководстве освободительным подпольем на родине и призыв к консолидации. 10 октября 1939 года была создана специальная комиссия по вопросу исследования причин сентябрьского разгрома, во главе которой стал генерал Юзеф Халлер. Вначале 1940 года состав комиссии обновили, но, несмотря на это, её деятельность не принесла ожидаемых результатов[источник не указан 1897 дней].

Одной из главных задач эмиграционного правительства было строительство вооружённых польских сил на Западе. Был подписан ряд договоров с британцами и французами, планировалось даже создание 100-тысячной польской армии во Франции. Наконец, 4 января 1940 года был подписан польско-французский военный договор и военно-воздушное соглашение. Хотя эти планы не удалось до конца реализовать, но все же во Франции уже весной 1940 года возникли 1-я гренадерская дивизия (пол. 1. Dywizja Grenadierów) (под командованием бригадного генерала Бронислава Дуча), 2-я пехотная стрелковая дивизия (пол. 2. Dywizja Strzelców Pieszych) (под командованием бригадного генерала Бронислава Пругар-Кетлинга), отдельная подгалянская[a] стрелковая бригада (пол. Samodzielna Brygada Strzelców Podhalańskich) (под командованием бригадного генерала Зигмунта Бохуша-Шишки), Польские военно-воздушные силы (сформирован один варшавский сводный дивизион 1/145). Организованы также 3-я и 4-я пехотные дивизии, а также 10-я бронетанковая кавалерийская бригада (пол. 10. Brygada Kawalerii Pancernej) (под командованием бригадного генерала Станислава Мачка). По инициативе правительства польского была сформирована также карпатская стрелковая бригада (пол. Brygada Strzelców Karpackich) генерала Станислава Копанского в Сирии[3].

Лондонский этап (с июня 1940 года)

[править | править код]

Весной 1940 года немецкие войска начали наступление на западном фронте. Вскоре они заняли Данию, Норвегию, Бельгию, Голландию и, в конце концов, 22 июня 1940 года Франция также подписала акт о капитуляции. Ввиду существовавшей обстановки положение польского правительства претерпело серьёзные изменения. 17 июня состоялось совещание польского правительства, которое решило воспользоваться приглашением премьер-министра Великобритании Черчилля и перенести своё местопребывание в Лондон. Польские власти эвакуировались, а 19 июня премьер-министр Сикорский обратился по радио к солдатам с призывом прибыть в Великобританию. Но в Англию сумела перебраться лишь треть Польских Вооружённых Сил[4].

Наконец, деятелями санации решено было предпринять генеральное наступление против самого премьера и Верховного Главнокомандующего: в июле 1940 года президент Рачкевич под нажимом санационных кругов дал премьеру Сикорскому отставку, выдвинув на этот пост министра Августа Залесского. Одновременно такую же деятельность, направленную против Сикорского как Верховного Главнокомандующего, вели в армии генералы Бурхард-Букацкий и Домб-Бернацкий. Бурхард-Букацкий решительно, но без шума выступил против Сикорского, а Домб-Бернацкий открыто агитировал против Верховного Главнокомандующего, стремясь вызвать в лагерях бунт.

В то время как в армии ситуация представлялась ещё неопределённой, министр Аугуст Залеский, не теряя времени, приступил к формированию нового правительства. Тогда Бурхард-Букацкий, из-за нерешительности Соснковского, сам стал готовиться к принятию поста Верховного Главнокомандующего.

Поскольку споры и переговоры затягивались вследствие недостатка решимости как у одних, так и у других, исход событий, предрешила энергичность Сикорского.

Несколько офицеров из ближайшего окружения Сикорского (начальник штаба Верховного Главнокомандующего полковник Климецкий, подполковник Крупский и ещё некоторые) пошли к министру Залесскому и принудили его отказаться от миссии формирования кабинета. Залесский вынужден был заявить, что он не берется за образование нового правительства. Одновременно и президенту Рачкевичу пришлось отменить решение об отставке Сикорского и официально подтвердить сохранение за ним поста премьера. Домб-Бернацкий был разжалован и приговорен к двухлетнему заключению[5].

5 августа 1940 года был подписан польско-британский военный договор. Сформированы среди прочего I-й польский корпус (пол. I Korpus Polski), переименованный в 1942 году в I-й мото-бронетанковый корпус (пол. I Korpus Pancerno-Motorowy) (под командованием генерала дивизии Мариана Кукеля), отдельная парашютная бригада (пол. Samodzielna Brygada Spadochronowa) (генерала Сосабовского) и 1-я бронетанковая дивизия (пол. 1. Dywizja Pancerna) (генерал Мачек)[b].

Во второй половине 1940 года одним из дел, которое в наибольшей степени поглощало внимание польского правительства, было ведение переговоров с чехословацким правительством в эмиграции. В результате 11 ноября 1940 года была подписана польско-чехословацкая декларация о создании после войны федерации государств Центральной Европы (открытой и для иных государств). Однако в ходе событий последующих лет осуществление этого плана было прекращено.

Эмигрантское правительство с начала своей деятельности принимало активное участие в создании Польского Подпольного Государства. 27 сентября 1939 года по инициативе генерала Михала Карашевича-Токажевского возникла «Служба за победу Польши» (пол. Służba Zwycięstwu Polski (SZP)), военно-политическая организация. Доклад об этом был направлен Верховному Главнокомандующему. Сикорский, однако, опасаясь слишком большого влияния санационных офицеров на развитие ситуации на родине, распустил SZP и создал вместо неё Союз вооружённой борьбы (ZWZ). Во главе его стал Казимеж Соснковский, которому подчинялись: «командир области немецкой оккупации» Стефан Ровецкий и «командир области советской оккупации» генерал Карашевич-Токажевский. Целью ZWZ была приготовиться к вступлению в бой в тот момент, когда немцы надорвутся, обучение офицеров, заготовка оружия. 14 февраля 1942 года ZWZ была переименована в Армию крайову, комендантом которой стал генерал Стефан Ровецкий (псевдоним Грот). Армия крайова действовала до 19 января 1945 года, когда она была распущена генералом Леопольдом Окулицким[10].

