Ягужинский, Павел Иванович

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Павел Иванович Ягужинский
Павел Иванович Ягужинский (Ягушинский).jpg
Герб Корвин под графской короной
Герб Корвин под графской короной
Флаг Генерал-прокурор
12 января 1722 — 1726
1730 — 6 апреля 1735
Предшественник должность учреждена
Преемник Трубецкой, Никита Юрьевич

Рождение 1683(1683)
Смерть 17 апреля 1736(1736-04-17)
Санкт-Петербург
Место погребения
Род Ягужинские
Супруга Ягужинская, Анна Гавриловна
Дети Сергей Павлович Ягужинский и Прасковья Павловна Ягужинская[d]
Награды
RUS Imperial Order of Saint Andrew ribbon.svg Кавалер ордена Святого Александра Невского
Звание генерал-аншеф
Commons-logo.svg Медиафайлы на Викискладе

Граф (с 1731) Па́вел Ива́нович Ягужи́нский (Ягуши́нский) (1683, Великое Княжество Литовское — 6 (17) апреля 1736, Санкт-Петербург) — русский государственный деятель и дипломат, сподвижник Петра I, камергер (1712)[1], обер-шталмейстер (1727)[2], генерал-аншеф (1727), первый в русской истории генерал-прокурор (1722—1726, 1730—1735)[3]. Славился честностью и неподкупностью, что в первую очередь и ценил в нём Пётр Великий.

Происхождение[править | править код]

Сын органиста Ягужинского, выходца из Литвы[4]. Вероятно, происходит из местечка Кубличи Полоцкого воеводства Великого княжества Литовского (ныне — Ушачский район, Витебской области, Белоруссия). В 1687 году вместе с семьёй отца приезжает в Россию.

Благодаря сметливости и исполнительности отлично зарекомендовал себя на службе у Ф. А. Головина (в качестве пажа, потом камер-пажа). В 1701 году был зачислен в гвардию, в Преображенский полк, став денщиком Петра I вместо Меншикова[5]. Из лютеранской веры перешёл в православную.

Дипломатические поручения Петра I[править | править код]

В 1710 году — капитан Преображенского полка. Женился на Анне Фёдоровне Хитрово и получил за ней большое приданое, включавшее среди прочего село Авчурино (усадьба) и село Сергеевское (ныне г. Плавск). Ещё раньше (9 июля 1706) получил от Петра I в вечное владение остров на реке Яуза близ Немецкой слободы[6].

Во время Северной войны Ягужинский регулярно исполнял дипломатические поручения Петра, в 1713 ездил с ним за границу[7]. В 1711 году участвовал в Прутском походе. В том же году сопровождал Петра в Карлсбад и Торгау на свадьбу царевича Алексея. В июне 1711 года получил чин полковника, 3 августа 1711 года — генерал-адъютанта[8]. 19 февраля 1712 года вторым в русской истории (после С. Г. Нарышкина) был пожалован чином камергера.

Ягужинский — один из немногих, кто присутствовал на бракосочетании царя с Мартой Скавронской. В ноябре 1713 года послан к копенгагенскому двору с извещением о прибытии Петра I с войском в герцогство Мекленбург[7]. В 1714 году вновь приехал в Данию для того, чтобы вместе с резидентом В. Л. Долгоруковым понуждать датскую корону к исполнению союзных обязательств[6].

После учреждения в 1718 году коллегий на Ягужинского возложено наблюдение за «скорейшим устройством президентами своих коллегий». Через год принимал участие в Аландском конгрессе[6], затем в 1720—21 годах представлял интересы России при венском дворе императора Священной Римской империи[7], где приискал для царя труппу комедиантов.

Ягужинский выехал для участия в работе Ништадтского конгресса 24 августа 1721 года, но по просьбе его соперника Остермана выборгский комендант И. М. Шувалов на целых два дня задержал его в Выборге, и когда Павел Ягужинский приехал в Ништадт, то мир уже был заключён[6].

