Советско-финская война (1939—1940)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Советско-финская война (1939—1940)
Основной конфликт: Вторая мировая война
Finn ski troops.jpg
Финские лыжники на позиции
Дата

30 ноября 193912 марта 1940

Место

Восточная Финляндия, Карелия, Мурманская область

Итог

победа СССР
Московский мирный договор (1940)

Изменения

см. раздел «Завершение войны и заключение мира»

Противники
ФинляндияFlag of Finland.svg Финляндия

Передача разведданных:

Флаг СССР СССР
Командующие
Финляндия К. Г. Э. Маннергейм
Финляндия Ялмар Сииласвуо
Флаг СССР К. Е. Ворошилов

Флаг СССР С. К. Тимошенко

Силы сторон
По финским данным
на 30 ноября 1939:

250 тысяч солдат
30 танков
130 самолётов[1][2]

По российским источникам
на 30 ноября 1939, регулярные войска:

265 тысяч человек
194 железобетонных бункеров и 805 дерево-каменно-земляных огневых точек
534 орудия (без учёта береговых батарей)
64 танка
270 самолётов
29 кораблей

на 30 ноября 1939:

425 640 солдат
2876 орудий и миномётов
2289 танков
2446 самолётов[3]

На начало марта 1940:
760 578 солдат[4]

Потери
По финским данным:
25 904 убитых[5]
43 557 раненых[6]
1000 пленных[7]
По российским источникам:
до 95 тысяч[8] солдат убитыми
45 тысяч ранеными
806 пленными
126 875 убито и умерло на этапах санитарной эвакуации, в том числе:
16 292 умерло от ран и болезней в госпиталях,
39 369 пропало без вести
264 908 санитарных потерь[4]
 Просмотр этого шаблона Советско-финская война (1939—1940)
 
Войны независимой Финляндии
Гражданская война Первая советско-финская война Вторая советско-финская война Советско-финская война 1939—1940 годов Советско-финская война 1941—1944 годов Лапландская война

Сове́тско-фи́нская война́ 1939—1940 годов (фин. Talvisota — Зи́мняя война́[9]) — вооружённый конфликт между СССР и Финляндией в период с 30 ноября 1939 года по 13 марта 1940 года.

Правительство СССР направило 26 ноября 1939 года ноту протеста правительству Финляндии по поводу артиллерийского обстрела, который, по заявлению советской стороны, был совершен с финляндской территории. Ответственность за начало военных действий была возложена полностью на Финляндию. Война завершилась подписанием Московского мирного договора. В составе СССР оказалось 11 % территории Финляндии (со вторым по величине городом Выборгом). 430 тысяч финских жителей потеряли свои дома и переселились вглубь Финляндии.

По мнению ряда историков, эта наступательная операция СССР против Финляндии относится ко Второй мировой войне[10]. В советской и российской историографии эта война рассматривается как отдельный двусторонний локальный конфликт, не являющийся частью Второй мировой войны[источник не указан 426 дней], так же как и необъявленная война на Халхин-Голе. Объявление войны привело к тому, что в декабре 1939 года СССР как военный агрессор был исключён из Лиги Наций[11].

Содержание

Предыстория[править | править вики-текст]

События 1917—1937 годов[править | править вики-текст]

6 декабря 1917 года финский сенат объявил Финляндию независимым государством. 18 (31) декабря 1917 года Совет народных комиссаров РСФСР обратился во Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет (ВЦИК) с предложением признать независимость Финляндской Республики. 22 декабря 1917 года (4 января 1918) ВЦИК постановил признать независимость Финляндии[12]. В январе 1918 года в Финляндии началась гражданская война, в которой «красным» (финским социалистам) при поддержке РСФСР противостояли «белые», поддерживаемые Германией и Швецией. Война закончилась победой «белых». После победы в Финляндии войска финских «белых» оказывали поддержку сепаратистскому движению в Восточной Карелии. Начавшаяся первая советско-финская война в ходе уже гражданской войны в России длилась до 1920 года, когда был заключён Тартуский (Юрьевский) мирный договор. Некоторые финские политики, такие, как Юхо Паасикиви, расценили этот договор как «слишком хороший мир», полагая, что великие державы идут на компромисс только при сильной необходимости. К. Маннергейм, бывшие активисты и лидеры сепаратистов в Карелии — наоборот, считали этот мир позором и предательством соотечественников[13], а представитель Ребол Ханс Хокон (Боби) Сивен (фин. H. H.(Bobi) Siven) в знак протеста застрелился[14]. Маннергейм в своей «клятве меча» публично высказался за завоевание Восточной Карелии, не входившей ранее в состав княжества Финляндского.

Тем не менее отношения между Финляндией и СССР после советско-финских войн 1918—1922 годов, по результатам которых к Финляндии в Заполярье отошла Печенгская область (Петсамо), а также западная часть полуострова Рыбачьего и большая часть полуострова Среднего, не были дружественными, однако и открыто враждебными тоже.

В конце 1920-х — начале 1930-х годов идея всеобщего разоружения и безопасности, нашедшая своё воплощение в создании Лиги Наций, доминировала в правительственных кругах Западной Европы, особенно в Скандинавии. Дания разоружилась полностью, а Швеция и Норвегия существенно сократили свои вооружения. В Финляндии правительство и большинство депутатов парламента последовательно срезали расходы на оборону и вооружения. Начиная с 1927 года для экономии вообще не проводились войсковые учения. Выделяемых денег едва хватало на содержание армии. Расходы на обеспечение вооружениями парламент не рассматривал. Танков и военной авиации не было.

Тем не менее был создан Совет обороны, который 10 июля 1931 года возглавил Карл Густав Эмиль Маннергейм. Он был твёрдо убеждён в том, что, пока у власти в СССР находится правительство большевиков, ситуация в нём чревата самыми серьёзными последствиями для всего мира, в первую очередь для Финляндии: «Чума, идущая с востока, может оказаться заразной»[15]. В состоявшемся в том же году разговоре с Ристо Рюти, тогда управляющим Банком Финляндии и известным деятелем Прогрессивной партии Финляндии, Маннергейм изложил свои соображения о необходимости скорейшего создания военной программы и её финансирования. Однако Рюти, выслушав аргументацию, задал вопрос: «Но какая польза от предоставления военному ведомству таких больших сумм, если войны не предвидится?».

В августе 1931 года после инспекции оборонительных сооружений линии Энкеля, созданной в 1920-х годах, Маннергейм убедился в её непригодности к условиям современной войны как из-за неудачного расположения, так и разрушения временем.

В 1932 году Тартуский мирный договор был дополнен пактом о ненападении и продлён до 1945 года.

В бюджете Финляндии 1934 года, принятом после подписания в августе 1932 года договора о ненападении с СССР, статья о постройке оборонительных сооружений на Карельском перешейке была вычеркнута.

В. Таннер заметил, что социал-демократическая фракция парламента «…по-прежнему считает, что обязательным условием сохранения самостоятельности страны является такой прогресс благосостояния народа и общих условий его жизни, при котором каждый гражданин понимает, что это стоит всех затрат на оборону».

Свои усилия Маннергейм описывал как «тщетную попытку протащить канат сквозь узкую и заполненную смолой трубу». Ему казалось, что все его инициативы по сплочению финского народа в целях заботы о своём доме и обеспечения своего будущего встречают глухую стену непонимания и безразличия. И он подал прошение об отстранении от занимаемой должности[15].

Переговоры 1938—1939 годов[править | править вики-текст]

Переговоры Ярцева в 1938—1939 годах[править | править вики-текст]

Переговоры были начаты по инициативе СССР, первоначально они велись в секретном режиме, что устраивало обе стороны: Советский Союз предпочитал официально сохранять «свободу рук» в условиях неясной перспективы в отношениях с западными странами, а для финских официальных лиц оглашение факта переговоров было неудобно с точки зрения внутренней политики, так как население Финляндии в основном негативно относилось к СССР.

14 апреля 1938 года в Хельсинки, в посольство СССР в Финляндии, прибыл второй секретарь Борис Ярцев[16]. Он встретился сразу с министром иностранных дел Рудольфом Холсти и изложил позицию СССР: правительство СССР уверено, что Германия планирует нападение на СССР и в эти планы входит боковой удар через Финляндию. Поэтому отношение Финляндии к высадке немецких войск так важно для СССР. Красная армия не будет ждать на границе, если Финляндия позволит высадку. С другой стороны, если Финляндия окажет немцам сопротивление, СССР окажет ей военную и хозяйственную помощь, поскольку Финляндия не способна сама отразить немецкую высадку[17]. В течение пяти последующих месяцев он проводил многочисленные беседы, в том числе с премьер-министром Каяндером и министром финансов Вяйнё Таннером. Гарантий финской стороны в том, что Финляндия не позволит нарушить свою территориальную неприкосновенность и вторгнуться в Советскую Россию через её территорию, было недостаточно для СССР[18]. СССР требовал секретного соглашения, обязательного при нападении Германии своего участия в обороне финского побережья, строительства укреплений на Аландских островах и размещения советских военных баз для флота и авиации на острове Гогланд (фин. Suursaari). Территориальных требований не выдвигалось. Финляндия отвергла предложения Ярцева в конце августа 1938 года.

В марте 1939 года СССР официально заявил, что желает арендовать на 30 лет острова Гогланд, Лаавансаари (ныне Мощный), Тютярсаари и Сескар. Уже позже, в качестве компенсации, предложили Финляндии территории в Восточной Карелии[19]. Маннергейм был готов отдать острова, поскольку их всё равно практически невозможно было ни оборонять, ни использовать для охраны Карельского перешейка[20]. Переговоры безрезультатно прекратились 6 апреля 1939 года.

23 августа 1939 года СССР и Германия заключили Договор о ненападении. По секретному дополнительному протоколу к Договору Финляндия была отнесена к сфере интересов СССР. Таким образом договаривающиеся стороны — нацистская Германия и Советский Союз — предоставили друг другу гарантии невмешательства на случай войны. Германия начала Вторую мировую войну нападением на Польшу спустя неделю, 1 сентября 1939 года. Войска СССР вступили на территорию Польши 17 сентября.

С 28 сентября по 10 октября СССР заключил договоры о взаимопомощи с Эстонией, Латвией и Литвой, согласно которым эти страны предоставили СССР свою территорию для размещения советских военных баз.

5 октября СССР предложил Финляндии рассмотреть возможность заключения с СССР аналогичного пакта о взаимопомощи. Правительство Финляндии заявило, что заключение такого пакта противоречило бы занятой им позиции абсолютного нейтралитета. К тому же договор о ненападении между СССР с Германией уже устранил основную причину требований Советского Союза к Финляндии — опасность нападения Германии через территорию Финляндии.

Московские переговоры о территории Финляндии[править | править вики-текст]

Приезд Юхо Кусти Паасикиви с переговоров в Москве. 16 октября 1939 года

5 октября 1939 финские представители были приглашены в Москву для переговоров «по конкретным политическим вопросам». Переговоры проходили в три этапа: 12—14 октября, 3—4 ноября и 9 ноября.

Первый раз Финляндию представлял посланник, государственный советник Ю. К. Паасикиви, посол Финляндии в Москве Аарно Коскинен, чиновник министерства иностранных дел Йохан Нюкопп и полковник Аладар Паасонен. Во второй и третьей поездке уполномоченным вести переговоры наряду с Паасикиви был министр финансов Таннер. В третьей поездке добавился государственный советник Р. Хаккарайнен[21].

На этих переговорах впервые зашла речь о близости границы к Ленинграду. Иосиф Сталин заметил: «Мы ничего не можем поделать с географией, так же, как и вы… Поскольку Ленинград передвинуть нельзя, придётся отодвинуть от него подальше границу»[22].

Представленный советской стороной вариант соглашения выглядел следующим образом:

  1. Финляндия переносит границу на 90 км от Ленинграда.
  2. Финляндия соглашается сдать в аренду СССР сроком на 30 лет полуостров Ханко для постройки военно-морской базы и размещения там четырёхтысячного воинского контингента для её обороны.
  3. Советскому военному флоту предоставляются порты на полуострове Ханко в самом Ханко и в Лаппохья (фин.)русск.
  4. Финляндия передаёт СССР острова Гогланд, Лаавансаари (ныне Мощный), Тютярсаари и Сейскари.
  5. Существующий советско-финляндский пакт о ненападении дополняется статьёй о взаимных обязательствах не вступать в группировки и коалиции государств, враждебные той или другой стороне.
  6. Оба государства разоружают свои укрепления на Карельском перешейке.
  7. СССР передаёт Финляндии территорию в Карелии общей площадью вдвое больше полученной финской (5 529 км²).
  8. СССР обязуется не возражать против вооружения Аландских островов собственными силами Финляндии.

СССР предложил обмен территориями, при котором Финляндия получила бы более обширные территории в Восточной Карелии в Реболах и в Пораярви.

СССР обнародовал свои требования до третьей встречи в Москве. Заключившая с СССР договор о ненападении Германия посоветовала финнам на них согласиться. Герман Геринг дал понять министру иностранных дел Финляндии Эркко, что требования о военных базах надо бы принять и на помощь Германии надеяться не стоит[23].

Государственный совет не пошёл на выполнение всех требований СССР, так как общественное мнение и парламент были против. Вместо этого был предложен компромисный вариант — Советскому Союзу были предложены острова Суурсаари (Гогланд), Лавенсари (Мощный), Большой Тютерс и Малый Тютерс, Пенисаари (Малый), Сескар и Койвисто (Березовый) — цепочки островов, которая тянется вдоль основного судоходного фарватера в Финском заливе[24], и ближайших к Ленинграду территорий в Териоках и Куоккала (ныне Зеленогорск и Репино), углублённых в советскую территорию. Московские переговоры прекратились 9 ноября 1939 года.[25][26]

Ранее подобное предложение было сделано прибалтийским странам, и они согласились предоставить СССР военные базы на своей территории. Финляндия же выбрала другое: отстаивать неприкосновенность своей территории. 10 октября из резерва были призваны солдаты на внеплановые учения, что означало полную мобилизацию[27][28][29].

Швеция дала ясно понять о своей позиции нейтралитета, а со стороны других государств не поступило серьёзных заверений о помощи[15].

С середины 1939 года в СССР начались военные приготовления. В июне−июле на Главном военном совете СССР обсуждался оперативный план нападения на Финляндию, и с середины сентября начинается концентрация частей Ленинградского военного округа вдоль границы[30].

В Финляндии достраивалась «линия Маннергейма». 7−12 августа на Карельском перешейке были проведены крупные военные учения, на которых отрабатывалось отражение агрессии со стороны СССР. Были приглашены все военные атташе, кроме советского[31].

Финское правительство отказывалось принимать советские условия — так как, по их мнению, эти условия далеко выходили за рамки вопроса обеспечения безопасности Ленинграда, — в то же время пытаясь добиться заключения советско-финского торгового соглашения и согласия СССР на вооружение Аландских островов, демилитаризованный статус которых регулировался Аландской конвенцией 1921 года. К тому же финны не желали отдавать СССР свою единственную защиту от возможной советской агрессии — полосу укреплений на Карельском перешейке, известную как «линия Маннергейма»[32].

Финны настаивали на своём, хотя 23—24 октября Сталин несколько смягчил позицию в отношении территории Карельского перешейка и численности предполагаемого гарнизона полуострова Ханко. Но и эти предложения были отклонены. «Вы что, хотите спровоцировать конфликт?» /В. Молотов/. Маннергейм при поддержке Паасикиви продолжал настаивать перед своим парламентом о необходимости поиска компромисса, заявив, что армия продержится в обороне не более двух недель, но безрезультатно.

31 октября, выступая на сессии Верховного Совета, Молотов изложил суть советских предложений, при этом намекнув, что жёсткая линия, занятая финской стороной, якобы вызвана вмешательством сторонних государств. Финская общественность, впервые узнав о требованиях советской стороны, категорически выступила против каких-либо уступок[источник не указан 1391 день].

Возобновившиеся в Москве 3 ноября переговоры сразу зашли в тупик. С советской стороны последовало заявление: «Мы, гражданские люди, не достигли никакого прогресса. Теперь слово будет предоставлено солдатам».

Однако Сталин на следующий день пошёл на уступки, предложив вместо аренды полуострова Ханко купить его или даже арендовать у Финляндии вместо него какие-нибудь прибрежные острова. Таннер, бывший тогда министром финансов и входивший в состав финской делегации, также считал, что эти предложения открывают путь к достижению договорённости. Но правительство Финляндии стояло на своём[источник не указан 1391 день].

3 ноября 1939 года советская газета «Правда» написала: «Мы отбросим к чёрту всякую игру политических картёжников и пойдём своей дорогой, несмотря ни на что, мы обеспечим безопасность СССР, не глядя ни на что, ломая все и всяческие препятствия на пути к цели»[33]. В этот же день войска Ленинградского военного округа и Балтийский флот получили директивы о подготовке боевых действий против Финляндии[34]. На последней встрече Сталин, по крайней мере внешне, проявлял искреннее желание[источник не указан 907 дней] добиться компромисса в вопросе о военных базах. Но финны отказались его обсуждать, и 13 ноября отбыли в Хельсинки.

Наступило временное затишье, которое финское правительство посчитало подтверждением правильности своей позиции.

