Мокшане

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Мокшане
Современное самоназвание мокша
Численность и ареал
Всего: 4767[1]
Описание
Язык мокшанский, русский, татарский
Религия православие, традиционная религия, лютеранство[2]
Входит в мордва
Родственные народы эрзяне, марийцы
Этнические группы каратаи
Происхождение мордва, мурома, буртасы
Логотип Викисклада Медиафайлы на Викискладе

Мокша́не, мокша (мокш. мокшет) — этническая группа мордвы, говорящая на одном из двух мордовских языков волжско-финской подгруппы финно-угорской ветви; иногда выделяют как отдельный мордовский народ наряду с эрзянами[3]. Этническая основа прамокша и праэрзя образовалась во II—IV вв. н. э.[4][5], на базе которой с середины I тысячелетия формируется этнос древних мокшан в южной части территории Окско-Сурского междуречья[6], а этнос эрзян — в северной.

Наиболее ранние письменные сведения об этнониме мокша (Moxel) известны из записок фламандского путешественника XIII в. Гильома де Рубрука[7]. О мокшанах (Moxii), как отдельном народе и их стране (Moxia) говорится также и в сочинении Иосафата Барбаро «Путешествие в Тану»[8]. Многократное упоминание о мокшанах имеется в документальном источнике Русского государства — в писцовой книге Д. Пушечникова[9]. В историческом издании «История Российская» мокшане называются, как моксели и моши[10].

Большинство мокшан исповедуют православие, есть также лютеране и приверженцы неоязычества (мокшень кой).

Отдельной этнической группой мокшан являются каратаи, проживающие в Камско-Устьинском районе республики Татарстан[11]. Они говорят на татарском диалекте с примесью мокшанского языка[12].

Этимология[править | править код]

Неофициальный флаг мокшан[13]

В топонимическом словаре Е. М. Поспелова говорится, что данное название оставлено древним индоевропейским населением Поочья, говорившим на языке, близком к балтийским. Гидроним Мокша сопоставим с индоевропейской основой meksha, означавшей «проливание, утекание»[14]. Существует точка зрения, указывающая на санскритское значение этнонима «мокша» (санскр. मोक्ष mokṣa, «освобождение»), связанного с индоевропейским гидронимом Мокша — река в Мордовии, Пензенской, Нижегородской и Рязанской областях[15]. По другой версии, языковая принадлежность гидронимии мокша точно не определена, и является реликтом некоего неизвестного сегодня вымершего финно-угорского языка[16]. У мокшан данная река называлась Ю (ср. с финским jokki «река»), другие исследователи упоминают о ней, как о р.Йов[17][18], что не говорит в пользу варианта происхождении этнонима мокша от названия реки. Отмечено, что гидронимы на --кша широко представлены в бассейне р. Оки: Лакша, Колакша, Селекша, Шумокша, Серокша, Шокша и др., а потому представляется наиболее перспективным их объяснение на финно-угорском языковом материале[19]. Топоним Мокша встречается в бассейне Оки и как название озера и реки в районе Клязьмы[20]. Исследователями высказывается предположение, что в основу гидронима Мокша в общефинское время лег апеллятив мокс (вариант мокш), означающего «исток, приток, поток, бегущая вода». Объяснение этого гидронима на славянской языковой почве (из «мокрый», «сырой, влажный», ср. Мокоша — богиня плодородия у восточных славян) считается не совсем оправданным, так как заселение края славянами происходило в более позднее время.[19][21].

Численность[править | править код]

Численность мокшан на территории РСФСР впервые приводит перепись 1926 года и составляет 392,4 тысяч[22] .

По данным переписи 1989 года, в республике Мордовия проживало 180 тыс. мокшан, остальные проживают за её пределами, в различных областях и республиках Центральной России, Поволжья и Сибири.

Согласно Всероссийской переписи населения 2010 года мокшанами назвали себя 4767 человек (то есть 0,6 % учтённой переписью численности мордвы)[23].

В соответствии с данными Федеральной службы государственной статистики, мокшанским языком в России владеет 228 025 человек[24].

