Эта статья входит в число хороших статей

Присоединение Эстонии к СССР

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску

Присоедине́ние Эсто́нии к СССР (в Эстонии и многих других странах[уточнить] мира - Советская оккупация)[1][2][3][4][5][6] — политический процесс в истории Эстонии, приведший Эстонскую Республику к включению её в состав СССР. Аннексия и советизация Эстонии стали следствием подписания СССР и нацистской Германией в августе 1939 года договора о ненападении между Германией и Советским Союзом, секретный протокол которого зафиксировал разграничение сфер интересов этих двух держав в Восточной Европе. Этот процесс был частью общего процесса включения всех трёх стран Балтии в состав СССР [⇨].

В 1939—1940 годах СССР путём давления и угроз добился размещения на территории Эстонии крупного воинского контингента[⇨], а затем и смены правительства страны[⇨]. Руководимые представителями СССР эстонские левые провели выборы в парламент, который объявил Эстонию советской социалистической республикой и попросил о вступлении в состав СССР[⇨]. Следствием этих событий стала инкорпорация Эстонии в состав Советского Союза, советизация и массовые репрессии[⇨].

Различные политико-правовые оценки этих событий вызывают споры и конфликты до сегодняшнего дня[⇨].

История советско-эстонских отношений[править | править код]

В результате развала Российской империи большевики столкнулись с проблемой отколовшихся национальных окраин, включая Эстонию. После провала попытки установить советскую власть в Эстонии в ходе советско-эстонской войны, 2 февраля 1920 года РСФСР и Эстония заключили мирный договор, в соответствии с которым Советская Россия отказывалась от всяких суверенных прав на народ и территорию Эстонии, и первой в мире признавала де-юре Эстонскую Республику. При заключении договора Россия руководствовалась принципом самоопределения народов. Этот договор завершил военные действия между Россией и Эстонией, при этом тот факт, что Эстония выбрала другой путь развития, в качестве серьёзного препятствия не воспринимался, поскольку из-за продолжающейся Гражданской войны будущее советской власти оставалось под вопросом, и большевистскому руководству было не до мировой революции[7].

Тем не менее, Советским Союзом инспирировались и поддерживались антигосударственные движения в Эстонии начала 1920-х годов, кульминацией которых стал организованный вооружённый мятеж 1 декабря 1924 года. После провала мятежа влияние СССР на внутриполитическую ситуацию в Эстонии резко снизилось, однако в меньших масштабах сохранялось, главным образом, через Коммунистическую партию Эстонии[8]. СССР поддерживал тесные отношения с будущим президентом Эстонии Константином Пятсом, который с 1924 года лоббировал советские интересы в Эстонии и получал в советском торговом представительстве зарплату консультанта в 8 раз бо́льшую, чем зарплата депутата парламента[9]. В 1934 году СССР поддержал внешнеполитическое сближение Литвы, Латвии и Эстонии, а также продлил на 10 лет двусторонние договора о ненападении со всеми тремя странами[10].

В 1934 году СССР заключил договор о торговле с Эстонией, что помогло стране преодолеть последствия мирового экономического кризиса.

Отказ от претензий на восстановление принадлежащих России до Первой мировой войны территорий был временным. Независимость балтийских государств рассматривалась в Кремле как неприемлемое явление, руководством СССР разрабатывались соответствующие военно-стратегические планы[11].

Провал системы коллективной безопасности с Францией и Великобританией[править | править код]

Восточный пакт[править | править код]

Уже после прихода к власти нацистов в Германии и выхода этой страны из Лиги наций Советский Союз пытался создать в Европе систему коллективной безопасности. Одним из её инструментов был Восточный пакт, продвигавшийся Францией и СССР с февраля 1934 года. СССР приветствовал включение в пакт Германии, считая, что обязательства по этому договору ограничили бы её. Он также поддержал предложение Франции привлечь к участию в Восточном пакте прибалтийские государства. Таким образом, в окончательном списке участников Восточного пакта значились Польша, СССР, Германия, Чехословакия, Финляндия, Эстония, Латвия и Литва.[12]

Германия, поначалу остерегаясь выступать открыто против пакта, стала действовать через дипломатов Чехословакии, Польши, Румынии, Эстонии, Латвии, Литвы, поодиночке приглашая их в МИД и убеждая, что пакт не отвечает интересам их государств. Это стало известно советскому полпредству от французского посла в Берлине[13]. Германия мотивировала свой отказ от участия в пакте ограничениями на вооружение, наложенными на неё после Первой мировой войны, и это требование поддержала Великобритания.[14]

Начало передела Европы[править | править код]

1213 марта 1938 года состоялся аншлюс Австрии. 10 апреля в Германии и Австрии состоялся плебисцит об аншлюсе. По официальным данным, в Германии за аншлюс проголосовало 99,08 % жителей, в Австрии — 99,75 %[12].

1-10 октября 1938 года с молчаливого согласия Великобритании, Франции и Италии в соответствии с Мюнхенским соглашением Германия аннексировала Судетскую область Чехословакии. К захвату территорий присоединились Польша и Венгрия: одновременно с немецкими войсками, занимавшими Судеты, Польша ввела в Тешинскую область свою армию, а Венгрия оккупировала южные и восточные регионы Словакии.

В марте 1939 года Гитлер предъявил ультиматум Литве о возврате захваченного ею Мемельского края и получил его, заключив также договор о ненападении с Литвой.

Эти события заставили Францию и Великобританию в марте 1939 года вступить в переговоры с СССР в целях противодействия начавшейся немецкой экспансии[14]. В проекте договора, предлагавшегося Советским Союзом, присутствовало понятие «косвенной агрессии», предполагавшее право СССР ввести войска в пограничные государства, если он сочтёт, что их политика направлена против СССР[15]. Ранее, в марте 1938 года, советский военный атташе в Варшаве заявил, что если Польша вторгнется в Литву, а немцы займут Мемель, то советские войска вступят в Эстонию и Латвию[16].

Это было расценено в прибалтийских столицах, а также Лондоне и Париже, как намерение оккупировать лимитрофы. Со своей стороны, прибалтийские государства заявили о своём нейтралитете и объявили, что всякие гарантии, данные им без их просьбы, будут рассматривать как акт агрессии[15][17]. По мнению Уинстона Черчилля,

препятствием к заключению такого соглашения (с СССР) служил ужас, который эти самые пограничные государства испытывали перед советской помощью в виде советских армий, которые могли пройти через их территории, чтобы защитить их от немцев и попутно включить в советско-коммунистическую систему. Ведь они были самыми яростными противниками этой системы. Польша, Румыния, Финляндия и три прибалтийских государства не знали, чего они больше страшились, — германской агрессии или русского спасения.

Черчилль, 1991, с. 162—163

Как пишет российский историк Михаил Семиряга, граждане прибалтийских республик в то время, хотя и были недовольны своими правительствами, а некоторые были не против смены режима, в большинстве хотели жить в независимых государствах, а не в составе СССР[18].

Это мнение опровергается свидетельствами современников. Так, в своем донесении в МИД Латвии посланник страны в Эстонии В. Шуманис 21 января 1939 сообщал: «Эстония считает Россию врагом № 1; после того идет Германия». Комментируя затем обострение международной обстановки после германского ультиматума Литве и возврата Германии Мемеля, В.Шуманис указывает, что для эстонской элиты и государственного аппарата врагом номер один является Россия, тогда как в народе «по-прежнему наибольшим врагом считают немцев»: «Такое настроение в критический момент может привести к тому, что в народе не хватит достаточной силы духа, чтобы взяться за оружие против русских».[19]

Военные приготовления[править | править код]

17 апреля 1939 года посланник Латвии в Эстонии В.Шуманис сообщал в МИД, что «в эти дни в Эстонии уравнена продолжительность военной службы и продлена для всех родов войск до 18 месяцев», а «в мае или июне в Эстонии предусмотрено продлить всеобщую военную службу на 2 года». Однако, «по расчетам знатоков, нынешний состав частей вооруженных сил столь мал (в связи с годами мировой войны, когда рождаемость была очень ничтожна), что невозможно даже провести единовременную всеобщую мобилизацию, из-за недостатка кадров».[19]

Подписание пактов о ненападении между Германией, Латвией и Эстонией. Справа налево: министры иностранных дел Латвии Вильгельм Мунтерс, Германии Иоахим фон Риббентроп и Эстонии Карл Сельтер.

