Сеченов, Иван Михайлович

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Иван Михайлович Сеченов
Sechenov.jpg
Дата рождения:

1 (13) августа 1829

Место рождения:

село Теплый Стан,
Курмышский уезд,
Симбирская губерния [1]

Дата смерти:

2 (15) ноября 1905 (76 лет)

Место смерти:
Страна:
Научная сфера:

физиология

Место работы:

Новороссийский университет,
Санкт-Петербургский университет,
Московский университет

Альма-матер:

Московский университет (1856)

Учёная степень:

доктор медицины (1860)

Учёное звание:

член-корреспондент СПбАН (1869),
Заслуженный профессор ИМУ (1896)

Научный руководитель:

И. Т. Глебов,
Ф. И. Иноземцев,
И. П. Мюллер
И. В. Варвинский

Награды и премии:
Орден Святого Станислава I степени Орден Святой Анны III степени Орден Святого Владимира III степени
Логотип Викитеки Произведения в Викитеке
Commons-logo.svg Иван Михайлович Сеченов на Викискладе

Ива́н Миха́йлович Се́ченов (1 (13) августа 1829 — 2 (15) ноября 1905) — русский просветитель, медик, биолог, физико-химик, один из основоположников психологии и создатель физиологической школы.

Биография[править | править вики-текст]

Родился 13 августа 1829 года в помещичьей семье дворянина Михаила Алексеевича Сеченова и его бывшей крепостной Анисьи Георгиевны («Егоровны») в селе Теплый Стан Курмышского уезда Симбирской губернии (ныне село Сеченово Нижегородской области). Из-за недостатка в семье средств получил только домашнее начальное образование. Оно проходило под руководством матери. Анисья Георгиевна обучилась грамоте в монастыре перед самым замужеством, но считала знание математики, естественных наук, владение русским и живыми иностранными языками необходимым. Ей, «одной из миллионов рабынь», хотелось, чтобы сын стал профессором.

Иван Сеченов окончил Главное инженерное училище в 1848 году. Его не зачислили в верхний офицерский класс, поэтому он не мог «пойти по учёной части». Из училища он был выпущен в чине прапорщика. Просьба И. М. Сеченова зачислить его в действующую армию на Кавказе не была удовлетворена, он был направлен во второй резервный сапёрный батальон.

Через два года подпоручик Сеченов вышел в отставку и поступил вольнослушателем на медицинский факультет Московского университета. В университете он, помимо изучения медицины и латинского языка, который он, в отличие от выпускников гимназий, ранее не изучал, слушал лекции Т. Н. Грановского и особенно П. Н. Кудрявцева. Это позволило ему стать экспертом в области не только латинского языка, но и античности, медиевистики, культурологии, философии, теологии, богословия, деонтологии, древней и средневековой медицины, истории в целом. Любой научный прибор он всю жизнь называл «историей», считая его, в первую очередь, предметом материальной культуры. На 3-м курсе он увлекся психологией, считавшейся тогда разделом богословия (в православии), теологии (в иных конфессиях) и философии. Эта, по его словам, «московская страсть к философии» сыграла впоследствии важную роль в его деятельности. Курс физики читал Сеченову профессор Спасский М. Ф. Сам Иван Михайлович считал этот курс элементарным и по учебнику Ленца; любопытно, что в наше время, тем не менее, Сеченова иногда рассматривали как ученика и последователя М. Ф. Спасского[3]:733, хотя и И. М. Сеченов, и М. Ф. Спасский были учениками М. В. Остроградского. Уже до учёбы в университете И. М. Сеченов получил солидное инженерное и физико-математическое образование. В университете он слушал лекции формально жёсткого противника клинических (то есть на пациентах) экспериментов заведующего кафедрой патологической анатомии и патологической физиологии А. И. Полунина, в то же время считавшего естественной «учёбу у пациентов», то есть наблюдение за болезнью без попытки вылечить больного благодаря экспериментам на животных. Во время обучения Сеченов решил посвятить себя частной и общей патологии (анатомии и физиологии). Интересом к топографической анатомии его заразил «самый симпатичный профессор» Ф. И. Иноземцев, под чьим руководством Сеченов ещё во время учёбы начал научную деятельность. Сравнительной анатомии и физиологии его обучали преподаватели И. Т. Глебов и А. Н. Орловский[4].