Территория проживания мокшан[править | править код]

В начале XX века, опираясь на топонимические сведения и говоря о народах мокша и эрзя в целом, С. К. Кузнецов заключил следующее: «в древнейший период своей истории мордва занимала огромное пространство, захватывающее нынешние губернии: часть Казанской, Нижегородскую, Пензенскую, часть Рязанской и Калужской, губернии Симбирскую, Тамбовскую и Саратовскую. Появление мордвы в самых низовьях, возле Астрахани, относится уже к позднейшему времени, а в пределах нынешних Уфимской и Оренбургской губерний она появилась в XVI и главным образом в XVII столетиях». Первоначальную родину мордвы нужно искать на правобережье средней Волги, в бассейнах правых притоков Оки и Суры. Мордва вытеснила отсюда финские племена, переселившиеся к северу.[25]

Вследствие причин политического характера границы расселения мордвы постоянно изменялись. Анализ сравнения материалов и погребального обряда археологических памятников, расположенных на средней Цне, позволил отнести этнически однородную группу населения мокшан к VIII-ХI вв. н. э., проживающих в бассейнах рр. Цна, Мокша, Вад[26]. В этот период территория расселения мокши смещается к северо-западу, что могло быть связано с опасностью со стороны Хазарского каганата. Археологические памятники мокши густо занимают бассейн Верхней и Средней Мокши вместе с её притоками. Именно эта территория (Верхнее и Среднее Примокшанье и Среднее Поценье) и являлась в VIII—X веках основным районом расселения мокшанского субэтноса[27].

В XI—XIII веках население мокши и эрзи попадает в сферу влияния Древней Руси и Волжской Булгарии. Борьба между этими государствами, а затем княжеские междоусобицы на Руси, привели к переселению в более безопасные районы: мокшан — в междуречье Мокши и Вада, эрзян — в бассейн р. Тёши[28].

Говоря о географии проживания мокшан времён Российской Империи, Мельников-Печерский в своих работах писал, что мокшане жили в северной части Тамбовской губернии, в западной половине Пензенской, в двух селениях Нижегородской, а также Симбирской и Саратовской губерниях[29].

В данное время народ мокша живёт в основном на западе Мордовии (к западу от р. Инсар). Группы мокшан обитают также в окрестностях г. Белинский (бывший Чембар; юго-запад Пензенской области), верховьях р. Сура (Пензенский и Городищенский районы Пензенской области), на юго-западе Татарстана (Тетюшский район), на левобережье р. Самара и в верховьях р. Большой Иргиз (юг Самарской области и запад Оренбургской области), в районе г. Бугуруслан (северо-запад Оренбургской области) и других[30]. В Пензенской области мокшане расселены в основном в Мокшанском, Наровчатском, Белинском и Шемышейском районах[31].

Антропология[править | править код]

Первым, кто впервые ввел в научный оборот сведения об антропологических признаках мокши и эрзи, был Паллас, сказав, что светло-русых и рыжеволосых людей у мокшан меньше, чем у эрзян, однако и последние по большей части имели темно-русые волосы[32]. В 1912 году выходит курс лекций С. К. Кузнецова, который отмечает антропологические особенности мокшан и эрзян, где говорится, что мокшане имеют большее разнообразие антропологических типов. По сравнению с эрзянами, у которых больше преобладают светловолосые, сероглазые и со светлой кожей особи, у мокшан встречается преобладающее число людей с черными волосами и глазами, смуглым, желтоватым цветом кожи[25].

К. Ю. Марк выделяет субуральский и северопонтийский тип у мокшан, у эрзян — сурский тип, близкий западно-балтийскому[33]. Антрополог Т. И. Алексеева утверждала, что в мокшанах, по сравнению с эрзянами, более заметно проявляются черты южных европеоидов, а эрзян она относит больше к кругу северных европеоидов[34]. В. Е. Дерябин отметил у мокшан наличие восточно-европейской основы, модифицированной понтийским антропологическим компонентом в сочетании с уралоидностью[35].

Антропологическое различие между эрзянами и мокшанами, являющимися в основе своей европеоидами и субэтносами одного из наиболее антропологически однородных народов, заключается, в частности, в том, что на беломоро-балтийскую основу мордвы в некоторой степени накладываются атлантический и северопонтийский типы. Первый тип представлен преимущественно у эрзян, второй — у мокшан, хотя и тот и другой типы присутствуют у обеих категорий населения[36]. Антропологически мокша сформировалась в результате смешения различных типов (беломорский, понтийский, восточно-балтийский) европеоидной расы[37].