Поскольку соглашение о коллективной безопасности в Европе не было достигнуто из-за политики Запада по умиротворению Германии[14] и отказа Франции и Германии выдать балтийским странам гарантии на случай агрессии против них, 7 июня 1939 года в Берлине министр иностранных дел Эстонии К. Сельтер и министр иностранных дел Германии И. фон Риббентроп подписали Договор о ненападении, который выводил страну из-под влияния Великобритании и Франции и оформлял фактический протекторат Германии секретной клаузулой, согласно которой Эстония обязывалась принять «с согласия Германии все необходимые меры военной безопасности по отношению к Советской России».[19] Срок договора составлял десять лет, с автоматическим возобновлением на новый десятилетний период, с одной лишь оговоркой, что договор потеряет силу в случае прекращения действия Договора о ненападении между Германией и Латвией, заключённого в тот же день. В случае нападения одной из сторон на третью договор оставался в силе, хотя в подобных случаях такие договоры прекращают свое действие[19].

Еще при подготовке договора о ненападении между Германией и Эстонией, начатой 28 апреля 1939 года, посольства Великобритании разослали памятную записку о позиции правительства Его Величества, в которой указали, что «заключение пакта на таких условиях не будет следовать истинному нейтралитету. Правительство Его Величества сделало схожее заявление и другим Правительствам, которые ведут переговоры с Германским правительством»[19].

Видный эстонский политик Яан Тыниссон считал, что следовало отвергнуть предложение Германии о заключении пакта, подобно Швеции. В заключении договора он усматривал приближение Эстонии к фашистской Германии и фронду в отношении «блока демократических государств и первых друзей Эстонии Англии, Франции и Польши. Подлинное место Эстонии — вместе с Англией, Францией и Польшей и даже Россией против Германии, ибо в конце концов, если даже начнется война, демократические государства будут победителями».[19]

Высокопоставленные немецкие военные (Франц Гальдер и Вильгельм Канарис) посетили балтийские страны и вели там переговоры о военном сотрудничестве. По сообщению германского посланника в Таллине Фровайна, начальник штаба эстонской армии Николай Реэк заявлял ему, что Эстония может содействовать Германии в установлении контроля над Балтийским морем: «Финский залив очень легко заминировать против советских военных кораблей, не привлекая никакого внимания. Имеются и другие возможности».[20]

Советско-германский пакт[править | править код]

Молотов подписывает договор.
За ним Риббентроп, справа Сталин

Одновременно с переговорами с Англией и Францией СССР зондировал возможность наладить отношения с Германией, в результате подписав 23 августа 1939 года Договор о ненападении между Германией и Советским Союзом (пакт Молотова — Риббентропа)[14]. Германия и СССР сходились во мнении, что суверенитет малых государств, оказавшихся между двумя великими державами, подлежит ликвидации[21]. Согласно секретному дополнительному протоколу о разграничении сфер обоюдных интересов в Восточной Европе на случай «территориально-политического переустройства», предусматривалось включение Эстонии, Латвии, Финляндии, Восточной Польши (Западной Украины и Западной Белоруссии, отходившей по итогам Первой мировой войны к Советской России по линии Керзона) и Бессарабии в сферу интересов СССР[22][23][24]. Следствием этого пакта считается аннексия Эстонии Советским Союзом[25][26][27][28][29].

Содержание секретных протоколов, хотя они и не были опубликованы, не стало загадкой. Так, посол СССР в Эстонии Кузьма Никитин сообщал, что «эстонцы распространяют слух, что у СССР с Германией существуют помимо отпечатанного договора тайные пункты, по которым они собираются разделить Польшу и Прибалтику»[30][31]. В одном из сообщений он назвал Эстонию «бывшей провинцией» России, которую СССР может потребовать обратно.

С началом войны Никитин отмечал серьёзные экономические трудности Эстонии и утверждал, что сложилась благоприятная ситуация для давления на Эстонию в советских интересах[32][33].

17 сентября 1939 года, когда польское правительство покинуло свою страну и советские войска перешли польскую границу, Молотов в ноте дипломатическим представителям 24 государств, в том числе Латвии, Литвы, Эстонии и Финляндии, написал, что «В отношениях с ними СССР будет проводить политику нейтралитета».

Договор о взаимопомощи СССР и Эстонской республики[править | править код]

15 сентября 1939 года в Таллин как порт нейтрального государства зашла польская подводная лодка «Орёл». Однако 18 сентября, на следующий день после падения польского правительства (17 сентября 1939 года), экипаж подлодки разоружил охранников и вывел её в море. Советский Союз заявил, что Эстония нарушила нейтралитет, предоставив убежище и помощь польской подводной лодке, которая покинула Таллин и ушла в Англию. 19 сентября Вячеслав Молотов от лица советского руководства возложил ответственность за это происшествие на Эстонию, сочтя инцидент подтверждением неспособности Эстонии самостоятельно обеспечить безопасность на своей территории.

На проходивших в Москве торговых переговорах между Эстонией и СССР 24 сентября 1939 года, куда министр иностранных дел Эстонии Карл Сельтер прибыл по приглашению правительства Союза ССР, Вячеслав Молотов заявил: «Побег интернированной польской подводной лодки из Таллина показывает, что правительство Эстонии или не хочет, или не может поддерживать порядок в своей стране и тем самым ставит под угрозу безопасность Советского Союза. Подводная лодка была отремонтирована в Таллине, снабжена топливом, ей были оставлены 6 торпед и дана возможность уйти. Советский Союз, у которого на Балтийском море значительные интересы: большой порт в Ленинграде, большие военные и торговые флоты, ничем не защищен от подобных неожиданностей и в будущем. Необходимо дать Советскому Союзу действенные гарантии для укрепления его безопасности… и заключить военный союз или договор о взаимной помощи, который вместе с тем обеспечивал бы Советскому Союзу права иметь на территории Эстонии опорные пункты или базы для флота и авиации».

Молотов сообщил, что Балтийскому флоту поставлена задача отыскать польскую подлодку, поскольку она может угрожать советскому судоходству. Это привело к фактическому установлению морской блокады эстонского побережья[34]. Блокада сопровождалась вторжением советских кораблей в территориальные воды Эстонии и обстрелом её побережья[35][11].

Сельтер отбыл для переговоров с президентом и парламентом в Таллин. 25 сентября Сталин заявил послу Германии в СССР графу Шуленбургу, что он намерен «решить проблему Прибалтийских стран в соответствии с секретным протоколом» и в связи с этим ждёт поддержки со стороны германского правительства. Эта поддержка была оказана.

Тем временем на советской границе с Эстонией и Латвией была развёрнута мощная советская военная группировка, имевшая в составе 160 тыс. человек, 700 орудий, 600 танков и столько же самолётов. Армия Эстонии насчитывала всего 16 тысяч человек, 30 танков и 125 самолётов. 26 сентября 1939 года нарком обороны СССР Климент Ворошилов отдал приказ о том, чтобы 29 сентября «нанести мощный и решительный удар по эстонским войскам» с одновременным наступлением 7-й армии в направлении Риги, если латвийская армия окажет поддержку Эстонии. 27 сентября с целью принуждения Эстонии к подписанию пакта советское руководство приказало потопить собственный транспортный корабль «Металлист» и предъявило Эстонии претензию за эту акцию[36]. Эстонская армия завершила предмобилизационные приготовления к 27 сентября[35]. План вторжения в Эстонию был одобрен Ворошиловым 28 сентября. Балтийскому флоту была поставлена задача уничтожить эстонский флот и его военно-морские базы, блокировать доступ кораблей в Финский залив и подготовить захват таллинского укрепрайона[11][37].

