Калигула

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Гай Юлий Цезарь Август Германик
лат. Gaius Iulius Caesar Augustus Germanicus
Гай Юлий Цезарь Август Германик
Калигула, мрамор, I в. Нью-Йорк, Метрополитен-музей
Римский император
18 марта 37 года — 24 января 41 года
Предшественник: Тиберий
Преемник: Клавдий
 
Вероисповедание: древнеримская религия
Рождение: 31 августа 12(0012-08-31)
Анций, Римская империя
Смерть: 24 января 41(0041-01-24) (28 лет)
Рим, Римская империя
Место погребения: Мавзолей Августа
Род: Юлии-Клавдии
Отец: Германик Юлий Цезарь Клавдиан
Мать: Агриппина Старшая
Супруга: 1. Юния Клавдилла
(3334)
2. Ливия Орестилла
(38)
3. Лоллия Паулина
(38)
4. Милония Цезония
(4041)
Дети: Юлия Друзилла
(от последнего брака)

Га́й Ю́лий Це́зарь А́вгуст Герма́ник (лат. Gaius Iulius Caesar Augustus Germanicus), также известен под своим агноменом (прозвищем) Кали́гула (лат. Caligula) (31 августа 12 года, Анций — 24 января 41 года, Рим) — римский император, третий из династии Юлиев-Клавдиев (c 18 марта 37).

Также принцепс Сената, Великий понтифик (лат. Pontifex Maximus), трибун (лат. Tribuniciae potestatis), Отец отечества (лат. Pater patriae) (с 38 года), четырежды консул (37, 3941).

Полный титул к моменту смерти: Гай Цезарь Август Германик, Великий понтифик, четырежды консул, император, наделён властью трибуна четыре раза, Отец отечества (лат. Gaius Caesar Germanicus Augustus, Pontifex Maximus, Consul IV, Imperator, Tribuniciae potestatis IV, Pater Patriae).

« Гай Цезарь, которого природа создала словно затем, чтобы показать, на что способны безграничная порочность в сочетании с безграничной властью...[1]

Луций Сенека

»

Ранние годы[править | править вики-текст]

Германик. Бюст из Кордовы (Испания).

Гай был третьим из шести детей Германика и Агриппины Старшей. Когда он был ребёнком, отец брал его с собой в свои знаменитые германские кампании, где Гай носил детские сапожки наподобие армейских калиг. Из-за этого впоследствии за ним и закрепилось прозвище «Калигула», что значит «сапожок» (лат. caligula — уменьшительное от caliga), которое ему не нравилось.

Из-за ухудшившихся отношений между его матерью и его двоюродным дедом Тиберием после загадочной смерти Германика, Гай был послан жить сначала у своей прабабки Ливии, а после её смерти — у бабки Антонии. После того как префект претория Сеян сошёл с политической сцены, Гай, по указанию Тиберия, стал жить у него на вилле на Капри вплоть до начала своего правления.

В 33 году Калигула женился на Юнии Клавдилле, свадьба прошла в Анции. Однако при родах умер и ребёнок, и сама Юния. Говорили, что новый префект претория Макрон взамен предложил Гаю свою жену, Эннию Фрасиллу. Филон Александрийский соглашается с этой версией, Светоний говорит, что Гай соблазнил её.

На Капри Калигула познакомился с Юлием Агриппой.

Правление[править | править вики-текст]

Перед своей смертью Тиберий объявил Калигулу и сына Друза Младшего, Тиберия Гемелла, равноправными наследниками, но указал, что сменить его должен Калигула, хотя, по Филону, знал, что он ненадёжен. Несмотря на то, что Калигула не разбирался в административном управлении, вскоре появились слухи, что он то ли задушил, то ли утопил, то ли отравил Тиберия, хотя тот умер естественной смертью. По другим источникам, Тиберия задушил Макрон. В Рим Калигула прибыл 28 марта и получил от сената отменённый Тиберием титул августа. Использовав поддержку Макрона, он добился получения титула принцепса.

В начале своего правления Гай демонстрировал благочестие. Совершенно неожиданно он отплыл на Пандатарию и Понцию, к местам изгнания своей матери Агриппины и брата Нерона. Он перевёз их прах в Рим и похоронил их со всеми почестями в мавзолее Августа.

Видимо, чтобы развеять сплетни, Гай воздал почести умершему Тиберию, выплатил преторианцам 2 тыс. сестерциев и, возместив ущерб, принесённый имперской налоговой системой, снизил сами налоги и выплатил долги предыдущих императоров. Последовала отмена закона об оскорблении величества (lex de maiestate) и политическая амнистия. Однако через 8 месяцев Калигула неожиданно чем-то заболел (предположительно энцефалитом, по Светонию — эпилепсией, вызвавшей органическое поражение мозга; по другой версии, сказались психические переживания детства). После выздоровления поведение Гая кардинально изменилось, хотя есть мнение, что некоторые первоисточники (главным образом, Светоний и Тацит, недостаточно критично отнесшиеся к сплетням и дворцовым интригам) утрировали ситуацию.

