Норманская теория

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
(перенаправлено с «Норманизм»)
Перейти к навигации Перейти к поиску
Походы викингов

Норма́нская тео́рия (нормани́зм) — направление в историографии, развивающее концепцию того, что народ-племя русь происходит из Скандинавии периода экспансии викингов, которых в Западной Европе называли норманнами.

Сторонники норманизма относят норманнов (варягов скандинавского происхождения) к основателям первых государств восточных славян: Новгородской, а затем Киевской Руси. Фактически это следование историографической концепции Повести временных лет (начало XII века), дополненное идентификацией летописных варягов как говорящих на северогерманских языках, в том числе, скандинавов-норманнов. Вокруг этнической принадлежности варягов разгорелись основные споры, временами усиливаемые политической идеологизацией.

В российской и советской историографии норманизму противопоставляется антинорманизм, при этом обе концепции как отдельные и противостоящие друг другу существуют только в постсоветских странах.[1][2][3][4][5].

Сущность норманнской теории[править | править код]

Понятия норманнская теория, норманизм являются достаточно неоднозначными. Они могут означать лишь то, что упоминаемые летописью варяги — это норманны. Советская историография, а до нее славянофильское течение российской исторической науки приписывали норманнской теории следующие положения [6]:

  1. Приход норманнов на древнюю восточнославянскую территорию
  2. Основание норманнами киевской княжеской династии
  3. Норманнское происхождение названия «Русь»
  4. Влияние норманнов на восточнославянскую культуру
  5. Норманны как создатели первого восточнославянского государства
  6. Расовое превосходство норманнов как причина их успехов
  7. Политическое влияние на современную ситуацию: германцам суждено повелевать, славянам — подчиняться

Аргументы норманистов[править | править код]

Древнерусские летописи[править | править код]

В 862 г. для прекращения междоусобиц племена восточных славян (кривичи и ильменские словене) и финно-угров (весь и чудь) обратились к варягам-русь с предложением занять княжеский престол (см. статью Призвание варягов, Русь (народ) и Рюрик). Откуда призвали варягов, летописи не сообщают. Можно примерно локализовать местожительство Руси на побережье Балтийского моря («из-за моря», «путь к варягам по Двине»). Кроме того, варяги-русь ставятся в один ряд со скандинавскими народами: шведами, норманнами (норвежцами), англами (датчанами) и готами (жители о. Готланд — совр. шведы):

И сказали себе словене: «Поищем себе князя, который бы владел нами и судил по праву». И пошли за море к варягам, к руси. Те варяги назывались русью, как другие называются шведы, а иные норманны и англы, а ещё иные готландцы, — вот так и эти.

[7][8]

Летописи оставили в древнерусской транскрипции список имён варягов-руси (до 944 года), большинство отчётливой древнегерманской или скандинавской[9] этимологии. В летописи упоминаются следующие князья и послы в Византию в 912 году: Рюрик (Rorik), Аскольд, Дир, Олег (Helgi), Игорь (Ingwar), Карлы, Инегелд, Фарлаф, Веремуд, Рулав, Гуды, Руалд, Карн, Фрелав, Руар, Актеву, Труан, Лидул, Фост, Стемид. Имена князя Игоря и его жены Ольги в греческой транскрипции по синхронным византийским источникам (сочинениям Константина Багрянородного) фонетически близко стоят к скандинавскому звучанию (Ингор, Хелга).

Первые имена со славянскими или иными корнями появляются лишь в списке договора 944 года, хотя вожди западно-славянских племён с начала IX века известны под отчётливо славянскими именами.

Письменные свидетельства современников[править | править код]

Письменные свидетельства современников о руси перечислены в статье Русь (народ). Западноевропейские и византийские авторы IX—X веков идентифицируют русь как шведов[10], норманнов[11] или франков[12]. За редким исключением арабо-персидские авторы описывают русов отдельно от славян, помещая первых вблизи или среди славян[13].

Важнейшим аргументом норманнской теории является сочинение византийского императора Константина VII Багрянородного «Об управлении империей» (949 г.), где приводятся названия днепровских порогов на двух языках: росском и славянском, и толкование названий на греческом.