Сеченов стал мечтать о физиологии. На старших курсах он разочаровался в эмпирической, экспериментальной медицинской практике того времени, которая не имела ничего общего с научной общей патологией и называлась «учёбой у пациентов». Имея солидное инженерное и физико-математическое образование, Сеченов чувствовал, что сможет читать физиологию лучше И. Т. Глебова: тот тяготился как самим курсом, так и необходимостью согласовывать программу курса с Полуниным, считавшим «учёбу у пациентов» естественной. В связи с этим Сеченов даже думал не получать степень лекаря. По настоянию декана Н. Б. Анке Иван Михайлович окончил полный курс обучения с правом на получение степени доктора, а потом сдал вместо лекарских экзаменов докторские и получил степень лекаря с отличием. Когда он был на 4 м курсе, скоропостижно скончалась его мать, и он решил использовать полученное наследство, чтобы осуществить мечту матери. После успешной сдачи экзаменов в 1856 году Сеченов за свой счёт отправился за границу с целью заняться физиологией. В 18561859 годах работал в лабораториях Иоганна Мюллера, Э. Дюбуа-Реймона, Ф. Хоппе-Зейлера в Берлине, Эрнста Вебера, О. Функе в Лейпциге, К. Людвига, с которым его связала особо тесная дружба, в Вене, по рекомендации Людвига — в лаборатории Роберта Бунзена, Германа Гельмгольца в Гейдельберге. В Берлине прослушал курсы физики Магнуса и аналитической химии Розе. Для изучения влияния алкоголя на газы крови Сеченов сконструировал новый прибор — «кровяной насос», который высоко оценили Людвиг и другие учёные. Впоследствии этим прибором пользовались многие физиологи (оригинальный «кровяной насос» в рабочем состоянии хранится в музее кафедры общей физиологии Санкт-Петербургского университета). За границей дружил с А. Н. Бекетовым, С. П. Боткиным, Д. И. Менделеевым, А. П. Бородиным, художником А. Ивановым, которому оказал помощь в работе над картиной «Явление Христа народу». Возможно, именно под влиянием взглядов Иванова и его друга Н. В. Гоголя укрепилась решимость И. М. Сеченова подтвердить учение Русской Православной Церкви о телесном воскрешении при втором пришествии Христа. Для этого предполагалось использовать методы естествознания и опираться на доказанное Сеченовым единство души и тела.

И. М. Сеченов в молодости

За границей Сеченов не только развеял существовавшие даже среди лучших учёных Германии представления о «неспособности круглоголовой русской расы» понять современную физиологию, но и подготовил докторскую диссертацию «Материалы для будущей физиологии алкогольного опьянения», — одну из первых на русском языке, которую ему позволили защищать благодаря его не требовавшему подтверждения и дополнительного совершенствования при подготовке диссертации экспертному знанию латыни. Диссертацию он успешно защитил в 1860 году в Медико-хирургической академии в Петербурге, куда к этому времени был переведён вице-президентом И. Т. Глебов. В том же году по приглашению И. Т. Глебова начал работать на кафедре физиологии этой академии, где вскоре организовал физиологическую лабораторию — одну из первых в России. За поразивший современников курс лекций «О животном электричестве» в Медико-хирургической академии — его посещали даже такие далёкие от медицины люди, как И. С. Тургенев и Н. Г. Чернышевский — удостоен Демидовской премии Петербургской АН. В начале 1862 участвовал в работе Вольного университета, затем трудился в Париже в лаборатории «отца эндокринологии» Клода Бернара, этот отпуск был, возможно, связан с арестами среди людей его круга по делам о прокламациях «Великорусс» и «Барским крестьянам от их доброжелателей поклон». В своём классическом труде «Физиология нервной системы» 1866 года подробно сформулировал своё учение о саморегуляции и обратных связях, в дальнейшем развитые теорией автоматического управления и кибернетикой, эти же проблемы Сеченов исследовал и во время годичного отпуска в 1867 году — официально по поводу лечения кожной аллергии, возможно, связанной с обращением в Сенат академика Медико-Хирургической академии Исидора с просьбой сослать Сеченова «для смирения и исправления» в Соловецкий монастырь «за предерзостное душепагубное и вредоносное учение». Большую часть этого отпуска он провел в Граце, в лаборатории своего венского друга физиолога и гистолога профессора Александра Роллета (1834—1903). Работая в Академии, принимал участие в организации в Севастополе научно-исследовательской морской биологической станции (ныне Институт биологии южных морей имени А. О. Ковалевского).

