Леший

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Леший
Leshy (1906).jpg
Леший (иллюстрация с обложки одноимённого журнала, 1906 г.)
дух — хозяин леса
Мифология: славянская
Иллюстрации на Викискладе?

Ле́ший (хозяин леса, лесной дух, лешак, лесовик, дедушка-лесовой) — в мифологии восточных славян хозяин леса, покровитель лесных зверей и птиц (см. Духи локусов). Представления о лешем сильно развитые у русских (особенно на Русском Севере), в меньшей степени известны в восточнобелорусских и восточноукраинских традициях, постепенно ослабляясь к юго-западу восточнославянского ареала.

Это главный хозяин леса, он следит, чтобы никто в его хозяйстве не навредил. К хорошим людям относится хорошо, помогает выйти из леса, к не слишком хорошим — плохо: путает, заставляет ходить кругами. Он поет голосом без слов, бьёт в ладоши, свищет, аукает, хохочет, плачет.

Леший может представать в различных растительных, животных, человеческих и смешанных образах, может быть невидимым. Чаще всего предстаёт одиноким существом. На зиму покидает лес, проваливаясь под землю. Как хозяин заботится о лесе, охраняет его, является покровителем лесных животных. Лешему приписываются многие лесные звуки, особенно вызываемые ветром.

Отношение к лешему в народе было двойственным: он одновременно и нечистая сила и справедливый дух. Лешие не столько целенаправленно вредят людям, сколько проказят и шутят, но делают они это грубо и зло: пугают хохотом и хлопаньем в ладоши, сбивают с пути, прячут предметы и тому подобное. Леший может наказать человека за ненадлежащее поведение. От лешего зависит удача на охоте и благополучный выпас скота, для этого охотникам и пастухам было необходимо заключить с ним договор. Леший может похищать скот и людей. Он способен предсказывать будущее. Иногда леший принимал помощь от человека.

Название[править | править вики-текст]

Наиболее часто употребляемое в русском языке по отношению к этому персонажу слово леший означало лесной, лесистый (например, «лешая земля»). Отсюда же другие названия лешего, распространённые в разных регионах — леша́к, лесови́к, лесни́к, лесу́н / лису́н (полису́н), лесно́й и даже лес, а в вежливых обращениях к нему — лес праведный, лес честной, лесной дедушка, лесной дядя, лесной житель, лесной хозяин. Лешие женского пола зовутся лешачи́хи, ле́шихи, лесу́нки / лису́нки, лесо́вки, лесови́хи. Дети леших — лешевики́, лешача́та[1][2][3][4]:314, 316.

Леших во многих местах считают и называют «дикинькими мужичками» (диковатыми) и «щекотунами», последнее связано с тем, что лешие могут до смерти защекотать людей. В этом они схожи с русалками, т. е. с заложными покойницами[5].

В других славянских языках этот персонаж известен как леший (белор. лешы, польск. leszy, сербохорв. лешиј / lešij, leši, чеш. leši), лесовик (белор. лесавік, сербохорв. лесовик / lesovik, укр. лісовик), лесник (болг. лесник, польск. leśnik, сербохорв. лесник / lesnik), лесовой (сербохорв. лесовој / lesovoj, чеш. lesovij), лесун (белор. лясун), лешак (сербохорв. лешак / lešak), лесной дед (белор. лясны дзед, польск. leśny dziad), лесной мужик (словацк. lesný mužík, чеш. lesní mužík), боровой (польск. borowy), гаевой (польск. gajowy) и др.

О происхождении леших[править | править вики-текст]

Представления о происхождении леших размыты. Распространено мнение, что лешими становятся проклятые люди, умершие некрещёнными или обмененные нечистой силой дети. В народном христианстве лешие рассматривались как лесные черти — творения дьявола, или как не представленные Богу адамовы дети[3].[4]:307-309, 314

Вологодский вариант легенды рассказывает о лешем как о порождении дьявола:

Был на земле только Бог и дьявол. Бог сотворил человека, и дьявол попробовал сотворить, но сотворил не человека, а чёрта, и как он ни старался, ни трудился, все же не мог сотворить человека, все у него выходили черти. Бог увидел, что дьявол уже сотворил нескольких чертей, рассердился на него и велел Архангелу Гавриилу[6] свергнуть сатану и всю нечистую силу с неба. Гавриил свергнул. Кто упал в лес — стал леший, кто в воду — водяной, кто на дом — домовой. Вот почему их зовут по-разному. А они все бесы одинаковы.

— Дилакторский П. Из преданий и легенд Кадниковского уезда Вологодской губернии // Этнографическое обозрение. М., 1899. № 3

Белорусский вариант производит леших от «двенадцати пар детей» Адама и Евы. Когда Бог пришёл посмотреть детей, родители шесть пар ему показали, а шесть других «под дуб сховали». От шести представленных Богу пар произошли люди, а от прочих — нечисть, которая не уступает им числом.

В одном из сказаний манси говорится, что при сотворении человека боги использовали глину и лиственницу. Люди, созданные из лиственницы, с огромной скоростью разбежались по лесам и прозвали их «мэнквами» (лешими), они крепкие и в воде не тонут. А слепленные из глины медлительные создания стали обычными людьми, чей век недолог: «В воду человек упадет — тонет, жарко станет — из него вода выступает».

Внешние признаки[править | править вики-текст]

Облик лешего указывает на его потустороннюю природу и связь с лесом. Как персонификация леса, он может принимать самые различные связанные с ним образы.[7][4]:314 Представление о нём синкретично: это одновременно и многоликий дух, и животное, и растение, и человек.[8][9]

По некоторым поверьям рост лешего меняется в зависимости от окружающей его растительности: в лесу он вышиной с самые высокие деревья, а на поляне вровень с травой. Вместе с тем, леший может быть как выше, так и ниже леса по своей воле. Часто лешего представляли великаном, способным перешагивать реки[10].[11][12][4]:316[13]:47 На Русском Севере существовало представление, что лешие разделяются по размеру на лесовиков, боровиков и моховиков.[14][4]:326

Леший может предстать фитоантропоморфным существом с перевесом признаков в ту или иную сторону в каждой реализации. Бывает, что это полностью растительный объект — дерево (почитаемые деревья — сосна, ель, берёза, дуб, указывающая на демоничность осина и др.), куст, пень, лист, мох и т. п. Далее в них начинают проявляются человеческие признаки: форма, ветви как волосы. С другой стороны, антропоморфность может доминировать, а связь с растительностью проявляться в значительных деталях: длинные всклокоченные зелёные волосы как ветви дерева или куста, лишайниковая борода, обросшая мхом одежда древесного цвета и структуры, обросшее мхом лицо, толстая как кора кожа. Наконец, растительные черты могут сокращаться до атрибутов: вплетённые в волосы лешачих зелёные веточки, дубина или батог в руках, зелёная борода и зелёные глаза. Ассоциацию с лесом дополняет способность лешего хлестать человека прутьями, шуметь, гудеть, трещать деревьями[15].[16][17][4]:316[13]:47

