Узбекский язык

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску
Узбекский язык
Самоназвание Oʻzbek tili
Ўзбек тили
ئۇزبېك تیلى
Страны Узбекистан, Афганистан, Таджикистан, Киргизия, Казахстан, Туркменистан, Россия, Турция, Иран, Китай и др.
Официальный статус

 Узбекистан

 Афганистан (региональный язык в некоторых северных провинциях)[1]
Регулирующая организация Ташкентский государственный университет узбекского языка и литературы имени Алишера Навои
Общее число говорящих
  • 27 000 000 ± 1 чел. (2015)[2]
Статус в безопасности[d][3]
Классификация
ностратические языки
алтайские языки
тюркские языки
карлукские языки
узбекский язык
Письменность латинское письмо, кириллица и арабский алфавит
Языковые коды
ГОСТ 7.75–97 узб 710
ISO 639-1 uz
ISO 639-2 uzb
ISO 639-3 uzb
WALS uzb
Ethnologue uzb
ABS ASCL 4306
IETF uz
Glottolog uzbe1247
Wikipedia-logo-v2.svg Википедия на этом языке
Распространение узбекского языка. Синий — в большей степени, голубой — в меньшей степени.

Узбе́кский язы́к (самоназвание: Оʻzbek tili, Ўзбек тили, араб. алф.: ئۇزبېك تیلى) — тюркский язык, государственный язык Республики Узбекистан, региональный язык в восьми северных провинциях (вилоятах) Афганистана. Кроме того, распространён в Таджикистане, Киргизии, Казахстане, Туркменистане, России, Турции и других странах. Диалектичен, что позволяет отнести его к разным подгруппам. Является родным и основным языком для большинства узбеков.

Грамматически и лексически ближайшими современными родственниками литературного узбекского, официально являются уйгурский и или-тюркский языки карлукской (чагатайской) группы. Однако на самом деле узбекский язык является результатом огузско-карлукского синтеза с преобладанием огузских оборотов[источник?].

Современный литературный узбекский язык, основанный на диалектах Ферганской долины, характеризуется отсутствием гармонии гласных. В 20-е годы XX века предпринимались попытки искусственно закрепить в литературном языке гармонию гласных, сохранившуюся лишь в периферийных диалектах (прежде всего хорезмском). В фонетике, грамматике и лексике заметно сильное субстратное влияние персидского и арабского языка, доминировавшего в Узбекистане до XII—XIII в., и имеющего определённое распространение до сих пор. Сохранились также элементы более древнего языка — согдийского, преобладавшего до исламизации Узбекистана. Большинство арабизмов в узбекском языке заимствованы через персидский язык. С середины XIX века узбекский язык находится под сильным влиянием русского языка.

История[править | править код]

Становление узбекского языка было сложным, многоплановым и заняло многие столетия.

Тюркские имена и титулы встречаются в бактрийских документах VII—VIII вв.: каган, тапаглиг элтабир, тархан, тудун, имена Кутлуг Тапаглиг Бильга савук, Кера-тонги, Тонгаспар, тюркские этнические названия: халач, тюрк [4]. В этот период тюрки составили часть оседлого населения древней Бактрии.

Среди согдийских мугских документов начала VIII века на территории Согда был обнаружен документ на тюркском языке, написанный руническим алфавитом[5]. На территории Ферганской долины обнаружено более 20 рунических надписей на древнетюркском языке, что говорит о наличии у местного тюркского населения в VII—VIII веках своей письменной традиции. Древнетюркская надпись, несколько отличающаяся от мугской была обнаружена к северу от Согда в горах Кульджуктау (около 100 км севернее Бухары)[6], что говорит о широком распространении разных вариаций рунической письменности древних тюрков. По мнению известного востоковеда М. Андреева, некоторые слова из согдийского языка оказались в составе лексики среднеазиатского тюркского, а затем узбекского языка, как, например, куп — много (узб. ko'p), катта — большой (узб. katta), кальта — короткий или молодой (узб. kalta).[7]

