Восточная Армения в составе Российской империи

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску

Восточная Армения в составе Российской империи — период в истории Армении на протяжении XIX — начала XX веков, когда Восточная Армения[1][2][3][4][5][6][7] стала частью Российской империи[8][9][10][11][12][13] в результате Русско-персидских (1804—1813 и 1826—1828)[14][15][16][17][6] и русско-турецкой (1828—1829) войн, и связанного с ними поэтапного вхождения в состав России территорий по Гюлистанскому, Туркманчайскому[18][19][20] и Андрианопольскому[прим. 1] мирным договорам. Восточная Армения находилась в составе Российской империи вплоть до распада последней в 1917 году.

Предыстория[править | править код]

Провинции Великой Армении. George Whiston, 1736 год.
Персидская и Османская империи. Армения показана разделённой между ними. Персидская (Восточная) и Османская (Западная) Армения. Robert de Vaugondy, 1753 год.
Восточная Армения (Armenia orientalis), Филипп Бюаш, 1740 год.

На протяжении всей истории, контроль над Арменией, расположенной на стыке Европы и Азии, играл ключевую роль в политике государств региона[21]. Находясь на пересечении торговых путей[22] и вблизи основных центров производств шёлка, Армянское нагорье было местом постоянных военных конфликтов[2].

Первые арабские завоевания в регионе начались с 40-х годов VII века[23][24]. Только к концу VIII века, арабам удалось подчинить себе значительные территории Армении. Наряду с этим, арабские племена начали переселяться на её территорию[25].

Первые набеги огуз-туркменских племен, нахлынувших из Средней Азии[26] и утвердившихся в Персии и других частях Передней Азии в Армению, были зафиксированы в самом начале XI века, когда последние атаковали Васпураканское царство. К 1070-м годам (см. Битва при Манцикерте), сельджуки распространили своё влияние практически на всю Армению[27][26] и большую часть Анатолии[28][2]. Армянское национально-государственное устройство продолжало существовать только в Сюнике (Сюникское царство), Ташире (Лори), ХаченеНагорном Карабахе) и Сасуне[28][29][30][31][32][28].

Эти вторжения были не просто военными завоеваниями, вместе с армиями перемещались целые кочевые, тюркоязычные племена, миграция которых в Армению привела к катастрофическим изменениям в этнической структуре населения региона[33][34][35][36], они обосновались в северо-западных районах Персии (Азербайджане, исторической области к югу от реки Аракс) и Армении. Многочисленные кочевые племена на протяжении целого ряда веков перемещались на территорию Армении и селились в богатых районах с обширными пастбищами[37].

В 1236 году начались набеги монголов во главе с Чингисханом. К 1245 году, монголы смогли подчинить себе значительную территорию Армении. Монгольские завоевания были разрушительными для армянского населения: множество городов было разорено, осуществлялись массовые убийства. Происходила миграция монгольских племён на территорию Армении, что ещё больше усилило демографические изменения, начавшиеся при сельджуках, а армянское население региона, напротив, продолжало сокращаться[38]. Население подвергалось несправедливому налогообложению, и только Армянской церкви предоставлялись определённые привилегии[39].

В период Византийско-сельджукских войн, армяне, составляющие на тот момент большинство населения Восточной Армении[40], старались сохранить своё государственное устройство и свою христианскую веру[40].

В 1385 году хан Тохтамыш уводит в плен из Арцаха, Сюника и Парскаайка десятки тысяч армян[41], a с 1386 года, Армения подвергается разрушительным походам Тамерлана[42]. Его войска дошли до Сюника, Нахичевани и далее двинулись на Эрзерум[43]. В этот период, земли и пастбища отнимались у местного армянского населения, разорялись целые города (в частности, был разграблен город Ван[43]), происходило массовое заселение территории Армении пришлыми тюркскими кочевниками, а ислам постепенно становился доминирующей религией. Число армянского населения уменьшалось[40][42][43][44].

В течение XV века части территорий Армении и Персии входили в состав государств, созданных пришлыми[45] тюркскими кочевыми племенами Кара-Коюнлу и Ак-Коюнлу[46]. Армянское население было уведено в плен, а после столетий постоянной войны на армянском нагорье, многие армяне были вынуждены массово эмигрировать[47][48][27]. Значительное число армян стало искать защиты со стороны Русских княжеств и, в дальнейшем, у образованного Русского государства[40].

Невзирая на иностранное господство, усилиями армянских мирян и духовных лидеров, правитель государства Кара Коюнлу Джаханшах-хан с целью привлечения на свою сторону армянского населения, назначил ряд армянских нахараров (князей) в областях Сюник, Вайоц Дзор, Арцах и Гугарк[49]. А с целью привлечения симпатий духовенства, он согласился содействовать в восстановлении церквей и перенесению престола в Вагаршапат (Эчмиадзин). Джаханшах распорядился также освободить от государственных налогов Татевский и другие монастыри. В 1441 году центральный орган Армянской Апостольской церквипрестол Верховного патриарха и Католикоса всех армян, был перенесен из Киликии, где он находился с 1149 года, в Эчмиадзинский монастырь — её древнейший исторический центр на территории Армении, а Армянскую церковь признавали правители мусульманских стран региона[50][51][52][53][54].

Постоянные войны и опустошительные набеги разорили территорию Армении, а армянское население подвергалось грабежу и уводу в рабство, в том числе и младенцев[55][56]. Огромное число армян постепенно покидало свою родную землю и иммигрировало[57]. Мусульманские правители Армении пытались ассимилировать армянское население путём его отказа от христианства и принятия ислама[58][55].

Османское господство над частью Восточной Арменией продолжалось в течение чуть более 15 лет и было установлено в результате Турецко-персидской войны (1578—1590 гг.)[59]. Однако в 1603 году началась новая Турецко-персидская война, в ходе которой войска Аббаса I Великого смогли вернуть себе всю территорию, утраченную по результатам предыдущей войны. За своё непродолжительное господство, османские власти подвергали население постоянным грабежам и притеснениям[60]. По приказу Аббаса I, сефевидская армия осуществляла тактику выжженной земли против османов в Араратской долине[61][62], разоряя и уничтожая армянские города и сёла[63]. По его приказу, из Восточной Армении на территорию Персии были выселены от 250 тыс. до 300 тыс. армян[64][65][66][27][67]. Только из одного города Джульфа (Джуга) и его окрестных селений, было депортировано 12 000 армянских семей[68]. Как отмечает Энциклопедия Ираника: «‎На протяжении своей многовековой истории армянский народ еще не подвергался столь серьезной катастрофе»[69]. В районе города Исфахан, переселенцы основали район Новая джульфа, где впоследствии создали крупный центр международной торговли, в том числе и с Россией[56].

Вплоть до XVII века, армяне всё ещё составляли большинство населения Восточной Армении, однако постоянные войны, опустошительные вторжения и переселения, сильно сократили численность армянского населения[64][70][67].

На протяжении XVI и в начале XVII веков за контроль над Арменией вели борьбу Османская империя и Сефевидская Персия[71][72]. Продолжающиеся военные конфликты привели к ещё более крупным волнам миграции армян с территории Армении[73]. Противостояние завершилось Зухабским мирным договором 1639 года, согласно которому, была установлена граница двух государств, разделявшая Армению[74]. Турция была вынуждена признать практически всю территорию Закавказья частью Персии[75]. Начало новой границы было положено в районе Джавахского хребта, далее граница следовала по реке Ахурян, проходя по хребту Армянских гор (западным сколам Большого Арарата) соединяясь с горной системой Загрос. Западнее новой границы оказались территории Западной, восточнее — Восточной или Персидской Армении[21][74][7][76]. Восточная Армения в составе Персии была поделена на две административные единицы: Чухур-Саад (включало исторические армянские провинции Айрарат, Гугарк, Васпуракан и Парскаайк) и Карабахское беглербегство (Арцах, Сюник, Утик и Пайтакаран)[77][78].

В течение следующего столетия, на территории Восточной Армении отмечается экономический, научный и культурный подъём. Появляются учёные и деятели культуры, проводится реконструкция и восстановление Армянских церквей и монастырей, также новый импульс развития получило архитектурное направление (как церковное, так и городское)[2]. Наряду с этим, по всей территории Персии усиливался гнёт и грабежи армянского населения и духовенства[2].

В виду труднодоступности и неприступности, Сефевиды предоставили особый статус жителям Нагорного Карабаха и с начала XVII века были созданы пять армянских меликств (княжества), известные под общим названием Хамс (Гюлистан, Джраберд, Варанда, Хачен и Дизак)[79], которые просуществовали до середины XVIII века. Армянское население Хамсы управлялось князьями из родов Мелик-Беглерян, Мелик-Исраелян (позже Мирзаханян и Атабекян), Мелик-Шахназарян, Мелик-Аванян и Гасан-Джалалян, из которых Гасан-Джалаляны, их младшая ветвь Атабекяны и Мелик-Шахназаряны были коренными династиями, остальные князья были переселенцами из других областей Армении[47]. В Зангезуре также существовало несколько выдающихся меликов. Удаленность этого региона способствовала созданию отдельного религиозного центра в монастыре Гандзасар, с видными католикосами и патриархами[80]. Они являлись последними остатками армянской государственности вплоть до первой половины XVIII века (завоевания территории Карабаха Надир-Шахом)[76][81].

Начиная с XVI века, армянские духовные и светские лидеры начали предпринимать очередные попытки прибегнуть к помощи извне (первоначально, у Римско-Католической церкви) и начать борьбу за освобождение от «иноземного ига»[82]. В XVI веке католикосы Степанос V Салмастеци (1545-1567), Микаэль I Себастаци (1567-1576) и католикос Киликийской епархии Армянской церкви Азария I Джугаеци, предпринимали неоднократные попытки заручиться поддержкой Римско - католической церкви и европейских правительств в деле освобождения[54]. В 1547 году католикос Степанос V Салмастеци собрал лидеров армянских общин на тайное совещание в Эчмиадзине для выработки плана защиты армянского населения от дальнейшего угнетения и преследования. Было решено просить помощи у Европейских стран[54]. Представители армянского духовенства ездили на переговоры в Рим, Германию и другие страны, однако все попытки добиться реальных действий со стороны третьих стран, оказались тщетны[83].

Особенно, подобные попытки усилились во второй половине XVII века, что было связано с ростом влияния армянских купцов в Персии и России, а вместе с ними, — и духовенства[82][84]. Армянской церкви представлялись многочисленные привилегии, церковь выступала сборщиком налогов для персидского престола[85]. А к началу XVIII века, церковь становится крупным землевладельцем в Восточной Армении[85].

В 1678 году в Эчмиадзине под руководством католикоса Акопа IV состоялись тайные переговоры, на которых также присутствовали представители духовенства, аристократии и меликов Сюника и Арцаха[83][86]. Было решено начать борьбу для освобождения от Персидского владычества. Исраэл Ори, сын армянского мелика из Карабаха, первоначально отправился в Венецию, затем во Францию, Пруссию, Австрию и другие страны[86]. В целом, он в течение двух десятилетий вёл безрезультатные переговоры с рядом европейских государств о поддержке армянского освободительного движения, после чего, стало ясно, что единственным заступником и надеждой армянского народа может быть только Русское Царство, набирающее своё влияние[87][84].

В 1701 году Ори совместно с влиятельным политическим и церковным деятелем Минасом Тиграняном, отправились в Москву к царю Петру I, что бы представить ему свой план освобождения Армении при поддержке Русского царства[88][89]. Также, они передали Петру I письмо армянских меликов, в котором, в частности, говорилось[прим. 2]: «Не имеем иной надежды, токмо в Бозе монарха небеснаго, вашего величества на земли государя». Пётр I отправил делегацию в Армению с официальным письмом католикосу Нахапету I, в котором обещал оказать армянам помощь по окончании войны со Швецией, однако тяжёлая война сильно отодвинула осуществление данных планов[89]. В 1704 году, он поступил на службу к Петру I, а в 1708 году, Ори был направлен в Исфахан в качестве посла России, чтобы собрать информацию о внутреннем положении Персии для будущего Российского вторжения, однако в связи с противодействием французского посла, миссия окончилась безрезультатно[89]. А в 1716 году, уже М. Тигранян по поручению Петра I участвовал в секретной миссии в Восточную Армению[2][90]. Русский царь поддерживал хорошие отношения с представителями армян[91], и всё бóльшее их число рассматривало Россию как своего естественного союзника[89].

К концу XVII — началу XVIII вв., государство Сефевидов переживало серьёзный упадок[54]. В результате вторжения афганцев, в 1722 году, с потерей Исфахана, Сефевиды потеряли свою власть[2][91]. Эти события стали причиной очередной волны армянской миграции из региона[92]. Тахмасп II, сын Солтан Хусейна, бежал на север Персии и там провозгласил себя ханом. Его опорой стали Азербайджан и прикаспийские провинции страны. В тоже самое время, в Арцахе и Сюнике начались вооружённые столкновения между армянами под руководством Давид-Бека и местными ханами и тюркоязычными кочевыми феодалами, стремящимися поработить эти территории[2].

Воспользовавшись ситуацией, Османская империя, в 1723 году, в нарушение Зухабского договора, вторглась в Восточную Армению и Грузию[93], и в течение двух лет завладела всем регионом, за исключением Карабаха и Сюника, где местные армянские мелики под руководством Давид-Бека, Егана Юзбаши, Авана Юзбаши и Мхитара Спарапета[en], удерживали натиск турецких войск на протяжении почти десяти лет[94][2][95]. В итоге, Шах Тахмасп II особым указом признал владычество Давид-бека над провинцией Сюник[96].

Армяне и грузины надеялись, что русская армия, двигавшаяся на юг в рамках Персидского похода Петра I придет им на помощь, однако, значительные потери в живой силе, эпидемии, серьёзные проблемы со снабжением армии, а также опасения новой войны с Турцией[93], вынудили Пётра I отказаться от дальнейшего продвижения на юг на помощь армянам и грузинам, и ограничиться захватом территорий у берегов Каспийского моря, заключив в 1723 году Петербургский мирный договор[2]. А в 1724 году, Российская и Османская империи заключили Константинопольский договор, разграничивающий сферы влияния в Закавказье[91]. Согласно договору, Россия сохраняла территории на западном и южном побережье Каспия, полученные по Петербургскому договору 1723 года с Персией. Турции отходили Картли (Тифлис), Эриванское ханство и иранские земли (Шамахи, Тебриз, Казвин)[94][97]. Турция контролировала всю восточную Армению за исключением Карабаха и Сюника, где продолжали оказывать сопротивление армянские отряды во главе с Давид Беком[93].