На исходе 1940 года по инициативе правительства была создана Делегатура Правительства на Родине, как представительство правительства в оккупированном отечестве. Делегатом стал Цырыль Ратайский (до сентября 1942 года), после него эту должность принял Ян Пекалкевич (до 1943), а после ареста последнего — Ян Станислав Янковский (до 1945). Последним делегатом (руководителем aнтикоммунистическогo подполья до ареста 28 июня 1945) был Стефан Корбонский.

22 июня 1941 года гитлеровские войска напали на СССР и этот момент оказался переломным для судеб Второй мировой войны. Союзники тотчас предложили Советскому Союзу помощь и выразили готовность к сотрудничеству. Через посредничество английского правительства были начаты также польско-советские переговоры и в результате было подписано специальное соглашение. Договор этот, называемый договором Сикорского-Майского (от фамилий его подписавших), был подписан 30 июля 1941 года и постановлял, что[источник не указан 110 дней]:

  1. Правительство СССР признает советско-германские договоры 1939 года касательно территориальных перемен в Польше утратившими силу. Польское правительство заявляет, что Польша не связана никаким соглашением с какой-либо третьей стороной, направленным против Советского Союза.
  2. Дипломатические сношения будут восстановлены между обоими Правительствами по подписании настоящего Соглашения и будет произведен немедленный обмен послами.
  3. Оба правительства взаимно обязуются оказывать друг другу всякого рода помощь и поддержку в настоящей войне против гитлеровской Германии.
  4. Правительство СССР выражает своё согласие на создание на территории СССР польской армии под командованием, назначенным Польским Правительством с согласия Советского правительства. Польская армия на территории СССР будет действовать в оперативном отношении под руководством Верховного командования СССР, в составе которого будет состоять представитель польской армии. Все детали относительно организации командования и применения этой силы будут разрешены последующим соглашением.
  5. Настоящее соглашение вступает в силу немедленно с момента его подписания и ратификации не подлежит. Настоящее соглашение составлено в 2-х экземплярах, каждый из них на польском и русском языках, причем оба текста имеют одинаковую силу.
К соглашению приложен Протокол следующего содержания:
Советское Правительство предоставляет амнистию всем польским гражданам, содержащимся ныне в заключении на советской территории в качестве ли военнопленных или на других достаточных основаниях, со времени восстановления дипломатических сношений.

Дипломатические отношения между СССР и польским правительством стали осуществляться с этого же времени через Посольство СССР при Союзных правительствах в Лондоне.

Факт подписания договора вызвал серьёзный кризис в правительстве и связанным с ним подпольем на родине. 27 июля министр иностранных дел Аугуст Залеский подал в отставку. То же самое сделал Сейда и Соснковский. Новым министром иностранных дел с 3 сентября стал Эдвард Рачинский, министром внутренних дел — Станислав Миколайчик, министром юстиции — Херман Либерман. Был распущен также Национальный Совет, а его новый состав был созван лишь 3 февраля 1942 года (председателем стал Станислав Грабский)[источник не указан 110 дней].

12 августа 1941 года Верховный Совет СССР издал декрет об амнистии для поляков, находящихся в тюрьмах в СССР.

14 августа был подписан военный польско-советский договор, на основе которого намеревались сформировать из освобождённых заключённых польскую армию (организационно и персонально подчиняющуюся полякам, а тактически — советским властям) для того, чтобы ввести её в бой против Германии на стороне советской армии. В сентябре на должность командующего армии был назначен генерал Владислав Андерс. 30 ноября в СССР прибыл генерал Сикорский. 3—4 декабря 1941 года он провёл серию бесед со Сталиным, которые увенчались подписанием Декларации правительства Советского Союза и правительства Польской Республики о дружбе и взаимной помощи. Пункт 2 декларации гласил: «Осуществляя договор, заключённый 30 июля 1941 г., оба правительства окажут друг другу во время войны полную военную помощь, а войска Польской Республики, расположенные на территории Советского Союза, будут вести войну с немецкими разбойниками рука об руку с советскими войсками». Также в Москве была достигнута договоренность об увеличении польской армии до 96 тыс. человек.