Таблица названий порогов:[14][15]

Славянское
название
Перевод
на греческий
Славянская
этимология
Росское
название
Скандинавская
этимология
Название в XIX веке
Не спи Ἐσσουπῆ 1. Не съпи
2. Уступы
др.-шв. stupi
‘водопаду (дат.п.)’
Старо-Кайдацкий
Островок порога Ὀστροβουνιπράχ Островьныи прагъ Οὐλβορσί др.-шв. holmforsi
‘островному порогу (дат.п.)’
Лоханский и Сурский пороги
Шум порога Γελανδρί др.-шв. gællandi
‘громкий, звенящий’
Звонец, в 5 км от Лоханского
Гнездовье пеликанов Νεασήτ Неѩсыть (пеликан) Ἀειφόρ др.-шв. æidfors
‘водопад на волоке’
Ненасытецкий
Большая заводь Βουλνιπράχ Вълньныи прагъ Βαρουφόρος др.-исл. barufors
‘порог с волнами’
Волнисский
Кипение воды Βερούτζη Вьручии
(кипящий)
Λεάντι др.-шв. le(i)andi
‘смеющийся’
Не локализован
Малый порог Ναπρεζή 1. На стрьзи (на стрежне)
2. Порожьнии, напрасьныи
Στρούκουν др.-исл. strukum
‘узкой части русла реки (дат.п.)’
Лишний или Вольный

При этом Константин сообщает, что славяне являются «данниками» (пактиотами — от греч. πάκτα «налог», «подать») росов. Этим же термином характеризуются сами же росские крепости, в которых жили росы.

Археологические свидетельства[править | править код]

Арабский путешественник Ибн Фадлан в деталях описал обряд захоронения знатного руса сжиганием в ладье с последующим возведением кургана. Данное событие относится к 922 году, когда согласно древнерусским летописям русы ещё разделялись от подвластных им славян. Могилы такого типа обнаружены под Ладогой и более поздние в Гнёздове.[16] Способ захоронения вероятно возник в среде выходцев из Швеции на Аландских островах и позднее с началом эпохи викингов распространился на Швецию, Норвегию, побережье Финляндии и проник на территорию будущей Киевской Руси.[17]

Предметы скандинавского происхождения найдены на всех торгово-ремесленных поселениях (Ладога, Тимерево, Гнездово, Шестовица и др.) и ранних городах (Новгород, Псков, Киев, Чернигов). Более 1200 скандинавских предметов вооружения, украшений, амулетов и предметов быта, а также орудий труда и инструментов VIII—XI вв. происходит примерно из 70 археологических памятников Древней Руси. Известно так же около 100 находок граффити в виде отдельных рунических знаков и надписей.[18]

В 2008 году на Земляном городище Старой Ладоги археологами обнаружены предметы эпохи первых Рюриковичей с изображением сокола, возможно позднее ставшее символическим трезубцем — гербом Рюриковичей.[19] Похожее изображение сокола отчеканено на английских монетах датского конунга Анлафа Гутфритссона (939—941 гг.).

При археологических исследованиях слоев IX—X веков в Рюриковом городище обнаружено значительное количество находок военного снаряжения и одежды викингов, обнаружены предметы скандинавского типа (железные гривны с молоточками Тора, бронзовые подвески с руническими надписями, серебряная фигурка валькирии и др.)[20], что свидетельствует о присутствии выходцев из Скандинавии в Новгородских землях во времена зарождения русской государственности.

Лингвистические свидетельства[править | править код]

Целый ряд слов древнерусского языка имеет доказанное древнескандинавское происхождение. Существенно, что проникали не только слова торговой лексики, но и морские термины, слова бытовые и термины власти и управления, собственные имена. Так, были заимствованы имена Глеб, Игорь, Ингварь, Олег, Ольга, Рогволод, Рогнеда, Рюрик, слова[21]: варяги, колбяги, гриди, тиун, вира, стяг, пуд, якорь, ябедник (старое значение - чиновник), кнут, голбец и другие.

Академик Зализняк считает, что современный научный консенсус скорее всего говорит о том, что вне зависимости от того, как было образовано слово «русь», вначале оно обозначало только норманнов и пришло в русский язык из древнескандинавского языка, а затем постепенно с норманнской элиты стало «скользить» на весь славянский народ.[22]

История теории[править | править код]

Иван Васильевич часто хвастал, что предки его не русские, как бы гнушаясь своим происхождением от русской крови. Это видно из слов его, сказанных одному англичанину — золотых его дел мастеру. Отдавая слитки для приготовления посуды, царь велел ему хорошенько смотреть за весом. «Русские мои все воры, — сказал он. — <...> Я не русский, предки мои германцы».