Тем временем, к власти в Персии пришёл Надир-шах, который при поддержке армянского населения[98] и значительного числа вооружённых армянских отрядов, сумел изгнать османов из Ирана. Стамбульский мир 1736 года[en] восстановил довоенную (по состоянию на 1722 год) границу между Персидской и Османской империями. Однако после убийства Надир-шаха в 1747 году, Персия распалась на полузависимые ханства[2].

Надир-шах всеми методами пытался положить конец русской ориентации армянского населения[99]. В ответ на героическую оборону армян Карабаха и Сюника[100], он признал права армянского народа, более того, своим указом он предоставил определённые привилегии Армянскому католикосу и восстановил права Армянской Апостольской церкви[100]. Также, подтвердил права армянских меликов Нагорного Карабаха и Сюника, предоставив им определённую автономию[2][100]. Меликства находились в подчинении у гянджинского беглербега (губернатора). Надир-шах, желая ослабить власть рода Зийяд-оглы, беглербегов Гянджи, отделяет от их владений земли пяти армянских меликств и передаёт их под власть непосредственно своего брата, Ибрагим-хана, сипахсалара Азербайджана[101], а в необходимых делах меликам было дано указание обращаться напрямую к самому Надир-шаху[102]. Однако все попытки Надир-шаха оказались тщетны, и с середины 1740-х годов политика отбирания пахотных земель и неправомерного налогообложения по отношению к армянам возобновилась[2]. В связи с чем, всё большее число армян было вынуждено переселяться на территорию России, где им была гарантирована безопасность императрицами Анной Иоановной и Елизаветой Петровны[100]. Вдобавок, продолжилась политика выселения армянского населения вглубь территории Персии, например, в 1746 году по его приказу, 1000 армянских семейств были насильно переселены из Нахичевана в Хорасан[103][104]. После смерти Надир-шаха, армянонаселённые меликства попали в вассальную зависимость от новообразованного Карабахского ханства[105].

С приходом к Российскому престолу императрицы Екатерины II, произошло значительное оживление армяно-российских связей[106], а светские и духовные лидеры Армении и Грузии снова начали обращаться к российскому руководству с планами покровительства со стороны России[107]. Крупные армянские купцы, а также католикосы Акоп V и Симеон I, соответственно, в 1760 и 1766 годах, обращались к Екатерине с предложениями о протекторате России[106], и в 1768 году она издала специальный указ о помощи армянам в их освобождении[2]. Российские правящие круги, в частности — Г.А. Потёмкин, планировали создать Армянское государство, объединив Карабахское, Эриванское и Нахичеванское ханства, а также район Караджадаг. А территорию Гянджинского ханства планировали присоединить к Грузии[108].

Армения, разделённая между Каджарским Ираном и Османской Турцией.

В 1794 году к власти в Персии пришла династия Каджаров. В течение последующих нескольких лет, Каджарскому Ирану удалось вновь утвердить суверенитет Персии над значительной частью Закавказья[109][110].

С конца XVIII и до начала XIX веков, Восточная Армения находилась в составе Персии[13] и состояла из четырёх ханств: Эриванского, Нахичеванского (включая ряд поселений к югу от реки Аракс), Карабахского (включая Зангезур) и Гянджинского[111][112][113][114][115][15][116][117].

В течение предшествующих столетий, переселение кочевых племён на богатые земли вдоль рек Армянского нагорья, обратило вспять историческое преобладание армянского населения[118][119][67]. В связи с постоянной миграцией мусульманского населения на территорию Восточной Армении, насильственной депортацией армян, проведённой шахом Аббасом, и постоянным разорительным набегам и войнам, к началу XIX века «едва ли треть её населения были армянами», армяне сохранили значительное большинство лишь в горных районах Карабаха и Сюника (Зангезура)[118]. На территории современной Гянджи армяне также стали меньшинством[120].

До вхождения в состав России, армянское население Восточной Армении, по причине войн, переселений и тирании местных правителей, на протяжении предыдущих столетий (только из города Эривань в период с 1795 по 1826 годы было вынуждено переселиться на территорию Грузии свыше 20 000 армян[121]), сократилось до чуть более 20 %, в то время как около 80 % населения этих двух ханств были мусульманами (персы, тюрки и курды; 117 849 мусульман и 25 151 армян)[122][123]. К середине 1830-х годов, в результате переселений, христианское население в одной части исторической Армении, впервые за более чем четыре столетия, значительно выросло и по численности достигло мусульманского (82 377 армян и 82 073 мусульман)[124][118]. Рональд Сюни подчёркивает, что к концу XIX века, «армяне стали составлять большинство на небольшой части своей исторической родины»[125]. Академическая «Кембриджская история Ирана» отмечает, что к середине XIX века: «В результате, армяне снова стали большинством на восточной части своей исторической родины»[126].

Вхождение в состав Российской империи[править | править код]

Присоединённые к России ханства на карте Кавказского края с обозначением границ на 1806 год. Тифлис, 1901 год.
Внешние изображения
Карта Кавказских земель с частью Великой Армении, изданная С. М. Брониевским, Санкт-Петербург, 1823 год

Ещё задолго до завоевания Россией Закавказья, к её руководству многократно обращались армянские политические, общественные и духовные лидеры с просьбами об «освобождении их земель от персидского и османского владычества»[127][128][129][130].

На протяжении столетий, Россия расширяла свои владения в южном направлении[131]. Начало экспансии было положено результатами первой Русско-турецкой войны 1568—1570 гг. и первой Русско-персидской войны 1651—1653 гг . В дальнейшем, в результате Русско-турецких и Русско-персидских войн, Россия захватывала всё новые и новые территории, продвигаясь южнее на Кавказ и в Закавказье[131].

24 июля 1783 года в крепости Георгиевск был заключён договор о покровительстве и верховной власти России над царством Картли- Кахети[132][133]. Летом 1795 года войска персидского шаха Аги Мохаммеда Каджара вторглись в Закавказье[134]. Его союзниками выступили гянджинский и эриванский ханы, противниками — Картли-Кахетинское царство и Карабахское ханство (в лице армянских меликов Карабаха). К 1796 году было разорено множество городов Восточного Грузинского царства, в том числе столица — Тифлис. После просьб к Российской империи о помощи, начался Персидский поход Екатерины II[135], целью которого было, в том числе, подчинение Восточной Армении и остальной части Закавказья России. Однако смерть императрицы не дало осуществиться задуманным планам[134].

8 января 1801 года Павел I подписал указ о присоединении Картли- Кахети к России.12 сентября издан новый императорский манифест Александра I о включении в состав России Восточно-Грузинского царства[136]. В составе Картли-Кахети вошла северная часть исторической Армении — Лори[137].

Территориальные потери Персии в пользу России в 19 веке.

В ходе Русско-персидской войны 1804—1813 годов, Русская армия под командованием Александра I захватила практически всю территорию Закавказья. Война окончилась решительной победой России[138]. Значительную помощь русской армии оказало армянское население, а многие армяне вступали в Русскую армию[137].

В октябре 1813 года был подписан Гюлистанский мирный договор[139][137][140], являвшийся для Персии одним из самых унизительных договоров когда либо заключённых до этого[138]. По нему, Персия признала вхождение в состав Российской империи Дагестана, Картли, Кахетии, Мегрелии, Имеретии, Гурии, Абхазии, части Восточной Армении[14][111][15][16][17][141][11][19][12][6][13] и более восточные и северо-восточные территории[131], а именно: Бакинское, Карабахское, Гянджинское, Ширванское, Шекинское, Дербентское, Кубинское, Талышское ханства[142]. Россия также получила исключительное право держать военный флот на Каспийском море. Персидский наследный принц Аббас Мирза не рассматривал Гюлистанский мир как окончательный мирный договор с Россией и готовился к новой войне[143][140].

Мир был не долгим, междуцарствие после смерти Александра I, восстание декабристов и волнения в недавно завоёванном России Кавказском крае, убедили Аббаса Мирзу в том, что он мог бы вернуть себе уступленные ранее ханства[144].

В 1826 году персидская армия пересекла границу, обозначенную в Гюлистанском договоре. Началась новая Русско-персидская война. Русской армии большую помощь и поддержку оказало огромное число армянских добровольцев, часть из них вступало в её ряды, часть — создавало добровольческие отряды[131][145]. Идейным вдохновителем армян был католикос Нерсес V Аштаракеци, он призывал молодых армян присоединиться к России и помочь освободить их Родину[125].

В феврале 1828 года Персидская династия Каджаров капитулировала и в мирном договоре не только признала суверенитет России над областями Восточной Армении, утраченными в 1813 году[14], но и уступила новые территории Восточной Армении[146][147][9][148][14][16][17][11][19][6][13] — Эриванское и Нахичеванское ханства (согласно условиям Туркманчайского мирного договора)[149][9][4][12][139][150][151][125]. Кроме того, договор включал официальное право Российской империи поощрять переселение армян (предки которых были ранее пленены и насильно переселены на территорию Персии) на недавно завоёванные Россией территории, и Персия обязалась не препятствовать их переселению в русские пределы[прим. 3][148][149][152][121]. В течение 1828—1832 годов, возможностью переселения воспользовались от 30 000 до 57 000 человек[153][131][154]. Лишь самая малая часть из них переселилась на территорию Карабаха[155]. Количество переселившихся мусульман южнее вновь установленных границ с Персией, оценивается в 35 000 человек[154]. Экономическая ситуация на вновь присоединённых территориях была чудовищной. Значительная часть региона была обезлюдевшей, а сотни деревень были пустыми[156].

Практически сразу после подписания мира с Персией, началась очередная Русско-турецкая война 1828—1829 годов. В ходе конфликта, русская армия под руководством И. Ф. Паскевича продвинулась вглубь Османской территории, дойдя до стратегически-важных городов, населённых, в основном, армянами[125]: Карс, древнего армянского города Байбурт, Гюмюшхане, Алашкертской долины с одноимённым городом. Позднее турки были вынуждены покинуть город-крепость Эрзерум[157]. На протяжении всего продвижения русских войск вглубь Османской империи, армяне приветствовали их как своих спасителей и радовались, что день освобождения близок[131]. Однако по результатам Адрианопольского мирного договора, Россия получала далеко не все захваченные в ходе боевых действий города и населённые пункты, что вызвало огромное разочарование среди армянского населения Османской империи[158]. Обе стороны пошли на взаимные уступки: Россия отказалась от предложенной ей турецкой стороной части Молдавии и Валахии и от Карса, а Османская империя согласилась предоставить широкую автономию Греции. Также, согласно договору, Турция признавала переход к России Эриванского и Нахичеванского ханств (переданных ранее Персией по Туркманчайскому договору)[159].

После того, как русская армия покинула Эрзерум и Карс, мирное армянское население стало опасаться репрессий со стороны турецкого государства за то, что они приветствовали наступление русских войск. Согласно договору, в течение 18 месяцев армяне могли покинуть свои родные деревни, перейти за новую границу, и, наоборот, мусульмане, в основном из в Ахалцихе и Ахалкалаки, получили привилегию переселиться западнее от установленной границы[158]. В течение года после окончаний военный действий, из вновь присоединённых территорий, в Турцию ушли турки и курды, а на территорию России переселились, по разным оценкам, от 25 000 до 30 000 турецких армян из Эрзерумского и Карсского эялетов[153][160][161][125] (в основном, в район города Ахалкалаки).

Вхождение в состав России рассматривалось армянским населением, как наиболее благоприятное средство для начала нового национального и культурного возрождения[162].

Установление Российской власти[править | править код]

Армянская область Российской империи занимала территории бывших Эриванского (помечено жёлтым) и Нахичеванского (помечено светло-салатным) ханств.
Герб Армянской области.
Российское Закавказье в 1837 году.

Сразу же после окончания войны, влиятельные российские подданные армянского происхождения (Христофор Екимович Лазарев, Моисей Захарович Аргутинский-Долгорукий, Александр Макарович Худабашев и др.) разработали план создания автономного армянского княжества под протекторатом России. Однако император Николай I отверг подобные представления, одобрив план образования Армянской области в составе Российской империи[163].

Армянская область была образована Высочайшим указом императора Николая I от 21 марта 1828 года[164], располагалась она в северо-восточной части Армянского нагорья[165], на территории бывших Эриванского и Нахичеванского ханств[164] и занимала площадь 20 720 км²[166]. Некоторые восточные районы нагорья (Ахалкалаки, Лори, Газах и Карабах (включая Нагорный Карабах) не были включены в состав новой административной единицы[166].

Высочайший указ правительствующему Сенату от 21 марта 1828 года, №1888.

О наименовании присоединенных к России ханств Эриванского и Нахичеванского Областью Армянскою.

Силою трактата, с Персию заключённого, присоединённые от Персии ханство Эриванское и ханство Нахичеванское, Повелеваем во всех делах именовать отныне Областью Армянскою и включить оную в титул Наш. Об устройстве сей области и порядке её управления.

Правительствующий Сенат в своё время получит надлежащие повеления.

Подписано "Николай"[164][167]

Крестьяне составляли около 90% населения области, торговцы и ремесленники — около 6%, остальная часть населения принадлежала к высшим сословиям и духовенству[168].

Как отмечает Ричард Ованнисян: «Щит христианской Руси открыл новые горизонты для армянского политического сознания». Видные армянские деятели с первых дней стали принимать активное участие в местном управлении, консультировании новой русской администрации и других политических и общественных процессах, всячески способствуя укреплению новой администрации. Армянский народ был всячески благодарен императорской власти за отношение, проявленное к нему в тяжёлый период. Например, ликование вызвало принятие официального герба области, напоминающего царские штандарты древних армянских царей[166]. Приход России являлся для армянского народа освобождением от многовекового мусульманского господства[169].