Выдающийся ученый и этнограф Бируни (973-1048) в своих произведениях приводит названия тюркских месяцев и тюркских лечебных трав, которые использовало тюркское население Хорезма.[8] Бируни в своем произведении «Памятники минувших поколений», написанном в Хорезме около 1000 года, приводит тюркские названия годов по животному циклу, которые использовало тюркское население Хорезма: сичкан, од, барс, тушкан, луй, илан, юнт, куй, пичин, тагигу, тунгуз. В этом же сочинении он приводит названия месяцев по-тюркски: улуг-ой, кичик-ой, биринчи-ой, иккинчи-ой, учинчи-ой, туртинчи-ой, бешинчи-ой, олтинчи-ой, йетинчи-ой, саккизинчи-ой, токкузинчи-ой, унинчи-ой.[9]

Процесс начала формирования этноса, впоследствии ставшего основой узбекской нации, особенно активизировался в XIXII веках, когда Средняя Азия была завоёвана объединением тюркских племён, возглавляемым династией Караханидов. Караханиды гораздо больше, чем другие династии тюркского происхождения, имели в надписях на монетах тюркские титулы[10].

К Х веку в государстве Караханидов функционировал литературный язык, продолживший традиции древнетюркских письменных текстов. Официальный караханидский язык Х в. основывался на грамматической системе древних карлукских диалектов.[11] Исламизация Караханидов и их тюркских подданных сыграло большую роль в развитии тюркской культуры. В конце Х — начале XI в. впервые в истории тюркских народов на тюркский язык был переведен Тафсир — комментарии к Корану.[12]

Новая волна тюркоязычных племён влилась в состав населения Средней Азии после монгольского завоевания XIII века. В этот период в оазисах Среднеазиатского междуречья осели такие племена и роды как: кипчак, найман, хытай, кунграт, мангыты и др.[13] Произошла тюркизация монгольских родов, включая чингизидов. Приводя сведения о правителе Чагатайского улуса Кебек-хане (1318—1326), арабский путешественник Ибн Баттута приводит сведения, что он говорил по-тюркски: Царь (Кебек-хан) удивился и сказал: «Йахши», что по‐тюркски означает «хорошо»[14]. Это свидетельство говорит о том, что чингизиды Чагатайского улуса в начале XIV века перешли на местный среднеазиатский карлукский вариант тюркского языка.

Тимур, объединивший Мавераннахр и Хорасан в одно государство, уделял развитию тюркского литературного языка особое внимание. При походе против Тохтамыша в 1391 году Тимур приказал выбить у горы Алтын шокы надпись на чагатайском языке уйгурскими буквами — восемь строчек и три строчки на арабском языке, содержащих коранический текст. В оригинале, в частности было написано: …Туроннинг султони Темурбек уч юз минг черик бирла ислом учун Туктамиш хон булгар хонига юриди…[15] Юридические документы государства Тимура, были составлены на двух языках: персидском и тюркском. Так, например, документ от 1378 года, дающий привилегии потомкам Абу Муслима, жившим в Хорезме, был составлен на чагатайском тюркском языке[16].

Тимуриды использовали тюркский и персидские языки. В 1398 году сын Тимура Мираншах приказал составить официальный документ на тюркском языке уйгурским шрифтом[17] Внук Тимура Искандар Султан-мирза (1384—1415) имел двор, включавший группу поэтов, например, Мир Хайдара, которого Искандар призвал писать стихи на тюркском языке. Благодаря покровительству Искандар Султана была написана тюркская поэма "Гуль и Навруз".[18]

На личной чашке Мирзо Улугбека (1409—1449) была выгравирована надпись на среднеазиатском тюркском языке (Карами Хакка нихоят йукдур), что означает «Щедрость Бога бесконечна»[19].

Усиление статуса и роли тюркского языка в эпоху Тимура и Тимуридов привело к формированию узбекского литературного языка. Появились гении тюркской литературы: Лютфи и Алишер Навои. Большую роль в дальнейшем развитии узбекского литературного языка сыграл Алишер Навои, который написал «Суждение о двух языках» (1499). В нём обосновано культурное и художественное значение тюркского языка. Навои писал:

«Богатство тюркского языка доказано множеством фактов. Выходящие из народной среды талантливые поэты не должны выявлять свои способности на персидском языке. Если они могут творить на обоих языках, то все же очень желательно, чтобы они на своем языке писали стихов побольше». И далее: «Мне кажется, что я утвердил великую истину перед достойными людьми тюркского народа, и они, познав подлинную силу своей речи и её выражений, прекрасные качества своего языка и его слов, избавились от пренебрежительных нападок на их язык и речь со стороны слагающих стихи по-персидски»

[20] Во многом благодаря усилиям Алишера Навои, староузбекский стал единым и развитым литературным языком, нормы и традиции которого сохранились до конца XIX в. В начале XX в. в узбекском литературном языке появилась тенденция демократизации его норм, в результате чего он стал более простым и доступным.

