Эта статья входит в число хороших статей

Аннамачарья

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Аннамачарья
శ్రీ తాళ్ళపాక అన్నమాచార్య
Портрет
Дата рождения 9 мая 1408
Место рождения Таллапака (Андхра-Прадеш)
Дата смерти 23 февраля 1503 (94 года)
Место смерти Тирупати (Андхра-Прадеш)
Род деятельности брамин, поэт
Сайт annamayya.org
Commons-logo.svg Медиафайлы на Викискладе
Логотип Викитеки Произведения в Викитеке

Аннамача́рья (Annamācārya IAST), известный также как Таллапа́ка Аннамача́рья или Аннама́йя (Taḷḷapāka Annamācārya, Annamayya IAST; 1408—1503), — святой поэт, композитор и музыкант-первопроходец из Южной Индии, сочинявший религиозные произведения в форме санкиртана. Произведения Аннамачарьи посвящены божеству Венкатешваре, находящемуся в храме Тирумалы в Андхра-Прадеш. В индуизме Аннамачарья почитается наравне со святыми поэтами-альварами как великий преданный бога Вишну. В вайшнавской традиции считается воплощением нандаки (меча) Венкатешвары. Аннамачарья стал первым композитором карнатической музыки. Его сочинения написаны простым и ярким языком на телугу, что сделало его понятным для простых людей — тех, кому его мысли и стихи предназначались. О жизни Аннамачарьи известно по стихам «Аннамачарья-чаритраму» (Annamacārya-caritramu), сочинённым его внуком, Таллапакой Чиннанной (Tallapaka Chinnanna)[1].

В конце жизни или, возможно, вскоре после смерти Аннамачарьи около тринадцати тысяч его песенных произведений были выгравированы на медных пластинах и спрятаны в особом хранилище в Храме Тирумалы. Агиографическая традиция храма утверждает, что уцелевшие записи составляют менее половины первоначального творчества Аннамачарьи. Его произведения оказались преданы забвению на протяжении столетий, пока хранилище не было вскрыто в начале XX века. После этого стихи Аннамачарьи обрели широкую популярность в Южной Индии и считаются величайшим храмовым сокровищем Тирумалы[2].

Агиография[править | править код]

В X веке в Варанаси разразился голод, который вынудил часть населения мигрировать в Южную Индию. Некоторые из переселенцев осели в городе Нандаварам (Андхра-Прадеш). Среди иммигрантов, которых называли «нандавариками» (Nandavarikas), были и предки Аннамачарьи. О происхождении Аннамачарьи повествует сочинение его внука Таллапака Чиннанны, которое отслеживает три поколения семьи до рождения поэта. По всей видимости, предки Аннамачарьи поклонялись деревенской богине Чамудешвари, питающейся мясом, — одной из гневных ипостасей Кали. Проведение «темных» ритуалов было неотъемлемой частью поклонения в семье и включало страстные, красочные и драматические обряды, вплоть до обладания богиней. Только при Аннамачарье семья поменяла свою религиозную принадлежность[3].

Тирупати с видом священных гор Тирумалы — место, где святой прожил большую часть своей жизни

Дед Аннамачарьи, которого звали Нараяная, в молодости не имел склонности к учёбе. Учителя подвергали его наказаниям, от которых он испытывал унижение и стыд. Мальчик решил, что смерть будет лучше, чем мучительная жизнь. Он засунул руку в змеиную нору возле храма деревенской богини Чинталамма. По преданию, богиня предстала перед ним и велела ему воздержаться от самоубийства, а также сообщила, что у него родится внук — частичное проявление бога Вишну. У Нараяны Сури, сына Нараянаи, не было детей. Со своей женой Лаккамамба он совершил паломничество в Храм Тирумалы, посвящённый божеству Венкатешваре (по преданию, возле священного столба в честь Гаруды в Лаккамамбу проник ослепительный свет от меча Венкатешвары). После поездки в семье родился мальчик, которого назвали Аннамайей. Ребёнок появился на свет 9 мая 1408 года в Таллапаке (14°14′09″ с. ш. 79°08′50″ в. д.HGЯO), отдалённой деревне в Андхра-Прадеше, название которой дало семье фамилию. Ввпоследствии он станет известен как Аннамачарья, то есть «учитель Аннамайя»[1].

Творческие способности Аннамайи, согласно его биографу, начали проявляться уже в юном возрасте. Однажды его золовка отправила молодого «бездельника» косить траву для коров. Во время косьбы он порезал мизинец серпом и закричал от боли: «Хари, Хари!», то есть «Господи, Господи!». Этот эпизод в жизни молодого человека считается поворотным: после этого он разрывает связь с семьёй и посвящает себя служению божеству. Мимо Аннамайи в это время следовала группа паломников, к которой он спонтанно присоединился, не предупредив семью. Паломники направлялись на холмы Тирумалы на встречу с Венкатешварой[4].

Silk-film.png Внешние видеофайлы
Видеоклип: Аннамачарья впервые посещает Тирумалу
(исполнение киртана о священных холмах Тирумалы)
Silk-film.png https://www.youtube.com/watch?v=RtKlvWd-1KM

По дороге в горы Аннамайя остановился, чтобы почтить в храме деревенскую богиню Шакти-гуди, популярную среди пастухов. Считается, что ею была Таллапака Гангамма, богиня Тирупати или кшетра-девата, то есть божество местности, которому поклоняются паломники, прежде чем начать восхождение. Оттуда он направился на гору Талайеру, к которой прибыл поздним утром. За всё время в пути он ничего не ел и сильно ослаб. В бессилии Аннамайя лежал под бамбуковым кустом на плоском камне. По преданию, богиня Аламелу явилась накормить его прасадом, который она и её супруг Вишну ели вместе в храме. Она также посоветовала ему снять свои сандалии, поскольку божественные холмы Тирумалы, которые он топчет ногами, покрыты священными камнями-шалаграмами. Сняв обувь, Аннамайя получил виде́ние горы, окутанной божественным золотистым свечением[4].