После того как польская сторона неоднократно ставила вопрос об эвакуации личного состава польской армии, 18 марта 1942 года Советское правительство выразило согласие на её эвакуацию в Иран[11]. Официально (перед Сталиным) выдвигались утверждения, что поляков следует перевести в Иран из-за более тёплого климата и лучших возможностей для снабжения (англичанами); Андерс утверждал, что после того, как армия будет сформирована и обучена, она вернется в СССР — Сталин этому, разумеется, не верил. Эвакуация армии Андерса в Иран проходила весной — летом 1942 года и была завершена к 1 сентября. В. Сикорский призывал У. Черчилля и Ф. Рузвельта оказать давление на СССР. Выдвигалось предложение, чтобы они предприняли обращения к Москве в пользу постулатов польского правительства о границе и гражданстве и даже пригрозили в случае отказа прекращением для СССР поставок по ленд-лизу. Такие заявления, по мнению В. Сикорского, значительно бы усилили его позицию на переговорах с СССР. Пожелания польского премьера были отклонены. Как заметил американский госсекретарь К. Халл: «Ни президент, ни я ни на минуту не соглашались на такие предложения. Соединённые Штаты, Великобритания и Россия находились в одной лодке, которая закачалась бы и могла затонуть в результате разлада государств, вместе боровшихся против общего врага. Наши поставки по ленд-лизу России помогали для перелома и уничтожения сил неприятеля на Восточном фронте, которые в противном случае стали бы против нас на Западном фронте». Ошибочно преувеличивая возможности США и Великобритании, В. Сикорский в то же время не заметил масштаба нарастающей силы СССР. Обнаружение и обнародование немцами Катынского захоронения привело к полному разрыву Сикорского с Москвой. В апреле 1943 года эти отношения были формально разорваны правительством СССР, после того как Сикорский потребовал расследования Катынского расстрела польских военных. 25 апреля СССР разорвал отношения с польским правительством, обвинив его в участии в пропагандистской кампании гитлеровцев[12]. Командованием СВБ-АК в 1941—1943 г.г. был разработан план действий «Барьер», предполагавший проведение крупномасштабных диверсий на железных дорогах в случае слишком поспешного отступления вермахта с целью задержания немецкого фронта на востоке, чтобы облегчить высадку союзников и одновременно затруднения наступления Красной Армии[13]. По поводу советско-польской границы 28 ноября 1942 г. Сикорский писал руководителю АК в оккупированной Польше генералу Ровецкому: « все будет зависеть от соотношения сил в решающий момент. Я предполагаю, что это соотношение будет в решающей фазе войны в пользу Польши. Я не согласился обсуждать вопрос о границах в декабре 1941 г., когда Сталин предлагал мне обсудить небольшое изменение границ и тесные союзнические отношения. Возможно, польское правительство вместе с британским и американским смогут склонить Советское правительство к признанию наших прав на Востоке и поддержке требований на Западе»[14]. Расчёт не оправдался. В конце сентября 1943 года англо-американское командование официально уведомило правительство Миколайчика, что Красная Армия первой вступит на территорию Польши. Тем самым все предыдущие планы, основанные на крахе Германии в результате военных действий западных союзников, уже не отвечали реальности. Ошибочность геополитической концепции лондонского правительства Польши, построенной на антисоветизме, породила убеждённость в возможности если не военного, то геополитического поражения СССР во Второй мировой войне[10]. Присланная 1 октября 1943 г. инструкция правительства для Армии Крайовой содержала в себе следующие инструкции на случай несанкционированного польским правительством вступления советских войск на территорию Польши в границах 1939 года: «Польское правительство направляет протест Объединённым нациям против нарушения польского суверенитета — вследствие вступления Советов на территорию Польши без согласования с польским правительством — одновременно заявляя, что страна с Советами взаимодействовать не будет. Правительство одновременно предостерегает, что в случае ареста представителей подпольного движения и каких-либо репрессий против польских граждан подпольные организации перейдут к самообороне». 14 октября 1943 года генерал Тадеуш Бур-Коморовский при рассмотрении вопроса о возможности польского восстания на оккупированной немцами территории заметил на заседании руководства политического подполья, подчинявшегося лондонскому правительству[15]:

«Мы не можем допустить до восстания в то время, когда Германия всё ещё держит Восточный фронт и защищает нас с той стороны. В данном случае ослабление Германии как раз не в наших интересах. Кроме того, я вижу угрозу в лице России… Чем дальше находится русская армия, тем лучше для нас. Из этого вытекает логическое заключение, что мы не можем вызвать восстание против Германии до тех пор, пока она держит русский фронт, а тем самым и русских вдали от нас. Кроме того, мы должны быть подготовлены к тому, чтобы оказать вооружённое сопротивление русским войскам, выступающим на территорию Польши».

В «Инструкции правительства для страны» от 27 октября 1943 г. и в приказе командующего АК от 20 ноября 1943 г. перед Армией Крайовой была поставлена задача по мере отступления немцев овладевать освобождёнными районами как в Западной Белоруссии, Западной Украине и Литве, так и в самой Польше, чтобы вступающие советские войска уже встречали там сформированный аппарат власти, поддержанный вооружёнными отрядами, подчинёнными эмигрантскому правительству. Инструкция рассматривала разные варианты развития ситуации. Первый вариант подразумевал организацию восстания в тесном взаимодействии с союзными войсками англичан и, возможно, американцев, и указывал цели восставших, подробно останавливаясь на обстоятельствах, которые могут сопровождать решение о начале восстания. Второй вариант рассматривал ситуацию, при которой западные союзники не дадут согласия на всеобщее восстание в Польше, а немецкий фронт будет прорван советскими войсками. В этом случае предписывалось проводить против немцев «усиленную саботажно-диверсионную акцию» политического и оборонительного характера.

В связи с возможностью прихода в Польшу советских войск до освобождения этих территорий поляками, эта инструкция предусматривала две возможности.

В случае восстановления дипломатических отношений с СССР надлежало вывести из подполья польские конспиративные власти и воссозданные части Войска Польского, которые до того момента, как власть получило бы новое польское правительство, оставались в конспирации.

В случае, если бы дипломатические отношения с СССР восстановлены не были, политические власти страны и вооружённые силы оставались бы на нелегальном положении вплоть до разрешения союзниками спорных вопросов. В случае репрессий и арестов необходимо было ограничить своё проявление необходимыми актами самообороны. Инструкция даже рассматривала вариант мирного договора между СССР и Германией, также предписывая в этом случае недопущение вооружённых действий кроме самообороны и продолжение конспиративной деятельности против Германии.