26 сентября требования СССР обсуждались на заседании комиссий эстонского парламента по иностранным делам и государственной обороне[38]. В условиях, когда Латвия и Финляндия отказались оказать Эстонии поддержку, Англия и Франция (находившиеся в состоянии войны с Германией) не в состоянии были её оказать, а Германия рекомендовала принять советское предложение, эстонское правительство пошло на переговоры в Москве, в результате которых 28 сентября был заключён Пакт о взаимопомощи, предусматривающий размещение на территории Эстонии советских военных баз и 25-тысячного советского контингента[39][40].

28 сентября Германия взамен на Люблинское и часть Варшавского воеводства Польши уступила Советскому Союзу Литву, ранее отнесённую к зоне германских интересов[41][42].

Парламент Эстонии ратифицировал договор 4 октября[38].

В договоре советская сторона принимала обязательство не вмешиваться во внутренние дела Эстонии. Сталин планирован временно сохранить политическую и экономическую систему страны[43]. В беседе с Георгием Димитровым 25 октября 1939 года Сталин говорил: «Советское руководство полагает, что пактами о взаимопомощи с Эстонией, Латвией и Литвой была найдена форма, которая позволит Советскому Союзу включить в свою орбиту ряд стран. Но для этого пока надо строго соблюдать их внутренний режим и суверенитет, не добиваясь советизации. Придет время, … когда они сами это сделают»[44].

Тоомас Хийо пишет, что территория Эстонии де-факто попала под контроль СССР, а западные дипломаты трактовали результат договора как протекторат. Но формально Эстония оставалась независимым государством[38][45].

Между подписанием договора и ультиматумом[править | править код]

Попытка эстонских представителей в Москве затянуть переговоры и понизить правовой статус документов не увенчались успехом. Эстонская делегация безуспешно настаивала, чтобы базы сохранялись только на период войны и пыталась сократить масштабы перемещения населения в связи с выделением территорий под военные базы. Советские войска вступили на территорию Эстонии 18 октября 1939 года[46]. На территорию Эстонии были введены части 65-го Особого стрелкового корпуса и Особой группы войск ВВС общей численностью 21 347 человек, 283 танка, 54 бронеавтомобиля и 255 самолётов[47].

Исполнение договора вызвало большие трудности, поскольку договор заключался в большой спешке и формулировки были крайне расплывчатыми, а условия — непроработанными. Были большие сложности в вопросах о пользовании путями сообщения, телефоном и телеграфом, заключении арендных договоров на землю и постройки. Долго решались вопросы с медицинским обеспечением военных и членов их семей, валютой денежного довольствия и другие. В соответствии с договором о правовом положении советских военных баз, заключённым между СССР и Эстонией 15 мая 1940 года, советской стороне передавались новые обширные территории, в том числе город Палдиски, три острова, а также почти 100 других населённых пунктов[48].

Зимой во время войны СССР с Финляндией советская авиация, которая базировалась на эстонских аэродромах, принимала участие в бомбёжках финских городов. Эстонские историки считают это нарушением нейтрального статуса Эстонии[14][49], российский историк Сергей Ковалёв утверждает, что в связи с приданием советским базам «внеземельного статуса» использование территории Эстонии для военных действий против Финляндии не рассматривалось руководством Эстонии как нарушение советско-эстонского договора[50].

1 апреля 1940 года в Германии были изданы географические карты, на которых территории Литвы, Латвии и Эстонии были включены в состав СССР[51].

Советский ультиматум и ввод войск[править | править код]

План блокады побережья Эстонии советским Балтийским флотом под кодовым названием «Вулкан»[52]

Первое время СССР не вмешивался во внутренние дела Эстонии. Посольству рекомендовали не поощрять местных коммунистов, жаждавших немедленной советизации[53][54][55]. Однако после нападения Германии на Данию и Норвегию, захвата стран Бенилюкса и крупных военных успехов во Франции политика Кремля существенно изменилась, и было решено окончательно завершить балтийский вопрос присоединением этих стран к СССР[11]. Летом 1940 года СССР выдвинул обвинения в неисполнении пакта эстонским правительством[53].

Вначале советские претензии были предъявлены Литве. 30 мая в советских газетах было опубликовано заявление «Сообщение НКИД СССР о провокационных действиях литовских властей». Обвинения в соучастии в исчезновении нескольких красноармейцев не имели никаких доказательств, более того, литовские власти старались сделать всё, чтобы не раздражать советское руководство, и прилагали все усилия для возвращения дезертиров, но обвинения были лишь поводом для последовавшего ультиматума[53].

3 июня все советские войска в Прибалтике были выведены из состава округов и поставлены в прямое подчинение наркома обороны Семёна Тимошенко[56]. 10 июня на советских базах в Эстонии была объявлена боевая готовность. 14 июня была объявлена военная и морская блокада Прибалтики, в этот же день советские самолёты сбили над Финским заливом вылетевший из Таллина самолёт финской авиакомпании[57].

16 июня Молотов вручил эстонскому послу ультимативную ноту, в которой требовал немедленного ввода в Эстонию дополнительного контингента советских войск (2-3 корпуса) и формирования нового правительства с участием советских представителей. Обсуждать смягчение условий ультиматума Молотов отказался и дал время на ответ до конца текущих суток. Эстонское правительство приняло ультиматум[58]. Главное обвинение в ноте сводилось к тому, что правительства Эстонии и Латвии якобы нарушили пакт о ненападении 1932 года и пакт о взаимной помощи 1939 года, включив в эстоно-латвийский военный союз Литву, что будто бы явствует из созыва конференций министров иностранных дел этих государств в декабре 1939 и марте 1940 года. Советское правительство требовало немедленного составления нового правительства, которое могло бы обеспечить соблюдение заключённых пактов о взаимной помощи, а также — согласия на ввод советских войск для предотвращения «провокационных актов» против советских баз[59].

17 июня 1940 г. в Таллин вступили советские войска; одновременно на рейде встали корабли Балтийского флота и был высажен морской десант. Советскими военными властями были запрещены народные собрания, у населения в течение 24 часов было изъято оружие. Начальник военно-морской группы С. Кучеров потребовал от помощника военного министра Эстонской республики генерал-майора Августа Траксмаа в течение 48 часов передать в распоряжение Красной армии целый ряд военных и гражданских объектов и ресурсов, включая всю артиллерию ПВО[60].

Историки отмечают, что, несмотря на принятие ультиматума, ввод войск проводился в режиме военной операции, а до начала вторжения части НКВД получили приказ и были готовы к приёму, по разным данным, от 48 до 65 тысяч военнопленных[61]. Тыну Таннберг (эст.) и Энн Тарвел (эст.) считают, что в армейских кругах Эстонии, особенно среди молодых офицеров, была готовность к сопротивлению агрессии и защите независимости, однако правительство предпочло сдаться[11].

Смена правительства и выборы в парламент[править | править код]

18 июня советник советского посольства Бочкарёв назвал имена первых членов нового просоветского правительства Эстонии. Последующими событиями руководил уполномоченный ЦК ВКП(б) по Эстонии А. А. Жданов, прибывший в Таллин 19 июня.

С 17 по 21 июня в Таллине и Тарту состоялось несколько спорадических акций сопротивления (в частности, членами добровольческого военизированного общества Кайтселийт), во время которых полиция пыталась противодействовать демонстрациям и беспорядкам, организованным левыми[11]. Однако 21 июня под руководством представителей СССР и под охраной Красной армии в Таллине и ещё 11 городах состоялись демонстрации с требованиями отставки эстонского правительства и улучшения уровня жизни. Колонну демонстрантов, следовавших к президентскому дворцу в Кадриорге, сопровождали советские броневики[62].