После явления Аламелу к молодому человеку пришло вдохновение, и он сочинил свою первую шатаку (сто стихов) в честь богини. Аннамайя омылся в храмовом пруду, почтил божество в местной святыне и оставил ему в дар монету. На следующий день он сочинил ещё одну сотню стихов, на этот раз посвящённую самому Веншкатешваре, чьи знаки он нарисовал себе на теле. Прибыв в Тирумалу, молодой человек обнаружил двери храма закрытыми. Аннамайя прочитал своё длинное стихотворение перед дверьми храма, и они распахнулись ему навстречу. В святилище он вновь прочитал сто стихов в присутствии главного священника храма. Биограф пишет, что с изваяния божества на него упало жемчужное ожерелье — это был первый подарок Веншкатешвары поэту[4].

Произведение ACP 17[5]
Любой, кто поглощён любовью,
может стать таким, как Он.
Он влюблён в обеих своих жен (Шри-деви и Бху-деви).
Вот почему ему нужны четыре руки.
Он любил тысячи раз
всеми способами.
Не удивительно, что у него столь много форм.
Любой может стать таким, как Он.
Особенно Ему нравится любовь после ссор.
Вот почему иногда Он отворачивается (от тебя).
Он красив, вне всякого сравнения. И игрив.
Посмотри на Его прекрасные ногти.
Любой может стать таким, как Он.
Поскольку ему нравится, чтобы наслаждение длилось вечно,
Он пришел, чтобы жить на горе (Тирумалы).
Привязанный к жизни в этом (земном) мире,
Он живет внутри всех.
Любой может стать таким, как Он.
Венкатешвара со своими супругами Шри-деви и Бху-деви

В Тирумале Аннамайя получил посвящение от брахмана-аскета Гхана Вишну, которому Веншкатешвара явился во сне. Божество объявило брахману о прибытии юноши, чтобы тот получил атрибуты Вишну — раковину «шанкху» и Сударшану-чакру. Таким образом, Аннамайя после посещения святого места стал вайшнавом, отказавшись от семейной традиции поклонения Кали. Затем брахман отправил Аннамайю домой, где тот вскоре женился на двух молодых девушках-сёстрах, Тирумаламме (Тиммакка) и Аккаламме. Родственники девушек поначалу возражали против брачного союза, поскольку жених принадлежал другой традиции. Однако к родителям девочек пришёл во сне Веншкатешвара, и свадьба состоялась. Полигамия в средневековой Южной Индии была обычным явлением, ведь сам Веншкатешвара имел две жены — Шри-деви и Бху-деви[4].

По преданию, после свадьбы Аннамайя получил ряд даршанов, — виде́ний Бога, — и благословений. Божество Ахобилама, Вишну в образе свирепого Нарасимхи, пришёл к нему как учитель. В образе Хаягривы Вишну также предстал перед Аннамайей для наставлений. У другого учителя, великого мудреца Шатакопы, Аннамайя изучал Веданту. Всё это время он активно сочинял стихи и музыку и довольно быстро обрёл известность за пределами родных мест как автор песен[6].

Следует отметить, что агиография Аннамачарьи была написана уже тогда, когда поэт прочно вошёл в религиозную традицию вайшнавизма. Его семья и потомки продолжали играть заметную роль в культурной и ритуальной жизни Тирумалы. Это не могло не наложить отпечаток на характер повествования. Агиография представляет Аннамачарью как классического святого традиции шри-вайшнавизма, самого последнего и наиболее одарённого в линии, восходящей к знаменитым тамильским альварам. В конце концов, в шри-вайшнавизме Аннамачарья стал рассматриваться как реинкарнация великого Наммальвара[7].

Произведение Vibhunikin ī māte vinnaviñcarā (SCP 259, 9:29)[8]
Расскажи ему об этом.
Отдалённые реки всегда достигают моря.
Быть далеко — это как быть рядом.
Буду ли я думать о Нем, если я был бы далеко?
Солнце в небе очень далеко от лотоса.
Однако на расстоянии отношения крепче.
Отдалённые реки всегда достигают моря.
Когда Он смотрит на меня, я смотрю на Него.
Моё лицо обращено только к Нему.
Облака в небе, а павлин — в лесу.
Сильное желание соединяет.
Отдалённые реки всегда достигают моря.
Говорить о желании — все равно, что приблизиться.
Разве я не становлюсь ближе к Нему?
Бог холме пребывает на холме — а где я?
Посмотри, мы близки в любви.
Чудеса случаются.
Ведь отдалённые реки всегда достигают моря.

Аннамачарья — мастер чувственной лирики[править | править код]

Векатешваре посвящена большая часть произведений святого

Аннамачарья заслужил народную любовь и эпитет на телугу «пада кавита питама» (pada kavita pithama), или «великий отец поэзии». Поэт сочинял в нескольких формах, основной из которых была «падам» (padam), то есть песня. Все произведения носили религиозный характер, и сегодня их называют санкиртанами. Падам состоит из «паллави» (рефрена) и трёх «чаранов» (строф). Композиция завершается «мудрой» или знаком автора в последней строфе. Мудра состоит из имени композитора, имени возлюбленного божества или названия родной местности автора[9].

Сочинения Аннамачарьи, как правило, представлены короткими песнями-похвалами. В них три, реже — две или четыре строфы, которые начинаются с рефрена. Паллави-рефрен связывает друг с другом все строфы и придаёт произведению единство. Паллави задаёт главную тему сочинения, выступая его своеобразным «лицом». Повторение паллави создаёт цикличность звучания и завораживает слушателя, окутывая его осознанием божественного присутствия. Финальная строфа неизменно упоминает Венкатешвару, «Бога на холме». По её исполнению можно судить о приближающемся конце песни[10].