26 ноября в «Правде» появилась статья «Шут гороховый на посту премьера», которая стала сигналом к началу антифинской пропагандистской кампании. В тот же день произошёл артиллерийский обстрел территории СССР у населённого пункта Майнила. Руководством СССР вина за этот инцидент была возложена на Финляндию[35]. В советских органах информации к широко используемым для именования враждебных элементов терминам «белогвардеец», «белополяк», «белоэмигрант» был добавлен новый — «белофинн».

28 ноября было объявлено о денонсации Договора о ненападении с Финляндией[36], а 30 ноября советским войскам был дан приказ переходу в наступление.

Причины войны[править | править вики-текст]

Согласно заявлениям советской стороны, целью СССР было добиться военным путём того, чего не удалось сделать мирным: обеспечить безопасность Ленинграда, который находился в опасной близости от границы и в случае начала войны (в которой Финляндия была готова предоставить свою территорию врагам СССР в качестве плацдарма) неминуемо был бы захвачен в первые дни (или даже часы). В 1931 году Ленинград был выделен из области и стал городом республиканского подчинения. Часть границ некоторых подчинённых Ленсовету территорий являлась одновременно границей между СССР и Финляндией[37].

« Правильно ли поступили Правительство и Партия, что объявили войну Финляндии? Этот вопрос специально касается Красной Армии.
Нельзя ли было обойтись без войны? Мне кажется, что нельзя было. Невозможно было обойтись без войны. Война была необходима, так как мирные переговоры с Финляндией не дали результатов, а безопасность Ленинграда надо было обеспечить безусловно, ибо его безопасность есть безопасность нашего Отечества. Не только потому, что Ленинград представляет процентов 30-35 оборонной промышленности нашей страны и, стало быть, от целостности и сохранности Ленинграда зависит судьба нашей страны, но и потому, что Ленинград есть вторая столица нашей страны.
»

Правда, самые первые требования СССР в 1938 году не упоминали Ленинграда и не требовали переноса границы. Требования об аренде Ханко, находящегося за сотни километров на запад, увеличивали безопасность Ленинграда. Постоянным в требованиях было только следующее: получить военные базы на территории Финляндии и вблизи её побережья и обязать её не просить помощи у третьих стран.

Уже во время войны сложилось две концепции, которые дискутируются до сих пор: одна, что СССР преследовал заявленные цели (обеспечение безопасности Ленинграда), вторая — что истинной целью СССР была советизация Финляндии.

Однако на сегодняшний день существует иное разделение концепций а именно по принципу отнесения военного конфликта как отдельной войны или части Второй Мировой Войны. Которые в свою очередь представляют СССР как миролюбивую страну или как агрессора и союзника Германии. При этом советизация Финляндии являлась лишь прикрытием для подготовки СССР молниеносного вторжения и освобождения Европы от Германской оккупации с последующей советизацией всей Европы и оккупированной Германией части африканских стран.

М. И. Семиряга отмечает, что накануне войны в обеих странах были претензии друг к другу. Финны боялись сталинского режима и хорошо знали о репрессиях против советских финнов и карел в конце 1930-х годов, закрытии финских школ и так далее. В СССР, в свою очередь, знали о деятельности ультранационалистических финских организаций, ставивших своей целью «вернуть» Советскую Карелию. Москву тревожило также одностороннее сближение Финляндии с западными странами и прежде всего с Германией, на которое Финляндия шла, в свою очередь, из-за того, что видела в СССР главную угрозу для себя. Президент Финляндии П. Э. Свинхувуд в 1937 году заявил в Берлине, что «враг России должен быть всегда другом Финляндии». В беседе с германским посланником он сказал: «Русская угроза для нас будет существовать постоянно. Поэтому для Финляндии хорошо, что Германия будет сильной». В СССР подготовка к военному конфликту с Финляндией началась в 1936 году. 17 сентября 1939 года СССР выразил поддержку финскому нейтралитету, но буквально в те же дни (11—14 сентября) начал частичную мобилизацию в Ленинградском военном округе, что ясно свидетельствовало о подготовке силового решения[38].

Как считает А. Шубин, до подписания советско-германского пакта СССР несомненно стремился лишь к обеспечению безопасности Ленинграда. Заверения Хельсинки в своем нейтралитете Сталина не удовлетворяли, так как он, во-первых, считал финское правительство враждебно настроенным и готовым присоединиться к любой внешней агрессии против СССР, а во-вторых (и это подтвердили дальнейшие события), сам по себе нейтралитет малых стран не гарантировал, что они не могут быть использованы как плацдарм для нападения (в результате оккупации). После подписания пакта Молотова-Риббентропа требования СССР ужесточились, и здесь уже возникает вопрос, к чему реально стремился Сталин на этом этапе. Теоретически, предъявляя свои требования осенью 1939 года, Сталин мог планировать провести в ближайший год в Финляндии: а) советизацию и включение в СССР (как это случилось с другими странами Прибалтики в 1940 году), либо б) коренное социальное переустройство с сохранением формальных признаков независимости и политического плюрализма (как это было сделано после войны в восточноевропейских так называемых «странах народной демократии», либо в) Сталин мог планировать пока лишь усиление своих позиций на северном фланге потенциального театра военных действий, не рискуя пока вмешиваться во внутренние дела Финляндии, Эстонии, Латвии и Литвы.[39]. М. Семиряга считает, что для определения характера войны против Финляндии «не обязательно анализировать переговоры осени 1939 года. Для этого нужно просто знать общую концепцию мирового коммунистического движения Коминтерна и сталинскую концепцию — великодержавные претензии на те регионы, которые раньше входили в состав Российской империи… А цели были — присоединить в целом всю Финляндию. И ни к чему разговоры о 35 километрах до Ленинграда, 25 километрах до Ленинграда…»[40]. Финский историк О. Маннинен считает, что Сталин стремился поступить с Финляндией по тому же сценарию, который в конечном итоге был реализован со странами Балтии. «Желание Сталина „решить вопросы мирным способом“ было желанием мирно создать в Финляндии социалистический режим. И в конце ноября, начиная войну, он хотел добиться того же при помощи оккупации. „Сами рабочие“ должны были решить — присоединиться к СССР или основать свое социалистическое государство». Однако, отмечает О. Маннинен, поскольку эти планы Сталина не были формально зафиксированы, этот взгляд всегда останется в статусе предположения, а не доказуемого факта[41]. Также существует версия, что, выдвигая претензии на приграничные земли и военную базу, Сталин, подобно Гитлеру в Чехословакии, стремился сначала разоружить соседа, отняв у него укреплённую территорию, а затем захватить его[3][42].

Важным аргументом в пользу теории советизации Финляндии как цели войны является тот факт, что на второй день войны на территории СССР было создано марионеточное Терийокское правительство, возглавляемое финским коммунистом Отто Куусиненом. 2 декабря советское правительство подписало с правительством Куусинена договор о взаимопомощи и, по словам Рюти, отказалось от каких-либо контактов с законным правительством Финляндии во главе с Ристо Рюти[43].

С большой долей уверенности можно предположить: если бы дела на фронте шли в соответствии с оперативным планом, то это «правительство» прибыло бы в Хельсинки с определённой политической целью — развязать в стране гражданскую войну. Ведь обращение ЦК компартии Финляндии прямо призывало […] свергнуть «правительство палачей». В обращении Куусинена к солдатам «Финляндской народной армии» прямо говорилось, что им доверена честь водрузить знамя «Демократической Финляндской Республики» на здании дворца президента в Хельсинки.
[…]
Однако в реальности это «правительство» использовалось лишь как средство, правда не очень действенное, для политического давления на законное правительство Финляндии. Эту свою скромную роль оно и выполнило, что, в частности, подтверждается заявлением Молотова шведскому посланнику в Москве Ассарссону 4 марта 1940 года о том, что если правительство Финляндии будет по-прежнему возражать против передачи Советскому Союзу Выборга и Сортавала, то последующие советские условия мира будут ещё более жёсткими и СССР пойдёт тогда на окончательное соглашение с «правительством» Куусинена

— М. И. Семиряга. «Тайны сталинской дипломатии. 1941—1945»[44]

Были предприняты и ряд других мер, в частности, среди советских документов кануна войны есть подробные инструкции об организации «Народного фронта» на оккупированных территориях. М. Мельтюхов, на этом основании, видит в советских действиях стремление советизировать Финляндию через промежуточный этап левого «народного правительства»[45]. С. Беляев считает, что решение о советизации Финляндии не является свидетельством изначального плана захвата Финляндии, но было принято только накануне войны ввиду провала попыток договориться об изменении границы[41].

По мнению А. Шубина, позиция Сталина осенью 1939 года была ситуативной, и он маневрировал между программой-минимум — обеспечением безопасности Ленинграда, и программой-максимум — установлением контроля над Финляндией. Непосредственно к советизации Финляндии, как и стран Балтии, Сталин в тот момент не стремился, так как не знал, чем кончится война на Западе (действительно, в Балтии решительные шаги в направлении советизации были сделаны лишь в июне 1940 года, то есть сразу же после того как обозначился разгром Франции). Сопротивление Финляндии советским требованиям заставило его пойти на жёсткий силовой вариант в невыгодный для него момент (зимой). В конечном итоге он обеспечил себе, по крайней мере, выполнение программы-минимум[3].

Стратегические планы сторон[править | править вики-текст]

План СССР[править | править вики-текст]

Красноармейское партсобрание в окопах

План войны с Финляндией предусматривал развёртывание боевых действий на трёх направлениях. Первым из них было на Карельском перешейке, где предполагалось вести прямой прорыв полосы финской обороны (которая в ходе войны получила название «линии Маннергейма») в направлении на Выборг, и севернее Ладожского озера .

Вторым направлением была центральная Карелия, соседствующая с той частью Финляндии, где её широтная протяженность была наименьшей. Предполагалось здесь, в Районе Суомуссалми — Раате разрезать территорию страны надвое и войти на побережье Ботнического залива в город Оулу. Для парада в городе предназначалась отборная и хорошо экипированная 44-я дивизия.[46]

Наконец, с целью недопущения контрударов и возможной высадки десантов западных союзников Финляндии со стороны Баренцева моря предполагалось вести боевые действия в Лапландии.

Главным направлением считалось направление на Выборг — между Вуоксой и побережьем Финского залива. Здесь, после успешного прорыва линии обороны (либо обхода линии с севера) Красная Армия получала возможность ведения войны на удобной для действия танков территории, не имеющей серьёзных долговременных укреплений. В таких условиях значительное преимущество в живой силе и подавляющее — в технике могло проявиться максимально полным образом. Предполагалось после прорыва укреплений провести наступление на Хельсинки и добиться полного прекращения сопротивления. Параллельно планировались действия Балтийского флота и выход к границе Норвегии в Заполярье. Это позволило бы обеспечить в будущем быстрый захват Норвегии и прекратить поставки железной руды в Германию.

План опирался на неверное представление о слабости финской армии и неспособности её к длительному сопротивлению. Также неверными оказалась и оценка численности финских войск: «считалось, что финская армия в военное время будет иметь до 10 пехотных дивизий и десятка полтора отдельных батальонов»[47]. Кроме того, советское командование не располагало сведениями о линии укреплений на Карельском перешейке, к началу войны имея о них лишь «отрывочные агентурные данные»[48]. Так, даже в разгар боёв на Карельском перешейке, Мерецков сомневался в том, что у финнов есть долговременные сооружения, хотя ему докладывали о существовании дотов «Поппиус» (Sj4) и «Миллионер» (Sj5)[47].

План Финляндии[править | править вики-текст]

На правильно определённом Маннергеймом направлении главного удара предполагалось задерживать противника как можно более длительное время.

План обороны Финнов севернее Ладожского озера заключался в том, чтобы остановить противника на линии Кителя (район Питкяранты) — Леметти (у озера Сюскюярви). В случае необходимости русские должны были быть остановлены севернее у озера Суоярви на эшелонированных позициях. Сюда перед войной была проведена железнодорожная ветка от железнодорожной магистрали Ленинград-Мурманск и созданы крупные запасы боеприпасов, топлива. Поэтому неожиданностью для финнов был ввод в бои на северном берегу Ладоги семи дивизий, число которых было доведено до 10.[46]

Финское командование рассчитывало, что все принятые меры гарантируют быструю стабилизацию фронта на Карельском перешейке и активное сдерживание на северном участке границы. Считалось, что финская армия сумеет самостоятельно сдерживать противника до полугода. По стратегическому плану предполагалось дождаться помощи от Запада, после чего провести контрнаступление в Карелии.

Вооружённые силы противников[править | править вики-текст]

Истребитель Fokker D.XXI финских ВВС, 1939 год
Финский солдат с пулемётом Lahti‑Saloranta M‑26
Пистолет-пулемёт «Суоми»

Соотношение сил к 30 ноября 1939 года[3]:

Дивизии,
расчётные
Личный
состав
Орудия и
миномёты
Танки Самолёты
Финская армия 14 265 000 534 26 270
Красная Армия 24 425 640 2876 2289 2446
Соотношение 1:1,7 1:1,6 1:5,4 1:88 1:9,1

Финская армия вступала в войну плохо вооружённой — в списке ниже указано, на сколько дней войны хватало имевшихся на складах запасов:

  • патронов для винтовок, автоматов и пулемётов — на 2,5 месяца;
  • снарядов для миномётов, полевых пушек и гаубиц — на 1 месяц;
  • горюче-смазочных материалов — на 2 месяца;
  • авиационного бензина — на 1 месяц.

Военная промышленность Финляндии была представлена одним государственным патронным заводом, одним пороховым и одним артиллерийским. Подавляющее превосходство СССР в авиации позволяло быстро вывести из строя или существенно осложнить работу всех трёх.

В состав финской дивизии входили: штаб, три пехотных полка, одна лёгкая бригада, один полк полевой артиллерии, две инженерные роты, одна рота связи, одна сапёрная рота, одна интендантская рота.
В состав советской дивизии входили: три пехотных полка, один полк полевой артиллерии, один полк гаубичной артиллерии, одна батарея противотанковых орудий, один батальон разведки, один батальон связи, один инженерный батальон.

Финская дивизия уступала советской как по численности (14 200 против 17 500), так и по огневой мощи, что видно из следующей сопоставительной таблицы:

Оружие Финская
дивизия
Советская
дивизия
Винтовок 11 000 14 000
Пистолет-пулемётов 250
Автоматических и полуавтоматических винтовок 250 419
Пулемётов 7,62 мм 116 200
Пулемётов 12,7 мм 6
Зенитных пулемётов (четырёхствольных) 32
Ружейных гранатомётов Дьяконова 261
Миномётов 81−82 мм 18 18
Миномётов 120 мм 12
Полевая артиллерия (орудия калибра 37−45 мм) 18 48
Полевая артиллерия (орудия калибра 75−90 мм) 24 38
Полевая артиллерия (орудия калибра 105−152 мм) 12 40
Танки 40-50
Бронемашины 15

Советская дивизия по совокупной огневой мощи пулемётов и миномётов в два раза превосходила финскую, а по огневой мощи артиллерии — в три раза. В Красной армии не было на вооружении автоматов, но это частично компенсировалось наличием автоматических и полуавтоматических винтовок. Артиллерийская поддержка советских дивизий осуществлялась по запросам высшего командования; в их распоряжении имелись многочисленные танковые бригады, а также неограниченное количество боеприпасов[46].

На Карельском перешейке рубежом обороны Финляндии была «линия Маннергейма», состоящая из нескольких укреплённых оборонительных полос с бетонными и древоземляными огневыми точками, ходами сообщения, противотанковыми преградами. В состоянии боеготовности там находилось 74 старых (c 1924 года) одно-амбразурных пулемётных ДОТ фронтального огня, 48 новых и модернизированных ДОТ, имевших от одной до четырёх пулемётных амбразур фланкирующего огня, 7 артиллерийских ДОТ и один пулемётно-артиллерийский капонир. В общей сложности — 130 долговременных огневых сооружений были расположены по линии длиною около 140 км от берега Финского залива до Ладожского озера[49]. В 1939 году были созданы наиболее современные укрепления. Однако их число не превышало 10, поскольку их сооружение было на пределе финансовых возможностей государства, а народ назвал их из-за высокой стоимости «миллионниками».

ДОТ Ink5 на линии Маннергейма

Северный берег Финского залива был укреплён многочисленными артбатареями на берегу и на прибрежных островах. Был заключён секретный договор между Финляндией и Эстонией о военном сотрудничестве. Одним из элементов должна была служить координация огня финских и эстонских батарей с целью полного блокирования советского флота[50]. Этот план не сработал: Эстония к началу войны предоставила свои территории для военных баз СССР[51], которые использовались советской авиацией для авиаударов по Финляндии[52].

На Ладожском озере финны также располагали береговой артиллерией и боевыми кораблями. Участок границы севернее Ладожского озера укреплён не был. Здесь заблаговременно велась подготовка к партизанским действиям, для которых были все условия: лесисто-болотистая местность, где невозможно нормальное использование боевой техники, узкие грунтовые дороги и покрытые льдом озёра, на которых войска противника очень уязвимы. В конце 30-х годов в Финляндии было построено много аэродромов для принятия самолётов западных союзников[46].