Династический элемент стал демонстрироваться неприкрыто — на монетах появились сёстры принцепса: Друзилла, Ливилла и Агриппина с рогом изобилия, чашей и рулевым веслом, то есть с атрибутами богинь плодородия, согласия и Фортуны. Бабка Калигулы — Антония, получила не только титул Augusta, но ей, как и трём сестрам принцепса, были переданы почётные права весталок, их имена включили в обеты и императорскую клятву.

В 38 году Калигула принудил совершить самоубийство сначала Макрона, потом отца своей первой жены — Марка Юния Силана, а позже казнил Гемелла за якобы подозрительное отношение к цезарю (на одном из пиршеств Калигула утверждал, что от Гемелла пахло лекарством-противоядием). Через два года был казнён кузен Калигулы Птолемей, римский правитель Мавретании, из-за того, что он стал носить императорскую прерогативу — пурпурный плащ.

Согласно Светонию, он постоянно повторял и руководствовался выражением «Пусть ненавидят, лишь бы боялись» (лат. Oderint, dum metuant)[2].

В Риме Калигула начал строить акведуки Aqua Claudia и Anio Novus. Для улучшения снабжения зерном, из-за которого при Тиберии вспыхивали восстания, была улучшена гавань в Регии.

Внутренняя политика[править | править вики-текст]

Из-за пристрастности основных источников основным содержанием внутренней политики Калигулы обычно считают противостояние с сенатом. Однако в начале правления новый император относился к сенату очень умеренно, всячески подчёркивая своё уважение к сенаторам и стремление к сотрудничеству с ними[3]. Отсутствие авторитета нового императора сказалось на мягкости начала правления: ему, новичку в государственной жизни, приходилось проводить мягкую политику, нацеленную на завоевание популярности в сенате и народе[4].

В отличие от предшественников, Калигула был консулом почти каждый год — в 37, 39, 40 и 41 годах. Хотя это было отступлением от установленных Октавианом Августом неписаных традиций двоевластия (сосуществования и соправления императора и сената)[5], у Калигулы были основания так поступать. До занятия императорского трона он был частным человеком и занимал лишь мелкие государственные должности, поэтому его авторитет (лат. auctoritas) в политике был ничтожным. Регулярное отправление должности консула могло помочь ему повысить свой авторитет и заставить сенат забыть о его молодости и неопытности[4].

В начале правления Калигула отменил проведённый Октавианом Августом закон об оскорблении величия (лат. lex de maiestate; lex maiestatis), который Тиберий использовал для борьбы с реальными и мнимыми оппонентами. Новый император имел личные основания для отмены этого крайне непопулярного закона, поскольку его избирательное применение Тиберием привело к ссылке и, в дальнейшем, гибели матери и братьев Калигулы[6]. Была объявлена полная амнистия и реабилитация по всем делам об оскорблении величия, и всем, кто был осуждён и сослан из Рима, он разрешил вернуться в столицу. Калигула не стал преследовать доносчиков и свидетелей обвинения по этим делам, для чего публично сжёг на Форуме все документы, относящиеся к этим процессам (они хранились у Тиберия), а также поклялся, что не читал их. Впрочем, Дион Кассий пишет, что Калигула сохранил оригиналы и сжёг копии, и современные исследователи разделяют скепсис античного историка[7][8].

В 38 году Калигула вернул народу право выборов некоторых магистратов, которое Тиберий передал сенату (за народным собранием сохранились сугубо церемониальная функция формального утверждения сделанных назначений). Называются различные причины, которые могли подвигнуть Калигулу на возврат к республиканской системе выборов. Соревнование между претендентами на высокие должности могло задумываться императором как стимул для проведения кандидатами различных зрелищных мероприятий, что могло переложить часть нагрузки с казны на плечи частных лиц[7][9]. Впрочем, практическое значение этой меры было невелико, поскольку император сохранял за собой право выдвигать кандидатуры и поручаться за претендентов на должности. В результате, практика распределения мест, при которой все кандидаты в магистраты в нужном количестве утверждались заранее, была сохранена[10]. Возврат к традиционному порядку выборов не пользовался поддержкой сенаторов, которые привыкли управлять утверждением магистратов и потому саботировали реформу[10]. Народное голосование не прижилось в новых условиях, и уже в 40 году Калигула вернулся к системе утверждения магистратов в сенате[11]. Помимо отсутствия реальной конкуренции, Дион Кассий видит причиной провала этой реформы изменившуюся психологию римлян, которые отвыкли от настоящих выборов или никогда не участвовали в них, и потому не воспринимали их всерьёз:

« Но поскольку последние [граждане] стали довольно равнодушны к выполнению своих обязанностей, так как долгое время не участвовали в общественных делах, как подобает свободным людям, и поскольку государственных должностей домогалось, как правило, не больше соискателей, чем нужно было избрать (а если их оказывалось в каком-то случае больше этого числа, то они улаживали дело между собой), постольку сохранялась лишь видимость народовластия, на деле же его не было вовсе[12] »

В окончательной отмене выборов магистратов проявилась политическая гибкость императора, который не побоялся отменить провалившуюся реформу[4].