Тюркский писатель, историк, поэт Захираддин Бабур (1483-1530) подчеркивал: "Жители Андиджана — все тюрки; в городе и на базаре нет человека, который бы не знал по-тюркски. Говор народа сходен с литературным; сочинения Мир Алишера Навои, хотя он вырос и воспитывался в Герате, [написаны] на этом языке[21] Одним из известных газелей Бабура является стихотворение «Доброта» — «Яхшилиг», в котором он пишет о том, что надо делать добро народу-элю (Бори элға яхшилик қилғилки, мундин яхши йўқ Ким, дегайлар даҳр аро қолди фалондин яхшилик).[22]

Сам предводитель полукочевых узбеков Шейбани-хан писал стихи на среднеазиатском тюркском (чагатайском) языке. Его сборник стихов, написанный на среднеазиатском тюркском литературном языке в настоящее время хранится в фонде рукописей Топкапы в Стамбуле. Рукопись его философско-религиозного произведения: "Бахр ул-худо", написанное на среднеазиатском тюркском литературном языке в 1508 году находится в Лондоне[23]. Шейбани-хан написал прозаическое сочинение под названием «Рисале-йи маариф-и Шейбани» на среднеазиатском тюркском — чагатайском языке в 1507 г. вскоре после захвата им Хорасана и посвящено сыну, Мухаммаду Тимуру (рукопись хранится в Стамбуле)[24].

Узбекский поэт Турды призывал к объединению разобщенных узбекских племен: Хоть народ наш разобщен, но ведь это все узбеки девяносто двух племен. Называемся мы разно, - кровь у всех одна – Мы один народ, и должен быть у нас один закон. Полы, рукава и ворот – это все – один халат, Так един народ узбекский, да пребудет в мире он[25].

До начала XX в. на территории Бухарского ханства литературными языками были персидский и чагатайский (староузбекский). В Хорезмского (хивинского) государства литературным был только тюркский. С начала XX в., в основном усилиями сторонников джадидизма (Фитрат, Ниязи и др.) создаётся современный литературный язык на основе ферганского диалекта.[источник не указан 80 дней]

Сам термин «узбекский» в применении к языку имел разный смысл в разные времена. В российской этнографической литературе до 1921 года «узбекский» и «сартский» рассматривались как два диалекта одного языка. В начале XX века Н. Ф. Ситняковский писал, что язык сартов Ферганы «чисто» узбекский (узбек-тили)[26]. По мнению казахского тюрколога Сералы Лапина, жившего в конце XIX — начале XX века, «нет особого народа сарт, отличного от узбеков, и нет особого сартовского языка, отличного от узбекского»[27]. Другие же разделяли сартов и узбеков.

В советское время узбекская письменность претерпела несколько реформ орфографии и в 1940 г. была переведена на алфавит, созданный на основе кириллицы. В 1993 году узбекский был официально переведён на латинский алфавит. Однако, в отличие от Азербайджана и Туркменистана, кириллица советского образца продолжает употребляться даже на официальном уровне, сосуществуя с латиницей. При этом принятый в 1995 году узбекский латинский алфавит фактически представляет собой транслитерацию кириллицы, чем отличается от всех остальных тюркских латиниц. Среди узбеков Ирана, Афганистана, Пакистана и Китая преобладает арабский алфавит.

С момента обретения Узбекистаном независимости, наметились тенденции к пурификации языка, очищения его от заимствований, главным образом русских слов, к активной замене их заимствованиями либо из староузбекского, либо из арабского и персидского [28].

История изучения узбекского языка[править | править код]

Научный интерес к истории узбекского языка возник еще в XIX веке среди европейских и российских ученых-востоковедов. Об истории узбекского языка писали А.Вамбери, В.Бартольд, Ш.Лапин и др. Большое внимание к изучению истории языка было уделено в советский период. Среди известных ученых лингвистов об истории узбекского языка писали Е.Поливанов, У.Турсунов, А.Мухтаров, Ш.Рахматуллаев и др.