Финляндия начала строительство военно-морского флота с закладки броненосцев береговой обороны (иногда неправильно называемые «линкорами»), приспособленных для маневрирования и ведения боя в шхерах. Их основные измерения: водоизмещение − 4000 т, скорость хода − 15,5 узла, вооружение − 4×254 мм, 8х105 мм[53]. Броненосцы «Ильмаринен» и «Вяйнямёйнен» были заложены в августе 1929 года, приняты в состав ВМС Финляндии в декабре 1932 года.

Повод к войне и разрыв отношений[править | править вики-текст]

Советские солдаты выкапывают столб на погранзаставе Майнила, 30 ноября 1939 года

Официальным поводом к войне стал «Майнильский инцидент»: 26 ноября 1939 года советское правительство обратилось к правительству Финляндии с официальной нотой, в которой заявлялось, что «26 ноября, в 15 часов 45 минут, наши войска, расположенные на Карельском перешейке у границы Финляндии, около села Майнила, были неожиданно обстреляны с финской территории артиллерийским огнем. Всего было произведено семь орудийных выстрелов, в результате чего убито трое рядовых и один младший командир, ранено семь рядовых и двое из командного состава. Советские войска, имея строгое приказание не поддаваться провокации, воздержались от ответного обстрела». Нота была составлена в умеренных выражениях и требовала отвода финских войск на 20-25 км от границы во избежание повторения инцидентов. Тем временем финские пограничники спешно провели расследование инцидента, тем более что пограничные посты были свидетелями обстрела. Ответной нотой финны заявили, что обстрел был зафиксирован финскими постами, выстрелы были произведены с советской стороны, по наблюдениям и оценкам финнов с расстояния около 1,5-2 км на юго-восток от места падения снарядов, что на границе у финнов есть только пограничные войска и нет орудий, тем более дальнобойных, но что Хельсинки готов приступить к переговорам об обоюдном отводе войск и начать совместное расследование инцидента. Ответная нота СССР гласила: «отрицание со стороны правительства Финляндии факта возмутительного артиллерийского обстрела финскими войсками советских войск, повлекшего за собой жертвы, не может быть объяснено иначе, как желанием ввести в заблуждение общественное мнение и поиздеваться над жертвами обстрела. <…> Отказ правительства Финляндии отвести войска, совершившие злодейский обстрел советских войск, и требование об одновременном отводе финских и советских войск, исходящие формально из принципа равенства сторон, изобличают враждебное желание правительства Финляндии держать Ленинград под угрозой». СССР объявлял о своем выходе из Пакта о ненападении с Финляндией, мотивируя это тем, что сосредоточение финских войск под Ленинградом создает угрозу городу и является нарушением пакта.[54].

Советские пехотинцы переходят реку Раяйоки в Карелии, 30 ноября 1939 года

Вечером 29 ноября финляндский посланник в Москве Аарно Юрьё-Коскинен (фин. Aarno Yrjö-Koskinen) был вызван в Народный комиссариат иностранных дел, где заместитель наркома В. П. Потёмкин вручил ему новую ноту. В ней говорилось, что, ввиду сложившегося положения, ответственность за которое ложится на правительство Финляндии, правительство СССР признало необходимым немедленно отозвать из Финляндии своих политических и хозяйственных представителей. Это означало разрыв дипломатических отношений. В тот же день финны отметили нападение на их пограничников у Петсамо[15].

Утром 30 ноября был сделан и последний шаг. Как говорилось в официальном сообщении, «по приказу Главного Командования Красной Армии, ввиду новых вооруженных провокаций со стороны финской военщины, войска Ленинградского военного округа в 8 часов утра 30 ноября перешли границу Финляндии на Карельском перешейке и в ряде других районов».[55]. В тот же день советская авиация бомбила и обстреляла из пулеметов Хельсинки; при этом, в результате ошибки летчиков, пострадали в основном жилые рабочие кварталы. В ответ на протесты европейских дипломатов Молотов заявил, что советские самолеты сбрасывали на Хельсинки хлеб для голодающего населения (после чего советские бомбы стали называть в Финляндии «Молотовскими хлебными корзинами»)[38][56][57]. При этом официального объявления войны так и не последовало.

В советской пропаганде, а затем и историографии ответственность за начало войны возлагалась на Финляндию и страны Запада: «Некоторого временного успеха империалисты смогли добиться в Финляндии. Им удалось в конце 1939 года спровоцировать финских реакционеров на войну против СССР»[58][59].

Маннергейм, располагавший как главнокомандующий наиболее достоверными данными об инциденте под Майнила, сообщает:

…И вот провокация, которую я ожидал с середины октября, свершилась. Когда я лично побывал 26 октября на Карельском перешейке, генерал Неннонен заверил меня, что артиллерия полностью отведена за линию укреплений, откуда ни одна батарея не в силах произвести выстрел за пределы границы… …Нам не пришлось долго ждать претворения в жизнь слов Молотова, произнесённых на московских переговорах: «Вести разговоры теперь наступит очередь солдат». 26 ноября Советский Союз организовал провокацию, известную ныне под названием «Выстрелы в Майнила»… Во время войны 1941—1944 годов пленные русские детально описали, как была организована неуклюжая провокация…[15]

Последствия первой бомбёжки Хельсинки

Никита Хрущёв рассказывает, что поздней осенью (по смыслу именно 26 ноября) он обедал в квартире Сталина вместе с Молотовым и Куусиненом. Между последними шёл разговор о реализации уже принятого решения — предъявлении Финляндии ультиматума; тогда же Сталин заявил, что Куусинен возглавит новую Карело-Финскую ССР с присоединением «освобожденных» финских районов. Сталин считал «что после того, как Финляндии будут предъявлены ультимативные требования территориального характера и в случае, если она их отвергнет, придется начать военные действия», заметив: «сегодня начнется это дело». Сам Хрущев считал (в согласии с настроением Сталина, как он утверждает), что «достаточно громко сказать им <финнам>, если же не услышат, то разок выстрелить из пушки, и финны поднимут руки вверх, согласятся с требованиями». В Ленинград был заранее послан замнаркома обороны маршал Г. И. Кулик (артиллерист) для организации провокации. Хрущев, Молотов и Куусинен долго сидели у Сталина, ожидая ответа финнов; все были уверены, что Финляндия испугается и согласится на советские условия[60].

При этом следует отметить, что внутренняя советская пропаганда не афишировала Майнильский инцидент, служивший откровенно формальным поводом: она делала акцент на то, что Советский Союз совершает освободительный поход в Финляндию, чтобы помочь финским рабочим и крестьянам свергнуть гнет капиталистов. Ярким примером является песня «Принимай нас, Суоми-красавица»:

Мы приходим помочь вам расправиться,
Расплатиться с лихвой за позор.
Принимай нас, Суоми — красавица,
В ожерелье прозрачных озёр!

При этом упоминание в тексте «невысокого солнышка осени» дает повод к предположению, что текст был написан загодя в расчёте на более раннее начало войны[61].

Война[править | править вики-текст]

Сигнальные ракеты над советско-финляндской границей, первый месяц войны

После разрыва дипломатических отношений правительство Финляндии начало эвакуацию населения из приграничных областей, в основном с Карельского перешейка и Северного Приладожья. Основная часть населения собиралась в период 29 ноября — 4 декабря.

Начало боёв[править | править вики-текст]

Схема военных действий в декабре 1939 — январе 1940 года
Схема наступления частей Красной армии в декабре 1939 года

Первым этапом войны обычно считают период с 30 ноября 1939 года по 10 февраля 1940 года. На этом этапе велось наступление частей Красной армии на территории от Финского залива до берегов Баренцева моря.

Группировка советских войск состояла из 7-й, 8-й, 9-й и 14-й армий. 7-я армия наступала на Карельском перешейке, 8-я — севернее Ладожского озера, 9-я — в северной и средней Карелии, 14-я — в Петсамо.

Наступлению 7-й армии на Карельском перешейке противостояла Армия перешейка (Kannaksen armeija) под командованием Хуго Эстермана. Для советских войск эти бои стали наиболее тяжёлыми и кровопролитными. Советское командование имело лишь «отрывочные агентурные данные о бетонных полосах укреплений на Карельском перешейке»[48]. В результате этого выделенные силы для прорыва «линии Маннергейма» оказались совершенно недостаточными. Войска оказались полностью неготовыми для преодоления линии ДОТов и ДЗОТов. В частности, было мало крупнокалиберной артиллерии, необходимой для уничтожения ДОТов. К 12 декабря части 7-й армии смогли преодолеть лишь полосу обеспечения линии и выйти к переднему краю главной полосы обороны, но запланированный прорыв полосы с ходу не удался из-за явно недостаточных сил и плохой организации наступления. 12 декабря финская армия провела одну из своих самых успешных операций у озера Толваярви. До конца декабря продолжались попытки прорыва, не принёсшие успеха.

8-я армия продвинулась на 80 км. Ей противостоял IV Армейский корпус (IV armeijakunta), которым командовал Юхо Хейсканен. Часть советских войск попала в окружение. После тяжёлых боёв им пришлось отступить.

Наступлению 9-ой и 14-ой армий противостояла оперативная группа «Северная Финляндия» (Pohjois-Suomen Ryhmä) под командованием генерал-майора Вильё Эйнара Туомпо. Её зоной ответственности являлся 400-мильный участок территории от Петсамо до Кухмо. 9-я армия вела наступление из Беломорской Карелии. Она вклинилась в оборону противника на 35−45 км, но была остановлена. Силы 14-й армии, наступавшей на район Петсамо, достигли наибольшего успеха. Взаимодействуя с Северным флотом, войска 14-й армии смогли овладеть полуостровами Рыбачий и Средний и городом Петсамо (ныне Печенга). Таким образом они закрыли выход Финляндии к Баренцеву морю.

Подбитый советский танк T-26

Некоторые исследователи и мемуаристы пытаются объяснить советские неудачи в том числе и погодой[62][нет в источнике]: сильными морозами (до −40 °C) и глубоким снегом — до 2 м. Однако как данные метеорологических наблюдений[63], так и другие документы опровергают это: до 20 декабря 1939 года на Карельском перешейке температура колебалась от +1 до −23,4 °C. Далее до Нового года температура не опускалась ниже −23 °C. Морозы до −40 °C начались во второй половине января, когда на фронте было затишье. Причём мешали эти морозы не только наступающим, но и обороняющимся, о чём писал и Маннергейм[47]. Никакого глубокого снега до января 1940 г. также не было. Так, оперативные сводки советских дивизий от 15 декабря 1939 г. свидетельствуют о глубине снежного покрова в 10—15 см[47]. Более того, успешные наступательные действия в феврале происходили в более суровых погодных условиях.

Значительные проблемы советским войскам доставило применение Финляндией минно-взрывных устройств, в том числе самодельных, которые устанавливались не только на линии фронта, но и в тылу РККА, на путях движения войск. 10 января 1940 года в докладе уполномоченного наркомата обороны командарма II ранга Ковалёва в наркомат обороны было отмечено, что, наряду со снайперами противника, основные потери пехоте наносят мины. Позже, на совещании начальствующего состава РККА по сбору опыта боевых действий против Финляндии 14 апреля 1940 года начальник инженеров Северо-Западного фронта комбриг А. Ф. Хренов отметил, что в полосе действий фронта (130 км) общая протяжённость минных полей составила 386 км, при этом мины использовали в сочетании с невзрывными инженерными заграждениями[64].

Финский подрывной заряд, гранаты и бутылка с зажигательной смесью времён Зимней войны

Неприятным сюрпризом оказалось и массовое применение финнами против советских танков бутылок с зажигательной смесью, прозванных впоследствии «коктейлем Молотова». За 3 месяца войны финской промышленностью было выпущено свыше полумиллиона бутылок[65].

Советскими войсками во время войны были впервые применены в боевых условиях радиолокационные станции (РУС-1) для обнаружения самолётов противника.

Терийокское правительство[править | править вики-текст]

Карта Финляндии конца 1939 года, составленная Аэрографическим отделом ВВС РККА. Сиреневым цветом нанесена граница между СССР и Финлянлской Демократической Республикой — марионеточным государством, созданным 1 декабря 1939 года) согласно Договору о взаимопомощи и дружбе от 2 декабря 1939 года
В. М. Молотов подписывает договор между СССР и Терийокским правительством. Стоят: А. А. Жданов, К. Е. Ворошилов, И. В. Сталин, О. В. Куусинен

1 декабря 1939 года в газете «Правда» было опубликовано сообщение, в котором говорилось, что в Финляндии образовано так называемое «Народное правительство», во главе которого встал Отто Куусинен. В исторической литературе правительство Куусинена обычно именуется «терийокским», поскольку находилось оно, после начала войны, в посёлке Терийоки (ныне город Зеленогорск). Это правительство было официально признано СССР.

2 декабря в Москве состоялись переговоры между правительством Финляндской демократической республики во главе с Отто Куусиненом и советским правительством во главе с В. М. Молотовым, на которых был подписан Договор о взаимопомощи и дружбе. В переговорах также принимали участие Сталин, Ворошилов и Жданов.

Основные положения этого договора соответствовали требованиям, которые ранее СССР предъявлял финским представителям (передача территорий на Карельском перешейке, продажа ряда островов в Финском заливе, сдача в аренду Ханко). В обмен предусматривалась передача Финляндии значительных территорий в советской Карелии и денежная компенсация. Также СССР обязался поддерживать Финскую Народную Армию вооружением, помощью в подготовке специалистов и т. д. Договор заключался сроком на 25 лет, и, в случае, если за год до истечения срока договора ни одна из сторон не заявляла о его расторжении, он автоматически продлевался ещё на 25 лет. Договор вступал в силу с момента его подписания сторонами, а ратификация планировалась «в возможно более короткий срок в столице Финляндии — городе Хельсинки».

В последующие дни происходили встречи Молотова с официальными представителями Швеции и США, на которых объявлялось о признании Народного правительства Финляндии.

Было объявлено, что предыдущее правительство Финляндии бежало и, следовательно, страной более не руководит. СССР заявил в Лиге Наций, что отныне будет вести переговоры только с новым правительством.

ПРИЕМ тов. МОЛОТОВЫМ ШВЕДСКОГО ПОСЛАННИКА г. ВИНТЕРА

Принятый тов. Молотовым 4 декабря шведский посланник г. Винтер сообщил о желании так называемого «финляндского правительства» приступить к новым переговорам о соглашении с Советским Союзом. Тов. Молотов объяснил г. Винтеру, что Советское правительство не признает так называемого «финляндского правительства», уже покинувшего г. Хельсинки и направившегося в неизвестном направлении, и потому ни о каких переговорах с этим «правительством» не может теперь стоять вопрос. Советское правительство признает только народное правительство Финляндской Демократической Республики, заключило с ним договор о взаимопомощи и дружбе, и это является надежной основой развития мирных и благоприятных отношений между СССР и Финляндией[66].

«Народное правительство» было сформировано в СССР из финских коммунистов. Руководство Советского Союза считало, что использование в пропаганде факта создания «народного правительства» и заключения с ним договора о взаимопомощи, свидетельствующего о дружбе и союзе с СССР при сохранении независимости Финляндии, позволит оказать влияние на финское население, усилив разложение в армии и в тылу.[67]

Листовка для добровольцев: карелов и финнов — граждан СССР
Финская народная армия

С 11 ноября 1939 началось формирование первого корпуса «Финской народной армии» (первоначально 106-я горнострелковая дивизия), получившего название «Ингерманландия», который укомплектовывался финнами и карелами, служившими в войсках Ленинградского военного округа.

К 26 ноября в корпусе насчитывалось 13 405 человек, а в феврале 1940 года — 25 тыс. военнослужащих, которые носили свою национальную форму (шилась из сукна цвета хаки и была похожа на финскую форму образца 1927 года; утверждения, что это была трофейная форма польской армии, ошибочны — из неё использовали только часть шинелей)[источник не указан 1166 дней].

Эта «народная» армия должна была заменить в Финляндии оккупационные части Красной Армии и стать военной опорой «народного» правительства. «Финны» в конфедератках провели в Ленинграде парад. Куусинен объявил, что именно им будет предоставлена честь водрузить красный флаг над президентским дворцом в Хельсинки. В Управлении пропаганды и агитации ЦК ВКП(б) был подготовлен проект инструкции «С чего начать политическую и организационную работу коммунистов (прим.: слово „коммунистов“ зачёркнуто Ждановым) в районах, освобождённых от власти белых», в которой указывались практические меры по созданию народного фронта на оккупированной финской территории. В декабре 1939 г. эта инструкция применялась в работе с населением финской Карелии, но отход советских войск привёл к свёртыванию этих мероприятий[68].

Несмотря на то, что Финская народная армия не должна была участвовать в боевых действиях, с конца декабря 1939 года подразделения ФНА стали широко использоваться для решения боевых задач. В течение всего января 1940 года разведчики 5-го и 6-го полков 3-й СД ФНА выполняли специальные диверсионные задания на участке 8-й армии: уничтожали склады боеприпасов в тылу финских войск, взрывали железнодорожные мосты, минировали дороги. Подразделения ФНА участвовали в боях за Лункулансаари и при взятии Выборга[69].

Когда стало ясно, что война затягивается, а финский народ не поддерживает новое правительство, правительство Куусинена отошло в тень и более не упоминалось в официальной печати. Когда в январе начались советско-финские консультации по вопросу заключения мира, оно уже не упоминалось. С 25 января правительство СССР признаёт правительство в Хельсинки законным правительством Финляндии[70].