Калигула предпринял ещё несколько мер, касавшихся сената. Император закрепил традиционный порядок порядка высказываний при голосовании в сенате, изменённый Тиберием. Причины этой реформы неясны. Точка зрения Диона Кассия, который считает, что Калигула хотел отобрать у Марка Юния Силана право первого голоса, не пользуется поддержкой[13]. После этой реформы сам Калигула стал говорить в обсуждениях последним, и сенаторы больше не могли ограничиться простой поддержкой мнения императора. Среди последних высказывавшихся оказался и Клавдий, и Светоний считает такое положение следствием личной неприязни императора[3]. Калигула также заставил сенаторов давать ежегодную клятву. Цель этой меры неясна, и предполагается, что таким образом Калигула напоминал сенаторам о своём главенстве[14]. Частной мерой, призванной показать заботу нового императора о сенаторах, стало разрешение им брать с собой на цирковые зрелища подушечки, чтобы не сидеть на голых скамьях[3].

Либерализация внутренней политики в начале правления Калигулы затронула и другие сферы общественной жизни — как правило, он отменял репрессивные меры, принятые Тиберием. Сочинения Тита Лабиена, Кремуция Корда и Кассия Севера, запрещённые Тиберием, были не только разрешены, но и получили поддержку императора в распространении немногочисленных сохранившихся копий[15]. Калигуле приписывают идею запрета сочинений Вергилия и Тита Ливия, но это сообщение Светония может быть неверным, поскольку прямо противоречит разрешению сочинений Лабиена, Кремуция Корда и Кассия Севера[16]. Калигула разрешил деятельность гильдий (неполитических объединений римских граждан), которая была запрещена его предшественником. Впоследствии гильдии были вновь закрыты Тиберием[17]. Наконец, новый император вернул ещё одну деталь общественной жизни, отменённую Тиберием, вновь начав публиковать отчёты о состоянии империи и о ходе государственных дел. В этом случае Клавдий тоже вернулся в практике, принятой при Тиберии[18].

Экономическая политика[править | править вики-текст]

С лёгкой руки Светония утвердилось мнение о необычайной расточительности Калигулы, которая якобы привела к катастрофическому ухудшению финансового положения империи. Впрочем, в XX веке многие исследователи пересмотрели эту точку зрения. Прежде всего, источники ничего не пишут об острой нехватке денег в начале правления следующего императора Клавдия. Более того, последний устроил очень щедрые выплаты преторианцам, многократно превышающие аналогичные подачки Калигулы[19]. Ещё в январе 41 года велась чеканка монет из драгоценных металлов, что было бы невозможно при пустой, как утверждает Светоний, казне[19]. Наконец, Калигула добровольно возобновил публикацию отчётов о состоянии империи, по которым современники могли бы наглядно проследить ухудшение финансового положения империи[18].

Традиционно расточительного Калигулу противопоставляют скупому Тиберию, но именно на нового императора легла обязанность исполнять ряд невыплаченных долговых обязательств и продолжать законсервированные стройки своего экономного предшественника[20].

Калигула отменил введённый Октавианом Августом налог с продаж (centesima rerum venalium), который Тиберий снизил с 1% до 0,5%, но затем вернул полную ставку. По-видимому, отмену налога приветствовали богатые жители Италии[5][21]. Эта мера широко рекламировалась на новых монетах[21]. Допускается, что для пополнения казны Калигула казнил Птолемея, правителя Мавретании, что привело к присоединению его марионеточного государства к Римской империи[21].

Некоторая неясность сопровождает введение Калигулой новых налогов в 40 году, поскольку это противоречит чуть более ранней отмене налога с продаж[22]. Так описывает их введение Светоний:

« Налоги он собирал новые и небывалые — сначала через откупщиков, а затем, так как это было выгоднее, через преторианских центурионов и трибунов. Ни одна вещь, ни один человек не оставались без налога. За все съестное, что продавалось в городе, взималась твердая пошлина; со всякого судебного дела заранее взыскивалась сороковая часть спорной суммы, а кто отступался или договаривался без суда, тех наказывали; носильщики платили восьмую часть дневного заработка; проститутки — цену одного сношения; и к этой статье закона было прибавлено, что такому налогу подлежат и все, кто ранее занимался блудом или сводничеством, даже если они с тех пор вступили в законный брак. Налоги такого рода объявлены были устно, но не вывешены письменно, и по незнанию точных слов закона часто допускались нарушения; наконец, по требованию народа, Гай вывесил закон, но написал его так мелко и повесил в таком тесном месте, чтобы никто не мог списать[23] »

Для римлян эти нововведения были небывалыми, поскольку полноправные граждане не платили прямых налогов[24]. Действия императора представляются нелогичными, и их пытаются объяснить либо через осознание своего расточительства, либо путём критики источников: якобы Светоний серьёзно преувеличил масштаб охвата новых налогов. Не способствует уточнению содержания и размера новых мер отмена большинства из них Клавдием. Преемник Калигулы сохранил лишь налог на проституток[22]. Современные исследователи замечают, что упомянутые Светонием меры по увеличению количества налогов были новыми для Рима, но схожие налоги давно устоялись в Египте[25][26].

