Лезгинские языки

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Стабильная версия, проверенная 1 февраля 2026.
Перейти к навигации Перейти к поиску
Лезгинские языки
Таксон ветвь
Статус общепризнана
Ареал юг Дагестана, север Азербайджана, восток Грузии
Число носителей Россия: 637 892 (2020)[1]
Классификация
Категория Языки Евразии
Нахско-дагестанская семья
Состав
5 подгрупп
Коды языковой группы
ISO 639-2 —
ISO 639-5 —

Лезги́нские языки́ (лезги́нская языковая группа; также самурские языки[2][3]) — ветвь нахско-дагестанских языков[4], включающая девять живых (агульский, арчинский, будухский, крызский, лезгинский, рутульский, табасаранский, удинский и цахурский) и один мёртвый (агванский) языки. Лезгинские языки являются самой южной ветвью нахско-дагестанской семьи и соответственно самой южной языковой группой России[5]. Исторически на них говорят на юге Дагестана и севере Азербайджана, а также они представлены на востоке Грузии (удинский язык).

Народности лезгинской группы как по языку, так и в этнокультурном отношении близки с другими народами Дагестана. Предки этих народностей исторически входили в состав многоплемённого государственного объединения — Кавказскую Албанию, и были известны под общим именем «албаны»[6][7][8][9].

Согласно МСЭ, народности лезгинской языковой группы были известны как «лезгины»[10], а по османским источникам — как Lezgi[11].

По переписи 2020 года, в России на языках лезгинской языковой группы говорят 637 892 чел[12].

Терминология и классификация

[править | править код]

В дореволюционной литературе под наименованием «лезгинские» языки порой ошибочно фигурировали разные дагестанские языки. И. А. Гюльденштедт (1745—1781), описывая путешествие по Кавказу, привёл следующий перечень языков: «Лезгинские: анцугский, джарский, хунсагский, дидойский»[13]. Первые три являются диалектами аварского, а последний — одним из языков аваро-андо-цезской ветви. Классификация, предложенная И. А. Гюльденштедтом, тут же оказалась ошибочной[13]. Он также ошибочно в состав аварцев включил лезгиноязычные общества Ахтыпара и Рутул[14]. Ещё одна ошибочная классификация была дана Клапротом, который под названием «лезгинские» языки указал аварский, акушинский (даргинский), казикумухский (лакский) и другие[15].

В Списке народностей СССР, составленном в 1927 году по материалам Комиссии по изучению племенного состава населения СССР и сопредельных стран, языки агул, арчинцев, будугов, джеков[К. 1], крызов, рутульцев, табасаран, удин, хапутцев[К. 2], хиналугцев и цахур отмечены как принадлежащие к «[лезгинской (кюринской) группе]»[16].

По классификации немецкого лингвиста А. Дирра кюринская подгруппа делится на две части[17]:

Советский лингвист Р. М. Шаумян, обследовавший в 1937 году гильский диалект лезгинского и шахдагские языки, в одной из своих статей высказал мнение, что термин «шах-дагская подгруппа» несостоятелен, поскольку им нельзя в едино объединить языки (крызский и будухский с одной стороны и хиналугский с другой), которые различны на уровне лексики и грамматики[18].

Другим названием языков лезгинской группы является Самурские языки[19]. Этот термин также включал разный перечень языков. Так, по приблизительной схеме дагестанских языков, описанной в Литературной энциклопедии А. Л. Шамхаловым, выделяется Лезгинская группа, состоящая из лезгинского, табасаранского и самурских (агульского, будугского, джекского, крызского, рутульского, удинского, хапутлинского, хиналугского и цахурского) языков[20]. То же самое повторяет 1-е издание БСЭ[21] (В 1-м издании БСЭ встречались также наименования «кюринская (лезгинская) языковая группа»[22] и «кюринская языковая группа»[23]).