Этногенез[править | править код]

Гипотеза отождествления мордвы и мокшан с андрофагами родилась в XIX—XX вв., но в последствии другие ученые подвергли её подробной критике и в наше время эта гипотеза представляется малообоснованной[38][39][40][41]. В это же время среди этнографов, лингвистов, историков и финнологов возникали различные мнения, что в эпоху древности, мокша и эрзя, являющиеся двумя ветвями мордвы, были единым с западно-финским народом, отделившимся потом от финнов не позднее III века нашей эры, и испытывающим на себе разные влияния со стороны соседних народов. Отмечается так называемая прафиннская эпоха, где ещё не отделившиеся финские племена закладывали зачатки своей культуры, а также мордовско-финский период, в котором имело место лингвистическое и политическое влияние готов на мордву. Академик Кёппен называет территорию среднего течения р. Волги и её притоков рек Оки и Суры родиной финских племён. Также некоторыми учёными указывается и на некий отдельный период совместной жизни мордвы с западными финнами приблизительно с одинаковым местом проживания[42][25]. По мнению В. Н. Татищева, мокшане, они же моксели и моши, являются сарматским народом[10], А. Шаронов относит мокшан к народу, имеющему иранское происхождение[43].

По археологическим источникам, ранняя история племён финно-угорской языковой общности прослеживается с эпохи неолита (V — середина III тыс. до н. э.). Область расселения древних финно-угров располагалась в основном в лесной полосе Восточной Европы и Зауралья. Большинство исследователей относят к древнему финноязычному населению племена неолитических культур с ямочно-гребенчатой керамикой, занимавшие территорию от юго-восточной Финляндии до северо-восточной Европы, а также племена волго-камской культуры, селившиеся в Среднем Поволжье и Прикамье. В Сурско-Волжском междуречье в эпоху бронзы и раннего железа (II—I тыс. до н. э.) выделено три основные группы городецких племён: средне-окская с включением сюда мокшанской; поволжская с включением верхне-сурской, которые предопределят выделение двух этнических групп — мокши и эрзи, и нижесурская группа, рассматриваемая А. Х. Халиковым, как основа этногенеза мари, муромы и финноязычных предков чуваш. На основе смешения окских городецких племён и пришлых групп позднепьяноборского населения во II—IV вв. н. э. формируется этническая основа выделения праэрзя и прамокша[5]. В первые века нашей эры население данного региона имело связи с прикамскими (пьяноборскими) и др. племенами. Наиболее древними были связи мордвы с иранскими народами: скифами, сарматами, аланами и др. В погребениях Ражкинского могильника обнаружены традиции захоронения, являющиеся заимствованием и влиянием сарматов[44][45]. Западно-иранские скифо-сарматские племена являлись южными соседями народов мокша и эрзя, и граница между ними, возможно, проходила по естественному рубежу леса и степи[37]. В. В. Ставицкий заявляет, что в образовании древних племён мокши и эрзи участвовали носители городецкой культуры, пьяноборской и кара-абызской культур, восточно-балтийских племён и сарматов[46].

Археологи П. Д. Степанов, М. Р. Полесских, В. В. Гришаков, этнограф К. И. Козлова полагают, что два крупных племенных союза мордвы: мокша и эрзя, проживавших в бассейне Средней Оки и Окско-Сурско-Цнинского междуречья в первые века н. э., с самого начала своего формирования отличались друг от друга. Мокша и эрзя были сформированы независимо друг от друга на базе большой группы родственных племён, а также при участии иноэтнических элементов. Основой для образования мокши стала южная (верхнесурская или пензенская) группа мордовских племён. Важное участие в этом процессе приняли также носители рязано-окской и восточно-балтийской культуры, которые проникли в верховья Мокши и Суры в IV—V вв. н. э.[47].

М. Р. Полесских[48], занимающийся изучением археологических памятников мордвы, использовал термин протомокша, под памятниками которой он подразумевал могильники селиксенского типа и протоэрзя, представленная могильниками кошибеевского типа. С середины I тысячелетия н. э. появляются культуры древней мокши и древней эрзи. К мокше он относил могильники армиевского типа, к эрзе — погребальные памятники типа Кузьминского и Борковского могильников[6]. Выделяется два хронологических этапа формирования Селиксенского могильника: III—IV вв. н. э. — ранний; V—VII вв. н. э. — поздний, что совпадает с начальным этапом формирования мокшан[49]. Археологические материалы свидетельствуют о том, что население южной части территории Окско-Сурского междуречья явилось основой формирования мокши, северной — эрзи. Переходная зона между протомокшанскими и протоэрзянскими племенами, по-видимому, располагалась по Алатырю и по правобережью среднего течения Мокши[37].

Язык и диалекты[править | править код]

Основная статья: Мокшанский язык

Мокшанский язык (также мокша-мордовский; самоназвание — мокшень кяль) — финно-угорский язык финно-волжской группы, относится к уральской семье; язык мокшан. Наиболее близким к мокшанскому языку является эрзянский, однако существенная разница в фонетическом строе, лексике и грамматике не позволяет их носителям понимать друг друга. В Республике Мордовия мокшанский язык является официальным наряду с эрзянским и русским.