Устройство ассамблей и развод с женой[править | править код]

В молодости Ягужинский имел репутацию «весёлого собеседника, весельчака и неутомимого танцора», а также "царя всех балов, который зорко следил за посещением ассамблей и составлял для царя списки отсутствовавших придворных. Ни одна ассамблея, в бытность Ягужинского в России, не обходилась без его присутствия, и если, подвыпив, он пускался плясать, то плясал до упаду. Любя веселую, праздничную жизнь, Ягужинский вёл её на широкую ногу, тратясь на обстановку, на слуг, выезды и т. п. Петр Великий, нуждаясь в роскошных каретах для торжественных приемов, не раз временно брал их у Ягужинского. «Заведя обязательные ассамблеи, надзор за ними Петр возложил на Ягужинского, и он и в этой должности проявил то же рвение, старательность и быстроту, с которой выполнял все приказания своего государя»[6].

Виновный в нарушении этикета на ассамблее должен был осушить 1,5-литровый «кубок Большого орла». Этот момент изображён на эскизе В. Серова.

Брак Ягужинского с богатой и родовитой наследницей, состоявшийся при живом участии самого Петра I, Анны Федоровны Хитрово (1701—1733), оказался неудачным. Ягужинский, сопровождая императора, был часто в разъездах. Жена его, разлученная с детьми, жила в основном в Москве, где не могла похвалиться примерным поведением:

… убегала из дому и ночевала бог знает где, раз, между прочим, в избе своего же садовника, вела знакомство со многими дамами непотребными и подозрительными, бродила вне дома раздетая, скакала «сорокой», ворвалась в церковь, оскорбляла священнослужителя и метала на пол священные предметы[6].

В 1721 году на свадьбе Ю. Ю. Трубецкого произошла публичная ссора Ягужинского с женою, по церемониалу она должна была танцевать с мужем, но отказалась. Видевший её в 1722 году Берхгольц писал, что она почти никуда не выезжает и, живя в Петербурге, не выходит из дома, так как постоянно больна и страдает «меленколией»[9].

Вскоре Анна Фёдоровна была помещена в один из московских монастырей, и Ягужинский, отчасти вследствие настояний Петра I, обратился в Синод с просьбою о расторжении брака «дабы мне более в таком бедственном и противном житии не продолжиться, наипаче же бы бедные мои малые дети от такой непотребной матери вовсе не пропали». Ягужинская оправдывалась, что «оные-де непотребства чинила она в беспамятстве своем и меланхолии, которая-де случилась в Петербурге в 1721 г., и в скорби да печали от разлучения с сожителем и детьми своими, от скуки и одиночества»[6].

Это был один из первых в России бракоразводных процессов и, разумеется, он вызвал много толков. Валишевский утверждает, что ещё до начала развода Ягужинскому была подыскана видная собой невеста — одна из дочерей великого канцлера Головкина, именем Анна. Разрешение на развод последовало 21 августа 1723 года, а уже 10 ноября Петербург праздновал пышную свадьбу. По сведениям Бассевича, Ягужинский «настолько же был доволен своей второй супругой, насколько император своей»[10].

По просьбе Ягужинского, его первая жена указом императрицы Екатерины I была заключена в Феодоровский монастырь «до конца дней своих», откуда пыталась бежать два раза, но была поймана. Умерла, прожив в монастыре десять лет, монахиней с именем Агафьи[6].

Генерал-прокурор[править | править код]

С 22 января 1722 года — генерал-поручик. За четыре дня до того назначен первым в истории генерал-прокурором Правительствующего сената. В современной терминологии этому посту соответствует генеральный прокурор[11]. В его обязанности была вменена борьба с казнокрадством:

И понеже сей чин — яко око наше и стряпчий о делах государственных, того ради надлежит верно поступать, ибо перво на нём взыскано будет.