Поэт излагал свои мысли на относительно простом и доступном языке, который он специально изобрёл для своих сочинений. Язык Аннамачарьи, обманчиво близкий к повседневной речи, в действительности наполнен двойным и тройным смыслом. Его легко интерпретировать в зависимости от восприятия слушателя, что создаёт ощущение очарования множественностью значений. Музыкальные произведения изобилуют неожиданными лексическими комбинациями и тонкими нюансами значения слова, а также произношением, характерной для карнатического стиля. Аннамачарья выбирает плавные слоги, легко читаемые нараспев гласные и растворяет в них резкие согласные. Поэт избегает сложного санскрита, предпочитая народный язык. Слушателя захватывает голос, который тихо, но настойчиво шепчет и становится настолько близким, что начинает звучать внутри слушателя. В то же время всё, что воспевает голос, предполагает глубокое знание природы взаимоотношений души и избранного божества. Всё это делает Аннамачарью мастером чувственных переживаний и близким «знакомым» Бога на холме[11].

Произведение ACP 106, 2:22)[12]
Ты — тот шальной ребёнок,
что украл масло (Бала-Кришна)?
Тебя нельзя увидеть или услышать.
Ты прячешь в чреве (невежества)
всех тех людей, которые тебя не принимают.
Когда умирающий говорит: «Нара» (имя Бога),
и просит кокосовых волокон (для похоронного ритуала),
Ты слышишь своё имя, Нараяна,
и спасаешь его как герой.
Ты — шальной ребёнок?

Тайная комната[править | править код]

Согласно агиографии, Аннамачарья скончался 23 февраля 1503 года, прожив 95 лет. В течение жизни он сочинил несколько тысяч санкиртанов, двенадцать сатаков (произведений из сотни стихов), а также перевод «Рамаяны» в форме двипада и музыкальный трактат «Санкиртана лакшанаму» (Sankirthana lakshanamu)[1]. Внук Аннамачарьи насчитал 32 000 санкиртанов своего деда. Аннамачарья записывал сочинения на пальмовых листьях. До наших дней они сохранились благодаря тому, что его сын Тирумалачарья выгравировал стихи на медных пластинах. Большинство медных пластин хранилось в каменной камере напротив хунди (металлического контейнера для пожертвований) в храме Венкатешвары в Тирумале. В течение 400 лет они оставались недоступными для широкой публики. В 1922 году камера была вскрыта и на свет извлечено 2289 медных пластин, содержащих порядка 13 000 санкиртанов и несколько других произведений. Медные пластины соединялись толстым кольцом по пять штук. Кольца могли нанизываться на объединяющий их шест, который держал певец. После открытия каменная камера получила название «санкиртана бхандагарам» (Sankirtana Bhandagaram)[1]. Полная публикация сохранившихся сочинений составляет двадцать девять томов. Перевод на английский язык 150 стихов был опубликован издательством Oxford University Press в 2005 году[13].

Images.png Внешние изображения
Фотография хранилища записей «санкиртана бхандагарам»
(Храм Венкатешвары в Тирумале)
Image-silk.png https://4krsna.files.wordpress.com/2008/07/bhandagaram.jpg

Изготовление сотен медных пластин, по всей видимости, было продолжительным и дорогим. Возможно, оно стало одним из самых дорогих издательских предприятий в истории средневековой Южной Азии. Изготовление долговечных копий раскрывает значимость творчества поэта и почитание, которое возникло вокруг него. В некоторых случаях пластины содержат имена гравёров. На пятой пластине отмечено, что сын поэта — Педда Тирумалачарья — сам оплачивал изготовление пластин. Это означает, что наследники приглашались для исполнения произведений своего предка, благодаря чему семья смогла разбогатеть. К примеру, внук поэта за свой счёт отремонтировал храм Кальяна-Веншкатешвара в Шриниваса-Мангапураме вблизи Тирупати (13°36′47″ с. ш. 79°19′12″ в. д.HGЯO) и установил рядом изваяние своего деда вместе с изображениями Веншкатешвары, богини Аламелу, а также ранних вайшнавских поэтов и учителей Южной Индии[7].

Во времена правления Ачьютадеварайя из династии Тулува в 1529—1542 годах песнопения Аннамачарьи впервые стали использовать как составную часть храмового ритуала. Позднее, с 1541 по 1574 годы, медные пластины с записями стихов сами стали объектом поклонения[14]. В храме Венкатешвары до сих пор исполнение потомками Аннамачарьи его произведений является неотъемлемой частью храмовой службы. Надписи на некоторых пластинах свидетельствуют о том, что Аннамайя начал сочинять в 1424 году, то есть в возрасте шестнадцати лет, когда к нему пришло виде́ние Вишну. Он продолжал сочинять до 1503 года, который считается годом его смерти, хотя официально об этом событии в пластинах не сказано[14].

Медные копии стихов появились и в других местах паломничества вайшнавов — в частности, в храмах Шрирангама, Ахобилама, Кадири, Чидамбарама и Симхачалама. Кроме того, некоторые стихи из хранилища сохранились в рукописной форме в библиотеке «Сарасвати Махал» в Танджавуре (10°47′30″ с. ш. 79°08′04″ в. д.HGЯO) и в домах семьи Таллапака в Тирупати. Один из первых учёных, изучавших наследие Аннамачарьи, Аркакам Удаягири Шринивасачарья (Arcakam Udayagiri Srinivasacaryulu), обнаружил в 1949 году записи стихов и раг на двух плоских каменных плитах на холмах Тирумалы. Они были сделаны представителями семьи Таллапака в период между 1460 и 1512 годами[15]. Тиражирование стихов отражает рост популярности творчества Аннамачарьи — сначала в храмах в непосредственной близости от Тирупати, а затем в вайшнавских святынях по всей Южной Индии[16].