В 1840 году был отменён особый статус Армянской области. Правительство России опасалось углубления националистических настроений среди населения в Закавказье, в том числе и среди армян. Для борьбы с сепаратистскими тенденциями на Кавказе и в Закавказье в целом, политика царского правительства была направлена на объединение контрастных географических образований в новые области с неестественными границами и неоднородным населением. Так, на основании закона об административной реформе, утверждённого императором Николаем I 10 апреля 1840 года под названием «Учреждение для управления Закавказским краем», всё Российское Закавказье было объединено в две административные единицы — Грузино-Имеретинскую губернию и Каспийскую область[170][118]. Территория бывшей Армянской области, вместе с Ахалкалаки, Лори и частью бывшего Гянджинского ханства вошли в состав Грузино-Имеретинской губернии, а Карабах (включая Нагорный Карабах) с прилегающими районами — в состав Каспийской области[118][171][163].

Территориальная реорганизация не принесла желаемых результатов, но вместо этого вызывала новые сопротивления: в частности, эти меры не помогли остановить продолжавшуюся уже несколько десятилетий Кавказскую войну. 27 декабря 1844 года на территориях Кавказа и Закавказья, вошедших в состав Российской империи, было вновь учреждено Кавказское наместничество с центром в Тифлисе. Наместником был назначен новороссийский и бессарабский генерал-губернатор, князь Михаил Семёнович Воронцов[172].

Началась очередная административная реформа управления Закавказскими территориями. Высочайшим указом от 14 декабря 1846 года Грузино-Имеретинская губерния и Каспийская область были упразднены. Образованы четыре губернии: Тифлисская, Кутаисская, Шемахинская и Дербентская. Большинство армянонаселённых районов были включены в состав Тифлисской губернии[172][173], в т. ч. Елизаветпольский, Эриванский, Нахичеванский, Александропольский и др. уезды.

В 1849 году Высочайшим указом императора Николая I данным Сенату 9 июня 1849 года, из территорий, входивших в состав Армянской области и в тот период находившихся в составе Тифлисской губернии (Эриванский и Нахичеванский уезды), а также Александропольский уезд, была образована Эриванская губерния[172][161][163]:

Высочайший указ правительствующему Сенату от 9 июня 1849 года, №23303.

О образовании в Закавказском крае Эриванской губернии.

… во внимании к представлению Наместника Кавказского, рассмотренному Кавказским Комитетом, признавая полезным и необходимым, для успешнейшего движения дел и удобнейшего управления, образовать в Закавказском крае ещё новую губернию, Мы Повелеваем:

1) В состав этой, вновь учреждаемой губернии, отделить: от Тифлисской губернии уезды: Эриванский, Нахичеванский и Александропольский, кроме участка Ахалкалахского, а от Шемахинской губернии участок Мигринский и селение Капак Шушинского уезда.

2) Губернским городом назначить Эривань, а потому новую губернию называть Эриванскою.

3) Разделить её на 5 уездов: а) Эриванский, составив оный из нынешнего Эриванского уезда; уездным городом оставить Эривань; б) Ново-Баязетский, составляемый вновь из Гохчинского участка и всех вообще селений, лежащих в окрестности озера Гохчи (Севанги); местопребыванием уездного управления, назначить селение Ковар (Ново-Баязет), которое и возвести на степень уездного города...; в) Нахичеванский, составив его из теперешних участков Нахичеванского же уезда, кроме Ордубатского; уездным городом оставить Нахичевань; Ордубатский, образуемый вновь из участков: Ордубатского, Нахичеванского уезда, и Мигринского, с селением Капак Шушинского уезда; управлению новым уездом находиться в заштатном городе Ордубат, возводимом на степень уездного города; д) Александропольский, составляемый из Шурагельского и Бомбакского участков нынешнего Александропольского же уезда; уездным городом быть, по-прежнему, Александрополю.

4) Уезды: Эриванский, Нахичеванский и Александропольский оставить при теперешнем разделении их на участки. Уезды Ново-Баязетский и Ордубатский, впредь до времени, на участки не делить.

5) Управление Эриванской губернии образовать на тех основаниях, как образовано управление Кутаисской губернии по положению, утвержденному Нами в 14 день декабря 1846 года (20702), и состоять оному по прилагаемому при сем, Нами утвержденному штату;

6) Находящийся ныне в составе Александропольского уезда участок Ахалкалакский причислить к Ахалцыхскому уезду губернии Кутаисской.[174]

Образование губернии рассматривалась армянским населением, как компенсация за потерю бывшей области. Ричард Ованнисян отмечает, что создавая Эриванскую губернию, наместник на Кавказе князь М.С. Воронцов, желал одновременно завоевать доверие армян и решить ряд экономических и военно-политических задач[172].

Высочайшим указом императора Александра II «О преобразовании управления Кавказского и Закавказского края» от 9 декабря 1867 года была образована географически и этнически-искусственная[172] Елисаветпольская губерния[175][161].

Именной указ данный Сенату от 9 декабря 1867 года, №45268.
Из существующих ныне за Кавказом четырёх губерний образовать пять, учредив новую губернию Елисаветпольскую, в составе которой ввести части нынешних: Тифлисской, Бакинской и Эриванской...[175]

В её состав вошли Восточные территории Армянского нагорья (частично Тифлисская, Бакинская и Эриванская губерний)[172]: Елизаветпольский уезд Тифлисской губернии, Нухинский и Шушинский уезды Бакинской губернии и часть упразднённого Ордубадского округа Эриванской губернии, а также вновь образованные Казахский и Зангезурский уезды. В 1873 году, в связи с разукрупнением уездов, в составе губернии было образовано три новых уезда — Арешский, Джебраильский и Джеванширский.

Этим же указом Тифлисская губерния была разделена на шесть уездов: Ахалцихский, Горийский, Душетский, Тифлисский, Телавский и Сигнахский[175] (В 1874 году из части Ахалцихского уезда был образован Ахалкалакский уезд, а Тионетский округ переименован в Тионетский уезд. В 1880 году из части Тифлисского уезда[прим. 4] был образован Борчалинский уезд)[172].

А Эриванская — на пять: Эриванский, Александропольский, Эчмиадзинский, Новобаязетский и Нахичеванский[175] (В 1875 году было образовано два новый уезда — Шаруро-Даралагезский и Сурмалинский).

В составе Российской империи[править | править код]

Правления Александра I и Николая I[править | править код]

Закавказье рассматривалось как область военных и стратегических интересов России, прежде всего, по причине враждебности Османской и Персидской империй. Российская политика на вновь отвоёванной территории была направлена на максимально полную интеграцию этнических окраин в «систему» Российского государства и централизацию власти[163]. На первой этапе, у российских правящих кругов не было единого мнения по подходу и системе управления областями, вошедших в состав России. Звучали мнения, что территории следует эксплуатировать как Российскую «колонию», или, что необходимо экономически развивать регион для увеличения благосостояния его жителей[176]. В течение последующих нескольких десятилетий, отмечалось достаточно слабое развитие региона. Причиной тому, в том числе, служили повышенные налоги и сборы с местных предпринимателей[177].

Михаил Семёнович Воронцов

Только с декабря 1844 года, с учреждением Кавказского наместничества и назначением наместником на Кавказе князя Михаила Семёновича Воронцова, началось экономическое, хозяйственное развитие и социальный подъём армянского населения Закавказья[177]. За почти десятилетие своего руководства, ему удалось добиться лояльности грузинских и армянских торговцев к Российскому государству (им оказывалась всевозможная помощь: были снижены тарифы и разрешён транзит европейских товаров через территорию Закавказья и др.)[177].

Всячески поощряя предпринимательскую деятельность, в особенности среди армян, он объявил армянский средний класс Тифлиса «Почётными гражданами Российской империи», освободив их от призыва на военную службу и определённых налогов. Это послужило началом формирования в Закавказье новой промышленной среды[177]. Благодаря этим и другим инициативам наместника, армяне приобретали влияние и в других городах Закавказья. К середине XIX века, процветающая армянская буржуазия стала верными приверженцем российской государственности. Многие русифицировали свои имена и отправляли своих детей в русские школы[177].

11 марта 1836 года Николай I Именным указом утвердил «Положение об управлении делами Армяно-Григорианской церкви в России», состоящее из 10 глав и регулирующее взаимоотношения императорского правительства и Армянской Апостольской церкви[178][179]. Документ начал разрабатываться ещё в 1830 году, когда был принят Проект «Учреждения по управлению делами Армянского духовенства в России», локализовавший деятельность Армянской церкви на территории России. Также проект 1830 года учитывал систему управления Армянской церковью: у Патриаршеств (Первопрестольный Эчмиадзин, Иерусалимский и Константинопольский патриаршества, а также католикосаты Ахтамара и Киликии) в подчинении находились около сорока епархий, а им, в свою очередь, подчинялись приходы[180].

Положение проходило обсуждение в Государственном Совете Российской империи, при участии тогдашнего министра внутренних дел Д.Н. Блудова, и было согласовано с католикосом всех армян Ованесом VIII Карбеци. Большой вклад в его разработку внёс Христофор Лазарев. Именно с его предложениями, по мнению д.и.н., проф. Туняна В. Г., связано решение об именовании Армянской Апостольской Церкви «Григорианской»: «... предлагаемое наименование было шире чем «Закавказская Армянская церковь»[прим. 5], поскольку её главенство в первом случае автоматически должно было признаваться всеми иерархическими престолами; во-вторых, данное наименование позволяло оказывать содействие политическим интересам Российской империи на Ближнем Востоке, особенно в Османской империи, поскольку после утраты независимости Армении св. Эчмиадзин выступал в качестве духовного и национально-политического института; в-третьих, св. Гр. Первосвятитель являлся святым как для Русской Православной церкви, так и Католической церкви, мощи которого находятся до сих пор в церквях Неаполя и Нардо, нося название Сан Грегорио Армено»[180]. В указе Николая I, в частности, говорилось:

Именной указ, данный Сенату от 11 марта 1836 года №8970.


По покорении войсками Нашими Эчмиадзина, древнего местопребывания Верховного Патриарха Армяно-Грегорианской Церкви и Католикоса всего Гайканского народа, и по присоединении онаго, вместе с Армянской областью, к Российской империи, Мы признали нужным управление делами сей Церкви и духовенства оной установить на твердых и ясных началах.
В следствие сего Мы Повелели начертать на месте проекта полнаго положения о управлении делами Армяно-Грегорианской Церкви, приняв к оному в основание собственные древния ея установления, и сообразив их с общими законоположениями Нашей Империи[прим. 6].

Положение предоставляло Армянской церкви значительную автономию, церковь признавалась соборной и вселенской, была гарантирована безопасность и неприкосновенность её собственности. Управление армянскими школами возлагалось исключительно на церковь. Духовенство освобождалось от налогов, а армянскому населению была гарантирована свобода вероисповедания. Эчмиадзину было предоставлено главенство над шестью Российскими епархиями Армянской Апостольской церкви: Ереванской, Грузинской, Карабахской, Ширванской, Нахичеванской и Астраханской. Католикос всех армян избирался церковно-национальным собранием светских и духовных представителей от всех епархий и глав иерархических престолов на пожизненный срок. Утверждал главу церкви лично Государь Император из числа предоставляемых ему кандидатов (обычно, двух). Рональд Сюни отмечает, что Положение «установило рабочие отношения и сотрудничество между государством и церковью»[179][181]. На протяжении последующих пятидесяти лет, государство минимально вмешивалось в дела Армянской церкви[179].

В тот же период происходит процесс национального и культурного пробуждения армян, живущих в России[182]. В основном, это было связано с усердной работой небольшого числа армянских интеллектуалов (в том числе из многочисленной диаспоры[183]: литераторов, учёных, предпринимателей, политических и военных деятелей). Однако общей сплочённости среди населения по прежнему не наблюдалось, прежде всего, из-за значительного территориального расселения армян по всей территории центральной России; а так же по причине глубоких социальных различий между процветающим и более образованным городским средним классом (политические устремления молодой армянской интеллигенции всё больше расходились с традиционными духовными ценностями армян, живущими вдали от крупных городов) и бедным крестьянством закавказских деревень[184].

Лазаревский институт восточныйх языков, XIX в.

До вхождения в состав России, практически вся система образования армянского населения Восточной Армении находилась в руках Армянской церкви. Первые учебные и просветительские заведения, основанные армянами, начали открываться на территории России в самом начале XIX века. Первым подобным учебным заведением стала школа имени Агабабова в городе Астрахань, основанная в 1810 году. В 1811 году была открыта школа в Нор Нахичеване, а в 1815 году в Москве открыто Армянское Лазаревых училище (Московский армянский гг. Лазаревых институт)[прим. 7]. В 1824 году, в Тифлисе, по инициативе главы Грузинской епархии Армянской Церкви Нерсеса Аштаракеци, было основано главное учебное заведение армян Закавказья — Академия Нерсисяна[185]. Наряду с открытием светских учебных заведений, продолжали основываться и новые Церковные школы, число которых к 1936 году составило 21[185]. В 1850 году Армянской Церковью в Закавказье были открыты первые трехлетние начальные школы с обучением на армянском языке. К 1885 году их насчитывалось 270[186].

Основной сложностью, связанной с образованием армян, являлось противоборство строгой церковной и «современной» на тот период времени систем. Первую отстаивали церковные деятели, вторую, соответственно, — молодое поколение армянских просветителей (Хачатур Абовян, отец и сын Габриэль и Рафаэль Патканяны, Микаэл Налбандян и многие другие), целью которых было дать возможность знакомиться не только с церковной, но и светской литературой, доступной в то время далеко не каждому[187]. Тем не менее, многие армянские студенты, после окончания церковной школы, продолжали своё образование в крупнейших университетах Европы и России[188].

Ещё одной проблемой, с которой столкнулось молодое армянское поколение, живущее теперь на территории России — это отсутствие армянского литературного языка. Диалект восточных армян был представлен множеством как грузинских, так и русских слов, а жители Эривани, Карабаха и некоторых других областей, нередко испытывали трудности в общении друг с другом. Первым ситуацию попытался исправить армянский писатель, педагог и этнограф Хачатур Абовян своим романом «Раны Армении», написанном на современном, на тот момент, восточно-армянском языке с использованием эриванского диалекта[188]. Микаэл Налбандян писал по этому поводу следующее: «Сердце и душа нации могут сохранить свои качества и самобытность в чистоте только благодаря тому, что они сформированы под влиянием национального языка. Тот, кто отрицает эту истину, отрицает свою национальность»[188].