Из указа Петра I о введении должности генерал-прокурора

По характеристике СИЭ, первый генерал-прокурор «отличался прямотой, честностью и неподкупностью, неутомимостью в работе»[12]. Известен случай, когда, раздражённый всеобщим казнокрадством Пётр в Сенате потребовал принять закон, по которому каждый, кто украдёт у государства на сумму больше куска верёвки, будет на этой самой верёвке и повешен. Потрясённые сенаторы подавленно молчали. Наконец, всемогущий генерал-прокурор П. И. Ягужинский, честный и обаятельный алкоголик, ответил царю, что тогда у Петра не останется ни одного подданного, потому что «мы все воруем, кто больше, кто меньше». Потрясённый этим вошедшим в историю России ответом царь не решился принять такой закон. Император неустанно отмечал заслуги Ягужинского.

В мае 1724 года при учреждении для коронации Екатерины I роты кавалергардов он был назначен её командиром с чином капитан-поручика[6](РБС, XXV, с.15). Получил в вечное владение Мишин остров в устье Невы. В 1720 году для Ягужинского по проекту Г. Маттарнови и Н. Гербеля на набережной Невы был выстроен каменный трёхэтажный дом.

В качестве генерал-прокурора Ягужинский служил противовесом могущественному князю Меншикову и несколько ограничивал его аппетиты. При дворе в Ягужинском видели «обличителя и врага всех тех личных и своекорыстных стремлений», которые были свойственны «птенцам Петровым»[6]. После вступления на престол Екатерины I генерал-прокурор стал открыто ссориться с упрочившим своё положение Меншиковым, по-прежнему не пропускал ни одной придворной попойки, а во время всенощной в Петропавловском соборе взывал о защите к гробу покойного императора, так что опасались, что он может «в припадке отчаяния наложить на себя руки»[6](РБС, том XXV, с.17).

После учреждения Верховного тайного совета и установления меншиковского всевластия Ягужинский покинул пост генерал-прокурора и был отправлен 3 августа 1726 полномочным министром при польском сейме в Гродно, где разбирался вопрос о курляндском престолонаследии[13]. С 24 октября 1727 года — генерал-аншеф, хотя в армии уже давно не служил[6](РБС, том XXV, стр. 19).

Конфликт с Остерманом[править | править код]

Надпись на могиле Ягужинского

В последующие правления обер-шталмейстер Ягужинский не без успеха лавировал между противоборствующими придворными группировками. В январе 1730 года участвовал в заговоре «верховников», но, разуверившись в его успехе, 20 января известил обо всём Анну Иоанновну, объяснив ей, что большинство дворян не желают ограничения её власти. 16 января 1730 года был арестован, но вскоре освобождён[13].

Анна Иоанновна сполна вознаградила ренегата. Указом императрицы 4 марта 1730 Ягужинский назначен сенатором[14]. В том же году (20 декабря) получил в подчинение богатый Сибирский приказ, из которого должен был получать жалованье «по рангу». С 31 декабря 1730 года — подполковник Лейб-Гвардии Конного полка. В период со 2 октября 1730 по 1731 год — генерал-прокурор Сената. По его инициативе был создан первый в России кадетский корпус. 19 января 1731 года удостоен титула графа[13].

Влиянию Ягужинского положила конец ссора с Остерманом. В тот день, когда праздновалось получение последним графского титула, Ягужинский выпил лишнего и принялся осыпать своего недруга грубой бранью, за что императрица лишь слегка пожурила его[6]. Вице-канцлер, не забывший обиду, добился вскоре учреждения Кабинета министров и передачи этому органу основных правительственных функций. Ягужинский видел, что власть ускользает из его рук.

Повторились старые сцены: неприличные выходки, ссора, брань. Вновь подвергся бурным сценам Головкин. Ягужинский всюду где мог ругательски ругал немцев и, наконец, не только побранился и поссорился с Бироном, но и обнажил против него шпагу. Бирон ещё менее, чем Меншиков, склонен был переносить дикие выходки Ягужинского. Все считали его погибшим человеком и предполагали ссылку в Сибирь самым снисходительным наказанием, которого он может ожидать.

