Расовая борьба

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Вербовочный плакат Третьего рейха: «Фламандцы, все в СС „Лангемарк“!». Великобритания изображена как управляемая евреями, а война с ней — как «расовая борьба» «арийской расы» с «семитской» (евреями)

«Ра́совая борьба» — в идеологии расизма борьба между собой за существование различных рас человека, рассматриваемых как отдельные биологические виды[1][2][3].

В качестве отдельных видов, происходящих от разных видов животных, человеческие расы рассматриваются в рамках устаревшего и в настоящее время псевдонаучного учения полигенизма[4].

По мнению французского философа и историка Мишеля Фуко, первая формулировка расизма возникла в период раннего Нового времени как «дискурс расовой борьбы» и исторический и политический дискурс, который Фуко противопоставил философскому и юридическому дискурсу суверенитета[5].

В известной научной работе Чарлза Дарвина «Происхождение видов» (1859) не обсуждалось происхождение человека. Расширенная формулировка на титульном листе «Происхождение видов путём естественного отбора, или Сохранение лучших рас в борьбе за существование», использует общий термин биологической расы в качестве альтернативы понятия «подвид», а не в современном значении человеческой расы. В работе «Происхождение человека и половой отбор» (1871) Дарвин исследовал вопрос «аргументов за и против классификации так называемых человеческих рас как отдельных видов» и сделал вывод об отсутствии каких-либо расовых различиях, которые могли бы указывать на то, что человеческие расы являются дискретными видами[6]. Однако, по мнению историка Гертруды Химмельфарб, подзаголовок «Сохранение лучших рас в борьбе за существование» стал удобным девизом для расистов[7]. Согласно историку Ричарду Хофштадтеру, дарвинизм не был основным источником догматического расизма конца XIX века, но стал новым инструментом в руках теоретиков расы и «расовой борьбы». Дарвинистские настроения поддерживали идею англо-саксонского расового превосходства, которую разделяли многие американские мыслители второй половины XIX века. Мировое господство, уже достигнутое «белой расой», как казалось, доказывала, что она наиболее приспособлена[8].

Расизм был тесно связан с социальным дарвинизмом, представители которого переносили учение Дарвина о естественном отборе и борьбе за существование на человеческое общество (Д. Хайкрафт и Б. Кидд в Великобритании, Жорж де Лапуж во Франции, Людвиг Вольтман, Хьюстон Чемберлен и Отто Аммон в Германии, Мэдисон Грант в США и др.). Социал-дарвинисты использовали мальтузианство и положения евгеники для обоснования идеи превосходства наследуемых качеств господствующих слоёв общества[1][3].

Хьюстон Чемберлен, один из ключевых авторов идеи превосходства «арийской расы» и идейный предшественник нацизма, описывал всю историю как результат развития и упадка рас. Каждую культурную эпоху он называл творением доминирующего человеческого типа. Стержнем мировой истории он считал «расовую борьбу». Чемберлен писал о превосходстве «тевтонской», или «арийской расы», по его мнению, создавшей все известные цивилизации. Врагом этой расы он называл «расовый хаос», который регулярно возникал, если люди забывали о «фундаментальных расовых принципах». Главными разрушителями порядка и цивилизации он считал «семитов». Вслед за Артюром де Гобино, более ранним автором «арийской» расовой теории, Чемберлен стремился доказать, что смешение с «чужаками», то есть примесь «чуждой крови», неизбежно приводит к «расовому упадку» и деградации. Таким смешанным населением, способным служить только «антинациональным» и «антирасовым» силам, Чемберлен называл, в числе прочих, южных европейцев, что впоследствии дало лидеру итальянского фашизма Бенито Муссолини основание отвергнуть его книгу[3].