В этот период шло широкое распространение армянской публицистики: в Тифлисе начала издаваться газета «Кавказ» (1846—1847), затем «Арарат» (1850—1851), а начиная с 1868 года — одноимённый журнал в Эчмиадзине. В 1854—1864 годах в Москве издавался просветительский армянский журнал «Юсисапайл» («Северное Сияние»)[188]. В 1872—1892 годах в Тифлисе под редакцией Григора Арцруни выходила либеральная литературно-политическая газета «Мшак», популяризирующая среди армян пророссийские настроения[189].

Благотворное влияние русской классической литературы на себе испытали такие писатели, как Хачатур Абовян, Габриел Сундукян, Ованес Туманян и другие. Ованес Туманян писал[190]:

С любовью и почтением преклоняюсь перед великолепной русской нации, перед литературой Пушкина, Лермонтова, Гоголя, Достоевского, Тургенева, Чехова, Толстого и их достойных преемников, литературой, на которой учились очень многие из наших писателей и интеллигентов

В целом, в период царствования Николая I, были созданы благоприятные условия для развития всех сфер жизни армянского народа, проживающего теперь в границах России, а появление новой светской интеллигенции, позволило вновь сформировать чувство армянского национального самосознания[190][191][192]. Армяне обладали значительным экономическим влиянием в крупнейших городах Закавказья (Тифлисе, Баку и др.)[183].

Правления Александра II и Александра III[править | править код]

Для большинства армян, проживающих на территории Турции и Персии, Россия символизировала развитую цивилизацию и общество, защитницу христианского мира и надежду на улучшение жизни. Значительное число армян считало, что именно российское подданство может обеспечить рост их благосостояния и безопасность в границах Российской империи. В составе России, в Восточной Армении начала развиваться торговля и появлялись промышленные предприятия, а население чувствовало себя защищённым. У армян появилась возможность поступать в Российские и Европейские средние и высшие учебные заведения, многие вошли в ряды гражданской и военной элиты империи[162][193][194]. При Александре II продолжались открываться армянские школы, печаталось значительное количество книг и газет[194].

В период царствования Александра II пророссийские настроения среди армянского общества были чрезвычайно высоки[193]. В течение всего периода покровительства России, армянскому населению предоставлялись экономические, социальные и другие гарантии, а также физическая безопасность для укрепления национального, политического и культурного возрождения[195].

Портрет Лорис-Меликова, художник И.К. Айвазовский, 1888 год.

Именно в период сильной внутренней напряжённости, когда в Российском государстве требовалось установить порядок и провести реформы, выбор Александра II пал на героя Русско-турецких войн, армянина по национальности, графа М.Т. Лорис-Меликова, который 1880 году был назначен Министром внутренних дел Российской империи. За короткий срок, он провёл ряд политических реформ, вел борьбу с радикалами и антимонархистами, а также являлся автором нереализованного по причине убийства Александра II проекта реформ (т.н. Конституции Лорис-Меликова). Практически сразу после вступления на престол Александра III, Лорис-Меликов был отправлен в отставку[193].

После убийства царя-реформатора Александра II, маятник российской внутренней политики качнулся в противоположном направлении. Новый император, Александр III, стал проводить курс на создание сильноцентрализованного русского государства с принудительной русивикацией всех сфер жизни общества (в том числе и системы образования[196]), а, например, в армянском населении, некоторые высшие чины России, стали видеть потенциальную опасность для целостности страны[197]. Этому, по мнению американского историка Рональда Суни, способствовало несколько причин: 1. Доминирование армян во многих сферах действительности в крупнейших городах Закавказья (прежде всего, в торговле и предпринимательстве), и, соответственно, рост недовольства других народностей в связи с усилением могущества армянского среднего класса и знати[197]; 2. В рамках появления на международной арене, усилиями армян, проживающих в Западной Армении, «Армянского вопроса»[прим. 8], определённые консервативные силы в русском правительстве начали проецировать эту проблематику на Закавказье, и, тем самым, считать российских армян «подрывной силой», стремящихся создать независимое государство на территориях, входивших в состав России[197]. Отметим, однако, что чаяния армян, о возможном создании автономии или самостоятельного государства, касались исключительно территории Армянских вилайетов Османской империи (Западной Армении), о чем многократно заявляли армянские лидеры[198][199][194].

Внешняя политика России, в частности, по отношению к Армянскому вопросу и поддержке армян Османской империи, кардинально изменилась. Россия отказывалась от каких-либо претензий по защите армянского населения[200]. Чувствуя себя переданными, армяне всё больше склонялись к использованию незаконных средств для достижения своих прав, которые они считали естественными. На примере Балканского вопроса, армяне, лишившись какой-либо дипломатической поддержки, также начали рассматривать возможность в том числе и вооружённой борьбы за свои права и свободы[200]. Создавалось большое число обществ и кружков различной направленности, а так же политические партии. Большинство армян надеялись на мирные и законные методы, с помощь которых следует добиваться равноправия с остальными народами Османской империи[201].

На протяжении всего XIX века, Россией, на территории всего Кавказа и Закавказья, проводилась политика ассимиляции местного населения в российское общество – административная (внедрение российских институтов, законов, норм и бюрократических процедур) и культурная (в том числе языковая и образовательная) русификация, однако, этот процесс был эволюционным и постепенным, и вплоть до середины 1880-х годов, политика принудительной русификации не осуществлялась. При Александре III, государство взяло курс на принудительную русификацию всех сфер жизни общества, считая данную политику одной из основ эффективного административного управления приграничными областями и защитой от внешних вызовов. Однако, подобные меры возымели обратный эффект — армянское население становилось более оппозиционным, а их национальная идентичность проявлялась всё более сильно[202].

В рамках новой государственной политики, назначенный в 1882 году Главноначальствующим Кавказской администрацией генерал А. М. Дондуков-Корсаков, взял курс на жёсткую русификацию: в 1885 году было закрыто около 500 армянских церковных школ, в которых училось 20 000 учеников и работало 900 учителей; одновременно начались притеснения Армянской церкви, а армянский язык стал вытесняться русским. Видя рост недовольства среди населения, через год, правительство разрешило возобновить обучение в школах, однако сильно обновился учительский состав, а надзор профильного министерства стал более строгим[203]. Эти и подобные меры явились причиной роста русофобских настроений среди населения, прежде всего духовенства и молодой интеллигенции[189].

В конце XIX века в Европе начала складываться закавказская революционная эмиграция, появились первые политические партии. Ранее, Микаэл Налбандян лично познакомился в Лондоне с А.И. Герценом и участвовал в распространении его запрещённого в России журнала «Колокол». В честь этого журнала получила своё название армянская «Социал-демократическая партия Гнчакян» («Колокол»), основанная в 1887 году в Женеве Аветисом Назарбекяном и его супругой Марой Варданян. Подобно русским революционерам-народникам (А. Герцен, Н. Чернышевский и др.), партия считала террор основным средством борьбы. Основной её целью было добиться создания независимой социалистической Армении, отделив её территорию от Османской империи[198][204]. Несколько позже, в 1890 году, в Тифлисе была создана ещё одна партия — Армянская Революционная Федерация Дашнакцутюн, основной целью которой было также создание экономически и политически независимого Армянского государства на территории Западной Армении[205].

Правление Николая II[править | править код]

Николай II, взошедший на престол в 1894 году, в начальный период своего царствования не вмешивался в происходящие в Закавказье политические процессы. В декабре 1896 года, главноначальствующим на Кавказе назначен князь Г.С. Голицын, сразу же начавший широкую антиармянскую кампанию[206], в том числе против армянских образовательных учреждений и благотворительных организаций. При нём, сильно сократилась численность госслужащих-армян, закрывались армянские общественные организации, резко сократилась деятельность благотворительных обществ, ужесточена цензура в отношении армянских периодических изданий, а многие из них были закрыты. Доходило до того, что преследованиям подвергались некоторые деятели армянской культуры. По прямому приказу Голицына, началась открытая антиармянская пропаганда в газетах и журналах, поощряемые им журналисты и различного рода авторы (например, В.Л. Величко и А.С. Суворин), своими публикациями обеспечивали идеологическое обоснование этой кампании, преподнося армянский народ в виде изгоев, ярых революционеров и «вредной нации для русского дела на Кавказе»[207][208][209]. Деятельность Голицына способствовала росту армянофобии в Закавказье и на Кавказе[206].

В первые годы XX века, революционеры всё чаще начали организовывать забастовки рабочего класса в крупных городах Закавказья. Однако армяне, как рабочие, так и крестьяне, выступали против каких-либо демонстраций. Более того, лидеры Дашнакцутюн вели агитацию с требованием не вступать в подобные нелегальные движения и сосредоточиться на борьбе против Османской империи[210]. В годы активного привлечения народов Закавказья к революционному движению, армяне сохраняли пассивность по отношению к этому вопросу (РСДРП всячески агитировала армянское население для вступления в их ряды, однако всякий раз сталкивалась с однозначным противодействием).

Тем не менее, дальнейшие действия царского правительства, якобы вызваные недоверием к деятельности Армянской церкви (будто бы именно Армянская церковь подстрекает сепаратизм и русофобские настроения среди армянского населения), сами вынудили армян отстраниться от своей позиции и вступить в ряды оппозиции монархии[210][211][196]: 12 июня 1903 года по представлению Голицына[196], было Высочайше утверждено положение Комитета Министров (фактически нарушающее положение 1836 года «Об управлении делами Армянской Церкви»[210]) — «О сосредоточении управления имуществами Армяно-Григорианской Церкви в России в ведении правительственных учреждений и о подлежащих передаче в ведение Министерства народного просвещения средствах и имуществах означенной Церкви, коими обеспечивалось существование армяно-григорианских церковных училищ»[212].

В утверждённом положении речь шла о передаче исключительно недвижимого имущества и «капиталов» Армянской церкви в России (исключая всю церковную утварь и другие «священные предметы») в ведение и управление двух министерств — Министерства внутренних дел и Министерства земледелия и государственных имуществ. Это были земли различного назначения, некоторые категории домов и строений, а также пожертвования. Крупнейшим землевладельцем был Эчмиадзинский монастырь[213]. Исключение составляли Московская и Санкт-Петербургская епархии Армянской церкви. Все доходы, получаемые от недвижимого имущества передавались в Министерство внутренних дел, которое в свою очередь передавало определённый процент от всех доходов тем духовным учреждениям, от которых это имущество или капитал были приняты. Был введён строгий регламент по управлению расходами на управление имуществами Церкви[211][212]. Подобные правила действовали и в отношении Римско-Католической и, отчасти, Православной церкви в Российской империи[211].

Что касается учебных заведений, то согласно Положения, все церковные школы поступали под управление Министерства народного просвещения. Речь не шла об их закрытии, однако все денежные операции теперь контролировались Министерством, а всё финансирование учебных заведений шло из доходов от имущества Армянской церкви, котролируемого МВД и МинЗемледелия. Значительная часть дохода шла на финансирование вновь открываемых государственных школ[211][212].

В ответ на этот закон мирные демонстрации прошли во многих городах Закавказья, в которых принимали участие представители всех сословий. В некоторых городах (Елизаветполе, Тифлисе, Шуше, Баку, Карсе, Арташате и др.) произошли столкновения с полицией. Католикос Мкртич I также отказался принимать данный закон. Недовольство армянского населения совпало сначалом массовых демонстраци рабочих по всему Закавказью и Кавказу, создавалась революционная ситуация[214]. 14 октября 1903 года на Коджорском шоссе близ Тифлиса в результате покушения, совершённого членами партии «Гнчак», Голицын был тяжело ранен, но смог выжить[214].

Граф Илларион Иванович Воронцов-Дашков, 1905 год.

Лидеры Дашнакцутюн приняли на себя руководство демонстрациями, и в отличие от прошлых лет, начали призывать армян к массовым забастовкам[214]. Ситуация становилась всё более критической и для её успокоения, Николай II 1 января 1905 года снял с поста Голицына и назначил нового главноначальствующего на Кавказе графа Иллариона Ивановича Воронцова-Дашкова с восстановлением Кавказского наместничества, упразднённого в 1881 году[214][211][215].

Вскоре, Россию потряс общий революционнй кризис[215], а бездействие военно-политического руководства и силовых ведомств Закавказья, привело к Армяно-татарской резне (1905—1906). Высшие чины Кавказской администрации на протяжении долгого времени не пытались остановить кровавые столкновения, погромы и резню в крупных городах со смешанным населением, даже несмотря на отчаянные попытки армянского и мусульмаснкого духовенства[216][214][217].

1 августа 1905 по представлению Иллариона Ивановича[215], Николай II подписал Именной высочайший указ данный Сенату «О возвращении в ведение Армяно-Григорианской Церкви недвижимых имуществ и капиталов, переданных в Министерство Народного Просвещения, согласно высочайше утвержденным 26 марта 1898 года и 12 июня 1903 года, положениям Комитета Министров»[прим. 9][218][219]. Армянской церкви возвращалось управление всем церковным недвиживым имуществом и капиталами от МВД и МинЗемледелия, а учебными заведениями — от Мин. народного просвящения (министерство оставляло за собой функцию надзора за учбеными заведениями). Также, указом предусматривалось открытие новых армянских школ с разрешения наместника и по правилам для «народных училищ»[прим. 10][211].

Данный шаг императора вызвал ликование и взрыв патриотизма среди всего армянского населения, по всему Закавказью происходили мирные демонстрации[217].

В течение последующих лет, оппозиционность, подддержка революционного движения и часто отрицательное отношение армян к власти, угасла вовсе. Наместник на Кавказе Воронцов-Дашков всячески старался убедить высшие правящие круги России в преданности армянского народа и необходимости его поддержки в Армянском вопросе[220]. В рамках противодействия растущему влиянию Германской империи в Турции, на международной арене с новой силой возобновилось содействие в решении Армянского вопроса[221]. Осенью 1912 года католикос-патриарх всех армян Геворг V обратился к Воронцову-Дашкову с просьбой о защите армянского населения Османской империи[222][221]. Воронцов-Дашков, в свою очередь, написал прошение Николаю II и министру иностранных дел С.Д. Сазонову, в котором призывал возродить вопрос Армянских реформ, которое было Высочайше удовлетворено[222].