Иностранная военная помощь Финляндии[править | править вики-текст]

Шведские добровольцы в Финляндии с противотанковыми ружьями Boys

Вскоре после начала военных действий в Финляндию стали прибывать отряды и группы добровольцев из разных стран мира[71]. В общей сложности в Финляндию прибыло свыше 11 тыс. добровольцев, в том числе 8 тыс. из Швеции («Шведский добровольческий корпус»), 1 тыс. из Норвегии, 600 из Дании, 400 из Венгрии, 300 из США, а также граждане Великобритании, Эстонии и ряда других государств[72]. Финский источник называет цифру в 12 тыс. иностранцев, прибывших в Финляндию для участия в войне[73].

  • Среди воевавших на стороне Финляндии были русские белоэмигранты: в январе 1940 года в Финляндию прибыли Б. Бажанов и ещё несколько русских белоэмигрантов из Русского Обще-Воинского Союза (РОВС), после встречи 15 января 1940 года с Маннергеймом они получили разрешение на формирование антисоветских вооружённых отрядов из пленных красноармейцев. В дальнейшем, из пленных были созданы несколько небольших «Русских Народных Отрядов» под командованием шести офицеров-белоэмигрантов из РОВС. Только один из этих отрядов — 30 бывших военнопленных под командованием «штабс-капитана К.» в течение десяти дней находился на линии фронта[74] и успел принять участие в боевых действиях[75].
  • в финскую армию вступали беженцы-евреи, прибывшие из ряда стран Европы[76]

Великобритания поставила в Финляндию 75 самолётов (24 бомбардировщика «бленхейм»[77], 30 истребителей «гладиатор», 11 истребителей «харрикейн» и 11 разведчиков «лисандер»), 114 полевых орудий, 200 противотанковых орудий, 124 единицы автоматического стрелкового оружия[78], 185 тыс. артиллерийских снарядов, 17 700 авиабомб, 10 тыс. противотанковых мин[79] и 70 13,9-мм противотанковых ружей Бойса обр.1937 года[80]

Франция приняла решение поставить Финляндии 179 самолётов (безвозмездно передать 49 истребителей и продать ещё 130 самолётов различных типов), однако фактически в период войны были безвозмездно переданы 30 истребителей «M.S.406C1» и ещё шесть Caudron C.714 прибыли после окончания боевых действий и в войне не участвовали; также Финляндии были переданы 160 полевых орудий[81], 500 пулемётов, 795 тыс. артиллерийских снарядов, 200 тыс. ручных гранат[79][82], 20 млн патронов[82], 400 морских мин[82] и несколько тысяч комплектов амуниции[79]. Также, Франция стала первой страной, официально разрешившей запись добровольцев для участия в финской войне[79]

Швеция поставила в Финляндию 29 самолётов, 112 полевых орудий, 85 противотанковых орудий, 104 зенитных орудия, 500 единиц автоматического стрелкового оружия, 80 тыс. винтовок[83], 30 тыс. артиллерийских снарядов[82], 50 млн патронов[82], а также иное военное снаряжение и сырьевые материалы[84].

Правительство Дании продало Финляндии около 30 штук 20-мм противотанковых орудий и снаряды к ним (при этом, чтобы избежать обвинений в нарушении нейтралитета, заказ был назван «шведским»)[85]; отправило в Финляндию санитарную автоколонну и квалифицированных рабочих, а также разрешило проведение кампании по сбору денежных средств для Финляндии[86].

Италия направила в Финляндию 35 истребителей Fiat G.50, но пять машин были разбиты при их перегоне и освоении личным составом[87], 1500 пистолетов Beretta обр. 1915 года и 60 пистолетов Beretta M1934[88].

Южно-Африканский Союз безвозмездно передал Финляндии 22 истребителя Gloster Gauntlet II[87].

Представитель правительства США выступил с заявлением, что вступление американских граждан в финскую армию не противоречит закону о нейтралитете США, в Хельсинки была направлена группа американских лётчиков, а в январе 1940 года конгресс США одобрил продажу Финляндии 10 тыс. винтовок[84]. Также, США продали Финляндии 44 истребителя Brewster F2A Buffalo, но они прибыли слишком поздно и не успели принять участие в боевых действиях[89].

Бельгия поставила Финляндии 171 пистолет-пулемёт MP.28-II[90], а в феврале 1940 года — 56 пистолетов «парабеллум» P-08[91]

Министр иностранных дел Италии Г. Чиано в своём дневнике упоминает о помощи Финляндии со стороны Третьего рейха: в декабре 1939 года финский посланник в Италии сообщил, что Германия «неофициально» отправила в Финляндию партию трофейного вооружения, захваченного в ходе польской кампании[92].

Всего за время войны в Финляндию было поставлено 350 самолётов, 500 орудий, более 6 тысяч пулемётов, около 100 тысяч винтовок и другое вооружение[93], а также 650 тысяч ручных гранат, 2,5 миллиона снарядов и 160 миллионов патронов[источник не указан 1222 дня].

Боевые действия в декабре — январе[править | править вики-текст]

Карельский перешеек. Карта боевых действий. Декабрь 1939 года     Линия Маннергейма
Наступление войск 7-й армии в Карелии. Декабрь 1939 года

Ход боевых действий выявил серьёзные пробелы в организации управления и снабжения войск Красной Армии, плохую подготовленность командного состава, отсутствие у войск специфических навыков, необходимых для ведения войны зимой в условиях Финляндии. К концу декабря стало ясно, что бесплодные попытки продолжить наступление ни к чему не приведут. На фронте наступило относительное затишье. В течение всего января и начала февраля шло усиление войск, пополнение материальных запасов, переформирование частей и соединений. Были созданы подразделения лыжников, разработаны методы преодоления заминированной местности, заграждений, методы борьбы с оборонительными сооружениями, проведено обучение личного состава. Для штурма «линии Маннергейма» был создан Северо-Западный фронт под командованием командарма 1 ранга Тимошенко и члена военного совета ЛенВО Жданова. В состав фронта вошли 7-я и 13-я армии. В приграничных районах была проведена огромная работа по спешной постройке и переоборудованию путей сообщения для бесперебойного снабжения действующей армии. Общая численность личного состава была доведена до 760,5 тысяч человек.

Для разрушения укреплений на «линии Маннергейма» дивизиям первого эшелона были приданы группы артиллерии разрушения (АР) в составе от одного до шести дивизионов на главных направлениях. Всего в этих группах было 14 дивизионов, в которых было 81 орудий калибром 203, 234, 280 мм[94].

Финская сторона в этот период также продолжала пополнение войск и снабжение их поступающим от союзников вооружением. Одновременно продолжались бои в Карелии. Соединения 8-й и 9-й армии, действующие вдоль дорог в сплошных лесных массивах, несли большие потери. Если в одних местах достигнутые рубежи удерживались, то в других войска отходили, кое-где даже до линии границы. Финны широко применяли тактику партизанской войны: небольшие автономные отряды лыжников, вооружённых автоматами, нападали на двигавшиеся по дорогам войска, преимущественно в тёмное время суток, а после нападений уходили в лес, где были оборудованы базы. Большие потери наносили снайперы. По устойчивому мнению красноармейцев (впрочем, опровергаемому многими источниками, в том числе финскими), наибольшую опасность представляли снайперы-«кукушки», которые вели огонь с деревьев. Прорвавшиеся вперёд соединения Красной Армии постоянно оказывались в окружении и прорывались назад, нередко бросая технику и вооружение.

Остатки советской 44-й дивизии после разгрома в сражении на Раатской дороге

Широкую известность в Финляндии и за её пределами получила Битва при Суомуссалми. Посёлок Суомуссалми был занят 7 декабря силами советской 163-й стрелковой дивизии 9-й армии, перед которой была поставлена ответственная задача нанести удар на Оулу, выйдя к Ботническому заливу и в результате разрезав Финляндию пополам. Однако вслед за тем дивизия была окружена (меньшими по численности) силами финнов и отрезана от снабжения. На помощь ей была выдвинута 44-я стрелковая дивизия, которая однако была блокирована на дороге в Суомуссалми, в дефиле между двумя озёрами близ деревни Раате силами двух рот 27-го финского полка (350 чел.). Не дождавшись её подхода, 163-я дивизия в конце декабря под постоянными атаками финнов оказалась вынужденной прорываться из окружения, при этом потеряв 30 % личного состава и большую часть техники и тяжёлого вооружения. После чего финны перебросили высвободившиеся силы для окружения и ликвидации 44-й дивизии, которая к 8 января была полностью уничтожена в сражении на Раатской дороге. Почти вся дивизия погибла или попала в плен, и лишь небольшая часть военнослужащих сумела выйти из окружения, бросив всю технику и обоз (финнам досталось 37 танков, 20 бронемашин, 350 пулемётов, 97 орудий (включая 17 гаубиц), несколько тысяч винтовок, 160 автомашин, все радиостанции[95]). Эту двойную победу финны одержали силами в несколько раз меньшими чем у противника (11 тыс. (по другим данным — 17 тыс.) человек при 11 орудиях против 45—55 тысяч при 335 орудиях, более 100 танков и 50 бронемашин[96][97]. Командование обеих дивизий было отдано под трибунал. Командир и комиссар 163-й дивизии были отстранены от командования, один полковой командир расстрелян; перед строем своей дивизии было расстреляно командование 44-й дивизии (комбриг А. И. Виноградов, полковой комиссар Пахоменко и начальник штаба Волков).

Южное Леметти после занятия финскими войсками

Победа при Суомуссалми имела для финнов громадное моральное значение; в отношении стратегическом она похоронила крайне опасные для финнов планы прорыва к Ботническому заливу и настолько парализовала советские войска на этом участке, что они не предпринимали активных действий до самого конца войны.

Одновременно к югу от Суомуссалми, в районе Кухмо, была окружена советская 54-я стрелковая дивизия. На этот участок был направлен победитель при Суомуссалми полковник Ялмар Сиилсавуо, произведённый в генерал-майоры, однако он так и не смог ликвидировать дивизию, которая оставалась в окружении до конца войны. У Ладожского озера была окружена наступавшая на Сортавалу 168-я стрелковая дивизия, также находившаяся в окружении до конца войны. Там же, в Южном Леметти, в конце декабря-начале января попали в окружение 18-я стрелковая дивизия генерала Кондрашова вместе с 34-й танковой бригадой комбрига Кондратьева. Уже в конце войны, 28 февраля, они попытались прорваться из окружения, но при выходе были разгромлены в так называемой «долине смерти» у г. Питкяранта, где полностью погибла одна из двух выходивших колонн. В итоге из 15 000 человек из окружения вышли 1237 человек, половина из них раненые и обмороженные. Комбриг Кондратьев застрелился[98], Кондрашов сумел выйти, но вскоре был расстрелян, а дивизия расформирована из-за утери знамени. Количество погибших в «долине смерти» составило 10 % от общего количества погибших во всей советско-финской войне. Эти эпизоды были яркими проявлениями тактики финнов, получившей название mottitaktiikka, тактики motti — «клещей» (буквально motti — поленица дров, которые ставят в лесу группами, но на известном отдалении друг от друга). Пользуясь преимуществом в мобильности, отряды финских лыжников блокировали дороги, забитые растянувшимися советскими колоннами, отрезали наступавшие группировки и затем неожиданными атаками со всех сторон изматывали их, стараясь уничтожить. При этом окружённые группировки, неспособные, в отличие от финнов, сражаться вне дорог, обыкновенно сбивались в кучу и занимали пассивную круговую оборону, не делая попыток активно противостоять атакам финских партизанских отрядов. Их полное уничтожение финнам затруднял лишь недостаток миномётов и вообще тяжёлого оружия[99][100].

На Карельском перешейке фронт стабилизировался к 26 декабря. Советские войска начали тщательную подготовку к прорыву основных укреплений «линии Маннергейма», вели разведку полосы обороны. В это время финны безуспешно пытались контратаками сорвать подготовку нового наступления. Так, 28 декабря финны атаковали центральные части 7-й армии, но были отбиты с большими потерями.

3 января 1940 года у северной оконечности острова Готланд (Швеция) с 50 членами экипажа затонула (вероятно, подорвалась на мине) советская подводная лодка С-2 под командованием капитан-лейтенанта И. А. Соколова. С-2 была единственным кораблём РККФ, потерянным СССР.

На основании директивы Ставки Главного Военного совета РККА № 01447 от 30 января 1940 года всё оставшееся финское население подлежало выселению с занятой советскими войсками территории. К концу февраля из занятых Красной Армией районов Финляндии в полосе боевых действий 8-й, 9-й, 15-й армий было выселено 2080 человек, из них: мужчин — 402, женщин — 583, детей до 16 лет — 1095. Всех переселённых финских граждан разместили в трёх посёлках Карельской АССР: в Интерпосёлке Пряжинского района, в посёлке Ковгора-Гоймае Кондопожского района, в посёлке Кинтезьма Калевальского района. Они жили в бараках и в обязательном порядке работали в лесу на лесозаготовках. В Финляндию им разрешили вернуться только в июне 1940 года, после окончания войны[101].

Февральское наступление Красной армии[править | править вики-текст]

Группа красноармейцев с захваченным флагом Финляндии

1 февраля 1940 года Красная армия, подтянув подкрепления, возобновила наступление на Карельском перешейке по всей ширине фронта 2-го армейского корпуса. Главный удар наносился в направлении Сумма. Также началась артподготовка. С этого дня ежедневно в течение нескольких дней войска Северо-Западного фронта под командованием С. Тимошенко обрушивали на укрепления линии Маннергейма по 12 тысяч снарядов. Пять дивизий 7-й и 13-й армии проводили частное наступление, однако не смогли добиться успеха.

6 февраля началось наступление на полосу Сумма. В последующие дни фронт наступления расширился и на запад, и на восток.

9 февраля командующий войсками Северо-Западного фронта командарм первого ранга С. Тимошенко направил в войска директиву № 04606, согласно которой, 11 февраля, после мощной артиллерийской подготовки, войска Северо-Западного фронта должны были перейти в наступление.

11 февраля после десятидневной артподготовки началось генеральное наступление Красной Армии. Основные силы были сосредоточены на Карельском перешейке. В этом наступлении совместно с сухопутными частями Северо-Западного фронта действовали корабли Балтийского флота и созданной в октябре 1939 года Ладожской военной флотилии.

Карельский перешеек. Карта боевых действий. Март 1940 года

Поскольку атаки советских войск на район Сумма не принесли успеха, главный удар был перенесён восточнее, на направление Ляхде. В этом месте обороняющаяся сторона понесла огромные потери от артподготовки и советским войскам удалось совершить прорыв обороны.

В ходе трёхдневных напряжённых боёв войска 7-й армии прорвали первую полосу обороны линии Маннергейма[94], ввели в прорыв танковые соединения, которые приступили к развитию успеха. К 17 февраля части финской армии были отведены ко второй полосе обороны, поскольку создалась угроза окружения.

18 февраля финны плотиной Кивикоски закрыли Сайменский канал, и на следующий день вода начала подниматься в Кярстилянярви[источник не указан 870 дней].

К 21 февраля 7-я армия вышла ко второй полосе обороны, а 13-я армия — к главной полосе обороны севернее Муолаа. К 24 февраля части 7-й армии, взаимодействуя с береговыми отрядами моряков Балтийского флота, захватили несколько прибрежных островов. 28 февраля обе армии Северо-Западного фронта начали наступление в полосе от озера Вуокса до Выборгского залива. Видя невозможность остановить наступление, финские войска отступили.

На заключительном этапе операции 13-я армия наступала в направлении на Антреа (совр. Каменногорск), 7-я — на Выборг. Финны оказывали ожесточённое сопротивление, но вынуждены были отступать.

13 марта войска 7-й армии вошли в Выборг.

Англия и Франция: планы боевых действий против СССР[править | править вики-текст]

Великобритания с самого начала оказывала помощь Финляндии. С одной стороны, британское правительство пыталось избежать превращения СССР во врага, с другой — в нём было распространено мнение, что из-за конфликта на Балканах с СССР «придётся воевать так или иначе». Финский представитель в Лондоне Георг Грипенберг (fi:Georg Achates Gripenberg) обратился к Галифаксу 1 декабря 1939 года с просьбой разрешить поставки военных материалов в Финляндию, с условием, что они не будут реэкспортированы в нацистскую Германию (с которой Великобритания была в состоянии войны)[102]. Глава Департамента Севера (en:Northern Department) Лоуренс Коллиер (en:Laurence Collier) при этом считал, что британские и немецкие цели в Финляндии могут быть совместимы и желал вовлечения Германии и Италии в войну против СССР, при этом выступая, однако, против предложенного Финляндией применения польского флота (тогда под контролем Великобритании) для уничтожения советских судов. Томас Сноу (англ. Thomas Snow), представитель Великобритании в Хельсинки, продолжал поддерживать идею антисоветского союза (с Италией и Японией), высказываемую им до войны.

На фоне правительственных разногласий британская армия начала поставлять в декабре 1939 года вооружение, включая артиллерию и танки (в то время как Германия воздержалась от поставок тяжёлого оружия в Финляндию)[103].