В начале второй половины XIX века «арийская» идея затронула Россию под влиянием польского эмигранта Францишека Духинского, который бежал на Запад после Польского восстания 1830 года и нашёл убежище во Франции. Он пытался восстановить местное общественное мнение против России. В Европе того времени «арийские предки» высоко ценились, и Духинский создал концепцию, согласно которой русские, в отличие от европейских народов, не являются «арийцами», как не являются и славянами. В 1861—1862 годах в своих лекциях в парижском Научном обществе он относил русских к туранцам и утверждал, что «арийцам» и туранцам суждено находиться в непрерывной вражде[3]. В ответ последовала серия публикаций русских учёных, доказывающих причастность русских к «арийству». Это стало продолжением выступлений ряда русских интеллектуалов против немецких и французских русофобов, исключавших русских из круга европейских народов[9]. Первоначально арийский миф в России выглядел как миф об идентичности, призванный доказать принадлежность русских к европейской культуре[9]. Однако до начала XX века «арийский» дискурс в России не включал биологических аргументов, и «арийцы» противопоставлялись «туранцам», а не «семитам»[9]. Поселившийся в Курляндии швейцарец Г. Бруннгофер (1891) пытался доказывал правомерность присоединения Центральной Азии к России[10]. Он резко противопоставлял Иран и Туран как культуру и варварство, мирных осёдлых земледельцев и скотоводов — воинственным и коварным кочевникам. Историю этих народов он рассматривал как длительную «расовую борьбу». Одновременно он считал её и борьбой религий — вначале буддизм туранцев боролся с парсизмом иранцев, а затем между собой боролись зороастризм, ислам и несторианство. Напротив, поэт и публицист князь Эспер Ухтомский (1901), в стремлении обосновать продвижение Российской империи на восток, пытался примирить Иран с Тураном, стереть между ними границу. В то же время Китай он считал «опаснейшим из соседей», образцом «борьбы желтой и белой рас» и писал, что «расовая борьба» между Западом и Востоком набирает обороты[3].

Национал-социализм рассматривал историю как непрерывную борьбу народов и рас за выживание, защиту и расширение необходимого им «жизненного пространства». Конечным результатом этой борьбы должно стать установление мирового господства «арийцев» — немцев и родственных им германских народов, по представлениям нацистов, сохранивших «расовую чистоту» и потому биологически превосходящих другие народы. Война рассматривалась нацистами как естественное состояние человечества, законный и единственно возможный способ утверждения мирового лидерства «народа-господина». Залогом победы в этой борьбе должна быть консолидация немецкой нации под руководством единого вождя («фюрера»), «расовая гигиена» — очищение нации от «расово чуждых» и «неполноценных» элементов, а также укрепление её «физического здоровья»[11][3].

Нацистский расовый теоретик Ханс Гюнтер считал, что славяне принадлежат к «восточной расе», отдельной от немцев и «нордидов», и предостерегал от смешения «немецкой крови» со «славянской»[12]. Нацистская концепция «арийской расы господ» («Herrenvolk») исключала из этой расы подавляющее большинство славян, поскольку считалось, что славяне испытывают опасное еврейское и азиатское влияние[13][14]. По этой причине нацисты объявили славян «недочеловеками» («Untermenschen»)[13][15]. Идея нацистов, что славяне являются «низшими неарийцами», была частью планов по созданию «жизненного пространства на Востоке» для немцев и других германских народов в Восточной Европе, инициированных во время Второй мировой войны по «генеральному плану Ост». Миллионы немцев и других германских поселенцев должны были быть перемещены на завоёванные территории Восточной Европы, в то время как десятки миллионов славян предполагалось уничтожить, переселить или обратить в рабство[16]. Среди нацистских лидеров Альфред Розенберг (автор книги «Миф двадцатого века», 1930) был одним из главных противников Советской России, и под его влиянием Гитлер пришёл к идеи колонизации славянских земель, в частности, аннексии Украины[3].

Незадолго до нападения на СССР Адольф Гитлер созвал совещание всех командующих и заявил, что борьба между Россией и Германией — это борьба между расами[17].

13 июля 1941 года в Штеттине рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер выступил перед эсэсовцами из отправлявшейся на Восточный фронт боевой группы «Норд» с речью, где напутствовал их на войну и перечислял в качестве «недочеловеков» гуннов, венгров, татар, монголов и русских:

Когда вы, друзья мои, сражаетесь на Востоке, вы продолжаете ту же борьбу против того же недочеловечества, против тех же низших рас, которые когда-то выступали под именем гуннов, позднее — 1000 лет назад во времена королей Генриха и Оттона I, — под именем венгров, а впоследствии под именем татар; затем они явились снова под именем Чингисхана и монголов. Сегодня они называются русскими под политическим знаменем большевизма[18][19].

