Баба-яга

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
(перенаправлено с «Баба-Яга»)
Перейти к: навигация, поиск
Баба-Яга
Баба Яга.jpg
Виктор Васнецов, «Баба-яга», 1917 г.
хозяйка леса, повелительница зверей и птиц, охранительница границ царства Смерти[1]
Мифология: Славянская
Местность: тридесятое царство за огненной рекой Смородиной
Упоминания: сказки «Баба-Яга»; «Гуси-лебеди»; «Царевна-лягушка»; «Василиса Прекрасная»; «Марья Моревна»
Брат: Ветер, Месяц, Солнце[2]
Связанные понятия: избушка на курьих ножках
Связанные персонажи: Иван-дурак,

племянник[3] Кощей, кот

Атрибуты: ступа, помело, пест
Иллюстрации на Викискладе?

Ба́ба-Яга́ (рус. Яга, Яга-баба, Еги-баба, Ягишня, Ягабова, Егибоба; укр. Баба-Язя, Язя, Язі-баба, Гадра; польск. Jędza, Babojędza; чеш. Jezinka «ведьма», «лесная баба»; в.-серб. Баба Jега; словен. Jaga baba, Ježi baba)[4][5] — персонаж славянской мифологии и фольклора (особенно волшебной сказки) славянских народов. Уродливая старуха, владеющая волшебными предметами и наделённая магической силой. В ряде сказок уподобляется ведьме, колдунье[1]. Чаще всего — отрицательный персонаж, но иногда выступает в качестве помощницы героя[6]. Помимо русских встречается в словацких[7] и чешских[8] сказках. Кроме того, является обрядовым святочным персонажем в бывших славянских землях Каринтии в Австрии, масленичным персонажем в Черногории и ночным духом в Сербии, Хорватии и Болгарии.

Этимология[править | править вики-текст]

Фасмер возводит имя Яга к праслав. *(j)egа, рефлексами которого являются сербохорв. jeзa «ужас», jeзив «опасный», словен. jezа «гнев», jeziti «сердить», др.-чеш. jeze «lamia», чеш. jezinka «лесная ведьма, злая баба», польск. jędzа «ведьма, баба-яга, злая баба», jędzić się «злиться» и т. п. Однако в русском языке есть когнат ко всем перечисленным примерам из славянских языков: язва. Что ставит под вопрос существование связи между именем Яга и приведенными примерами из славянских языков. Также возможна этимология, в рамках которой древнее заимствованное название было переосмыслено славянами и сближено с производными от праславянского *(j)egа (народная этимология), что объясняет флуктуацию, выраженную в наличии вариантов с -z- и -ž- в западно-славянских языках (имя переосмыслено) и наличии варианта с -г- в русском языке (не переосмыслено).

Этимологи сближают праславянское яга (*ęga) с обозначением змей, гадов, что указывает на хтонические истоки образа[4].

Образ Бабы-яги в фольклоре[править | править вики-текст]

У восточных славян[править | править вики-текст]

«Баба Яга с мужиком, с плешивым стариком скачут пляски». Лубок

В славянском фольклоре Баба-яга обладает несколькими устойчивыми атрибутами: она умеет колдовать, летать в ступе, обитает на границе леса, в избушке на курьих ножках (или подпёртой блинами[4]), окружённой забором из человеческих костей с черепами. Она заманивает к себе добрых молодцев и маленьких детей, якобы для того, чтобы их съесть. Своих жертв она преследует в ступе, погоняя её пестом и заметая след помелом (метлой). В сказке «Иван-царевич и Марья Моревна»[3] живёт Яга Ягишна (баба Яга, костяная нога) «за тридевять земель, в тридесятом царстве, невдалеке от моря за огненной рекой», где владеет табуном славных кобылиц. Яга — мать трёх демонических дочерей (иногда — царевны, чудесной невесты героя), змея, которого убивает герой сказки[4].