Императрица велела Ягужинскому покинуть свой двор и отправила его в очередную почётную ссылку — послом в Берлин. Заодно он был лишён придворной должности обер-шталмейстера (1732)[15]. Однако уже через два года Бирон, не имея средств побороть влияние Остермана, стал хлопотать о возвращении Ягужинского в Россию. Тот был 28 апреля 1735 года введён в состав Кабинета министров с возвращением должности обер-шталмейстера[15].

18.04.1735-06.04.1736 — кабинет-министр.

Бирон был в восторге от нового министра и верил ему во всем. Кабинеты иноземных государей предписывали своим министрам искать милостей Ягужинского. Дружбой с ним гордились послы, а князь Радзивилл искал руки его дочери. Ягужинский ставил дело так, что или сломит Остермана, или сам пропадет. Он уже забирал в руки свою былую власть. Его приговоров и решений особенно боялись высшие чиновники государства, потому что они, при безукоризненной справедливости, всегда были очень строги и быстро приводились в исполнение. Современники с вниманием и интересом следили за ростом могущества Ягужинского и ждали, когда начнется между ним и Остерманом схватка за власть.

Здоровье Ягужинского было уже давно расшатано, причём не столько той напряженной жизнью и непомерной работой, которую он нес без отдыха много лет, сколько кутежами и всякими излишествами. При его 52-х годах и подагре ему следовало бы вести более скромный образ жизни. Но он не унимался, неизменно посещал балы и пирушки, где пил не отставая от других[6]. В январе 1736 года заболел лихорадкой, которая осложнялась приступами подагры, и в апреле того же года умер. Похоронен в Благовещенской церкви Александро-Невской лавры[16]. Его вдова вторым браком вышла замуж за дипломата М. П. Бестужева-Рюмина. В 1743 г. по лопухинскому делу прилюдно высечена кнутом и отправлена в якутскую ссылку.

Отзывы современников[править | править код]

В своих записках испанский посол герцог Лирийский сообщает о нём:

Родом поляк и очень низкого происхождения, пришед в Россию в молодых очень летах, он принял русскую веру и так понравился Петру I, что сей государь любил его нежно до самой своей смерти. Он не слишком много знал военное дело, да и сам не скрывал этого, но был человек умный, способный, смелый и решительный. Полюбив кого один раз, он оставался ему искренним другом, а если делался врагом, то явным. Говорили, будто он лжив, но я не заметил в нём этого порока. Решась на что-либо, он был тверд в исполнении оного и к государям своим был весьма привязан. Но если случалось ему выпить лишний стакан вина, то он мог наделать множество глупостей; однако же после, оставив эту дурную привычку, он сделался совсем другим. Словом, это был один из способнейших людей в России.

[17]

Награды[править | править код]

Семья[править | править код]

Основная статья: Ягужинские
Графиня Прасковья Ягужинская, в браке княгиня Гагарина
  1. жена с 1710 года Анна Фёдоровна Хитрово (ум. 30.07.1733), единственная дочь стольника Фёдора Александровича Хитрово (ум. 1703), внучка А. С. Хитрово, человека богатого и влиятельного. Разведены в 1723. В браке имели детей:
    • NN Павлович (ум. 09.08.1724), в 1723 году был отправлен отцом для обучения в Германию, где и умер.
    • Екатерина Павловна (1713/14—1738), с 1730 года замужем за В. А. Лопухиным (1711—1757).
    • Наталья Павловна (1716—1786), была замужем за генерал-поручиком Федором Ивановичем Головиным (1704—1758).
    • Прасковья Павловна (171.—1775), с 1738 года замужем за сенатором князем С. В. Гагариным (1713—1782). В 1743 году она была с мужем замешана в известное Лопухинское дело, что, однако, не имело для них дурных последствий, их спасло незнание немецкого языка, хотя при них и происходили все разговоры.
  2. жена с 10 ноября 1723 года Анна Гавриловна Головкина (170.—1751), фрейлина, дочь канцлера графа Г. И. Головкина. Имели сына и трёх дочерей[11].
    • Анастасия Павловна (1724 - ?)
    • Сергей Павлович (1731—1806), дослужился до генерал-поручика, был женат первым браком на Анастасии Ивановне Шуваловой, сестре И. И. Шувалова; вторым на Варваре Николаевне Салтыковой (1749—1843), умер не оставив наследников.
    • Мария Павловна (1732—1755), фрейлина, 14 Февраля 1748 года была обвенчана с гофмаршалом двора графом Андреем Михайловичем Ефимовским (1717—1767).
    • Анна Павловна (1733—1801), фрейлина, с 1754 года супруга графа П. Ф. Апраксина, позднее приняла монашество под именем Августы.