Диалектный состав мокшанского языка отличается большим разнообразием, прослеживающимся в определённых слоях лексики, морфологической модели слова и главных структурных элементах грамматического строя. На их основе учёный выделяется пять диалектных типов (диалектов) мокшанского языка: центральный, западный, юго-восточный, переходный и смешанный, имеющих отличительные языковые явления и относительную территориальную очерченность:

  • V диалектный тип (смешанный) географически расположен за пределами Республики Мордовия (в Нижегородской, Пензенской, Саратовской и некоторых других областях) в соседстве с эрзянскими говорами или изолированно в иноязычном окружении[50].

Древняя история[править | править код]

Вытеснившие скифов сарматы пришли как завоеватели и подчинили себе часть мокшанских кланов, однако, вследствие своей малочисленности, не смогли далеко распространить свою власть[51][52]. Во 2-м и 3-м веках нашей эры анты, славяне, мокша и эрзя стали самым многочисленным и могущественным населением Восточной Европы[53]. К концу 4-го века большая часть народа мокша присоединилась к гуннскому племенному союзу, приняв участие в разгроме Остготской империи в 377 году, а затем двинулась на восток и поселилась в Паннонии. Доказательства гуннской связи включают мокшанские боевые доспехи, особенно биты и псалии, которые идентичны ранним гуннским боевым доспехам[54]. Археологические данные показывают, что границы территории мокшан не менялись между IV и VIII веками. В 450 году народ мокша был в союзе с народом Среднего Поволжья, известным как буртасы, которые, возможно, были аланами[55][56].

История средних веков[править | править код]

Л. А. Воейков и П. В. Голубовский опираются на упоминания арабских писателей X века, называвшие народ мокша буртасами[57][58].

В IX веке Буртасское княжество становится вассалом Хазарского каганата.[59] В 965 году, как свидетельствует Ибн-Хаукаль, князь Святослав I нанёс удар по союзникам хазар, взял Саркел, Булгар и вышел к Семендеру[60]. Двумя годами позже он взял Итиль[61]. К началу X века царь Волжской Булгарии Алмуш сосредоточил в своих руках сбор и уплату хазарской дани. Приняв ислам, он заручился поддержкой багдадского халифа Муктадира и основал торговую факторию в устье Оки[62]. В связи с этим в 985 году киевский князь Владимир предпринял поход на Булгар. В 1006 году между князем Владимиром и царём Алмушем был заключён договор о торговле и на Волге установился «вечный мир», продлившийся 80 лет[63]. В 1120 году возобновилась борьба за устье Оки и эрзянскую крепость Обран ош[64]. В 1220 владимирский князь Юрий предпринял поход на Ошель и потребовал сокращения влияния булгар на Пургасову Русь, с которой они находились в союзе. В 1221 году Обран ош был сожжён владимирскими князьями, а ниже по течению основан Нижний Новгород. Пургас и Пуреш находились в состоянии постоянной войны, при этом Пургас рассчитывал на поддержку булгарского эмира, в то время как Пуреш являлся ратником князя Юрия[65]. В 1229 году булгары выступили в поход против царя Пуреша, однако, узнав о разграблении Пургасовой Руси владимирскими князьями, повернули назад. В 1230 Пургас вновь осадил Нижний Новгород, но был отбит, а вслед за этим сын Пуреша Атямас вместе с половцами предпринял опустошительный поход на Пургасову Русь[66].

Согласно свидетельствам Рашид ад-Дина, 4 сентября 1236 года сыновья Джучи Бату, Орду и Берке, сын Угедей-хана Кадан, внук Чагатая Бури и сын Чингиз-хана Кулькан объявили войну мокше, буртасам и эрзе, каждый из них стоял во главе тумена. Война закончилась 23 августа 1237 поражением мокшан в битве у Чёрного леса недалеко от границы c Рязанским княжеством[67][68]. Между мокшей и монголами был заключён военный союз, по которому царь Пуреш во главе своего войска в качестве союзника и вассала должен был присоединиться к монголам в их походе на запад.

В начале 1241 года монгольское войско перешло через Карпаты и вторглось в Польшу. Роджер Бэкон в своей работе Opus majus[69] упоминает, что мокшане находились в авангарде монгольского войска и участвовали во взятии Люблина и Завихоста. По утверждению Бенедикта Поляка, мокшанское войско понесло значительные потери во время взятия крепости Сандомир в феврале и Кракова — в марте того же года.