Владимир Даль дополняет: «она простоволоса и в одной рубахе, без опояски: то и другое — верх бесчиния»[9].

Согласно крупнейшему специалисту в области теории и истории фольклора В. Я. Проппу, выделяются три вида Бабы-яги: дарительница (она дарит герою сказочного коня либо волшебный предмет); похитительница детей; Баба-яга-воительница, сражаясь с которой «не на жизнь, а на смерть», герой сказки переходит к иному уровню зрелости. При этом злобность и агрессивность Бабы-яги не являются её доминантными чертами, но лишь проявлениями её иррациональной, недетерминированной натуры.

Двойственная природа Бабы-яги в фольклоре связана, во-первых, с образом хозяйки леса, которую надо задобрить, во-вторых, с образом злобного существа, сажающего детей на лопату, чтобы зажарить. Этот образ Бабы-яги связан с функцией жрицы, проводящей подростков через обряд инициации[10]. Так, во многих сказках Баба-яга хочет съесть героя, но, либо, накормив-напоив, отпускает его, давая с собой клубок или некие сокровенные познания, либо герой убегает сам.

У южных славян[править | править вики-текст]

В бывших славянских землях Каринтии в Австрии «Баба-яга Пехтра» (нем. Pechtrababajagen) является обрядовым ритуальным персонажем[11][12] при обходе домов в Крещенский вечер и перед Пепельной средой (на Масленицу). Во время обхода иногда в группе кто-то приделывал деревянную ногу и ходил прихрамывая — в старых описаниях Пехтра имела большую «гусиную» ногу.

У словенцев Помурья во время встречи весны в Юрьев день, когда водили «Зелёного Юрия» или «Весника», зиму называли Бабой Ягой[13]:

Оригинал
Zelenega Jurja vodimo,          
Maslo in jajca prosimo,
Ježi-babo zganjamo,
Mladoletje trošimo![14]

Перевод
Зелёного Юрия водим,
Масло и яйца просим,
Бабу Ягу прогоняем,
Весну рассыпаем!

В Сербии, Черногории и Хорватии зовётся Бабой Рогой (то есть Рогатой бабой) и ею пугают маленьких детей, когда те капризничают и не хотят ложиться спать[15] (ср. Бабай).

В Черногории (в г. Рисан) в обряде ряженья на Масленицу один из участников одевается Бабой Ругой («дедовской бабой») и носит на руках «ребёнка» (куклу). Образ символизирует предков и, считается, что обеспечивает плодородие на предстоящий год.

Внешний вид[править | править вики-текст]

Иллюстрация Ивана Билибина к «Сказке о трёх царских дивах и об Ивашке, поповском сыне», 1911 г.

Баба-яга обычно изображается в виде большой горбатой старухи с большим, длинным, горбатым и крючковатым носом («лежала из угла в угол Баба-Яга, костяная нога, нос в потолок, губы на притолоке висят»[16]). По мнению белорусских этнографов, здесь Баба-Яга предстает в облике покойника в гробу-домовине, и именно этим объясняется, «нос в потолок врос»[17].

На лубочной картинке она одета в зелёное платье, сиреневую кичку, лапти и брюки[18]. На другой картине Баба-яга одета в красную юбку и сапоги[19]. В сказках нет акцента на одежды Бабы-яги.

Мифологический архетип[править | править вики-текст]

М. Забылин считал её «адской богиней»[20]:

Под этим именем почитали Славяне адскую богиню, изображаемую страшилищем в железной ступе, имеющей железный посох. Ей приносили кровавую жертву, думая, что она питает ею двух своих внучек, которых ей приписывали, и услаждается при этом, пролитием крови.

В современном представлении Баба-яга — хозяйка леса, повелительница зверей и птиц, всемогущая вещая старуха, охранительница границ «иного царства», царства Смерти[1]. По этой версии, Баба-яга — это проводник (душ умерших) в потусторонний мир и одна нога у неё костяная для того, чтобы стоять в мире мёртвых.