В этот же день Жданов продиктовал Пятсу состав нового кабинета во главе с поэтом Йоханнесом Варесом (Барбарусом), придерживавшимся левых взглядов и вскоре вступившим в компартию. Фактически руководство страной осуществлялось посольством СССР. Были проведены чистки в государственном аппарате, в первую очередь в силовых структурах[63]. Из Ленинграда в Таллин прибыли сотрудники НКВД. Начались аресты и депортация граждан Эстонской республики, в том числе активно настроенных против советского режима[64][65][66].

Вслед за формированием подконтрольного СССР правительства Жданов распорядился в девятидневный срок провести выборы в нижнюю палату парламента. 5 июля Пятс принял указ о проведении внеочередных выборов. Они состоялись 14 июля 1940 года, по официальным данным в них приняло участие 591 030 граждан, или 84,1 % от общего числа избирателей[67]. За кандидатов «Союза трудового народа» (кандидатов других партий не регистрировали[68][69][70]) проголосовало 548 631 человек, или 92,8 % от числа голосовавших[71]. Выборы прошли с нарушениями действующих законов, в том числе конституции[72][73][65][74], а результаты были фальсифицированы[75][76][77][78].

Так, всем участникам голосования ставилась специальная отметка в паспорт. Тайное голосование отсутствовало, поскольку бюллетень опускал в урну не избиратель, а член комиссии[79]. Историки Индрек Паавле и Тоомас Хийо характеризуют новый парламент как «марионеточный»[45][78]. Елена Зубкова называет июньские события в Прибалтике «имитацией „народных революций“ под присмотром советских эмиссаров»[80].

Включение Эстонии в состав СССР[править | править код]

Просоветская демонстрация 17 июля 1940 года в Таллине

До выборов советские власти категорически отрицали планы о включении Эстонии в состав СССР, в предвыборной платформе «Союза трудового народа» это положение отсутствовало. При этом ещё 11 июля нарком обороны Тимошенко приказал сформировать управление Прибалтийского военного округа с дислокацией в Риге и включить войска, расположенные в Эстонии, в состав Ленинградского военного округа[81]. Однако 15 июля тональность советской пропаганды резко изменилась и был взят открытый курс на аннексию Эстонии.

21 июля первая сессия Рийгикогу нового созыва в присутствии в парламенте вооружённых советских солдат[82] и в нарушение конституционной процедуры[83] приняла решение об установлении в стране Советской власти и образовании Эстонской Советской Социалистической Республики. 22 июля была принята декларация о вступлении Эстонии в состав СССР. Рийгикогу обратилось с соответствующей просьбой к Верховному Совету СССР. В тот же день президент Константин Пятс подал прошение об освобождении его от полномочий президента, которое было удовлетворено. Полномочия президента, в соответствии с Конституцией, перешли к премьер-министру. 30 июля Пятс был депортирован в Башкирию.

6 августа 1940 года VII сессия Верховного Совета СССР приняла постановление о принятии в состав СССР Эстонской ССР[84].

Эстонская армия была переформирована в 22-й стрелковый корпус (двухдивизионного состава), командующим которым был назначен генерал-майор Густав Йонсон, бывший командующий вооружёнными силами Эстонской Республики (после нападения Германии на СССР был репрессирован)[85].

Советизация, сопротивление и репрессии[править | править код]

До немецкой оккупации[править | править код]

С официальным включением Эстонии в состав СССР началась советизация — преобразование общественной, экономической и культурной жизни Эстонии на советский лад. С 21 июня по 25 августа 1940 года были ликвидированы государственные органы, полиция, армия, финансовая и экономическая системы Эстонской Республики, началась реорганизация образовательных учреждений по советскому образцу, общественные организации были распущены[66]. В июле началась земельная реформа, осенью вместо эстонской кроны были введены в обращение советские рубли. Это вызвало резкое падение жизненного уровня рабочих и служащих[81].

22 августа 1940 года Постановлением Политбюро ЦК ВКП(б) был утверждён новый персональный состав руководства Эстонии. На этот раз власть была передана в руки коммунистов. Главой правительства был назначен Йоханнес Лауристин[86]. Учитывая ничтожную численность эстонских коммунистов (около 200 человек), центром была поставлена задача фактически заново создать компартию в республике. Для этого из имеющихся активистов назначили руководителей и ввели упрощённый приём в члены партии[87].

В январе 1941 года Президиум Верховного Совета Эстонской ССР своим решением назначил персональный состав исполнительных комитетов Советов рабочих депутатов в уездных, городских и сельских советах, не проводя формальных выборов в эти советы[66].

Установление Советской власти в Эстонии сопровождалось массовыми репрессиями. 6 ноября 1940 года Президиум Верховного Совета СССР принял указ, в соответствии с которым за преступления, совершённые на территории стран Прибалтики до их вхождения в состав СССР, надлежало судить по законам РСФСР. Таким образом, закон получил обратную силу[81].

До лета 1941 года были арестованы и большей частью высланы в советские тюрьмы и лагеря около 9400 человек[88]. Из числа арестованных в 1940 году, по крайней мере 250 человек были казнены, а по меньшей мере 500 — умерли в заключении; из арестованных в 1941 году более 1600 были казнены, и почти 4000 умерли в заключении. Из 11 высших руководителей Эстонии (глав государства и правительства) за период с 1918 по 1940 годы после советской аннексии выжил только бежавший в Швецию Август Рей. Отто Штрандман застрелился до ареста, трое были казнены, остальные умерли в заключении[66]. Также было арестовано 2/3 бывших министров, половина депутатов парламента и членов Верховного суда, высших госчиновников и уездных старейшин[89]. В отчёте командира полиции безопасности и СД, предназначенном не для пропаганды, а для внутреннего пользования, говорится о 623 казнённых НКВД в Эстонии[90]. В полном списке граждан Эстонии (основанном на материалах Эстонского государственного архива) расстрелянных по приговору советских военных трибуналов в 1940—1941 годах значатся 324 человека, из них 184 были расстреляны до 22 июня 1941 года. Национальный состав казнённых распределяются следующим образом: 138 эстонцев (75 %) и 46 русских (25 %)[91].

Данные о 8000 арестованных и 1950 расстрелянных впервые были обнародованы в 1943 году немецкими оккупационными властями в сентябре 1941 года для расследования «преступлений большевиков». Для этого Геббельсом была создана комиссия «Zentralstelle zur Erfassung der Verschleppten». Ещё нацистскими пропагандистами была издана книга под названием «Год страданий эстонского народа». И в этой книге говорилось не о 1950, а о 1850 расстрелянных в период «советской оккупации»[92].

По данным Эстонского бюро регистра репрессированных, 7048 человек были депортированы в июне 1941 года[91](5978 человека[93][94]). По оценке британских историков Джона Хайдена и Патрика Салмона, 23 подлежащих высылке категории «врагов народа» включали практически всех общественно активных граждан[95]. Это оценка основана на книге Ларра, но высылке не подлежали члены политических партий, военизированных и студенческих организаций, служители церкви, члены Красного Креста и «вообще все, кто имел хоть какие-то связи с заграницей (в том числе филателисты и интересующиеся эсперанто)». Подавляющее большинство депортированных мужчин погибли в лагерях. Как пишет историк Пеару Кууск, к весне 1942 года из 3500 мужчин, направленных в сибирские лагеря, в живых осталось всего 200[96]. Это утверждение эстонского историка является ложью[97]. По данным Эстонского бюро регистра репрессированных, число погибших среди ссыльных составило 33,1 % (2333 человека)[91].