По свидетельству Гийома де Рубрука и Роджера Бэкона, мокшане тайно вели переговоры с немцами и богемцами и ждали случая перейти на их сторону, так как с их помощью надеялись избавиться от навязанного им союза с Бату[70].

Предположительно 8 апреля Пуреш тайно встретился с Генрихом Благочестивым и сообщил об утреннем выступлении монголов и о своём намерении перейти на сторону силезцев[71]. В тот же день Пуреш заявил Субэдэю, что его воины устали и выступить утром не смогут. Субэдэй узнал о заговоре и предложил войску Пуреша сдать оружие и располагаться на отдых, однако ночью по его приказу сам Пуреш и часть его войска, спящие, были перебиты, остальные бежали[72].

Сословия в XIII—XVIII вв[править | править код]

При анализе самых разных источников можно выделить социальную группу у мокшан и эрзян, называемых в документах того времени термином — мордва, которая включает в себя следующие социальные слои: мордовские мурзы, мордовские князья, служилая мордва, полковые мурзы, ясачная мордва, тарханы, казаки из служилой мордвы, станичные мордовские мурзы, младшие мордовские мурзы, дворцовые крестьяне, помещичьи крестьяне, временнообязанные крестьяне, государственные крестьяне, ясачные крестьяне, удельные крестьяне[73][74][75][76]. К мордовской аристократии относились правители раннегосударственных объединений мордовских народов эрзи и мокши, а также категория служилых феодалов, обладающих привилегиями — князья, мурзы, служилые люди, казаки[77].

Национальный костюм[править | править код]

В зависимости от района проживания народный костюм мокшан может иметь в себе ряд деталей и украшений, отличающихся друг от друга. Мокшанскому женскому костюму характерны туникообразная рубаха (панар, щам) длиной до колен с боковыми вставками, большой пазухой (пов), вышивкой по продольным швам спереди и сзади, горловине, рукавам, в Зубово-Полянском районе Мордовии и у чембарской мокши — также на лопатках; штаны (понкст), подшитые внизу кумачом; передник (запон, сапоня) с нагрудником или глухой с рукавами; короткий кафтан (мушкас), украшенный кумачом или красным тканьём; чёрные и красные в жёлто-зелёно-чёрную полоску онучи, чёрно-белые узорные вязаные наколенники (цюлкат); нарядные сапоги со сборами на голенище и медными подковками на каблуке.

Богатый набор украшений: застёжка-сюлгам с трапециевидным щитком и сеткой из бисера, бусин, монет, цепочек с бубенчиками; ожерелье (цифкс, тифкс, крганьпирф) или пелерина (комбоне) из бисера; парные нагрудные (горожонь крганя, ярмак пилькс), наспинные (фтала пула, копорь цёконе, пархци котф) и чересплечные (кичкор, крёскал) украшения из бисера и монет, нашитых на тканевую основу; поясные подвески (сёкт, цёкт, каркс сёконят, каркс пет, килькштамат, ватракштат) и другие.

Замужние мокшанки за пояс затыкали до 6 богато орнаментированных полотенец (кеска руцят), у чембарской мокшанки — набедренник (гушаконя).

Головной убор (панга) — холщовый мешок с твёрдым прямоугольным очельем и лопастью сзади, поверх которого повязывали в виде тюрбана платок; местами носили убор типа кики (сорока); на северо-западе Зубово-Полянского района поверх холщового чепца с твёрдым очельем (лосник) и позатыльником (затилка) повязывали тюрбаном белое полотенце (платенця, пря руця), концы которого завязывали бантом на лбу.

Головной убор невест и молодых женщин (златной) отличался нарядностью; до начала XX века невесты и новобрачные надевали высокий расширяющийся кверху венец на берестяной основе (куйгор). С 1930-х годов мокшанки носят платье (нула, сарапон) на кокетке с широкой оборкой (панчф)[7].