Проанализировав инструкции лондонского правительства, штаб АК утвердил на их основе новый план действий — план «усиленной диверсионной операции» под кодовым обозначением «Операция „Буря“»[16] Основные положения нового плана содержались в приказе по АК командующего Армией Крайовой № 1300/111. Относительно взаимодействия с Красной Армией, в нём сказано:

«…Приказываю тем бойцам и командирам, которые примут участие в уничтожении отступающих немцев, открыто вступить в контакт с входящими на нашу территорию русскими. В этот момент их задачей станет свидетельствовать своим появлением существование Польской Республики. В этом пункте мой приказ не соответствует указаниям, изложенным в инструкции правительства. Однако я не считаю возможным создавать вакуум в виде отсутствия перед лицом русских военной силы, которая будет представлять Польшу и её легальные власти. В этом случае все наши операции были бы приписаны польским соединениям, служащим Советам. Мою точку зрения разделяет делегат правительства и местные органы политической власти».

В течение осени 1943 года были разработаны директивы плана «Буря», которые предписывали подпольным структурам Делегатуры правительства в эмиграции и АК при вступлении РККА на территорию Польши в границах 1939 года выходить из подполья и представляться командирами частей в качестве легальных польских властей. Он предусматривал, что в момент приближения фронта подразделения и структуры АК будут находиться в состоянии полной боевой готовности, примут названия довоенных частей Войска Польского (дивизий и полков, повторяя довоенную географическую структуру армии и номера её дивизий), усилят диверсионные акции, а прежде всего начнут открытую борьбу с отступающими немецкими подразделениями, пытаясь установить контакт на тактическом уровне с Красной Армией. В освобождённых городах легализуется и возьмёт власть в свои руки подпольная администрация (областные и окружные представительства), которая в качестве хозяина территории будет встречать советские войска. В соответствии с планом, на освобождённой от немцев территории должны были легализоваться гражданские власти подпольной делегатуры, которые заявят, что они не имеют ничего против того, чтобы Красная Армия вела борьбу с немцами на территории Польши, однако потребуют передачи им административных полномочий на всей освобождённой территории. По замыслам стратегов Армии Крайовой, эти действия особо активно должны были проводиться на спорной территории между Бугом и Неманом. Таким образом, военные операции, в ограниченной форме проводимые против немцев, фактически должны были быть направлены на то, чтобы принудить советское руководство де-факто признать в стране власть эмиграционного правительства в Лондоне. Восстание должно было носить черты последовательной акции, а не однократного выступления на всей территории государства. Демонстрацией силы планировалось обеспечить легализацию «подпольного государства», проявить его полный суверенитет в границах на Востоке 1939 года и независимость от СССР. Это в первую очередь убеждение, что требования польского эмигрантского правительства и руководства Армии Крайовой устранили элементарную стратегическую динамику, такую как геостратегия. Этот план был обречён на провал с самого начала. Комитет начальников штабов США в августе 1943 года подготовил аналитический документ, в котором дал оценку роли СССР в войне. «Россия занимает во второй мировой войне доминирующее положение, — отмечалось в докладе, — и является решающим фактором в предстоящем поражении стран оси в Европе. В то время, как в Сицилии войскам Великобритании и Соединённых Штатов противостоят две немецкие дивизии, русский фронт приковывает примерно 200 немецких дивизий. Когда союзники откроют второй фронт на континенте, то он, безусловно, будет второстепенным по сравнению с русским фронтом, русский по-прежнему будет играть решающую роль»[17]. Далее сделан вывод, что[18]:

«Без участия России в войне в Европе разгромить страны оси невозможно, и положение Объединённых наций окажется опасным»