Впервые тезис о происхождении варягов из Швеции выдвинул король Юхан III в дипломатической переписке с Иваном Грозным.[24][25]. Развить эту мысль попытался в 1615 году шведский дипломат Пётр Петрей де Ерлезунда в своей книге «Regin Muschowitici Sciographia». Его почин поддержал в 1671 году королевский историограф Юхан Видекинд в «Thet svenska i Ryssland tijo åhrs krijgs historie». По мнению В. Меркулова, большое влияние на последующих норманистов оказала «История шведского государства» Олафа Далина[25].

Широкую известность в России норманнская теория получила в 1-й половине XVIII века благодаря деятельности немецких историков в Российской Академии наук Готлиба Зигфрида Байера (1694—1738), позднее Герарда Фридриха Миллера, Штрубе-де-Пирмонта и Августа Людвига Шлёцера.

Против норманнской теории, усмотрев в ней тезис об отсталости славян и их неготовности к образованию государства[26], активно выступил М. В. Ломоносов, предложив иную, не скандинавскую идентификацию варягов, отчасти совпавшую с неизвестными ему взглядами Ивана Грозного. Ломоносов, в частности, утверждал, что Рюрик был родом из полабских славян, которые имели династические связи с князьями ильменских словен (этим и было обусловлено его приглашение на княжение). Один из первых русских историков середины XVIII века В. Н. Татищев, исследовав «варяжский вопрос», не пришёл к определённому выводу относительно этнической принадлежности призванных на Русь варягов, но предпринял попытку объединения противоположных воззрений. По его мнению, основанному на «Иоакимовской летописи», варяг Рюрик происходил от норманнского князя, правящего в Финляндии, и дочери славянского старейшины Гостомысла.

Норманнскую версию принял Н. М. Карамзин. В свою очередь, под влиянием трудов Эверса[27] С. М. Соловьев, признавая происхождение первых князей и дружины норманнскими, в целом оценивал их влияние как незначительное. Двумя наиболее видными представителями антинорманистского направления были С. А. Гедеонов и Д. И. Иловайский. Первый считал русов балтийскими славянами — ободритами, второй, наоборот, подчёркивал их южное происхождение.

Советская историография, после некоторого перерыва в первые годы после революции, вернулась к норманнской проблеме на государственном уровне. Основным аргументом был признан тезис одного из основоположников марксизма Фридриха Энгельса о том, что государство не может быть навязано извне, дополненный официально пропагандируемой в то время псевдонаучной автохтонистской теорией лингвиста Н. Я. Марра, отрицавшей миграции и объясняющей эволюцию языка и этногенез с классовой точки зрения. Идеологической установкой для советских историков стало доказательство тезиса о славянской этнической принадлежности племени «русь». Характерные выдержки из публичной лекции доктора исторических наук Мавродина, прочитанной в 1949 году, отражают состояние дел в советской историографии сталинского периода:

Естественно, что «учёные» прислужники мирового капитала стремятся во что бы то ни стало опорочить, очернить историческое прошлое русского народа, принизить значение русской культуры на всех этапах её развития. Они же «отказывают» русскому народу в инициативе создания своего государства.[…]
Этих примеров вполне достаточно, чтобы прийти к выводу о том, что тысячелетней давности предание о «призвании варягов» Рюрика, Синеуса и Трувора «из-за моря», которое давным давно следовало сдать в архив вместе с преданием об Адаме, Еве и змие-искусителе, всемирном потопе, Ное и его сыновьях, возрождается зарубежными буржуазными историками для того, чтобы послужить орудием в борьбе реакционных кругов с нашим мировоззрением, нашей идеологией.[…]
Советская историческая наука, следуя указаниям Маркса, Энгельса, Ленина, Сталина, положив в основу замечания товарищей Сталина, Кирова и Жданова на «Конспект учебника по Истории СССР», разработала теорию о дофеодальном периоде, как периоде зарождения феодализма, и о варварском государстве, возникающем в это время, и приложила эту теорию к конкретным материалам истории русского государства. Таким образом уже в теоретических построениях основоположников марксизма-ленинизма нет и не может быть места норманнам как создателям государства среди «диких» восточно-славянских племён.

[28]

Историк и археолог Б. А. Рыбаков многие годы представлял советский антинорманизм. С 1940-х годов он отождествлял русов и славян, помещая первое древнеславянское государство, предшественника Киевской Руси, в лесостепь Среднего Поднепровья.