Некоторые мероприятия Калигулы привели к оживлению экономики. Так, масштабные строительные работы накачивали экономику деньгами и создавали новые рабочие места[18]. Трималхион из «Сатирикона» Петрония якобы разбогател в правление Калигулы, когда «вино ценилось наравне с золотом», что, по-видимому, имеет реальный прообраз в росте спроса на предметы роскоши[27]. Содействовали оживлению экономики и масштабные раздачи денег в начале правления нового императора[20].

Монетное дело при Калигуле претерпело несколько изменений. По-видимому, именно по его инициативе были закрыты мелкие монетные дворы в Испании. Главный монетный двор же был перемещён из Лугдунума в Рим, что увеличило влияние императора на чеканку. О ценности этого решения свидетельствует его сохранение преемниками[28]. По-видимому, наиболее активно монеты чеканились в самом начале правления Калигулы для обеспечения массовых раздач. Кроме того, по неким неясным причинам в 38 году не чеканились ни золотые, ни медные монеты, а в дальнейшем золотых и серебряных монет выпускалось сравнительно немного[24]. В целом, политика императора учитывала кризис 33 года, когда в Риме начался дефицит наличных денег, и принимаемые меры не допустили повторения этих событий[28]. Калигула попытался скорректировать сложную многометаллическую систему денежных единиц, утяжелив дупондий (монету в 2 асса), чтобы он сильнее отличался от асса, однако Клавдий отказался от этого эксперимента[28]. Поэт конца I века Стаций однажды использовал выражение «примерно за асс Гая» (plus minus asse Gaiano) в значении «очень дёшево», «за ломаный грош», но связь этой фразы с монетной политикой Калигулы неясна[29].

Несколькими нововведениями отмечен внешний вид монет. В частности, впервые была отчеканена монета со сценой обращения императора к войскам[30].

После убийства Калигулы новый император Клавдий приказал переплавить бронзовые монеты, отчеканенные Калигулой. Из свидетельства Стация можно предположить, что по крайней мере часть выпуска монет времён Калигулы оставалась в обращении. Тем не менее, монеты, отчеканенные при Калигуле, весьма редки в большинстве сохранившихся кладов. На мелких монетах Калигулы нередко ставили клеймо с инициалами Клавдия (TICA — Tiberius Claudius Augustus), которым забивались инициалы Калигулы, на других поверх профиля Калигулы выбивался портрет Клавдия, на третьих сбивались инициалы Калигулы, а на четвёртых портрет этого императора намеренно портился[31].

Кампании[править | править вики-текст]

Видимо, решив продолжить дело отца, Калигула, несмотря на то, что узнал о заговоре Гетулика, организовал германский поход. Накануне, в 39 году, для подкрепления был создан новый легион XV Primigenia, в конницу были добавлены союзные батавы, и уже осенью Калигула со своими сёстрами Юлией Агриппиной и Юлией Ливиллой, личной охраной и двумя легионами пересёк Альпы и достиг Среднего Рейна, где близ современного Висбадена были начаты военные действия. Зимой 39/40 года был построен форт, получивший название Преторий Агриппины (ныне Валькенбург). Чуть позже Калигула во время своей поездки в Лугдун посетил военную базу Фекцион (Вехтен); личное присутствие его там доказано обнаружением вина из императорских погребов. Предположительно, в это время Калигула использовал неофициальные титулы Castorum Filius («Сын лагеря») и Pater Exercituum («Отец войска»).

На Нижнем Рейне был построен новый форт, Лауриум, который Калигула использовал для похода против хавков, во время которого военачальник Публий Габиний Секунд смог отвоевать штандарт одного из легионов, разгромленных в Тевтобургском Лесу. В том же году было взято в плен несколько хаттов и учреждена новая боевая награда — corona exploratoria. Тем не менее первоисточники говорят, что быстротечная кампания на восточном берегу Рейна привела к пату. В 40 году в Нижней Германии была начата постройка длинной цепи лимеса, продолженная в 47 году Корбулоном.

В феврале-марте 40 года Калигула стал готовиться к походу в Британию. По различным оценкам, было собрано от 200 до 250 тыс. солдат. Однако войска, достигнув побережья Ла-Манша, встали, осадные и метательные машины были установлены вдоль берега — распорядившись отдать боевой сигнал, Калигула почему-то приказал легионерам собирать в свои шлемы и туники раковины и ракушки, как «дар океана». Однако эта версия оспаривается, так как слово concha, которое Калигула использовал в приказе собирать ракушки, обозначало также небольшие лёгкие суда, из чего предполагается, что:

  • войска должны были приготовиться к переправе (из чего, в свою очередь, выводится, что осадные и метательные машины, расставленные вдоль берега, были на самом деле корабельными);
  • надо было сражаться с судами бриттов. Косвенно версию укрепляют утверждением Светония (Cal., 47).