Покинув в 1870 году академию в знак протеста против «дискриминации дам» и забаллотирования рекомендованных им И. И. Мечникова и А. Е. Голубева, работал в химической лаборатории Д. И. Менделеева в Петербургском университете и читал лекции в Клубе художников. В 18711876 годах заведовал кафедрой физиологии в Новороссийском университете (ныне — Одесский национальный университет имени И. И. Мечникова) в Одессе. В 18761888 годах был профессором отделения анатомии, гистологии и физиологии кафедры зоологии физико-математического факультета Петербургского университета, где в 1888 также организовал отдельную физиологическую лабораторию[1]. Одновременно читал лекции на Бестужевских высших женских курсах, одним из основателей которых он был. Позднее он преподавал на женских курсах при обществе учительниц и воспитательниц в Москве. Вначале под влиянием идей Шарко ошибочно полагавший, что гениальные на столетия опережавшие уровень развития науки его времени предвидения И. М. Сеченова объяснялись состоянием аффекта, но затем сам возражавший против фальсификаций биографии И. М. Сеченова, лауреат Нобелевской премии И. П. Павлов считал невозможным правильно понять её без знания, что описываемые в «Что делать?» события предвосхитили роман И. М. Сеченова. Следует отметить, что хотя Н. Г. Чернышевский писал о восьми прототипах, в том числе, двух женщинах, основным прообразом «особенного человека» Рахметова действительно был шурин И. М. Сеченова, политкаторжанин, ссыльнопоселенец, в будущем — видный военный деятель царской России, генерал-лейтенант в отставке, Владимир Александрович Обручев[5]. Но вопреки распространённому мнению, несмотря на поддержку женского движения, дружбу семей и сотрудничество просветителей Н. Г. Чернышевского и И. М. Сеченова и сходство биографий героя романа «Что делать?» доктора Кирсанова и И. М. Сеченова, Веры Павловны и супруги И. М. Сеченова, учившейся у него вместе с Н. П. Сусловой, впоследствии доктора медицины, хирургии и акушерства офтальмолога Марии Александровны Боковой (в девичестве Обручевой — дочери генерал-лейтенанта Александра Афанасьевича Обручева), роман не был основан на реальных событиях жизни И. М. Сеченова. Как тонкий эстет, театрал (близкий знакомый И. М. Сеченова драматург А. Н. Островский даже написал труд «Актёры по Сеченову», в котором предвосхитил некоторые открытия Станиславского), любитель итальянской оперы, меломан и музыкант, поддерживавший Иванова, Антонину Нежданову, М. Е. Пятницкого, он не мог разделять эстетическую теорию Чернышевского и не мог быть прототипом героя романа «Отцы и дети» Базарова . Скорее, Н. Г. Чернышевский мог считать его прообразом Павла Петровича Кирсанова, и тогда понятен выбор Н. Г. Чернышевским фамилии героя Александра Кирсанова в романе, который он считал ответом на «Отцы и дети» И. С. Тургенева. И. М. Сеченов как создатель собственной стройной философии не мог разделять и метафизику Чернышевского. Противник любых медицинских и социальных экспериментов на людях И. М. Сеченов «как любой большой учёный, был инакомыслящим» (цитата из письма его родственника академика П. Л. Капицы) с точки зрения и бюрократии, и либералов, и «нигилистов». В 1887 году постановлением Тверского епархиального суда брак Марии и Петра Боковых был расторгнут, после этого И. М. Сеченов и М. А. Бокова скрепили свой давний фактический союз таинством венчания. Они превратили фамильное имение Обручевых Клепенино в образцовое имение России. Сеченов — не только дедушка русской кибернетики, но и двоюродный дед знаменитого учёного в области кибернетики, вычислительной техники, математической лингвистики, продолжателя исследований и педагогической деятельности И. М. Сеченова в сфере теоретической, математической и кибернетической биологии, в том числе, эндокринной системы, члена-корреспондента Академии наук А. А. Ляпунова. А. А. Ляпунов активно участвовал в борьбе с, во многом основанными на не имеющих ничего общего с жизнью и трудами И. М. Сеченова, официальными биографиями Сеченова, «советским творческим дарвинизмом» (то есть, в сущности, антидарвинизмом, утверждающим, что на примере растений и животных можно доказать: все приобретённые качества как руководителей партии и государства, так и эксплуататоров и врагов народа наследуются всеми потомками независимо от воспитания и образа жизни, даже если «сын за отца не отвечает»)[источник не указан 440 дней], не имеющей никакого отношения к И. П. Павлову «павловской физиологией», «советским нервизмом», «созданием нового человека (в лагерях)»[источник не указан 440 дней], никак не связанной с И. В. Мичуриным «мичуринской биологией»[источник не указан 440 дней], оккультной телеологией и витализмом, названными в СССР «материализмом» и приписываемыми И. М. Сеченову и И. П. Павлову[источник не указан 440 дней]. Сформулированное задолго до «Протестантской этики и духа капитализма» Макса Вебера учение И. М. Сеченова о связи этики с развитием народного хозяйства и о том, что для достижения подлинной свободы воли миряне, подобно монахам, должны непрерывно работать над собой и стремиться к своему индивидуальному идеалу рыцаря или дамы, не имеет ничего общего с «Орденом меченосцев» и «созданием нового человека» в трактовке Сталина[источник не указан 440 дней]. Ещё при жизни И. М. Сеченова рассматривавший его труды как явление боготворимой им русской словесности, подобно тому как французы считают Бюффона одним из создателей литературного языка, М. Е. Салтыков-Щедрин считал наиболее ярким свидетельством падения умственного уровня попытки как-то иначе отражать чёткие филигранные формулировки такого непревзойдённого мастера слова, как И. М. Сеченов, даже средствами музыки. Но официальные биографы Сеченова в СССР переформулировали сущность трудов Сеченова в стандартном ключе пропагандистских газетных клише 50-х годов ХХ века и приписывали все его успехи «партийному руководству его научной работой», игнорируя его дружбу с А. А. Григорьевым, И. С. Тургеневым, В. О. Ключевским, Д. В. Григоровичем, Ф. М. Достоевским, семьёй Боткиных, в том числе, другом Карла Маркса В. П. Боткиным — и они, и И. М. Сеченов, никогда не были марксистами (то есть, сторонниками всеобъемлющего иррационального «диалектического материализма» И. Дицгена, кардинально отличающегося от рационалистической «материалистической диалектики» самого Маркса). Биографы И. М. Сеченова поэтому с целью организации репрессий против всегда сомневавшихся в достоверности «материалистических биографий» академика многочисленных родственников И. М. Сеченова и напечатали нашумевшие статьи «Семантический идеализм — философия империалистической реакции», «Кибернетика — наука мракобесов», «Кому служит кибернетика», объявившие кибернетику лженаукой, а научный метод И. М. Сеченова — «механицизмом, превращающимся в идеализм». И. М. Сеченов, получивший солидное инженерное и физико-математическое образование и эффективно применявший его в своей научной и педагогической деятельности, конечно, использовал и тот подход, который был назван позднее кибернетикой. Он сам подготовил, хотя и не издал, курс высшей математики. По мнению академика А. Н. Крылова, из всех биологов только Гельмгольц, известный и как крупный математик, мог знать математику не хуже Сеченова. Ученик Сеченова А. Ф. Самойлов вспоминал: «Мне представляется, что облик Гельмгольца — физиолога, физиолога-философа и облик И. М. Сеченова близки, родственны друг другу и по характеру круга мыслей, их привлекавших и захватывавших, и по умению утверждать свою позицию трезвого естествоиспытателя в областях, где царила дотоле спекуляция философов». И. М. Сеченов — президент I Международного психологического конгресса в Париже в 1889.