Литература[править | править код]

  • Kevin Alan Brook. The Jews of Khazaria. 2nd ed. Rowman & Littlefield Publishers, Inc, 2010. ISBN 978-0-7425-4981-4

Примечания[править | править код]

  1. Официальная публикация итогов Всероссийской переписи населения 2010 года. Т. 1. Численность и размещение населения // Федеральная служба государственной статистики
  2. Ингерманландская Лютеранская церковь
  3. Pimenoff, Ville Nikolai. Living on the Edge: Population Genetics of Finno-Ugric-speaking Humans in North Eurasia (англ.) (недоступная ссылка). Department of Forensic Medicine University of Helsinki (2012). Дата обращения: 12 мая 2012. Архивировано 22 июля 2012 года.
  4. Сухорукова О. А. Этническая история России: учебное пособие. — Ч. I. — М.: МГПУ, 2015. — 204 с.
  5. 1 2 Ситдиков А. Г. Введение в этногенез народов Поволжья и Приуралья. Часть I. Истоки этногенезафинских народов: учебно-методическое пособие для студентов, обучающихся по специальности «История». — Казань: Издательство Казанского государственного университета, 2008. — 33 с.
  6. 1 2 Вихляев В. И. Могильники мордвы III—V вв. и проблема единства древней культуры. 2017.
  7. 1 2 Мокша - Большая российская энциклопедия.
  8. Барбаро и Контарини о России. — М.: Наука, 1971.
  9. Гераклитов А. А. Избранное: в 2 ч. / Редкол.: В. А. Юрченков (пред.) [и др.]; НИИ гуманитар. наук при Правительстве Республики Мордовия. — Саранск, 2011. — Ч. 1. — 464 с.
  10. 1 2 Татищев В. Н. История Российская. — Т. 1. — М.; Л., 1962. — 209 с. — С. 314.
  11. Полубояров М. С. Древности Пензенского края в зеркале топонимики. — М., 2003.
  12. Усманов М. Заветная мечта Хусаина Фаизханова: Повесть о жизни и деятельности. — Казань, 1980.
  13. О флаге мокшан на Uralistica
  14. Поспелов Е. М. Географические названия мира: Топонимический словарь / Отв. ред. Р. А. Агеева. — 2-е изд. — М.: Русские словари: Астрель: АСТ, 2002. — 512 с. — 5000 экз. — ISBN 5-17-001389-2. — С. 272.
  15. «Мордва» — этническое имя или прозвище?: На перекрёстке мнений // Национальная культура: Опыт и проблемы: Научные статьи по специальности «Языкознание и литературоведение» / Н. Ф. Мокшин, А. М. Шаронов, Д. В. Цыганкин.
  16. Гордова Юлиана Юрьевна. Институт языкознания Российской академии наук. Ареалы субстратной топонимии в Рязанской области: Типы на «-ша»
  17. Цыганкин Д. В. Память, запечатленная в слове: Словарь географических названий Республики Мордовия. — Саранск, 2004. — 432 с
  18. Ардеев И. Д. Фонетические процессы в древнем финно-угорском языке и их отражение в топонимии Волго-Окского междуречья: монография / И. Д. Ардеев; Рос. акад. наук, Ин-т языкознания, Пенз. гос. пед. ун-т им. В. Г. Белинского. — М.; Пенза: ПГПУ, 2002. — С. 33.
  19. 1 2 Топонимический словарь Рязанской области. — 2-е изд., испр. и доп. / Под ред. А. А. Никольского; Ряз. гос. пед. ун-т им. С. А. Есенина. — Рязань, 2004. — 296 с. — ISBN 5-88006-344-5.
  20. Смолицкая Г. П. Гидронимия бассейна Оки: Список рек и озёр. — М.: Наука, 1976. — 404 с.
  21. Никонов В. А. Краткий топонимический словарь. — М., 1966. — С. 272; Фасмер М. Этимологический словарь русского языка. — М., 1967. — Т. 2. — С. 641; Даль. — Т. 2. — С. 340; Бабурин А. В., Никольский А. А. Мокша (происхождение назв.) // Ряз. энцикл.— Т. 3. — С. 316; Смолицкая Г. П. Топонимический словарь Центральной России: Географические названия. — М., 2002. — С. 208—209.
  22. Козлов В. И. Расселение мордвы — эрзи и мокши // Советская этнография. — 1958. — № 2
  23. Всероссийская перепись населения 2010 г.: Национальный состав населения Российской Федерации
  24. Федеральная служба государственной статистики. — Население Российской Федерации по владению языками.