Как бы то ни было, кампания приостановилась и была проведена уже Клавдием. Однако у двора Калигулы нашёл прибежище Админ, сын вождя катувеллаунов Кунобелина, изгнанный из Британии за свои проримские взгляды. Калигула тем временем в свойственной ему манере за неудавшийся заговор казнил Гетулика и своего шурина Марка Эмилия Лепида, а двух своих выживших сестёр отправил в ссылку. Однако с Друзиллой он сохранял самые тёплые отношения, требовал для неё божеских почестей и якобы даже совершил с ней инцест. Смерть Друзиллы 10 июня 38 года была для Гая большой трагедией. Он сочинил некролог, который читал Лепид, и удалился на свою виллу в Альбе, а потом — в Кампанию и Сицилию, отпустив волосы и бороду в знак траура (лат. iustitium). По завершении траура начались приготовления к празднованию годовщины первого консульства Калигулы.

На Востоке, будучи связанным дружескими узами с царями клиентских эллинистических государств, Калигула вернулся к форме непрямого управления. На Балканах, в Малой Азии, Сирии и Палестине для его друзей были созданы эфемерные марионеточные государства. Ирод Агриппа, внук Ирода Великого, получил титул царя и две старые иудейские тетрархии.

Изображение Калигулы на монете

Во Фракии Октавиан Август разделил власть между братьями Котисом и Рескупоридом, но после попытки последнего захватить единоличную власть отстранил его и разделил власть между сыновьями двух правителей. Трое детей Котиса — Реметалк III, Полемон и Котис II — были отправлены в Рим, а вместо них южной Фракией управлял ставленник Тиберия Тит Требеллиен Руф. В столице с детьми Котиса подружился будущий император. В 38 году он даровал Реметалку Фракию, где недавно умер сын Рескупорида, Полемону — Понт и Боспор, а Котис получил Малую Армению[32]. Коммагену, которую Тиберий сделал провинцией, Калигула передал Антиоху IV вместе с частью Киликии[33][34]. Назначения не были случайными, поскольку они были родственниками прежних правителей этих земель[35]. Помимо самих прав на трон, новые правители получали щедрую финансовую поддержку Калигулы — например, Антиох IV получил 100 миллионов сестерциев. Эта сумма наверняка завышена, но, скорее всего, основана на реальном факте выплаты новому правителю единовременного пособия[36]. Впоследствии противники Калигулы обвиняли его восточных друзей в том, что именно они ответственны за деспотичные действия императора, однако это наверняка не так[37]. Назначения Калигулы отчасти продолжали политику Августа — использовать зависимых правителей там, где их приустствие оправдано[38]. В то же время, они вступали в противоречние с тенденцией преобразования зависимых территорий в провинций (Коммагена при Тиберии, Ликия и Родос при Клавдии)[35].

В начале 37 года наместник Сирии Вителлий направлялся на юг, чтобы помочь тетрарху Галилеи и Переи Ироду Антипе вторгнуться в Набатейское царство. В Иерусалиме Вителлий узнал о смерти Тиберия и остановился, ожидая указаний от нового императора. Калигула же занял противоположную позицию по отношению к набатеям и всячески поддерживал их правителя Арету IV[en][39][40]. Причиной такого тёплого отношения, вероятно, была помощь, которую Арета оказывал отцу Калигулы. Свою сыграла и неприязнь к Ироду Антипе, вызванная дружбой императора с претендовавшим на власть в Иудее Иродом Агриппой[41].

Около 40 года Калигула казнил приглашённого в Лугдунум правителя Мавретании Птолемея и присоединил к Римской империи его владения (по другой версии, присоединение оформил уже Клавдий[42]). Причины казни Птолемея, приходившегося Калигуле дальним родственником[комм. 1], неясны[43], особенно после тёплого приёма[44]. Дион Кассий называет поводом для убийства богатство этого правителя[45], но другие подтверждения его состоятельности отсутствуют, а другим зависимым правителям Калигула, напротив, предпочитал дарить деньги, а не отбирать[43]. Тем не менее, предпочтение обычно отдаётся именно этой версии[21]. Другую версию сохранил Светоний: якобы император решил казнить Птолемея из-за того, что он появился на боях гладиаторов в очень красивом пурпурном плаще[44]. Пытаясь найти рациональное зерно в этом сообщении, Джон Болсдон предположил, что Калигула мог запретить зависимым правителям носить пурпурную одежду, подчёркивавшую царское достоинство, в присутствии римского императора. Если это действительно было так, то Калигула отказался от либерального отношения Тиберия к этому вопросу и вернулся к жёсткой линии, проводившейся Октавианом Августом[43]. Третья версия также связывается с «безумием» императора и заключается в желании Калигулы занять место верховного жреца культа Исиды[21]. Наконец, Калигула мог опасаться своего дальнего родственника Птолемея как опасного соперника. В поддержку этой версии приводится связь одного из предводителей заговора против императора Гнея Корнелия Лентула Гетулика с мавретанским правителем — его отец был проконсулом Африки и завёл там дружбу с царём Юбой II, отцом Птолемея[42].