Женский образ Бабы-яги связан с матриархальными представлениями об устройстве социального мира. Хозяйка леса, Баба-яга — результат антропоморфизма. Намёком на некогда животный облик Бабы-яги, по мнению В. Я. Проппа, является описание дома как избушки на курьих ножках[10].

Внешний облик (костяная нога, железные зубы, длинные седые волосы, отвислые груди, способность чуять запах чужого и т. п.) указывает на связь с демоническими персонажами иного мира, мертвецами (избушка как домовина-гроб); атрибуты, занятия и сверхъестественнын способности — ступа и пест, печь (где она изжаривает похищеных), прядение, полёты по воздуху в ступе, на помеле — также относятся к женским мифологическим персонажам, ведьмам[4].

Образ Бабы-яги связан с легендами о переходе героя в потусторонний мир (Тридевятое царство). В этих легендах Баба-яга, стоящая на границе миров (костяная нога) служит проводником, позволяющим герою проникнуть в мир мёртвых, благодаря совершению определённых ритуалов.

Благодаря текстам сказок можно реконструировать и обрядовый, сакральный смысл действий героя, попадающего к Бабе-яге. В частности, В. Я. Пропп, исследовавший образ Бабы-яги на основе массы этнографического и мифологического материала, обращает внимание на очень важную, по его мнению, деталь. После узнавания героя по запаху (Яга слепа) и выяснения его нужд, она обязательно топит баню и выпаривает героя, совершая таким образом ритуальное омовение. Затем кормит пришедшего, что тоже представляет собой обрядовое, «покойницкое», угощение, непозволительное живым, чтобы те случайно не проникли в мир мёртвых. А, «требуя еды, герой тем самым показывает, что он не боится этой пищи, что он имеет на неё право, что он „настоящий“. То есть пришелец через испытание едой доказывает Яге искренность своих побуждений и показывает, что он-то и есть действительный герой в отличие от лжегероя, самозванца-антагониста»[10].

Эта еда «отверзает уста умершего», считает Пропп, убеждённый в том, что сказку всегда предваряет миф. И, хотя герой вроде бы и не умер, он вынужден будет временно «умереть для живых», чтобы попасть в «тридесятое царство» (иной мир). Там, в «тридесятом царстве» (загробном мире), куда держит путь герой, его всегда поджидает немало опасностей, которые ему приходится предвидеть и преодолевать. «Еда, угощение непременно упоминаются не только при встрече с Ягой, но и со многими эквивалентными ей персонажами. …Даже сама избушка подогнана сказочником под эту функцию: она „пирогом подпёрта“, „блином крыта“, что в детских сказках Запада соответствует „пряничному домику“. Этот домик уже своим видом иногда выдаёт себя за дом еды»[10].

Атрибуты[править | править вики-текст]

Избушка на курьих ножках[править | править вики-текст]

Николай Рерих, «Изба смерти», 1905 г.
Саамский амбар. Модель на территории парка Скансен (Стокгольм)

В древности умерших хоронили в домовинах — домиках, расположенных над землёй на очень высоких пнях с выглядывающими из-под земли корнями, похожими на куриные ноги (ср. современное украинское «домовина» — гроб). Домовины ставились таким образом, чтобы отверстие в них было обращено в противоположную от поселения сторону, к лесу. Люди верили, что мертвецы летают на гробах. Люди относились к умершим предкам с почтением и страхом, никогда не тревожили их по пустякам, боясь навлечь на себя беду, но в трудных ситуациях всё же приходили просить помощи. Так, Баба-яга — это умерший предок, мертвец, и ею часто пугали детей. По другим сведениям, Баба-яга у некоторых славянских племён — жрица, руководившая обрядом кремации мёртвых[21].