Диалекты[править | править код]

Натаев говорит на узбекском

Современный узбекский язык имеет сложную диалектную структуру и занимает своеобразное место в классификации тюркских языков. Диалекты современного разговорного узбекского генетически разнородны (в их формировании участвовали носители карлукской, кыпчакских, огузской диалектных групп), условно делятся по фонетическому признаку на 2 группы — «окающие» (говоры городов Ташкента, Самарканда, Бухары и др. и прилегающих районов) и «акающие» (делятся на две подгруппы в зависимости от употребления начального согласного «й» или «дж»);

Различают четыре основные диалектные группы.

  • Северо-узбекские диалекты южного Казахстана (иканско-карабулакский, карамуртский, вероятно, относятся к огузской группе).
  • Южно-узбекские говоры центральной и восточной части Узбекистана и северного Афганистана, а также диалекты большинства крупных центров расселения узбеков (ташкентский, ферганский, каршинский, самаркандско-бухарский и туркестано-чимкентский) относятся к карлукской (чагатайской), или юго-восточной группе тюркских языков; на этом основании к ней принято относить, вместе с уйгурским, и узбекский язык в целом. Ферганский и туркестано-чимкентский диалекты наиболее близки к литературной норме. Стандарт произношения закреплён за ферганско-ташкентской группой говоров (после 1937 года).

Основной особенностью этих диалектов является то, что они в большей или меньшей степени имеет арабо-персидское влияние. Продолжительное влияние иранских наречий и арабские слова сильно заметно здесь не только на лексическом, но и на фонетическом уровнях.

Грамматика[править | править код]

Узбекский, как и прочие тюркские — агглютинативный язык, с элементами аналитизма (около 30 глаголов служат для образования аналитических глагольных форм с различными значениями, у имён аналитические формы образуются при помощи послелогов).

В отличие от большинства других тюркских языков, для узбекской морфологии характерна одновариантность аффиксов (как результат отсутствия сингармонизма).

Не имеет грамматической категории рода: отсутствует согласование в роде, падеже и в числе определения и определяемого. Обязательным является согласование подлежащего и сказуемого в лице, но не обязательно в числе.

В узбекском 6 падежей:

  • основной — нулевой показатель;
  • родительный (определительный) — показатель -ning; оформляет приимённое определение;
  • дательный (направительный) — показатель -ga; выражает направленность действия на объект; в основном, оформляет косвенное дополнение;
  • винительный — показатель -ni; выступает как прямое дополнение;
  • местный — показатель -da; выражает место или время совершения действия, имя выступает в роли обстоятельства;
  • исходный — показатель -dan; в основном, выражает объект, по которому (через который, мимо которого, при посредстве которого) совершается действие.

Существительное имеет категорию принадлежности (изафет), формы которой образуются с помощью аффиксов принадлежности, обозначающими лицо обладателя: kitob «книга», kitobim «моя книга», kitobing «твоя книга», kitobi «его (её) книга»; uka «брат», ukam «мой брат», ukang «твой брат», ukasi его (её) брат; oʻzbek «узбек», til «язык» — oʻzbek tili «узбекский язык».

Фонетика[править | править код]

Во многом под влиянием таджикского и персидского узбекский язык заметно отличается от прочих тюркских фонетически.

После реформы орфографии в 1934 году количество гласных букв было сокращено до 6 (были убраны 4 буквы ə, ɵ, y, ь, используемых для записи ä, ö, ü, ı), а в 1937 сильно иранизированный ташкентский говор был окончательно принят за основу произносительной нормы литературного языка[31].

Основные фонологические особенности: отсутствие гармонии гласных (сингармонизма) и оканье[32].

Закон гармонии гласных, характерный для большинства тюркских языков, заключается в том, что в слове могут присутствовать либо только гласные переднего ряда, либо только гласные заднего ряда. В современном узбекском общетюркские гласные o и ö соответствуют одному звуку «o», в орфографии — ў (кириллица) или (латиница); u и ü — как рус. «у»; ı и i — как рус. «и». Остатки вокального сингармонизма сохранились лишь в кыпчакских диалектах.[32] «Оканье» заключается в переходе в ряде случаев общетюркского a в [ɔ] или [ɑ] «о», в то же время общетюркский ä чаще [æ] реализуется как простой «а»[32].