Рузвельт и Черчилль признали, что вся Польша станет зоной военно-оперативных действий Красной Армии. Это обстоятельство оказало прямое влияние на решения, принятые по польскому вопросу. Опубликованные документы говорят, что в условиях военного времени оба этих лидера признали за СССР право на пресечение враждебных действий подполья. Что же касается получения довоенных границ Польши на востоке, то эта тема на переговорах руководителей трёх союзных держав даже не поднималась. Формирование антигитлеровской коалиции во главе с «Большой тройкой»" — СССР, США и Великобритания, — которым принадлежало решающее слово в отношении «малых» союзников, План «четырёх полицейских» и победы Красной армии на советско-германском фронте предвещали переход Польши в сферу советского влияния. С учётом договорённости с союзниками[19] Черчилль многократно советовал Станиславу Миколайчику пойти на уступки[20] и признать, что в качестве границы на востоке должна быть линия Керзона. Черчилль неоднократно предупреждал, что Англия и США не будут воевать с СССР за восточные границы Польши. Черчилль предупреждал, что если вопрос вовремя не будет решён, в Польше будет образовано просоветское правительство. Однако эти усилия не дали желаемых результатов. На предложения британского премьер-министра польский премьер ответил решительным отказом. Во время переговоров Черчилля с премьер-министром польского эмигрантского правительства 20 января 1944 г. последний заявил, что его правительство рассматривает линию границы, установленную Рижским договором, в качестве отправной точки для переговоров с СССР. Польское эмигрантское правительство возражало также против передачи Советскому Союзу Кёнигсберга. Эти заявления свидетельствовали не только о невозможности нормализации отношений между правительствами, но и о том, что польское правительство в Лондоне абсолютно не осознавало сложившуюся в мире геополитическую реальность. Реальных ресурсов провести в жизнь свои домогательства у эмигрантского правительства не было — ни военных, ни политических. СССР в 1944 формально не был в каких-либо отношениях с польским правительством в Лондоне, некоторые политики правительства Миколайчика официально заявляли, что Польша находится в состоянии войны с СССР [21]. С февраля 1944 года АК вела подпольную антисоветскую деятельность в тылах советских войск. Верховный главнокомандующий Польских Вооружённых сил и Правительство в изгнании желали сохранить полный оперативный и политический контроль над АК до момента окончательной «схватки» со Сталиным[22]. Тогда Миколайчик попытался заручиться поддержкой США: 5 июня 1944 года он прибыл с визитом в Вашингтон. Рузвельт, которому нужны были голоса польской общины на предстоявших осенью президентских выборах, заверил польского премьера, что «никогда» не давал согласия на «линию Керзона» (что было ложью) и посоветовал Миколайчику избегать окончательного решения вопроса о советско-польской границе. Тем временем американский посол в Москве проинформировал Сталина, что переговоры Рузвельта с Миколайчиком проходили в русле тегеранских договорённостей. В июне 1944 года посол В. Лебедев беседовал с Миколайчиком и Грабским, о условиях признания лондонского правительства но переговоры эти провалились. Таким образом, лондонское правительство и политики, руководившие «подпольным государством» и Армией Крайовой на польской территории, продолжали придерживаться ориентации на помощь западных союзников в сохранении Польши в довоенных границах на востоке, Заользья, Оравы и Спиша[23]. Армия Крайова и та часть населения, которая её поддерживала, становились заложниками данной концепции. Борьба с СССР о сохранение Польши в довоенных границах на востоке была обречена на провал, но был сознательно взят курс на конфронтацию. 15 февраля 1944 г. польское правительство в изгнании заявило о своём несогласии установить будущую восточную границу с СССР по «линии Керзона». В заявлении говорилось о том, что вопрос о границе должен быть рассмотрен в послевоенное время, а во время войны необходимо провести демаркационную линию по границе Польши с СССР и Литвой на 17 сентября 1939 г. Расчеты генерала Соснковского на начало новой войны были известны Сталину [24].

24 июля 1944 года Польское правительство в изгнании направило Великобритании протест против нарушения польского суверенитета «под советской оккупацией». Правительство Великобритании проигнорировало требования лондонского польского правительства. 25 июля 1944 года генерал Бур-Коморовский доложил о готовности к восстанию, начиная с 25 июля и потребовал подкрепить восстание силами польской воздушно-десантной бригады и авиацией ВВС Великобритании[25]. 26 июля 1944 года лондонское правительство, рассмотрев ситуацию в Варшаве, постановило одобрить план восстания в Варшаве, предоставив Коморовскому и Делегатуре выбрать время по своему усмотрению[26]. В июле 1944 г. предполагалось внезапным ударом захватить столицу, затем и в течение нескольких дней произвести там высадку польской парашютно-десантной бригады, которая дислоцировалась на территории Англии, а также подготовить все необходимые условия для торжественного прибытия в освобождённую Варшаву эмигрантского правительства из Лондона. Концепция восстания исходила из краткой борьбы против отступавших германских войск. Дальше предполагалось, что заграница поможет, и Сталин будет вынужден признать правительство в изгнании в качестве законных представителей Польши. От сторонников правительства в стране 9 дней скрывалось, что 28 июля британские власти официально отказали в помощи восстанию.[27]Варшавское восстание 1944 года в военном отношении было направлено против немцев, политически — против СССР, Польского комитета национального освобождения и демонстративно — против проводимой политики западных союзников.30 июля вечером в Москву с частным визитом прилетела делегация польского кабинета министров в Лондоне во главе с премьер-министром правительства в эмиграции Станиславом Миколайчиком, которая встретилась со Сталиным 3 и 9 августа. Посол Великобритании в СССР Арчибальд Кларк Керр 31 июля посоветовал Станиславу Миколайчику идти на уступки, признать, что в качестве границы на востоке должна быть линия Керзона, начать переговоры о формировании нового состава правительства Польши и строить отношения с ПКНО. На предложения британского посла Станислав Миколайчик ответил решительным отказом. По политическим причинам он был сторонником начала восстания накануне встречи со Сталиным. Победа в нём должна была усилить его крайне слабые переговорные позиции.

Находясь в Москве, польский премьер на первой встрече со Сталиным вечером 3 августа предложил три вопроса: о будущем обращении с Германией, договоре об управлении освобождёнными районами Польши и будущей советско-польской границе[28]. 3 августа Станислав Миколайчик проинформировал о восстании советскую сторону. При этом не было даже речи о взаимодействии руководства Армии Крайовой с командованием Красной Армии, так как предполагалось, что Варшаву удастся освободить собственными силами.