С точки зрения сторонников славянского (классического) происхождения Бабы-яги, немаловажным аспектом этого образа видится принадлежность её сразу к двум мирам — миру мёртвых и миру живых. Известный специалист в области мифологии А. Л. Баркова трактует в связи с этим происхождение названия курьих ног, на которых стоит изба знаменитого мифического персонажа: «Её избушка „на курьих ножках“ изображается стоящей то в чаще леса (центр иного мира), то на опушке, но тогда вход в неё — со стороны леса, то есть из мира смерти.

Название „курьи ножки“, скорее всего, произошло от „курных“, то есть окуренных дымом, столбов, на которых славяне ставили „избу смерти“ небольшой сруб с прахом покойника внутри (такой погребальный обряд существовал у древних славян ещё в VI—IX веках). Баба-яга внутри такой избушки представлялась как бы живым мертвецом — она неподвижно лежала и не видела пришедшего из мира живых человека (живые не видят мёртвых, мёртвые не видят живых). Она узнавала о его прибытии по запаху — „русским духом пахнет“ (запах живых неприятен мёртвым)». «Человек, встречающий на границе мира жизни и смерти избушку Бабы-яги, продолжает автор, как правило, направляется в иной мир, чтобы освободить пленную царевну. Для этого он должен приобщиться к миру мёртвых. Обычно он просит Ягу накормить его, и она даёт ему пищу мёртвых. Есть и другой вариант — быть съеденным Ягой и таким образом оказаться в мире мёртвых. Пройдя испытания в избе Бабы-яги, человек оказывается принадлежащим одновременно к обоим мирам, наделяется многими волшебными качествами, подчиняет себе разных обитателей мира мёртвых, одолевает населяющих его страшных чудовищ, отвоёвывает у них волшебную красавицу и становится царём»[22].

Локализация избушки на курьих ножках связана с двумя волшебными реками, либо огненной[23] (ср. джаханнам, над которым также протянут мост), либо с молочной (с кисельными берегами — ср. характеристику Земли Обетованной: молочные реки Чис. 14:8 или мусульманского Джаннат)[24].

Светящиеся черепа[править | править вики-текст]

Существенным атрибутом жилища Бабы-яги является тын, на кольях которого насажены лошадиные черепа, используемые в качестве светильников[25]. В сказке про Василису черепа уже человеческие, но именно они являются источником огня для главной героини и её оружием, которым она сожгла дом своей мачехи[26].

Волшебные помощники[править | править вики-текст]

Волшебными помощниками Бабы-яги выступают гуси-лебеди в одноимённой сказке, «три пары рук» и три всадника — белый, красный и чёрный (соответственно день, заря и ночь)[26].

Характерные фразы[править | править вики-текст]

Фу-фу, русским духом пахнет

Сказки[править | править вики-текст]

Исследования[править | править вики-текст]

  • Потебня А. А., О мифическом значении некоторых обрядов и поверий. [гл.] 2 — Баба-яга, «Чтения в Императорском обществе истории и древностей российских», М., 1865, кн. 3;
  • Веселовский Н. И., Современное состояние вопроса о «Каменных бабах» или «Балбалах». // Записки Императорского Одесского Общества Истории и Древностей, т. XXXII. Одесса: 1915. Отд. оттиск: 40 с. + 14 табл.
  • Топоров В. Н., Хеттская salŠU.GI и славянская баба-яга, «Краткие сообщения Института славяноведения АН СССР», 1963, в. 38.
  • Малаховская А. Н., Наследие Бабы-яги: Религиозные представления, отражённые в волшебной сказке, и их следы в русской литературе XIX—XX вв. — СПб.: Алетейя, 2007. — 344 с.

«Родина» и день рождения Бабы-яги[править | править вики-текст]

В 2004 году село Кукобой Первомайского района Ярославской области было объявлено «родиной» Бабы-яги, там же был создан музей Бабы-яги. Русская православная церковь выступила с резкой критикой этого начинания[27].