Леший может предстать и зооантропоморфным существом, опять таки с разной долей признаков. Это может быть животное, причём как дикое — медведь, волк, ворона, сорока и др., так и домашнее — собака, чёрная кошка, конь, чёрный козёл и др.. Леший часто предстаёт как получеловек-полукозёл (наподобие чёрта): чёрная шерсть по всему телу, небольшие, загнутые витком рожки (у царьков леших они золотые), копыта, длинные волосы на голове и длинная борода. Или это человек с признаками животного: волосатость, одежда из звериной шкуры, животные звуки, когти на руках и ногах, копыта, хвост, крылья, лошадиные узды и др.. Животное может сопровождать лешего: чёрная собачка, чёрный козлик[18].[19][20][4]:316[13]:47

Преобладает же антропоморфный образ лешего. Это может быть как гигант, так и обычный с виду человек. Часто леший предстаёт в виде родственника, соседа, знакомого, причём обман бывает раскрывается лишь по приходе домой, когда выясняется, что встреченный в это время был в совершенно другом месте, может принимать образ умершего человека. Распространено представление лешего как старичка с длинными седыми растрёпанными (или зачёсанными налево) волосами и длинной седой (иногда зелёной) бородой, зелёными глазами (или неестественно бледными, даже белыми, или свинцово-синими, или блестящими). Для человеческого образа лешего характерно стремление скрыть своё лицо, нежелание смотреть в глаза собеседнику, отсутствие бровей и ресниц, а иногда и ноздрей или правого уха, или одного глаза (или выпуклые глаза, или правый глаз всегда неподвижен и больше левого, или глаза больше человеческих), синяя кровь и, как следствие, синяя кожа (иногда синий цвет переносится на одежду), отсутствие тени, когда леший сидит он закидывает левую ногу на правую. Согласно некоторым северным сказам, собранным П. Н. Рыбниковым, кровь лешего тёмная, а не светлая, как у людей, потому его и зовут ещё «синеобразным» («синий» в древности означал — «тёмный»). Белорусы считали, что у лешего сплющенное, ребром вперёд, длинное лицо, длинная клинообразная борода, один глаз и одна нога, причём пяткой вперёд[18].[21][22][4]:314-316[13]:47

Если на лешем есть одежда, то она вывернута наизнанку, запахивается левой полой на правую, обувь перепутана, и сам он как правило не подпоясан: «Носится леший по своим лесам как угорелый, быстро, едва соследимо и всегда без шапки», часто с огромной дубиной в руках. Описывается как остроголовый, с клиновидной головой и мохнатым, с волосами зачесаными налево. Живуч, но может быть убит из ружья. По другим источникам это обычный старичок, маленький, сутулый, с белой бородой. Новгородцы уверяли, что этот старичок носит белую одежду и большую шляпу, а когда садится, закидывает левую ногу на правую.[23]

Одет леший как обычный человек. Часто он предстаёт в форме лесника или солдата. Обычно же на нём сибирка, армяк, серый шерстяной домотканый кафтан, кожаная или меховая одежда. Но наиболее характерны для лешего белая одежда наподобие балахона или рясы, с широкими рукавами и также широкая и белая шляпа. По одним версиям он всегда подпоясан, а по другим — всегда без пояса. Типичная его обувь — лапти, иногда огромные; часто его застают за их плетением или ковырянием в них сидя на пне при свете луны. Иногда он в одежде не характерной для леса, например, в чёрном костюме. Левая пола его одежды запахнута на правую — как у женщин, при этом правая пола может быть «подтыкнута», обувь перепутана — одета не на те ноги. В поздних быличках леший одет в современную одежду: кепку, сапоги или ботинки и др. В руках у лешего обычно кнут, батог, дубинка или кошёлка. Часто лешего видят голым[18].[24][25][4]:315-316[26]

Лешачиха также предстаёт в различных обличьях. Она может выглядеть как обыкновенная женщина, но в оборванной одежде и с распущенными волосами с вплетёнными в них зелёными веточками. Или как высокая дряхлая старуха, опёршаяся на палочку и качающаяся будто в дремоте[27].[28][29][4]:326 Афанасьев в своём труде «Поэтические воззрения славян на природу» приводит также сведения о лешачихах: «Народное воображение наделяет их такими огромными и длинными грудями, что они вынуждены закидывать их за плечи и только тогда могут свободно ходить и бегать»[30]. А сидящий на спине бесёнок, который сосёт грудь, скрыт и согреваем длинными волосами лешачихи. Эти женщины обросшие, косматые, имеют волосы спутанные.

Леший обладает огромной силой[18].[31] Он может быть очень тяжёлым, настолько, что лошадь не в состоянии тащить телегу, на которую он сел; рука его также тяжела.[31][4]:324 Леший может быть невидим для людей, он может внезапно или постепенно исчезнуть.[32] Спереди и сзади идущего лешего сопровождает сильный ветер, по направлению которого можно определить, куда он держит путь. Ветер этот заметает следы лешего, поэтому, по одной из версий, их никто не видел (но в других историях леший оставляет следы)[33].[34][35]

Образ жизни[править | править вики-текст]

Одни лешие живут одиноко, другие — семьями, причем строят в лесах просторные дома, где хозяйничают их жены и растут их дети. Жилище лешего — бревенчатая изба в густом ельнике вдали от человеческих поселений. В некоторых местах считают, что лешие живут целыми деревнями. Порой в больших лесах живут по два и по три лешего, которые иногда ссорятся между собой при дележе лесных дач (Архангельская губерния). Ссоры доходят до драки, лешие бьют друг друга столетними деревьями, которые они вырывают с корнем, и стопудовыми камнями, отбитыми от скал. Камни и стволы деревьев они бросают вёрст на 50 и более. Нередки также битвы леших с водяными, преимущественно в ночную пору.