На встрече со Сталиным 3 августа польский премьер говорил о близкой победе восстания, о том, что его правительство будет встречать советские войска в Варшаве, куда он планировал вылететь. В дальнейшем беседа велась о советско-польской границе и проблемам взаимоотношений эмигрантского польского правительства и ПКНО. Сталин предупредил, что Советское правительство имеет фактические отношения с ПКНО, Красная Армия заинтересована в обеспечении спокойного тыла. Если эмигрантское польское правительство считает целесообразным договориться с ПКНО для создания одного польского правительства, то СССР готово будет этому помочь. Если польское эмигрантское правительство сочтёт это нежелательным, то СССР будет сотрудничать с ПКНО. В это же время в Москву прибыли представители ПКНО, они пытались вести переговоры с Миколайчиком, но переговоры эти провалились и не достигли никаких результатов. 5 августа Сталин выразил сомнение относительно действий АК, заявив, что в современной войне армия без артиллерии, танков и авиации и даже без достаточного количества стрелкового оружия не имеет никакого значения и он не представляет, как АК может изгнать немцев из Варшавы.9 августа 1944 года состоялась ещё одна встреча Станислава Миколайчика со Сталиным, которая ранее не планировалась. Станислав Миколайчик сообщил Сталину о результатах своих переговоров с представителями ПКНО и высказал уверенность, что лондонское польское правительство будет сотрудничать с этим Комитетом. На этой встрече Станислав Миколайчик окончательно отверг предложение Сталина создать правительство совместно с ПКНО. 9 августа 1944 года Сталин в беседе с членами польской правительственной делегации заявил, что решение о восстании польской подпольной армии в Варшаве он считает «нереальным делом, так как у восставших нет оружия, в то время как немцы только в районе Праги имеют три танковых дивизии, не считая пехоты»[29]. Станислав Миколайчик сообщил Сталину, что сейчас не имеет достаточных полномочий, чтобы решить вопрос об отношениях с ПКНО и проблему советско-польской границы.Официальные отношения польских лондонских кругов с СССР не были восстановлены. Для эмигрантского правительства Варшавское восстание стало не только военным поражением, но и огромной политической катастрофой.Все следующие предложения правительства Миколайчика основывались на игнорировании политической реальности: линии Керзона и ПКНО [30]. На Московской конференции стало ясно, что никто из союзников не поддерживает позицию правительства Миколайчика [31], после конференции Черчилль предъявил Миколайчику ультиматум с требованием признать Линию Керзона в течение 48 часов. {{нет АИ 2|После того, как все попытки Великобритании вырастить что-то вменяемое из польского эмигрантского правительства откровенно провалились[32], Станислав Миколайчик ушёл в отставку вместе со своей партией; отношения Великобритании с правительством Т. Арцишевского сводились фактически только к его признанию. Черчилль приказал избавиться от правительства Арцишевского[33]. Так, среди ссор и многочисленных претензий эмигрантское правительство упустило все возможности своего возвращения в Польшу.[32]

Эмигрантское правительство принимало активное участие в создании организации «Неподлеглость»-NIE. Официальное решение о её создании польским правительством в изгнании было принято 14 ноября 1944 года. В задачи новой структуры в тылах Красной армии входило:

  • создание подпольных групп для уничтожения политических противников в стране;
  • подготовка и проведение диверсий;
  • ведение разведки в тылах советской армии;
  • ведение пропаганды.

18 ноября 1944 г. в «Указаниях по конспиративной работе», направленных эмигрантским правительством новому командующему АК генералу Л. Окулицкому, сменившему попавшего в плен Т. Коморовского, вновь подтверждалось право отрядов AK на «самооборону», требовалось уклоняться от призыва в Войско Польское и сохранять верность правительству в изгнании. Однако развернуть деятельность новой организации NIE сколько-нибудь широко не удалось. Руководящие кадры АК находились в глубоком кризисе. В результате активной деятельности ЧК организация «Неподлеглость» полностью прекратила своё существование уже весной 1945 года, когда почти все активные члены руководства NIE c комендантом NIE генералом Леопольдом Окулицким были арестованы[34].

Польское правительство в изгнании (премьер-министр Томаш Арчишевский), которое никогда не признало решения Тегеранской конференции о линии Керзона, не могло, по мнению СССР, США и Великобритании претендовать на власть в стране. Союзники в Крыму (Ялтинская конференция) осознавали, что «Новое положение создалось в Польше в результате полного освобождения её Красной Армией.Это требует создания Временного Польского Правительства, которое имело бы более широкую базу, чем это было возможно раньше, до недавнего освобождения западной части Польши. Действующее ныне в Польше Временное Правительство должно быть поэтому реорганизовано на более широкой демократической базе с включением демократических деятелей из самой Польши и поляков из-за границы. Это новое Правительство должно затем называться Польским Временным Правительством Национального Единства»[35]. Правительство Польши в изгнании объявило, что решения Ялтинской конференции лидеров СССР, США и Великобритании это «новый раздел Польши»[36].

Сталин в Крыму сумел добиться от союзников согласия на создание нового правительства в самой Польше — «Временного правительства национального единства» на базе Временного правительства Польской Республики «с включением демократических деятелей из самой Польши и поляков из-за границы». Это решение, реализованное в присутствии советских войск, позволило СССР в дальнейшем сформировать в Варшаве устраивающий его политический режим, в результате чего столкновения между прозападными и прокоммунистическими формированиями в этой стране были решены в пользу последних. Одновременно с этим СССР получил право на подавление всякого вооруженного сопротивления в тылах Красной Армии[10][37].

7 мая 1945 г. генерал Владислав Андерс, исполняющий обязанности главнокомандующего польскими силами на Западе, распустил NIE и создал вместо неё в тылах Красной армии на базе AK-NIE организацию DSZ[пол.], комендантом которой стал полковник Ян Жепецкий. Андерс создал DSZ для того, чтобы вести вооружённую борьбу против СССР и Временного правительства Польской Республики.

Андерс утверждал, что он наверняка знает, что дело дойдет до войны между США и Россией[38].

Холодная война, по мнению деятелей правительства в изгнании, должна была повлечь за собой глобальный конфликт с применением ОМП против СССР.