Гитлер заявлял:

Мы обязаны истреблять население, это входит в нашу миссию охраны германского населения. Нам придется развить технику обезлюживания. Если меня спросят, что я подразумеваю под обезлюживанием, я отвечу, что имею в виду уничтожение целых расовых единиц. Именно это я и собираюсь проводить в жизнь, — грубо говоря, это моя задача. Природа жестока, следовательно, мы тоже имеем право быть жестокими. Если я посылаю цвет германской нации в пекло войны, без малейшей жалости проливая драгоценную немецкую кровь, то, без сомнения, я имею право уничтожить миллионы людей низшей расы, которые размножаются, как черви[20].

Идея Чемберлена о борьбе «арийской» и «семитской рас» как стержне мировой истории была заимствована нацизмом, а затем через него неонацизмом и рядом направлений неоязычества[3].

Бен Классен, американский политик и религиозный лидер сторонников превосходства «белой расы», популяризировал термин «расовая священная война» (англ. Racial Holy War, RaHoWa) в рамках движения белых националистов. В своей книге «Rahowa — Эта планета принадлежит всем нам» (1987) он утверждает, что евреи создали христианство, чтобы ослабить белых людей, и первоочередная задача — «сокрушить еврейского бегемота»[21].

В современной России с падением советской идеологии теория классовой борьбы была отвергнута, и её место у ряда праворадикальных движений заняла идея «этнорасовой борьбы»[3].

Примечания[править | править код]

  1. 1 2 Чебоксаров, 1975.
  2. Малахов, 2015, с. 224.
  3. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Шнирельман, 2015.
  4. Полигенизм, 2014, с. 651.
  5. Foucault, 1976—1977.
  6. Price, 2006.
  7. Himmelfarb, 1959.
  8. Hofstadter, 1992.
  9. 1 2 3 Laruelle, 2005, p. 15—19, 42—43, 46—49, 181—184.
  10. Laruelle, 2005, p. 163.
  11. БРЭ — Национал-социализм, 2013, с. 178.
  12. Racisms Made in Germany, Wulf D. Hund 2011. P. 19.
  13. 1 2 Longerich, 2010, p. 241.
  14. André Mineau. Operation Barbarossa: Ideology and Ethics Against Human Dignity. Rodopi, 2004. P. 34—36.
  15. Steve Thorne. The Language of War. London, England, UK: Routledge, 2006. P. 38.
  16. Joseph W. Bendersky. A concise history of Nazi Germany. Plymouth, England, UK: Rowman & Littlefield Publishers Inc., 2007. P. 161—162.
  17. Нюрнбергский процесс. Сборник материалов. Т. 1 Архивная копия от 13 ноября 2015 на Wayback Machine. М.: Государственное издательство юридической литературы, 1954.
  18. Der Reichsführer SS zu den Ersatzmannschaften für die Kampfgruppe «Nord» am Sonntag dem 13. Juli 1941, in Stettin. Цит. по: Stein H. George. The Waffen SS: Hitler’s Elite Guard at War, 1939—1945. Ithaca (N. Y.): Cornell University Press, 1984. — P. 126—127.
  19. Владимир Родионов. Идеологические истоки расовой дискриминации славян в Третьем рейхе Архивная копия от 27 июля 2013 на Wayback Machine // Актуальная история.
  20. Из книги Г. Раушнинга «Голос разрушения» издания 1940 года // Нюрнбергский процесс: Сборник материалов в 8 т.. — М.,: Юридическая литература, 1988. — Т. 2 / Сост. М. Ю. Рагинский, К. С. Павлищев. — С. 224. — 672 с. — ISBN 5-7260-0015-3.
  21. Quarles, 1999, p. 141.

Литература[править | править код]

Ссылки[править | править код]