По 2-му изданию БСЭ «Самурские языки»[2][24] состоят из агульского, арчинского, рутульского, табасаранского, цахурского и шахдагских языков — будухского, джекского и хиналугского[19] (то есть без удинского, но с включением табасаранского).

По классификации, разработанной русским лингвистом Н. Трубецким, состав лезгинских языков следующий[17]:

  • Самурская группа
    • северо-восточная подгруппа (агульский, кюринский и табасаранский);
    • юго-восточная подгруппа (будухский, джекский, рутульский и цахурский);
  • арчинский язык;
  • удинский язык;
  • хиналугский язык.

В настоящее время в составе лезгинских языки выделяются следующие языки и их объединения[4]:

Четыре подгруппы образуют так называемую «собственно лезгинскую группу», противопоставленную удинско-агванской группе. Таким образом, удинский язык (и его предок агванский язык) занимает в составе группы наиболее периферийное положение: он раньше всего отделился от пралезгинского языка (по разным оценкам, 3-3,5 тыс. лет назад)[25].

По современным представлениям большинства кавказоведов, хиналугский язык не входит в лезгинскую ветвь, а образует отдельную ветвь в составе нахско-дагестанской языковой семьи[26][27]. Тем не менее, лингвисты Того Гудава и Тамаз Гамкрелидзе в своей статье для «Британники» отнесли его к лезгинским языкам[28]. Этнограф Г. А. Сергеева относит хиналугцев к лезгинским народам, при этом отмечая, что их язык не относится к лезгинским языкам[29].

Область использования

[править | править код]
Расселение лезгинских народов в ЮФО и СКФО по городским и сельским поселениям в %, перепись 2010 г.
Карта Иоганна Баптиста Гоманна 1737 года. На карте ареал расселения лезгиноязычных народностей отмечена как Lesgi

Лезгинские языки распространены, преимущественно, в южной части Дагестана (Россия) и северных районах Азербайджана[4]. Один (удинский) представлен в Грузии.

Среди лезгинских языков ядерную группу (она же самурская) составляют семь языков, которые объединяются в восточнолезгинскую (агульский, лезгинский и табасаранский), западнолезгинскую (рутульский и цахурский) и южнолезгинскую (будухский и крызский) подгруппы. Остальные два языка (арчинский и удинский) в генетическом и ареальном плане условно можно рассматривать как «периферийные». Эти два языка раньше остальных отделились от пралезгинского языка и если арчинский используется на довольно значительном расстоянии от «ядерной» зоны (с. Арчиб), то на удинском говорят на самом юге лезгиноязычной области (пос. Нидж). Ещё один язык (агванский / кавказско-албанский) является мёртвым[5].

Подавляющее большинство лезгинских языков имеют диалекты, которые порой различаюся весьма сильно (вплоть до отсутствия взаимопонятности), ср. северный и южный диалекты табасаранского, собственно агульский и кошанские диалекты агульского, мухадский и борчинско-хновский диалекты рутульского.

Лингвистическая характеристика

[править | править код]

В языковом отношении лезгинские языки достаточно последовательно реализуют «восточнокавказский стандарт» (богатый консонантизм, большое число падежей, эргативная конструкция предложения и пр.).

Фонетика

[править | править код]

Фонетическая система отличается сложным консонантизмом: так, в большинстве языков отмечаются увулярные, фарингальные и ларингальные согласные (в арчинском имеются также латеральные, как и в аваро-андо-цезских языках). Для смычных характерно четверичное противопоставление: звонкие — придыхательные глухие — непридыхательные глухие — абруптивные, ср.:

b, d, g
ph, th, kh
p, t, k
p’, t’, k’

В орфографии абруптивы обозначаются с использованием дополнительного знака — «палочка», ср. пӀ, тӀ, кӀ.

Морфология имени

[править | править код]

Морфологически лезгинские языки относятся в основном к агглютинативному типу, что наиболее очевидно в склонении имен существительных. Помимо обычных для европейских языков падежей типа дательного в лезгинских присутствует множество так называемых местных (локативных, пространственных) падежей, показатели которых обычно состоят не из одного суффикса, а из двух или трёх.