К 1913 году, армяне составляли 23% населения Закавказья и 40% городского населения. Армянский инвестированный капитал доминировал в промышленности и торговле, одновременно с этим, армянонаселённые области оставалась в основном сельскохозяйственными[223].

Первая мировая война и обретение независимости[править | править код]

Армения в составе Российской и Османской империй.

К 1914 году Россия добилась от турецких властей серьёзных уступок в отношении Турецкой (Западной) Армении и армянского вопроса. После многолетних переговоров, Россия, при поддержки других европейских держав, заключила Соглашение о проведении реформ в армянских вилайетах[прим. 11][224][225][226][227][228][221], так как все предыдущие договорённости по проведению «Армянских реформ» — в частности, ст. 61 Берлинского конгресса, и изданный в октябре 1895 года Абдул-Хамидом II Декрет о реформах в Армении — оставались только на бумаге[229] и ещё больше усугубляли отношение турецкого государства к армянам[225][230][231]. Младотурецкие лидеры рассматривали данное соглашение как «угрозу существования империи» и были полны решимости не допустить его осуществления[232]. В начале декабря 1914 года в связи с началом военных действий на Кавказском фронте, турецкое правительство в одностороннем порядке аннулировало соглашение[233].

С началом Первой мировой войны, воинские подразделения, состоящие из армян, были отправлены на Восточный фронт. Когда стало ясно, что в войну вот-вот вступит и Турция, граф И. И. Воронцов-Дашков приступил к созданию армянских добровольческих формирований для действий в Закавказье в случае войны против турок[234].

С первых дней войны по всему миру, особенно в Закавказье, развернулось армянское патриотическое движение[235]. В августе 1914 года, Воронцов-Дашков в Тифлисе организовал встречу с политическими, финансовыми и духовными кругами армян. На ней было принято решение о создании добровольческих отрядов для поддержки Русской императорской армии в войне против Османской империи[221]. Армяне связывали с этой войной серьёзные надежды, рассчитывая на освобождение Западной Армении. Поэтому армянские общественно-политические силы и национальные партии по всему миру объявили эту войну справедливой и заявили о безусловной поддержке России и Антанты[236]. Армянские добровольцы с воодушевлением вступали в русскую армию (всего, по некоторым данным, общее число вступивших приблизится к 150 000 человек)[221][237]. С началом войны армянская интеллигенция и духовенство стали поднимать вопрос о будущем устройстве Западной Армении в случае благоприятного завершения войны для России. Наместник на Кавказе граф И. И. Воронцов-Дашков утверждал, что «проблемы, которые волнуют армян, будут решены благосклонно», и призывал армян в России и по ту сторону границы быть готовыми к поддержке российских действий в случае войны. Император Николай II заверял армянского католикоса Геворга V: «…блестящее будущее ждёт армян» и что «армянский вопрос будет решён благосклонно, согласно ожиданиям Армении»[238][239][221].

Территория Западной Армении, занятая русскими войсками к лету-осени 1916 г. Журнал Нива № 31 — 1916 г.

С началом военных действий на Кавказском фронте, стали появляться сообщения о готовящейся расправе над армянами[240][241]. В январе 1915 года начались первые депортации из Киликии, а с апреля турецкие власти приступили к масштабной кампании против мирного армянского населения, которая в наше время известна как геноцид армян. Опустошённые и разорённые армянские дома быстро находили новых хозяев в лице мусульманских беженцев с Балкан[242]. Наряду с письменными приказами с требованием о депортации, Министерство внутренних дел и ЦК партии «Единение и прогресс» распространяли устные секретные приказы об организации массовых убийств армянских переселенцев[243]. Одной из целей этой политики было полное очищение от армянского населения шести восточных провинций Турции[244]. Геноцид осуществлялся путём физического уничтожения и депортации армян, включая перемещение гражданского населения в условиях, приводящих к неминуемой смерти («Марши смерти»)[244][245][246][247][248][249][221]. В совместной декларации Франции, Британии и России от 11 (24) мая массовые убийства армян были охарактеризованы как преступление против человечности[прим. 12][250].

К началу 1917 года, итоги военной кампании на Кавказском фронте «превзошли ожидания русского командования»[251]. Русские войска продвинулись вглубь Османской империи более чем на 250 км[252], овладев важнейшими и крупными городами Турецкой Армении[221]Эрзерумом, Ваном, Трапезундом, Эрзинджаном и Мушем[253][254]. Кавказская армия разгромила 3-ю турецкую армию и смогла оттеснить 2-ю, тем самым выполнив свою основную задачу — защиту Закавказья от вторжения турок на огромном фронте, протяжённость которого к началу 1917 года составляла, включая Персидский театр, свыше 2400 км.[255][251].

16 (29) мая 1916 года между Великобританией, Францией и, несколько позже, Российской империей и Италией, было заключено секретное «Соглашение о разделе азиатской Турции» с секретными протоколами. По нему, окончательно были подтверждены права России на Константинополь и проливы, а также обширная отвоёванная территория Западной (Турецкой) Армении и часть Курдистана отходила в непосредственное владение России[256][257][258][259][260], а армяне, покинувшие свои дома, смогли бы вернуться на родную землю[254].

На занятых русскими войсками территориях Турецкой Армении был установлен административный режим, созданы подчинённые военному командованию Кавказской армии военно-административные округа. 8 (21) июня Николай II утвердил «Временное положение по управлению областями Турции, занятых по праву войны». Оно предусматривало создание временного военного генерал-губернаторства, которое разделялось на области, округа и участки. К началу 1917 года во все округа, на которые разделялось временное генерал-губернаторство, были назначены начальники (всего 29 округов). Округа, в свою очередь, делились на участки, возглавляемые участковыми начальниками. Как правило, главами округов и областей назначались русские военные выше чина капитана. В городах и районах предусматривалось создание департаментов полиции первого, второго и третьего рангов. Вводилась фискальная и судебная системы. Особое внимание уделялось продовольственному снабжению как армии, так и гражданских лиц и беженцев. Армянским представителям высшие посты не доверялись, их назначали, в основном, на второстепенные должности. Первым генерал-губернатором завоёванных областей стал генерал-лейтенант Н. Н. Пешков[261][262].

Февральскую революцию армянское население встретило с большим энтузиазмом и ожидало выполнения ранее заявленных обещаний о судьбе Западной Армении[263]. После Февральской революции, Кавказское наместничество было преобразовано Временным правительством в Особый Закавказский Комитет. Начиная с весны 1917 года, русская армия постепенно разлагалась, солдаты дезертировали. Эти процессы ускорила Октябрьская революция, и к концу года Кавказский фронт практически был развален[264]. В октябре, приказом Верховного главнокомандующего, все Армянские воинские подразделения, входившие в состав Русской армии, объединялись в Добровольческий Армянский корпус. Армянские вооружённые формирования пытались заменить русские части на фронте, но без поддержки из России они не могли противостоять регулярным турецким частям[265].

После Октябрьской революции Закавказский комитет был заменён на Закавказский комиссариат. 5 (18) декабря в Эрзинджане было подписано временное перемирие на период переговоров о мире в Брест-Литовске между Россией и Центральными державами[266]. 7 (20) декабря были приостановлены военные действия на всех фронтах, в том числе и на Кавказском[267]. Это привело к массовому отходу русских войск из Западной Армении на территорию России. Турецким силам в Закавказье противостояли лишь несколько тысяч кавказских добровольцев под командованием двухсот офицеров.

10 (23) февраля в Тифлисе Закавказским комиссариатом был созван Закавказский сейм, в состав которого вошли депутаты, избранные от Закавказья во Всероссийское учредительное собрание, и представители местных политических партий. После длительного обсуждения Сейм принял решение начать сепаратные переговоры о мире с Османской империей, исходя из принципа восстановления русско-турецких границ 1914 года на момент начала войны и права на получение Турецкой Арменией автономии[268], которые проходили в Трапезунде, с 1 (14) марта по 14 апреля[269].

22 апреля 1918 года Закавказский сейм провозгласил создание Закавказской Демократической Федеративной Республики. Это государство просуществовало всего месяц, и разделилось на три, в результате чего образовались Грузинская Демократическая Республика, Азербайджанская Демократическая Республика и Республика Армении[270]. В декабре 1920 года Армения была советизирована[271].

Примечания[править | править код]