Леших можно встретить по всему лесу. Но живут они в лесных трущобах, в сердце пущи. От посещаемых человеком мест, обиталище лешего защищено непроходимым лесом и валежником, незамерзающими даже зимой топями. Вместе с «хозяином» живут его звери и птицы. Туда приходят перед смертью лесные животные. Леший может жить также на старых сухих деревьях (ель, верба), в дупле, в кочке, в корнях вывороченного дерева, в корягах, в лесных избушках, изредка в тайной пещере и даже под землёй. Рядом с логовом лешего человек непременно заплутает. Чаще леший представляется одиноким существом, в каждом лесу только один леший (большие леса могут быть разделены на участки, в каждом из которых свой леший). Но в ряде мифологических рассказов лешие могут собираться вместе, живут семьями и даже деревнями, подобными человеческим: дома леших покрыты кожей, их охраняют собаки, в хозяйстве содержится скот; есть истории о том, что у леших бывают воеводы и цари (в русских заговорах главу леших называли Мусаил-лес, а на Русском Севере — Честной Лес)[36].[37][14][4]:316

Как хозяин, леший заботится о лесе, охраняет его. Леший является пастухом всех лесных обитателей, в связи с чем его изображают старичком с плетью в руках. Он пасёт зверей, заботится об их пропитании, защищает от охотников, спасает от пожаров. Леший распоряжается подвластными ему животными, как своим имуществом, например, он может проиграть их в карты другому лешему — это служило мистическим объяснением массовым миграциям зверей: белок, зайцев и др. Но нередко леший представлен как покровитель только одного или нескольких видов диких животных, в русской традиции это чаще всего медведи и особенно волки (в последнем случае леший может воплощаться белым волком — вожаком)[38].[39][40][4]:316-317

Лешему приписываются все явления, вызываемые в лесу порывами ветров: завывания, треск деревьев, шум листьев — это леший свистит, хлопает в ладоши, хохочет, поёт, издаёт звуки животных. Леший часто повторяет сказанные человеком слова — подобно эху, которое в лесу считается откликом лешего. Леший любит висеть и качаться на древесных ветках, почему в некоторых местах его прозвали зы́бочником (зыбка — люлька, колыбель). Он часто сидит на дереве или пеньке и плетёт лапти или изготавливает поделки из дерева. Валящие деревья и срывающие крыши ураганные ветра в некоторых регионах связывали со свадьбами леших. Лешие могут враждовать между собой (говорится о битвах леших друг с другом, в качестве оружия использующих деревья и валуны), с чертями, водяными, полевыми и домовыми[41].[42][43][4]:314, 316, 322[13]:47, 49

Леший, по желанию, перегоняет белок, песцов, зайцев, полевых мышей из одного леса в другой. По поверью украинцев, полисун, или лесовик, гонит плетью голодных волков туда, где они могут найти прокорм. По народным рассказам лешие обожают карточную игру, где ставкой являются белки да зайцы. Так что массовые миграции этих животных, разумное объяснение которым найти трудно, оказываются на самом деле уплатой карточного долга. Согласно «Северным сказкам» Н. Е. Ончукова, пищей лесовику служит «заячья да беличья говядина»[44] Также дикие яблони зовут «лешовками», предполагая, что леший выращивает эти яблони для себя. Лошадь чует лешего раньше, чем всадник или возница и может внезапно остановиться или в страхе броситься в сторону. Леший враждует с собаками, прирученными человеком, хотя иногда имеет собственных собачек, маленьких и пёстрых.

Лешим также очень нравится петь, порой долго и во всё горло (подобно буре), аккомпанируя себе хлопанием в ладоши.

По польскому поверью леший любит сидеть на старых сухих деревьях в образе совы, и поэтому крестьяне опасаются рубить такие деревья. По русскому поверью леший также любит прятаться в дуплах таких деревьев. На этот счёт есть поговорка: «Из пустого дупла либо сыч, либо сова, либо сам Сатана». На деревьях лешие проводят большую часть времени; качаться и «дурачиться» для них — самое любимое занятие, отчего в некоторых губерниях ему дали название «зыбочник» (от зыбка, люлька).

Любимая присказка лешего: «Шёл, нашёл, потерял». Сбивать людей с толку, запутывать их — обычная проделка духа. Если «леший обойдёт» человека, то путник внезапно потеряет дорогу и может «заблудиться в трёх соснах». Способы рассеять морок лешего: уведённый им человек ничего не должен есть или носить с собой очищенный от коры сучок липы (лутовку), также можно надеть всю одежду наизнанку или переобуться — левый ботинок надеть на правую ногу и наоборот, перевернуть стельки тогда путник сможет найти дорогу из леса. Кроме того этот дух очень любит кричать страшным голосом и свистеть, пугая тем людей. «Новгородский сборник» за 1865 год сообщает, что «лесовые… любят петь песни, хлопать в ладоши, смеяться и ойкать»[45]. Согласно сведениям из Архангельской губернии, леший «кричит на разные голоса: и по ребячьи, и по бабьи, и по мужичьи, ржет и по лошадиному»[46]. Он также «поет петухом, кричит курицей, кошкой, малым ребёнком»[47]. Зато по народной примете в лесу свистит только леший, а человеку свистеть опасно, так как леший обидится[48]. Когда манси поют про мэнквов (леших), то совершают сильные телодвижения, с присвистом, топотом, «как обыкновенно делают лесные божества»[49]. Есть мнение, что русская «свистопляска», против которой в древности выступала православная церковь, берет начало от подражания лесным славянским божествам в языческие времена.

Леший и человек[править | править вики-текст]

Фигурка лешего из Историко-культурного музея-заповедника «Заславье» в Белоруссии

Жизнь крестьянина была тесно связана с лесом, зависела от него. В лесу совершался весь цикл земледельческих работ (при сохранении подсечно-огневого земледелия), в лесу пасли скот, заготавливали дерево для строительства и отопления, охотились и ловили рыбу, собирали грибы и ягоды, к лесным промыслам относились гонка дёгтя, смолы, выжигание древесного угля, через лес проходили дороги, наконец, в лесу совершались различные языческие обряды. Но хотя лес и активно использовался человеком, соседствовал с освоенным им пространством, тем не менее оставался неподвластным ему. Он воспринимался как чуждая и опасная территория, место скопления нечистой силы, иной мир.[50][51][4]:314[13]:47[26]

Отсюда и отношение к лешему, как к лесному хозяину, в народе было двойственным. С одной стороны, его причисляли к враждебной человеку опасной нечистой силе. С другой, его часто противопоставляли «настоящим» чертям: его негативные действия вызваны не самоцелью загубить человека, а желанием наказать (пусть и смертью) за ненадлежащее поведение в лесу (а иногда и правил человеческого общества). Согласно народным поверьям, лешие не столько целенаправленно вредят людям, сколько проказят и шутят, но делают это грубо и зло: они пугают хохотом и хлопаньем в ладоши, сбивают с пути, прячут шапки и корзины, незаметно укладывают спать на муравейник, заставляют залезть на дерево, под видом чарки водки подносят еловую шишку, снимают с телеги колёса и др.. Но при этом лешего воспринимали и как доброго и справедливого духа, который просто так человеку не навредит; он может помочь набрать грибы или ягоды, указать дорогу, если его попросят, позаботиться о потерявшемся ребёнке. От лешего зависит удача на охоте и благополучный выпас скота.[52][4]:314, 318-319, 323[26] Множество мифологических рассказов повествует о противоборстве человека и лешего, о поиске компромисса между ними[53].