Причины присоединения Мавретании, в отличие от казни Птолемея, исключительно рациональные. Прежде всего, это необходимость защиты римской Африки с запада, с чем не справлялся Птолемей[46][47]. В римскую эпоху Африка было много плодородных земель, и она была для Рима важным поставщиком зерна[48]. Кроме того, ещё Октавиан Август основал на западе средиземноморского побережья Африки 12 римских колоний, которые формально не были частью Мавретании, но при этом не были организованы в отдельную провинцию и управлялись из Испании (Бетики)[46][49]. Таким образом, присоединение Мавретании характеризуется как вполне здравый шаг[46]. Впрочем, вскоре в Мавретании началось антиримское восстание, возглавляемое Эдемоном. Сэм Уилкинсон подчёркивает, что причины восстания известны недостаточно хорошо, и потому может быть ошибочной его связь с казнью Птолемея, непопулярного в некоторых частях своего государства[47]. Допускается, что именно Калигуле принадлежит идея деления Мавретании на две провинции — Мавретанию Цезарейскую и Мавретанию Тингитанскую, хотя Дион Кассий приписывает эту инициативу Клавдию[50]. Трудности в организации провинций в период восстания заставляют прислушаться именно к свидетельству Диона Кассия[51].

В соседней с Мавретанией провинции Африка Проконсульская к началу правления Калигулы был расквартирован один легион, управление которым осуществлял проконсул. Новый император передал командование своему легату, тем самым лишив сенат контроля за последним легионом[5][50]. В период правления Калигулы в сословии римских всадников появляется первый выходец из Африки[11]. Во многом именно благодаря действиям Калигулы в римской Африке были заложены предпосылки для пришедшегося на II век расцвета[52].

Сразу же после прихода к власти Калигула пересмотрел отношения с Парфией — единственным влиятельным соседом Римской империи и соперником в борьбе за влияние на Ближнем Востоке. Парфянский царь Артабан III враждебно относился к Тиберию и готовил вторжение в римскую провинцию Сирия, но усилиями её наместника Вителлия был достигнут мир[53]. По свидетельству Светония, Артабан продемонстрировал уважение к Калигуле, когда «воз­дал поче­с­ти рим­ским орлам, знач­кам леги­о­ном и изоб­ра­же­ни­ям Цеза­рей»[54]. Своего сына Дария VIII он отдал заложником в Рим. Возможно, в результате переговоров между Римом и Парфией Калигула отошёл от проводимой Августом и Тиберием политики и добровольно ослабил римское влияние в спорной Армении. Для этого он отозвал правившего там Митридата, назначенного Тиберием, заключил его в тюрьму и не стал посылать ему замену[55][56]. Впрочем, потепление римско-парфянских отношений не в последнюю очередь было вызвано междоусобицами в Парфии[57].

Свидетельства источников о деятельности Калигулы по руководству провинциями и зависимыми государствами представлены негативными отзывами Иосифа Флавия, Сенеки и Филона о плохом состоянии провинций после смерти императора. При этом данные Сенеки, полагает Джон Болсдон[en], крайне предвзяты из-за стремления автора угодить новому императору Клавдию, а информация Иосифа Флавия и Филона относится лишь к Иудее и части Египта — Александрии[58]. Критическое отношение к источникам по этому вопросу разделяется не всеми исследователями. В результате, оценки провинциальной политики Калигулы варьируются от отрицательных, акцентирующих внимание на непоследовательности и неудачах императора[34], до положительных, признающих его компетентность в руководстве империей[59]. Диаметрально различаются и оценки отдельных эпизодов его управления провинциями и зависимыми государствами. Так, Ховард Скаллард видит в осложнении ситуации в Иудее проявление безрассудства императора[34], а Сэм Уилкинсон полагает, что на общем фоне бурной истории Иудеи в I веке до н. э. правление Ирода Агриппы можно считать относительно спокойным периодом[40]. Большинство исследователей, однако, сходятся в признании просчётов в отношениях с Мавретанией, которые привели к восстанию[40][34][60]. Кадровые назначения Калигулы на Востоке обычно признаются удачными[33]. Серьёзным отличием Калигулы от предшественников стало открытие сословия всадников для провинциалов. Впоследствии политика вовлечения провинциальных элит в римское общество продолжилась[11].

Во внешней политике Калигула добился прочного мира с Парфией и укрепил положение в отдалённых регионах назначением лояльных правителей. Эти действия дали Римской империи возможность готовиться к наступательной политике на севере. Подтверждением разумного характера его внешней политики служит её продолжение последующими императорами[40]. Не были отменены назначения дружественных правителей[комм. 2], присоединение Киликии к Коммагене и возможная реорганизация Мавретании[40], а Клавдий реализовал на практике готовившееся Калигулой вторжение в Британию[61]

Заговоры и убийство[править | править вики-текст]

Помимо неудавшегося заговора Гетулика и Лепида, против Калигулы были составлены заговоры Макрона и Гемелла, Секста Папиния и Аниция Цериала и Бетилиена Басса и Бетилиена Капитона, но они тоже были раскрыты. Оппозицию Калигуле составляли также философы Юлий Кан и Юлий Грецин.