Когда Финляндия запросила поставку бомбардировщиков для атак на Москву и Ленинград, а также для разрушения железной дороги на Мурманск, последняя идея получила поддержку со стороны Фицроя Маклина (Fitzroy MacLean) в Департаменте Севера: помощь финнам в уничтожении дороги позволит Великобритании «избежать проведения той же операции позже, самостоятельно и в менее выгодных условиях». Начальники Маклина, Коллиер и Кадоган, согласились с рассуждениями Маклина и запросили дополнительную поставку самолётов «Бленхейм» в Финляндию[103].

По мнению Крейга Геррарда, планы вмешательства в войну против СССР, рождавшиеся тогда в Великобритании, иллюстрировали лёгкость, с какой британские политики забывали про ведущуюся ими в этот момент войну с Германией. К началу 1940 года в Департаменте Севера возобладала точка зрения, что применение силы против СССР неизбежно[104]. Коллиер, как и раньше, продолжал настаивать на том, что умиротворение агрессоров ошибочно; теперь врагом, в отличие от его предыдущей позиции, была не Германия, а СССР. Геррард объясняет позицию Маклина и Коллиера не идеологическими, а гуманитарными соображениями[105].

Советские послы в Лондоне и Париже сообщали, что в «кругах, близких к правительству» имеется желание поддержать Финляндию с целью примирения с Германией и направления Гитлера на Восток. Ник Смарт считает, однако, что на сознательном уровне аргументы за интервенцию исходили не из попытки обменять одну войну на другую, а из предположения, что планы Германии и СССР тесно связаны[106].

С точки зрения Франции, антисоветская направленность также имела смысл из-за крушения планов предотвратить усиление Германии с помощью блокады. Советские поставки сырья привели к тому, что немецкая экономика продолжала расти, и французы стали понимать, что через некоторое время вследствие этого роста выигрыш войны против Германии станет невозможным[107]. В такой ситуации, хотя перенос войны в Скандинавию и представлял определённый риск, бездействие являлось ещё худшей альтернативой. Начальник французского генерального штаба Гамелин отдал указание на планирование операции против СССР с целью вести войну за пределами французской территории; планы были вскоре подготовлены[108].

Великобритания не поддержала некоторые французские планы: например, атаку на нефтяные поля в Баку, наступление на Петсамо с использованием польских войск (правительство Польши в изгнании в Лондоне формально было в состоянии войны с СССР). Тем не менее, Великобритания также приближалась к открытию второго фронта против СССР[109].

5 февраля 1940 года на совместном военном совете (на котором присутствовал, но не выступал Черчилль) было решено запросить согласие Норвегии и Швеции на проведение операции под руководством Великобритании, в которой экспедиционные силы должны были высадиться в Норвегии и двинуться на восток.

Французские же планы, по мере ухудшения положения Финляндии, становились всё более односторонними[109].

2 марта 1940 года Даладье объявил о готовности отправить в Финляндию для войны против СССР 50 000 французских солдат и 100 бомбардировщиков. Правительство Великобритании не было заранее поставлено в известность о заявлении Даладье, но согласилось отправить в Финляндию 50 английских бомбардировщиков. Координационное совещание было назначено на 12 марта 1940 года, но вследствие окончания войны планы остались не реализованными[110]

Завершение войны и заключение мира[править | править вики-текст]

К марту 1940 года финское правительство осознало, что, несмотря на требования продолжения сопротивления, никакой военной помощи, кроме добровольцев и оружия, Финляндия от союзников не получит. После прорыва «линии Маннергейма» Финляндия заведомо была не в состоянии сдержать наступление Красной Армии. Встала реальная угроза полного захвата страны, за которым последовало бы либо присоединение к СССР, либо смена правительства на просоветское[111].

Поэтому правительство Финляндии обратилось к СССР с предложением начать мирные переговоры. 7 марта в Москву прибыла финская делегация, а уже 12 марта был заключён мирный договор, согласно которому боевые действия прекращались в 12 часов 13 марта 1940 года. Несмотря на то, что Выборг, согласно договору, отходил к СССР, советские войска утром 13 марта предприняли штурм города.

По мнению Дж. Робертса, заключение Сталиным мира на относительно умеренных условиях могло быть вызвано осознанием факта, что попытка насильственной советизации Финляндии натолкнулась бы на массовое сопротивление финского населения и опасностью англо-французской интервенции в помощь финнам. В результате Советский Союз рисковал быть втянутым в войну против западных держав на стороне Германии[42].

За участие в финской войне звание Героя Советского Союза было присвоено 412 военнослужащим, свыше 50 тыс. были награждены орденами и медалями[112].

Итоги войны[править | править вики-текст]

Финляндия на карте Малой советской энциклопедии с обозначением завоёванной территории. Апрель 1940 года
Карельский перешеек. Границы между СССР и Финляндией до Советско-финская граница до 1939 года и после Советско-финская граница после 1944 года советско-финской войны 1939—1940 годов линия Маннергейма Линии Маннергейма

Все официально объявленные территориальные претензии СССР были удовлетворены. По оценке Сталина, «война кончилась через 3 месяца и 12 дней, только потому что наша армия хорошо поработала, потому что наш политический бум, поставленный перед Финляндией, оказался правильным»[113].

СССР получил полный контроль над акваторией Ладожского озера и обезопасил Мурманск, который находился вблизи финской территории (полуостров Рыбачий).

Кроме этого, по мирному договору Финляндия принимала на себя обязательство по постройке на своей территории железной дороги, соединявшей Кольский полуостров через Алакуртти с Ботническим заливом (Торнио). Но эта дорога так и не была построена.

11 октября 1940 года в Москве было подписано Соглашение СССР и Финляндии об Аландских островах, согласно которому СССР был вправе разместить на островах свое консульство, а архипелаг объявлялся демилитаризованной зоной.

За развязывание войны 14 декабря 1939 года СССР был исключён из Лиги Наций[114]. Непосредственным поводом к исключению послужили массовые протесты международной общественности по поводу систематических бомбардировок советской авиацией гражданских объектов, в том числе с применением зажигательных бомб. К протестам присоединился и президент США Рузвельт[115].

Президент США Рузвельт объявил в декабре Советскому Союзу «моральное эмбарго»[116]. 29 марта 1940 года Молотов заявил в Верховном Совете, что советский импорт из США даже увеличился по сравнению с предыдущим годом, несмотря на чинимые американскими властями препятствия[117]. В частности, советская сторона жаловалась на препятствия советским инженерам при допуске на авиационные заводы[118]. Кроме того, по различным торговым соглашениям в период 1939—1941 гг. Советский Союз получил из Германии 6430 станков на 85,4 млн марок[119], что компенсировало снижение поставок оборудования из США.

Другим негативным результатом для СССР было формирование у руководства ряда стран представления о слабости Красной Армии. Информация о ходе, обстоятельствах и результатах (значительное превышение советских потерь над финскими[120]) Зимней войны, укрепила в Германии позиции сторонников войны против СССР[33]. В начале января 1940 г. германский посланник в Хельсинки Блюхер представил в МИД меморандум со следующими оценками: несмотря на превосходство в живой силе и технике, Красная Армия терпела одно поражение за другим, оставляла тысячи людей в плену, теряла сотни орудий, танков, самолетов и в решающей мере не смогла завоевать территорию. В связи с этим следует пересмотреть немецкие представления о большевистской России. Немцы исходили из ложных предпосылок, когда полагали, что Россия представляет собой первоклассный военный фактор. Но в действительности Красная Армия имеет столько недостатков, что она не может справиться даже с малой страной. Россия в реальности не представляет опасности для такой великой державы, как Германия, тыл на Востоке безопасен, и потому с господами в Кремле можно будет говорить совершенно другим языком, чем это было в августе — сентябре 1939 г. Со своей стороны, Гитлер, по итогам Зимней войны, назвал СССР колоссом на глиняных ногах[38].

У. Черчилль свидетельствует, что «неспособность советских войск» вызывала в общественном мнении Англии «презрение»; «в английских кругах многие поздравляли себя с тем, что мы не очень рьяно старались привлечь Советы на нашу сторону <во время переговоров лета 1939 г.>, и гордились своей дальновидностью. Люди слишком поспешно заключили, что чистка погубила русскую армию и что все это подтверждало органическую гнилость и упадок государственного и общественного строя русских»[121].

С другой стороны, Советский Союз получил опыт ведения войны в зимнее время, на лесисто-болотистой территории, опыт прорыва долговременных укреплений и борьбы с противником, применяющим тактику партизанской войны. В столкновениях с финскими войсками, оснащенными пистолетом-пулеметом Suomi, было выяснено важное значение пистолетов-пулеметов, снятых перед тем с вооружения: было спешно восстановлено производство ППД и дано техническое задание на создание новой системы пистолета-пулемета, результатом чего стало появление ППШ.

Германия была связана договором с СССР и не могла публично оказывать поддержку Финляндии, о чём дала понять ещё до начала военных действий. Ситуация изменилась после крупных поражений Красной Армии. В феврале 1940 года в Берлин для прощупывания возможных изменений был направлен Тойво Кивимяки (впоследствии посол). Отношения поначалу были прохладными, но резко изменились, когда Кивимяки заявил о намерении Финляндии принять помощь западных союзников. 22 февраля финскому посланнику срочно организовали встречу с Германом Герингом, вторым человеком в Рейхе[122][123]. По воспоминаниям Р. Нордстрёма конца 1940-х, Геринг неофициально пообещал Кивимяки, что Германия в будущем нападёт на СССР: «Запомните, что вам стоит заключить мир на любых условиях. Гарантирую, что когда через короткий срок мы пойдём войной на Россию, вы получите всё назад с процентами»[124]. Кивимяки немедленно сообщил об этом в Хельсинки.

Итоги советско-финской войны стали одним из факторов, определившим сближение Финляндии с Германией; кроме того, они могли определённым образом воздействовать и на руководство Рейха в отношении планов нападения на СССР. Для Финляндии сближение с Германией стало средством сдерживания нарастающего политического давления со стороны СССР. Участие Финляндии во Второй мировой войне на стороне стран Оси в финской историографии получило название «Война-продолжение», с целью показать взаимосвязь с Зимней войной.

Территориальные изменения[править | править вики-текст]

Finnish areas ceded in 1940 RUS.png
  1. Карельский перешеек и Западная Карелия. В результате потери Карельского перешейка Финляндия лишилась имевшейся системы обороны и стала в ускоренном темпе возводить укрепления по линии новой границы (Линия Салпа), тем самым была отодвинута граница от Ленинграда с 18 до 150 км.
  2. Часть Лапландии (Старая Салла).
  3. Район Петсамо (Печенга), занятый Красной Армией в ходе войны, был возвращён Финляндии[125].
  4. Острова в восточной части Финского Залива (о. Гогланд).
  5. Аренда полуострова Ханко (Гангут) на 30 лет.

Всего по результатам Советско-финской войны Советский Союз приобрел около 40 тысяч км² финских территорий[126]. Эти территории Финляндия вновь заняла в 1941 году, на ранних этапах Великой Отечественной войны, а в 1944 году они снова отошли к СССР (см. Советско-финская война (1941—1944)).

Потери Финляндии[править | править вики-текст]

«За Родину». Памятник финским солдатам в войнах с СССР 1918—1945 годов
Финские граждане уходят в Финляндию после передачи части территории СССР

Военные[править | править вики-текст]

Согласно официальному заявлению, опубликованному в финской печати 23 мая 1940 года, общие безвозвратные потери финской армии за войну составили 19 576 убитыми и 3263 — пропавшими без вести (итого — 22 839 человек).

По данным 1991 года[127]:

  • убитыми — ок. 26 тыс. чел. (по советским данным 1940 года — 85 тыс. чел.);
  • ранеными — 40 тыс. чел. (по советским данным 1940 года — 250 тыс. чел.);
  • пленными — 1000 чел.

Таким образом, общие потери в финских войсках за время войны составили 67 тыс. человек. Краткая информация о каждом из погибших с финской стороны опубликована в ряде финских изданий[128].

Современная информация об обстоятельствах смерти финских военнослужащих[129]:

  • 16 725 погибли в бою, останки эвакуированы;
  • 3433 погибли в бою, останки не эвакуированы;
  • 3671 умер в госпиталях от ранений;
  • 715 умерли по не боевым причинам (в том числе от болезней);
  • 28 умерли в плену;
  • 1727 пропали без вести и объявлены погибшими;
  • причина смерти 363 военнослужащих неизвестна.

Итого погибло 26 662 финских военнослужащих.

Гражданские[править | править вики-текст]

По официальным финским данным, во время авианалётов и бомбардировок городов Финляндии (в том числе Хельсинки) погибло 956 человек[130], 540 были серьёзно и 1300 легко ранены, 256 каменных и около 1800 деревянных зданий было разрушено[131][132].

Потери иностранных добровольцев[править | править вики-текст]

Шведский добровольческий корпус в ходе войны потерял 33 человека погибшими и 185 ранеными и обмороженными (причём обмороженные составляли подавляющее большинство — около 140 человек)[133].

Кроме того, погиб 1 итальянец — сержант Манзоччи[134]

Потери СССР[править | править вики-текст]

Памятник павшим в советско-финской войне (Санкт-Петербург, возле Военно-медицинской академии)

Первые официальные цифры советских потерь в войне были обнародованы на сессии Верховного Совета СССР 26 марта 1940 года: 48 475 погибших и 158 863 раненых, больных и обмороженных[135].

Согласно донесениям из войск на 15.03.1940:

  • раненых, больных, обмороженных — 248 090;
  • убито и умерло на этапах санитарной эвакуации — 65 384;
  • умерло в госпиталях — 15 921;
  • пропало без вести — 14 043;
  • всего безвозвратных потерь — 95 348[136].

Именные списки[править | править вики-текст]

Согласно поимённым спискам, составленным в 1949—1951 годах Главным управлением кадров МО СССР и Главным штабом Сухопутных войск, потери Красной Армии в войне были следующими:

  • погибло и умерло от ран на этапах санитарной эвакуации — 71 214;
  • умерло в госпиталях от ран и болезней — 16 292;
  • пропало без вести — 39 369.

Всего по этим спискам безвозвратные потери составили 126 875 военнослужащих[136].

Другие оценки потерь[править | править вики-текст]

В период с 1990 по 1995 год в российской исторической литературе и в журнальных публикациях появились новые, зачастую противоречивые данные о потерях как советской, так и финской армий, причём общей тенденцией этих публикаций было нарастающее с 1990 по 1995 год число советских потерь и уменьшение финских. Так, например, в статьях М. И. Семиряги (1989) число убитых советских солдат указывалось в 53,5 тыс.[137], в статьях А. М. Носкова, спустя год, — 72,5 тыс., а в статьях П. А. Аптекаря в 1995 году — 131,5 тыс. Что же касается советских раненых, то, по данным П. А. Аптекаря, их количество более чем вдвое превышает результаты исследования Семиряги и Носкова — до 400 тыс. чел. По данным же советских военных архивов и госпиталей, санитарные потери составили (поимённо) 264 908 человек[4]. Предполагается, что около 22 процентов из потерь составили потери от обморожений[4].

Потери в советско-финской войне 1939—1940 гг. на основании двухтомника «История России. XX век»[138]:

Категория потерь СССР Финляндия
1. Убитые, умершие от ран около 150 000 19 576
2. Пропавшие без вести 17 000 4101
3. Военнопленные около 6000 (вернулись 5465) От 825 до 1000 (вернулись около 600)
4. Раненые, контуженые, обмороженные, обожжённые 325 000 43 557
5. Самолёты (в шт.) 640 62
6. Танки (в шт.) 650 уничтожены, около 1800 подбиты, около 1500 вышли из строя по техническим причинам ?
7. Потери на море подводная лодка «С-2» вспомогательный сторожевой корабль, буксир на Ладоге

«Карельский вопрос»[править | править вики-текст]

После войны местные финские власти, провинциальные организации Карельского Союза, созданные в целях защиты прав и интересов эвакуированных жителей Карелии, пытались найти решение вопроса возвращения утраченных территорий. Во время «холодной войны» президент Финляндии Урхо Кекконен неоднократно вёл переговоры с советским руководством, но эти переговоры не увенчались успехом. Открыто возвращения этих территории финская сторона не требовала. После распада Советского Союза вопрос передачи территорий Финляндии был поднят снова.

В вопросах, касающихся возврата отошедших территорий, Карельский Союз действует совместно с внешнеполитическим руководством Финляндии и через его посредство. В соответствии с принятой в 2005 году на съезде Карельского Союза программой «Карелия», Карельский Союз стремится способствовать тому, чтобы политическое руководство Финляндии активно следило за ситуацией в России и начало переговоры с Россией по вопросу возврата отошедших территорий Карелии сразу, как только возникнет реальная основа и обе стороны будут к этому готовы[139].

Пропаганда во время войны[править | править вики-текст]

В начале войны тон советской прессы был бравурным — Красная Армия выглядела идеальной и победоносной, финны же изображались несерьезным противником. 2 декабря (через 2 дня после начала войны) «Ленинградская правда» напишет:

Невольно любуешься доблестными бойцами Красной Армии, вооружёнными новейшими снайперскими винтовками, блестящими автоматическими ручными пулемётами. Столкнулись армии двух миров. Красная Армия — самая миролюбивая, самая героическая, могучая, оснащённая передовой техникой, и армия продажного финляндского правительства, которую капиталисты заставляют бряцать оружием. А оружие-то, скажем откровенно, старенькое, поношенное. На большее пороху не хватает.