Согласно народному этикету, отправляясь в лес следовало помолиться и попросить разрешения войти в него у «хозяина». Согласия лешего следовало просить и на любую деятельность в лесу. Нельзя, отправляясь в лес, говорить, что ты идёшь ненадолго — это решать не человеку, а лешему. Очень опасно перед походом в лес получить проклятье родственника — леший считал, что проклятые люди посулены ему. Лешему не нравится, когда в лесу бранятся, шумят, а тем более свистят — это его прерогатива, он может обидеться и поспешит ответить своим разрушительным свистом. Не стоит передразнивать эхо и откликаться на незнакомый голос — это может оказаться леший. Защищая лес, леший может мешать человеку рубить деревья (прячет топоры, раскидывает поленья), а тем более увечить их без надобности, и охотиться (отводит выстрел, лишает меткости и вообще способности стрелять, заманивает в непроходимые места). Человека, оставшегося ночевать в лесной избушке без спроса («Пусти, хозяин, не век вековать, а одну ночь ночевать.»), леший старается напугать шумом, криками зверей и птиц, распахиванием дверей и др., и выгнать, может даже убить. Нельзя ложиться на ночлег на тропе, так как может задавить идущий по ней леший или целая свадьба леших. Леший любит погреться у человеческого костра, но, разозлившись, может и раскидать или затоптать его. Ведущего себя плохо в лесу человека леший мог напугать до полусмерти, заморочить видениями, наслать на него болезнь[54][55][56][4]:317-318, 322-323[13]:48.

Чтобы вызвать лешего, необходимо нарубить молодых берёзок, сложить их в круг верхушками в центр, стать в круг, снять с себя крест и громко крикнуть «Дедушка!». Также можно затупленным топором срубить в лесу сосну в обхват, чтобы она, падая, повалила две осины, встать на них лицом к северу и призвать лешего. В ночь на Ивана Купалу, 24 июня (7 июля), можно срубить осину, так, чтобы она упала на восток, встать на пенёк лицом на восток, нагнуться, посмотреть промеж ног и произнести: «Дядя леший! Покажись ни серым волком, ни чёрным вороном, ни елью жаровою, покажись таким, каков я.» Считалось, что вызвать лешего также можно словами «Приходи завтра!»[57][58][59][4]:321 Увидеть невидимого просто так лешего или же его истинный облик можно посмотрев через правое ухо лошади, а также с помощью бороны или хомута[60][12].

Удача на промысле зависит от лешего, это он распределяет дары леса между людьми. Для успешной охоты можно заключить с лешим договор: принести ему дар — пасхальное яйцо, хлеб с солью (со своими волосами или ногтями) и др.; или жертву — свою кровь (из пальца) или первую добычу; или написать кровью договор на бумаге или листе растения. Дар оставляется в корнях вывороченного дерева или на перекрёстке лесных дорог, при этом человек должен снять пояс (оберег) и крест (отказ от христианства). Леший может сам указать охотнику, как заключить договор. Человек обещал выполнять определённые условия, например, не брать добычи больше, чем определенно или не ходить на охоту в определённые дни и т. п. Сделка с лешим означала, что охотник отдаёт себя в его власть и, с закреплением христианства, всё чаще приравнивалась к продаже души чёрту. Договор с лешим необходимо хранить в тайне. Помимо этого для закрепления удачи на охоте использовались заговоры с обращением к лешему. Выполняя договор, лесной хозяин приводит под ружьё охотника «стада» животных или загоняет их в его ловушки, также делает выстрел всегда метким. Человек нарушивший договор или его тайну лишается покровительства лешего и может понести серьёзное наказание — болезнь или даже смерть[61][62][63][4]:320-321.

Считалось, что скот в лесной местности пасёт не столько пастух, сколько леший. Чтобы оберечь скот от лешего, пастух в начале сезона совершает ритуальный «обход» («отпуск») скота — обходит стадо трижды с магическими предметами, произнося заклинание. Если отпуск совершён с ошибками, то леший, обиженный на применение против него магии, может попытаться отомстить людям — погубить как можно больше скотины, именно по этому крестьяне предпочитали ритуалу отпуска против лешего договор с ним. Для последнего нужно было на Егория, 23 апреля (6 мая), или около Николина дня, 9 (22) мая, в ритуальных целях обойти стадо с крестом, загнать его в лощину, а самому сесть на осиновые пень или поваленную берёзу и вызвать лешего с помощью магической формулы, пообещав ему приношение — пасхальное яйцо, хлеб с солью или одну-две коровы. Лешего можно и не вызывать, а просто положить подарок ему под берёзу, которая на тебя «посмотрит». Корова, обещанная лешему, считалась «завещанной» — она должна была пропасть в лесу в течение сезона. Договор с лешим заключался при помощи строго определённой формулы-заговора, однако текст её, по ряду причин, никому записать не удалось. Также для закрепления договора пастух оставлял в лесу запертый на ключ замок, считалось, что когда коровы пасутся, леший отпирает его, а когда им надо идти в деревню — запирает. После заключения договора леший исправно пас скот — либо сам, либо обязывал делать это своего помощника или лешачиху. Пастуху даже не нужно было после этого ходить в лес с коровами — весь день он занимался своими делами, отвлекаясь лишь на выгон и загон скота. Причём пастух мог по своему желанию, протрубив, вызвать любую скотину из леса. На заключившего договор с лешим пастуха налагались определённые ограничения: ему нельзя было смотреть за скотом в лесу, бить его, убивать лесных животных, ломать деревья, собирать ягоды (особенно чёрные) и грибы, ругаться в лесу, стричь волосы и ногти, давать другим людям свои трубу и батог, прикасаться к другим людям (здороваться за руку, есть из одной посуды, мыться вместе в бане, спать с женой), видеть мертвецов и новорожденных; также было запрещено в течение сезона продавать скотину из стада, чесать шерсть у овец, нарушать целостность изгороди. Нарушение этих табу вело к разрыву договора, что приводило к гибели скотины, а то и пастуха[15][64][65][4]:320-321[13]:49.