Комментарии
  1. Согласно договору, Османская империя признавала переход к России Эриванского и Нахичеванского ханств (переданных годом ранее Персией по Туркманчайскому договору)
  2. 1699 г. — Перевод послания армянских меликов Петру I
  3. В договоре не указывалась этническая принадлежность лиц, имеющих право беспрепятственного переселения на российскую территорию вместе со своим имуществом; де-факто, подавляющее большинство таких лиц составляли армяне.
  4. Включая армянонаселённый район Лори-Каракалис до реки Храми, переданный в 1862 году из состава Александропольского уезда Эриванской губернии в состав Тифлисской губернии[172])
  5. Генерал-фельдмаршал, граф И.Ф. Паскевич выступал за утверждение «Положения об устройстве Закaвказской Армянской церкви», означающей привязку деятельности к Закавказью.
  6. «Положение об управлении делами Армяно-Григорианской церкви в России»
  7. В начале XXI века в этом здании располагается Посольство Республики Армения в Российской Федерации
  8. Впервые возник в рамках разработки условий Сан-Стефанского мира, являющимся итогом Русско-турецкой войны (1877—1878)
  9. В источнике опечатка. Вместо «26 марта 1898 года», имелось в виду «2 июня 1897 года», когда было утверждено Высочайшее мнение Государственного совета «О подчинении состоящих при армяно-григорианских церквах и монастырях училищ ведению Министерства Народного Просвещения, 2 июня 1897 года». Училища, состоящие при Армянских церквях подчинялись Министерству народного просвящения наряду с остальными начальными училищами, находящимися в ведении данного министерства. Однако их содержание полностью оставалось на церкви.
  10. В источнике опечатка. Имелись в виду Высочайше утверждённые Правила о церковно-приходских школах, 13 июня 1884 год.
  11. Речь идёт о Соглашении о проведении реформ в Армении, заключённом К. Н. Гулькевичем и Саид-Халимом 26 января 1914 года
  12. Полный текст декларации
Источники
  1. Шнирельман, 2003, с. 45, 237.
  2. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 Encyclopædia Iranica. ARMENIA AND IRAN VI.
  3. Bournoutian, 1982, p. 53: «... Eastern Armenia, a segment of the Armenian plateau, is located in the south-western and most elevated part of Transcaucasia. It is composed of a series of mountain chains surrounding the Plain of Ararat and the Arax Valley. The nothern boundary follows the Pambak and Arguni chains and runs above the nothern extremity of lake Sevan...».
  4. 1 2 Lea and others, 2001, p. 1: «Persia (now Iran) ceded Eastern (Persian) Armenia to the Russian Empire by the Treaty of Turkmanchai».
  5. Barry, 2019, pp. 65, 97, 241.
  6. 1 2 3 4 Mokyr, 2003, p. 157: «During the periods from 1804 to 1813 and from 1813 to 1828, the Russian-Persian wars led to eastern Armenia's incorporation into the Russian Empire.».
  7. 1 2 Bournoutian, 1994, pp. 44—45: «In 1639, the Iranians and Ottomans ended their long period of hostility and partitioned Armenia. Two-thirds of historic Armenia became known as western or Turkish Armenia, while the remaining one-third became eastern or Persian Armenia. The division lasted for over two centuries, until Russia conquered eastern Armenia and made it Russian Armenia.».
  8. Bournoutian, 1994, p. 44—45: «The Russian conquest of eastern Armenia following the Russo-Persian Wars of 1804-1813 and 1826-1828 allowed the Armenians a chance to advance.
    In 1639, the Iranians and Ottomans ended their long period of hostility and partitioned Armenia. Two-thirds of historic Armenia became known as Western or Turkish Armenia, while the remaining one-third became Eastern or Persian Armenia. The division lasted for over two centuries, until Russia conqured eastern Armenia and made it Russian Armenia».
  9. 1 2 3 Herzig, 2002, p. 76: «In 1828 the Russian Empire gained Eastern (Persian) Armenia by the Treaty of Turkmanchai».
  10. Hacikyan and others, 2000, p. 10: «Thus almost all of Eastern Armenia became part of Russia, with the Arax river marking the boundary ...».
  11. 1 2 3 Шнирельман, 2003, с. 45: «... в Восточную Армению, оказавшуюся после русско-иранских войн начала XIX века в составе Российской империи».
  12. 1 2 3 Mikaberidze, 2015, p. 141.
  13. 1 2 3 4 Walker, 2004, p. 94: «Following the destruction of the Akkoyunlu by the Safavids, the new rulers of Persia (against whom the melikdoms appear to have been established) confirmed the meliks in their power and privileges. The whole of eastern Armenia came under the dominion of Persia, where it remained (apart from brief incursions by the Ottomans) until the Russian conquests of the early nineteenth century.».
  14. 1 2 3 4 Bournoutian, 1994, p. 45: «The situation of the Armenians in Russia was better. The Russia conquest of eastern Armenia folowing the Russo-Persian war of 1804-1813 and 1826-1828 allowed the armenians a chance to advance».
  15. 1 2 3 Subcommittee on Economic Stabilization, 1990, pp. 274—275: «... and in 1813, Russia formally occupide much of Eastern Armenia, including Karabagh.».
  16. 1 2 3 Mokyr, 2003, p. 157: «During the periods from 1804 to 1813 and from 1813 to 1828, the Russian-Persian wars led to eastern Armenia's incorporation into Russian Empire».
  17. 1 2 3 D&L Derbyshire, 2016, p. 339: «With the advance of Russia into the Caucasus during early 19th centure, Russia taking east Armenia between 1813 and 1828, there was a reveal Armenian culture, inspired by successes of the Greek and Balkan peoples, a struggle for independence».
  18. Bournoutian, 1980, p. 2.
  19. 1 2 3 Bournoutian, 1980, p. 2: «.. Armenia was the last territory to be conquered by the Russians during the Russo-Persian Wars of 1804-1813 and 1826-1828. Immediately following the Treaty of Torkmanchay (1828), the Russians began to set up their administrative ap- paratus in the region».
  20. Payaslian, 2008, p. 111: «The Treaty of Turkmenchay (a village between Tabriz and Tehran), signed in February 1828, granted the khanates of Erevan and Nakhichevan to Russia, therebyestablishing Russian control over all of Eastern Armenia with the new boundary set at the Arax River.».
  21. 1 2 Bournoutian, 1980, p. 1.
  22. Bournoutian, 1997, p. 94.
  23. Lea and others, 2001, p. 1.
  24. Stokes, 2009, p. 54: «Arab raids into Armenia began in the 640s.».
  25. Stokes, 2009, p. 54: «The Arab domination of the whole of Armenia was, however, a long and drawn-out process, and it was not until the end of the eighth century that it fell entirely under the control of the Umayyad Caliphate.
    Under the rule of the Arab Abbasids, substantial Arab settlement took place in Armenia...».
  26. 1 2 Stokes, 2009, p. 54.
  27. 1 2 3 Bournoutian, 1994, p. 44.
  28. 1 2 3 Encyclopedia Britannica. Armenia: «The Byzantine conquest was short-lived: in 1048 Toghrïl Beg led the first Seljuq raid into Armenia, in 1064 Ani and Kars fell to Toghrïl’s nephew and heir Alp-Arslan, and after the Battle of Manzikert (1071) most of the country was in Turkish hands. In 1072 the Kurdish Shāddādids received Ani as a fief. A few native Armenian rulers survived for a time in the Kiurikian kingdom of Lori, the Siuniqian kingdom of Baghq or Kapan, and the principates of Khachen (Artzakh) and Sasun.».
  29. The Cambridge History of Iran. Vol. 5., 1968, p. 64: «Alp-Arslan’s victory at Malazgirt also meant that, apart from the districts of Tashir and eastern Siunik', Armenia passes definitely into Muslim hands; and within the nest decade or so, the Byzantines, resolutely anti-Armenian to the end, exterminated several survivors of the native Bagratid and Ardzrunid dynasties.».
  30. Peacock, 2010, p. 113: «By the middle of the eleventh century, the sole Armenian principalities that maintained some sort of independence were Siunik' and Tashir in Caucasia and Sasun to the west of Lake Van.».
  31. Nicolle, Hook, 2013, p. 8.
  32. Peacock, 2010, p. 8: «By the middle of the eleventh century, the sole Armenian principalities that maintained some sort of independence were Siunik' and Tashir in Caucasia and Sasun to the west of Lake Van.».
  33. Bournoutian, 1994, p. 43: «The Seljuk Turkish invasion differed in one significant respect from all other previous invasions of Armenia: The Turkish nomads remained in Armenia, settling on the land and in the mountains.».
  34. Stokes, 2009, p. 54: «The Seljuk period in Armenian history brought substan- tial ethnic changes. There was a renewed wave of conversion to Islam among Armenians and a significant degree ofimmigration into Armenian by Turkic peoples.».
  35. Новосельцев, Пашуто, Черепнин, 1972, с. 47: «А затем началось сельджукское нашествие. Оно нанесло первый катастрофический удар по армянскому этносу. Часть Васпуракана, Гохтн, и, наконец, Сюник стали объектом захвата сельджуков в первую очередь.».
  36. Encyclopædia Iranica. ARMENIA AND IRAN VI: «From the outset opposing Ottoman Turkey and unifying under the banner of Shiʿism his military forces of Turkish-speaking nomads wandering in Azerbaijan and Armenia and declaring themselves as qezelbāš or šāhsevan, Shah Esmāʿīl, had strong collisions with the Ottoman empire which by that time had reached the zenith of its might. These conflicts continued with only brief intermissions during the time of his successors, almost during the entire 10th/16th century. These ruinous wars, whose main arena was Armenia, seemed to be of dogmatic-religious nature, yet, in reality, they had political, strategic, and economic reasons, the chief among them being the Ottomans’ intention to conquer Transcaucasia, Dagestan (Dāḡestān) and Azerbaijan and to control the trade routes through Armenia and Azerbaijan and the main centers of silk production.».
  37. Encyclopædia Iranica. ARMENIA AND IRAN VI: «In the first decade of the 13th century, the Armeno-Georgian military forces won new victories, challenging both the amirs of Xlaṭʿ and the sultan of Ardabīl, who had embarked upon a marauding raid toward Ani. They occupied the city of Ardabīl. During 1207-08, the domination of the Šah-Armans was eliminated. The Ayyubids came to power, with a more friendly attitude held vis-à-vis the Armeno-Georgian principalities. During 1210-11, the Armeno-Georgian troops, having liberated the whole of eastern Armenia and the larger part of central Armenia, were waging victorious fights against the Īldegoz atabegs of Azerbaijan.
    These invasions were not mere military conquests; moving with the armies were entire nomadic, Turkish-speaking tribes, in migrations which became fateful not only because the foreign Turkish-speaking element established itself permanently in Azerbaijan and Armenia, but also because it spread that language in the northwestern areas of Iran, thereby creating an ethnic barrier between Armenia and Persian-speaking Iran. The penetration of Oḡūz and other Turkish tribes into the Iranian plateau, Azerbaijan, and Armenia, brought about major changes in the ethnic structure of the population of those countries.
    Meanwhile and during the following decades, numerous nomadic Mongol and Turkmen fighting tribes penetrated into Azerbaijan and Armenia and settled permanently in regions which with their rich pastureland and nearby winter shelters were favorable for cattle raising.».
  38. Stokes, 2009, p. 54: «The Mongol leader Chinggis Khan and his armies reached Armenia in 1236, and by 1245 all of Armenia had fallen under Mongol control. ... the Mongol invasion of Armenia proved to be devastating in terms of loss of life and destruction of property. Famine, massacres, Mongol immigration, and Arme- nian emigration intensified the demographic changes that had begun under the Seljuks. The new Mongol overlords imposed high taxes on the population, and this resulted in social unrest and a series of violent rebellions.».
  39. Stokes, 2009, pp. 54—55.
  40. 1 2 3 4 Bournoutian, 1980, p. 11.
  41. Hovannisian. Vol.1, 1997, p. 267.
  42. 1 2 Рыбаков и др., 2002.
  43. 1 2 3 Payaslian, 2008, p. 103.
  44. Bournoutian, 1994, p. 43: «The Seljuk Turkish invasion differed in one significant respect from all other previous invasions of Armenia: The Turkish nomads remained in Armenia, settling on the land and in the mountains. During the four enturies before the Ottoman Turks conquered Constantinople and entered Europe, the turkification of present-day Turkey took place. The Armenians and Greeks slowly lost their dominance there and became a minority. Emigration, war, and forced conver-sions depleted the Anatolian Christian population significantly.».
  45. Рыжов, 2004.
  46. Payaslian, 2008, p. 103: «Two Turkoman dynasties, the Kara Koyunlu (Black Sheep) centered at Van and the Ak Koyunlu (White Sheep) at Diarbekir, replaced the Timurids and extended their power across Greater Armenia and Iran».
  47. 1 2 Петрушевский, 1949, с. 35.
  48. Всемирная история, 1957, с. Гл. XXXVII: «Армения вплоть до середины XV в. подвергалась грабительским набегам кочевников Кара Коюнлу. Деревни были разорены, многие обработанные земли сделались пастбищами для кочевников. Города превратились в незначительные местечки. Армянских феодалов почти полностью заменила кочевая знать тюркоязычных и курдских племён. Часть армянского населения была уведена в плен, часть эмигрировала. Армянские торгово-ремесленные колонии сложились во Львове, в Венеции, в Крыму и т. д.».
  49. Payaslian, 2008, p. 104: «One of Kara Yusuf's sons, Jihanshah, governor of Armenia and Tabriz (1437-1467-,* after his initial brutalities subsided, appointed a number of Armenian nakharars (nobles) as "princes" of Siunik, Vayots Dzor, Artsakh (Karabagh), and Gugark.».
  50. Encyclopædia Iranica. ARMENIA AND IRAN VI: «Through the efforts of Armenian lay and clerical agents in 1441, the central authority of the Armenian church, the See of the Catholicate of all Armenians, was moved from Cilicia where it had been since 1149, and reestablished at the monastery of Echmiadzin, its foundation place in the province of Ararat in central Armenia».
  51. Encyclopedia Britannica. Ejmiatsin.
  52. Payaslian, 2008, p. 104: «Jihanshah also granted permission to rebuild some of the churches and to reinstitute the catholicosate at Echmiadzin in 1441. The catholicosate of Sishad declined since the collapse of the Armenian kingdom in Cilicia, and the ecclesiastical assembly in 1441, which was attended by about 300 clergy and prominent Armenians, decided to return the catholicosate to Echmiadzin, its original location, away from the influences of the Roman Catholic Church.».
  53. Walker, 2004, pp. 92—93.
  54. 1 2 3 4 Bournoutian, 1997, p. 85.
  55. 1 2 Золотарёв, Авдеев, 1995, с. 367: «Феодалы кочевых и полукочевых курдских и туркменских племен жестоко эксплуатировали армянское население. Турки стремились обратить армян в ислам. По приказу султана производились периодические сборы младенцев, которые воспитывались в особых лагерях, тысячи юношей становились янычарами.».
  56. 1 2 Bournoutian, 1997, p. 84.
  57. Encyclopædia Iranica. ARMENIA AND IRAN VI: «The constant movements of hundreds of thousands of armed fighters and the bloody clashes of the opposing armies devastated the central provinces of the country. The Armenian population was subjected to plunder and slavery. Mass flight and emigration to foreign countries grew to large proportions.».
  58. Encyclopædia Iranica. ARMENIA AND IRAN VI: «In these confused and critical times, the Muslim chieftains in Armenia intensified their pressure on the remnants of Armenian feudalism and their attempts of assimilation by forced apostasy. During the days of the more fanatic rulers the so-called “Jaʿfarī” law was put to wider use, whereby an Armenian accepting Islam was able to claim as his alone the entire wealth of his parents (see Persidskie dokumenty, document no. 16).».
  59. Payaslian, 2008, p. 105: «The new Safavid leader, Shah Abbas (r. 1588-1629), felt compelled to sign a peace treaty with Murad in 1590, surrendering Tabriz, Shirvan, and parts of eastern Armenia...».
  60. Encyclopædia Iranica. ARMENIA AND IRAN VI: «The external invasions ceased partially only after 1590, when the Safavid Shah Abbās I (r. 996-1038/1588-1629), enthroned two years earlier, was forced to sign a peace agreement of heavy conditions with Sultan Moḥammad III, ceding to him Armenia, the whole of Transcaucasia and Azerbaijan. But after settling his account with the Uzbek amirs who had invaded Khorasan, he reorganized his army with advanced weaponry and in 1603 attacked in order to take back these lands, where the 15-year Turkish domination had created severe discontent within all levels of the population. The new redistributions and dispositions of the Ottoman authorities regarding lands and feudal possessions fostered rebellion of the native feudal elements, and many Armenian, Georgian, and Muslim princes took refuge in Iran, receiving a cordial welcome from Shah ʿAbbās. The working population was subjected to unrestrained plunder and oppression by the authorities assigned by the Ottomans, and many hoped that the new campaign started by the shah would free them from that heavy yoke».
  61. Аракел Даврижеци, 1978: «Только что сменился год и наступил 1054 год армянского летосчисления (1605), был первый армянский месяц навасард,* когда изгнали /41/ жителей страны. И персидские войска, посланные выселять народ, подняв, изгоняли его из деревень и городов, предавали огню и безжалостно сжигали все поселения, дома и обиталища. А также заготовленные впрок сено и солома, пшеница и ячмень и другие припасы – все было уничтожено и предано огню.
    Так персы разорили и опустошили страну из-за османских войск, дабы не осталось ничего для прокормления их и они оказались бы в опасности. А также чтобы у изгнанного населения при виде этого дрогнуло бы сердце и оно не вернулось бы обратно. И пока персидские войска, назначенные сопровождать народ, выселяли и сгоняли его на Эчмиадзинское поле, а шах Аббас находился в Агджакале, османский сардар Джгал-оглы со своим войском добрался до Карса. Шах Аббас знал, что в [открытом] бою не сможет задержать османов, и, испугавшись многочисленности их, повернул и пошел со всем войском своим за ратью народной к Персии.».
  62. V. Baladouni, M. Makepeace, 1998, p. XX: «During this protracted campaighn the Shah forcibly moved the Armenian population from Caucasian Armenia to Persia proper, leaving behind scorched cities and villages».