Калигуле стало совершенно ясно, что оппозиция сената принципиальна, и он не делал больше попыток с ней примириться. После раскрытия заговора, говорят, он перед сенатом ударил по своему мечу и воскликнул: «Я приду, приду, и он со мной вместе». Из-за всего этого вольноотпущенник Калигулы Протоген стал носить рядом с ним две книжки, называвшиеся «Меч» и «Кинжал», куда были занесены подлежащие казни.

Несмотря на это, к новой попытке прибегли Кассий Херея, Анний Винициан и сенаторы Публий Ноний Аспренат и Луций Норбан Бальб. Дата убийства была назначена на Палатинские игры, 24 января 41 года. Наиболее сильно заговорщики опасались одного из телохранителей Калигулы — сильного и брутального германца, а также того, что во время игр Калигула мог отправиться в Александрию. Однако Гай появился на церемониях и утром вошёл в забитый людьми театр, где давали пьесы Катулла.

Поскольку Калигула имел обычай в середине дня отправляться в баню и на второй завтрак, заговорщики планировали напасть на него в одном из узких подземных переходов. Однако Гай в этот день решил остаться. Винициан решил предупредить Херею, что момент упущен, но Гай придержал его за край тоги, спросив дружеским тоном, куда он идёт, и Винициан сел. Аспренат, не выдержав, стал советовать ему покинуть театр. Когда наконец Гай со своей свитой стал выходить, дядя Калигулы, Клавдий, Марк Виниций и Валерий Азиатик приготовились.

Калигула шёл со своим другом Павлом Аррунцием и вдруг решил срезать путь к баням. По дороге Гай остановился, чтобы поговорить с молодёжью, и за это время заговорщики успели переместиться. Херея спросил у него традиционный вульгарный пароль, которым Гай подтрунивал над ним, и услышал обычный язвительный ответ, что было условным сигналом (по другой версии Гай сказал «Юпитер», на что Херея бросил «accipe ratum» — «получай своё»). Гай получил несильный удар между шеей и плечами и попытался бежать, но один из заговорщиков, Сабин, нанёс ему второй. Заговорщики окружили Гая, и Херея крикнул Сабину формулу, традиционно использовавшуюся при жертвоприношении — «делай это» (лат. hoc age), после чего Сабин нанёс очередной удар в грудь. После того, как один из кинжалов попал в челюсть, Калигуле нанесли ещё ряд ударов.

По свидетельству Светония, последними словами Калигулы были «Я жив ещё», заговорщики же, добивая императора, нанесли ему около тридцати ударов, подбадривая друг друга криком: «Бей ещё!» Вместе с Калигулой были убиты его четвёртая жена Цезония и его единственная одиннадцатимесячная дочь Юлия Друзилла (названная в честь умершей сестры императора).

Позднее Агриппа перенёс тело Гая в Ламиевы сады — императорскую собственность на Эсквилине, за пределами Рима, где труп был кремирован, а прах был помещён во временную могилу. Говорили, что призрак Калигулы бродил какое-то время по Ламиевым садам, пока тело не было надлежащим образом захоронено. В 2011 году итальянская полиция заявила[62], что нелегальные археологи обнаружили и расхитили гробницу Калигулы у озера Неми.

Изображение Нерона Клавдия Друза на монете

Калигула в современном искусстве[править | править вики-текст]

См. также[править | править вики-текст]

Комментарии[править | править вики-текст]

  1. Птолемей был внуком Марка Антония и Клеопатры, Калигула — правнуком Марка Антония от другого его брака.
  2. Только Полемон лишился своих владений в Боспоре, которые Клавдий передал Митридату.

Примечания[править | править вики-текст]