Отмечается, что Аннамачарья сам приложил усилия для расширения географии своего творчества. Он воспевал различные образы Вишну далеко за пределами Тирупати, к примеру, в городах Кадапа (Андхра-Прадеш) или Пандхарпуре (Махараштра). Сохранились стихи, восхваляющие Говиндараджу, «старшего брата» Венкатешвары, чей храм расположен у подножья гор Тирумалы. Внук Аннамачарьи, Чиннайя Тирумалачарья, оставил записи аранжировки песен, предназначенные для исполнения в храме Шри Панакала Нарасимха свами в Мангалагери (16°26′13″ с. ш. 80°34′04″ в. д.HGЯO). Таким образом, тиражирование медных пластин из Тирумалы свидетельствовало о включении сочинений Аннамачарьи в каноны храмового служения. Сам Аннамачарья, безусловно, был в курсе происходящего. В одном из своих стихов он говорит Венкатешваре: «Ты заставляешь меня произносить слова, и Ты заставляешь меня записывать их». Другое упоминание в одной песне ясно указывает на изготовление копий стихов при храме:

Произведение ACP 169, 2:225)[17]
Молитвы, которые я пел у твоих стоп,
подобны цветам твоей славы.
Храни их при себе.
Даже одного стихотворения достаточно,
чтобы ты позаботился обо мне.
Пусть остальные лежат в твоей сокровищнице.
Твоё имя, которое бесконечно, можно дёшево купить,
но стоит оно дорого.
Ты — моё убежище,
и ты — для меня.
Эти стихи — всё моё богатство.
Пусть они лежат в твоей сокровищнице.

Под «сокровищницей», по всей видимости, понимается закрытая комната в храме. Было ли так задумано изначально или нет, и хотел ли Аннамачарья, чтобы его стихи были преданы забвению вместе с ним, достоверно установить невозможно. Известно только, что произведения, лежавшие в сокровищнице, были потеряны или забыты на века. Пандит Ветури Прабхакара Шастри (Veturi Prabhakara Sastri, 1888—1950) обнаружил пластины случайно и вернул на всеобщее обозрение. За заслуги в изучении собрания сочинений Аннамачарьи власти воздвигли в Тирупати бронзовую статую пандита в натуральную величину[18]. Сегодня пластины хранятся в музее в Тирумале (Sri Venkateswara Dhyana Jnana Mandiram, 13°40′48″ с. ш. 79°20′47″ в. д.HGЯO), принадлежащем «Тирупати-Тирумала Девастханам»[19].

Сборники произведений в исполнении Нитья Сантошини
Наименование Веб-источник (YouTube)
Популярные киртаны Аннамайи. Ссылка
Бессмертные санкиртаны Аннамайи на телугу. Ссылка
Вечная история любви Аннамачарьи. Том I Ссылка
Вечная история любви Аннамачарьи. Том II Ссылка
Вечная история любви Аннамачарьи. Том III Ссылка
Вечная история любви Аннамачарьи. Том IV
Вечная история любви Аннамачарьи. Том V Ссылка
Вечная история любви Аннамачарьи. Том VI Ссылка
Вечная история любви Аннамачарьи. Том VII Ссылка
Вечная история любви Аннамачарьи. Том VIII Ссылка

Любовь и духовность в одной поэзии[править | править код]

Аннамачарья смотрел на своё творчество как на подношение цветочных гирлянд Венкатешваре. Слушатель сочинений Аннамачарьи словно присутствует при его личном диалоге с Венкатешварой, а универсальность их тем превращает диалог во внутренний монолог самого слушателя. Аннамачарья говорит от первого лица, раскрывая свои переживания. В стихах он восхваляет божество, описывает свою любовь к нему, «спорит» и «ссорится» с Венкатешварой, признаёт свои ошибки и отдаётся на божественную милость. Санкиртаны Аннамачарьи описывают девять «вкусов», или любовных отношений, между душой и Богом. Его произведения делятся на два жанра: адхья-атма (духовный или метафизический) и шрингара (романтический или любовный). Духовные санкиртаны воспевают преданность божеству, отрешённость и духовные ценности. Сочинения в романтическом жанре полностью посвящены Венкатешваре и его бхактам. Одни описывают приключения Венкатешвары и его супруги Аламелу, в то время как другие восхваляют любовь (бхакти) преданных Венкатешвары. Романтические санкиртаны в основном воспевают «мадхура бхакти» или «сладкую любовь», когда исполнитель отождествляет себя с возлюбленной божества и переживает её чувства[9]. В поздних санкиртанах Аннамачарья посвящает стихи дхарме и праведности. Считается, что он был одним из первых подвижников, выступавших против социальных барьеров, окружавших касту неприкасаемых. В санкиртанах он воспевает отношения между Богом и человеком, которые не зависят от цвета кожи, касты и достатка[20].

Silk-film.png Внешние видеофайлы
Видеоклип: Аннамачарья поёт санкиртан о единстве всех людей
("Господь — един, Высшая реальность — одна")
Silk-film.png https://www.youtube.com/watch?v=xosc6ESaezs
Произведение Brahmaṃ Okkatē Paraḥbrahmamokkatē[21]
Нет различий между высоким и низким,
Шри Хари (Вишну) — внутренний дух всех без исключения.
Все живые существа едины, ведь душа в них — не что иное, как Хари.
Брахман (Господь) — един, Высшая реальность — одна.
Сон одинаков для всех, будь то царь или его слуга.
Брахман (из высшей касты) или чандала (из низшей касты) живут на одной и той же земле.
Брахман (Господь) — един, Высшая реальность — одна.
Удовольствие от любви одинаково для полубогов, людей, насекомых и животных.
День и ночь равны для богатых и бедных.
Брахман (Господь) — един, Высшая реальность — одна.
Один может позволить себе вкусную еду, а другой — дешёвую пищу.
Но языки, которые её пробуют, похожи.
Воздух, несущий аромат — тот же, что и воздух, приносящий вонь.
Брахман (Господь) — един, Высшая реальность — одна.
Слону и уличной собаке солнце светит одинаково.
Как для доброго, так и для злого Господь Венкатешвара является единственным спасителем.