Однако уже через месяц тон советской печати изменился. Стали говорить о мощи «линии Маннергейма», тяжёлой местности и морозе — Красная Армия, теряя десятки тысяч убитыми и обмороженными, застряла в финских лесах[140]. Начиная с доклада Молотова 29 марта 1940 года начинает жить миф[141] о неприступной «линии Маннергейма», аналогичной «линии Мажино» и «линии Зигфрида», которые до сих пор ещё ни одной армией не были сокрушены[117]. Позже Анастас Микоян писал: «Сталин — умный, способный человек, в оправдание неудач в ходе войны с Финляндией выдумал причину, что мы „вдруг“ обнаружили хорошо оборудованную линию Маннергейма. Была выпущена специально кинокартина с показом этих сооружений для оправдания, что против такой линии было трудно воевать и быстро одержать победу.»[142].

Если финская пропаганда изображала войну как защиту родины от жестоких и беспощадных захватчиков, соединяющих коммунистический терроризм с традиционным русским великодержавием (так, в песне «Нет, Молотов!» глава советского правительства сравнивается с царским генерал-губернатором Финляндии Николаем Бобриковым, известным своей русификаторской политикой и борьбой с автономией), то советский Агитпроп подавал войну как борьбу с угнетателями финского народа ради свободы последнего. Использовавшийся для обозначения противника термин белофинны призван был подчеркивать не межгосударственный и не межнациональный, но классовый характер противостояния[143]. «Отнимали не раз вашу родину — мы пришли вам её возвратить», говорится в песне «Принимай нас, Суоми-красавица», в попытке парировать обвинения в захвате Финляндии. В приказе по войскам ЛенВО от 29 ноября, подписанном Мерецковым и Ждановым, говорится:

Мы идём в Финляндию не как завоеватели, а как друзья и освободители финского народа от гнёта помещиков и капиталистов.

Мы идём не против финского народа, а против правительства Каяндера—Эркно, угнетающего финский народ и спровоцировавшего войну с СССР.
Мы уважаем свободу и независимость Финляндии, полученную финским народом в результате Октябрьской Революции и победы Советской Власти[100].

Линия Маннергейма — альтернативная точка зрения[править | править вики-текст]

Дот SJ4 («Форт Поппиуса») — один из сильнейших фортов на линии Маннергейма
ДОТ Sk16 — один из наиболее известных «дотов-миллионников» УРа Сумма-Ляхде (бетонная плита упала на крышу при взрыве дота после войны)
Для сравнения — укрепление на линии Мажино

На протяжении войны как советская, так и финская пропаганда существенно преувеличивали значение «Линии Маннергейма». Первая — чтобы оправдать длительную задержку в наступлении, а вторая — для укрепления морального духа армии и населения. Соответственно миф о «невероятно сильно укреплённой» «линии Маннергейма» прочно укрепился в советской истории и проник в некоторые западные источники информации, что неудивительно, учитывая воспевание линии финской стороной в буквальном смысле — в песне Mannerheimin linjalla («На линии Маннергейма»). Технический советник по строительству укреплений бельгийский генерал Баду, участник постройки линии «Мажино», утверждал[141]:

Нигде в мире природные условия не были так благоприятны для постройки укреплённых линий, как в Карелии. На этом узком месте между двумя водными пространствами — Ладожским озером и Финским заливом — имеются непроходимые леса и громадные скалы. Из дерева и гранита, а где нужно — и из бетона построена знаменитая «линия Маннергейма». Величайшую крепость «линии Маннергейма» придают сделанные в граните противотанковые препятствия. Даже двадцатипятитонные танки не могут их преодолеть. В граните финны при помощи взрывов оборудовали пулемётные и орудийные гнёзда, которым не страшны самые сильные бомбы. Там, где не хватало гранита, финны не пожалели бетона.

По оценке российского историка А. Исаева, «в действительности „линия Маннергейма“ была далека от лучших образцов европейской фортификации. Подавляющее большинство долговременных сооружений финнов были одноэтажными, частично заглублёнными в землю железобетонными постройками в виде бункера, разделённого на несколько помещений внутренними перегородками с бронированными дверями. Три ДОТа „миллионного“ типа имели два уровня, ещё три ДОТа — три уровня. Подчеркну, именно уровня. То есть их боевые казематы и укрытия размещались на разных уровнях относительно поверхности, слегка заглублённые в землю казематы с амбразурами и полностью заглублённые, соединяющие их галереи с казармами. Сооружений с тем, что можно назвать этажами, было ничтожно мало». Это было гораздо слабее укреплений линии Молотова, не говоря уже о линии Мажино с многоэтажными капонирами, оснащёнными собственными электростанциями, кухнями, комнатами отдыха и всеми удобствами, с подземными галереями, соединяющими доты, и даже подземными узкоколейками. Наряду со знаменитыми надолбами из гранитных валунов, финны использовали надолбы из низкокачественного бетона, рассчитанные на устаревшие танки «Рено» и оказавшиеся слабыми против орудий новой советской техники[141]. Фактически «Линия Маннергейма» состояла в основном из полевых укреплений. Бункеры, расположенные на линии, были небольшими, размещались на значительном расстоянии друг от друга и редко когда имели пушечное вооружение.

Как отмечает О. Манниен, у финнов хватило ресурсов на постройку только 101 бетонного бункера (из низкокачественного бетона), причём бетона на них ушло меньше, чем на здание Хельсинкского оперного театра; остальные укрепления линии Маннергейма были дерево-земляные (для сравнения: линия Мажино имела 5800 бетонных укреплений, включая многоэтажные бункеры)[144].

Сам Маннергейм писал:

…Русские ещё во время войны пустили в ход миф о «линии Маннергейма». Утверждали, что наша оборона на Карельском перешейке опиралась на необыкновенно прочный и выстроенный по последнему слову техники оборонительный вал, который можно сравнить с линиями Мажино и Зигфрида и который никакая армия никогда не прорывала. Прорыв русских явился «подвигом, равного которому не было в истории всех войн»… Всё это чушь; в действительности положение вещей выглядит совершенно иначе… Оборонительная линия, конечно, была, но её образовывали только редкие долговременные пулемётные гнёзда да два десятка выстроенных по моему предложению новых дотов, между которыми были проложены траншеи. Да, оборонительная линия существовала, но у неё отсутствовала глубина. Эту позицию народ и назвал «Линией Маннергейма». Её прочность явилась результатом стойкости и мужества наших солдат, а никак не результатом крепости сооружений.

Маннергейм, К. Г. Мемуары. — М.: ВАГРИУС, 1999. — С. 319-320. — ISBN 5-264-00049-2.

Художественные произведения о войне[править | править вики-текст]

Документальные фильмы[править | править вики-текст]

См. также[править | править вики-текст]

Примечания[править | править вики-текст]

  1. Pentti Virrankoski Suomen Historia 2, 2001, ISBN 951-746-342-1, SKS
  2. Erkki Kakela Laguksen miehet, marskin nyrkki: Suomalainen panssariyhtyma 1941—1944, 1992, ISBN 952-90-3858-5, Panssarikilta
  3. 1 2 3 4 РГВА. Ф.37977. Оп.1. Д.595. Л.57—59, 95; Д.722. Л.414—417; Зимняя война. Кн.1. С.150.
  4. 1 2 3 4 Под общей редакцией Г.Ф. Кривошеева Россия и СССР в войнах XX века. Потери вооруженных сил. Статистическое исследование. — II. — М.: Олма-Пресс, 2001. — 608 с. — ISBN 5-224-01515-4 Таблицы 109 и 111
  5. Sodan tappiot // Jatkosodan pikkujättiläinen. — P. 1152. — ISBN 951-0-28690-7
  6. Talvisodan uhrit // Talvisodan pikkujättiläinen. — P. 821. — ISBN 978-951-0-23536-2
  7. Malmi Timo Suomalaiset sotavangit // Talvisodan pikkujättiläinen. — P. 792. — ISBN 978-951-0-23536-2
  8. Военно-исторический журнал, 1993, No 4, с. 7. [[Категория:Википедия:Нет цитаты с Ошибка: неправильное время]]Ошибка выражения: неожидаемый оператор <
  9. В различных источниках также встречаются названия: Сове́тско-финля́ндская война 1939—1940 годов, Фи́нская война́, Фи́нская кампа́ния 1939—1940 годов, Третья сове́тско-фи́нская война́, Сове́тско-фи́нский вооружённый конфли́кт 1939—1940 годов.[1].
  10. См., например: Trotter, William A Frozen Hell: The Russo-Finnish Winter War of 1939—1940
    Jowett, Philip et.al. Finland at War 1939 — 45 (Elite)
    Gilber, Martin The Second World War: A Complete History
    Churchill, Winston The Second World War
    Keegan, John The Second World War
    Condon, Richard. Traducido por López-Pozas Carreño, Carlos (1976), Guerra de invierno: Rusia contra Finlandia
    Russian president B. Yeltsin in a press conference with his Finnish counterpart M. Ahtisaari [2]
  11.  (англ.) LEAGUE OF NATIONS' EXPULSION OF THE U.S.S.R., 14 декабря 1939
  12. Постановление СНК о признании независимости Финляндии (18 декабря 1917 г.)
  13.  (фин.) Suomi kautta aikojen. — Helsinki: Otava, Oy Valitut Palat -Reader's Digest Ab, 1992. — P. 387. — ISBN 951-8933-60-X
  14.  (фин.) Itsenäinen Suomi-Seitsemän vuosikymmentä kansakunnan elämästä. — Helsinki: Otava, Oy Valitut Palat -Reader's Digest Ab, 1987. — P. 45. — ISBN 951-9079-77-7
  15. 1 2 3 4 5 Карл Густав Маннергейм. Мемуары М.: Вагриус, 1999.. ISBN 5-264-00049-2
  16.  (фин.) Jakobson, Max. Diplomaattien talvisota. — Helsinki: WSOY, 2002. — С. 9. — ISBN 978-951-0-35673-9
  17. Jakobsson 2002: с.7.
  18. Jakobsson 2002: с.28
  19.  (фин.) Mannerheim, C.G.E. & Virkkunen, Sakari. Suomen Marsalkan muistelmat. — Suuri suomalainen kirjakerho, 1995. — С. 172. — ISBN 951-643-469-X
  20. Mannerheim-Virkkunen 1995: 172.
  21.  (фин.) Tanner, Väinö. Neuvotteluvaihe // Olin ulkoministerinä talvisodan aikana. — Helsinki: Kustannusosakeyhtiö Tammi, 1979. — С. 44, 57, 84. — ISBN 951-30-4813-6
  22. Энтони Антон. Советско-финская зимняя война / В кн.:Советско-финская война. ISBN 985-433-692-1
  23.  (фин.) Suomi kautta aikojen. — Helsinki: Otava, Oy Valitut Palat -Reader's Digest Ab, 1992. — С. 438. — 576 p. — ISBN 951-8933-60-X
  24. [Таннер В. Зимняя война. Дипломатическое противостояние Советского Союза и Финляндии. 1939—1940 М.: Центрполиграф. 2003. С. 103.]
  25.  (фин.) Leskinen, Jari & Juutilainen, Antti (toim.) Talvisodan pikkujättiläinen. — Porvoo: WSOY, 1999. — ISBN 951-0-23536-9
  26.  (фин.) Siilasvuo, Ensio (toim.) Talvisodan kronikka. — Jyväskylä: Gummerus, 1989. — ISBN 951-20-3446-8
  27. Siivasvuo 1989
  28.  (фин.) Haataja, Lauri. Kun kansa kokosi itsensä. — Tammi, 1989. — ISBN 951-30-9170-8
  29. «Уроки войны с Финляндией.» Неопубликованный доклад Наркома обороны СССР К. Е. Ворошилова на пленуме ЦК ВКП(б) 28 марта 1940 года
  30. РГВА Ф.37977. Оп.1. Д.232. Л.1—4, 14—15; Ф.4. Оп.19. Д.69. Л.110—112, согласно [3] стр.143
  31. «Красная Звезда», 10 Марта 2010 года
  32. Речь премьер-министра Финляндии А. К. Каяндера от 23.11.1939 в торговом центре Хельсинки [4]
  33. 1 2 Некрич А. М. Глава 5. Проба мускулов // 1941, 22 июня. — М.: Памятники исторической мысли, 1995.
  34. «Финнам не оставили Выборга» Б. Соколов, «Новая Газета» от 06.05.2005
  35. Нота правительства СССР от 26.11.1939
  36. Речь Молотова по радио 29 ноября 1939 года
  37. История административно-территориального деления Петрограда-Ленинграда-Санкт-Петербурга (1917—2001)
  38. 1 2 3 Семиряга, Михаил Иванович Тйны сталинской дипломатии 1939—1941 М.,1992.
  39. Ноты правительства СССР и правительства Финляндии, 26-28 ноября 1939 г. Введение
  40. Семиряга, Михаил Ивановичю Тайны сталинской дипломатии 1939—1941 М.,1992.
  41. 1 2 «Граниты финские, граниты вековые» Материалы круглого стола. «Родина», № 12, 1995