Первым идет суффикс, указывающий на местонахождение (или «локализацию») какого-либо объекта относительно ориентира: он указывает, находится ли объект внутри, около, над или под ориентиром и т. п. Второй показатель следует за первым и сообщает о том, находится ли объект относительно ориентира неподвижно (в покое) или же движется, и если да, то в какую сторону — от ориентира или по направлению к нему.

Каждый из показателей локализации (которых может быть порядка 5-7), как правило, может сочетаться с любым показателем направления (которых обычно бывает 2-3): таким образом возникает большое количество сочетаний, благодаря которым при помощи одной словоформы можно выразить достаточно сложные пространственные отношения. Например, смысл «из-под стола», который в русском языке выражается конструкцией со сложным предлогом из-под и формой слова стол в родительном падеже, в лезгинском будет выражаться одним словом: столдикай, которое членится на морфемы так: стол-ди-к-ай. Здесь суффикс локализации -к- указывает на то, что объект, о котором ведется речь, находится под некоторым ориентиром (то есть под столом), а суффикс направления -ай- выражает значение удаления от данного ориентира (при помощи же суффикса -ди- образуется так называемая косвенная основа имени — от неё производны все падежи, кроме именительного).

Именной класс (род) и лицо глагола

[править | править код]

Большинству лезгинских языков свойственно согласование по категории именного класса. Как правило, существительные подразделяются на четыре класса:

  1. названия лиц мужского пола,
  2. названия лиц женского пола,
  3. названия животных и некоторых предметов,
  4. названия неодушевленных предметов и явлений (распределение названий предметов между 3-м и 4-м классами является достаточно сложным и плохо предсказуемым).

Сами существительные по классу обычно никак не маркированы, однако в зависимости от того, к какому классу относится существительное, стоящее в предложении в именительном падеже, другие слова в этом предложении (глагол, прилагательное, иногда также наречие) получают определённый показатель — префикс или суффикс, а в некоторых случаях инфикс.

Категория класса полностью утратилась в лезгинском, агульском и удинском языках, в южном диалекте табасаранского (о существование категории класса в древнем удинском ничего не известно). При этом в удинском одушевлённость выявляется по согласуемости во множественном числе[32], в лезгинском некоторые неодушевлённые существительные относятся к singularia и pluralia tantum[33], а в агульском одушевлённость—неодушевлённость различается по сочетаемости с глаголами в каузативных конструкциях[34].

В удинском и табасаранском языках развилось личное согласование. Показатели 1-го и 2-го лица восходят в этих языках к личным местоимениям.

Морфология глагола

[править | править код]

Среди видо-временных форм глагола в лезгинских языках преобладают аналитические конструкции — обычно это сочетания деепричастия, причастия или инфинитива с глаголами ‘быть’ или ‘становиться’. У глаголов противопоставляются основы совершенного и несовершенного вида.

Характерной особенностью словообразования является наличие глагольных приставок («преверб») с пространственными значениями; обычно это тот же набор значений, что и у пространственных падежей: ‘внутри’, ‘сверху’, ‘снизу’ и т. п. В отличие от русского языка, в лезгинских глагольный вид независим от наличия или отсутствия приставки: её прибавление не меняет вид глагола, так что приставочный глагол (как и исходный глагол без приставки) имеет обе видовые основы.

Синтаксис

[править | править код]

Синтаксически лезгинские языки, как и другие представители нахско-дагестанской семьи, относятся к языкам эргативного строя. Порядок слов в целом свободный, с преобладанием в качестве нейтрального порядка «подлежащее — дополнение — сказуемое» (SOV).

Лексика

[править | править код]

В лексике лезгинских языков множество заимствований из восточных языков, прежде всего из арабского, персидского и тюркских (в особенности азербайджанского)[35]. Начиная с конца XIX века появилось также большое количество русских заимствований.