Имели место и попытки сопротивления. Так, после выборов в Верховный Совет был сформирован нелегальный Комитет спасения во главе с адвокатом Уло Марамаа, имевший подразделения в 6 из 11 регионов Эстонии. Началась подготовка к организации вооружённого восстания на случай войны и отступления Красной Армии, были налажены контакты с финскими спецслужбами (на заседаниях комитета обсуждалась идея эстонско-финской федерации) и, в меньшей степени, немецкими дипломатами. Однако в конце 1940 года советские спецслужбы разгромили центр организации. В меньшем масштабе контакты с финскими спецслужбами продолжались и далее; так, с марта 1941 года ими готовилась группа эстонских разведчиков. Существовали и другие подпольные организации, однако их деятельность носила, как правило, локальный характер и ограничивалась сбором и распространением информации. Исключение составляли группа при Музее здравоохранения (организованная в сентябре 1940 года в Тарту сотрудниками музея, в том числе его директором и секретарём, и студентами Тартуского университета) и группы бывших членов Кайтселийта в Вырумаа (организовывавшиеся с октября 1940 года и насчитывавшие к лету 1941 года 30 ячеек с 430 членами). Особенно пополнилось подполье после депортаций 14 июня 1941 года, когда многие действующие и потенциальные члены антисоветского сопротивления сбежали в леса. Сопротивление принимало и символические формы: так, 24 февраля 1941 года, в День независимости Эстонии, по всей стране вывешивались национальные флаги, а к местам уничтоженных монументов Войны за независимость возлагались цветы[98].

Последствия советизации оказали существенное влияние на отношение эстонцев к немецкой оккупации. Несмотря на непростые исторические взаимоотношения между эстонцами и балтийскими немцами[99], многие эстонцы приветствовали вторжение Германии в СССР в июне 1941 года[100][95][101][102].

После немецкой оккупации[править | править код]

После окончания немецкой оккупации политика советизации была продолжена. Были воссозданы органы коммунистической партии и советской власти. В 1944—1950 годы все органы местного самоуправления были распущены и повсюду заменены административными органами по советскому образцу[103]. Завершилась начатая до войны национализация: частный сектор в промышленности был ликвидирован в 1945 году, в торговле — в 1947. С 1947 началась коллективизация сельского хозяйства, к концу 1950 года в Эстонии было 2213 колхозов[104]. С 1950 года началось слияние малых колхозов в крупные социалистические хозяйства. Экономика Эстонии во всё большей мере интегрировалась в экономику СССР через поставки сырья и комплектующих изделий[105]. Одним из мероприятий властей по привлечению симпатий местного населения была выдача паспортов всем жителям Прибалтики в 1947 году, в том числе в Эстонии, — на 25 лет раньше, чем в России и других регионах СССР[106]. Елена Зубкова отмечает, что на первом этапе послевоенной советизации (до 1947 года) Москва стремилась избегать наиболее жёстких методов обеспечения влияния в Прибалтике и Восточной Европе. После 1947 года был взят курс на унификацию политических режимов по советскому образцу без учёта местной специфики, что вызвало усиление сопротивления этой политике и массовые репрессии против недовольных[107].

Свечи на Площади Свободы в Таллине в память 65-й годовщины мартовской депортации 1949 года

Насильственная коллективизация спровоцировала вооружённое сопротивление против советской власти, получившее название «лесные братья» (эст. metsavennad); сопротивление действовало до 1953 года[105]. Численность партизан составляла до 10 тысяч (по некоторым оценкам до 15 тысяч) человек[108], а с учётом ротации в вооружённом сопротивлении приняли участие до 30 тысяч эстонцев[109]. По мнению Зубковой, основными мотивами к массовому сопротивлению были стремление к восстановлению независимости и возвращение советского террора, начатого в 1940 году[110].

С 25 марта 1949 года 20 660 человек в течение нескольких дней были арестованы и высланы в отдаленные районы Сибири. Депортация была проведена, чтобы завершить коллективизацию и лишить сопротивление поддержки[111]. Имущество депортируемых подлежало конфискации[112]. По данным Варю, судьба депортированных в 1941—1956 годах сложилась следующим образом: погибли — 3873 человека, без вести пропали — 611, с неясной судьбой — 110, бежали — 75, освобождены — 4631 человека[113].

Москва не доверяла местным кадрам, и поэтому в Эстонию на руководящую работу в массовом порядке были направлены коммунисты из России, в том числе этнические эстонцы, чьи семьи переехали в Россию до 1920 года. В мае 1945 года из 78 сотрудников ЦК компартии 61 не были уроженцами Эстонии[114]. Из членов компартии Эстонии в 1946 году 52 % были русские, 21 % — российские эстонцы и лишь 17 % — местные эстонцы. К 1949 году местные уроженцы составляли менее трети членов компартии Эстонии[115]. В ходе подготовки к мартовскому пленуму Коммунистической партии Эстонии в 1950 году и после него значительная часть руководящих коммунистических кадров, проживавших в Эстонии до 1940 года, была снята со своих постов, а многие арестованы и репрессированы в ходе кампании по борьбе с «буржуазным национализмом». Бывший министр Августин Хансен (эст.) был приговорён к смерти и казнён в 1952 году. Кампания затронула также сферу культуры[103][116].

Оценки и последствия[править | править код]

В советской историографии эти события расценивались как народная социалистическая революция, подготовленная и проведённая Коммунистической партией Эстонии. Так, в Советской исторической энциклопедии не упоминается ультиматум 16 сентября 1940 года, ввод войск и действия советских представителей. Вместо этого написано о недовольстве широких масс трудящихся политикой правительства, что привело к революционной ситуации[117]. Тема пребывания Эстонии и других стран Балтии в составе Советского Союза подвергалась жёсткой цензуре[118].

Несмотря на вхождение Эстонии в состав Советского Союза, некоторые государства (США, Великобритания, Канада, Австралия, Швейцария, Ирландия, Ватикан и др.) продолжали де-юре признавать Эстонскую Республику в качестве независимого государства. Её иностранные представительства к концу 1980-х годов были закрыты — осталась только миссия в Нью-Йорке[119], уцелевшая благодаря тому, что она имела финансирование с активов Эстонской республики. В 1950 году власти США разрешили прибалтийским (в том числе эстонскому) диппредставительствам пользоваться процентами этих активов[120]. В начальный период после восстановления независимости в 1991 году эстонское дипломатическое представительство играло важную роль в восстановлении связей между воссозданной Эстонской Республикой и её союзниками среди стран Запада[121][122][123]. Хайден и Салмон пишут, что США, в отличие от Великобритании, отказались признавать включение стран Балтии в СССР не только де-юре, но и де-факто[124]. 23 июля 1940 года была опубликована так называемая «Декларация Уэллеса», в которой было заявлено официальное непризнание аннексии стран Балтии. Эту оценку США неоднократно повторяли впоследствии[125][126][127]. В Великобритании власти заморозили золотой запас Эстонской республики (4,48 тонн золота) и вернули его Эстонии только по соглашению 1992 года[128].

12 ноября 1989 года Верховный Совет Эстонской ССР принял Постановление «Об историко-правовой оценке событий, имевших место в Эстонии в 1940 году», признающее незаконной декларацию от 22 июля 1940 года о вхождении ЭССР в СССР. Изучением этого вопроса занимались впоследствии комиссия Академии наук Эстонии, «Государственная комиссия по расследованию репрессивной политики оккупационных сил» и ряд других организаций. Процесс присоединения к СССР расценивается как оккупация, сопряжённая с грубыми нарушениями международного права. Действия левых сил в период присоединения расцениваются как инспирированные и руководимые Советским Союзом[11][129][130]. Согласно выводам Международной комиссии по расследованию преступлений против человечности при президенте Эстонии (англ.)[66]:

Совершенные в Эстонии в 1940—1941 годах преступления против человечности стали результатом политики руководства СССР, целью которой было быстрое включение Эстонии в состав СССР и уничтожение социальных групп и людей, которых считали несовместимыми с идеологией СССР.