Любовные произведения составляют почти три четверти сохранившегося наследия поэта. Они обрисовывают бесконечные нюансы любовных отношений с божеством, которые Аннамачарья глубоко и эмоционально раскрывает. Обычно романтические произведения исполняются женским голосом. Другой жанр, духовные произведения, исполняются мужским голосом от первого лица. В них Аннамачарья раскрывает свои близкие отношения с божеством Векатешварой. Оба жанра дополняют друг друга и вместе в полной мере открывают мир божественных взаимоотношений. Несмотря на то, что их автор жил столетия назад, они и сегодня выглядят живыми и чувственными. В этом плане творчество Аннамачарьи представлено универсальными стихами, актуальными для современного слушателя[2].

Произведение Yenta asodamo yani yencevu sumī, SCP 420, 12:67)[22]
Ты думаешь, что я какая-то особенная,
но я — просто твоя женщина и ничего более.
Я волнуюсь, когда мы разговариваем — и этого недостаточно.
Я продолжаю смотреть на Тебя, но этого недостаточно.
Мы занимаемся любовью — и этого недостаточно.
Как Ты заставил меня влюбиться в Себя?
Я — твоя женщина.
Я много служу Тебе, но хочу большего.
Я преклоняюсь перед Тобой, но я хочу большего.
Я думаю о Тебе все время — и хочу большего.
Это все дело Твоих рук, а не моих.
Я — твоя женщина.
Я обнимаю Твои стопы и целую Тебя.
Но этого недостаточно. Я хочу больше.
Господь (Венкатешвара) на холме, а я — Аламелу (твоя супруга).
Я та, кого Ты выбрал.
Это все, что я знаю.
Я — твоя женщина.

В отличие от традиции кавья, характерной для придворного поэтического стиля, манера Аннамачарьи не высокопарна. Хотя поэт экспериментировал и у него есть несколько стихов на санскрите, большинство произведений написано на народном телугу и приближено к разговорному жанру. Его стихи предназначены для того, чтобы петь и танцевать. В результате музыкальная составляющая играет центральную роль[23].

Спустя время, после популяризации стихов Аннамачарьи, можно сказать, что он стал «законодателем мод» в характере и способах поклонения божеству на холмах Тирумалы. В своих произведениях Аннамачарья рисует образ святого места максимально близко к тому, что мы можем видеть сегодня. Это оживлённый и успешный центр паломничества, возникший вокруг личного Бога, с ярким темпераментом, отзывчивого на зов каждого своего посетителя. Сочиняя в честь Венкатешвары тысячи стихов, Аннамачарья создал чувственный стиль взаимоотношений с ним. В последующем он лёг в основу образца душевной близости преданных к своему божеству, а затем был признан как наиболее подходящая форма поклонения. Сохранившиеся стихи Аннамачарьи являются хорошей иллюстрацией происхождения чувственного культа Венкатешвары. В современном мире они занимают достойное место в ряду достижений литературы на телугу[24].

Однако в мире классической индийской литературы Аннамачарья стал своеобразным одиноким героем. Его имя игнорировалось в литературном каноне, существовавшем в начале XVI века. Композиторы и музыканты, как правило, не упоминали его вплоть до середины XX века как одного из своих предшественников. Аннамачарья оказался вне основных жанров и художественных стилей. Признание пришло к нему только через столетия. Аннамачарья почитается как автор нового жанра — короткой песни, которая быстро распространилась по регионам Южной Индии, говорящим на телугу и тамильском, а затем стала основой карнатической музыки[25].

Дилемма власти и преданности[править | править код]

Любовная поэзия и её двусмысленное мирское восприятие оказались в центре истории Аннамачарьи и местного правителя. Раджа Нарасимхарайя Чалува (Нарасимха I, ?—1491), правивший в Тангчере (Андхра-Прадеш), был хорошо знаком с творчеством Аннамачарьи. Он велел отыскать поэта и предложил ему присоединиться к царскому двору. Аннамачарья последовал за ним сначала в Тангчер, где жил при храме Кешавы, а затем в Пенагонду. Раджа осыпал его своей милостью — дары включали корону, золотые браслеты, пару опахал и зонтов, плевательницу, а также дом рядом с резиденцией раджи. Однажды при царском дворе Аннамачарье предложили спеть, и тот исполнил своё знаменитое произведение о чувственной любви между Венкатешварой и его супругой Аламелу. В сочинении подруги образно обсуждают следы, оставленные ночью любви на теле Аламелу[6]:

Silk-film.png Внешние видеофайлы
Киртан Аннамачарьи при дворе раджи Нарасимхарайя
(Отрывок из фильма «Аннамайя» (1997))
Silk-film.png https://www.youtube.com/watch?v=1-FBT3TA3BI
Произведение Emoko cigurutadharamuna, SCP 14, 5:57)[26]
Эти следы чёрного мускуса (ароматического масла)
на её губах, подобных красным бутонам.
Что это, если не любовные письма,
отправленные её возлюбленным?
Её глаза как у птицы чакора (азиатской куропатки),
почему они покраснели по уголкам?
Подумайте, подружки мои,
долгие взгляды на возлюбленного впитали его?
Что это, если не любовные письма?
Как получается, что её грудь
столь ясно просвечивает сквозь сари?
Вы не можете догадаться, мои подружки?
Это лучи от полумесяцев (следы),
оставленные ногтями её возлюбленного,
лучи, светящиеся лунным светом летней ночью?
Что это, если не любовные письма?
Что это за лепота, этот жемчуг, текущий по её щекам?
Разве вы не можете себе представить, подружки?
Что это всего лишь бусинки пота на её нежном лице,
оставленные Богом на холме,
в неистовой любви?
Что это, если не любовные письма?
Храм Аламелу (Падмавати), супруги Венкатешвары