Другие особенности: отсутствие первичных долгих гласных звуков. Вторичные (заместительные) долготы появляются в результате выпадения смежного с гласным согласного звука[32]. Наблюдается фонетическая ультрадолгота или эмфатическое удлинение отдельных гласных. Отсутствуют деление аффиксов на передние и задние.

Лексика[править | править код]

Основу лексики современного литературного узбекского языка составляют слова общетюркского происхождения, однако, в отличие от соседних кыпчакских языков, узбекский словарный фонд богат персидскими и арабскими заимствованиями. Влияние русского языка заметно по сохранившемуся значительному пласту бытовой, общественно-политической и технической лексики, пришедшей в период от завоевания Туркестана царской Россией (вторая половина XIX в.) до нынешнего времени, особенно во времена советской власти (до 1991 г.).

Письменность[править | править код]

Основная статья: Узбекская письменность

До 1928 года узбекский язык использовал арабский алфавит. С 1928 по 1940 годы в СССР использовалась письменность на основе латинского алфавита. С 1940 по 1992 годы в СССР применялась кириллица. В 1992 году узбекский язык в Узбекистане был вновь переведён на латиницу (несмотря на реформу по переводу узбекского языка на латинскую графику, фактически, в настоящее время продолжается параллельное использование кириллицы и латиницы), которая существенно отличается как от алфавита образца 1928 года, так и от современных тюркских латиниц (турецкой, азербайджанской, крымскотатарской, туркменской и др.). В частности, в современном узбекском алфавите, используемом в Узбекистане, в целях унификации с основным латинским алфавитом нет символов с диакритическими знаками, в то время как в алфавите 1928 года использовались не только символы с диакритическими знаками, но и уникальные символы, изобретённые советскими лингвистами специально для языков малых народов СССР. Например, звуки [ш] и [ч] сейчас обозначаются так же, как и в английском языке. В Киргизии и Таджикистане для узбекского языка используется алфавит на основе кириллицы, а в Афганистане — на основе арабского письма.

Особенности транскрипции узбекских имён собственных[править | править код]

Основная статья: Узбекские имена

У традиционно принятой в русском языке транскрипции узбекских личных имён и географических названий есть две особенности. Первая — сохранившееся ещё с дореволюционных времён неотражение на письме узбекского оканья западных говоров. Например узбекские имена и названия, в русской традиции передаваемые как Бекабад, Андижан, по-узбекски пишутся Bekobod, Andijon. В этих словах присутствует звук, более закрытый, чем [а], но более открытый, чем [о].

Вторая особенность — это появившаяся под влиянием узбекского кириллического алфавита традиция передавать во многих словах звук [o], который обозначался в кириллице буквой ў, через у в силу похожести соответствующих букв: «Узбекистан» — Ўзбекистон (Oʻzbekiston). На самом деле, в этих словах присутствует звук более закрытый, чем [о], но более открытый, чем [у].

Географическое распространение[править | править код]

Узбекский язык распространён на территории Узбекистана и других соседних стран.

Таджикистан[править | править код]

Узбекский язык является вторым (если не считать русский язык) по числу носителей языком на территории Таджикистана, но не имеет никакого статуса. Некоторыми представителями узбекской интеллигенции Таджикистана в разные годы выдвигались предложения и требования о признании узбекского языка одним из официальных языков на всей территории Таджикистана, или хотя бы на территории отдельных областей или районов, где проживают значительные узбекоязычные диаспоры. Приданию какого нибудь статуса узбекскому языку помешали несколько факторов, основные две из которых это проводимая в Таджикистане, как в большинстве постсоветских республик националистическая политика по поддержке титульной нации, и весьма напряженные с середины 90-х годов по 2016 год отношения между Таджикистаном и Узбекистаном. В качестве письменности для узбекского языка, в Таджикистане используется только узбекская кириллица. В Таджикистане узбекский язык подвержен достаточно сильному влиянию таджикского языка, успешно перенимая от последнего множество слов и терминов. По данным всенародной переписи населения Таджикистана 2010 года, в стране проживает свыше одного миллиона ста тысяч этнических узбеков, у большинства которых родным и основным языком является узбекский язык — это почти 14 % населения Таджикистана. Узбекская диаспора Таджикистана является второй по численности в стране после собственно таджиков — титульной и наиболее многочисленной национальности в Таджикистане. В диалектическом отношении, узбекоязычные Таджикистана говорят на карлукском и кыпчакском наречиях или диалектах узбекского языка. У узбеков Согдийской области распространены собственно худжандский говор или диалект, ферганская группа говоров (особенно кокандский и ферганский говоры), говоры жителей Ташкентской области, относящиеся к карлукской группе, а также частично окающие, джекающие и экающие говоры кыпчакского наречия. Кыпчакское наречие распространено в основном у узбекоязычных запада и юга Таджикистана, в том числе у так называемых лакайцев и других южных узбекских племён.