С 1889 года — приват-доцент, с 1891 — ординарный профессор физиологии Московского университета. В 1901 вышел в отставку, но продолжал экспериментальную работу, а также преподавательскую деятельность на Пречистенских курсах для рабочих в 1903—04 годах.

Его друг, коллега и историк науки К. А. Тимирязев резюмировал:

« Едва ли какой из современных ему физиологов… обладал таким широким охватом в сфере своих собственных исследований, начиная с чисто физических исследований в области растворения газов и кончая исследованием в области нервной физиологии и строго научной психологии… Если прибавить к этому блестящую, замечательно простую, ясную форму, в которую он облекал свои мысли, то станет понятно то широкое влияние, которое он оказал на русскую науку, на русскую мысль даже далеко за пределами своей аудитории и своей специальности. »

М. Е. Салтыков-Щедрин полагал, что русским, подобно тому, как французы считают Бюффона одним из основоположников своего литературного языка, следует также почитать и И. М. Сеченова как одного из основателей современного русского литературного языка.

Труды учёного[править | править вики-текст]

И. М. Сеченов. Портрет работы И. Репина (1889)

Развитие физиологии[править | править вики-текст]

К 18631868 годам относится окончательное формирование физиологической школы Сеченова. Ряд лет он со своими учениками занимался физиологией межцентральных отношений. Наиболее существенные результаты этих исследований опубликованы в его работе «Физиология нервной системы» (1866).

Сеченов много переводил, редактировал переводы книг зарубежных учёных в области физиологии, физики, медицинской химии, биологии, истории науки, патологии, причём труды по физиологии и патологии он кардинально перерабатывал и дополнял результатами собственных исследований. Например, в 1867 году вышло в свет руководство Ивана Михайловича «Физиология органов чувств». Переделка сочинения «Anatomie und Physiologie der Sinnesorgane» von A. Fick. 1862—1864. «Зрение», а в 1871—1872 годах под его редакцией в России был опубликован перевод труда Чарльза Дарвина «Происхождение человека». Заслугами И. М. Сеченова являются не только распространение дарвинизма в России, где, например, А. Н. Бекетов пришёл к эволюционным идеям независимо от Уоллеса и Дарвина, но и проведенные им впервые в мире синтез физико-химических и эволюционной теорий и приложение идей дарвинизма к проблемам физиологии и психологии. И. М. Сеченов по праву может считаться предшественником современного развития эволюционной физиологии и эволюционной биохимии в России.

С именем Сеченова связано создание первой всероссийской физиологической научной школы, которая формировалась и развивалась в Медико-хирургической академии, Новороссийском (ныне — Одесский национальный университет имени И. И. Мечникова), Петербургском и Московском университетах. В Медико-хирургической Академии независимо от Казанской школы Иван Михайлович ввёл в лекционную практику метод демонстрации эксперимента. Это способствовало возникновению тесной связи педагогического процесса с исследовательской работой и в значительной степени предопределило успех Сеченова на пути создания собственной научной школы.

Организованная учёным в Медико-хирургической академии физиологическая лаборатория была центром исследований в области не только физиологии, но также фармакологии, токсикологии и клинической медицины.

Осенью 1889 года в Московском университете учёный прочёл курс лекций по физиологии, который стал основой обобщающего труда «Физиология нервных центров» (1891). В этой работе был осуществлён анализ различных нервных явлений — от бессознательных реакций у спинальных животных до высших форм восприятия у человека. Последняя часть этого труда посвящена вопросам экспериментальной психологии. В 1894 году он публикует «Физиологические критерии для установки длины рабочего дня», а в 1901 — «Очерк рабочих движений человека». Существенный интерес представляет также работа «Научная деятельность русских университетов по естествознанию за последнее двадцатипятилетие», написанная и опубликованная в 1883 году.

Исследования головного мозга. Центральное торможение[править | править вики-текст]

Ещё в «Тезисах» к докторской диссертации Сеченов выдвинул положение о своеобразии рефлексов, центры которых лежат в головном мозге, и ряд идей, способствовавших последующему изучению головного мозга.

В Париже в лаборатории Клода Бернара (1862) Иван Михайлович экспериментально проверил гипотезу о влиянии центров головного мозга на двигательную активность. Он обнаружил, что химическое раздражение продолговатого мозга и зрительных бугров кристалликами поваренной соли задерживало рефлекторную двигательную реакцию конечности лягушки.

Опыты были продемонстрированы Сеченовым Бернару, в Берлине и Вене Дюбуа-Реймону, Людвигу и Э. Брюкке. Таламический центр торможения рефлекторной реакции был назван «сеченовским центром», а феномен центрального торможения — сеченовским торможением. Статья, в которой Сеченов описал явление центрального торможения, появилась в печати в 1866 году. По свидетельству Чарльза Шеррингтона (1900), с этого момента было принято доктриной предположение о тормозящем влиянии одной части нервной системы на другую, высказанное ещё Гиппократом. Всеобщему признанию и научности этого предположения Гиппократа мешали представления о необходимости существования для этого всеобъемлющей системы тормозящих нервов, отсутствие которой доказал Сеченов открытием центрального торможения.

