Эта статья входит в число добротных статей

Шумилинское гетто

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Гетто в Шумилино
Ghetto Shumilino 1a.jpg
Памятники убитым евреям — узникам Шумилинского гетто
Местонахождение Шумилино
Витебской области
Период существования конец июля — начало августа 1941 — 19 ноября 1941 года
Число погибших более 400
Commons-logo.svg Гетто в Шумилино на Викискладе

Гетто в Шуми́лино (конец июля — начало августа 1941 — 19 ноября 1941) — еврейское гетто, место принудительного переселения евреев посёлка Шумилино Витебской области и близлежащих населённых пунктов в процессе преследования и уничтожения евреев во время оккупации территории Белоруссии войсками нацистской Германии в период Второй мировой войны.

Оккупация Шумилино и создание гетто[править | править код]

После 1939 года в Шумилино появились польские беженцы, которые рассказывали о том, как немцы преследуют евреев. Но к ним мало кто прислушивался. Эти польские беженцы в первые же дни войны сразу уехали из Шумилино, потому что осознавали опасность[1].

Несмотря на то, что Шумилино находится на железной дороге и эвакуироваться было, хотя и трудно, но возможно, это сделали всего несколько десятков семей — советская пропаганда не рассказывала людям правду о немцах, некоторые считали, что немцев скоро разобьют, другим было жаль оставлять нажитое добро, старикам и многодетным было вообще трудно решиться на уход, а многие старики вспоминали Первую мировую войну и говорили, что в немецкой оккупации нет ничего страшного. 26 июня 1941 года недалеко от Шумилино, в Старом Селе, немцы разбомбили эшелон с беженцами, были погибшие, и многие из тех, кто ещё мог спастись, стали бояться садиться в поезда для эвакуации. Кроме того, немцы постоянно бомбили и саму железнодорожную станцию Шумилино, и там было много погибших[1][2].

Шумилино было захвачено немецкими войсками 8 июля 1941 года и оккупация продлилась почти 3 года — до 23 июня 1944 года[3][4].

Немцы очень серьёзно относились к возможности еврейского сопротивления, и поэтому в первую очередь убивали в гетто или ещё до его создания евреев-мужчин в возрасте от 15 до 50 лет — несмотря на экономическую нецелесообразность, так как это были самые трудоспособные узники[5]. По этой причине уже в первые же дни после оккупации немцы собрали часть местных евреев-мужчин, колонной погнали за 10 километров в Сиротино и там расстреляли. Среди этих жертв был Залман (Соломон) Райкин — брат отца Аркадия Райкина[1][6]. Затем, тем же летом 1941 года, 12 еврейских парней отвезли к деревне Стариновичи (Мишневичский сельсовет) в 20 километрах от Шумилино, заставили вырыть яму и убили. Среди них были Эстрав Залман, Нейман Снеер и Шенькин[1][2].

Немцы организовали в местечке полицию. Полицаи издевались над евреями, избивали их и грабили, а пытавшихся сопротивляться расстреливали. Хана Эдельштейн попросила свой котелок у соседа-полицая, а тот забил её этим котелком до смерти[1][2][2].

Шумилино в списке уничтоженных во время Холокоста еврейских общин в «Долине Уничтоженных общин» в музее Яд Вашем

В конце июля — начале августа 1941 года немцы, реализуя гитлеровскую программу уничтожения евреев, организовали в местечке гетто, куда также согнали и евреев из близлежащих деревень района[1][7].

Гетто находилось в центре Шумилино в районе старого кладбища[7].

Условия в гетто[править | править код]

Под гетто нацисты выделили десять домов на улице Почтовой (современное название — улица Пионерская), из которых выселили местных жителей-неевреев. Эта территория была огорожена колючей проволокой и охранялась. На проволоке висели банки и бутылки, которые звенели, когда кто-то дотрагивался до ограждения. На вышке сидел полицай с пулеметом и стрелял по каждому, кто подходил к запретной черте[1][2][7].

Под страхом смерти всем евреям приказали нашить на одежду желтые латы[1].

Никаких продуктов узникам не давали. Питались тем, что удавалось выменять на еду — одежду, часы, обручальные кольца. Некоторые «бобики» (так в народе презрительно называли полицаев[8][9]) брали золото за то, что позволяли узникам менять вещи на продукты. Люди болели и пухли от голода[1][2].

Мужчин-евреев использовали на принудительных работах — в основном, на разгрузке вагонов на железнодорожной станции[1].

Уничтожение гетто[править | править код]

В середине ноября все узники уже понимали, что в ближайшее время немцы уничтожат гетто. Полицаи открыто говорили, что скоро всех евреев убьют. Двое стариков в гетто повесились от безысходности и невозможности ничем помочь детям и внукам[1][2].

19 ноября 1941 года всех узников гетто вывели из домов и согнали в помещение льносклада, находившегося на пересечении нынешней улицы Шумилинская и Почтового переулка. Туда же стали свозить евреев из близлежащих населенных пунктов Полоцкого и Бешенковичского районов[7].