Послевоенное время (1945—1990 годы)

[править | править код]
Штандарт Президента Польской Республики в изгнании (1956—1990)

28 июня 1945 года в соответствии с Ялтинскими договоренностями Временное правительство Польской Республики было расширено за счёт деятелей из самой Польши и поляков из-за границы и преобразовано во Временное правительство национального единства (ВПНЕ). 5 июля 1945 года Великобритания и Соединённые Штаты, бывшие до тех пор союзниками Польского правительства в изгнании, перестали признавать это правительство. Это означало политическое банкротство польского эмигрантского правительства и его структур. В итоге Польша обошлась без них, а якобы « единственное законное правительство» на родину не вернулось. Стало понятно, что рассуждения о власти эмигрантского правительства носили сугубо теоретический характер. Запад списал его со счетов полностью. Именно варшавское правительство официально представляло Польшу в Организации Объединённых Нации. В мае 1946 года министр иностранных дел Великобритании Эрнст Бевин издал приказ о роспуске польских подразделений британской армии.

Последние части Польских Вооружённых Сил на Западе были распущены в 1947 году.

Ирландия, Испания и Святой престол (до 1958 года) были последними государствами, которые признавали правительство Польши в изгнании.

Ввиду того факта, что Аугуст Залеский по завершении срока полномочий отказался передать должность намеченному преемнику, в 1954 году в правительстве произошёл раскол, что привело к прекращению контактов с ним части польских эмигрантских политиков (часть польских эмигрантских политиков перестало поддерживать Аугуста Залеского и поддержало Совет Трёх). Резиденция Президента располагалась в лондонском квартале Челси, 43 Eaton Place и в настоящее время превращена в Музей. С потерей статуса официального представителя польских интересов на международной арене и субъекта международного права польское правительство в эмиграции до 1990 года так и не смирилось.