В том же году Сеченов опубликовал работу «Прибавления к учению о нервных центрах, задерживающих отражённые движения», в которой обсуждался вопрос, имеются ли в мозгу специфические задерживающие механизмы или действие тормозных центров распространяется на все мышечные системы и функции. Так была впервые выдвинута концепция о неспецифических системах мозга.

Позднее выступает с публичными лекциями «Об элементах зрительного мышления», которые в 1878 году были им переработаны и опубликованы под названием «Элементы мысли». В 1881—1882 годах Сеченов начал новый цикл работ по центральному торможению головного мозга.

Им были открыты самопроизвольные колебания биотоков в продолговатом мозге.

Сеченов и психология[править | править вики-текст]

Иван Михайлович углублённо изучал различные направления философии и психологии, полемизировал с представителями разных философско-психологических направлений— П. Л. Лавровым, Константином Кавелиным, Г. Струве. В 1873 году были опубликованы «Психологические этюды», объединившие «Рефлексы головного мозга» (4-е издание), возражения Кавелину и статью «Кому и как разрабатывать психологию». Сеченов применял психологию в педагогической и общественной деятельности, участвовал в работе новых судов присяжных в качестве присяжного заседателя и дружил со многими известными судебными деятелями, был мировым посредником в спорах между крестьянами и помещиками.

Важнейшее значение вклада Сеченова в психологию состояло в «… радикальном перемещении отправного пункта психологического мышления с непосредственно данных феноменов сознания, веками считавшихся для познающего ума первой реальностью, к объективному поведению», писал Михаил Ярошевский. Это была, по выражению Ивана Павлова, «… поистине для того времени чрезвычайная попытка… представить себе наш субъективный мир чисто физиологически».

В 1890-х годах Сеченов выступает с циклом работ по проблемам психофизиологии и теории познания («Впечатления и действительность», 1890; «О предметном мышлении с физиологической точки зрения», 1894), существенно перерабатывает теоретико-познавательный трактат «Элементы мысли».

Опираясь на достижения физиологии органов чувств и исследования функций двигательного аппарата, Иван Михайлович развивает идеи о мышце как органе достоверного познания пространственно-временных отношений вещей. Согласно Сеченову, чувственные сигналы, посылаемые работающей мышцей, позволяют строить образы внешних предметов, а также соотносить предметы между собой и тем самым служить телесной основой координации движений и элементарных форм мышления. Эти идеи о мышечной чувствительности стимулировали разработку современного учения о механизме чувственного восприятия.

Впервые «мышечное чувство» (проприоцепция) было открыто И. М. Сеченовым задолго до президента Британского королевского общества (аналог Академии наук) Шеррингтона, признававшего приоритет «русского учёного», но в 1932 году единолично награждённого после смерти нашего гения присуждаемой только живым исследователям Нобелевской премией за полученные им и И. М. Сеченовым результаты.

Сеченов отстаивает рационалистическую трактовку всех нервно-психических проявлений (включая сознание и волю) и тот подход к организму как целому, который был воспринят современной физиологией и психологией.

Заслуги[править | править вики-текст]

Могила И. М. Сеченова на Новодевичьем кладбище

Сеченов, по принятому в России мнению, превратил физиологию в точную науку и клиническую дисциплину, используемую для постановки диагноза, выбора терапии, прогноза, разработки любых новых методов диагностики, лечения и реабилитации, любых новых лекарств, для защиты человека от опасных и вредных факторов, исключения любых экспериментов на людях в медицине, общественной жизни, всех отраслях науки и народного хозяйства.

Сеченов всё проверял только на самом себе. Однажды выпил даже колбу с туберкулёзными палочками, чтобы доказать, что только ослабленный организм подвержен этой инфекции - направление, которое впоследствии развивал его друг и ученик удостоенный после смерти Сеченова присуждаемой только живым исследователям Нобелевской премии И. И. Мечников. Сеченов вспоминал, что в 60х годах он отказался от предложения Санкт-Петербургской академии наук избрать его действительным членом, так как ещё во время учёбы в Инженерном училище выступал против блата и продвижения "молодых гениев" из семей высокопоставленных чиновников (хотя в старший офицерский класс формально его не перевели исключительно за историю, немного похожую на описанную в рассказе "Сирень" Куприна - с кляксой на чертеже тушью ночью перед сдачей работы) и согласился быть только членом-корреспондентом. Но когда он достиг возраста, то его противники из Министерства просвещения трижды запрещали избрать Сеченова действительным членом, и он был избран почётным членом Академии наук только незадолго до смерти в 1904 году, когда уже оставил все должности в государственных учреждениях образования и науки, чтобы дать дорогу молодым. Такие же непримиримые противники были у Сеченова и за рубежом, в том числе, потому, что отстаиваемое им эволюционное учение тогда осуждалось Ватиканом и большинством протестантов. Когда И. П. Павлов получил Нобелевскую премию, так как враги Сеченова не позволили бы получить эту премию ему самому, но сам Павлов всё же терзался тем, что не использовал своё влияние в интересах Сеченова и ожидал упрёков от научного сообщества, то Сеченов первым поздравил Павлова с его достижением и обеспечил соответствующее отношение учёных России к первой Нобелевской премии российской науки. Наиболее отвратительным экспериментом на людях Сеченов считал крепостное право, и незадолго до смерти отправил крестьянам села Тёплый Стан сумму денег, эквивалентную той, которую он потратил на своё образование из средств, полученных им от родителей-помещиков.[6].