На непризнании юридических последствий аннексии основана спорная концепция государственного континуитета — непрерывности существования Эстонской республики с момента её провозглашения в 1918 году и по сегодняшний день[122][131]. 14 июня (день массовой депортации) отмечается в Эстонии как «День траура»[132][133].

Большинство западных историков и политологов, а также ряд российских[134][135] характеризуют процесс присоединения как оккупацию и аннексию[136][137][138][139]. Учёные считают, что советско-эстонские соглашения 1939—1940 годов были приняты в условиях военной угрозы[121][122][140][141]. Таннберг и Талвер полагают, что действия СССР в июне 1940 года можно квалифицировать как агрессию против Эстонии[11].

Согласно официальной российской трактовке, ввод советских войск нельзя называть оккупацией, поскольку решение о вхождении прибалтийских стран в состав СССР в 1940 году было оформлено юридически корректно и ввод войск был осуществлён в соответствии с договором между Советским Союзом и Эстонией[142]. Елена Зубкова, отмечая доминирование точки зрения об оккупации на Западе и в странах Балтии, обращает внимание на ряд аспектов, нехарактерных для классической военной оккупации XX века, например полноценное гражданство для всех жителей присоединённой территории[140]. С другой стороны, Борис Соколов проводит параллели с оккупацией нацистами Австрии, Чехии и Дании. В российской историографии в основном используется термин «аннексия», а не «оккупация»[118].

Одним из следствий разногласий в оценках вхождения Эстонии в СССР является проблема неграждан — жителей Эстонии, переселившихся туда после июня 1940 года и их потомков, не получивших эстонского гражданства после распада СССР[143]. Согласно Дмитрию Фурману, «лишение гражданства лиц, приехавших в эти страны после 1945 г., строго соответствует признанию незаконности включения Эстонии и Латвии в СССР (что является балтийским „кредо“ и что признается западными странами) и общепринятому юридическому принципу, согласно которому „преступный акт не может создать права“»[144]. При этом проблема массового безгражданства стала поводом для критики со стороны России[145][146], а также для беспокойства со стороны Евросоюза и ряда международных организаций, рекомендовавших Эстонии упростить натурализацию[147][148].

Примечания[править | править код]