В 1960-е годы «норманисты» вернули позиции, признавая существование славянского протогосударства во главе с русью до прихода Рюрика. И. Л. Тихонов называет одну из причин, почему в 1960-е годы многие становились норманистами:

…отход от научного официоза воспринимался и как своего рода «научное диссидентство», фронда, а это не могло не привлекать молодых людей, политическое диссидентство которых ограничивалось чтением Гумилева и Бродского, распеванием песен Галича, да анекдотами про Брежнева […] Некоторая оппозиционность вполне устраивала нас и создавала некий ореол вокруг участников «Варяжского семинара»

[29]

Предметом дискуссии стала локализация объединения русов с каганом во главе, получившего условное название Русский каганат. Востоковед А. П. Новосельцев склонялся к северному расположению Русского каганата, в то время как археологи (М. И. Артамонов, В. В. Седов) помещали каганат на юге, в районе от Среднего Поднепровья до Дона. Не отрицая влияния норманнов на севере, они всё же выводят этноним Русь из иранских корней[30][31][32]

Е. А. Мельниковой и В. Я. Петрухиным была создана концепция возникновения Древнерусского государства, раскрывающая важную роль хазаро-скандинавских торговых дружин в катализации социального расслоения и развития общества восточнославянских и финских народов. Данная концепция, признавая правящий Русский род скандинавами, отличается от классического норманизма умеренностью в оценке роли скандинавов и хазар и комплексным рассмотрением имеющихся археологических, лингвистических и письменных источников. Можно сказать, что скандинавы и хазары целиком «реализовали» себя в ранней русской истории, приняв участие в том этнокультурном синтезе, который привел к становлению Русского государства и культуры. Изучение исторических основ этого синтеза — задача, актуальная для понимания не только прошлого России[33]. Призвание Рюрика на княжение рассматривается как фольклорное отражение договорных отношений (древнерусский термин «ряд») между племенной знатью восточных славян и финнов с одной стороны и варяжской дружиной во главе с князем — с другой стороны[34][35][36][37][38][39].

Примечания[править | править код]