Раджа просил его петь снова и снова, пока не потребовал, опьянённый исполнением, чтобы поэт сочинил песню и в его честь. Аннамачарья прикрыл руками уши: его лирика предназначалась только для возлюбленного божества и ни для кого больше. В ответ он сказал: «Язык, который поет Богу, не может хвалить тебя. Петь кому-либо ещё, кроме Вишну, столь же ужасно, как спать с собственной сестрой. Я не могу принять тебя и не хочу твоей дружбы. Я вернусь к моему Господу». Раджа велел схватить строптивого поэта, заковать его в цепи и посадить в темницу. Поэт пел: «Когда тебя посадят в цепи или прикажут убить, когда кредиторы пришли за тобой, тебя спасет только Его божественное имя. Для упрямых, как ты, другого пути нет…» (ACP 26, 1:107)[27].

Согласно агиографии, цепи сами спали с его рук. Охранники поспешили сообщить радже о чуде. Тот незамедлительно явился в тюрьму, чтобы лично убедиться в том, что происходит. Аннамачарью вновь заковали в цепи, которые с трудом поднимали двое человек. Поэт снова спел о божественном имени, и цепи рассыпались на части. Раджа в ужасе осознал, что перед ним необычное явление, и понял, что согрешил, дав обуять себя гордыне. Правитель заплакал, склонился к стопам поэта и умолял о прощении. Аннамачарья был отправлен на свободу — раджа сам нёс его в паланкине. Поэт вернулся из Пенагонды к себе в Тирумалу, к Венкатешваре, которого продолжал воспевать до конца жизни. Раджа Нарасимхарайя в последующем взойдёт на престол Виджаянагарской империи и создаст собственную династию[27].

Шаранагати Аннамачарьи[править | править код]

Уникальной особенностью творчества Аннамачарьи является его деление на духовный и романтический жанры. Классификация произведений присутствует уже на медных пластинах, сохранивших записи стихов. Для слушателя стихов Аннамачарьи может вызывать недоумение, как оба жанра сосуществовали в сознании одного поэта. При этом духовный жанр обретает форму самоанализа, который вслух озвучивает мужской голос. Углубление в дебри человеческого сознания у Аннамачарьи представляется сложным и противоречивым, часто отчаянным, а иногда задумчивым и грустным, но всегда — лирическим. Поэт воспроизводит внутренний диалог между человеческим и божественным началом в себе[28]:

Произведение ACP 36, 1:150-151
Ты говоришь, что хочешь купаться, когда волны стихнут.
Но есть ли конец у беспокойного ума?
Ты говоришь: «Дай мне утолить жажду и затем я найду истину».
Почему жажду следует утолить?
Как ты можешь познать истину?
Есть ли конец у беспокойного ума?
Каждый день у тебя есть тело,
почему же твоя тоска должна уйти?
Как сможешь ты найти радость?
Есть ли конец у беспокойного ума?
Ты говоришь: «После того, как я узнаю, что впереди, я оставлю то, что было в прошлом».
Можешь ли ты знать, что ждёт впереди?
Как ты сможешь забыть то, что было раньше?
Есть ли конец у беспокойного ума?
Благость от знания, как достигнуть Бога,
ты не найдёшь её
в самых смелых своих мечтах.
Есть ли конец у беспокойного ума?

Как все духовные произведения, стихи Аннамачарьи обладают интроспективным качеством. В основе диалога лежит образ беспокойного океана мыслей. Зритель как будто подслушивает разговор автора с собой. Один голос — мирской, неуверенный, готовый к заключению «сделки с Богом» в обмен на гарантии благополучия. Второй голос его высмеивает, разбивая все ментальные уловки. В результаты надежды достигнуть Венкатешвары за счёт торга с ним оказываются проваленными. Благость оказывается за пределами мирского понимания, пока оно находится под влиянием человеческой обусловленности. Аннамачарья сводит обусловленность души к наличию тела и зависимости от него. В некоторых стихах он прямо об этом говорит[29]:

Произведение ACP 1, 1:3
Мне было лучше тогда.
Лучше в моих прошлых жизнях,
чем в нынешнем страдании.
Когда я родился как червь в домашней грязи,
у меня никогда не было таких забот.
Намного хуже быть человеком.
Мне было лучше тогда,
когда я родился как простой зверь,
я не подвергался таким страданиям,
я не знал бедности и богатства.
Теперь я их знаю.
Мне было лучше тогда.
Совершив столько ошибок,
Я попал в ад.
Ты был там для меня.
Мне было лучше тогда.

Живописуя страдания, Аннамачарья одновременно указывает на путь избавления от них. Он представлен «капитуляцией» перед Богом, которая в вайшнавской традиции названа «шаранагати» или принятием прибежища в Боге. Путь сдачи на божественную милость Аннамачарья описывает как возвращение к своему более глубокому и реальному «Я»[30]:

Произведение ACP 370, 4:278
Мне не нужно избавляться от него.
Я не должен держаться за него.
Все, что мне нужно сделать, — быть собой.
Все (кармические) узлы будут развязаны.
Если Бог присутствует в твоих мыслях каждый день,
Ты забудешь то, что тебя беспокоит.
Как выжатый лимон,
когда ты заснёшь,
карма отпадёт.
Ты будешь свободным.