  1. Rislakki, Jukka. The case for Latvia: disinformation campaigns against a small nation. — Rodopi, 2008. — P. 262. — ISBN 90-420-2424-0.
  2. The European Court of Human Rights (Fourth Section) DECISION AS TO THE ADMISSIBILITY OF Application no. 23052/04 by August KOLK, Application no. 24018/04 by Petr KISLYIY against Estonia Архивная копия от 5 января 2015 на Wayback Machine, 17 January 2006
  3. Архивированная копия (недоступная ссылка). Дата обращения 30 мая 2019. Архивировано 22 декабря 2015 года.
  4. [NÕUKOGUDE OKUPATSIOONIVÕIMU POLIITILISED ARRETEERIMISED EESTIS. KÖIDE 2 Koostanud Leo Õispuu, Memento Raamat nr.2, Tallinn, 1998]
  5. [[1]
  6. [Valge raamat eesti rahva kaotustest okupatsioonide läbi 1940–1991]
  7. Зубкова, 2008, с. 18—19.
  8. Silvia P. Forgus, 1992.
  9. Зубкова, 2008, с. 26—27.
  10. Зубкова, 2008, с. 21—22.
  11. 1 2 3 4 5 6 7 8 Tannberg, Tarvel, 2006.
  12. 1 2 Уильям Ширер. Взлёт и падение Третьего рейха. М.: 1991. Т. 1. С. 387. ISBN 5-203-00475-7
  13. Документы внешней политики СССР, т. XVII. 1 января — 31 декабря 1934 г. — М.: Политиздат, 1971. — 879 с. — Стр. 482, 524.
  14. 1 2 3 4 5 Хийо Т. Пакт Молотова-Риббентропа и советские военные базы. Эстоника (18.12.2009). Дата обращения 11 октября 2014.
  15. 1 2 Зубкова, 2008, с. 46.
  16. Семиряга, 1992, с. 206.
  17. Семиряга, 1992, с. 208—209.
  18. Семиряга, 1992, с. 207.
  19. 1 2 3 4 5 6 Кабанов Николай Николаевич, Симиндей Владимир Владимирович. ЗАКЛЮЧАЯ «ПАКТ МУНТЕРСА — РИББЕНТРОПА»: АРХИВНЫЕ НАХОДКИ ПО ПРОБЛЕМАТИКЕ ГЕРМАНСКО- ПРИБАЛТИЙСКИХ ОТНОШЕНИЙ В 1939 г. // Журнал российских и восточноевропейских исторических исследований. — 2017. — Вып. 1 (8). — ISSN 2409-1413.
  20. А. А. Гречко и другие: История второй мировой войны. 1939—1945 — Англо-франко-советские переговоры. История России. Всемирная, мировая история. Москва: www.istorya.ru (1971). Дата обращения 16 июня 2019.
  21. Hiden and Salmon, 1994, p. 109—110.
  22. Tauber, 2012, p. 24—25.
  23. Кантор, 2011, с. 21.
  24. Кульков, 2011.
  25. Estonia. History. Independence lost (англ.). — статья из Encyclopædia Britannica Online.
  26. О «Пакте Молотова-Риббентропа» (Краткая справка). Историко-документальный департамент МИД России (24-07-2008). Архивировано 6 апреля 2009 года.
  27. Кантор, 2011, с. 6, 33.
  28. Семиряга, 1992, с. 209—210, 224.
  29. Taagepera, 1993, p. 58.
  30. Зубкова, 2008, с. 48.
  31. Кантор, 2011, с. 22.
  32. Зубкова, 2008, с. 49—50.
  33. Кантор, 2011, с. 22—23.
  34. Зубкова, 2008, с. 52.
  35. 1 2 Мельтюхов, 2000.
  36. Семиряга, 1992, с. 208, 213-214.
  37. Кантор, 2011, с. 25—26.
  38. 1 2 3 Хийо Т. Размещение военных баз СССР на территории Эстонской Республики в 1939 г. Эстоника (11.11.2009). Дата обращения 11 октября 2014.
  39. Пакт о взаимопомощи между СССР и Эстонской Республикой // Полпреды сообщают… — М.: Международные отношения, 1990. — С. 62—64
  40. Hiden and Salmon, 1994, p. 110.
  41. Семиряга, 1992, с. 210—211.
  42. Зубкова, 2008, с. 47—48.
  43. Кантор, 2011, с. 28.
  44. Семиряга, 1992, с. 219.
  45. 1 2 Хийо Т. Оккупация Эстонии в 1940 г.. Эстоника (07.11.2009). Дата обращения 8 января 2015.
  46. Семиряга, 1992, с. 220.
  47. Кантор, 2011, с. 34.
  48. Семиряга, 1992, с. 219—220.
  49. Варес, 1999, с. 262.
  50. Сергей Ковалёв. Диссертация на тему «Группировка советских войск на территории Эстонской Республики в 1939-1940 гг.». dissercat.com. Дата обращения 1 февраля 2015.
  51. Семиряга, 1992, с. 211.
  52. Erich Kaup. Punalipulise armaada sõjakäigud Eesti vastu. September 1939 — juuni 1940. Tuna (эст.), 1999; nr.4, lk.24-26.
  53. 1 2 3 Зубкова, 2008, с. 69—70.
  54. Кантор, 2011, с. 37—39.
  55. Hiden and Salmon, 1994, p. 112.
  56. Зубкова, 2008, с. 72—73.
  57. Петров, 2008.
  58. Мельтюхов, 2000, с. 203—204.
  59. Труды по истории КП Эстонии. — Таллин: Eesti Raamat, 1972. — Т. 6. — С. 64.
  60. Семиряга, 1992, с. 235.
  61. Вальтер Х. Эстония во Второй мировой войне. Музей оккупации. Дата обращения 25 января 2015.
  62. Семиряга, 1992, с. 233.
  63. Паавле И. Июнь 1940 г. в Эстонии: «народная революция» или смена власти, организованная СССР?. Эстоника (07.11.2009). Дата обращения 12 октября 2014.
  64. Варес, 1999.
  65. 1 2 Семиряга, 1992, с. 228.
  66. 1 2 3 4 5 Международная комиссия по расследованию преступлений против человечности при президенте Эстонии (англ.). Этап I – Оккупация Эстонии Советским Союзом 1940-1941. The Estonian Institute of Historical Memory. Дата обращения 24 января 2015.
  67. Семиряга, 1992, с. 239.
  68. Estonia 1940—1945: Reports of the Estonian International Commission for the Investigation of Crimes Against Humanity Архивировано 15 февраля 2009 года. Tallinn, 2006, pp 79-98
  69. Taagepera R. De-choicing of elections: July 1940 in Estonia (англ.) // Journal of Baltic Studies. — Fall 1983. — Vol. 14, no. 3. — P. 215—246.
  70. Зубкова, 2008, с. 86—88.
  71. Семиряга, 1992, с. 240.
  72. Baltic states Архивировано 13 ноября 2007 года.. Encyclopædia Britannica.
  73. Варес, 1999, с. 283.
  74. Зубкова, 2008, с. 85—91.
  75. Taagepera, 1993, p. 62.
  76. Tauber, 2012, p. 27.
  77. Hiden and Salmon, 1994, p. 114.
  78. 1 2 Паавле И. Выборы в Госдуму и установление Советского строя в Эстонии в 1940 г.. Эстоника (2009). Дата обращения 15 июля 2015.
  79. Зубкова, 2008, с. 89.
  80. Зубкова, 2008, с. 78.
  81. 1 2 3 Кацва, 2002.
  82. Taagepera, 1993, p. 63.
  83. Estonia (англ.). — статья из Encyclopædia Britannica Online.
  84. Миронов, 1971.
  85. Черушев, 2012.
  86. Зубкова, 2008, с. 103.
  87. Зубкова, 2008, с. 106—107.
  88. Хийо Т. Оккупация и советизация Эстонии в 1940 г.. Эстоника. Дата обращения 22 января 2015.
  89. Паавле И. Репрессии Советской власти в Эстонии в 1940-1941 гг.. Эстоника (07.11.2009). Дата обращения 22 июля 2015.
  90. Эстонским героям-антифашистам посвящается, 2007, с. 17.
  91. 1 2 3 Эстонским героям-антифашистам посвящается, 2007, с. 24.
  92. Эстонским героям-антифашистам посвящается, 2007, с. 15.
  93. Сталинские депортации, 1928—1953: Сборник документов. М.: Материк; Междунанродный фонд «Демократия», 2005. С. 223; РГАНИ. Ф. 89. Оп. 18. Д. 6. Л. 1-4.
  94. Эстонским героям-антифашистам посвящается, 2007, с. 29.
  95. 1 2 Hiden and Salmon, 1994, p. 115.
  96. Pearu Kuusk. Crimes of Communism and the Struggle for Estonia’s Freedom. — Tartu: Tartu Linnamuuseum, 2006. — P. 9—10. — 28 p. — ISBN 9949-13-109-X.
  97. Эстонским героям-антифашистам посвящается, 2007, с. 32.
  98. Tiit Noormets, 2006.
  99. Доминирование немецкого дворянства продолжалось на территории нынешней Эстонии почти 800 лет — см. История Эстонии
  100. Taagepera, 1993, p. 67.
  101. Кантор, 2011, с. 8.
  102. Зубкова, 2008, с. 127.
  103. 1 2 Estonian International Commission for Investigation of Crimes Against Humanity. Этап III — Оккупация Эстонии Советским Союзом с 1944 года. The Estonian Institute of Historical Memory. Дата обращения 8 апреля 2014.
  104. СИЭ, 1976, с. 624—625.
  105. 1 2 Эстония в энциклопедии «Кругосвет»
  106. Зубкова, 2008, с. 189—190.
  107. Зубкова, 2008, с. 129—131.
  108. Зубкова, 2008, с. 198.
  109. Taagepera, 1993, p. 79.
  110. Зубкова, 2008, с. 196—197.
  111. Зубкова, 2008, с. 180—181.
  112. Рахи-Тами А. Мартовская депортация 1949 г.. Эстоника (07.11.2009). Дата обращения 26 июля 2015.
  113. Varju P. 14 juuni 1941 massioperasiooni ohvirte koondnimekiri
  114. Зубкова, 2008, с. 148.
  115. Taagepera, 1993, p. 78.
  116. Зубкова, 2008, с. 303—318.
  117. СИЭ, 1976, с. 623—624.
  118. 1 2 Соколов Б. В. Эстония и Прибалтика в составе СССР (1940-1991) в российской историографии. АИРО XXI. Дата обращения 16 июля 2015.
  119. Воротников, 2014, с. 66—67.
  120. Короткова М. В. Политика США по непризнанию вхождения Прибалтийских республик в состав СССР // 1945 год: формирование основ послевоенного мироустройства. — Киров: Радуга — ПРЕСС, 2015. — С. 209
  121. 1 2 Мягков М. Ю. В поисках будущего: американская оценка участия СССР в послевоенном устройстве Европы 1941—1945 гг. // Вестник МГИМО (У) МИД РФ. — 2008. — № 3. — ISSN 2071-8160.
  122. 1 2 3 Мялксоо Л. Советская аннексия и государственный континуитет: международно-правовой статус Эстонии, Латвии и Литвы в 1940—1991 гг. и после 1991 г. = Illegal Annexation and State Continuity: The Case of the Incorporation of the Baltic States by the USSR. — Тарту: Издательство Тартуского университета, 2005. — С. 149—154. — 399 с. — ISBN 9949–11–144–7.
  123. Gerard C. Britain and the Baltic States (англ.) // The Baltic Question During the Cold War. — Routledge, 2008. — P. 77. — ISBN 9781134197309.
  124. Hiden and Salmon, 1994, p. 124.
  125. Toivo Miljan. Historical Dictionary of Estonia. — Scarecrow Press, 2004. — P. 346. — 624 p. — ISBN 9780810865716.
  126. McHugh, James T. Diplomats without a country: Baltic diplomacy, international law, and the Cold War. — Greenwood Publishing Group, 2001. — P. 84. — ISBN 978-0-313-31878-8.
  127. Baltic States — Self-Determinstion and Citizenship (англ.). U.S. Government Publishing Office (Dec 20,1979). Дата обращения 31 июля 2015.
  128. Воротников, 2014, с. 67—68.
  129. Enn Sarv. Ülevaade okupantide rahvuspoliitikast Eestis // Õiguse vastu ei saa ükski. Eesti taotlused ja rahvusvaheline õigus. — Tartu: Okupatsioonide repressiivpoliitika uurimise riiklik komisjon, 1997. — ISBN 9985–60–407–5.
  130. Белая книга о потерях, причиненных народу Эстонии оккупациями, 1940–1991 / пер. с эст. А. Бабаджана, Т. Верхнеустинской, Э. Вяри.. — Таллин: Министерство юстиции Эстонской Республики, 2005.
  131. Vahur Made. The Estonian Government-inExile A controversial project of state continuation (англ.) // The Baltic Question During the Cold War. — Routledge, 2008. — P. 134—143. — ISBN 9781134197309.
  132. Государственная канцелярия. Государственные праздники и знаменательные даты. Департамент государственной инфосистемы (2 января 2014). Дата обращения 28 июня 2014.
  133. Miljan, 2004, p. 169.
  134. Историки России признали факт "советской оккупации" Прибалтики. Regnum (13 августа 2006). Дата обращения 30 августа 2015.
  135. Афанасьев Ю. Н. Другая война: история и память. yuri-afanasiev.ru.
  136. Зубкова, 2008, с. 98.
  137. Сытин А. Н. Страны Балтии и их взаимоотношения с Россией в контексте международных отношений конца XX - начала XXI веков. disserCat — электронная библиотека диссертаций и авторефератов (2010). Дата обращения 16 июля 2015.
  138. Baltic states. Soviet occupation) (англ.). — статья из Encyclopædia Britannica Online.
  139. Estonia в энциклопедии «Колумбия», 2000
  140. 1 2 Зубкова, 2008, с. 99.
  141. Кантор, 2011, с. 24.
  142. Комментарий Департамента информации и печати МИД России в отношении «непризнания» вступления прибалтийских республик в состав СССР.
  143. Алар Яанус. Эстонский закон о гражданстве: принципы и эволюция. Институт прав человека. Дата обращения 1 июля 2015.
  144. Д.Е. Фурман. Опыт балтийских стран и его значение для России // Страны Балтии и Россия: общества и государства / Д. Е. Фурман, Э. Г. Задорожнюк. — М.: Референдум, 2002. — С. 13, прим. 2.
  145. Положение русскоязычного населения в Латвии и Эстонии. МИД России (22.07.2005). Дата обращения 19 июля 2015.
  146. В Госдуме обсудили правовую дискриминацию «неграждан» в Прибалтике. rubaltic (27.03.2015). Дата обращения 19 июля 2015.
  147. Проблемы прав национальных меньшинств в Латвии и Эстонии / Ред. В. В. Полещук — М.: ФИП, «Русская панорама», 2009. ISBN 978-5-93165-242-9. Стр. 123
  148. Дэвид Смит. Эстония и Латвия: следующая Украина. DELFI (10 марта 2014). Дата обращения 19 июля 2015.