  63. Encyclopædia Iranica. ARMENIA AND IRAN VI: «The Safavid army captured Tabrīz, Naḵǰavān and Erevan (Īravān) and extended its incursion to Ganǰa. It also invaded central Armenia, approaching Erzerum. But when news was received that the Ottoman army had already reached Mūš and was preparing to move in the direction of Erevan, the shah decided to avoid battle, and ordered retreat by destroying and depopulating the villages and towns on their way (see ibid., chap. 4). In the course of its history of many centuries, the Armenian people had not yet been subjected to such a major disaster. Central Armenia in its entirety was in disarray. Detachments of qezelbāš soldiers stormed the whole countryside, leaving behind everything totally devastated. Immense masses were being driven from all directions to the Ararat plain to be sent from there to the steppes of central Iran. The strategic aim of this forced deportation was to depopulate the area which the adversary’s army had to traverse. Yet, at the same time the shah was thinking of relocating this large multitude of refugees in the wide areas around his capital and to promote agriculture, crafts, and trade in the central provinces of the country. For this reason he showed particular eagerness in deporting the population of Julfa (Jolfā), the thriving commercial city on the banks of the Aras river.».
  64. 1 2 Bournoutian, 1997, p. 96: «By the end of the eighteenth century, the Armenian population of the territory had shrunk considerably. Centuries of warfare and invasions combined with the tyranny of local khans had forced the emigration of the Armenians. It is probable the until the seventeenth century, the Armenians still maintained a majority in Eastern Armenia, but the forced relocation of some 250,000 Armenians by Shah Abbas and the numerous exoduses described in this chapter had reduced the Armenian population considerably.».
  65. Bournoutian, 1994, p. 44: «Armenians were uprooted during these wars, and, in 1604, some 250,000 Armenians were forcibly transferred by Shah 'Abbas to Iran. By the seventeents century, the Armenian had become a minority in parts of their historic lands».
  66. Encyclopædia Iranica. ARMENIA AND IRAN VI: «According to contemporary testimony, the number of deported from this area was in excess of 300,000; the same sources, however, state that in mountainous areas, the population of certain villages succeeded in hiding in the rifts of the mountains and thus avoided the forced exodus».
  67. 1 2 3 Bournoutian, 1997, p. 96.
  68. Jacob Seth, 2005, p. 148: «A large Armenian colony of 12000 families from Julfa on the Araxes, in Armenia settled there in 1605, during the glorious reign of Shah Abbas the Great».
  69. Encyclopædia Iranica. ARMENIA AND IRAN VI: «In the course of its history of many centuries, the Armenian people had not yet been subjected to such a major disaster.».
  70. Bournoutian, 1994, p. 44: «By the seventeenth century, the Armenians had become a minority in parts of their historic lands.».
  71. Payaslian, 2008, p. 105.
  72. Bournoutian, 1997, p. 81.
  73. Payaslian, 2008, p. 105: «Meanwhile, Armenia became a battleground between the Ottomans and the emerging Safavid empire (1502-1783) in Iran, as they struggled for regional supremacy, and their constant campaigns and countercampaigns led to west-ward migration by Armenians.».
  74. 1 2 Lea and others, 2001, p. 1: «After many years of dispute, Armenia was partitioned between the Turkish Ottoman Empire (which secured the larger, western part) and the Persian Empire, by the Treaty of Zuhab.».
  75. Bournoutian, 1997, p. 106.
  76. 1 2 Золотарёв, Авдеев, 1995, с. 367: «В свою очередь, в 1639 г. была окончательно разделена и Армения. Западная Армения отошла к Турции, Восточная — к Ирану. Восточная Армения вошла в основном в состав Эриванского беглербегства и Нахичеванского ханства. Последними остатками армянской государственности являлись пять меликств Нагорного Карабаха. Территория западной Армении вошла в несколько пашалыков и вилайетов Турции.».
  77. Encyclopædia Iranica. ARMENIA AND IRAN VI: «The fighting which began with Shah ʿAbbās’ invasion did not end during his reign; it continued with fluctuating success and came to an end only after his death (1038/1629) during the days of his successor Shah Ṣafī, who signed a peace agreement in 1639. By this agreement, the boundaries between the two states which were drawn by the treaty of Amasia in 962/1555 (q.v.), were reconfirmed with minor changes. In accordance with this, in Armenia the Perso-Ottoman boundary began from the mountains of Javaxkʿ, and passing along the Axuryan river, the range of the Armenian mountains, the western slopes of Mt Ararat and along the Vaspurakan mountains joined the Zagros mountains. The Safavid state included within its boundaries the totality of the historic Armenian provinces of Siwnikʿ, Arcʿax, Utikʿ, Pʿaytakaran, and Persarmenia and also the eastern countries of Ararat, Gugarkʿ, and Vaspurakan. According to the new administrative division, these provinces were under the authority of the beglerbegs of Čʿuxur-Sad, Qarabāḡ, and Azerbaijan».
  78. Bournoutian, 1997, pp. 81—82: «For the next eight decades Eastern Armenia remained under the control of the Safavids, who divided it into two administrative units: Chukhur-i Sa'ad, or the territory of Erevan and Nakhichevan; and Karabagh, formed from the combined regions of Karabagh, Zangezur (Siunik) and Ganja. Chukhur-i Sa'ad was composed of sections from the historic Armenian provinces of Ayrarat, Gugark, and Vaspurakan. Karabagh contained the ancient provinces of Artsakh and Siunik, while Ganja or Gandzak represented the historic Armenian province of Utik.».
  79. Bournoutian, 1997, pp. 85—86: «When the Safavids took control of Eastern Armenia, they came in contact with a number ofsmall principalities in Karabagh which were ruled by local Armenian mountain chieftains called meliks. Realizing the impregnability of these mountain fortresses, the Safavids, like the Turkic and Mongol rulers before them, granted the meliks an autonomous status under Persian suzerainty. The five major principalities of Karabagh were Gulistan, Jraberd, Varanda, Khachen, and Dizak, which were ruled by the Beglar- ian, Israelian, Shahnazarian, Hasan-Jalalian, and Avanian families respectively.».
  80. Bournoutian, 1997, p. 86: «Several prominent meliks existed in Zangezur as well. The remoteness of that region had fostered a separate religious center in Gandzasar, with a number of prominent and active catholicoses and patriarchs.».
  81. Encyclopedia Britannica. Armenia: «In mountainous Karabakh a group of five Armenian maliks (princes) succeeded in conserving their autonomy and maintained a short period of independence (1722-30) during the struggle between Persia and Turkey at the beginning of the 18th century; despite the heroic resistance of the Armenian leader David Beg, the Turks occupied the region but were driven out by the Persians under the general Nādr Qolī Beg (from 1736-47, Nādir Shah) in 1735.».
  82. 1 2 Encyclopædia Iranica. ARMENIA AND IRAN VI: «The agitation for liberation from foreign yoke which had started among the circles of high-echelon Armenian secular and clerical leaders in the sixteenth century, received new impetus near the end of the seventeenth century.».
  83. 1 2 Payaslian, 2008, p. 108.
  84. 1 2 Bournoutian, 1997, p. 82.
  85. 1 2 Bournoutian, 1997, p. 98.
  86. 1 2 Bournoutian, 1997, p. 86.
  87. Encyclopædia Iranica. ARMENIA AND IRAN VI: «Only Israel Ori, scion of an Armenian melik family, for about two decades conducted unproductive negotiations with a number of Western governments, and finally became convinced that their only hope was Russia which was getting stronger.».
  88. Kazemzadeh, 2008, pp. 314—315.
  89. 1 2 3 4 Bournoutian, 1997, p. 87.
  90. Иоаннисян, 1964.
  91. 1 2 3 Payaslian, 2008, p. 109.
  92. Payaslian, 2008, p. 109: «The prolonged political upheaval also caused a large number of Armenians to migrate to Tiflis, Moscow, and St. Petersburg».
  93. 1 2 3 Bournoutian, 1997, p. 88.
  94. 1 2 Bournoutian, 2003, p. 214: «The fall of the Safavids encouraged Peter the Great to invade the Caspian coastal regions, while the Ottomans broke the peace of Zuhab and invaded eastern Armenia and eastern Georgia in 1723. In two years’ time the Ottomans were in control of the entire region, save for Karabagh and Siunik, where Armenian meliks under the leadership of Avan Yuzbashi, David Bek, and Mkhitar Sparapet held them off for nearly a decade. The Ottomans installed garrisons in Tiflis (present-day Tbilisi), Nakhichevan, Ganja, and Yerevan. The fortress of Yerevan was repaired and served as the administrative headquarters of the Ottoman military-govemor of eastern Armenia.».
  95. Bournoutian, 1997, p. 88: «In order to assume control of Eastern Armenia and Georgia, as well as to safeguard these strategic neighboring provinces from Russia, the Turks violated the 1639 agreement and entered Transcaucasia in 1723. ... Although the Turks were successful in capturing those fortresses, as well as most of northeastern Persia in 1724, the Armenian region of Karabagh- Zangezur fought on. The Armenians there were armed and had found a formidable leader in the person of Davit Bek.».
  96. Encyclopædia Iranica. ARMENIA AND IRAN VI: «Shah Ṭahmāsp by special edict recognized the dominion of Daviṭʿ Beg over the province of Siwnikʿ».
  97. Kazemzadeh, 2008, p. 320.
  98. Encyclopædia Iranica. ARMENIA AND IRAN VI: «After the Russo-Iranian agreement signed at Rašt in 1732, the Armenians armed in Ararat, Siwnikʿ, and Arcʿax, including the Armenian meliks and the clergy, were proving themselves allies of Nāder.
    The decisive battle against the main Turkish forces dispatched from Constantinople was fought on 8 July 1735 in the plain of Ełuard located north of Erevan. Here, not only the Armenian military units commanded by Melik Yegan were fighting against the Turks, but also, according to the historian Mīrzā Moḥammad Mahdī Khan’s testimony, armed detachments of the surrounding Armenian villages gave destructive blows to the Turks from the rear».
  99. Encyclopædia Iranica. ARMENIA AND IRAN VI: «All this was being done to win over the upper levels of Armenian leadership and to put an end to the Russian orientation of the Armenians».
  100. 1 2 3 4 Bournoutian, 1997, p. 89.
  101. Петрушевский, 1949, с. 65: «Надир-шах счел нужным ослабить фамилию Зийяд-оглы, отделив от её владений земли пяти меликов Нагорного Карабага и кочевых племен Мильско-Карабагской степи, а также Зангезур. Все эти земли были подчинены непосредственно брату Надир-шаха Ибрахим-хану, сипахсалару Азербайджана, а владения кочевых племен казахлар и шамсаддинлу были подчинены царю (валию) Картлии Теймуразу.».
  102. Левиатов, 1948, с. 82—83: «Не желая предавать их публичной казни, он провел ряд мер, направленных к тому, чтобы ослабить ганджинских беглербеков. С этой целью население Казаха и Борчалы было передано в подчинение эмирам Грузии; из карабахского вилайета были выселены части племен джеваншир, отузики и кебирли, они были переселены в Хорасан; пяти меликам Карабаха было дано приказание объединиться в крепкий кулак и не повиноваться ганджинским ханам, а в необходимых делах обращаться непосредственно к самому Надир-шаху.».
  103. Encyclopædia Iranica. ARMENIA AND IRAN VI: «However, he displaced a large number of the Armenian population and nomadic tribes and took them with him to Khorasan».
  104. Петрушевский, 1949, с. 132: «В 1746 г. шах приказал переселить 1000 семейств (ханэвар) армян из Нахчевана в Хорасан.».
  105. Петрушевский, 1949, с. 71—72: «Пять армянских меликств нагорной части Карабага - Гюлистан, Чараберд (Джраберд), Хачен, Варанда и Дизак. До Надир-шаха они подчинялись беглербегу карабагскому и ганджинскому, в 1747-1749 гг. они попали в вассальную зависимость от ханов карабагских из племени джеваншир».
  106. 1 2 Bournoutian, 1997, p. 91.
  107. Payaslian, 2008, pp. 109—110.
  108. Kazemzadeh, 2008, p. 325: «Prince Grigorii Aleksandrovich Potemkin turned to the Caucasus where he hoped to create an Armenian state from the khanates of Qarabagh, Qarajadagh, Erivan (Yerevan) and Nakhchivan, "then add Ganjeh and other parts of Azerbaijan to Georgia, and use the two enlarged states as a bulwark against the Porte".».
  109. Malcolm, 1829, pp. 189—191.
  110. Sykes, 1969, pp. 292—294.
  111. 1 2 Bournoutian, 1997, pp. 81—82, 89: «
    P. 81—82: At the start of the sixteenth century, Armenia became the center of conflict between the Ottoman sultans and the Safavid shahs of Persia. After continuous warfare between the two empires, a compromise was finally leached by the Treaty of Zuhab in 1639. Under this agreement, the Ottomans recognized almost all of Transcaucasia as being part of Persia. The plain of Shuragial and the Arpachai River became a sort of boundary; Armenian lands east of that zone were considered part of Persia, and all lands west of it fell into the Ottoman sphere. The terms "Eastern" or "Persian" Armenia and 'Turkish" or "Western" Armenia were soon coined by contemporary travelers, geographers, and historians.
    For the next eight decades Eastern Armenia remained under the control of the Safavids, who divided it into two administrative units: Chukhur-i Sa'ad, or the territory of Erevan and Nakhichevan; and Karabagh, formed from the combined regions of Karabagh, Zangezur (Siunik) and Ganja.
    P. 89: Hence by the second haf of the eighteenth century, Eastern Armena was composed of four khanates: Erevan, Nakhichevan (which included a number of settlements south of Araxes River), Karabakh (which included Zangezur), and Ganja.».
  112. Michael P. Croissant, 1998, p. 9, 11: «
    P. 9: At the time, much of the focus was on the heartland of Turkish Armenia, but two regions in Transcaucasian Armenia also stirred significant irredentist feelings: Nagorno-Karabakh and Nakhichevan—both of which were attached to Azerbaijan under the imperial Russian system of administration.
    P. 11: Importantly, disunion amongst the five princes allowed the establishment of a foothold in mountainous Karabakh by a Turkic tribe around 1750. This event marked the first time that Turks were able to penetrate the eastern Armenian highlands…».
  113. James Minahan, 2002: «After repeated rebellions, independence, and reconquest, the last of the Armenian kingdom was conquered by the Arab Mamelukes in 1375. The only reamaining autonomous pockets of Armenian were in Karabakh and Zangezour, bothe in eastern Armenia».
  114. Bournoutian, 1994, p. 44: «Only pockets such as Karabagh (Karabakh) and Zangezur in eastern Armenia and Sasun and Zeitun in western Armenia remained autonomous».
  115. Vartanesyan, 2008, p. 208: «The history manuscript also notes the significance of the date 1620 as "the yeasr eight families of skilled laborers emigrated from Karabakh (Eastern Armenia) to Afion Karahissar (Central Turkey)...».
  116. Hacikyan and others, 2000, p. 9: «At the close of the eighteenth century, th Eastern Armenian khanates of Yerevan, Nakhijevan, Karabagh and Ganja were under Iranian rule.».
  117. Bournoutian, 1980, pp. 1—2.
  118. 1 2 3 4 5 Hovannisian1, 1967, p. 10.
  119. von Haxthausen, 1854, p. 252: «Since the eighteenth century this fine country has lain in a state of decay, a circumstance in part attributable perhaps to the present mixed state of the inhabitants who have succeeded the Armenians that were carried away prisoners. The Tatars and Koords, who have been brought hither and settled, now form half the population.».
  120. Bournoutian, 1997, p. 96: «By the end of the eighteenth century, the Armenian population of the territory had shrunk considerably. Centuries of warfare and invasions combined with the tyranny of local khans had forced the emigration of the Armenians. It is probable that until the seventeenth century, the Armenian still maintained a majority in Eastern Armenia, but the forced relocation of some 250,000 Armenian by Shah Abbas and the numerous exoduses described in this chapter had reduced the Armenian population considerably. The census conducted by the Russians in 1830-1831 indicates that by the nineteenth century Armenians of Erevan and Nakhichevan formed 20 percent of population. The Armenians of Ganja had also been reduced to a minority. Only in the mountains regions of Karabakh and Zangezur did the Armenian manage to maintain a solid majority».
  121. 1 2 Bournoutian, 1999: «All documents relating to the Armenian immigration make it clear that Russia, for political, military, and economic reasons, strongly encouraged the Armenians to settle in the newly-established Armenian province, especially the region of Erevan, which between 1795 and 1827 had lost some 20,000 Armenians who had immigrated to Georgia.».
  122. Bournoutian, 1980, pp. 12–13.
  123. Шнирельман, 2003, с. 237: «В начале 19 в армяне составляли около 20% населения Эриванского ханства и перевесили мусульман после 1828-1832 гг.».
  124. Bournoutian, 1980, p. 13—14.
  125. 1 2 3 4 5 Suny, 1997, p. 112.
  126. The Cambridge History of Iran. Vol. 5., 1968, p. 446.
  127. Encyclopædia Iranica. ARMENIA AND IRAN VI: «Catholicos Yakob crossed into Georgia in secret, conducted negotiations with the lay and clerical leaders of Georgia and then traveled to Constantinople with his colleagues, intending to depart for Rome from there to request help from the Pope. But the 82-year old catholicos fell sick at Constantinople in 1680 and died. Of his fellow travelers, only Israel Ori, scion of an Armenian melik family, for about two decades conducted unproductive negotiations with a number of Western governments, and finally became convinced that their only hope was Russia which was getting stronger. In 1701, Ori traveled to Moscow with the Archimandrite Minas Tigranean, and presented to Peter the Great his plan for the liberation of Armenia, with the help of Russia, by means of the military forces of the meliks of Siwnikʿ and Arcʿax. The implementation of that plan was put off until the 1720s, during which time Ori went to Isfahan as ambassador of Russia, to survey the internal situation of the country, and upon his return he died in 1711 (see Persidskie dokumenty, docs. 66-138).