  1. Антинорманизм в сборнике РИО. // Клейн Л. С. Спор о варягах. — СПб.: Евразия, 2009.
  2. Elena Melnikova. The Varangian problem. In Raymond Taras. Russia’s Identity in International Relations: Images, Perceptions, Misperceptions. Routledge, 2012
  3. Véronique Gazeau and Alexandre Musin Normannism and Anti-Normannism Wednesday, 24 March 2010 (недоступная ссылка)
  4. Белоусова. Роковое золото. //Совершенно секретно
  5. Katie Lane HST 499 Spring 2005 VIKINGS IN THE EAST: SCANDINAVIAN INFLUENCE IN KIEVAN RUS
  6. Л. С. Клейн. НОРМАНИЗМ — АНТИНОРМАНИЗМ: КОНЕЦ ДИСКУССИИ
  7. «Повесть временных лет»
  8. в Новгородской I летописи эта вставка отсутствует, там буквально: И реша к себе: «князя поищемъ, иже бы владелъ нами и рядилъ ны по праву». Идоша за море к Варягомъ и ркоша: «земля наша велика и обилна, а наряда у нас нету; да поидете к намъ княжить и владеть нами». см. Новгородская Первая летопись старшего и младшего изводов. М.,изд-во АН СССР, 1950, с.106
  9. Скандинавская этимология некоторых имён оспаривается, однако альтернативные версии признаются в основном лишь авторами этих версий.
  10. Бертинские анналы, 839 г.
  11. Иоанн Диакон, ок. 1000 г.; Лиутпранд Кремонский, ок. 960 г.
  12. Продолжатель Феофана. Франками в византийских источниках назывались жители Северо-Западной Европы
  13. Очерки истории СССР (под ред. Н. М. Дружинина). Академия наук СССР, 1958. Стр. 767.
  14. De Administrando Imperio by Constantine Porphyrogenitus, ред. Gy. Moravcsik, пер. R. J. H. Jenkins, Dumbarton Oaks Center for Byzantine Studies, Washington D. C., 1993
  15. Комментарии к гл. 9 труда Константина Багрянородного «Об управлении империей».
  16. Могильник Плакун, сожжение в ладье по типу В2 (Бирка), датируется 1-й половиной IX века. Гнездовские захоронения по типу В1 (Бирка) датируются X веком. Лебедев Г. С. Шведские погребения в ладье VII—XI веков // Скандинавский сборник XIX. Таллин: Ээсти Раамат, 1974.
  17. Лебедев Г. С. Эпоха викингов в Северной Европе. Л.: Изд-во ЛГУ, 1985. Гл. 2.1.
  18. Пушкина Т. А. Скандинавские находки с территории Древней Руси (обзор и топография) // XIII конференция по изучению истории, экономики, литературы и языка Скандинавских стран и Финляндии. Москва — Петрозаводск. 1997.
  19. Чернов Ю. В Старой Ладоге найден герб Рюрика? (2009)
  20. См. подробнее в статье Рюриково городище.
  21. см. этимологический словарь Фасмера
  22. sergeitsh. Андрей Зализняк : История русского языка (1 июня 2014). Проверено 12 ноября 2017.
  23. https://books.google.com/books?id=XDs8AAAAcAAJ&pg=PA14-IA2
  24. Но сам Грозный категорически это отрицал, настаивая на происхождении Рюриковичей из потомков императора Августа из германской нации (к которой относились тогда не только немцы, но балтийские славяне, половцы, венгры и т. д.) См. также врезку, где то же он говорил английскому послу Флетчеру.
  25. 1 2 Меркулов В. И. Откуда родом варяжские гости? (генеалогическая реконструкция по немецким источникам). — М., 2005. — С. 33—40. — 119 с.
  26. «История России» / А. С. Орлов, В. А. Георгиев, Н. Г. Георгиева, Т. А. Сивохина. — Москва : Проспект, 2010.
  27. С. М. Соловьёв. Мои записки с. 60
  28. В. В. Мавродин. Борьба с норманизмом в русской исторической науке, Л.: Всесоюзное общество по распространению политических и научных знаний, 1949
  29. «Варяжский семинар» — особый дискуссионный кружок норманистов Ленинграда. Тихонов И. Л. Отблеск «Варяжского семинара» в годы застоя. // Клейн Л. С. Спор о варягах. История противостояния и аргументы сторон. — СПб.: Евразия, 2009. с. 299—300.
  30. Седов В. В. Древнерусская народность. Историко-археологическое исследование. М., Языки русской культуры, 1999, с. 67, автор признаёт версию О. Н. Трубачёва наиболее обоснованной
  31. Березовец Д. Т. «Об имени носителей салтовской культуры» // Археологія: Сборник. Т. XXIV. Киів, 1970, предположил, что русы восточных источников — это ираноязычные носители лесостепного варианта салтовско-маяцкой культуры. Большинство сторонников норманизма и антинорманизма эту версию в те годы не поддержали
  32. также Артамонов М. И. История хазар. 2-е изд. СПб., 2002. С. 297—301
  33. В.Я. Петрухин. «Славяне, варяги и хазары на юге Руси». К истории формирования территории древнерусского государства. //Древнейшие государства Восточной Европы. 1992-1993. — М., 1995 г.
  34. Мельникова Е. А., Петрухин В. Я. «Легенда о призвании варягов» в сравнительно-историческом аспекте // XI Всесоюзная конференция по изучению истории, экономики, литературы и языка Скандинавских стран и Финляндии / редкол.: Ю. В. Андреев и др. — М., 1989. — Вып. 1. — С. 108—110.
  35. Петрухин В. Я. Глава 4. К начальной истории Русского государства Архивировано 11 августа 2016 года. // Начало этнокультурной истории Руси IX—XI вв.. М., 1995.
  36. Петрухин В. Я.Легенда о призвании варягов и балтийский регион // Древняя Русь. Вопросы медиевистики. 2008. № 2 (32). С. 41-46.
  37. Мельникова Е. А. Ряд в Сказании о призвании варягов и его европейские и скандинавские параллели // Мельникова Е. А. Древняя Русь и Скандинавия: Избранные труды / под ред. Г. В. Глазыриной и Т. Н. Джаксон. — М.: Русский Фонд Содействия Образованию и Науке, 2011. — С. 249—256.
  38. Петрухин В. Я. Русь в IX—X веках. От призвания варягов до выбора веры / Издание 2-е, испр. и доп. — М.: ФОРУМ: Неолит, 2014.
  39. Мельникова Е. А. Рюрик, Синеус и Трувор в древнерусской историографической традиции // Древнейшие государства Восточной Европы. 1998 г / Отв. ред. Т. М. Калинина. — М.: Вост. лит., 2000. — 494 с. — 1000 экз. — ISBN 5-02-018133-1..

Литература[править | править код]

Ссылки[править | править код]