Свобода обретается, когда нет привязанностей, однако далеко не просто «быть собой». Венкатешвара рядом, но прямого средства его достижения, казалось бы, нет. Бог присутствует где-то рядом в непрерывном самоанализе, однако на некотором расстоянии. Аннамачарья предлагает решение и этой проблемы. Кажущаяся отдалённость Венкатешвары полностью преодолевается автором благодаря завязыванию с ним личных и глубоко интимных отношений. Аннамачарья адресует многие из своих стихов непосредственно Богу. Характер взаимоотношений с ним охватывает весь возможный спектр: здесь и надежда, и осуждение, и радость от соприкосновения. Казалось бы, поэт знает Венкатешвару во всех проявлениях, начиная от мифических историй и заканчивая его божественными, а где-то — и человеческими качествами. Иногда Аннамачарья позволяет себе иронично-саркастический тон[30]:

Произведение ACP 32, 1:133
Только для забавы Ты топишь живых существ
в океане жизни, а затем спасаешь их.
За это они заставляют Тебя спать
в (молочном) океане, даже если
Ты — Бог.

В своих личных отношениях Аннамачарья идёт ещё дальше, предельно близко приближаясь к Венкатешваре и говоря с ним на «ты»[31]:

Произведение ACP 208, 3:33 Произведение ACP 173, 2:242
Представь, что меня бы здесь не было.
Что бы Ты делал со своей милостью?
Ты обрёл хорошее имя благодаря мне.
Подумай. Спасая кого-то столь низкого,
Ты обретаешь благодарность всего мира.
Ты получаешь заслугу благодаря мне,
а я получаю жизнь
благодаря тебе. Мы необходимы друг для друга,
Бог на холме,
Представь, что меня бы здесь не было.
Бог на холме сотворил твой разум.
Только ты можешь заставить его думать о Нём.
Мысли в твоём разуме — отчасти Бог
и отчасти — ты.
Продумай об этом.

Сочинения Аннамачарьи уникальны благодаря форме «игры» между ним и Богом. Поэт рисует всевозможные пути достижения Венкатешвары и чувственного общения с ним. Его творчество свободно перемещается между темами субъективности, чувственности и теологии. Для него также нет четких границ между земным опытом, интеллектуальным прозрением и здравым смыслом. Возникающие в его сознании вопросы он озвучивает, но относится к ним, по его собственному признанию, как к марионеткам в театре теней, не ассоциируя себя ни с проблемами, ни с недостатками собственного ума. Свои ментальные затруднения Аннамачарья оставляет на усмотрение самого Бога в форме оригинальной игры с ним. Фактически все неразрешимые проблемы он возвращает обратно Венкатешваре, оставляя их решение на его милость[31]. Хотя, на первый взгляд, стихи кажутся простыми, они наполнены утонченностью и изощренностью, порожденными глубоким самоанализом, эрудицией и опытом переживания божественности[32].

Произведение ACP 30[33]
Жизнь день за днем — это игра
в то, чтобы найти незримое,
это истина.
Прийти (родиться) — реально. Уйти (умереть) — реально.
А что ты делаешь между ними — игра.
Прямо перед тобой
раскинулся мир.
В самом конце (жизни) —
это истина.
Мы едим, мы носим одежду.
Это всё часть мимолетной игры.
Прошлое цепляется за наши тела.
Переступи через дверной проем:
это истина.
Зло никогда не закончится,
и никогда не будет полного достатка.
В конце концов, время — это игра.
Высоко на холме, Бог — это царь.
Выше небес,
это истина.

Память сквозь столетия[править | править код]

Под киртаны Аннамачарьи танцуют классические индийские танцы, такие как стиль кучипуди

Сыновья и внуки Аннамачарьи продолжали сочинять падамы в стиле своего родственника. Тиммакка, жена Аннамачарьи, написала поэму «Субхадра калянам» (Subhadra Kalyanam), за которую её почитают как первую женщину-поэта на телугу. Их сын Педда Тирумалачарья и внук Таллапака Чиннанна стали композиторами и поэтами[13]. В Тирупати сложилось целое сообщество поэтов и музыкантов, творивших в стиле Аннамачарьи. Его основу составил клан Таллапака, который культивировал образ Аннамачарьи. Сегодня потомки семьи Таллапака являются неотъемлемой частью храмовой наследственной системы Тирумалы[34]. Песенная форма, изобретённая поэтом, широко распространилась и стала традиционной. Наследниками карнатической музыкальной традиции, заложенной Аннамачарьей, стали Кшетрайя (англ.) (или, как его называли, Варадайя, 1600—1680), а также Шарангапани (англ.), который, как считается, жил в XVIII веке[35].

Духовное сокровище Аннамачарьи сохраняется культурными и религиозными организациями. Ему посвящено два святилища: Храм Аннамачарьи в Тирупати и Мандир Аннамачарьи (Sri Annamacharya Dhyana Mandiram, 14°14′05″ с. ш. 79°08′53″ в. д.HGЯO) в Таллапаке на месте его рождения[1]. Некоммерческая организация «Тирупати-Тирумала Девастханам», отвечающая за храмовый комплекс Венкатешвары, ежегодно отмечает день его рождения и смерти. В 1978 году «Тирупати-Тирумала Девастханам» запустила проект «Аннамачарья», который посвящён распространению публикаций и аудиозаписей. В Калифорнии создано общество «Шри Венкатешвара Аннамачарья» (Sri Venkateswara Annamacharya Society of America), которое помимо праздников проводит духовные беседы и даёт концерты[1].