Лесовик. Эскиз Л. Бакста

Леший мог похищать у людей скот, особенно тот, который прокляли, послав «к лешему». Леший мог наказать за беспечное отношение к скоту, оставленному без присмотра со словами, что мол никуда не денется — ведь это решать не человеку, а лешему. Скотина могла пропасть, если попадала на место, которым прошёл леший. Леший мог «привязать» скотину к дереву, так что она не могла от него отойти, хотя съела вокруг всю траву и голодала. Или даже «закрыть» («спрятать») животное, как бы поместив его в иной мир, причём ищущие люди могут слышать где-то поблизости колокольчик коровы. Или леший заводит животное в глухое, труднодоступное место. Леший мог наслать на скотину, которую пас плохой пастух, диких животных — волков, медведей. Чтобы найти пропавшую скотину, крестьяне предпринимали не только обычные поиски, но и совершали обряд «отведывания» («отворачивания»): ночью или рано утром шли на перекрёсток лесных дорог (или посылали «знающего» человека), где пытались договориться с лешим. Для этого ему преподносили дар — яйцо, хлеб с солью и др., завёрнутые в чистый кусок ткани, перевязанный красной ниточкой, молили его или угрожали ему магией («закрестить» все дороги в лесу, перевязать все деревья) или заступничеством святых. Если пропавшая скотина не была «завещана» лешему, то она либо сама вскоре возвращалась, либо леший говорил, где её можно найти, либо поведывал о её судьбе (загрызли звери, украл кто-то из людей, гуляет не в лесу). Также леший мог покалечить скотину[66][67][4]:320-321.

Леший рассматривается как первопричина блуждания человека по лесу, в связи с чем его также называют блуд, шату́н, мани́ло и води́ла. Человек не может найти дорогу, потому что леший «обошёл» его, как бы замкнул невидимой круговой чертой. Заблудится и тот, кто «перейдёт след лешего», попадёт на его тропу. Леший может закрыть тропу преградой-наваждением: буреломом, рекой и др. А может закрыть и самого пропавшего человека — люди слышат, что он где-то рядом, а найти не могут. Леший может «привязать» человека к дереву, в котором он живёт, в таком случае путник, блуждая, всё время возвращается к нему. Он может сфальсифицировать приметы: прикинуться ориентиром, по которому человек замечал путь, или деревом, на котором мох или короткие редкие сучья растут не на северной стороне, как полагается, а на южной. Охотника леший может завести в чащу, прикинувшись ускользающим животным, иногда диковинным. А может заводить голосом знакомого, плачущего ребёнка или умирающего. Заблудившийся человек оказывается в незнакомом месте, которое в бытовом плане понимается как труднодоступное, а в мифологическом — как иной мир. Леший может принимать образ знакомого или просто неизвестного попутчика и, отвлекая разговорами или суля показать места богатые грибами или ягодами, заводит в непроходимое место, после чего исчезает. Его появление в таких случаях связано обычно с тем, что человек мечтал о попутчике. Также, прикинувшись знакомым человеком, леший может маячить впереди на расстоянии, не давая себя догнать и не откликаясь. Исчезает этот спутник внезапно, часто на границе с культурным миром — при переходе через мост или изгородь[68][69][70][4]:314, 318, 326[13]:49.

Чтобы избавиться от чар лешего, заблудившемуся необходимо снять с себя всю одежду и надеть её наоборот: наизнанку, задом на перёд, поменять местами обувь, перевернуть стельки и т. п. При этом раздеваясь необходимо громко браниться и выбивать одежду о дерево, а одеваясь — читать молитву (лучше всего 90-й псалом) и произносить заговор. Аналогично, если потерялся, ездя на телеге, следует перезапрячь лошадей наоборот. Также можно было попытаться выйти из леса задом по собственным следам. А. Н. Афанасьев предполагал, что переодевшись таким образом человек будет идти не в ту сторону, в которую его ведёт леший, а в обратную, и выйдет на дорогу. Н. А. Криничная указывала, что такое переодевание помогает перейти из потустороннего мира в диаметрально противоположный, то есть человеческий. Е. Л. Мадлевская указывала, что после переодевания леший перестаёт видеть человека. Также лешего можно просто попросить указать дорогу[71][72][73][4]:323[13]:48-49. Чтобы найти пропавшего в лесу человека, люди совершали тот же обряд «отведывания» («отворачивания»), что и в случае с пропавшим домашним животным, только дары были несколько ценнее — не только хлеб с солью, но и блины, пироги, горшок с кашей, кусок сала. Если с лешим удалось договориться, то он показывал пропавшему дорогу или даже сам выводил его из леса, или «открывал» его ищущим — пропавший мог оказаться в том месте, где его уже безрезультатно искали. Помощь против лешего родственники искали и у домового, обращаясь к нему, «гаркая» в трубу[74][75].

Подобно другим демоническим персонажам, леший может похищать людей. Пропасть могут люди любого возраста и пола. Чаще всего поводом для похищения становится проклятье, особенно родительское, в виде посылания «к лешему». Если проклятого ребёнка удаётся окрестить, то леший ждёт, когда ему исполнится 7 лет, после чего сманивает в лес.

Лешие также заманивают детей, которым плохо живётся в своей семье, добрым отношением, поэтому они называют лешего «добрым дядюшкой». Может похищать младенцев. Взамен похищенного дитя лешие иногда кладут в колыбель «подменыша» — связку соломы, полено или чурбан, иногда же оставляют свое детище, безобразное, глупое и обжорливое, принимающее образ похищенного ребёнка, но искажённый, уродливый, подменыш злой, много орёт, не умеет ни ходить, ни говорить, не проявляет признаков интеллекта; через некоторое время он, как правило, умирает или по достижении 11-ти летнего возраста, подмёныш убегает в лес, а если остается между людьми, то делается колдуном. Похищенных же детей лешие воспитывают: по одним рассказам они получают тайные знания и становятся колдунами и знахарями, а по другим — дичают, перестают понимать человеческую речь, носить одежду, обрастают мхом и корой. Зачастую они становятся невидимыми для людей, хотя сами видят родных, слышат их разговоры, переживают разлуку, но открыться не могут. По мнению Н. А. Криничной, они как бы растворяются в природе. Похищенных девушек лешие берут себе в жёны и могут заводить с ними детей. Если же от лешего рождает женщина живущая в деревне, то её ребёнок вскоре исчезает. Леший также может похитить человека с целью превращения в раба. По другим рассказам «похищенные» (заблудившиеся) люди погибают от изнеможения, голода, падения в яму или попадания в трясину[76][77][29][4]:319-320[13]:49.