  42. 1 2 Дж. Робертс. Сферы влияния и советская внешняя политика в 1939—1945 гг.: идеология, расчёт и импровизация
  43. Речь по радио премьер-министра Финляндии Ристо Рюти 8 декабря 1939 года
  44. М. И. Семиряга. «Тайны сталинской дипломатии. 1941—1945» стр. 129. Изд-во «Высшая школа», Москва, 1992
  45. М.Мельтюхов. Правители без подданных//Родина, 1995,№ 12
  46. 1 2 3 4 Энгл Э. Паанинен Л. Советско-финская война. Прорыв линии Маннергейма. 1939-1940. — М: Центрполиграф, 2008. — 239 с. — 4000 экз. — ISBN 978-5-9524-3361-8
  47. 1 2 3 4 См. Исаев А. В. Десять мифов Второй мировой. Глава 2. «Толстовцы» и «миллионеры»
  48. 1 2 Слова маршала Б. М. Шапошникова на совещании 14-17 апреля 1940 г. Зимняя война 1939—1940 гг. Книга вторая. И. В. Сталин и финская кампания (Стенограмма ЦК ВКП(б)). М.: Наука, 1998. — С. 180
  49. «Линия Маннергейма» и система финской долговременной фортификации на карельском перешейке" Балашов Е. А., Степаков В.H. — СПб.: Нордмедиздат, 2000 — 84 с.
  50. Игорь Амосов, Андрей Почтарев Цель — уничтожить Балтфлот, 21 января 2005
  51. Согласно пакту о взаимопомощи между Эстонией и СССР от 28.09.1939, подписанному под давлением СССР.
  52. Lenta.ru: «Президенту Эстонии стыдно за неучастие в советско-финской войне», 15 марта 2007
  53. Соколов В. В. Тайны финской войны..-М.:Вече.2000-416 с.илл.(16 с.)(Военные тайны ХХ века)
  54. {%22539593412729559%22%3A127693654078964}&action_type_map={%22539593412729559%22%3A%22og.recommends%22}&action_ref_map=[] Документы по изданию: «Внешняя политика СССР. Сборник документов», т. IV. М., 1946.
  55. Предыстория советско-финляндской зимней войны 1939—1940
  56. Карл Густав Маннергейм. Мемуары М.: Вагриус, 1999. ISBN 5-264-00049-2
  57. П.Аптекарь. Соколы или коршуны?
  58. История Коммунистической партии Советского Союза, 4 издание, Москва, 1975. (Учебник подлежал обязательному изучению в качестве отдельного учебного предмета во всех высших учебных заведениях СССР.) Выдержка
  59. Доклад Молотова 29 марта 1940
  60. Никита Хрущев. Воспоминания
  61. Текст песни и историческая справка
  62. Отмороженная война. // The New Times, 23.11.2009
  63. См., например, данные о погоде во время войны на The weather during the Winter War
  64. Ю. Г. Веремеев. Мины: вчера, сегодня, завтра. Минск, «Современная школа», 2008. стр.118-122
  65. Всего за 3 месяца войны было выпущено 542 194 бутылки
  66. Фельштинский Ю. Оглашению подлежит: СССР — Германия. 1939—1941: документы и материалы.
  67. Мельтюхов М. И. «Упущенный шанс Сталина. Советский Союз и борьба за Европу: 1939—1941» стр. 153
  68. Мельтюхов М. И. «Народный фронт» для Финляндии? (К вопросу о целях советского руководства в войне с Финляндией 1939—1940 гг.) Отечественная история. 1993. № 3. С.95—101.
  69. Веригин С. Г. Формирование и боевые действия Финской народной армии (ФНА) в зимней войне 1939—1940 годов
  70.  (англ.) Peter Provis «Finnish achievement in the Continuation War and after», Vol.3 1999
  71. Тапани Кассила «Добровольцы в зимней войне»  (англ.)(недоступная ссылка с 18-05-2013 (423 дня))
  72. Советско-финская война 1939—1940 гг. Хрестоматия / ред.-сост. А. Е. Тарас. Минск: «Харвест», 1999. стр.47, 280
  73. Antti Juutilainen. «Talvisodan ulkomaalaiset vapaaehtoiset». Ts Pj, 1999. стр.776
  74. Между Россией и Сталиным. Российская эмиграция и Вторая мировая война / ред. С. В. Карпенко. М., изд-во РГГУ, 2004. стр. 145—146
  75. ген.-лейт. Архангельский А. П. Финский опыт РОВСа // «Вестник РОВС», № 8-9, 2004, стр.25-28
  76. «В Финляндию, подвергшуюся советской агрессии, стекались добровольцы из разных стран, чтобы воевать в её армии. Немало евреев из оккупированных немцами Нидерландов, Бельгии и Польши также пошли добровольцами в финскую армию — ведь участие в войне давало им право убежища»
    Даниил Романовский. Евреи в Финляндии, 1938—1945 ГОДЫ // «Лехаим», № 11 (223), ноябрь 2010
  77. при этом, один «бленхейм» разбился при перегоне в Финляндию и ещё один был повреждён
  78. Советско-финская война 1939—1940 гг. Хрестоматия / ред.-сост. А. Е. Тарас. Минск: «Харвест», 1999. стр.280, 371
  79. 1 2 3 4 История Великой Отечественной войны Советского Союза, 1941—1945 (в шести томах). / редколл., П. Н. Поспелов и др. том 1. М., Воениздат, 1960. стр.264
  80. 14 mm pst kiv/37
  81. Советско-финская война 1939—1940 гг. Хрестоматия / ред.-сост. А. Е. Тарас. Минск: «Харвест», 1999. стр.280, 371—372
  82. 1 2 3 4 5 История дипломатии. Том IV. Дипломатия в годы второй мировой войны. / под ред. А. А. Громыко и др. Изд. 2. М., Политиздат, 1975. стр.32
  83. Советско-финская война 1939—1940 гг. Хрестоматия / ред.-сост. А. Е. Тарас. Минск: «Харвест», 1999. стр.280
  84. 1 2 Советско-финская война 1939—1940 гг. Хрестоматия / ред.-сост. А. Е. Тарас. Минск: «Харвест», 1999. стр.47
  85. 20 PstK/40 Madsen
  86. История Дании. ХХ век. / отв. ред. Ю. В. Кудрина, В. В. Рогинский. М., «Наука», 1998. стр.117
  87. 1 2 Советско-финская война 1939—1940 гг. Хрестоматия / ред.-сост. А. Е. Тарас. Минск: «Харвест», 1999. стр.369-371
  88. 9 mm Pistol M/34 and 7,65 mm Pistol M/35 Beretta
  89. Советско-финская война 1939—1940 гг. Хрестоматия / ред.-сост. А. Е. Тарас. Минск: «Харвест», 1999. стр.372
  90. Finnish Machine pistols
  91. 7,65 mm Pistol M/23 and 9 mm Pistol M/08 Parabellum
  92. G. Ciano. Diario, v.1. 1939—1940. pp.195-196
  93. М. И. Семиряга. Политическая подоплёка «зимней войны» // журнал «Огонёк», № 22, 1989. стр.28-30
  94. 1 2 Широкорад А. Б. Северные войны России. Глава 7. Прорыв линии Маннергейма
  95. Трагедия под Суомусслами
  96. Элоиза Энгл, Лаури Паананен «Советско-Финская война. Нападение СССР на Финляндию 1939—1940» «Центрполиграф», 2006.
  97. Kulju, Mika (2007). Raatteen tie : Talvisodan pohjoinen sankaritarina. Helsinki: Ajatus kirjat. ISBN 978-951-20-7218-7.
  98. А. Гордиенко. Комбриг Кондратьев
  99. Элоиза Энгл, Лаури Паананен «Советско-Финская война. Нападение СССР на Финляндию 1939—1940» «Центрполиграф», 2006.
  100. 1 2 Долина смерти
  101. К. Агамирзоев «Исторические судьбы российско-финляндской границы в XX веке»
  102. Craig Gerrard. The Foreign Office and Finland, 1938—1940: diplomatic sideshow. Psychology Press, 2005. С. 92.
  103. 1 2 Craig Gerrard. The Foreign Office and Finland, 1938—1940: diplomatic sideshow. Psychology Press, 2005. С. 94-96.
  104. Craig Gerrard. The Foreign Office and Finland, 1938—1940: diplomatic sideshow. Psychology Press, 2005. С. 99-101.
  105. Craig Gerrard. The Foreign Office and Finland, 1938—1940: diplomatic sideshow. Psychology Press, 2005. С. 103.
  106. Nick Smart. British strategy and politics during the phony war: before the balloon went up. Greenwood Publishing Group, 2003. С. 120.
  107. Nick Smart. British strategy and politics during the phony war: before the balloon went up. Greenwood Publishing Group, 2003. С. 122—123.
  108. Nick Smart. British strategy and politics during the phony war: before the balloon went up. Greenwood Publishing Group, 2003. С. 125—126.
  109. 1 2 Nick Smart. British strategy and politics during the phony war: before the balloon went up. Greenwood Publishing Group, 2003. С. 127—129.
  110. Уинстон Черчилль. Вторая мировая война. книга 1 (тт. 1-2). М., Воениздат, 1991. стр.258
  111.  (англ.) Кадры кинохроники
  112. Советско-финская война 1939—1940 гг. Хрестоматия / ред.-сост. А. Е. Тарас. Минск: «Харвест», 1999. стр.175
  113. Выступление И. В. Сталина на совещании начальствующего состава 17.04.1940
  114. Официальная запись об исключении СССР из Лиги Наций от 14 декабря 1939 года
  115. Энгл Э. Пааненен Л. Советско-финская война. Прорыв линии Маннергейма. 1939—1940/ Пер.с английского О. А. Федяева. М.: ЗАО Центрполиграф 2004. 253 с. ISBN 5-9524-1467-2
  116. Robert D. Lewallen. The Winter War. Alyssiym Publications, 2010, p. 32.
  117. 1 2 http://heninen.net/sopimus/molotov1940.htm Доклад председателя совета народных комиссаров и народного комиссара иностранных дел товарища В. М. Молотова на заседании VI сессии верховного совета Союза ССР 29 марта 1940 года
  118. История второй мировой войны. Т. 3. С. 352
  119. Сиполс В. Я. Торгово-экономические отношения между СССР и Германией в 1939—1941 гг. в свете новых архивных документов. С. 40
  120. «Более 15 000 из вас, ушедших на поле битвы, никогда больше не увидят родного дома, а многие навсегда потеряли способность трудиться. Но и вы наносили чувствительные удары. И если сейчас двести тысяч ваших врагов лежат в сугробах, невидящим взглядом всматриваясь в наше звёздное небо, то в этом нет вашей вины.» Приказ Верховного главнокомандующего финской армией Маннергейма об окончании Зимней войны (N 34, 14 марта 1940 года)
  121. У.Черчилль. Вторая мировая война
  122.  (фин.) Ragnar Nordström. Voitto tai kuolema. Jääkärieverstin elämä ja perintö. — Turun yliopisto: WSOY, 1996. — 678 p. — ISBN 951-0-21250-4
  123. http://www.punavihrea.info/arkistotuote12.htm Московский мир 1940 — причина войны в 1941?
  124. Победа или смерть. Интернет-версия книги
  125. Окончательно передан СССР после выхода Финляндии из Второй мировой войны в 1944 году.
  126. Советско-финская война: причины и итоги
  127. Finnish Defence College, Talvisodan historia 4 : Sodasta rauhaan, puolustushaarat ja erä, p.406, 1991, ISBN 951-0-17566-8, WSOY  (фин.); умершие включают 3671 тяжелораненых, умерших после войны не покидая госпиталя, некоторые — несколько лет спустя после окончания войны.
  128. Suomen rintamamiehet 1939-45, 5. Div.
  129. Casualties in the Winter War (со ссылкой на Talvisodan Pikkujättiläinen, WSOY, 1999, Finland, p. 825)  (Проверено 8 июня 2012)
  130. 3.2.3 Air Warfare // Implementing humanitarian law applicable in armed conflicts: the case of Finland. — 1st. — Martinus Nijhoff Publishers. — P. 60-61. — ISBN 0-7923-1611-8
  131. Sodan tappiot // Jatkosodan pikkujättiläinen. — 1st. — Werner Söderström Osakeyhtiö. — P. 1150-1162. — ISBN 951-0-28690-7
  132. К.-Ф. Геуст Бомбы на столицу // «Родина» 1995 № 12 с.59
  133. Casualties in the Winter War, таблица Losses suffered by individual Corps' / Groups со ссылкой на Talvisodan historia Osat 1, 2, 3, 4. Institute of Military Science, 1977; WSOY, 1991, Finland, p. 407.
  134. «в LLv-26 на „фиатах“ воевала группа итальянцев. Один из них, сержант Манзоччи, погиб, разбившись при вынужденной посадке на замёрзшее озеро»
    Советско-финская война 1939—1940 гг. Хрестоматия / ред.-сост. А. Е. Тарас. Минск: «Харвест», 1999. стр.369
  135. Соколов Б. В. Тайны финской войны. — М.: Вече, 2000. — С. 340.
  136. 1 2 Коллектив авторов. Россия и СССР в войнах ХХ века: Потери Вооружённых Сил / Г. Ф. Кривошеев. — М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2001. — С. 211. — 608 с. — (Архив). — 5 000 экз. — ISBN 5-224-01515-4 (таблица 109)
  137. «Незнаменитая война» — М. И. Семиряга, журнал «Огонёк» № 22 за 1989 год
  138. Двухтомник «История России XX век: 1939—2007» / под ред. А. Б. Зубова. — М.:Астрель И90 АСТ, 2009. С. 24
  139. Карельский Союз
  140. «„Коктейль Молотова“ взрывает историю», «Новые Известия», 2002, № 102
  141. 1 2 3 Исаев, А. В. Антисуворов. Десять мифов Второй мировой. — М.: Эксмо, 2004. — С. 14. — 416 с.
  142. Анастас Микоян. Так было
  143. Лев Гудков. Негативная идентичность. (Образ врага в советском тоталитарном искусстве и литературе). Статьи 1997—2002 годов. Авторский сборник. М.: Новое литературное обозрение, 2004
  144. Manninen, O. Stalinin kiusa — Himmlerin täi. — Helsinki: Edita, 2002. — P. 57. — ISBN 951-37-3694-6.