Большинство узбекоязычных Таджикистана помимо родного языка владеют на разном уровне также таджикским языком, а также иногда плюс и русским языком, являясь билингвами[33] и/или полилингвами[34]. Главным и крупнейшим печатным изданием на узбекском языке на территории Таджикистана является газета «Халқ овози» — один из трёх официальных печатных органов Правительства Республики Таджикистан. На территории Таджикистана выходят несколько государственных и частных газет и журналов на узбекском языке, региональные государственные и частные телеканалы и радиостанции, вещающие в местностях со значительной узбекской диаспорой, в сутки несколько часов своих эфиров вещают на узбекском языке. Несмотря на это, отмечается, что у узбекоязычных Таджикистана пользуются большой популярностью телеканалы и радиостанции, вещающие из территории соседнего Узбекистана. Сигналы практически всех государственных и частных телеканалов и радиостанций Узбекистана покрывают значительную (особенно северную и западную) часть Таджикистана.

Узбекский язык широко распространён на всей территории Согдийской области, особенно на севере (Аштский и Гафуровский районы), западе (Зафарабадский и Истаравшанский района) и северо-западе (Джаббар-Расуловский, Исфаринский и Канибадамский районы) этого региона. Кроме собственно этнических узбеков, узбекским языком в Согдийской области в разной степени владеет и таджикское большинство из-за проживания этих близких по культуре народов в соседстве многие века в одной местности, а также из-за большого количества смешанных браков. Помимо Согдийской области, узбекоязычные проживают значительными диаспорами на западых и юго-западных районах Таджикистана — в Гиссарском, Турсунзадевском, Рудакийском, Шахринавском, Варзобском, Дустийском, Шаартузском, Кубодиёнском, Носир-Хусравском, Хуросонском, в городах Турсунзаде, Гиссар, Бохтар. После улучшения отношений между Таджикистаном и Узбекистаном после смерти Ислама Каримова в 2016 году, открытия границ между странами и отмены двустороннего визового режима, узбекоязычные Таджикистана получили возможность беспрепятственно посещать Узбекистан.

См. также[править | править код]

Примечания[править | править код]