Защититься от похищения можно сразу же после проклятия, используя христианские (помолиться, перекреститься, вспомнить Бога, совершить молебен) или языческие средства (сказать «чур меня», произнести заговор, произвести обряд «отведывания»), а то и просто вовремя спохватившись и догнав «уносимого» в лес. Есть шансы вернуть и уже унесённого в иной мир, но обычно только в определённый момент (подсказанный колдуном или случайный) по прошествии некоторого срока после пропажи. Существовало поверье, что похищенный, чтобы вернуться домой, не должен был есть пищу леших (но в других рассказах люди угощались у лешего и возвращались, но взятая ими с собой еда превращалась в шишки, мох и т. п.). Леший мог вернуть давно похищенного им человека, если ему помог другой человек. Вернувшиеся от лешего меняются. Они избегают людей, учатся заново говорить, повреждаются умом. Или наоборот, они становятся сосредоточенны и серьёзны, приобретают способности к колдовству, предсказанию своей и чужой судьбы, общению с духами (лешими, домовыми). Вернувшихся тянет обратно в лес. Они не рассказывают всего о своём пребывании у лешего, так как за это они могут поплатиться жизнью. У девушек влияние похищения проходит после свадьбы. Отмечают связь похищения со смертью, а леса — с царством мёртвых[78][4]:319-323[13]:50.

Избавиться от лешего, если он воспринимается как нечистая сила, могут помочь молитва, крестное знамение, упоминание Бога, в случаях же восприятия лешего как древнего божества вернее действует матерная брань, также можно попытаться рассмешить лешего. Чтобы закончить разговор с лешим необходимо произнести «заднее слово», то есть то, которое он (или же сам человек) сказал первым, как бы замкнув словесный круг. Оберегами от лешего служат соль и огонь, очерченный «магическим» предметом круг, лутошка (очищенная от коры липовая палка), головешка. Леший боится собак со светлыми пятнами над глазами (так как они якобы могут видеть нечистую силу) и трёхцветных кошек. Лешего можно прогнать ударом наотмашь. Он боится огнестрельного оружия, особенно заряженного медными пулями-пуговицами[79][80][81][4]:322-324.

Леший может предсказать судьбу встретившемуся ему человеку. Считалось, что в Великий четверг можно прийти в лес, сесть на старую берёзу и спросить у появившегося лешего о будущем. Был распространён ритуал гадания, чаще всего на Святки, ночью в лесу, обычно на перекрёстке. Гадающие очерчивали вокруг себя магическим предметом (кочергой, лучиной и пр.) три круга-ограды или очерчивали шкуру животного, на которую садились, клали рядом с собой кусочек хлеба и иногда другие предметы и спрашивали у лешего, что случиться в будущем году. Ответом служили различные лесные звуки, в которых людям «чудился» смысл. Считалось, что леший соглашался ответить только на три вопроса. За несоблюдение ритуала гадающий мог жестоко поплатиться[82][4]:322.

Леший мог беспрепятственно общаться с людьми: приходить в кабак и пить водку, нанимать человека в работники и др. Известны бывальщины о том, как леший принимает помощь от человека и щедро благодарит его: леший просит научить играть его на гармони; леший просит лесорубов угостить его пирогами; повивальная бабка помогает в родах лешачихе, охотник освобождает связанного своими собратьями лешего, а тот в знак благодарности идёт вместо него в солдаты; женщина позаботилась о лежащем в лесу голом ребёнке леших, за что лешачиха подарила ей угли, превратившиеся в монеты; человек молитвами помогает лешему справиться с чертями[83][84][4]:319-320, 322, 326-327[13]:50.

Леший — властитель над лесными зверями. Больше всего он любит медведя, и когда сам пьёт вино, до которого большой охотник, то потчует непременно и медведя. Последний караулит лешего, когда тот опьянённый ляжет спать, и оберегает его от нападения водяных. По данным К. Д. Логиновского, собранных в Забайкалье, «за услуги леший от людей требует платы в виде угощения водкой»[85].

На русском Севере отмечено выражение «леший ступал» о том, что плохо сделано.

Леший в народном календаре[править | править вики-текст]

Лешего можно встретить в любое время суток. Есть поверие, что в полночь лешие выходят поиграть, с первыми петухами бегут в «ближайший вершок» и там шумят до вторых петухов, после которых расходятся[86]. Как и другие духи, лешие празднуют приход весны и Пасху (лучший подарок для лешего — пасхальное яйцо). Летом лешие шумно справляют свадьбы[87][88][89][4]:324-326.

В народном месяцеслове «Купальская ночь» на 24 июня (7 июля)  считалась временем, когда активизируется и проказит всякая нечисть, в том числе и леший. А в ночь под «Агафона Огуменника» 22 августа (4 сентября) , по-поверью, лешие выходили из леса в поле, бегали по деревням и сёлам, раскидывали снопы по гумнам и вообще творили всякие бесчинства. Для охраны гумен поселяне выходили к загородям, вооружёнными кочергой с тулупами, вывороченными наизнанкув вывороченной одежде и обводили около снопов круговую черту кочергой, как бы замыкая их оградой, чтобы он их не раскидал, подняв вихрь. Также особым «срочным днём» лешего считалось 14 (27) сентября (Воздвиженье), день, когда лешаки сгоняли в особые места лесное зверьё и попадаться им на пути было опасно. «На Ерофея» же, — как считали крестьяне, — «лешие с лесом расстаются». В этот день 4 (17) октября дух проваливается под землю (вырывая её на семь пядей), где зимует до весны, но перед зимовкой лешие беснуются, «дурят в лесах»: бродят, кричат, хохочут, хлопают в ладоши, ломают деревья, разгоняют зверей по норам и свирепствуют. Суеверные русские мужики и бабы в этот день в лес не ходили: «Леший — не свой брат: переломает все косточки не хуже медведя». Впрочем, не все лешие на зиму; в некоторых местностях им приписываются зимние вьюги[79].[90][4]:324[23][91]

Об исчезновении леших[править | править вики-текст]

В народе ко второй половине XX века сложилось представление о том, что лешие стали появляться гораздо реже, а то и вовсе исчезли.[4]:326 Но, тем не менее, леший до настоящего времени остаётся одним из самых популярных персонажей быличек.[4]:314