  25. 1 2 3 Русская историческая географiя: Мордва: Курсъ лекцій, читанныхь в 1908—1909 уч. году въ Московскомъ Археологическомь Институте: [Вып. 1—2] / [соч.] С. К. Кузнецовымь. — М.: Печатня А. И. Снегиревой: Тип. Пожидаева, 1912. — 73 с.
  26. Археологические открытия: 2016 год / Отв. ред. Н. В. Лопатин. — М.: Институт археологии РАН, 2018. — 520 с. — ISBN 978-5-94375-260-5.
  27. Зеленеев Ю. А., Зеленцова О. В. Средневековая мордва: По археологическим данным / Марийский государственный университет, г. Йошкар-Ола; Институт археологии РАН. — М.; Йошкар-Ола, 2012.
  28. Вихляев В. И. Расселение мордвы в III — начале XIII вв. — Саранск: Мордовский государственный университет им. Н. П. Огарёва, 2013.
  29. Мельников П. И. Очерки Мордвы. — М.: Директ Медиа, Москва 2010, 1867. — ISBN 9785998943942.
  30. Большая российская энциклопедия (БРЭ).
  31. [Источник: https://penzanews.ru/region/encyclopedia/9265-2009 Древние народы Пензенского края]. 'PenzaNews — Энциклопедия.
  32. Паллас П.-С. Путешествия по разным провинциям Российской империи. — Ч. 1. — СПб., 1773. — С. 112.
  33. Марк, К. Ю. Этническая антропология мордвы // Вопросы этнической истории мордовского народа. — М., 1960. — С. 120—143
  34. Алексеева Т. И. Антропологический состав населения Волго-Окского бассейна: Антропологический сборник. — М., 1956.
  35. Восточные славяне: Антропология и этническая история / Под ред. Т. И. Алексеевой. — М.: Научный мир, 2002.
  36. Об эрзя-мокшанских различиях В. К. Абрамов, доктор исторических наук, профессор, заведующий кафедрой новейшей истории народов России ФГБОУ ВПО «МГУ им. Н. П. Огарёва», заслуженный деятель науки Республики Мордовия (г. Саранск, РФ)
  37. 1 2 3 Мордовия: Энцикл.: В 2 т. — Т. 2: М — Я / НИИГН при Правительстве РМ. — Саранск, 2004. — С. 5—21.
  38. Kuussaari, Eero, Suomen suvun tiet, F. Tilgmann Oy, Helsinki 1935
  39. Бубрих Д. В. Можно ли отождествлять мордву с андрофагами Геродота? // Записки Мордовского научно-исследовательского института социальной культуры. — Саранск, 1941. — № 3. — С. 31.
  40. Макс Фасмер. Этимологический словарь Макса Фасмера. AZBUKA. Гейдельберг, изд. «Universitätsverlag Carl Winter (1950—1958).
  41. Начертание мордовской истории: Монография / В. А. Юрченков. — Саранск: НИИ гуманитарных наук при правительстве Республики Мордовия, 2012. — ISBN 5900029875, 9785900029870.
  42. Пр. Томсен (Beroringar mellem de finske og de baltiske (lettisk-litauiske) Sprog. 1890). Проф. Томашекъ, въ своей статье ,,Kritik der altesten Nachrichten uber den Skythischen Norden". Профессоръ Доннеръ, статья (Ueber den Einfluss des Litauischen auf die finnischen Sprachen)
  43. Шаронов А. М. Эрзя, меря, русь в историографии России. — Саранск, 2013. — 259 с.
  44. Смирнов К. Ф. Новые данные по сарматской культуре Северного Кавказа. // Краткие сообщения Института истории материальной культуры. 1950. Вып. XXXII. с.125.
  45. Синицын И. В. Памятники Нижнего Поволжья скифо-сарматского времени. Археологический сборник, т. I, Саратов, 1956.
  46. Ставицкий В. В. У истоков этногенеза древней мордвы // Genesis: Исторические исследования. — 2014. — № 4. — С. 1—13.
  47. Электронный научный журнал «Современные проблемы науки и образования» / ISSN 2070-7428 / Выпуск журнала № 1 за 2006 год / Этногенез мордвы. К истории изучения проблемы // Корнишина Г. А., доктор исторических наук, профессор. Мордовский государственный университет им. Н. П. Огарёва.
  48. Выдающийся Пензенский краевед и археолог Михаил Романович Полесских. Государственный архив Пензенской области.
  49. Первушкин В. И. Селиксенский археологический район / Пензенская энциклопедия. — М.: Большая российская энциклопедия, 2001.
  50. М. З. ЛЕВИНА / Финно-угорский мир. 2015. No 3 // ИЗ ИСТОРИИ КЛАССИФИКАЦИИ ДИАЛЕКТОВ МОКШАНСКОГО ЯЗЫКА
  51. В. А. Юрченков. Мордовский народ: вехи истории. — Саранск, 2007