В своём написанном для журнала «Современник» Н. А. Некрасова классическом труде «Рефлексы головного мозга» (1862-1863 г., работа впервые опубликована в журнале "Медицинский вестник" №47-48 1863 года) обосновал рефлекторную природу бессознательной деятельности и привёл аргументы в пользу аналогичной природы сознательной, предположив, что в основе всех психических явлений лежат физиологические процессы, которые могут быть изучены объективными методами, и которые определяются взаимодействием клеток, организмов и популяций с внешней (основной биологический закон Рулье-Сеченова) и внутренней средой. Сам автор называл статью иначе — «Попытка свести способы происхож­дения психических явлений на физиологические основы», и подарил своей невесте текст этой статьи с вычеркнутым названием, предложенным цензурой, и с приписанными своей рукой своим названием и вычеркнутым цензурой заключением. В своём труде Сеченов утверждал, что вся разнообразная психическая деятельность человека является ответом го­ловного мозга на внешнее раздражение. Цензура в течение всей жизни учёного запрещала публиковать основной вывод этой работы: «только при развитом мной воззрении на действия человека в последнем возможна высочайшая из добродетелей человеческих — всепрощающая любовь, то есть, полное нисхождение к своему ближнему». Свобода воли проявляется целенаправленным изменением каждым отдельным человеком своей внешней и внутренней среды. Задача общества — не мешать человеку становиться таким образом рыцарем. Если современные физика, химия, математика не могут в этом помочь человечеству и/или объяснить явления, изучаемые психологией, физиологией и биологией, то физиологи должны сами создавать необходимые физические и химические теории или ставить соответствующие задачи перед химиками и физиками. Выступив как защитник традиций классического медицинского образования «на стороне „древних“ (врачей-философов древности) против „новых“» («Битва книг», Джонатан Свифт) оппонентом Р. Вирхова и сторонников его концепции «целлюлярной патологии», впервые в мире сформулировал учение об анатомическом и молекулярном принципах физиологии, в изложении которого, признавая решающее значение в нормальной физиологии являющегося высшим этапом развития анатомического принципа клеточного принципа Р. Вирхова, подчеркнул значение молекулярного принципа как единственно возможного общего принципа (клинической) патофизиологии, так как, в частности, дифференцировка клеток, формирование органов и тканей, обмен сигналами между органами, тканями, отдельными клетками осуществляются в среде биологических жидкостей, и обычно патологические процессы взаимосвязаны с изменением химического состава этих биологических жидкостей.

Отвергнув ранее господствовавшее учение о всеобъемлющей системе тормозящих нервов, доказал её отсутствие и обосновал теорию передачи сигналов торможения изменением химического состава биологических жидкостей, особенно плазмы крови. Исследовал почечное кровообращение, пищеварение, газообмен в лёгких, дыхательную функцию крови, открыл роль карбоксигемоглобина в дыхании и в венозной системе. Открыл явления флуоресценции хрусталика, центрального торможения, суммации в нервной системе, «рефлекс Сеченова», установил наличие ритмических биоэлектрических процессов в центральной нервной системе, обосновал значение процессов обмена веществ в осуществлении возбуждения. Впервые в мире локализовал центр торможения в головном мозге (таламический центр торможения, центр Сеченова), обнаружил влияние ретикулярной формации головного мозга на спинномозговые рефлексы. Вместе с женой впервые перевёл на русский язык сочинение Чарльза Дарвина «Происхождение человека и половой отбор» и был крупнейшим популяризатором эволюционного учения в России.

Создатель объективной теории поведения, основоположник современных молекулярной физиологии, клинической патофизиологии, клинической лабораторной диагностики, психофизиологии, наркологии, гематологии, нейроэндокринологии, нейроиммунологии, молекулярной медицины и биологии, протеомики, биоэлементологии, медицинской биофизики, медицинской кибернетики, авиационно-космической медицины, физиологии труда, возрастной, сравнительной и эволюционной физиологии и биохимии. Провозвестник («дядюшка», как он себя называл) русского космизма, синтетической теории эволюции и создания современных клеточных технологий формирования искусственных органов и восстановления органов. Научно обосновал необходимость активного отдыха («эффект Сеченова») и продолжительность рабочего дня не более шести, максимум восьми часов [8]. Кроме того, он установил закон растворимости газов в водных растворах электролитов.