Литература[править | править код]

  • Варес П. На чаше весов: Эстония и Советский Союз. — Таллин: Евроуниверситет, 1999. — ISBN 9985-9209-1-0.
  • Воротников В. В. Концепции и приоритеты внешней политики Латвии, Литвы и Эстонии в 2004—2012 гг. : Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. — М., 2014.
  • Дюков А.Р. Миф о геноциде: Репрессии советских властей в Эстонии (1940 - 1953) / Предисл. С. Артеменко. — М.: Алексей Яковлев, 2007. — 140 с. — ISBN 978-5-903588-05-3.
  • Зубкова Е. Ю. Прибалтика и Кремль. 1940-1953. — М.: Российская политическая энциклопедия, 2008. — 351 с. — (История сталинизма). — 2000 экз. — ISBN 978-5-8243-0909-6.
  • Кантор Ю. 3. Прибалтика: война без правил (1939-1945). — СПб.: ООО «Журнал „Звезда“», 2011. — 336 с. — 3500 экз. — ISBN 978-5-7439-0158-6.
  • Кацва Л. А. §39. Аннексия Прибалтики. Присоединение Бессарабии и Северной Буковины // История России. Советский период. 1917-1941. — Московский институт развития образовательных систем, 2002. — 448 с. — ISBN 5-7084-0209-1.
  • Кульков Е. Н. Война 1941-1945 гг. Факты и документы. — ОЛМА Медиа Групп, 2011. — С. 17. — 496 с. — (Историческая библиотека «Олма-пресс»). — ISBN 9785373039550.
  • Мельтюхов М. И. Наращивание советского военного присутствия в Прибалтике // Упущенный шанс Сталина. Советский Союз и борьба за Европу: 1939—1941. — М.: Вече, 2000. — С. 178, 180, 196, 202-205. — 605 с.
  • Миронов Н. В. Правовое регулирование внешних сношений СССР, 1917-1970 гг. — Международные отношения, 1971. — С. 129. — 294 с.
  • Петров П. В. Краснознаменный Балтийский флот и Эстония 1939−1941. — Таллин: Tänapäev, 2008. — С. 168. — 264 с. — ISBN 978-9985-62-631-3.
  • Семиряга М. И. Глава VI Тревожное лето // Тайны сталинской дипломатии 1939—1941. — М.: Высшая школа, 1992. — 303 с. — 50 000 экз.
  • Советская историческая энциклопедия / гл. ред. Е. М. Жуков. — М.: «Советская энциклопедия», 1976. — Т. 16. — С. 623—624. — 1002 с. — 56 000 экз.
  • Черушев Н. С, Черушев Ю. Н.  Расстрелянная элита РККА (командармы 1-го и 2-го рангов, комкоры, комдивы и им равные): 1937—1941. Биографический словарь. — М.: Кучково поле; Мегаполис, 2012. — С. 429. — 496 с. — 2000 экз. — ISBN 978-5-9950-0217-8.
  • Черчилль У. Вторая мировая война = The Second World War. — М.: Воениздат, 1991. — Т. I-II. — 592 с. — 100 000 экз. — ISBN 5-203-00705-5.
  • John Hiden, Patrick Salmon. The Baltic Nations and Europe: Estonia, Latvia and Lithuania in the Twentieth Century. — London: Routledge, 1994. — 240 p. — ISBN 978-0582256507.
  • John Alexander Swettenham. The Tragedy of the Baltic States: A Report Compiled from Official Documents and Eyewitnesses Stories. — Gibsin Press, 1981. — 216 p. — ISBN 978-0830500932.
  • John Hiden & other. The Baltic Question During the Cold War. — Routledge, 2008. — 224 p. — (Cold War History). — ISBN 9781134197309.
  • Senn Alfred Erich. The Sovietization of the Baltic States // The ANNALS of the American Academy of Political and Social Science. — 1958. — Май (т. 317, № 1). — С. 123—129. — ISSN 0002-7162. — DOI:10.1177/000271625831700116.
  • Silvia P. Forgus. Soviet Subversive Activities in Independent Estonia (1918—1940) (англ.) // Journal of Baltic Studies. — 1992. — Vol. 23, no. 1. — P. 31—39.
  • Rein Taagepera. Estonia: Return to Independence. — Boulder, CO: Westview Press, 1993. — 288 p. — (Post-Soviet Republics Series). — ISBN 9780813317038.
  • Tauber Joachim. Die Geschichte der baltischen Staaten bis 1945 // Die politischen Systeme der baltischen Staaten. — VS Verlag für Sozialwissenschaften, 2012. — S. 17-33. — ISBN 978-3-531-19555-1. — DOI:10.1007/978-3-531-19556-8_2.
  • Toivo Miljan. Historical Dictionary of Estonia. — Scarecrow Press, 2004. — 624 p. — ISBN 9780810865716.
  • Tonu Tannberg and Enn Tarvel. Documents on the Soviet Military Occupation of Estonia in 1940 (англ.) // Trames. — Estonian Academy Publishers, 2006. — Vol. 10, iss. 1. — ISSN 1736-7514.
  • Boris Meissner. Die Sowjetunion, die baltischen Staaten und das Völkerrecht. — Köln: Verl. f. Politik u. Wirtschaft, 1956. — 377 p.
  • Enn Sarv. Ülevaade okupantide rahvuspoliitikast Eestis // Õiguse vastu ei saa ükski. Eesti taotlused ja rahvusvaheline õigus. — Tartu: Okupatsioonide repressiivpoliitika uurimise riiklik komisjon, 1997. — ISBN 9985–60–407–5. (Никто не устоит против справедливости)
  • Tiit Noormets. The Summer War: the 1941 Armed Resistance in Estonia (англ.) // The Anti-Soviet Resistance in the Baltic States / Arvydas Anušauskas. — Vilnius: Pasauliui apie mus, 2006. — P. 184—190.

Ссылки[править | править код]