Silk-film.png Внешние видеофайлы
Фильм «Аннамайя» (1997)
(на телугу с субтитрами на английском языке)
Silk-film.png https://www.youtube.com/watch?v=tQWF56DAHgg

В 1997 году режиссёром Рагхавендрой Рао снят фильм на телугу под названием «Аннамайя». В заглавной роли выступил Нагарджуна, роль Венкатешвары досталась Сумане, а богини Падмавати — Бхануприи[36]. В 2017 году на свет появился другой фильм — «Ом Намо Венкатешая», рассказывающий историю североиндийского святого Хатхирама Бабы, который посетил Тирумалу в 1500-х годах. В ленте представлена культурно-религиозная среда, сложившаяся под влиянием Аннамачарьи. В этом фильме в главной роли был снова задействован Нагарджуна, а снимался он тем же Рагхавендрой Рао[37].

В 2009 году в день 601-й годовщины со дня рождения Аннамачарьи в Хайдарабаде был поставлен мировой рекорд, вошедший в «Книгу рекордов Гиннесса». Коллектив в 160 тысяч человек, куда входили как профессиональные артисты, так и любители, в унисон исполнил семь санкиртанов великого поэта. Среди певцов был и Нагарджуна. Мероприятие было организовано «Тирупати-Тирумала Девастханам», Государственным культурным советом штата Андхра-Прадеш и компанией Andhra Silicon[38].

В начале XXI века наследие Аннамачарьи продолжает проходить процессы изучения, редактирования и интерпретации. Однако музыкальные записи по мотивам его произведений уже получили своё признание и исполняются лучшими представителями карнатического стиля[39]. Их можно услышать, прибыв в Тирумалу и стоя в очереди на даршан Бога на холме — Венкатешвары.

Произведение Verrulāla mīku veduka galitenu, ACP 196, 2:333)[40]
Так ты хочешь быть поэтом, ты — идиот?
Попробуй лучше плести корзины.
Кто носит гирлянды цветов, использованные другими?
Никто не ест с (пальмового) листа, который уже испачкан.
Ты пируешь крошками, которые я оставляю.
Твоя поэзия пуста, и она сбивает с толку.
У Бога вкус лучше, чем у тебя.
Попробуй плести корзины.
Таллапака Аннамайя пел для Венкатешвары.
Мир любит его стихи.
Если никто не придирается,
Богу все равно.
Попробуй плести корзины.

Примечания[править | править код]

  1. 1 2 3 4 5 6 SVASA, 2019.
  2. 1 2 Narayana Rao V., Shulman D., 2005, p. VII.
  3. Narayana Rao V., Shulman D., 2005, p. 116.
  4. 1 2 3 4 Narayana Rao V., Shulman D., 2005, p. 109.
  5. Narayana Rao V., Shulman D., 2002, p. 44.
  6. 1 2 Narayana Rao V., Shulman D., 2005, p. 110.
  7. 1 2 Narayana Rao V., Shulman D., 2005, p. 108.
  8. Narayana Rao V., Shulman D., 2005, p. 4.
  9. 1 2 Sankeertanas. Annamacharya Bhavana Vahini (2014).
  10. Narayana Rao V., Shulman D., 2005, p. 100.
  11. Narayana Rao V., Shulman D., 2005, pp. 100—101.
  12. Narayana Rao V., Shulman D., 2005, p. 126.
  13. 1 2 Narayana Rao V., Shulman D., 2005.
  14. 1 2 Narayana Rao V., Shulman D., 2005, p. 104.
  15. Srihari G. Songs and stones (англ.) // The Hindu. — 2015. — 18 June.
  16. Narayana Rao V., Shulman D., 2005, p. 105.
  17. Narayana Rao V., Shulman D., 2005, p. 106.
  18. Statue of litterateur Veturi Prabhakara Sastri unveiled. The Hindu (08.02.2008).
  19. S.V. Museum. Tirumala Tirupati Devasthanams (2015).
  20. All are equal before God (англ.) // The Hindu. — 2000. — 14 July.
  21. Ragde L. Thandanana Abi (Brahma okaTE). Carnatic Music (2009).
  22. Narayana Rao V., Shulman D., 2005, p. 19.
  23. Narayana Rao V., Shulman D., 2002, p. 147.
  24. Narayana Rao V., Shulman D., 2005, pp. 98—99.
  25. Narayana Rao V. Multiple Literary Cultures in Telugu: Court, Temple, and Public / Pollock S. (ed.). — Literary Cultures in History: Reconstructions from South Asia. — Berkeley and Los Angeles: University of California Press, 2003. — P. 408—413.
  26. Narayana Rao V., Ramanujan A. and Shulman D. When God Is a Customer: Telugu Courtesan Songs by Ksetrayya and Others / Pollock S. (ed.). — Literary Cultures in History: Reconstructions from South Asia. — University of California Press, 2003. — P. 49—50.
  27. 1 2 Narayana Rao V., Shulman D., 2005, p. 112.
  28. Narayana Rao V., Shulman D., 2005, p. 123.
  29. Narayana Rao V., Shulman D., 2005, p. 124.
  30. 1 2 Narayana Rao V., Shulman D., 2005, p. 125.
  31. 1 2 Narayana Rao V., Shulman D., 2005, p. 127.
  32. Narayana Rao V., Shulman D., 2002, p. 148.
  33. Narayana Rao V., Shulman D., 2002, p. 149.
  34. Raghavan S. Tirumala Tirupati Devasthanams hereditary priests: An in-depth look (англ.) // Times of India. — 2018. — 24 December.
  35. Narayana Rao V., Shulman D., 2005, p. 138.
  36. Annamayya. IMDb.com (1997).
  37. Om Namo Venkatesaya teaser: How can this be different from Nagarjuna’s Annamayya (англ.) // The Indian Express. — 2016. — 24 December.
  38. 160,000 singers in Hyderabad set new world record by singing in chorus (англ.) // Hindustan Times. — 2009. — 10 May.
  39. Johari A. Bhakti meets dance at this year's Mudra Dance Festival (англ.) // Hindustan Times. — 2013. — 20 April.
  40. Narayana Rao V., Shulman D., 2005, p. 93—94.

Литература[править | править код]

Ссылки[править | править код]