    During the 1760s, particularly during the reign of Empress Catherine II (1762-96) when Russia through new conquests was approaching Transcaucasia, both Georgia’s and Armenia’s lay and spiritual leaders again began to appeal to the Russian court, proposing new plans for placing Georgia and Armenia under the patronage of Russia. The Echmiadzin catholicoi Yakob of Šamax and Simeon of Erevan in 1760 and 1766 appealed to the empress requesting help. In 1768, she issued a special edict to provide help to the Armenians in freeing themselves from the Muslim yoke.».
  128. Hovannisian1, 1967, p. 7.
  129. Сборник архивных документов, 1992, с. 201—202, 220—227.
  130. Kazemzadeh, 2008, p. 315.
  131. 1 2 3 4 5 6 Hovannisian1, 1967, p. 8.
  132. Payaslian, 2008, p. 110.
  133. Kazemzadeh, 2008, p. 328.
  134. 1 2 Bournoutian, 1997, p. 93.
  135. Payaslian, 2008, pp. 110—111.
  136. Авалов, 1901.
  137. 1 2 3 Payaslian, 2008, p. 111.
  138. 1 2 Farrokh, 2011, p. 194.
  139. 1 2 Berberian, 2001: «Most of the more highly populated areas of the northeastern section of the Armenian Plateau and the khanates (provinces) of Yerevan and Nakhijevan had been lost to the Russian Empire in the Treaties of Golestan (1813) and Torkmanchai (1828). Furthermore, many Armenians, as part of the provisions of the Torkmanchai Treaty, were allowed to resettle from northern Iran to north of the Araxes River.».
  140. 1 2 Kazemzadeh, 2008, p. 334.
  141. Wise, Egan, Hansen, 2005, p. 22: «The nothern part of Armenia came under Russian rule in 1813.».
  142. Suny, 1997, p. 110.
  143. Kazemzadeh, 2008, p. 334: «It is likely that neither the Shah nor the Tsar regarded the treaty of Gulistan as definitive. Abbas Mirza considered it merely a truce and prepared for another war.».
  144. Payaslian, 2008, p. 111: «Unwilling to accept the defeat sustained under the treaty, immediately after the death of Tsar Alexander I and the Decembrist rebellion in 1825, the Persian crown Prince Abbas Mirza attacked Karabagh in 1826, instigating another Russo-Persian War (1826-1828)».
  145. Hacikyan and others, 2000, p. 9—10.
  146. Bournoutian, 2003, p. 241: «When the Russians crossed the Arax and approached Tabriz, the capital of Iranian Azerbaijan, the Shah sued for peace and agreed to the treaty of Turkmenchai (1828). The khanates of Yerevan and Nakhichevan— or most of the remaining part of eastern Armenia—now became part of Russia and the Arax River became the border between Iran and Armenia (see map 24).».
  147. Khanam, 2005, p. 53: «Eastern Armenia was controlled by Persia and Western Armenia by the Ottoman Empire. In 1828 Eastern Armenia came under Russian rule.».
  148. 1 2 Туркманчайский мирный договор // www.prlib.ru.
  149. 1 2 Полное собрание законов Российской империи. Т. 3, 1830, №1794. Туркманчайский мирный договор, с. 125—130.
  150. Payaslian, 2008, p. 111: «The Treaty of Turkmenchay (a village between Tabriz and Tehran), signed in February 1828, granted the khanates of Erevan and Nakhichevan to Russia, therebyestablishing Russian control over all of Eastern Armenia with the new boundary set at the Arax River.».
  151. Kazemzadeh, 2008, p. 338.
  152. Kazemzadeh, 2008, p. 339.
  153. 1 2 Bournoutian, 1997, p. 105.
  154. 1 2 Bournoutian, 1980, p. 13.
  155. Шнирельман, 2003, с. 237.
  156. Suny, 1997, pp. 121—122.
  157. Аллен, Муратов, 2016, с. 40—50.
  158. 1 2 Hovannisian1, 1967, p. 9.
  159. Полное собрание законов Российской империи. Т. 4, 1830, №3128. Адрианопольский мирный договор, с. 622—633.
  160. Волкова, 1969: «Вскоре после окончания военных действий из вновь присоединенных территорий в Турцию ушли турки, курды, часть азербайджанцев, а на их места поселились около 30 тыс. Турецких армян из Эрзерумского и Карсского пашалыков».
  161. 1 2 3 Hacikyan and others, 2000, p. 10.
  162. 1 2 Hovannisian1, 1967, pp. 7—8.
  163. 1 2 3 4 Suny, 1997, p. 113.
  164. 1 2 3 Акты, собранные Кавказской археографической комиссией: Том VII, 1878, с. 487.
  165. Encyclopedia Britannica. Russian penetration: «Russia had little difficulty in acquiring by conquest from Persia in 1828 a stretch of the northern Armenian plateau, including the entire plain of Yerevan, and was able to take over more territory in the same area from Turkey in the following year».
  166. 1 2 3 Hovannisian1, 1967, pp. 9—10.
  167. Полное собрание законов Российской империи. Т. 3, 1830, №1888, с. 272—273.
  168. Suny, 1997, p. 122.
  169. Suny, 1997, p. 116.
  170. Полное собрание законов Российской империи. Т. 15, 1841, №13368. Высочайше утверждённое учреждение для управления Закавказским краем, с. 237—261.
  171. Hacikyan and others, 2000, p. 9: «... Russia incorporated Ganja into Georgia (province) and Karabagh into the Caspian province».
  172. 1 2 3 4 5 6 7 8 Hovannisian1, 1967, p. 11.
  173. Полное собрание законов Российской империи. Т. 21, 1847, №20701. Высочайшее утвержденное положение о разделении Закавказского края, с. 647—648.
  174. Полное собрание законов Российской империи. Т. 24, 1850, №23303, с. 311—312.
  175. 1 2 3 4 Полное собрание законов Российской империи. Т. 42, 1871, №45259. О преобразовании управления Кавказского и Закавказского края, с. 382—386.
  176. Suny, 1997, pp. 113—114.
  177. 1 2 3 4 5 Suny, 1997, p. 114.
  178. Полное собрание законов Российской империи. Т. 11, 1837, №8970. Высочайше утверждённое Положение об управлении делами Армяно-Грегорианской Церкви в России, с. 194—209.
  179. 1 2 3 Suny, 1997, p. 115.
  180. 1 2 Тунян, 2018, с. 64—66.
  181. Тунян, 2018, с. 66—67.
  182. Шнирельман, 2003, с. 45.
  183. 1 2 Bournoutian, 1994, p. 45.
  184. Suny, 1997, pp. 115—116.
  185. 1 2 Suny, 1997, p. 117.
  186. Suny, 1997, p. 118.
  187. Suny, 1997, p. 119.
  188. 1 2 3 4 Suny, 1997, pp. 117—118.
  189. 1 2 Suny, 1997, p. 130.
  190. 1 2 Стрижов, Терехова, 2007.
  191. Хачикян, 2016.
  192. Suny, 1997, p. 120.
  193. 1 2 3 Suny, 1997, p. 127.
  194. 1 2 3 Bournoutian, 1994, p. 46.
  195. Hovannisian1, 1967, p. 15.
  196. 1 2 3 Hovannisian1, 1967, p. 18.
  197. 1 2 3 Suny, 1997, p. 128.
  198. 1 2 Suny, 1997, p. 131.
  199. Suny, 1997, p. 133.
  200. 1 2 Hovannisian, 1997, p. 212.
  201. Hovannisian, 1997, p. 217.
  202. Suny, 1997, p. 128—129.
  203. Suny, 1997, p. 129—130.
  204. Hovannisian1, 1967, p. 16.
  205. Suny, 1997, pp. 131—132.
  206. 1 2 Баберовски, 2004.
  207. Suny, 1997, p. 132—133.
  208. Тунян, 2000, с. 22, 243: «Политическая подоплёка деятельности Величко отмечена одним из кавказских цензоров, характеризовавшим её как нечистоплотную провокацию, имевшую цель искоренить армян.
    Уроженец Полтавской губернии Величко с 1896 г. стал редактором газеты «Кавказ». На новом поприще он стал разжигать национальную рознь, проповедовать армянофобию, разжигать страсти. Как поборник прямолинейного великодержавного подхода Величко оказал значительное влияние на правителя Кавказа кн. А. Голицына».
  209. Струве, 1906, с. 149: «Последний, как бывший сотрудник столичных либеральных журналов, заручился сотрудничеством писателей либерального лагеря для издававшегося им в то время (1897-99 гг.) официального «Кавказа». Величко в то же время стал беззастенчиво заниматься провокацией.».
  210. 1 2 3 Suny, 1997, p. 133—134.
  211. 1 2 3 4 5 6 Сёмушин, 2018.
  212. 1 2 3 Полное собрание законов Российской империи. Т. 23, 1905, №25156, с. 778—779.
  213. Suny, 1997, p. 123.
  214. 1 2 3 4 5 Suny, 1997, p. 134.
  215. 1 2 3 Hovannisian1, 1967, p. 20.
  216. Malkasian, 1996, p. 14.
  217. 1 2 Hovannisian1, 1967, p. 21.
  218. Полное собрание законов Российской империи. Т. 25, 1908, №26613, с. 619—620.
  219. Suny, 1997, p. 135.
  220. Suny, 1997, p. 135—136.
  221. 1 2 3 4 5 6 7 8 Suny, 1997, p. 136.
  222. 1 2 Hovannisian1, 1967, p. 32.
  223. Mokyr, 2003, p. 157.
  224. Astourian, 1990, p. 136.
  225. 1 2 Sunny, 2016, pp. 220—221.
  226. Hovannisian, 1997, pp. 235—238.
  227. Bloxham, 2005, pp. 62—65.
  228. Akçam, 2007, pp. 97—102.
  229. Айрапетов1, 2018, с. 497—498.
  230. Dadrian, 2005, pp. 70—71.
  231. Akçam, 2007, p. 43.
  232. Роган, 2018, с. 65.
  233. Роган, 2018, с. 218.
  234. Киреев, 2007, с. 102—103.
  235. Арутюнян, 1971, с. 297—298.
  236. Арутюнян, 2015, с. 199—205.
  237. Hovannisian. Armenia's..., 1997, p. 280.
  238. Bloxham, 2005, pp. 72—73.
  239. Reynolds, 2011, pp. 140,143,160.
  240. Akçam, 2007, pp. 149—150.
  241. Роган, 2018, с. 214—216.
  242. Роган, 2018, с. 217.
  243. Роган, 2018, с. 224.
  244. 1 2 Роган, 2018, с. 226.
  245. Akçam, 2007, p. 129.
  246. Akçam, 2004, p. 149.
  247. Astourian, 1990, pp. 113—114.
  248. Sunny, 2016, pp. 210—211,223—226.
  249. Dadrian, 2005, pp. 73—75.
  250. Dadrian, 2005, p. 75.
  251. 1 2 Корсун, 1946, с. 76—77.
  252. Лазарев, 1960, с. 61.
  253. Михалёв, 2003, с. 688.
  254. 1 2 Hovannisian. Armenia's..., 1997, p. 282.
  255. Allen, Muratoff, 1953, p. 437.
  256. Лазарев, 1960, с. 129—137.
  257. Киреев, 2007, с. 106.
  258. Арутюнян, 1971, с. 338.
  259. Адамов, Козьменко, 1952, с. 452—453.
  260. Шацилло, 2003, с. 274.
  261. Марукян, 2014.
  262. Арутюнян, 1971, с. 357—365.
  263. Suny, 1997, p. 137.
  264. Корсун, 1946, с. 85.
  265. Арутюнян, 1971, с. 324—327.
  266. Rogan, 2015, p. 356.
  267. Матвеев, Мар-Юханна, 1968, с. 62—63.
  268. Муханов, 2018, с. 108.
  269. Саркисян, 1958, с. 29.
  270. Муханов, 2018, с. 115, 120.
  271. Bournoutian, 1994, p. 47.

Литература[править | править код]

Книги[править | править код]

На русском языке

На английском языке

Статьи[править | править код]

На русском языке

На английском языке

Энциклопедии[править | править код]