Образ в искусстве[править | править вики-текст]

К образу Бабы-яги в своём творчестве неоднократно обращались русские писатели и поэты А. С. Пушкин, В. А. Жуковский («Сказка об Иване-царевиче и Сером Волке»), Алексей Толстой, Владимир Нарбут и др. Живописные интерпретации её образа получили широкое распространение среди художников серебряного века: Ивана Билибина, Виктора Васнецова, Александра Бенуа, Елены Поленовой, Ивана Малютина и др.

В музыке

Образу Бабы-яги посвящена девятая пьеса «Избушка на курьих ножках (Баба-яга)» известной сюиты Модеста Мусоргского «Картинки с выставки — воспоминание о Викторе Гартмане», 1874 г., созданной в память о своём друге, художнике и архитекторе. Широко известна также современная интерпретация этой сюиты — «Pictures at an Exhibition», созданная английской прогрессив-рок-группой Emerson, Lake & Palmer в 1971 году, где музыкальные пьесы Мусоргского чередуются с оригинальными композициями английских рок-музыкантов: «The Hut of Baba Yaga» (Мусоргский); «The Curse of Baba Yaga» (Эмерсон, Лейк, Палмер); «The Hut of Baba Yaga» (Мусоргский). Бабе-яге посвящена симфоническая поэма одноимённого названия композитора Анатолия Лядова, соч. 56, 1891—1904 гг. В сборнике музыкальных пьес для фортепиано Петра Ильича Чайковского «Детский альбом» 1878 года также есть пьеса «Баба-яга».

Баба-яга упоминается в песнях группы «Сектор газа» «Моя бабка» из альбома «Гуляй, мужик!» (1992) и «Илья Муромец» из альбома «Ночь перед Рождеством» (1991).Также Баба-яга фигурирует в качестве персонажа в мюзиклах: «Кощей Бессмертный» группы «Сектор Газа», «Илья Муромец» дуэта «Сектор Газовой Атаки», и в одном из эпизодов мюзикла «Спящая красавица» группы «Красная плесень». В 1989 году в Сицилии, городе Агридженто, была основана интернациональная фолк-группа Baba Yaga.

У группы На-На есть песня «Бабушка Яга», написанная композитором Виталием Окороковым на слова Александра Шишинина. Исполняется как на русском, так и на английском языках. Также есть песня "Баба Яга" в исполнении ВИА "Ариэль (солист - Валерий Ярушин)

Советский и российский композитор Теодор Ефимов написал музыку к песенному циклу о Бабе-яге. В цикл вошли три шуточных песни: «Баба-яга» (слова Ю.Мажарова), «Баба-яга-2 (Лесной дуэт)» (слова О. Жукова) и «Баба-яга-3 (Про Бабу-ягу)» (Сл. Э. Успенского). Цикл исполнялся ВИА «Ариэль». Кроме того, третью песню упомянутого цикла исполнял театр музыкальной пародии «Бим-Бом». Также есть песня Давида Тухманова на стихи Юрия Энтина «Добрая бабушка Яга» в исполнении Александра Градского, вошедшая в цикл «Ужастик-парк».

У немецкой готик-метал группы The Vision Bleak есть песня «Cannibal Witch», посвященная Бабе-яге.

Образ Бабы-яги обыгрывается в альбоме «Избушка бабушки зомби» русской фолк-блэк группы Изморозь.

На альбоме Space Police (2014) немецкой группы Edguy есть песня The Realms Of Baba Yaga

На экране[править | править вики-текст]

Чаще других играл роль Бабы-яги Георгий Милляр, в том числе в фильмах:

Фильмы

Мультфильмы

См. также[править | править вики-текст]

Примечания[править | править вики-текст]