Литература[править | править вики-текст]

Документы
  1. По обе стороны Карельского фронта, 1941—1944: Документы и материалы / Ин-т яз., лит. и истории Карел. науч. центра РАН; Сост.: А. В. Климова, В. Г. Макуров. — Петрозаводск: Карелия, 1995. — 636 с. — Библиогр.: с. 612—614. — Вместо предисловия. Советско-финляндская (Зимняя война) 1939—1940 годы. — С. 7—50.
  2. Принимай нас, Суоми-красавица: «Освободительный» поход в Финляндию 1939—1940 гг.: Сборник документов и фотоматериалов. Ч. 1. / Сост. Е. А. Балашов; Пер. источников с фин.: Е. А. Балашов, Я. А. Кишкурно. — СПб.: Галея Принт, 1999. — 264 с. — Библиогр.: с. 259—261.
  3. Советско-финская война 1939—1940 гг.: Хрестоматия / Ред.-сост. А. Е. Тарас. — Минск: Харвест, 1999. — 459 с. — (Библиотека военной истории).
  4. Советско-финляндская война, 1939—1940: В 2 т. / Сост.: П. В. Петров, В. Н. Степаков. — СПб.: Полигон, 2003. — (Великие противостояния)
  5. Тайны и уроки Зимней войны, 1939—1940: По документам рассекреченных архивов / Под общ. ред. В. А. Золотарёва; Ред.-сост. Н. Л. Волковский. — СПб.: Полигон, 2000. — 542 с., [32] л. ил. — (Военно-историческая библиотека).
  6. «Вы только соблюли жестокий закон войны…»: [Приказ К. Г. Маннергейма от 13 марта 1940 г.] // Новое время. — 1998. — № 46. — С. 33.
  7. Зимняя война: (Документы из Архива внешней политики СССР. Публ. впервые) // Международная жизнь. — 1989. — № 8. — С. 51-68; № 12. — С. 216—231.
  8. Неизвестные страницы «зимней войны»: [Журнал боевых действий 44 стрелковой дивизии] / Публ. подгот. О. А. Дудорова // Военно-исторический журнал. — 1991. — № 9. — С. 12-23.
Книги
  • Колпакиди А. И. ГРУ в Великой Отечественной войне. — М.: Яуза; Эксмо, 2010. — 608 с. — (ГРУ) — 3000 экз. — ISBN 978-5-699-41251-8
  • Анфилов В. А. Грозное лето 41 года. — М.: Анкил-Воин, 1995. — 191 с. — Уроки войны с Финляндией. — С. 5—17.
  • Балашов Е. А. Линия Маннергейма и система финской долговременной фортификации на Карельском перешейке / Пер. источников с фин.: Е. А. Балашов, Д. И. Орехов, Я. А. Кишкурно. — СПб.: Нордмед-Издат, 2000. — 84 с. — Библиогр.: с. 83.
  • Барышников В. Н. От прохладного мира к зимней войне: Восточная политика Финляндии в 1930-е годы. — СПб.: Изд-во Санкт-Петербург. ун-та, 1997. — 353 с. — Библиогр.: с. 335—348.
  • Барышников Н. И. Финляндия во второй мировой войне / Н. И. Барышников, В. Н. Барышников. — Л.: Лениздат, 1985. — 133 с. — Сто пять военных дней. — С. 16-28.
  • Бои на Карельском перешейке. — М.: Госполитиздат, 1941. — 420 с.
  • Борьба финского народа за освобождение. — М.-Л.: Военмориздат, 1939. — 43 с.
  • Вихавайнен Т. Сталин и финны / Пер. с фин. Н. А. Коваленко; Под ред. Г. М. Коваленко. — СПб.: Журнал «Нева», 2000. — 287 с. — Зимняя война. — С. 120—164.
  • Звонков П. В боях против белофиннов на Балтике. — М.: Госполитиздат, 1941. — 40 с.: ил.
  • Исаев А. В. Десять мифов Второй мировой. Глава 2. «Толстовцы» и «миллионеры»
  • Иринчеев Б. Виртуальная финская война Виктора Суворова
  • Исбах А. 123-я [Стрелковая дивизия] в боях с белофиннами / А. Исбах, Ю. Корольков. — М.: Воениздат, 1940. — 112 с.: ил.
  • История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941—1945. Т. 1. — М.: Воениздат, 1961. — 532 с. — Вооружённый конфликт с Финляндией и его мирное урегулирование. — С. 258—278.
  • История внешней политики СССР 1917—1966 гг. Ч. 1. 1917—1945 гг. — М.: Наука, 1966. — 478 с. — [Советско-финляндская война]. — С. 364—367.
  • Зимняя война, 1939—1940. Кн. 1: Политическая история / РАН, Ин-т всеобщей истории; Отв. ред.: О. А. Ржешевский, О. Вехвиляйнен. — М.: Наука, 1998. — 382 с. — Библиогр. в конце ст.
  • Зимняя война, 1939—1940. Кн. 2: И. В. Сталин и финская кампания (Стенограмма совещания при ЦК ВКП(б) / РАН, Ин-т всеобщей истории; Отв. ред.: Е. Н. Кульков, О. А. Ржешевский. — М.: Наука, 1998. — 295 с.
  • Килин Ю. М. Карелия в политике советского государства, 1920—1941 / Петрозав. гос. ун-т. — Петрозаводск: Изд-во Петрозав. гос. ун-та, 1999. — 275 с. — Библиогр.: с. 260—270. — Карелия в советско-финляндской войне 1939—1940 гг. — С. 166—215.
  • Карелия, Заполярье и Финляндия в годы Второй мировой войны: Тез. докл. междунар. науч. конф. (6-10 июня 1994 г.) / Гос. ком. РФ по высшему образованию; Петрозав. гос. ун-т; Мэрия г. Петрозаводска; Ред. кол.: С. Г. Веригин, Ю. М. Килин, И. Е. Абрамова, И. В. Андриевская. — Петрозаводск, 1994. — 86 с. — Советско-финляндская война 1939—1940. — С. 3—14.
  • Остряков С. Военные чекисты. — М.: Воениздат, 1979. — 320 c. — [Советско-финляндская война]. — С. 137—140.
  • Мельтюхов М. И. Упущенный шанс Сталина. Советский Союз и борьба за Европу: 1939—1941
  • Похлёбкин В. В. Внешняя политика Руси, России и СССР за 1000 лет в именах, датах, фактах: Справочник. Вып. 2: Войны и мирные договоры, Кн. 3: Европа в первой половине 20 в. — М.: Междунар. отношения, 1999. — 672 с. — Библиогр. в тексте. — [Советско-финляндская война]. — С. 207—231.
  • Пыхалов И. В. Великая Оболганная война. Глава 6. «Советско-финляндская война: поражение или победа?»
  • Расила В. История Финляндии / В пер. и под ред. Л. В. Суни. — Петрозаводск: Изд-во Петрозав. ун-та, 1996. — 294 с. — Зимняя война финнов. — С. 203—206.
  • Раткин С. Тайны Второй мировой войны: Факты, документы, версии. — Минск: Современная литература, 1995. — 480 с. — (Беспредел). — Советско-финская война. Количество жертв. — С. 7—24.
  • Семиряга М. И. Советско-финляндская война: (К 50-летию окончания). — М.: Знание, 1990. — 64 с. — (Новое в жизни, науке, технике. Сер. Защита Отечества; 3/1990).
  • Семиряга М. И. Тайны сталинской дипломатии. 1941—1945. — М.: Высшая школа, 1992.
  • Ставский В. Молниеносный удар: Из эпизодов войны с белофиннами 1939—1940 гг. — М.: Госполитиздат, 1941. — 15 с.
  • Судаков В. Гильзы и вереск потаённой Коллы: [Об увековечении памяти погибших] — Петрозаводск: ПетроПресс, 2001. — 48 с.
  • Цеттерберг С. Финляндия после 1917 года / Пер. с фин. Г. Муравина. — Хельсинки: Отава, 1995. — 185 с. — [Зимняя война]. — C. 76—87.
  • Широкорад А. Б. Северные войны России, Критика книги: А. Широкорад. «Северные войны России»
  • Широкорад А. Б. Три войны «Великой Финляндии». — М.: Вече, 2007. — ISBN 5-9533-1732-8.
  • Max Jakobson. The Diplomacy of the Winter War: An Account of the Russo-Finnish War, 1939—1940, ISBN 0-674-20950-8
  • Энгл Э. Советско-финская война: прорыв линии Маннергейма, 1939—1940 / Элоиза Энгл, Лаури Паананен (пер. с англ. О. А. Федяева). — М.: Центрполиграф, 2008. — 238 с.
Очерки и воспоминания
  • Бесстрашные сапёры на финском фронте: [Воспоминания]. — М.: Воениздат, 1941. — 72 с.
  • Боевые подруги: Воспоминания участниц войны с белофиннами в 1939-40 гг. — Петрозаводск: Госиздат Карело-Финской АССР, 1941. — 31 с.
  • Бои в Финляндии: Воспоминания участников. Ч. 1. — 2-е изд. — М.: Воениздат, 1941. — 400 с.: ил.
  • Бои в Финляндии: Воспоминания участников. Ч. 2. — 2-е изд. — М.: Воениздат, 1941. — 540 с.: ил.
  • Герои боев с белофиннами: [Очерки и стихи]. Сб. 1. — М.: Воениздат. — 1940. — 111 с.: ил.
  • Маннергейм К. Г. Мемуары. — М.: Вагриус, 2000. — 509 с.: ил. — Зимняя война. — с. 258—348.
  • Маннергейм К. Г. Мемуары. — М.: Вагриус, 1999.
  • Мерецков К. А. На службе народу. — 5-е изд. — М.: Политиздат, 1988. — 447 с. — Война с Финляндией. — С. 168—183.
  • Митрофанов Н. В снегах Финляндии: Записки младшего командира. — М.: Воениздат, 1941. — 96 с.
  • Молчанов А. На Карельском перешейке: Эпизоды боев с белофиннами в 1939—1940 годах: По рассказам и воспоминаниям участников боёв / Рис. и обл. И. Королёва. — М.-Л.: Детгиз, 1941. — 127 с. — (Военная библиотека школьника).
  • Наши артиллеристы на финском фронте: [По материалам воспоминаний]. — М.: Воениздат, 1940. — 127 с.: ил.
  • Николенко С. Разгром белофинского полка. — М., 1941. — 4 с.
  • Память и скорбь: Воспоминания участников советско-финляндской войны 1939—1940 гг. в Северном Приладожье / Худож. М. Чумак; Авт.-сост. В. Ф. Себин; Администрация местного самоуправления г. Питкяранты и Питкярант. р-на. — Петрозаводск, 1999. — 135 с.
  • Сталинские соколы в боях с белофиннами: [Воспоминания участников]. — М.: Воениздат, 1941. — 88 с.: ил.
  • Танкисты на финском фронте: [Воспоминания участников]. — М.: Воениздат, 1941. — 63 с.: ил.
  • Имшеник-Кондратович А. К. На той войне незнаменитой: [Воспоминания ветерана] // Ленинградская панорама. — 1991. — № 10. — С. 22—25.
  • Мерецков К. А. Укрепление Северо-Западных границ: Воспоминания // Вопросы истории. — 1968. — № 9. — С. 120—129.
Статьи
  • Александров П. Расколотый щит: «Линия Маннергейма» и её прорыв // Родина. — 1995. — № 12. — С. 77-79.
  • Аннинский Л. «На той войне незнаменитой…»: Советская лирика в период «зимней войны» // Родина. — 1995. — № 12. — С. 84.
  • Аптекарь П. «Выстрелов не было» — утверждает российский архивист: [Документы об инциденте в Майниле] // Родина. — 1995. — № 12. — С. 53—55.
  • Аптекарь П. А. Оправданы ли жертвы?: О потерях в советско-финляндской войне // Военно-исторический журнал. — 1992. — № 3. — С. 43-45.
  • Бакулин О. А. Отношение Сталина к событиям Зимней войны: по материалам служебных выпусков ТАСС // В мире других: образы русских и европейцев в СМИ / Под ред.акцией Е. Л. Вартановой. Finland: University of Tampere, 2005.
  • Барышников Н. И, Барышников В. Н. Зимняя война // Аврора. — 1990. — № 2. — С. 24—45; № 3. — С. 83—90.
  • Барышников В. Н. К проблеме отношений СССР с Финляндией накануне «Зимней войны»: секретная миссия Б. Ярцева [Б. А. Рыбкина] в 1938 г. // Империи нового времени: Типология и эволюция (XV—XX вв.): Вторые Петербургские Кареевские чтения по новистике, 22-25 апреля 1997 г.: Крат. содерж. докл. / С.-Петерб. гос. ун-т; Отв. ред. Б. Н. Комиссаров. — СПб., 1999. — С. 388—391.
  • Барышников Н. И. Советско-финляндская война 1939—1940 гг. // Новая и новейшая история. — 1989. — № 4. — С. 28—41.
  • Ващенко П. Ф. Если бы Финляндия и СССР: // Военно-исторический журнал. — 1990. — № 1. — С. 27-34.
  • Веригин С. Г. Военнопленные финской армии на территории Северо-Запада России в период зимней войны 1939—1940 гг. // Политическая история и историография: от античности до современности: Сб. науч. ст. Вып. 3 / Петрозав. гос. ун-т; Редкол.: А. Д. Дризо, Г. С. Самохина, И. А. Дорохова и др.; Отв. ред. Т. Г. Тюнь. — Петрозаводск, 2000. — С. 102—114.
  • Веригин С. Г. Зимняя война: неизвестные страницы: [Териокское правительство; Финская народная армия; Карелия в зимней войне; переселение финнов] // Север. — 1993. — № 6. — С. 118—131.
  • Веригин С. Г. Использование финских военнопленных в пропагандистских и разведывательных целях в период зимней войны 1939—1940 гг. // Конференция по изучению истории, экономики, литературы и языка скандинавских стран и Финляндии (13; 1997; Петрозаводск). Тезисы докладов. — Петрозаводск, 1997. — С. 26—28.
  • Веригин С. Г. История Териокского правительства в финляндской исторической литературе // Политическая история и историография (от античности до современности). — Петрозаводск, 1994. — С. 115—122. — Библиогр.: с. 122.
  • Веригин С. Г. Отношение населения Советской Карелии к Зимней войне 1939—1940 гг. // Карелия и Финляндия на пороге нового тысячелетия: Тезисы докл. междунар. симп. историков (21-23 мая 1999 г.). — Петрозаводск, 1999. — С. 46—49.
  • Веригин С. Г. Советская пропаганда на Финляндию в период Зимней войны 1939—1940 гг. // Вторая мировая война и Карелия, 1939—1945 гг.: Материалы науч.-практ. конф., посвящ. 60-летию начала Великой Отечеств. войны. — Петрозаводск, 2001. — С. 21—31.
  • Веригин С. Г. Финская Народная армия в зимней войне 1939—1940 гг. // Общественно-политическая история Карелии 20 века. — Петрозаводск, 1995. — С. 96—114.
  • Геуст К.-Ф. Бомбы на столицу: [Бомбардировки Хельсинки] // Родина. — 1995. — № 12. — С. 58—59.
  • Голубев Н. А. Южский лагерь для красноармейцев. 728 человек, вернувшихся с финской войны, были расстреляны в Иванове // [5] // Ивановская областная газета «Рабочий край» от 22.04.2011
  • «…Граниты финские, граниты вековые»: Мирная дискуссия о «зимней войне» / Круглый стол подгот. Т. Максимова, Д. Олейников // Родина. — 1995. — № 12. — С. 34—42.
  • Дайк К. В. Легко отделались: Какие уроки извлекло партийное и военное руководство СССР из финской кампании // Родина. — 1995. — № 12. — С. 113—115.
  • Дерябин Ю. Подводя черту под прошлым: [Об увековечении памяти погибших] // Междунар. жизнь. — 1994. — № 12. — С. 28—33.
  • Донгаров А. Г. Война, которой могло не быть: (К политической и дипломатической истории советско-финляндского вооружённого конфликта 1939—1940 гг.) // Вопросы истории. — 1990. — № 5. — С. 28—45.
  • Донгаров А. Г. Предъявлялся ли Финляндии ультиматум? // Военно-исторический журнал. — 1990. — № 3. — С. 43—46.
  • Дудорова О. Преданные и забытые: [Сражение под Суомуссалми и судьба 8 и 9 армий] // Родина. — 1995. — № 12. — С. 88—91.
  • Ермолов А. Победа далась нелегко: 60 лет назад закончилась советско-финляндская война, унёсшая более 100 тысяч жизней наших соотечественников // Военные знания. — 2000. — № 3. — С. 24—25.
  • Жирнов Е. Самая холодная война // Коммерсант-Власть. — 1999. — № 47. — С. 60—63.
  • Зарецкий В. Над карельским перешейком: [Участие авиации в войне] // Авиация и космонавтика. — 1992. — № 3/4. — С. 34—35.
  • Зубкин А. Ю. Финляндские танковые войска в Зимней войне 1939—1940 гг. // Вторая мировая война и Карелия, 1939—1945 гг.: Материалы науч.-практ. конф., посвящ. 60-летию начала Великой Отечеств. войны. — Петрозаводск, 2001. — С. 32—38.
  • Кабанен П. Двойная игра: Советско-финляндские переговоры 1938—1939 годов // Родина. — 1995. — № 12. — С. 43—48.
  • Калинин Н. Советско-финская война и предательская политика английских лейбористов // Вопросы истории. — 1950. — № 3. — С. 26—46.
  • Килин Ю. М. Взгляд из Карелии на «Зимнюю войну»: [Экон. факторы подготовки и ведения войны] // Междунар. жизнь. — 1994. — № 3. — С. 46—50.
  • Килин Ю. М. Западная помощь Финляндии в ходе Зимней войны в отечественной и зарубежной литературе (планы и реальные результаты) // Политическая история и историография (от античности до современности). — Петрозаводск, 1994. — С. 123—129. — Библиогр.: с. 129.
  • Килин Ю. М. Оптимизм: На что надеялись финны в 1939 году? // Родина. — 1995. — № 12. — С. 49—52.
  • Кобляков И. К. Внешняя политика СССР в период «странной войны» (сентябрь 1939 — апрель 1940 г.) // Новая и новейшая история. — 1975. — № 4. — С. 38—53. — Советско-финляндские отношения. — С. 44—51.
  • Коваленко В. Г. Новейшая финляндская историография о советских военнопленных в Финляндии // Отечественная история. — 1994. — № 3. — С. 158—160.
  • Конасов В. Финские военнопленные Второй мировой войны: [В том числе и в зимней войне] // Север. — 2002. — № 11/12. — С. 178—191.
  • Коробочкин М. Опоздавшие: В Париже и Лондоне очень хотели помочь финнам, но не успели // Родина. — 1995. — № 12. — С. 107—110.
  • Куйттинен К. Была ли «Зимняя война» неизбежной? // За рубежом. — 1989. — № 48. — С. 16.
  • Куманев Г. «Что у вас там произошло в Майниле»?: [О провокации, с которой началась война] / Беседу с учёным записал Л. Безыменский // Новое время. — 1992. — № 26. — С. 46—48.
  • Лазарев А. Финская авиация: Две войны в небе Карелии // Север. — 1995. — № 4/5. — С. 149—158. — Зимняя война. — C. 151—153.
  • Лайдинен Э. П. Финская разведка и советско-финляндская война 1939—1940 гг. // Вторая мировая война и Карелия, 1939—1945 гг.: Материалы науч.-практ. конф., посвящ. 60-летию начала Великой Отечеств. войны. — Петрозаводск, 2001. — С. 14—20.
  • Макуров В. Г. Зимняя война и жизнь некоторых граждан Финляндии в Карелии, 1939—1940 гг. // Новое в изучении истории Карелии. — Петрозаводск, 1994. — С. 160—167.
  • Маннинен О. «Выстрелы были» — утверждает финский историк // Родина. — 1995. — № 12. — С. 56—57.
  • Маннинен О. Так были ли «кукушки»?: [Финские снайперы, стреляющие с деревьев] // Родина. — 1995. — № 12. — С. 80.
  • Мельтюхов М. И. Правители без подданных: Как пытались экспортировать революцию // Родина. — 1995. — № 12. — С. 60—63.
  • Мельтюхов М. И. «Народный фронт» для Финляндии?: (К вопросу о целях совет. руководства в войне с Финляндией 1939—1940 гг.) // Отечественная история. — 1993. — № 3. — С. 85—101.
  • Моргунов М. Незнаменитая война // Вокруг света. — 2002. — № 3. — С. 88-99; № 4. — С. 102—107: ил.
  • Носырева Л. «Пойдём на Голгофу, мой брат…»: [Военнопленные] / Л. Носырева, Т. Назарова // Родина. — 1995. — № 12. — С. 99—106.
  • Орлов А. Можно ли было избежать конфликта // Родина. — 1989. — № 8. — С. 25—26.
  • Осиев А. Н. Боевые действия на территории Суоярвского района в период Зимней войны 1939—1940 гг. // Вторая мировая война и Карелия, 1939—1945 гг.: Материалы науч.-практ. конф., посвящ. 60-летию начала Великой Отечеств. войны. — Петрозаводск, 2001. — С. 3—12.
  • Полвинен Т. Накануне // За рубежом. — 1989. — № 48. — С. 16—17.
  • Полвинен Т. Финляндия в международной политике до «зимней войны» // Вопросы истории. — 1990. — № 10. — С. 187—189.
  • Семиряга М. И. «Асимметричная война»: К 50-летию окончания советско-финляндской войны (1939—1940 гг.) // Советское государство и право. — 1990. — № 4. — С. 116—123.
  • Семиряга М. И. «Незнаменитая война»: Размышления историка о советско-финляндской войне 1939—1940 годов // Огонёк. — 1989. — № 22. — С. 28—30.
  • Семиряга М. И. Война, которую стыдно вспоминать: / Беседу с историком записал Н. Кривцов // Молодой коммунист. — 1990. — № 3. — С. 72—79.
  • Сеппеля Х. Как проходили сражения // За рубежом. — 1989. — № 48. — С. 18.
  • Сергеев А. С. Советско-финляндская война: (14 документальных фотографий) // Военно-исторический журнал. — 1990. — № 1. — С. 35—39.
  • Соколов Б. В. Пиррова победа: (Новое о войне с Финляндией) // Историки отвечают на вопросы. Вып. 2. — М., 1990. — С. 274—299.
  • Соломин Н. Цвет карельских снегов: [Об обороне хутора Хилико] // Пограничник. — 1993. — № 8. — С. 99—106.
  • Степаков В. Н. Легенды и мифы советско-финляндской войны // Вопросы истории. — 1997. — № 3. — С. 171—173. — Библиогр. в примеч.
  • Тищенко А. «Зимняя» война // Пограничник. — 2000. — № 3. — С. 52—55: ил. публ. впервые.
  • Хазанов Д. Финские ВВС в «Зимней войне» // Военные знания. — 1992. — № 1. — С. 43.
  • Хакала И. Предел прочности: Могла ли Финляндия продолжать боевые действия? // Родина. — 1995. — № 12. — С. 111—112.
  • Хяйние М. Миф об одиночестве // За рубежом. — 1989. — № 48. — С. 17—18.
  • Цветков С. Второе рождение «Морана» // Моделист-конструктор. — 1993. — № 3. — С. 8—10.
  • Чевела П. П. Итоги и уроки советско-финляндской войны // Военная мысль : Военно-теоретический журнал. Печатный орган Министерства обороны Российской Федерации. — М.: Редакционно-издательский центр МО РФ, 1990. — № 4. — С. 48-55. — ISSN 0236-2058.
  • Шилов П. Тогда не было моды награждать: Рассказ разведчика 17-го отдельного лыжного батальона // Родина. — 1995. — № 12. — С. 64—71.
  • Шмыгановский В. Незнаменитая война // Союз. — 1990. — № 11. — С. 17—18.
  • Юутилайнен А. «Другой чести нам не надо…»: [О личном героизме финских солдат] // Родина. — 1995. — № 12. — С. 92—94.
  • Якобсон М. «Зимняя» война: Взгляд из Финляндии // Родина. — 1989. — № 8. — С. 21—24.

Ссылки[править | править вики-текст]

Видео[править | править вики-текст]