Из воспоминаний Коштановой Т. Ф.[7]:

«Немцы не запрещали местному населению смотреть на казнь, наоборот — поощряли. Лучше, мол, усвоят порядки и дисциплину новой власти. Помню, ветер сорвал с головы молодой женщины платок, и светлые соломенные волосы рассыпались по плечам. Конвоир схватил её за руку и выволок из колонны „Тебе здесь не место! Приказа расстреливать русских — не было!“. Но женщина с криком „Мамочка“ снова бросилась в колонну и обняла за плечи худую старушку. Немец снова выволок её и ударил по лицу: „Беги отсюда, ненормальная, я не стану отвечать за русскую!“ Но та стала громко что-то выкрикивать по-еврейски, и немец, успокоившись, махнул рукой, пускай, мол, идет в ад вместе со своими. Людей поставили на краю большой ямы и вдруг все разом ударили пулеметы».

В конце того же дня, 19 ноября 1941 года, евреев, около 400 (1376[7]) человек, вывели на западную окраину Шумилино. До места убийства надо было идти примерно полкилометра. Над колонной узников стоял громкий плач и крики. Полицаи со смехом говорили: «Вы же к поезду идете. Поедете в Палестину. Хотели туда — так немцы вас отправляют». Вдоль дороги по обеим сторонам стояли местные жители и смотрели. Сзади колонны шли немцы с собаками. Хаима Красильщикова полицай тянул к месту казни за бороду[1][2][7][10].

Недалеко от торфобрикетного завода заставили выкопать огромную яму и затем всех расстреляли. Когда обреченных людей подвели к яме, молодые евреи запели «Интернационал», а немцы и полицаи стали избивать их плетками и натравливать собак. Место, где расстреливали шумилинских евреев, называется Добеев Мох (1,5-2 километра от Шумилино)[1][7][10].

После этой «акции» (таким эвфемизмом гитлеровцы называли организованные ими массовые убийства) полицаи прочесали местечко и убили ещё несколько найденных прятавшихся евреев[1].

Сопротивление[править | править код]

В шумилинском подполье активно боролась с оккупантами Наташа Герман[1][10].

В самом гетто молодежь пыталась организовать сопротивление, но эти отчаянные попытки были малорезультативными[1][2].

Случаи спасения и «Праведники народов мира»[править | править код]

Сбежала из Шумилинского гетто Ася (Бася) Наумовна Петровская, 1923 года рождения. Она сумела спастись, а потом воевала в партизанском отряде 1-й Белорусской партизанской бригады[1][2].

Из обреченных евреев, уже стоящих у расстрельной ямы, спаслась Рая Татарская. Легко раненая, она без сознания упала в яму, затем очнулась от падающей на неё земли и притворилась мертвой. Через несколько часов она выползла из могилы, а впоследствии воевала в партизанском отряде[10].

Подросток Яков Рувимович Могильницкий, отсутствующий в гетто в день уничтожения, был затем спасен в селе Пятницкое (Ковляковский сельсовет) и впоследствии воевал в партизанском отряде. Спасители Яши — Кутенко Сергей, Кутенко Евгения и Голикова (Кутенко) Александра — были удостоены почетного звания «Праведник народов мира» от израильского мемориального института «Яд Вашем» «в знак глубочайшей признательности за помощь, оказанную еврейскому народу в годы Второй мировой войны»[11][1][2].

Палачи и организаторы убийств[править | править код]

Среди полицаев — исполнителей расстрела — был некто Богатырёв. Аркадий (Абба) Масарский — офицер Советской Армии, — один из первых, ворвавшийся в Шумилино, несколько дней разыскивал этого Богатырёва, который лично расстрелял семью Аркадия, но тогда найти не смог. Богатырёва и его сообщников арестовали примерно в 1951—1953 годах, судили и дали различные сроки[10].

Старый памятник убитым евреям — узникам Шумилинского гетто

Память[править | править код]

Сразу после войны на месте расстрела шумилинских евреев их родственники, вернувшиеся домой из армии и из эвакуации, поставили деревянную тумбочку[1][10].

Израиль Рувимович Старосельский с товарищем из Витебска летом 1946 года восстановил все уцелевшие надгробия на старом еврейском кладбище. Они же вдвоём положили и первые камни на месте расстрела евреев Шумилино во времена Катастрофы[1][10].

Позднее, в середине 1950-х годов, Давыд Исаакович Голынкин поставил на этом месте памятник и ограду, и дважды их ремонтировал после актов вандализма. Он был инициатором установки памятника, а деньги собирали у людей — каждый вносил, сколько мог. Властям не нравилось, что надпись на памятнике была сделана на иврите, но Давыд Исаакович, инвалид войны, был непреклонен, и этот памятник стал одним из немногих в Беларуси, где надпись в послевоенные времена была сделана на иврите[1][7].

После смерти Давыда Голынкина его работу продолжил сын Исаак, который установил жертвам геноцида евреев новый мраморный памятник — рядом со старым. Науменко, местный предприниматель, безвозмездно дал глыбу белого мрамора, а Ковалева Мария Алексеевна пожертвовала деньги, на которые сделали надпись и установили памятник[1][7].

На иврите на памятнике написано:
«Нашим отцам, сестрам и братьям!
Жителям города Шумилино, погибшим за веру.
Пусть их души будут вплетены в узел вечной жизни»[1].

На месте старого памятника в декабре 2015 года был установлен новый.

Источники[править | править код]

Литература[править | править код]

Дополнительная литература[править | править код]

См. также[править | править код]