Сравнение языков

[править | править код]

Учёные рассматривают различия как результат общего происхождения от одного праязыка, на котором разговаривали предки современных лезгинских народов несколько тысяч лет назад[36].

Примечания

[править | править код]

Комментарии

[править | править код]
  1. ↑ Этническая группа крызов.
  2. ↑ Этническая группа крызов.
  3. ↑ Диалект крызского языка.

Источники

[править | править код]
  1. ↑ SiteSoft. Росстат — Всероссийская перепись населения 2020 года. rosstat.gov.ru. Дата обращения: 5 мая 2025. Архивировано 7 июля 2023 года.
  2. ↑ 1 2 Вопросы языкознания. — М.: Наука, 1972. — С. 24.
  3. ↑ Общественные науки в СССР: Языкознание. — М.: Академия наук СССР, Ин-т науч. информации по общественным наукам, 1978. — Вып. 1—3.
  4. ↑ 1 2 3 БРЭ, 2010, с. 166—167.
  5. ↑ 1 2 Майсак Т. А. Типологическое, внутригенетическое и ареальное в грамматикализации: данные лезгинских языков // Acta Linguistica Petropolitana. Труды института лингвистических исследований. Т. XII. № 1. — СПб.: Наука, 2016. — С. 588—589.
  6. ↑ Ихилов М. М. Народности лезгинской группы: этнографическое исследование прошлого и настоящего лезгин, табасаранцев, рутулов, цахуров, агулов. — Махачкала: ДФ АН СССР, ИИЯЛ им. Г. Цадасы, 1967. — 370 с.
  7. ↑ Учение записки : [арх. 16 июля 2022]. — Махачкала : ИИЯиЛ им. Цадасы, 1969. — Т. 19, вып. 2. — С. 86.
  8. ↑ Б. Г. Алиев, М.-С. К. Умаханов. Дагестан в XV-XVI вв: вопросы исторической географии : [арх. 16 июля 2022]. — Институт ИАЭ ДНЦ, 2004. — С. 379. — 493 с.
  9. ↑ Р. М. Магомедов. Происхождение названия Лезгинстан, «Ученые записки ИИЯЛ», т. IX, Махачкала, 1961, стр. 56.
  10. ↑ МСЭ/Лезгины. C.123. Дата обращения: 4 июля 2021. Архивировано 3 января 2022 года.
  11. ↑ Osmanli Devleti’nin Lezgilerle Iliskileri (1700—1732) (недоступная ссылка)
  12. ↑ Том 5. «Национальный состав и владение языками». Таблица 6. Население по родному языку. Дата обращения: 23 января 2023. Архивировано 31 декабря 2022 года.
  13. ↑ 1 2 Мейланова, 1964, с. 9.
  14. ↑ Иоганн Антон Гильденштедт. Дата обращения: 8 ноября 2018. Архивировано 20 января 2019 года.
  15. ↑ Мейланова, 1964, с. 10.
  16. ↑ Список народностей Союза Советских Социалистических Республик // Труды комиссии по изучению племенного состава населения СССР и сопредельных стран. Вып. 13.. — Л.: Изд-во АН СССР, 1927. — С. 4, 19-20.
  17. ↑ 1 2 Мейланова, 1964, с. 13.
  18. ↑ Талибов Б. Б. Будухский язык. — М.: Academia, 2007. — С. 10—11.
  19. ↑ 1 2 Большая советская энциклопедия. — 2-е изд.. — М.: Советская энциклопедия, 1955. — Т. 38. — С. 37.
  20. ↑ Шамхалов А. Л. Дагестанские языки // Литературная энциклопедия. — М.: Изд-во Ком. Акад., 1930. — Т. 3. — С. 132—135. — [Архивировано 20 августа 2017 года.]
  21. ↑ Большая советская энциклопедия. — 1-е изд.. — М., 1930. — Т. 20. — С. 165—166.
  22. ↑ Большая советская энциклопедия. — 1-е изд.. — М., 1937. — Т. 35. — С. 610.