  1. Согласно статье 16 Конституции Афганистана (2004) узбекский язык является официальным для регионов, в которых он используется большинством населения.
  2. Ethnologue — 19 — Dallas, Texas: SIL International, 2016.
  3. Красная книга языков ЮНЕСКО
  4. Sims-Williams Nicholas, Bactrian documents from Northern Afghanistan. I. Legal and economic documents. London: Oxford university press, 2000
  5. Бернштам А. Н. Древнетюркский документ из Согда // Эпиграфика Востока. Т. V. 1951. С. 65—75.
  6. Кызласов И.Л. Рунические письменности Евразийских степей.- М., 1994
  7. Андреев М. С., О таджикском языке настоящего времени // Материалы по истории таджиков и Таджикистана. Сборник 1. Сталинабад: Госиздат при СНК Таджикской ССР, 1945, с.67.
  8. Абу Рейхан Беруни, Избранные произведения. т.4. Перевод с арабского У.Каримова. Т., 1973, с.312
  9. Абу Рейхан Бируни. Избранные произведения, I. Ташкент. АН УзбССР. 1957, с.87-89.
  10. Кочнев Б. Д., Караханидские монеты: источниковедческое и историческое исследование. Автореферат-диссертация доктора исторических наук, Москва, 1993 год, с. 11
  11. ИСТОРИЯ И КУЛЬТУРА ТЮРКОВ В ЛИТВЕ. Сборник научных статей международной конференции. Vilniaus universiteto leidykla VILNIUS 2014, с.157-160
  12. Боровков, А.К. Лексика среднеазиатского тефсира: XII-XIII вв. М., 1963
  13. История Казахстана в персидских источниках. Т.3. Му’изз ал-ансаб (Прославляющее генеалогии). Введение, перевод с персидского языка, примечания Ш. Х. Вахидова. Алматы: Дайкпресс, 2006, с.118
  14. Ибрагимов Н. Ибн Баттута и его путешествия по Средней Азии. — Москва: Наука, 1988. — С. 99—100. — 128 с.
  15. Григорьев А. П., Телицин Н. Н., Фролова О. Б. Надпись Тимура 1391 г. // Историография и источниковедение истории стран Азии и Африки. Вып. XXI. — СПб.: СПбГУ, 2004. — С. 24.
  16. Муминов И. М. Роль и место Амира Тимура в истории Средней Азии. — Ташкент, 1968.
  17. Matsui, Dai, Ryoko WATABE, and Hiroshi Ono. "A Turkic-Persian Decree of Timurid Mīrān Šāh of 800 AH/1398 CE." Orient 50 (2015): 53-75.
  18. http://www.iranicaonline.org/articles/eskandar-soltan
  19. British Museum — cup
  20. Каюмов А. П. Алишер Навои // История всемирной литературы: В 9 томах. — Т. 3. — М.: Наука, 1985. — С. 576—582
  21. Бабур-наме. Перевод М.Салье. Т., 1992,с.30-31
  22. «Бори элға яхшилик қилғилки…» " Новости Узбекистана: Независимая газета
  23. A.J.E.Bodrogligeti, «MuÌammad Shaybænî’s Bahru’l-huda : An Early Sixteenth Century Didactic Qasida in Chagatay», Ural-Altaische Jahrbücher, vol.54 (1982), p. 1 and n.4
  24. Ошибка в сносках?: Неверный тег <ref>; для сносок автоссылка2 не указан текст
  25. Турды. Избранные произведения. Ташкент, 1951, с.33
  26. Ситняковский Н.Ф. Перечисление некоторых родов киргизов, обитающих в восточной части Ферганской области // Известия Туркестанского отдела ИРГО : Журнал. — Ташкент, 1900. — Т. 2, вып. 1. — С. 97.
  27. Бронникова О. М., Сарты в этнической истории Средней Азии (к постановке проблемы) Этносы и этнические процессы. Москва: Восточная литература, 1993, с.153.
  28. Евгений Абдуллаев Русский язык: жизнь после смерти. Язык, политика и общество в современном Узбекистане (недоступная ссылка). Дата обращения 17 июня 2011. Архивировано 23 июня 2016 года.
  29. Ulrich Ammon, Norbert Dittmar, Klaus J. Mattheier, Peter Trudgill. Central Asia and Mongolia // Sociolinguistics (неопр.). — Berlin: Walter de Gruyter, 2006.
  30. CENTRAL ASIA XIV. Turkish-Iranian Language Contacts (англ.). Encyclopædia Iranica. Дата обращения 8 мая 2019.
  31. Johanson, 2009, p. 1146.
  32. 1 2 3 4 Баскаков, 1988, с. 146—152.
  33. Так называются люди, хорошо владеющие двумя языками.
  34. Так называются люди, хорошо владеющие тремя языками.

Литература[править | править код]

  • Баскаков Н. А. Историко-типологическая фонология тюркских языков / Отв. ред. член-корр. АН СССР Э. Р. Тенишев. — М.: Наука, 1988. — 208 с. — ISBN 5-02-010887-1.
  • Исматуллаев Х. Х. Самоучитель узбекского языка. — Ташкент: Ўқитувчи, 1991. — 145 с.
  • Кононов А. Н. Грамматика современного узбекского литературного языка. — М., Л.: Издательство АН СССР, 1960.
  • Ходжиев А. П. Узбекский язык // Языки мира: Тюркские языки. — М.: Институт языкознания РАН, 1996. — С. 426—437. — (Языки Евразии). — ISBN 5-655-01214-6.
  • Boeschoten, Hendrik. Uzbek // The Turkic Languages / Edited by Lars Johanson and Éva Á. Csató. — Routledge, 1998. — С. 357—378.
  • Johanson, Lars. Uzbek // Concise Encyclopedia of Languages of the World / Keith Brown, Sarah Ogilvie. — Elsevier, 2009. — С. 1145—1148. — ISBN 978-0-08-087774-7.

Ссылки[править | править код]