Один из наших корреспондентов простодушно и откровенно сообщил — с ручательством за всю свою местность — нижеследующее: «Перевелась ныне эта погань, Вот деды рассказывали, что в те поры, когда и лесов было больше, и болот с трясинами, так и не ходи лучше ночью в лес: повстречает тебя эта дрянь-то, да и все тут»

— Максимов С.В. Собр. соч. Спб, 1912. Т. 18. С. 87

Их теперь, по уверениям инородцев, стало гораздо меньше, чем было раньше, что можно объяснить появлением огнестрельного оружия, которого мэнквы (лешие), особенно заряженного медными пулями, боятся больше всего

— Гондатти Н.Л. Следы язычества у инородцев Северо-Западной Сибири -М., 1888. С. 34

Родственные персонажи[править | править вики-текст]

«Чудо лесное, поймано весною». Рисованный лубок XVIII века

В лешем просматриваются некоторые признаки бога грозы Перуна: в бурю он валит деревья, поёт-шумит, хохочет подобно раскатам грома, лешачата в это время выбегают играть. Подчас леший прямо изображается властителем стихий[92]. Как у покровителя пастухов и домашних животных у лешего возможна связь со «скотьим богом» Велесом (Волосом) и христианскими святыми, на которых перешли в двоеверии функции последнего[93].

Леший имеет тесное родство с духом-хозяином полей — полевым: предполагается отделение полевого от лешего в процессе отхода людей от подсечно-огневого земледелия (обособление поля от леса) и повторное слияние с ним при растворении мифологической традиции[94]. С образом лешего как покровителя волков преемственно связаны южнославянский персонаж, называемый волчьим пастырем, украинский лисун и русский Егорий Храбрый[15][95][40]. Мотив защекатывания до смерти объединяет леших и русских дикиньких мужичков — мохнатых существ, обитающих в лесу[96]. Белорусы считали, что помимо обычных леших существуют пущевики, живущие в девственной пуще и губящие проникающих туда людей.[14] Упоминаемые выше названия лешего блуд (укр.)русск., манило и т. п. и боровик или боровой (старичок — хозяин грибов, живущий под ними и ими же питающийся) в некоторых местах могут рассматриваться уже как отдельные персонажи.[4]:326 Под взаимным влиянием находились образы «злого» лешего и чёрта[18][97][13]:42, 47.

Русский образ лешего оказал влияние на образы духов леса российских народов: арзюри у чувашей, ворса у коми, нюлэсмурт у удмуртов, пицен у западносибирских татар, шурале у казанских татар и башкир, менк у манси и другие. Сходными персонажами в других мифологиях являются греческие сатиры, римские фавны, немецкие лесные (Waldleute, Holzleute), и моховые (нем.)русск. (Moosleute) люди[98].

Лешие в Библии и в религиозной традиции[править | править вики-текст]

В синодальном переводе пророчества Исайи (Ис.34:14), повествующем о запустении Едома в частности упомянуты и «лешие». Этим словом, в наиболее распространённом русском переводе Библии, было передано еврейское слово «сэирим» — «косматые»:

И звери пустыни будут встречаться с дикими кошками, и лешие будут перекликаться один с другим; там будет отдыхать ночное привидение и находить себе покой.

Некоторые переводчики (Давид Йосифон) понимают под «косматыми» диких козлов, другие (Левисон) — демонов. Исследователи фольклора также ассоциируют библейских леших с сатирами, фавнами, йети и неандертальцами.

В Талмуде даже содержался совет для того чтобы отличить «лешего» («сэирим») от человека в ситуациях, где другие признаки неявны. Например, когда ночью или в сумерках перед человеком представал некто, похожий на человека, то следовало просто сказать «Шалом!» (приветствую, с миром!) и, если встречный «не ответит на человеческое приветствие, значит это демон»[99]. Сходный приём при встрече с лешим использовали и грузины.

В Житие Никодима Кожеозёрского приводится рассказ о пастушке Григории, заблудившемся в лесу и увидевшем впереди себя видом подобного человеку в сером одеянии, который держал в руке колокольчики и звенел ими. Лесной демон привёл отрока в свое жилище, где уже находились старец и юноши, когда-то тоже уведенные лешим. Благодаря посмертному заступничеству святого Григорий смог оказаться дома. Повествование содержит точные указания на время и место происшествия (Бысть в лето 7196 маиа в 15 день, на Онеги реке, на реце, зовомой Сыжтуги)[100]

Леший в искусстве[править | править вики-текст]

Леший является популярным персонажем народных и литературных сказок, славянских сказочных фильмов и мультфильмов, славянского фэнтези. Его образ встречается в песнях и на картинах.

См. также[править | править вики-текст]

Примечания[править | править вики-текст]