«…Физиология должна признать своего неоспоримого отца в высокоталантливой и столь же оригинальной и светлой личности Ивана Михайловича Сеченова, — писал физиолог и историк науки К. А. Тимирязев. — …ни один русский учёный не имел такого широкого и благотворного влияния на русскую науку и развитие научного духа в нашем обществе…» Павлов также считал Сеченова «отцом русской физиологии». Иосиф Сталин в ноябре 1941 года назвал Сеченова среди тех, кто олицетворяет дух народа, и за кого «братьям и сестрам» надо сражаться. Труды Сеченова и его пример оказали влияние и до сих пор продолжают оказывать влияние на развитие психологии, биологии, естествознания, нефтегазодобычи, газотранспортной отрасли, теории познания, правозащитного, женского, рабочего и профсоюзного движения, медицины и медицинских технологий.[7]

Отношения с церковью[править | править вики-текст]

И. М. Сеченов придерживался механицизма[8]. Однажды был наложен арест на отдельное издание ранее опубликованной в журнале "Медицинский вестник" работы «Рефлексы головного мозга» из-за, по мнению цензуры, крайних материалистических взглядов, якобы повлиявших на поведение на Каракозова, хотя он стрелял в царя за несколько часов до выхода издания в свет и работу в журнале "Медицинский вестник" тоже не читал. 31 августа 1867 года книга, в том числе с помощью опытного адвоката В. Д. Спасовича, была освобождена из-под ареста и поступила в продажу. Но в ней, как и в журнале, отстутствовал основный вывод Сеченова об обосновании им физиологической природы христианской любви. Своей невесте Сеченов подарил статью, где он своей рукой восстановил вычеркнутое цензурой.

Министр юстиции вынес выговор министру внутренних дел, которому подчинялась цензура, и признал полную правоту Сеченова в его защите православного вероучения и связанного с ним научного взгляда на мир. Однако работа Сеченова «Спор о душе» до 1894 года числилась в списках книг, запрещённых для хранения в библиотеках. Были у него разногласия с церковью и по вопросу о дуэлях, так как он признавал дуэли для защиты чести дам, хотя по всем остальным вопросам выступал за мирное решение споров, сам был мировым посредником, дружил с многими судебными деятелями. У Ивана Михайловича никогда не было лицензии на врачебную деятельность, он не обязан был платить за это налоги, поэтому он не только оказывал медицинскую помощь бесплатно, но и не был обязан сообщать в полицию о лечении им ран от холодного и огнестрельного оружия. В соответствии с авторским правом того времени, при переводах им книг в области патологии он их кардинально перерабатывал и включал в книги случаи из своей практики, обнаруживая при этом глубокое знание и инновации не только в области терапии, но и обработки и лечения ран, включая хирургическое.[9][10]. Отнюдь не как наследник критически относившегося к униатскому влиянию на украинское богословие Д. А. Сеченова, а по старой офицерской привычке И. М. Сеченов в православном храме всегда был в первом ряду и тщательно следил за правильностью богослужения и проповедей. Находившийся под влиянием униатского богословия первенствующий в Священном Синоде петербургский митрополит Исидор, бывший вместе с Сеченовым академиком Медико-хирургической академии, после бесед с Сеченовым о предлагаемой Сеченовым в результате его наблюдений в храмах реформе богословского образования попросил Сенат сослать Сеченова в Соловецкий монастырь «за душепагубное и вредоносное учение»[11]. Но другие члены Синода Исидора не поддержали, и Сенат заявление не рассмотрел, хотя и эволюционную теорию Дарвина и современную физиологию и психологию в программу богословских семинарий и академий тоже не включили. Соответственно, никаких решений, осуждающих Сеченова, несмотря на расхожие штампы, Церковью принято не было. Последователь Сеченова, ученик его ученика Пашутина, обер-прокурор Священного Синода С. М. Лукьянов продолжил движение в направлении, вызвавшем критику Исидора, и известен не только предоставлением возможности учащимся православных семинарий и академий глубоко изучить эволюционную теорию, но и борьбой за максимальную независимость церковно-приходских школ от Министерства просвещения, так как в то время соответствующая православному вероучению эволюционная теория оскорбляла чувства протестантов и католиков, работавших в Министерстве, и при подчинении Министерству была бы запрещена в церковно-приходских школах российской греко-кафолической православной церкви. В результате православные верующие могли бы попадать в духовную зависимость от униатских и протестантских миссионеров, выступавших против православия под маской борьбы с эволюционным учением, обоснованным ещё Святыми Отцами Православия. Православное богословие, в отличие от теологии, не является метафизикой, наукой наук, не предписывает учёным защищать противоречащие Священному Преданию и анафемствованные Православием идеалистические теории. Несмотря на критику в частных письма всегда остававшегося душой компании учащихся и выпускников Инженерного училища И. М. Сеченова, наследника нетерпимого к униатству Д. А. Сеченова, выходцем из семьи потомственных униатских священников замкнутым одиночкой Ф. М. Достоевским оба были согласны в главном: человек — его тело, душа и дух, — это чудо не в обыденном, а в христианском смысле... Впоследствии родственник Ф. М. Достоевского Ф. Г. Добржанский очень много сделал для обоснования соответствия теории эволюции не только православному вероучению, но и христианству в целом, так как большинство христиан США, где он жил, были католиками или протестантами, для которых Священное Предание Святых Отцов, высказывавших эволюционные идеи, не являлось основным источником веры, в отличие от И. М. Сеченова и других православных. Православные верующие И. М. Сеченов и его друг С. П. Боткин точно так же, как ученик С. П. Боткина атеист-рационалист И. П. Павлов, поддерживали эволюционное учение, в первую очередь, для борьбы с теми, кто его отрицанием пытался обосновать дешёвые медицинские и иные эксперименты над русскими и украинцами как предками людей вместо дорогостоящих экспериментов на животных...Святитель Лука (Войно-Ясенецкий) в своей книге[12] подчёркивал, что теория последователя И. М. Сеченова — И. П. Павлова — о центральной нервной системе полностью соответствует православному вероучению.