  1. Гай Светоний Транквилл. Гай Калигула. Примечания.
  2. Гай Светоний Транквилл. Гай Калигула, 30 // Жизнь двенадцати цезарей. — М.: «Наука», 1964. — С. 116. — 376 с. — (Литературные памятники). — 50 000 экз.
  3. 1 2 3 Баррет, 1999, с. 394.
  4. 1 2 3 Wilkinson, 2005, p. 30.
  5. 1 2 3 Scullard, 2010, p. 239.
  6. Баррет, 1999, с. 132—133.
  7. 1 2 Cambridge Ancient History, vol. 9, 2008, p. 222.
  8. Баррет, 1999, с. 133.
  9. Wilkinson, 2005, p. 24.
  10. 1 2 Баррет, 1999, с. 390.
  11. 1 2 3 Wilkinson, 2005, p. 23.
  12. (Dio Cass. LIX, 20) Дион Кассий, LIX, 20. Пер. Н.А. Касаткиной, А.В. Махлаюка, Е.А. Молева, С.К. Сизова; цит. по: Из истории античного общества. — Вып. 6. — Н. Н., 1999. — С. 210.
  13. Wilkinson, 2005, p. 25-26.
  14. Wilkinson, 2005, p. 25.
  15. Баррет, 1999, с. 134—135.
  16. Wilkinson, 2005, p. 29.
  17. Wilkinson, 2005, p. 26.
  18. 1 2 3 Wilkinson, 2005, p. 22.
  19. 1 2 Wilkinson, 2005, p. 11.
  20. 1 2 Баррет, 1999, с. 381.
  21. 1 2 3 4 5 Cambridge Ancient History, vol. 9, 2008, p. 227.
  22. 1 2 Wilkinson, 2005, p. 13-14.
  23. (Suet. Calig. 40-41) Светоний. Калигула, 40-41. Пер. М.Л. Гаспарова.
  24. 1 2 Баррет, 1999, с. 382.
  25. McGinn T. A. J. Prostitution, Sexuality, and the Law in Ancient Rome. — Oxford: Oxford University Press, 2003. — P. 249.
  26. Bagnall R. S. Hellenistic and Roman Egypt: Sources and Approaches. —Ashgate Publishing, 2006. — P. 110.
  27. Баррет, 1999, с. 381—382.
  28. 1 2 3 Wilkinson, 2005, p. 14.
  29. Баррет, 1999, с. 311—312.
  30. Wilkinson, 2005, p. 12.
  31. Баррет, 1999, с. 311—313.
  32. Balsdon, 1977, p. 200—201.
  33. 1 2 Cambridge Ancient History, vol. 9, 2008, p. 670.
  34. 1 2 3 4 Scullard, 2010, p. 240.
  35. 1 2 Cambridge Ancient History, vol. 9, 2008, p. 671.
  36. Wilkinson, 2005, p. 36-37.
  37. Cambridge Ancient History, vol. 9, 2008, p. 223.
  38. Wilkinson, 2005, p. 37.
  39. Balsdon, 1977, p. 197.
  40. 1 2 3 4 5 Wilkinson, 2005, p. 62.
  41. Balsdon, 1977, p. 197—198.
  42. 1 2 Cambridge Ancient History, vol. 9, 2008, p. 597.
  43. 1 2 3 Balsdon, 1977, p. 192—193.
  44. 1 2 (Suet. Calig. 35) Светоний. Калигула, 35.
  45. (Dio Cass. LIX, 25) Дион Кассий, LIX, 25.
  46. 1 2 3 Balsdon, 1977, p. 193.
  47. 1 2 Wilkinson, 2005, p. 35-36.
  48. Cambridge Ancient History, vol. 9, 2008, p. 586.
  49. Cambridge Ancient History, vol. 9, 2008, p. 350.
  50. 1 2 Wilkinson, 2005, p. 34-35.
  51. Cambridge Ancient History, vol. 9, 2008, p. 598.
  52. Balsdon, 1977, p. 194.
  53. Wilkinson, 2005, p. 31.
  54. (Suet. Calig. 14) Светоний. Калигула, 14.
  55. Wilkinson, 2005, p. 33.
  56. Balsdon, 1977, p. 199.
  57. Balsdon, 1977, p. 198.
  58. Balsdon, 1977, p. 191—192.
  59. Wilkinson, 2005, p. 63.
  60. Balsdon, 1977, p. 192.
  61. Wilkinson, 2005, p. 49.
  62. Caligula's tomb found after police arrest man trying to smuggle statue | World news | The Guardian. Проверено 19 февраля 2013. Архивировано из первоисточника 25 февраля 2013.
  63. Безумные римские императоры

Ссылки[править | править вики-текст]

Первоисточники[править | править вики-текст]

Литература[править | править вики-текст]

монографии
  • Баррет Э. Калигула. — М.: ТЕРРА—Книжный клуб, 1999. — 432 с.
  • Игорь Князький. Калигула. — М.: Молодая гвардия, 2009. — 272 с. — (Жизнь замечательных людей). — 5000 экз. — ISBN 978-5-235-03193-7.
  • Даниель Нони. Калигула. — Ростов-на-Дону: Феникс, 1998. — 352 с. — (След в истории). — 5000 экз. — ISBN 5-222-00700-6.
  • Ф. Ф. Зелинский «Римская империя»
  • Albert Camus. «Калигула» (фр. Caligula) (1945)
  • Balsdon J. P. V. D. The Emperor Gaius (Caligula). — Westport: Greenwood Press, 1977. — 243 p.
  • Cambridge Ancient History. — 2nd Ed. — Cambridge: Cambridge University Press, 2008. — Vol. 9. — 1159 p.
  • Scullard H. H. From the Gracchi to Nero: A History of Rome from 133 BC to AD 68. — London: Routledge, 2010. — 410 p.
  • Wilkinson S. Caligula. — London; New York: Routledge, 2005. — 110 p.
Статьи