  1. Афанасьев, 2008, с. 656, 662
  2. Криничная, 2004, с. 250
  3. 1 2 Левкиевская, 2000, с. 320, 324
  4. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 Мадлевская Е. Л. Леший // Русская мифология. Энциклопедия. — Эксмо, Мидгард, 2005. — С. 314-327. — 784 с. — 5000 экз. — ISBN 5-699-13535-6.
  5. Зеленин, 1995, с. 59—60
  6. Даль, 2002
  7. Криничная, 2004, с. 253
  8. Криничная, 2004, с. 264
  9. Левкиевская, 2000, с. 321
  10. Афанасьев, 2008, с. 655—656
  11. Криничная, 2004, с. 252-253, 258-259
  12. 1 2 Левкиевская, 2000, с. 323
  13. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 Уорнер Э. Леший // Русские мифы / Перевод с англ. М. Звонарева. — М.: ФАИР, 2008. — С. 47-50. — 112 с. — 2000 экз. — ISBN 978-5-8183-1438-9 (рус.), ISBN 0-7141-2743-4 (англ.).
  14. 1 2 3 Левкиевская, 2000, с. 324
  15. 1 2 3 Афанасьев, 2008, с. 657
  16. Криничная, 2004, с. 250-254
  17. Левкиевская, 2000, с. 321, 323
  18. 1 2 3 4 5 Афанасьев, 2008, с. 656
  19. Криничная, 2004, с. 254-258, 264
  20. Левкиевская, 2000, с. 322-323
  21. Криничная, 2004, с. 258-261, 263
  22. Левкиевская, 2000, с. 321-323
  23. 1 2 Круглый год. Русский земледельческий календарь. — М.: «Правда», 1989, стр.254, 326—329, 376. ISBN 5-253-00598-6
  24. Криничная, 2004, с. 260-263
  25. Левкиевская, 2000, с. 321-322
  26. 1 2 3 Белякова Г. С. Леший // Славянская мифология: Книга для учащихся. — М.: Просвещение, 1995. — С. 143—144. — 239 с. — 20 000 экз. — ISBN 5-09-003831-7.
  27. Афанасьев, 2008, с. 662—663
  28. Криничная, 2004, с. 282
  29. 1 2 Левкиевская, 2000, с. 324-325
  30. Афанасьев А. Поэтические воззрения славян на природу. М., 1868. Т. 2. С. 343
  31. 1 2 Криничная, 2004, с. 258-259
  32. Криничная, 2004, с. 262-264
  33. Афанасьев, 2008, с. 655, 661
  34. Криничная, 2004, с. 301
  35. Левкиевская, 2000, с. 323-324
  36. Афанасьев, 2008, с. 653, 658, 662
  37. Криничная, 2004, с. 265-266
  38. Афанасьев, 2008, с. 658—659
  39. Криничная, 2004, с. 255-256, 268, 270-273
  40. 1 2 Левкиевская, 2000, с. 325
  41. Афанасьев, 2008, с. 654—655, 657—660, 665
  42. Криничная, 2004, с. 254, 264
  43. Левкиевская, 2000, с. 323-326
  44. Ончуков Н. Е. «Северные сказки» С. 443
  45. Новгородский сборник, Новгород, 1865. С. 2843
  46. Ефименко П. Демонология жителей Архангельской губернии. Памятная книжка Архангельской губернии на 1864 год. С. 494
  47. Ушаков Д. Н. Материалы по народным верованиям великоруссов // Этнографическое обозрение, 1896. № 2—3. С. 160
  48. Зеленин, 1995, с. 139
  49. Гондатти Н. Л. Следы язычества у инородцев Северо-Западной Сибири. M., 1888. С. 68
  50. Криничная, 2004, с. 247-250
  51. Левкиевская, 2000, с. 320
  52. Левкиевская, 2000, с. 321, 325, 330
  53. Криничная, 2004, с. 270
  54. Афанасьев, 2008, с. 655, 658
  55. Криничная, 2004, с. 268-270, 273, 278, 302, 308-311
  56. Левкиевская, 2000, с. 325-326, 330-331, 339
  57. Афанасьев, 2008, с. 663-664
  58. Криничная, 2004, с. 275-277
  59. Левкиевская, 2000, с. 331-332
  60. Криничная, 2004, с. 277
  61. Афанасьев, 2008, с. 659, 663-664
  62. Криничная, 2004, с. 267, 273-279
  63. Левкиевская, 2000, с. 330-331
  64. Криничная, 2004, с. 281-291
  65. Левкиевская, 2000, с. 331-335, 339
  66. Криничная, 2004, с. 291-298
  67. Левкиевская, 2000, с. 335-338
  68. Афанасьев, 2008, с. 660-661
  69. Криничная, 2004, с. 299-305
  70. Левкиевская, 2000, с. 325-329
  71. Афанасьев, 2008, с. 661
  72. Криничная, 2004, с. 305-307
  73. Левкиевская, 2000, с. 329-330
  74. Криничная, 2004, с. 306-307
  75. Левкиевская, 2000, с. 330
  76. Афанасьев, 2008, с. 665
  77. Криничная, 2004, с. 311-314, 317
  78. Криничная, 2004, с. 314-319
  79. 1 2 Афанасьев, 2008, с. 655
  80. Криничная, 2004, с. 304, 308-310
  81. Левкиевская, 2000, с. 325-326, 339
  82. Криничная, 2004, с. 319-323
  83. Афанасьев, 2008, с. 658, 663
  84. Криничная, 2004, с. 314
  85. Логиновский К. Д. Материалы к этнографии Забайкальских казаков // Записки общества изучения Амурского края. Владивосток, 1904. Т. 9. С. 8
  86. Криничная, 2004, с. 267
  87. Афанасьев, 2008, с. 653—654
  88. Криничная, 2004, с. 253, 267-268
  89. Левкиевская, 2000, с. 338-339
  90. Левкиевская, 2000, с. 339
  91. Народный Месяцеслов. — М.: «Современник», 1992, стр. 60, 69. ISBN 5-270-01376-2
  92. Криничная, 2004, с. 254, 265, 267
  93. Криничная, 2004, с. 280, 298
  94. Криничная, 2004, с. 249, 265
  95. Криничная, 2004, с. 271, 277-280
  96. Афанасьев, 2008, с. 656, 660
  97. Криничная, 2004, с. 257, 307-308, 322
  98. Афанасьев, 2008, с. 653
  99. The Universal Jewish Encyclopedia. Vol. 3, article «Demons», P. 533
  100. Народная мифология в севернорусских житиях

Литература[править | править вики-текст]

  1. Афанасьев А. Н. Поэтические воззрения славян на природу. XVII. Древо жизни и лесные духи // Славянская мифология. — М., СПб.: Эксмо, Мидгард, 2008. — 1520 с. — ISBN 978-5-699-27982-1.
  2. Даль В. И. Лес // Толковый словарь Даля, 1867. — М.: Олма-пресс, 2002. — Т. 1: А—О. — ISBN 5-224-03584-8.
  3. Зеленин Д. К. Избранные труды. Очерки русской мифологии: Умершие неестественною смертью и русалки. — М.: «Индрик», 1995. — 432 с. — (Традиционная духовная культура славян. Из истории изучения). — ISBN 5-85759-018-3.
  4. Криничная Н. А. Глава III. Леший: тотемические истоки и полисемантизм образа // Русская мифология: Мир образов фольклора. — М.: Академический проект; Гаудеамус, 2004. — С. 247—323. — 1008 с. — (Summa). — ISBN 5-8291-0388-5, ISBN 5-98426-022-0.
  5. Левкиевская Е. Е. Леший // Мифы русского народа. — М.: Астрель, АСТ, 2000. — С. 320—339. — 528 с. — 10 000 экз. — ISBN 5-271-00676-X, ISBN 5-17-002811-3.
  6. Мадлевская Е. Л. Леший // Русская мифология. Энциклопедия. — Эксмо, Мидгард, 2005. — С. 314—327. — 784 с. — 5000 экз. — ISBN 5-699-13535-6.
  7. Орлов М. А. Русская чертовщина // История сношений человека с дьяволом. — 1904. [множество переизданий; текст о лешем является пересказом фактической базы соответствующей главы из «Поэтических воззрений славян на природу» А. Н. Афанасьева]
  8. Уорнер Э. Леший // Русские мифы / Перевод с англ. М. Звонарева. — М.: ФАИР, 2008. — С. 47—50. — 112 с. — 2000 экз. — ISBN 978-5-8183-1438-9.

Ссылки[править | править вики-текст]