  52. Ахмедов И. Р. Псалии в начале эпохи великого переселения народов / Сташенков Д.А.. — Культуры Евразийских степей вт. пол. I тыс. н. э.: (из истории костюма), Т. 2. — Самара: Самарский областной историко-краеведческий музей им. П.В. Алабина, 2001. — С. 229. — 268 с. — ISBN 5-89716-026-0.
  53. Федорова М. В. Славяне, мордва и анты. Издательство Воронежского Университета, 1976
  54. Ахмедов И. Р. Псалии в начале эпохи великого переселения народов // Культуры Евразийских степей вт. пол. I тыс. н. э.: (из истории костюма) . — Т. 2 . — Самара, 2001 — С. 220—222
  55. Афанасьев Г. Е. Буртасы // Исчезнувшие народы. — М., 1988. — С.85-96
  56. Афанасьев Г. Е. Этническая территория буртасов во второй половине VIII — начале Х века // СЭ. — 1984. — № 4 — С.28-41
  57. Сборник материалов для описания Тамбовской губернии / Л. А. Воейков / Типография Императорской Академии Наук 1872 г. // ISBN 5518062966, 9785518062962
  58. Болгары и Хазары, Восточные соседи Руси при Владимире Св. / Историко-Этнографический очерк. П. Голубовский / Оттиск из «Киевской Старины» / Киев. Типография Г. Т. Корчак-Новицкого, Михайловская улица, дом № 4. 1888 год
  59. «История Пензенского края» под редакцией профессора Г. Н. Белорыбкина, Пенза, 1996
  60. Калинина Т. М. Сведения Ибн Хаукаля о походах Руси времен Святослава//ДГ. М., 1976. С. 90-101.
  61. Сахаров Андрей Николаевич «Дипломатия Святослава» Москва, «Международные отношения», 1982 г.
  62. В. А. Юрченков. Мордовский народ: вехи истории. — Саранск, 2007. — с. 89
  63. В. А. Юрченков. Мордовский народ: вехи истории. — Саранск, 2007. — с. 90
  64. В. А. Юрченков. Мордовский народ: вехи истории. — Саранск, 2007. — с. 93
  65. В. А. Юрченков. Мордовский народ: вехи истории. — Саранск, 2007. — с. 97-98
  66. Костомаров Н. И. Русская история в жизнеописаниях её главнейших деятелей.
  67. Лурье Я. С. 1) Общерусские летописи. С. 49-55; 2) Летопись Тверская // Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 2. (вторая половина XIV—XVI в.). Ч. 2. Л., 1989.
  68. Рашид Ад-Дин. Сборник летописей. Т. II, Издательство АН СССР, 1960
  69. John Bridges. The «Opus Majus» of Roger Bacon. Elibron Classics, 2000
  70. Itinerarium fratris Willielmi de Rubruquis de ordine fratrum Minorum, Galli, Anno gratia 1253. ad partes Orientales.
  71. Путешествия в восточные страны Плано Карпини и Рубрука, Государственное издательство географической литературы, М. 1957, с.110
  72. Мадуров Д. Ф. Волжские земли в истории и культуре России: Материалы Всероссийской научной конференции//Мадуров Д. Ф. События XIII века в истории эрзи и мокши., О сражении на Золотарёвском городище осенью 1237 г., МГУ им. Н. П. Огарева и др.; редкол.: Н. П. Макаркин (гл.ред.) и др., Саранск: тип. «Красный Октябрь», 2004. Ч. I — 264 с.
  73. Демидов А. Н. / Служилая мордва в XVII—XVIII ВЕКАХ // Гуманитарий : актуальные проблемы гуманитарной науки и образования № 2 (34), 2016
  74. Смирнов И. Н. Мордва : историко-этногр. очерк / И. Н. Смирнов. — Казань : Тип. Императ. ун-та, 1895.
  75. Заварюхин Н. В. Были ли у мордвы князья? / Н. В. Заварюхин // На перекрестке мнений / отв. ред. Ю. Ф. Юшкин, В. А. Юрченков. — Саранск : Мордов. кн. изд-во, 1990. — С. 67-74.
  76. Гераклитов А. А. Материалы по истории мордвы : сборник выписок из печатных источников (X—XVIII вв.) / А. А. Гераклитов. — М. ; Л. : Соцэкгиз, 1931.
  77. Заварюхин Н. В. Мордовские князья // Мордовия. Энциклопедия: в 2 томах / Гл. ред. А. И. Сухарев. — Саранск, 2004. — Т. 2 (М—Я). — С. 38—39

См. также[править | править код]

Ссылки[править | править код]

Мокшанские периодические издания[править | править код]

  • Мокша (литературно-художественный и общественно-политический журнал)
  • Мокшень правда [1]
  • Якстерь тяштеня (детский журнал)