И. М. Сеченов был категорически против любых экспериментов на людях и настаивал на дорогостоящих экспериментах исключительно на животных. Тем не менее, официально эксперименты на людях в России были запрещены только после выхода книги В. В. Вересаева.[13].

Признание заслуг[править | править вики-текст]

Важнейшие публикации[править | править вики-текст]

  • «Рефлексы головного мозга» — 1863
  • «Физиология нервной системы» — 1866
  • «Элементы мысли» — 1879
  • «О поглощении СО2 растворами солей и сильными кислотами» — 1888
  • «Физиология нервных центров» — 1891
  • «О щелочах крови и лимфы» — 1893
  • «Физиологические критерии для установки длительности рабочего дня» — 1895
  • «Прибор для быстрого и точного анализа газов» — 1896
  • «Портативный дыхательный аппарат» — 1900, совместно с М. Н. Шатерниковым.
  • «Очерк рабочих движений человека» 1901
  • «Предметная мысль и действительность» — 1902
  • «Автобиографические записки» — 1904[16]

Примечания[править | править вики-текст]

  1. Ныне село Сеченово Нижегородской области
  2. 1 2 Сеченов Иван Михайлович // Большая советская энциклопедия: [в 30 т.] / под ред. А. М. Прохоров — 3-е изд. — М.: Советская энциклопедия, 1969.
  3. Кононков А. Ф. Михаил Фёдорович Спасский — видный русский физик и метеоролог XIX века. (К 150-летию со дня рождения и 100-летию со дня смерти) // Успехи физических наук. —1959 г. — т. LXVIII. — вып.4. — С. 731—734.
  4. Х. С. Коштоянц И. М. Сеченов — великий русский учёный // Российская академия наук
  5. Обручев Владимир Александрович // Деятели революционного движения в России : в 5 т. / под ред. Ф. Я. Кона и др. — М. : Всесоюзное общество политических каторжан и ссыльнопоселенцев, 1927—1934.
  6. И. М. Сеченов. Справочник потребителя. http://www.tamcredit.ru/tl/aca591aj/def.pl
  7. Иванова О. М. Анатомический и молекулярный принципы в новых технологиях исследования типового патологического процесса ишемической болезни сердца и сопровождающих её расстройств функциональных систем. Вестник новых медицинских технологий. 2002, № 4, с. 54-58
  8. И. М. Сеченов. О предметном мышлении с физиологических позиций. relig-library.pstu.ru
  9. Сеченов И.М. Рефлексы головного мозга.. www.raruss.ru. Проверено 29 марта 2016.
  10. Высшая нервная деятельность, подробно - Психологос. www.psychologos.ru. Проверено 29 марта 2016.
  11. Е. Ф. Грекулов. Православная церковь — враг просвещения. Изд-во Академии наук СССР, 1962. Стр. 156.
  12. Лука, архиепископ. О духе, душе и теле. //Сайт «Вехи»
  13. Вересаев В. В. Записки врача.
  14. Сеченов Иван Михайлович — Летопись Московского университета
  15. Метрическая запись о крещении Софьи Ковалевской, дочери Софьи Ковалевской, другом семьи которой он был
  16. Автобиографические записки Ивана Михайловича Сеченова. Наука в СССР в годы Великой Отечественной Войны. nauka1941-1945.ru. Проверено 29 марта 2016.

Литература[править | править вики-текст]

  • Сеченов, Иван Михайлович // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  • Сеченов Иван Михайлович — статья из Большой советской энциклопедии
  • И. М. Сеченов (некролог) // Сибирский листок. — Тобольск. — № 91. 20 ноября 1905
  • Введенский Н. Е. И. М. Сеченов // Труды С.-Петербургского общества естествоиспытателей. — 1906. — Т. 36. — Вып. 2.
  • Иванова О. М. Анатомический и молекулярный принципы в новых технологиях исследования патологического процесса ишемической болезни . — С. 54—58.
  • Кекчеев К. Х. И. М. Сеченов. — М., 1933. — (Жизнь замечательных людей)
  • Коштоянц Х. С. И. М. Сеченов — М., 1950.
  • Ноздрачёв А. Д., Пастухов В. А. VIVOS VOCO Гениальный взмах физиологической мысли. К 170-летию со дня рождения И. М. Сеченова // «Природа». — № 11. — 1999.
  • Белов П. Т. Материализм Сеченова. — М., 1949
  • Ухтомский А. А. И. М. Сеченов в Ленинградском университете // Ухтомский А. А. Доминанта души. — Рыбинск, Рыбинское подворье, 2000.
  • Фридланд Л. С. Страницы одной жизни. — Л.: Лениздат, 1959.
  • Ярошевский М. Г. И. М. Сеченов. — Л., 1968.
  • Мирский М. Б. И. М. Сеченов — М.: Просвещение, 1978. — 120 с. — (Люди науки).
  • Мирский М. Б. Революционер в науке, демократ в жизни: Иван Михайлович Сеченов — М.: Знание, 1988. — (Творцы науки и техники).
  • И. М. Сеченов (некролог) // Сибирская торговая газета. № 247. 18 ноября 1905 года. Тюмень.

Ссылки[править | править вики-текст]