  1. 1 2 3 Гуманитарный словарь, 2002
  2. Брокгауз и Ефрон, 1890—1907
  3. 1 2 Иван-царевич и Марья Моревна. Русская сказка под редакцией Михаила Шолохова.
  4. 1 2 3 4 5 Петрухин, 2012, с. 614
  5. Дубровський, 1918, с. 5
  6. НИЭ, 2002, Обычно выступает в качестве враждебной человеку силы, реже — помощницы героя
  7. Заколдованный замок
  8. Ян Деда и красная баба-яга
  9. Даль, 1880—1882
  10. 1 2 3 4 Пропп, 2000
  11. Энциклопедия сверхъестественных существ. — Москва: Локид-МИФ, 2000 г.
  12. Валенцова, 2009, с. 18
  13. Толстой, 1995, с. 497
  14. Pesmi obredne
  15. Babaroga  (англ.)
  16. Сказка о Василье-королевиче
  17. Валодзіна Т., Прохараў, 2004, с. 34
  18. Некоторые наблюдения над эволюцией образа Бабы-яги в русском фольклоре
  19. Танцующий напротив Яги
  20. Забылин, 1880
  21. Глава 5 К начальной истории русского города. Города и погосты // Петрухин В. Я. Начало этнокультурной истории Руси IX—XI веков / РАН. Ин-т славяноведения и балканистики. — Смоленск: Русич; М.: Гнозис, 1995. — 317 с.
  22. Баркова А. Л., «Верования древних славян» / Энциклопедия для детей. [Т.6.]: Религии мира. ч. 1. — М.: Аванта Плюс. ISBN 5-94623-100-6
  23. Марья Моревна
  24. Гуси-лебеди
  25. Финист — Ясный Сокол
  26. 1 2 Василиса Прекрасная
  27. Церковь не оставила Бабе-яге ни малейшего шанса

Литература[править | править вики-текст]

  1. Баба-Яга // Российский гуманитарный энциклопедический словарь. — М.: Владос: Филологический факультет СПбГУ, 2002. — Т. 1. А – Ж. — ISBN 5-8465-0037-4.
  2. Баба-Яга // Новая иллюстрированная энциклопедия. — М.: Большая Российская энциклопедия, 2002. — Т. 2. Ар – Би. — С. 78. — 256 с. — ISBN 5-85270-192-0.
  3. Баба-яга // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона: В 86 томах (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  4. Валенцова М. М. Перхта // Славянские древности: Этнолингвистический словарь / Под ред. Н. И. Толстого; Институт славяноведения РАН. — М.: Международные отношения, 2009. — Т. 4. — С. 18–20. — ISBN 978-5-7133-1312-8.
  5. Валодзіна Т., Прохараў А. Баба Яга, Ягня, Юга // Беларуская міфалогія. Энцыклапедычны слоўнік / С. Санько, Т. Вало­дзіна, У. Васілевіч і інш. — Мн.: Беларусь, 2004. — С. 34–35. — ISBN 985-01-0473-2.  (белор.)
  6. Даль В. И. Баба // В. Даль Толковый словарь живого великорусского языка. — 1880—1882.
  7. Дубровський В. Г. Словник московсько-український. — К.: Рідна мова, 1918. — 542 с.
  8. Забылин М. Русский народ, его обычаи, обряды, предания, суеверия и поэзия. — М.: Издание книгопродавца М. Березина, 1880. — 607 с.
  9. Петрухин В. Я. Яга // Славянские древности: Этнолингвистический словарь / Под ред. Н. И. Толстого; Институт славяноведения РАН. — М.: Международные отношения, 2012. — Т. 5 С (Сказка) – Я (Ящерица). — С. 614. — ISBN 978-5-7133-1380-7.
  10. Пропп В. Я. Исторические корни волшебной сказки. Научная редакция, текстологический комментарий И. В. Пешкова. — М.: Лабиринт, 2000. — 336 с. — ISBN 5-87604-008-8.
  11. Толстой H. И. Георгий // Славянские древности: Этнолингвистический словарь / Под ред. Н. И. Толстого; Институт славяноведения РАН. — М.: Международные отношения, 1995. — Т. 1. — С. 496–498. — ISBN 5-7133-0703-4.

Ссылки[править | править вики-текст]