Примечания

[править | править код]
Комментарии
  1. Была образована из жителей области Подгале, расположенной в предгорьях Татр и предназначена для ведения боевых действий в горах.
  2. Десятки тысяч польских солдат и большая группа летчиков бежали через Венгрию и Румынию, чтобы продолжить борьбу во Франции[6]. Многие поляки впоследствии принимали участие в операциях союзников: в Норвегии ( Нарвик [7] ), во Франции в 1940 и в 1944 годах, в битве за Британию, в битве за Атлантику, в Северной Африке (особенно в Тобруке [8] ), Италия (особенно в Кассино и Анконе ), в Арнеме, Вильгельмсхафене и других местах. Большая часть польского военного флота смогла уйти в Великобританию и принять участие в военных действиях[9].
Источники
  1. Населённыёй пункт Куты ныне располагается на территории Украины у границы Ивано-Франковской области (в начале сентября 1939 года Куты входили в состав Станиславовского воеводства Польши, 17 сентября 1939 года Куты заняли советские войска и 14 ноября были включены в состав Украинской ССР) и Черновицкой области (в то время входившей в состав цинута Сучава Королевства Румынии, который 28 июня 1940 год был занят советскими войсками и 7 июля 1940 года включён в состав Украинской ССР)
  2. « Гаагская конвенция 1907 года. О правах и обязанностях нейтральных держав и лиц в случае сухопутной войны».
  3. Witold Biegański: Polskie Siły Zbrojne na Zachodzie
  4. s. 416. Encyklopedia Szkolna. WSIP.Warszawa 1993
  5. Służba sprawiedliwości Wojska Polskiego we Francji i w Wielkiej Brytanii (październik 1939 – październik 1940). „Przegląd Historyczno-Wojskowy”. 15 (66)/1 (247), 2014. Warszawa: Ministerstwo Obrony Narodowej. ISSN 16406281. S 82-83.
  6. Garlinski, Pages 55–56
  7. Bogusław Brodecki; Zbigniew Wawer; Tadeusz Kondracki; Janusz Błaszczyk. Polacy na frontach II wojny światowej (The Poles on the Battlefronts of the Second World War) Warsaw: Bellona. 2005. Page 29
  8. Brodecki et al, Page 37
  9. Garlinski, Pages 17–18
  10. 1 2 3 Документальная публикация «Как польское вооруженное подполье "помогало" Красной Армии разгромить нацистскую Германию. 1944–1945 гг.» | Федеральное архивное агентство. archives.ru. Дата обращения: 17 апреля 2020. Архивировано 2 апреля 2015 года.
  11. В. И. Прибылов. Почему ушла армия Андерса. Архивная копия от 29 октября 2007 на Wayback Machine // Военно-исторический журнал № 3, 1990.
  12. Переписка Председателя Совета министров СССР с президентами США и премьер-министрами Великобритании. 1941—1945 гг. Архивировано 29 июня 2007 года. — М., 1957.
  13. Яковлева Е. В. Польша против СССР, 1939−1950 — М., 2007. — С. 248.
  14. D.P.S.R. — V. 1, —Р. 457
  15. Цитировано по: Сиполс В. Я., Челышев И. А. Крымская конференция, С. 18-19.
  16. Вовк М. «Армия Крайова» на территории СССР во время Второй мировой войны.
  17. Белоусов И. И. Если дела в России пойдут и дальше так, как сейчас, то, возможно, что будущей весной второй фронт и не понадобится! // «Военно-исторический журнал», № 12. М.: 2013
  18. Сиполс В. Я. На пути к Великой Победе: Советская дипломатия в 1941—1945 гг. — М., 1985. С. 190.
  19. Польское эмиграционное правительство категорически отказалось принять к сведению решения, принятые на Тегеранской конференции «большой тройки» руководителей трёх ведущих держав антигитлеровской коалиции, это в очередной раз говорило о недоговороспособности эмигрантского правительства. У руководителей «большой тройки» была договоренность: восстановить границу по «линии Керзона», утвержденной в 1919 году Верховным советом Антанты. По настоянию президента США договоренности, достигнутые в Тегеране, не были официально представлены польскому правительству в эмиграции к моменту очередных президентских выборов в США. Для Рузвельта, который готовился к президентским выборам, важно было, чтобы не потерять голосов «американских» поляков, настроенных в высшей мере антисоветски.
  20. Источник. Дата обращения: 8 марта 2024. Архивировано 8 марта 2024 года.
  21. Antoni Czubiński. Najnowsze dzieje Polski 1914-1983. Państwowe Wydawnictwo Naukowe, Warszawa 1987. ISBN 83-01-06137-5.стр.305
  22. Посол США в СССР Гарриман, писал в своём меморандуме в Вашингтон: «По-моему нет сомнений в том, что политика [польского] правительства определяется группой офицеров, которые убеждены, что война с Советской Россией — неизбежна…» и «Сталин убеждён в том, что нельзя надеяться на дружественные отношения с Польшей, если у власти будет правящая группировка из Лондона, поэтому он и не желает, чтобы Красная Армия восстанавливала их власть. Я полагаю, что в основном он прав». См.: Исраэлян В. Л. Дипломатия в годы войны, С. 239, 240
  23. В конце концов правительство в изгнании разорвало дипотношения с правительством Чехословакии в изгнании(Беспрецедентный случай в истории антигитлеровской коалиции)
  24. Jan.M.Ciechanowski. Wielka Brytania i Polska. Akademia Humanistyczna im.A. Gieysztora,Pułtusk 2011. ISBN 987-83-7545-248-8 стр.205
  25. Jerzy Kirchmayer. Powstanie Warszawskie. Warszawa, Wydawnictwo Ksiązka i Wiedza, 1959.
  26. Э. Дурачиньский. Варшавское восстание // Другая война. 1939—1945. / под общ. ред. акад. Ю. Афанасьева. — М.: РГГУ, 1996. — С. 345.
  27. Рышард Назаревич. Варшавское восстание, 1944 год: политические аспекты. — М.: Прогресс, 1989. — С. 80.
  28. Запись беседы И. В. Сталина с делегацией правительства Польши в эмиграции во главе с премьер-министром С. Миколайчиком по германскому вопросу, о создании Временного правительства, состоянии АК, границах Польши. Дата обращения: 3 августа 2016. Архивировано 27 июня 2015 года.
  29. Запись беседы И. В. Сталина с членами польской правительственной делегации Архивная копия от 2 октября 2013 на Wayback Machine //Советский фактор в Восточной Европе. 1944—1953 гг. В 2-х тт. Документы. / Отв. редактор — Т. В. Волокитина. — Т. 1. 1944—1946. — М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 1999. — С. 687, документ № 11.
  30. Источник. Дата обращения: 5 февраля 2024. Архивировано 5 февраля 2024 года.
  31. Rozmowa Premiera Mikołajczyka z Premierem Churchillem w rezydencji miejskiej Churchilla w Moskwie
  32. 1 2 Уинстон Черчилль: «Это сумасшествие. Русских разбить невозможно! В вашем упорстве вы не видите того, чем рискуете. Мы сообщим всему миру, каково ваше безрассудство. Вы стремитесь развязать войну, в которой погибнет 25 млн человек… Вы не правительство, вы ослепленные люди, которые хотят уничтожить Европу. Я не буду заниматься вашими делами. Думайте о них сами, если вы хотите оставить на произвол судьбы ваш народ. У вас нет чувства ответственности перед вашей Родиной. Вы безразличны к её мучениям. У вас на уме только низменные собственные интересы… Ваша аргументация является, попросту говоря, преступной попыткой сорвать соглашение между союзниками с помощью „Либерум вето“… Если вы хотите завоевать Россию, то действуйте самостоятельно. Вас следует посадить в больницу для умалишённых…» (цит. по: Е. В. Яковлева. Польша против СССР, 1939—1950 гг. — М.: Вече, 2007).
  33. Polityka nr 8(3402) 15.02. 2023 r. " Tajne plany z jawnych archiwów" str. 68
  34. Generał Iwanow zaprasza. Warszawa 1989.
  35. Е. Кульков, М. Мягков, О. Ржешевский. Война 1941—1945 гг.: Факты и документы. — М.: Олма медиа групп, 2011. — С. 457. — ISBN 978-5-373-03955-0
  36. Generał Iwanow zaprasza. Warszawa 1989. S. 58
  37. Walentina S. Parsadanowa, Polityka i jej skutki, w: Białe plamy — Czarne plamy. Sprawy trudne w relacjach polsko-rosyjskich (1918—2008), Adam D. Rotfeld, Anatolij W. Torkunow (red.), Warszawa 2010, s. 407
  38. Последняя беседа с Яном Карским Архивная копия от 17 февраля 2005 на Wayback Machine // «Новая Польша», № 11 (14), 2000.

Литература

[править | править код]
  • Engel, David. In the Shadow of Auschwitz: The Polish Government-in-exile and the Jews, 1939–1942 : [англ.]. — UNC Press Books, 2014. — ISBN 9781469619576.
  • Cienciala, Anna M. "The Foreign Policy of the Polish Government-in-Exile, 1939–1945: Political and Military Realities versus Polish Psychological Reality" in: John S. Micgiel and Piotr S. Wandycz eds., Reflections on Polish Foreign Policy, New York: 2005. online
  • Davies, Norman. God's Playground: A History of Poland, Vol. 2: 1795 to the Present (2005)
  • Kochanski, Halik. The Eagle Unbowed: Poland and the Poles in the Second World War (2012) excerpt and text search