Художественные образы[править | править код]

Примечания[править | править код]

  1. Волков Н. Е. Граф Ягужинский, Павел Иванович // Действит. камергеры // Список всем придворным чинам XVIII столетия по категориям и по старшинству пожалования // Двор русских императоров в его прошлом и настоящем. — СПб.: Печатня Р. Голике, 1900. — С. 172. — [2], VI, X, 246 с.
  2. Волков Н. Е. Граф Ягужинский, Павел Иванович // Обер-шталмейстеры // Список всем придворным чинам XVIII столетия по категориям и по старшинству пожалования // Двор русских императоров в его прошлом и настоящем. — СПб.: Печатня Р. Голике, 1900. — С. 161. — [2], VI, X, 246 с.
  3. Ягужинский П. И.//Советская историческая энциклопедия. М., Советская энциклопедия, 1973—1982. Под редакцией Е. М. Жукова. Том 16. Стр. 844—845
  4. Орлов А. С., Георгиева Н. Г., Георгиев В. А. Исторический словарь. 2-е издание. М., 2012. Стр. 588
  5. «По свидетельству одного из близких к нему людей, Петра дергали тогда по ночам такие конвульсии во всём теле, что он клал с собой на постель одного из денщиков и, только держась за его плечи, мог заснуть» (М. И. Семевский. Царица Катерина Алексеевна. М., 1994. Стр. 49).
  6. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 Фурсенко В. В. Ягушинский (Ягужинский), Павел Иванович // Русский биографический словарь : в 25 томах. — СПб.М., 1896—1918.
  7. 1 2 3 Петровское время в лицах. Изд-во Государственного Эрмитажа, 2007. Стр.60
  8. Петр I. Августа 3. — Указ о производстве ряда лиц в высшие военные чины // Письма и бумаги императора Петра Великого / Ред. коллегия: Б. Б. Кафенгауз, А. И. Андреев, Л. А. Никифоров. — М.: Наука, 1964. — Т. 11, вып. 2 (июль — декабрь 1711 года). — С. 74.
  9. Ф.- В. Берхгольц. Дневник 1721—1725 / Пер. с нем. И. Ф. Аммона. — М., 1902.
  10. Пётр Великий: Воспоминания (ред. Е. В. Анисимов). Пушкинский фонд, 1993. Стр. 170.
  11. 1 2 Генеральная прокуратура РФ | История в лицах
  12. Ягужинский П. И. // Советская историческая энциклопедия. — М.: Советская энциклопедия. Под ред. Е. М. Жукова. 1973—1982. Том 16. Стр. 844—845
  13. 1 2 3 Шикман А. П. Деятели отечественной истории. Биографический справочник. М.,1997
  14. 1 2 Кавалеры Императорского ордена Святого Александра Невского. Т. 1. — М.: Русскій міръ, 2009. — ISBN 978-5-8957-7143-3
  15. 1 2 Сухарева О. В. Кто был кто в России от Петра I до Павла I. М., 2005
  16. Ягушинский, граф Павел Иванович // Петербургский некрополь / Сост. В. И. Саитов. — СПб.: Типография М. М. Стасюлевича, 1913. — Т. 4 (С—Ө). — С. 671.
  17. Герцог Лирийский. Записки о пребывании при Императорском Российском дворе в звании посла короля Испанского // Россия XVIII в. глазами иностранцев. — Л., 1989. — С. 254.

Литература[править | править код]