  23. ↑ Большая советская энциклопедия. — 1-е изд.. — М., 1938. — Т. 36. — С. 238.
  24. ↑ Общественные науки в СССР: Языкознание. — М.: Академия наук СССР, Ин-т науч. информации по общественным наукам, 1978. — Вып. 1—3.
  25. ↑ Альтернативное предложение высказал в последние годы немецкий кавказовед Вольфганг Шульце, по мнению которого удинский язык не является периферийным, а образует отдельную ветвь в восточнолезгинской подгруппе. См.: Schulze W. Towards a history of Udi // International Journal of Diachronic Linguistics (2005), vol. 1: 55-91.
  26. ↑ Dmitry Ganenkov, Timur Maisak. Nakh-Dagestanian Languages (англ.) // The Oxford Handbook of Languages of the Caucasus / Maria Polinsky. — Oxford University Press, 2021-01-13. — P. 88. — ISBN 978-0-19-069069-4. — doi:10.1093/oxfordhb/9780190690694.013.4.. Архивировано 30 августа 2024 года.
  27. ↑ Хиналугский язык // Большая российская энциклопедия : [в 35 т.] / гл. ред. Ю. С. Осипов. — М. : Большая российская энциклопедия, 2004—2017.
  28. ↑ Энциклопедия Британника. — 15. — 2005. — Т. 22. — С. 721. — 981 с. — ISBN 1-59339-236-2.
  29. ↑ Лезгинские народы / Г. А. Сергеева // Большая российская энциклопедия : [в 35 т.] / гл. ред. Ю. С. Осипов. — М. : Большая российская энциклопедия, 2004—2017.
  30. ↑ 1 2 Талибов, 1980, с. 6.
  31. ↑ 1 2 3 Талибов, 1980, с. 7.
  32. ↑ Майсак Тимур Анатольевич. Согласование по множественному числу в удинском языке // Acta Linguistica Petropolitana. Труды института лингвистических исследований. — 2017. — Т. XIII, вып. 1. — С. 680–724. — ISSN 2306-5737. Архивировано 25 октября 2021 года.
  33. ↑ Алексеев Михаил, Шейхов Энвер. Лезгинский язык / отв. ред. Мейланова У. А. — Москва: Academia, 1997. — 136 с. — ISBN 978-5-87444-055-8. — [Архивировано 27 октября 2021 года.]
  34. ↑ Мерданова Солмаз Рамазановна, Майсак Тимур Анатольевич, Даниэль Михаил Александрович. Каузатив в агульском языке: способы выражения и семантические контрасты // Исследования по глагольной деривации. — М.: Языки славянских культур, 2008.
  35. ↑ Языки мира: Кавказские языки. / Ред. М. Е. Алексеев, Г. А. Климов, С. А. Старостин, Я. Г. Тестелец. М.: Academia, 1999; 2001. — С. 373.
  36. ↑ Магомедов Магомед Ибрагимович. генетическое родство дагестанских языков (исконная лексика) // ВЕСТНИК ВЭГУ. — 2009. — Т. 41, № 3. — С. 48—54. — ISSN 1998-0078. Архивировано 1 мая 2021 года.

Литература

[править | править код]

Статьи

[править | править код]

Монографии

[править | править код]
  • Алексеев М. Е. Вопросы сравнительно-исторической грамматики лезгинских языков. Морфология. Синтаксис. — М.: Наука, 1985.
  • Загиров В. М.. Историческая лексикология языков лезгинской группы. — Махачкала: Дагучпедгиз, 1987. — 141 с.
  • Мейланова У. А. Очерки лезгинской диалектологии. — М.: Наука, 1964.
  • Талибов Б. Б. Сравнительная фонетика лезгинских языков. — М.: Наука, 1980.

Ссылки

[править | править код]
Источник — https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Лезгинские_языки&oldid=151491670